АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-43205/2020

г. Краснодар

05 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 3 марта 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 5 марта 2022 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего судьи Алексеева Р.А., судей Малыхиной М.Н. и Ташу А.Х., в отсутствие истца – товарищества собственников недвижимости «Защитник» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний "Авангард"» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу товарищества собственников недвижимости «Защитник» на решение Арбитражного суда Ростовской области от 21.06.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2021 по делу № А53?43205/2020, установил следующее.

ТСЖ «Защитник» (далее – товарищество) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Группа компаний "Авангард"» (далее – общество) о признании недействительным договора возмездного оказания услуг от 17.07.2019 № 02/07 и применении последствий недействительности сделки в виде возврата 753 795 рублей 98 копеек. 

Решением от 21.06.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 08.10.2021, в иске отказано. Суды исходили из отсутствия оснований для признания сделки недействительной.

В кассационной жалобе товарищество просит отменить судебные акты и отказать в иске. Заявитель ссылается на то, что из материалов дела следует, что ФИО1, подписавшая оспариваемый договор от имени общества, знала или должна была знать о наличии в товариществе корпоративного конфликта. Суммы, указанные в представленных обществом первичных документах в подтверждение расходов на исполнение договора не соответствуют суммам, указанным в акте выполненных работ. В силу статей 39, 44, 137, 145 и 154 Жилищного кодекса Российской Федерации, пункта 6.1.2 Устава товарищества расходы на организацию пропускного режима на территорию товарищества относятся к компетенции общего собрания его членов, однако доказательства приятия такого решения отсутствуют.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, товарищество (заказчик) в лице председателя правления ФИО2 и общество в лице генерального директора ФИО1 заключили договор от 17.07.2019 № 02/07 на оказание  комплексной услуги по организации контрольно-пропускного режима автотранспорта на территории заказчика, а именно: установка КПП-2 (500 тыс. рублей), двух шлагбаумов «Дурхан» КПП-1 (165 тыс. рублей) и двух шлагбаумов «Дурхан» КПП-2 (стоимость 165 тыс. рублей), оборудования на КПП-1 и КПП-2 в количестве 4 штук (253 796 рублей), двух тревожных кнопок КПП-1 и КПП-2 (50 тыс. рублей).

Согласно выписке движения средств по счету 18.07.2019 товарищество перечислило обществу 753 795 рублей 98 копеек.

По мнению товарищества, на момент подписания данного договора ФИО2 не имел полномочий председателя товарищества, поскольку 23.12.2018 решением общего собрания был исключен из членов товарищества и переизбран.

В обоснование данного довода товарищество указало, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 17.07.2019 по делу № 33-11639/2019 решение Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от 08.04.2019 отменено, принято новое, которым в удовлетворении иска ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к Малевичу И.А. о признании ничтожными протокола общего собрания членов товарищества в форме собрания уполномоченных от 23.12.2018 и протокола заседания правления от 07.12.2018 отказано.

Согласно протоколам общего собрания членов товарищества от 30.06.2019 и 21.07.2017 ФИО2 избран председателем правления товарищества, ФИО1 утверждена членом правления товарищества.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 04.03.2020 по делу № 33-2343, названные протоколы собрания членов товарищества признаны недействительными, признаны недействительными и исключены из ЕГРЮЛ записи соответствующие записи.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, товарищество обратилось в суд с требованием о признании недействительным договора от 17.07.2019 № 02/07 и применении последствий его недействительным.

Суды рассмотрели спор на основании статей 10, 166, 174, 182 Гражданского кодекса Российской Федерации и постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25).

Апелляционный суд установил, что на основании заявлений товарищества от 25.12.2018, 01.02.2019, 21.06.2019, 11.07.2019 налоговый орган принял решения от 09.01.2019, 08.02.2019, 28.06.2019, 18.07.2019 и внес сведения о прекращении полномочий ФИО2 и возложении полномочий на Малевича И.А.

На основании заявлений товарищества от 16.01.2019, 15.02.2019, 02.07.2019 налоговый орган принял решения от 23.01.2019, 22.02.2019, 09.07.2019 и внес сведения о прекращении полномочий Малевича И.А. и возложении полномочий на ФИО2

Решением Управления федеральной налоговой службы по Ростовской области от 24.07.2019 № 24.07-2019 признана недействительной запись от 18.07.2019. По состоянию на 25.07.2019 лицом, имеющим право без доверенности действовать от имени товарищества, являлся ФИО2

На основания заявлений товарищества от 30.09.2019 налоговый орган принял решение от 07.10.2019 и внес сведения о прекращении полномочий ФИО2 и возложении полномочий на ФИО6

Признавая требования товарищества необоснованными, апелляционный суд исходил из того, что для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимы два условия: сделка совершена с нарушением ограничений, установленных учредительным документом (иными корпоративными документами) или договором с представителем, и противоположная сторона сделки знала или должна была знать об этом. При этом не требуется устанавливать, нарушает ли сделка права и законные интересы истца каким-либо иным образом (пункт 92 постановления № 25).

В соответствии с пунктом 22 постановления № 25 при рассмотрении споров о признании сделки недействительной по названному основанию необходимо учитывать, что согласно пункту 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации данные государственной регистрации юридических лиц включаются в единый государственный реестр юридических лиц, открытый для всеобщего ознакомления. Презюмируется, что лицо, полагающееся на данные ЕГРЮЛ, не знало и не должно было знать о недостоверности таких данных.

Юридическое лицо не вправе в отношениях с лицом, добросовестно полагавшимся на данные ЕГРЮЛ, ссылаться на данные, не включенные в указанный реестр, а также на недостоверность данных, содержащихся в нем, за исключением случаев, если соответствующие данные включены в указанный реестр в результате неправомерных действий третьих лиц или иным путем помимо воли юридического лица (абзац второй пункта 2 статьи 51 ГК Российской Федерации).

По общему правилу закон не устанавливает обязанности лица, не входящего в состав органов юридического лица и не являющегося его учредителем или участником (далее – третье лицо), по проверке учредительного документа юридического лица с целью выявления ограничений или разграничения полномочий единоличного исполнительного органа юридического лица или нескольких единоличных исполнительных органов, действующих независимо друг от друга либо совместно.

Третьи лица, полагающиеся на данные ЕГРЮЛ о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу вправе исходить из неограниченности этих полномочий (абзац второй пункта 2 статьи 51 и пункт 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если в ЕГРЮЛ содержатся данные о нескольких лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, третьи лица вправе исходить из неограниченности полномочий каждого из них, а при наличии в указанном реестре данных о совместном осуществлении таких полномочий несколькими лицами – из неограниченности полномочий лиц, действующих совместно (абзац второй пункта 2 статьи 51 и пункт 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положения учредительного документа, определяющие условия осуществления полномочий лиц, выступающих от имени юридического лица, в том числе о совместном осуществлении отдельных полномочий, не могут влиять на права третьих лиц и служить основанием для признания сделки, совершенной с нарушением этих положений, недействительной, за исключением случая, когда будет доказано, что другая сторона сделки в момент совершения сделки знала или заведомо должна была знать об установленных учредительным документом ограничениях полномочий на ее совершение (пункт 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания того, что третье лицо знало или должно было знать о таких ограничениях, возлагается на лиц, в интересах которых они установлены (пункт 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статьей 51 и 53 Гражданского кодекса Российской Федерации неясности и противоречия в положениях учредительных документов юридического лица об ограничениях полномочий единоличного исполнительного органа толкуются в пользу отсутствия таких ограничений.

Ссылка в договоре, заключенном от имени организации, на то, что лицо, заключающее сделку, действует на основании устава данного юридического лица, должна оцениваться судом с учетом конкретных обстоятельств заключения договора и в совокупности с другими доказательствами по делу. Такое доказательство, как и любое другое, не может иметь для суда заранее установленной силы и свидетельствовать о том, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях.

Спорный договор заключен 17.07.2019. По состоянию на эту дату в ЕГРЮЛ содержалась информация о том, что председателем товарищества является ФИО2

Апелляционный суд указал на отсутствие доказательств осведомленности  общества об ограничениях полномочий председателя правления или о наличии решения о прекращении полномочий председателя правления ФИО2 и о наличии корпоративного конфликта в товариществе, отсутствие доказательств заключения сделки с целью причинения ущерба товариществу.

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу. В связи с этим для квалификации действий как совершенных со злоупотреблением правом должны быть представлены доказательства того, что совершая определенные действия, сторона намеревалась причинить вред другому лицу.

В силу статьи 170 мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В пунктах 86 и 87 постановления № 25 разъяснено, что совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных обществом и ответчиками, формальным требованиям, установленным законом, принимает во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделкам.

Апелляционный суд установил реальное исполнение обществом договора,  существование КПП-2 в 2019 году и отклонил доводы товарищества о его мнимом характере, признал несостоятельной ссылку товарищества на недобросовестность общества при исполнении договора.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце втором consultantplus://offline/ref=07BE6A419A33D9AAC163CD22FD8D7FF394916C24CF4FA8EDC92BD4686C0553F6859B3D2B9AE6A8D19E5AEC6E705E13ABAF9AE6B3E6CAB825B3r0Oпункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде кассационной инстанции», переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не допускается.

В силу части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы предусмотренных полномочий суда кассационной инстанции, существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Поскольку установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций, суд кассационной инстанции не вправе переоценивать представленные в материалы дела доказательства, которые являлись предметом рассмотрения судов нижестоящих инстанций.

Суд кассационной инстанции полагает, что вопреки содержащимся в кассационной жалобе доводам, судами при рассмотрении дела установлены все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Основания для отмены судебных актов отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 21.06.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.10.2021 по делу № А53?43205/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

Р.А. Алексеев

Судьи

М.Н. Малыхина

А.Х. Ташу