АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru   e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А60-59536/2018

17 декабря 2018 года

г. Екатеринбург

 

Резолютивная часть решения объявлена 13 декабря 2018 года

Полный текст решения изготовлен 17 декабря 2018 года

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи С.О. Ивановой   при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Д.И.Сергеевой рассмотрел в  судебном заседании дело по  заявлению 

общества с ограниченной ответственностью "УРАЛГРИТ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) далее – заявитель, ООО "УРАЛГРИТ"

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Свердловской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) далее – налоговый орган заинтересованное лицо

о признании незаконным  решения от 23.07.2018 № 12-09/19

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО2- представитель ь по доверенности б/н от 21.11.2018, паспорт

от заинтересованного лица: ФИО3 – главный государственный налоговый инспектор по доверенности от 01.02.2017 №04-13/0370, удостоверение; ФИО4 – главный государственный инспектор по доверенности от 15.01.2018 №04-13/01060, удостоверение; ФИО5 – старший государственный налоговый инспектор по доверенности от 15.01.2018 №04-13/0106, удостоверение

  Лицам, участвующим в деле, процессуальные права разъяснены. Отвода суду не заявлено.  Заявлений и ходатайств не поступило. 

ООО «УРАЛГРИТ» просит признать незаконным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Свердловской области от 23.07.2018 № 12-09/19.

Заинтересованное лицо возражает против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве.

Рассмотрев материалы дела, заслушав сторон, суд 

УСТАНОВИЛ:

По результатам выездной налоговой проверки  по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 31.12.2016, проведенной Межрайонной ИФНС  России №25 по Свердловской области в отношении ООО «Уралгрит», составлен акт от 20.04.2018 №12-09/19, которым установлены факты необоснованного отнесения налогоплательщиком в расходы затрат, уменьшающих налогооблагаемую прибыль.

На основании акта проверки налоговым органом вынесено решение от 23.07.2018 №12-09/19, которым обществу  доначислен налог на прибыль, начислены пени и наложен штраф по п.1 ст.122 НК РФ.

Решением Управления ФНС России по Свердловской области от 03.10.2018 №1649/2018  решение Межрайонной ИФНС РФ №25 по Свердловской области оставлено без изменения и  утверждено.

Не согласившись с решением от 23.07.2018 №12-09/19, заявитель обратился в суд.

При принятии решения суд исходит из следующего:

В силу части 1 статьи 198, статей 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц необходимо установить наличие двух условий: несоответствие оспариваемого ненормативного правового акта, решения и действия (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение указанными ненормативными правовыми актами, действиями (бездействием) прав и охраняемых законом интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

В соответствии со статьей 247 НК РФ объектом обложения налогом на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Кодекса.

В силу статьи 252 НК РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (в случаях, предусмотренных статьей 265 Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Требования о достоверности учета хозяйственных операций содержатся в законодательстве о бухгалтерском учете и в Налоговом кодексе Российской Федерации, установившем правила ведения налогового учета.

Так, согласно требованиям статьи 313 НК РФ налоговый учет осуществляется в целях формирования полной и достоверной информации о порядке учета для целей налогообложения хозяйственных операций, осуществленных налогоплательщиком в течение отчетного (налогового) периода, а также обеспечения информацией внутренних и внешних пользователей для контроля за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью исчисления и уплаты в бюджет налога.

Действительно, затраты налогоплательщика, уменьшающие налоговую базу по налогу на прибыль организаций, должны быть реально понесенными и документально подтвержденными, а оформляемые их документы должны содержать достоверные сведения об участниках и условиях хозяйственных операций.

Помимо этого, условием для признания задекларированных затрат в составе расходов налогоплательщика является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что затраты фактически понесены именно в заявленной сумме.

Документы, предоставляемые налогоплательщиком в подтверждение факта и размера этих затрат, подлежат правовой оценке в совокупности согласно требованиям законодательства, такие документы должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том числе налоговые, последствия.

В налоговых правоотношениях недопустима ситуация, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод (в том числе через уменьшение налоговых баз включением необоснованных расходов).

При этом в силу положений постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 представление в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы, а также, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности. 

Из разъяснений, данных в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" следует, что при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оценка добросовестности налогоплательщика при получении налоговых выгод предполагает оценку заключенных им сделок, их действительности, особенно в тех случаях, когда они не имеют разумной деловой цели, то есть возможность получения налоговых выгод предполагает наличие реального осуществления хозяйственных операций.

В пункте 3 указанного Постановления указано, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" разъясняется, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, в целях подтверждения обоснованности налоговой выгоды должна быть установлена их объективная предметная взаимосвязь с фактами и результатами реальной предпринимательской и иной экономической деятельности, что служит основанием для вывода о достоверности представленных документов.

Расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы (пункт 2 статьи 252 НК РФ).

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 253 НК РФ расходы, связанные с производством и реализацией, включают в себя расходы, связанные с изготовлением (производством), хранением и доставкой товаров, выполнением работ, оказанием услуг, приобретением и (или) реализацией товаров (работ, услуг, имущественных прав).

  В судебном заседании установлено, что заявитель осуществляет деятельность в сфере производства абразивного порошка под торговой маркой Uralgrit.

 В целях осуществления данной деятельности 14.09.2012 между заявителем и ИП ФИО6 был заключен договор поставки №1495, в рамках которого в течение 2014-2016 заявителем приобретался товар -  шлак.  2011, по  которому уменьшены расходы по налогу на прибыль. 

В подтверждение указанных обстоятельств заявителем в налоговый орган были представлены документы, подтверждающих право на уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль на произведенные расходы, факт наличия которых налоговым органом не оспорен и подтверждается материалами дела.

При этом, факт приобретения шлака у ИП ФИО6 и использования его в целях предпринимательской деятельности (в производстве) налоговым органом не оспаривается и подтверждается  материалами дела, а именно: регистром налогового учета материалов - карточкой счета 10.01. платежными поручениями и выписками банка, выпиской из учетной политики налогоплательщика (п.8.3.) о списании материально-производственных запасов по методу ФИФО - то есть в хронологическом порядке их поступления и списания, во исполнение чего налогоплательщиком в проверяемом периоде помесячно составлялись акты расхода (списания) материальных ценностей. 

Также, материалами дела подтверждено, что продукция приобреталась заявителем по результатам предварительных переговоров.

  Совокупность представленных заявителем документов, а также установленные фактические обстоятельства,  по мнению суда, подтверждает факт приобретения заявителем продукции у ИП В.Д.ЕБ. и реального  ее использования в дальнейшей предпринимательской деятельности, а соответственно, подтверждает наличие разумной деловой цели и правомерность отнесения в расходы, уменьшающие налогооблагаемую прибыль.

При этом, суд исследовал вопрос о добросовестности действий налогоплательщика и с учетом представленных документов и обстоятельств дела  пришел к выводу об отсутствии в действиях заявителя по приобретению недвижимого имущества в целях осуществления предпринимательской деятельности признаков недобросовестности, связанной с совершением сделок с целью занижения размера налога и созданием незаконных схем, уменьшающих налогообложение.

Оценив приведенные доводы налогового органа в обоснование неправомерности отнесения в расходы, уменьшающие налогооблагаемую прибыль, в их совокупности и взаимосвязи, суд исходит из следующего:

Из пунктов 5 и 6 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» следует, что о необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета. 

В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Судам необходимо иметь в виду, что взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Однако, эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 настоящего постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, инспекция должна представить сведения, бесспорно подтверждающие, что действия налогоплательщика не имели экономического обоснования, направлены исключительно на искусственное создание условий для возмещения налога из бюджета и, следовательно, являются недобросовестными.

В соответствии с позицией Высшего арбитражного 20.04.2010 N 18162/09 по делу N А11-1066/2009 при отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды". О необоснованности получения налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2015 N 302-КГ14-3432, разрешение вопроса о добросовестности либо недобросовестности общества при совершении действий, имеющих своим результатом получение налоговой выгоды, связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств и представленных доказательств, подлежащих оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, при рассмотрении указанной категории споров следует установить опровергнута ли реальность хозяйственной операции.

Оценив представленные в материалы дела доказательства применительно к фактическим обстоятельствам взаимоотношений сторон в рамках поставки спорного товара, принимая во внимание отражение спорных операций в бухгалтерской и налоговой отчетности как «производителя», так и поставщика товара, суд приходит к выводу о реальности спорных операций по приобретению обществом товара у указанного контрагента. 

С учетом изложенного судом не принимаются вышеприведенные доводы налогового органа о  получении заявителем необоснованной налоговой выгоды, а именно: 

Довод налогового органа об участии спорного контрагента (ИП ФИО6) в качестве лишнего звена в цепочке  по приобретению товара налогоплательщиком не может служить основанием для признания данной сделки фиктивной, поскольку, делая указанный вывод, налоговый орган оценивает экономическую целесообразность, рациональность и эффективность хозяйственных взаимоотношений всех участников данной цепочки, то есть выходит за пределы своей компетенции. Кроме того, действующее налоговое законодательство не запрещает использование посредников.

При этом,  исходя из позиции высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Пленума от  12.10.2006 N 53, такое обстоятельство как  увеличение плательщиком налоговых вычетов за счет участия в сделках посредников при осуществлении хозяйственных операций само по себе не означает получения необоснованной налоговой выгоды, поскольку каждый участник сделок несет свою долю налогового бремени исходя из стоимости реализованных товаров.

Иной подход к разрешению настоящего спора означал бы нарушение установленного Кодексом порядка исчисления налогов по мотиву нецелесообразности взаимоотношений хозяйствующих субъектов, что недопустимо в публичных правоотношениях.

Делая выводы о направленности действий заявителя  на завышение налоговых расходов по налогу на прибыль при вступление во взаимоотношения со спорным контрагентом, налоговый орган не оценивает саму возможность и условия заключения договора напрямую без участия посредника, а равно не оценивает возможности такого посредника, в данном случае ИП ФИО6, по осуществлению предпринимательской деятельности по гражданско-правовым договорам с третьими лицами на выгодных условиях.

При этом, согласно пункту 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налоговой выгоды" налоговая выгода может быть признана необоснованной, когда хозяйственные операции учтены налогоплательщиком не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, эти операции не обусловлены целями делового характера.

 По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлениях от 04.06.2007 №366-О-П, от 24.02.2004 N3-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (ч.1 ст.8  Конституции РФ) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. При этом, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. 

Кроме того, в полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не вменение им доходов исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического эффекта с меньшими затратами.

В судебном заседании налоговый орган указал, что до 25.09.2008 шлаковый отвал, из которого в дальнейшем отгружалась продукция в адрес заявителя, принадлежал непосредственно заявителю.

 Действительно, 25.09.2008 на основании заключенного  договора купли-продажи №3 указанный шлаковый отвал был реализован заявителем ООО «Собственность», учредителем которого выступала директор ООО «Уралгрит». 

В связи с чем, налоговый орган полагает, что взаимозависимая организация имела достаточное количество шлака  для поставок его в адрес ООО «Уралгрит» без включения в данные поставки в качестве посредника ИП ФИО6, реализующего шлак заявителю по завышенной в несколько раз цене.

Однако, как следует из материалов дела и пояснений заявителя, последний с 2008 года осуществляет деятельность по производству абразивного порошка. Технологией производства порошка предусмотрено, что абразивный порошок изготавливается из гранулированного шлака. 

При этом, технология производства налогоплательщика предусматривает использование для изготовления абразивного порошка только очищенного гранулированного шлака. Такой шлак должен быть очищен от строительного мусора, остатков металлоконструкций, камней, кирпичей и палок, то есть не иметь посторонних включений свыше определенного технической документацией количества. 

Приобретенный ООО «Собственность» в 2008 году шлаковый отвал на 5-7 процентов был засорен отходами, мусором, остатками металлоконструкций, камней, кирпичей и палок.  Данный факт налоговым органом не опровергнут.

Работы по предварительной очистке шлака осуществлял ИП ФИО6, что и определило возможность заключения с ним договора поставки и сформировало цену на поставляемую им продукцию.

При этом, у заявителя отсутствует  специальное оборудование, единицы в штатном расписании,  техническая возможность выполнить такие работы своими силами.

Так, согласно п.6.1 договора поставки от 12.09.2012 №1495, заключенного заявителем с ИП ФИО6,  последний принял на себя обязательство поставлять продукцию, соответствующую действующим ГОСТ и (или) ТУ. 

Согласно ТУ ООО «Уралгрит» № 3989-002-82101794-2008 - раздел 1.2 «Требования к материалам и компонентам» - технологические требованиях к исходным материалам предъявляются в соответствии с технологической документацией предприятия (п. 1.2.1), а применяемые материалы должны пройти входной контроль по ГОСТ 24297 в порядке, определенном на предприятии-изготовителе (п. 1.2.3). Согласно таблице № 3 ТУ 3989-002-82101794-2008 посторонние включения должны составлять не более 3%.

То есть, у налогоплательщика имеются требования к исходному сырью -гранулированному шлаку, который нуждается в производстве первичного отсева - очистке материала от ненужных примесей и мусора.

По требованиям ГОСТ 24297 входной контроль проводят в целях предотвращения запуска в производство продукции, не соответствующей требованиям конструкторской и нормативно-технологической документации. 

На основании актов входного контроля продукции ИП ФИО6 на каждую партию поставки, установлено фактическое значение показателя «Посторонние включения в %» первичное (на момент приемки партии в производство) и после производства. В каждом случае оно не превышало 3%, как это предусмотрено нормативной документацией ООО «Уралгрит». 

Акты входного контроля подписаны контролером качества ООО «Уралгрит».

Кроме того, без предварительной подготовки шлакового хранилища силами ИП ФИО6 ООО «Уралгрит» не смогло бы приступить к отгрузкам товара: до начала погрузочных работ в отношении проданных объемов шлака ИП Высоцкому необходимо было обеспечить наличие плана разработки шлакохранилища, выбор оптимальных с точки зрения трудозатрат участков разработки шлака, выполнить первичную разработку спрессованных десятилетиями отвалов шлакохранилища для обеспечения возможности погрузки шлака, обеспечить расчистку подъездных путей к таким участкам, бульдозером подготовить эстакаду для подъезда и погрузки машин, а также обеспечить площадки для размещения техники ООО «Уралгрит» для проведения работ по погрузке. Именно при выполнении этих подготовительных работ и наряду с ними выполнялась первичная очистка шлаков ИП ФИО6.

При этом, ООО «Собственность», также как и налогоплательщик, не занималось очисткой шлака, у указанного общества отсутствуют материальные и трудовые ресурсы для очистки шлаковых отвалов. 

Кроме того, согласно патента на полезную модель № 117320, выданного на установку для переработки отвальных металлургических шлаков патентообладателю ООО «Уралгрит», и описания полезной модели, установка, используемая предприятием, не имеет никаких специальных устройств для сортировки поступающего шлака или производства первичного отсева шлака от мусора. Установка лишь позволяет разделить шлак на фракции и произвести его дальнейшее измельчение, что определяет абразивные свойства готовой продукции.

Согласно заключения ООО «Европейская Экспертная Группа» от 11.06.2012, принадлежащий ООО «Собственность» шлак, образующий отвалы в г.Реж, был засорен отходами и мусором, вследствие чего во избежание поломок оборудования ООО «Уралгрит» рекомендовано изменить качественные характеристики сырья, приобретая исключительно прошедший первичную очистку шлак, осуществлять приемный контроль и испытания сырья. 

По результатам получения данных рекомендаций обществом, в том числе,  было произведено дооснащение оборудования ячеистой решеткой на приемочном бункере, а также был заключен договор поставки, предписывающий поставщику соблюдать требования к качеству исходного сырья, позволяющие налогоплательщику соблюсти положения применяемых им Технических условий.

С учетом вышеизложенного суд критически относится к доводам налогового органа об отсутствии экономической необходимости использования посредника – ИП ФИО6 

Ссылки налогового органа на  пороки оформления договора поставки с ИП ФИО6, отсутствие спецификаций к договору, сертификатов соответствия судом не принимаются, поскольку пороки оформления договора поставки при наличии товарных накладных, в которых указаны количество, наименование и цена продукции, ее принятие без каких-либо возражений покупателем, не свидетельствуют о недействительности договора и   позволяют рассматривать хозяйственные отношения по поставке как соответствующие положениям Гражданского кодекса РФ. В связи с чем, указанные обстоятельства никоим образом не влияют на право отнесения в расходы произведенных заявителем затрат.

Ссылки налогового органа на несоответствие (по времени) фактов движения товара от первоначального продавца к ИП ФИО6 и от ИП ФИО6 заявителю, судом не принимаются, поскольку не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

  Кроме того, Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (пункт 31 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2017)" от 16.02.2017, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 N 305-КГ16-10399 по делу А40-71125/2015) сделан вывод о том, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность движения товара от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров

Ссылки инспекции на транзитный характер перечислений в рамках хозяйственных отношений с ИП ФИО6, ООО «Собственность» судом не принимаются, поскольку не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Кроме того, само по себе дальнейшее движение денежных средств по счетам контрагентов относится к деятельности иных субъектов налоговых правоотношений и не может служить доказательством неправомерных действий налогоплательщика.

Ссылки налогового органа на то, что ИП ФИО6 не имеет кадрового состава, транспорта, складских помещений, судом не принимаются,  поскольку доказательств того, что отсутствие у спорного контрагента имущества и транспортных средств препятствовало ему осуществлять посредническую деятельность налоговым органом не представлено.

С учетом изложенного, суд полагает, что поскольку спорный товар фактически участвовал в отношениях между вышеуказанными лицами, и отношения сторон по передаче этого товара соответствуют нормам гражданского законодательства, а также целям осуществления предпринимательской деятельности, постольку в данном случае не имеется оснований для вывода о фиктивности сделки, имевшей место между заявителем и спорным контрагентом, о направленности их действий исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды.

 Причины выбора заявителем ИП ФИО6 в качестве контрагента, наличия в этом деловой цели и привлекательности с позиции заботливого предпринимателя  налоговым органом не опровергнуты.

Оценивая действия налогового органа по расчету разницы между стоимостью продукции первоначального продавца – ООО «Собственность» - и ценой, по которой реализовывался шлак  заявителю контрагентом –ИП ФИО6, и исключение разницы в цене из расходов, суд учитывает следующее:

Налоговый орган частично принял расходы с операций по приобретению продукции у ИП ФИО6, тем самым признав их направленность на получение дохода.

 Между тем, признавая факт получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения налоговой базы, невозможно ставить под сомнение хозяйственную операцию в части, что было сделано налоговым органом.

В подобных случаях следовало исходить из следующего:

В соответствии с постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.07.2012 N 2341/12 по делу N А71-13079/2010-А17, установление недостоверности представленных налогоплательщиком документов и наличие предположения о наличии в его действиях умысла на получение необоснованной налоговой выгоды либо непроявлении должной осмотрительности при выборе контрагента, реальный размер предполагаемой налоговой выгоды и понесенных налогоплательщиком затрат при исчислении налога на прибыль подлежит определению исходя из рыночных цен, применяемых по аналогичных сделкам. Иной правовой подход влечет искажение реального размера налоговых обязательств по налогу на прибыль.

Согласно подпункту 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ налоговые органы вправе определять суммы налогов, подлежащие уплате налогоплательщиками в бюджетную систему Российской Федерации, расчетным путем, на основании имеющейся у них информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках.

В абзаце четвертом пункта 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 57 разъяснено, что правилом, изложенным в подпункте 7 пункта 1 статьи 31 Кодекса, необходимо руководствоваться как в случае отсутствия у налогоплательщика соответствующих документов, так и при признании их ненадлежащими.

Размер налоговой выгоды и понесенных затрат, то есть реальный размер налоговых обязательств, должен быть определен налоговым органом и отражен в оспариваемом решении; в случае отсутствия или признания ненадлежащими документов по отдельным совершенным налогоплательщиком операциям доходы (расходы) по этим операциям определяются налоговым органом по правилам указанного подпункта пункта 1 статьи 31 НК РФ с учетом данных об аналогичных операциях самого налогоплательщика (абзац пятый пункта 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 57).

При недостоверности документов на выполнение работ, но реальности хозяйственных операций по дальнейшей их реализации или использованию в производстве, в целях исчисления налога на прибыль расходы на приобретение товаров (работ, услуг) должны быть учтены исходя из рыночных цен, применяемых по аналогичным сделкам; определение размера налоговых обязательств при наличии сомнений в обоснованности налоговой выгоды должно производиться с учетом реального характера сделки и ее действительного экономического смысла.

Из оспариваемого решения следует, что таким правом налоговый орган не воспользовался, соответствие примененных по сделкам с ИП ФИО6 цен уровню рыночных налоговым органом не устанавливалось.

Напротив, заявителем как в налоговый орган при рассмотрении дела, так и в суд,  представлено решение УФАС по Челябинской области от 12.08.2016 №01-06/16, а также договоры заявителя с иными поставщиками аналогичной продукции – шлака, из которых следует, что цена приобретенного заявителем у ИП ФИО6 шлака соответствует средней рыночной цене аналогичного товара. Данный факт налоговым органом не опровергнут.

 При таких обстоятельствах, суд   считает неправомерным доначисление налоговым органом налога на прибыль исходя из цены первоначального продавца шлака – ООО «Собственность».

 Доводы налогового органа об одинаковых IP-адресах сетевого оборудования (прокси-серверов), судом отклоняются, поскольку  периферийная информация, связанная с электронными сообщениями, такая как IP-адреса, доменные имена или географическое расположение информационных систем, при всем своем на первый взгляд объективном характере практически не дает возможности однозначно установить физическое местонахождение сторон и, в отсутствие иных доказательств, сама по себе не свидетельствует о согласованности действий хозяйствующих субъектов, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды.

Факты знакомства, деловые связи сотрудников ООО «Уралгрит» и ИП ФИО6, на которые ссылается налоговый орган,  не отвечают сами по себе признакам взаимозависимости, указанным в ст. 105.1 НК РФ. 

Доказательства того, что данные факты могли повлиять либо повлияли на финансово-хозяйственные взаимоотношения между ИП ФИО6 и заявителем по поставке шлака  налоговым органом не представлены.

Кроме того, доводы налогового органа, аргументированные взаимозависимостью налогоплательщика и поставщика спорной продукции, а также, налогоплательщика и первоначального продавца – ООО «Собственность» исследованы судом и отклоняются в силу следующего:

Конституционный Суд Российской Федерации в определении N 441-О от 04 декабря 2003 года указал, что право признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 1 статьи 20 НК РФ, может быть использовано судом лишь при условии, что эти основания указаны в других правовых актах, а отношения между этими лицами объективно могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг), в том числе в случаях совершения хозяйственным обществом сделок с заинтересованными лицами, признаваемыми таковыми законом.

В силу пункта 1 статьи 20 Налогового кодекса РФ взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц, а именно: одна организация непосредственно и (или) косвенно участвует в другой организации, и суммарная доля такого участия составляет более 20 процентов. Доля косвенного участия одной организации в другой через последовательность иных организаций определяется в виде произведения долей непосредственного участия организаций этой последовательности одна в другой; одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению; лица состоят в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации в брачных отношениях, отношениях родства или свойства, усыновителя и усыновленного, а также попечителя и опекаемого.

В соответствии с пунктом 1 статьи 105.1 НК РФ, если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения.

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. 

При этом, такое влияние учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии с настоящей статьей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 105.1 НК РФ если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, то указанные лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения.

Согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 105.1 НК РФ в целях настоящего Кодекса взаимозависимыми лицами признаются организации в случае, если одно и то же лицо прямо и (или) косвенно в этих организациях и доля такого участия в каждой организации составляет более 25 процентов.

Как установлено налоговым органом, ИП ФИО6 ранее являлся работником ОАО «Уралгрит», а директор ООО «Уралгрит» является учредителем ООО «Собственность».

Между тем, суд указывает, что взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной (пункт 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53).

При этом, поскольку налоговым органом оценка стоимости ТМЦ по заключенному договору с ИП ФИО6   на предмет его соответствия рыночным ценам не производилась, иных доказательств, свидетельствующих о влиянии заявителя на результаты заключенных с третьими лицами сделок, также не представлено, суд приходит к выводу о недоказанности налоговым органом получения заявителем необоснованной налоговой выгоды по факту взаимозависимости заявителя и вышеуказанных субъектов.

На основании изложенного, исходя из положений Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 53 от 12.10.2006, ст.71, ч.5 ст.200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что, констатировав в решении налогового органа отдельные обстоятельства, налоговый орган не исследовал и не обосновал, каким образом каждое из них в отдельности и все в совокупности они свидетельствуют об участии налогоплательщика в необоснованном возмещении средств из бюджета. 

В данном случае налоговый орган не представил доказательств, опровергающих реальность приобретения товара, а равно, доказательств того, что налогоплательщик является недобросовестным и совместно со своим контрагентом создавал схемы незаконного обогащения за счет бюджетных средств, что приводило бы к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и к нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков. 

В частности, налоговый орган не доказал, что налогоплательщик фактически не осуществлял предпринимательской деятельности, заявленный оборот отсутствовал, представленные налогоплательщиком документы недействительны в силу их фальсификации либо по иным причинам, и отраженные в них сведения недостоверны.

обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности налогоплательщика, указанные налоговым органом обстоятельства сами по себе не могут являться основанием для отказа в реализации налогоплательщиком предоставленного ему законом права.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что заявленные требования следует удовлетворить: надлежит признать незаконным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Свердловской области от 23.07.2018 № 12-09/19.

 В порядке распределения судебных расходов (ст. 110 АПК РФ) следует  взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Свердловской области в пользу общества с ограниченной ответственностью "УРАЛГРИТ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 3000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170,201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Заявленные требования удовлетворить.

2. Признать незаконным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Свердловской области от 23.07.2018 № 12-09/19.

3. В порядке распределения судебных расходов (ст. 110 АПК РФ) взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Свердловской области в пользу общества с ограниченной ответственностью "УРАЛГРИТ" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 3000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

4. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

5. С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе «Дополнение». 

Выдача исполнительных листов производится не позднее пяти дней со дня вступления в законную силу судебного акта.

По заявлению взыскателя дата выдачи исполнительного листа (копии судебного акта) может быть определена (изменена) в соответствующем заявлении, в том числе посредством внесения соответствующей информации через сервис «Горячая линия по вопросам выдачи копий судебных актов и исполнительных листов» на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» либо по телефону Горячей линии 371-42-50.

В случае неполучения  взыскателем исполнительного листа в здании суда в назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о вручении. 

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная жалоба, (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства) исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа будет размещена в карточке дела «Дополнение». 

СудьяС.О. Иванова