ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-8149/2021, 18АП-8384/2021

Дело № А76-43527/2018

09 ноября 2021 года

г. Челябинск

Резолютивная часть постановления объявлена 26 октября 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 ноября 2021 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Калиной И.В., Поздняковой Е.А.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала», исполняющего обязанности конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «АЭС Инвест» ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 04.05.2021 по делу № А76-43527/2018.

В заседании приняли участие представители:

     общества с ограниченной ответственностью «Инвест-лизинг» - ФИО3 (паспорт, доверенность 11.01.2021, срок 31.12.2021); ФИО4 (паспорт, доверенность от 11.01.2021, срок до 31.12.2021);

    общества с ограниченной ответственностью «АЭС Инвест» - ФИО5 (паспорт, доверенность от 09.01.2021, срок до 31.12.2021).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 28.12.2018 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Региональная сетевая компания» возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «АЭС Инвест» (далее - ООО «АЭС Инвест», должник). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 30.01.2019 принято заявление публичного акционерного общества «Челябэнергосбыт» как заявление о вступлении в дело о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 14.01.2019 заявление ОАО «МРСК Урала», как соответствующее требованиям статей 125, 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), статей 39, 40, пунктов 2, 3 статьи 6, пункта 2 статьи 7 и пункта 2 статьи 33 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), однако поступившее после заявлений ООО «Региональная сетевая компания» и ПАО «Челябэнергосбыт», принято как заявление о вступлении в дело о банкротстве. 

Постановлениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.03.2019 и от 07.03.2019 определения суда первой инстанции от 28.12.2018, от 30.01.2019 отменены, заявление ООО «Региональная сетевая компания» возвращено, в принятии заявления ПАО «Челябэнергосбыт» отказано. 

Дело о банкротстве ООО «АЭС Инвест» признано судом возбужденным определением от 14.01.2019 на основании заявления ОАО «МРСК Урала». 

Определением суда от 08.04.2019 (резолютивная часть от 01.04.2019) в отношении ООО «АЭС Инвест» введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2. 

Решением суда от 06.09.2019 (резолютивная часть от 27.08.2019) ООО «АЭС Инвест» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, – конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурного управляющего назначен ФИО2 

Общество с ограниченной ответственностью «Инвест-лизинг» (далее – ООО «Инвест-лизинг», кредитор) 17.10.2019 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «АЭС Инвест» требования по договору финансовой аренды (лизинга) № 774 от 23.03.2018 в размере 310 522 453 руб. 34 коп., как обеспеченного залогом имущества должника (вх. № 65063 от 17.10.2019 с учетом принятого судом уменьшения размера требований, согласно пояснениям от 04.02.2020). 

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ООО «АЭС Инвест» ФИО2 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к ООО «Инвест-лизинг», в котором просил признать недействительными заключенные между ООО «АЭС Инвест» и ООО «Инвест-лизинг» договор финансовой аренды (лизинга) оборудования № 774 от 23.03.2018 и договор поставки № 774 от 23.03.2018, договор № 774 от 19.04.2018 о залоге недвижимости (ипотеки) и договор № 774 от 19.04.2018 о залоге имущества, применить последствия недействительности сделок в виде возврата, восстановления права собственности ООО «АЭС Инвест» на автоматизированные системы учета электроэнергии в количестве 424 позиций, являющиеся предметом договора аренды (лизинга) оборудования № 774 от 23.03.2018 и договора поставки № 774 от 23.03.2018, признания отсутствующим обременения в виде залога имущества ООО «АЭС Инвест», являющегося предметом договора № 774 от 19.04.2018 о залоге недвижимости (ипотеки) и договора № 774 от 19.04.2018 о залоге имущества, взыскать с ООО «Инвест-лизинг» в пользу ООО «АЭС Инвест» денежные средства в размере 45 894 458 руб. 66 коп. (вх. №1592 от 14.01.2020). 

Определением суда от 17.03.2020 заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 04.05.2021  в удовлетворении заявления исполняющего обязанности конкурсного управляющего ООО «АЭС Инвест» ФИО2 отказано. Заявление ООО «Инвест-лизинг» удовлетворено: признаны требования ООО «Инвест-лизинг» в размере 310 522 453 руб. 34 коп. обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «АЭС Инвест», как обеспеченные залогом имущества должника, согласно договору о залоге недвижимости (ипотеки) № 774 от 19.04.2018 и договору о залоге имущества № 774 от 19.04.2018.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ОАО «МРСК-Урала», исполняющий обязанности конкурсного управляющего ООО «АЭС Инвест» ФИО2 обратились с самостоятельными апелляционными жалобами, в которых просят определение от 04.05.2021 отменить.

ОАО «МРСК-Урала» просило судебный акт отменить, признать недействительными сделками заключенные между ООО «АЭС Инвест» и ООО «Инвест-лизинг» договор финансовой аренды (лизинга) оборудования № 774 от 23.03.2018 и договор поставки № 774 от 23.03.2018, договор № 774 от 19.04.2018 о залоге недвижимости (ипотеки) и договор № 774 от 19.04.2018 о залоге имущества; отказать ООО «АЭС Инвест» во включении в реестр кредиторов в размере 310 522 453,34 руб.

В жалобе указано следующее. В обоснование заявления о недействительности сделок конкурсный управляющий ссылался на те обстоятельства, что оспариваемые сделки - договор финансовой аренды (лизинга) оборудования №774 от 23.03.2018, договор поставки №774 от 23.03.2018, договор №774 от 19.04.2018 о залоге недвижимости (ипотеки) и договор №774 от 19.04.2018 о залоге имущества, заключенные между ООО «АЭС Инвест» и ООО «ИНВЕСТ-лизинг», были совершены в период неплатежеспособности должника; заключение и исполнение сделок противоречило экономическим интересам должника, но одновременно привело к существенной выгоде ООО «Инвест-лизинг», входящего с должником в одну группу. В результате оспариваемых сделок не произошло какого-либо положительного экономического эффекта для должника, предмет лизинга - использовался должником с 2014 года - и до заключения договора лизинга с ООО «Инвест-лизинг», денежными средствами от ООО «Инвест-лизинг» в своей деятельности должник не воспользовался, но при этом утратил право собственности и обременил значительную часть своего имущества залогом. 

Все указанные обстоятельства, подтвержденные надлежащими доказательствами, свидетельствуют о том, что при совершении сделок стороны использовали подконтрольной кредиторской задолженности с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, а также с целью получения удовлетворения за счет имущества должника в ходе банкротства в ущерб интересам независимых кредиторов.

При этом, заявляя возражения на требования ООО «Инвест-лизинг» о включении в реестр задолженности по оспариваемому договору финансовой аренды (лизинга) оборудования №774 от  23.03.2018,  конкурсный  управляющий   представил  расчет  задолженности, в соответствии с которым сумма неуплаченных лизинговых платежей с момента кредитором уведомления о расторжении договора за вычетом внесенных лизингополучателем  в адрес лизингодателя платежей.

По мнению апеллянта, судом не учтены следующие обстоятельства. Требования ООО «Инвест-лизинг» основаны на наличии у должника задолженности, сформировавшейся из договора лизинга. Закон в любом случае предусматривает возможность лизингополучателя возвратить предмет лизинга, в том числе для защиты своих прав. Вместе с тем, суд первой инстанции не учел, что реальной возможности возвратить предмет лизинга у должника не имелось. Со ссылками на надлежащие доказательства конкурный управляющий указывал, что предметом договора лизинга являются АСУЭ, установленные в электросетевом оборудовании, принадлежащем ООО «АЭС Инвест».

Указанные предметы лизинга (454 комплекта АСУЭ) на момент передачи их в лизинг уже были смонтированы обществом «ЭМИС» на основании договора №10-2014 от 28.10.2014 на объектах электроэнергетики - трансформаторных подстанциях, принадлежащих на праве собственности ООО «АЭС Инвест». Стоимость монтажа (и пуско-наладочных работ) комплекса составила 401 731 349,25 руб. Таким образом, демонтаж данного высокотехнологического оборудования при расторжении договора лизинга в связи с просрочкой уплаты лизинговых платежей фактически невозможен в виду превышения стоимости указанных работ над стоимостью самого предмета лизинга, согласно оспариваемому договору. Соответственно,  при заключении договора лизингодатель был осведомлен о фактической невозможности возвращения ему предмета лизинга со стороны должника в случае расторжения договора. 

При этом, конкурсный управляющий привел доказательства о том, что сделка была совершена в условиях собственной неплатежеспобности, через 3 месяца после заключения договора лизинга должник полностью прекратил осуществление своего основного вида деятельности, передав все свое электросетевое имущество, в том числе в котором установлены АСУЭ, в аренду аффилированному лицу - ООО «Урал-Ресурс» по договорам аренды от 18.06.2019.

Также конкурсный управляющий указывал на то обстоятельство, что сделка была совершена на нерыночных условиях, поскольку свои обязательства по договору лизинга должник обеспечил обременением имущества - залогом в пользу ООО «Инвест-лизинг» по договорам залога от 19.04.2018.

Отклоняя доводы о признании договора лизинга притворной сделкой, суд указал, что довод конкурсного управляющего о притворности, мнимости правоотношений сторон является ошибочным.

Учитывая, что продажа имущества с последующим одновременным принятием его в пользование по договору лизинга и необходимостью платы в течение определенного периода лизинговых платежей в целях обратного выкупа с экономической точки зрения является кредитованием покупателя продавцом для оценки доводов о противоправности сделки необходимо сопоставление всей цепочки сделок, совершенных в то же период должником.

При этом, конкурсный управляющий указывал о наличии признаков юридической и фактической аффилироваиности сторон сделки, которые фактически не были опровергнуты ответчиком.

Принимая во внимание наличие у должника на дату заключения оспариваемых сделок неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами, получения финансирования от аффилированного лица, по мнению апеллянта, довод конкурсного управляющего, о том, что фактически договор лизинга прикрывал кредитование должника аффилированным лицом, получение контроля аффилированными лицами над иным имуществом должника, является недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ).

Также, по мнению апеллянта, является верным довод конкурсного управляющего о том, что фактически договор лизинга и договор залога совершены на нерыночных условиях, в том числе для создания подконтрольной кредиторской задолженности с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, а также с целью получения удовлетворения за счет имущества должника в ходе банкротства в ущерб интересам независимых кредиторов, что квалифицирует сделки как недействительные по статьям 10, 168 ГК РФ.

Также отмечено, что конкурсным управляющим, представлены документальные подтверждения факта вхождения одних и тех же лиц, контролирующих  ООО «Инвест-лизинг», в систему корпоративного управления должником и аффилированых к нему лиц.  

Ссылаясь на фактическую заинтересованность должника и ответчика, полагая, что последний входит в группу лиц с должником, является аффилированным по отношению ПАО «Челябэнергосбыт» лицом, управляющий представил в дело сведения, не опровергнутые ответчиком, о заключении сделок и последующем их исполнении на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. ООО «Инвест-лизинг» не отрицалось, что для выдачи денежных средств по договору лизинга им были привлечены кредитные средства в ПАО «Челябинвестбанк» по кредитному договору 

<

***> от 26.03.2018 на сумму 262 250 000 руб. Из анализа оспариваемого договора лизинга и дополнительного соглашения №3 к нему следует, что размер финансирования составляет 262 294 438 руб., общая сумма лизинговых платежей на 54 месяца (4,5 года) составляет 356 374 912 руб. Следовательно, сумма прибыли ООО «ИНВЕСТ-лизинг» составляет 94 080 474 руб. или 8,9% годовых. Таким образом, экономический результат от заключения договора лизинга, на который ссылается ответчик в опровержение доводов управляющего, не покрывал его расходы на привлечение финансирования по кредитному договору.

По мнению апеллянта, судом     сделаны     неверные     выводы     о      невозможности     признания     сделок недействительными    в    силу    преюдициальности выводов    судебных    актов    по    ранее рассмотренному делу. Судом указано, что доводы о мнимости правоотношений истца и ответчика, ничтожности сделок, основанных на договоре лизинга, были предметом рассмотрения по делу  № А76-40927/2018 и были отклонены судом в решении от 11.07.2019, оставленном без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций. Между тем, по мнению апеллянта, при рассмотрении спора по делу №А76-40927/2018 между должником и ответчиком о взыскании задолженности по договору лизинга в указанных судебных актах, исходя из предмета спора, не разрешались вопросы и не выяснялись обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения настоящего спора о признании иных сделок недействительными.

ООО «АЭС Инвест» просило судебный акт отменить, признать сделку недействительной, указало  на притворность оспариваемых сделок и их направленность на создание подконтрольной кредиторской задолженности с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, а также с целью получения удовлетворения за счет имущества должника в ходе банкротства в ущерб интересам независимых кредиторов.

Со ссылкой на статью 19 Закона о банкротстве указано следующее.  На дату заключения оспариваемых сделок единственный участник ответчика - ПАО «Челябинвестбанк» совместно с ФИО6 являлись участниками АО АПРИ «Флай Плэнинг». ФИО6 являлся участником должника до 29.02.2008 года, а затем до июня 2017 года – членом совета директоров ПАО «Челябэнергосбыт», в состав которого входил директор должника. Должник в период с 30.06.2010 по 31.12.2011 являлся акционером ПАО «Челябэнергосбыт», которое в настоящее время является участником должника. С 22.05.2013 ФИО6 являлся участником ООО «Перспектива», в котором с 06.12.2018 участником является ПАО «Челябэнергосбыт». С 21.08.2013 участником ООО «Перспектива» с долей в 50% является ООО «ЭйбиЭй Груп», взаимосвязанность которого с группой компаний МРСЭН, в которую входит ООО «АЭС Инвест», установлена в частности, в деле о банкротстве ПАО «Челябэнергосбыт». 

Выбор должником в качестве стороны договора выкупного лизинга общества, которое через своего единственного участника связано с ФИО6, являвшимся в разные периоды времени как бывшим участником должника, так и членом коллегиального органа управления другого участника должника не нашло никакого разумного объяснения с точки зрения не связанности сторон ни со стороны суда, ни со стороны участвующих в деле лиц. 

Отношения между ПАО «Челябэнергосбыт» и должником регулировались договором №2363 от 01.05.2008 и агентским договором №114-П от 19.08.2013, которые в совокупности позволяли ПАО «Челябэнергосбыт» и ООО «АЭС Инвест» осуществлять зачеты взаимных требований, что и делалось на практике. 

Добросовестная и разумная необходимость в привлечении средств для перечисления их в ПАО «Челябэнергосбыт» во исполнение договора № 2363 и агентского договора №114-П, чтобы затем в тот же день получить их обратно от ПАО «Челябэнергосбыт» во исполнение того же договора №2363 и агентского договора №114-П отсутствует, сторонами не раскрыта и судом не исследована. 

Сама по себе необходимость должника в денежных средствах не объясняет целесообразность заключения договора лизинга и договоров залога с ответчиком, который сам для участия в сделке привлек кредитные средства. Должник сам мог кредитоваться в банках, что он и делал (ПАО «Сбербанк», ПАО «Запсибкомбанк», ПАО «ЮниКредитБанк»), для этого не нужно было привлекать ответчика. Не получая с июня по ноябрь 2018 лизинговые платежи, то есть в течение 5 месяцев подряд, ответчик, обязанный возвращать ежемесячно свой кредит, принудительно платежи не взыскивает, в суд не обращается, не требует досрочного расторжения договора лизинга, что не соотносится как с условиями договора, так и разумностью лица, который сам вынужден обслуживать кредит, взятый для участия в договоре лизинга.

Ответчик за весь период процедуры наблюдения должника не обращается с заявлением о включении в реестр требований кредиторов, а совершает действия по получению преюдициального судебного акта вне рамок дела о банкротстве, в котором должник признает наличие долга (дело №А76-40927/2018). Такое поведение должника и ответчика в силу правовой позиции, изложенной в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного суда РФ №2 (2018), дополнительно подтверждает аффилированность сторон. 

Ответчик на всем протяжении спора не скрывал о своей осведомленности о малоликвидности предмета лизинга, сложности и неоправданно высоких расходах по его демонтажу, о фактической невозможности возвращения предмета лизинга. ООО «Инвест-лизинг», заключая договор в отношении имущества, которое с 2014 года находится в эксплуатации, противоречит своим же заявлениям, отраженным на официальном сайте (www.investl.ru), о том, что бывшая в употреблении техника и оборудование не предоставляется в лизинг. Дальнейшее прекращение должником своего основного вида деятельности, передача всего имущества, в том числе, предмета лизинга в аренду аффилированному лицу без получения согласия об этом от ООО «Инвест-лизинг», на таких условиях аренды, которые не позволяют исполнять договор лизинга, также свидетельствует о взаимосвязанности должника и ООО «Инвест-лизинг», об отсутствии намерения у должника исполнять договора лизинга, а у ООО «Инвест-лизинг» - требовать его исполнения.

По мнению апеллянта, экономический результат, достигнутый в результате согласованных действий сторон оспариваемых сделок, очевидно свидетельствует о причинении вреда должнику и его кредиторам.

Предметом оспариваемых сделок являются автоматизированные системы учета электроэнергии (АСУЭ), которые потребительскую ценность и пользу приносят с момента их монтажа в объекты электроэнергетики. 

Расходы должника на приобретение имущества, которое впоследствии стало предметом оспариваемых сделок, составили 1 126 333 382,32 руб., из которых 401 731 349,25 руб. - расходы по монтажу и пуско-наладочным работам, 346 586 385,81 руб. - стоимость самого имущества и 378 015 647,26 руб. - лизинговые платежи в пользу ООО «Газтехлизинг». 

Превышение стоимости работ по введению предмета лизинга в эксплуатацию над стоимостью самого имущества свидетельствует о том, что его демонтаж приведет к еще большим расходам для должника, в том числе в виде разрушения целостности и функционального единства тех электросетевых объектов, в которых имущество установлено. 

При этом, после демонтажа АСУЭ не будут представлять какой-либо существенной ценности, поскольку не могут быть повторно использоваться в иных объектах электросетевой инфраструктуры как бывшие в употреблении.

 Названное свидетельствует о фактической невозможности и какой-либо экономической нецелесообразности, как для должника, так и для ООО «Инвест-лизинг», демонтажа предмета лизинга в случае его расторжения в связи с неисполнением лизингополучателем его условий. Данные обстоятельства не могли быть не известны ответчику.

Прекращение исполнения должником договора лизинга через 2 месяца после его заключения с одновременным переводом своей деятельности на аффилированное лицо подтверждает совместные действия сторон сделки по созданию для ответчика условий, обеспечивающих получение имущества должника, обремененное залогом в пользу ответчика.

ООО «Инвест-лизинг» является собственником имущества расходы, на приобретение которого для него составили 216 399 979,34 руб. (с учетом уже полученных от должника 45 894 458,66 руб.), является залогодателем имущества должника общей залоговой стоимостью 378 640 369 руб. ООО «АЭС Инвест» утратил право собственности на АСУЭ, расходы на приобретение и монтаж которых составил 1 126 333 382,32 руб. Получив от ответчика 262 294 438 руб. в своей деятельности не использовал, перечислив их в полном объеме в пользу ПАО «Челябэнергосбыт». Перечислил в пользу ответчика 45 894 458,66 руб. под видом уплаты лизинговых платежей. Обременил собственное имущество (22 единицы недвижимого имущества и 391 электросетевого оборудования) в пользу ответчика. 

Результатом согласованных действий должника и ООО «Инвест-Лизинг» по оформлению внешне законной конструкции возвратного лизинга и обеспечивающих её договоров залога стало одновременное сохранение ООО «Инвест-Лизинг» вещного права на имущество должника при одновременном возврате всех вложенных в его приобретение денежных средств.

Специфика  предмета договора лизинга исключала саму возможность его продажи в пользу ООО «Инвест-лизинг» как самостоятельного объекта прав.

Оборудование, являющееся предметом лизинга на дату заключения договора финансовой аренды (лизинга) оборудования № 774 от 23.03.2018 и договора поставки №774 от 23.03.2018, договора № 774 от 19.04.2018 о залоге недвижимости (ипотеки) и договор № 774 от 19.04.2018 о залоге имущества обладало признаками составной части неделимой вещи. Признание вещи неделимой влечет за собой определенные правовые последствия — часть ее не может быть предметом самостоятельных гражданских прав, что влечет за собой недопустимость отчуждения отдельных составных частей такой неделимой вещи. При продаже АСУЭ от должника обществу «Инвест-Лизинг» был нарушен запрет на обращение взыскания на составную часть неделимой вещи. Нарушение повлекло вывод из имущественной массы должника имущества, за счет которого могут быть удовлетворены требования других кредиторов должника. О сложности вещи свидетельствует расходы на его монтаж – 401 731 349,25 руб., что дороже самого имущества. 

ООО «Инвест лизинг» (покупатель) при заключении договора поставки №774, было известно об особенностях оборудования для автоматизированного учета электроэнергии (продукция), идентификационные признаки которого были указаны в спецификации.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2021 апелляционные жалобы приняты к производству суда, судебное заседание назначено на 14.07.2021.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2021 судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено, судебное заседание назначено на 08.09.2021.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2021 судебное заседание отложено на 13.10.2021 в связи с необходимостью представления дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий.

Определением заместителя председателя Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021 произведена замена председательствующего судьи Матвеевой С.В. (в связи с болезнью) на судью Забутырину Л.В. в порядке электронного распределения дела.

Определением апелляционного суда о 13.10.2021 в удовлетворении заявления   ООО «Инвест-лизинг» об отводе судьи Журавлева Ю.А. было отказано. 

Протокольным определением суда от 13.10.2021 в судебном заседании был объявлен перерыв до 19.10.2021 ввиду того, что от участников процесса поступили дополнительные доказательства непосредственно в судебном заседании, у суда возможности ознакомления с ними не имелось.

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 18 АПК РФ, пунктом 37 Регламента арбитражных судов РФ, произведена замена в судебном составе судьи Кожевниковой А.Г., находящейся в отпуске, на судью Позднякову Е.А.

Протокольным определением суда от 19.10.2021 судебное заседание было отложено на 26.10.2021 в связи с невозможностью проведения заседания после окончания рабочего времени.

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 18 АПК РФ, пунктом 37 Регламента арбитражных судов РФ, произведена замена в судебном составе судьи Журавлева Ю.А., находящегося в отпуске, на судью Калину И.В.

Дополнительно представленные доказательства (пояснения, отзывы) приобщены к материалам дела в порядке статей 65, 66, 168, 268 АПК РФ в целях установления значимых для дела обстоятельств и проверки доводов жалобы. 

Представитель ООО «АЭС Инвест» подержал доводы жалоб. Представители ООО  «Инвест-лизинг» возражали по доводам жалобы, просили судебный акт оставить без изменения. 

   Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

  В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей иных неявившихся лиц. 

  Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

  Как следует из материалов дела и установлено судом, ООО «Инвест-лизинг» (лизингодатель) и ООО «АЭС Инвест» (лизингополучатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) оборудования № 774 от 23.03.2018, в редакции дополнительного соглашения № 1 от 27.03.2018, дополнительного соглашения № 2 от 19.04.2018, дополнительного соглашения № 3 от 01.11.2018, согласно которому лизингодатель обязался приобрести в собственность имущество – комплект оборудования автоматизированной системы учета электроэнергии, производитель ЗАО «ЭМИС», 2014 г. согласно спецификации - приложению № 2 к договору (предмет лизинга) и передать во временное владение и пользование лизингополучателю за плату, а лизингополучатель – принять предмет лизинга и своевременно вносить плату за пользование в соответствии с условиями договора и графиком лизинговых платежей (приложение № 3 к договору).

Согласно спецификации выбор поставщика предмета лизинга, предмета лизинга осуществлен лизингополучателем самостоятельно. Согласно указанной спецификации стоимость предмета лизинга составляет 262 294 438 руб., спецификацией также определены непосредственно сам предмет лизинга, место его установки и др. 

Согласно п. 2.1 договора срок финансовой аренды составляет 54 месяца. 

По истечении срока лизинга при условии надлежащего исполнения лизингополучателем обязательств, принятых по договору, право собственности на предмет лизинга переходит лизингополучателю в порядке и на условиях, установленных договором (п. 1.9 договора). 

В силу п. 2.2 договора предмет лизинга передается лизингополучателю в финансовую аренду по акту приема-передачи либо иному документу, подтверждающего получение лизингополучателем предмета лизинга. 

Согласно п. 2.3 договора срок лизинга исчисляется с момента подписания акта приема-передачи, либо иного документа, подтверждающего получение лизингополучателем предмета лизинга до даты последнего платежа, указанного в графике лизинговых платежей. 

Порядок передачи предмета лизинга установлен в п. 3.3 приложения № 1 к договору (п. 2.4. договора). 

Согласно п. 3.1 договора лизингополучатель обязан обеспечить исполнение обязательств по договору залогом имущества общей залоговой стоимостью не менее 265 000 000 руб., договор залога должен быть заключен не позднее 45 дней с момента заключения договора лизинга. 

В силу п. 4.1 договора общая сумма лизинговых платежей по договору составляет 368 463 200 руб. с учетом НДС 18 %. 

Дополнительными соглашениями № 2 от 19.04.2018, № 3 от 01.11.2018 к договору лизинга изменена общая сумма лизинговых платежей, сначала определена в размере 362 072 896 руб., затем до размера 356 374 912 руб. 

Размер и сроки оплаты каждого ежемесячного лизингового платежа фиксируется в графике лизинговых платежей. Количество ежемесячных лизинговых платежей – 54 (п. 4.2 договора). 

Графиком лизинговых платежей предусмотрено их ежемесячное внесение в период с 30.03.2018 по 25.08.2022. Выкупная цена каждого наименования предмета лизинга составляет 2000 руб. с учетом НДС 18 %. 

Выкупная цена уплачивается отдельным платежом и не входит в общую сумму лизинговых платежей (п. 4.5 договора). 

Дополнительным соглашением № 1 от 27.03.2018 к договору лизинга выкупная цена каждого наименования предмета лизинга изменена, определена в размере 100 руб. 

Лизингодатель имеет право в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора лизинга после направления лизингополучателю письменного предупреждения за 5 рабочих дней: если просроченная задолженность по оплате общей суммы любого лизингового платежа превысит 30 календарных дней, либо если лизингополучатель перечислил лизинговые платежи в размере менее 80 % суммы, предусмотренной графиком лизинговых платежей, более 2 раз подряд; если лизингополучатель признан банкротом или в отношении него введена одна из процедур банкротства; в случае приостановления или прекращения деятельности лизингополучателя, его неплатежеспособности, лишения лизингополучателя права заниматься деятельностью, которая требует наличие специального разрешения, если эта деятельность связана с использованием предмета лизинга (п. 11.3 приложения № 1 к договору). 

Согласно п. 11.5 приложения № 1 к договору лизинга при расторжении договора лизинга по указанным основаниям лизингодатель имеет право по своему усмотрению совершить одно из следующих действий (определить последствия расторжения договора лизинга): отказаться от исполнения договора лизинга (расторгнуть договор) и потребовать от лизингополучателя выплаты всех сумм, предусмотренных графиком лизинговых платежей и договором лизинга, в том числе пени, штрафы, выкупную стоимость предмета лизинга, не уплаченных лизингополучателем к моменту расторжения договора лизинга; после полной оплаты лизингополучателем в пользу лизингодателя указанных сумм, право собственности на предмет лизинга подлежит передаче лизингополучателю (п. 11.5.1); отказаться от исполнения договора лизинга (расторгнуть договор) и потребовать от лизингополучателя погашения всей имеющейся на момент расторжения договора лизинга просроченной задолженности по договору, а также потребовать от лизингополучателя возвратить предмет лизинга лизингодателю (п. 11.5.2). 

Во исполнение условий договора финансовой аренды (лизинга) между ООО «АЭС Инвест» (поставщик) и ООО «Инвест-лизинг» (покупатель) заключен договор поставки № 774 от 23.03.2018 в редакции дополнительного соглашения № 1 от 27.03.2018, по условиям которого поставщик обязуется передать в собственность покупателя, покупатель оплатить и принять следующее имущество: оборудование для автоматизированного учета электроэнергии, наименование, количество, комплектность, цена за единицу, идентификационные признаки которого указываются в спецификации.

Согласно п. 1.2 договора поставки продукция передается покупателем поставщику в финансовую аренду (лизинг), поставщик является одновременно лизингополучателем по договору лизинга № 774 от 23.03.2018. Право собственности на продукцию переходит от поставщика к покупателю в момент передачи продукции по акту приема-передачи. 

Ответственность за сохранность продукции от всех видов имущественного ущерба, риски, связанные с ею гибелью, утратой, хищением, преждевременной поломкой, и иные имущественные риски с момента подписания акта приема-передачи несет лизингополучатель (п. 3.5 договора). 

Сторонами подписан акт приема-передачи от 27.03.2018 к договору поставки. 

Согласно спецификации стоимость продукции составляет 262 294 438 руб., уплачена обществом «Инвест-лизинг» путем перечисления указанной суммы на счет ООО «АЭС Инвест», что подтверждается платежным поручением № 289 от 29.03.2018. 

Сторонами подписан акт приема-передачи от 30.03.2018, согласно которому лизингодатель передал лизингополучателю имущество, являющееся предметом договора лизинга. 

В обеспечение исполнения ООО «АЭС Инвест» обязательств лизингополучателя по договору финансовой аренды (лизинга) оборудования № 774 от 23.03.2018 ООО «АЭС Инвест» (залогодатель) и ООО «Инвест-лизинг» (залогодержатель) были заключены: договор о залоге недвижимости (ипотеки) № 774 от 19.04.2018, общая стоимость заложенного имущества согласно условиям договора - 299 661 587 руб., 10.05.2018 произведена государственная регистрация ипотеки; договор о залоге имущества № 774 от 19.04.2018, поименованного в приложении № 1 к договору залога, общая стоимость заложенного имущества согласно условиям договора - 78 978 782 руб. 

Платежными поручениями № 324 от 30.03.2018 на сумму 11 588 000 руб., № 78 от 25.04.2018 на сумму 11 588 000 руб., № 102 от 25.05.2018 на сумму 11 588 000 руб., № 29 от 19.11.2018 на сумму 9 964 618 руб. 59 коп., № 29 от 21.11.2018 на сумму 29 839 руб. 06 коп., № 29 от 22.11.2018 на сумму 937 руб. 05 коп., № 29 от 23.11.2018 на сумму 2575 руб. 80 коп., № 29 от 23.11.2018 на сумму 85 руб. 56 коп., № 29 от 26.11.2018 на сумму 1000 руб., 10.12.2018 на сумму 385 269 руб. 73 коп., № 29 от 12.12.2018 на сумму 123 283 руб. 62 коп., 13.12.2018 на сумму 571 827 руб. 11 коп., № 29 от 14.12.2018 на сумму 3701 руб. 81 коп., 17.12.2018 на сумму 47 320 руб. 33 коп. обществом «АЭС Инвест» частично оплачены лизинговые платежи по договору № 774 от 23.03.2018. 

Всего ООО «АЭС Инвест» в счет исполнения обязательств по договору лизинга № 774 от 23.03.2018 произведены платежи на сумму 45 894 458 руб. 66 коп., в отношении чего между сторонами отсутствуют разногласия. 

Как указано ООО «Инвест-лизинг», в нарушение принятых на себя обязательств по договору лизинга ООО «АЭС Инвест» с июля 2018 г. систематически нарушает сроки оплаты ежемесячных лизинговых платежей, а с ноября 2018 г. перестало вносить платежи, предусмотренные условиями договора лизинга; с целью досудебного урегулирования спора кредитор направлял должнику претензии № 450 от 11.10.2018, № 511 от 06.12.2018 с требованием погасить задолженность, предупреждением о возможности истребования долга в судебном порядке с обращением взыскания на заложенное имущество, обращался в суд за истребованием задолженности.

ООО «Инвест-лизинг» отмечено, что при заключении договора лизинга стороны, принимая во внимание условия возвратного лизинга, общий размер лизинговых платежей, крайне низкую ликвидность предмета лизинга, согласовали последствия расторжения договора лизинга, а также завершающие обязанности сторон, в случае ненадлежащего исполнения лизингополучателем своих обязательств по договору лизинга, размер требований ООО «Инвест-лизинг» к ООО «АЭС Инвест» по договору лизинга определен в соответствии с п. 11.3.2 приложения № 1 к договору лизинга (общих условий финансовой аренды (лизинга) в сумме 310 522 453 руб. 34 коп. как разница между общим размером подлежащих уплате по договору лизинговых платежей с учетом выкупной стоимости предмета лизинга и суммой фактически уплаченных лизинговых платежей.

В судебное заседание 29.01.2020 конкурсный управляющий представил расчет задолженности, в соответствии с которым размер долга ООО «АЭС Инвест» составляет 179 427 767 руб. 34 коп. по состоянию на 05.12.2019 - дату получения ООО «Инвест-лизинг» уведомления конкурсного управляющего от 28.11.2019 о расторжении договора лизинга. Сумма задолженности определена как сумма неуплаченных лизинговых платежей с момента заключения договора по дату получения кредитором уведомления о расторжении договора за вычетом внесенных лизингополучателем в адрес лизингодателя платежей.

ООО «Инвест-лизинг» заявило возражения относительно указанного расчета, указало, что указанный способ расчета требований в отношении договора выкупного лизинга не предусмотрен ни действующим законодательством, ни договором лизинга, заключенным между сторонами, что предмет лизинга не возвращен лизингодателю, а соотнесение встречных обязательств сторон (сальдо) возможно только после фактического возврата предмета лизинга лизингодателю, обстоятельства для расчета сальдо не наступили; следование разъяснениям Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», в данном случае приведет только к увеличению затрат должника в связи необходимостью проведения работ по демонтажу предмета лизинга для последующей передачи ООО «Инвест-лизинг», и, как следствие, к уменьшению стоимости всей системы электроснабжения, принадлежащей ООО «АЭС Инвест»; кроме того, электросетевой комплекс, принадлежащий должнику, составной частью которого является предмет лизинга, передан в аренду ОАО «МРСК Урала», в конкурсную массу поступают арендные платежи, а изъятие предмета лизинга из владения должника (т.е. демонтаж, возврат имущества собственнику) на данном этапе нарушит целостность и функциональность системы, а также не приведет к исключению требования кредитора из реестра требований кредиторов должника в связи с крайней низкой ликвидностью предмета лизинга при его фактическом изъятии, по сравнению со стоимостью оборудования в системе электроснабжения. Таким образом, расчет требований методом подведения сальдо не производится лизингодателем, ввиду отсутствия целесообразности и оснований для его применения, конкурсным управляющим указанный метод также не применялся.

Исполняющий обязанности конкурсного управляющего ООО «АЭС Инвест» ФИО2 заявил о недействительности договоров лизинга, поставки и залога. По мнению ООО «АЭС Инвест», договор финансовой аренды (лизинга) оборудования № 774 от 23.03.2018 и связанный с ним договор поставки № 774 от 23.03.2018, заключенные между ООО «АЭС Инвест» и ООО «Инвест-лизинг», являются недействительными сделками на основании статьи 10 и пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а недействительность данных сделок свидетельствует о недействительности обеспечивающих их сделок – договоров залога от 19.04.2018.

По результатам исследования и оценки доказательств арбитражный суд пришел к выводу об обоснованности требований ООО «Инвест-лизинг» и  отсутствии оснований для удовлетворения заявления ООО «АЭС Инвест» о признании сделок недействительными, поскольку наличие необходимой совокупности условий для признания оспариваемых сделок недействительными по указанным заявителем и конкурсным кредитором ОАО «МРСК Урала» основаниям не доказано; а оснований для понижения установленной законом очередности удовлетворения требований кредитора к должнику не установлено.

Оснований  для отмены либо изменения судебного акта не установлено с учетом следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 142 Закон о банкротстве  установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 100 настоящего Федерального закона. 

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Предъявленные к должнику требования рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов (п. 4, 5 ст. 100 Закона о банкротстве). 

В силу статьи 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование. Предметом лизинга могут быть любые непотребляемые вещи, в том числе предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другое движимое и недвижимое имущество (пункт 1 статьи 3 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», далее – Закон о лизинге). 

Согласно статье 4 Закона о лизинге субъектами лизинга являются: лизингодатель - физическое или юридическое лицо, которое за счет привлеченных и (или) собственных средств приобретает в ходе реализации договора лизинга в собственность имущество и предоставляет его в качестве предмета лизинга лизингополучателю за определенную плату, на определенный срок и на определенных условиях во временное владение и в пользование с переходом или без перехода к лизингополучателю права собственности на предмет лизинга; лизингополучатель - физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с договором лизинга обязано принять предмет лизинга за определенную плату, на определенный срок и на определенных условиях во временное владение и в пользование в соответствии с договором лизинга; продавец - физическое или юридическое лицо, которое в соответствии с договором купли-продажи с лизингодателем продает лизингодателю в обусловленный срок имущество, являющееся предметом лизинга. Продавец обязан передать предмет лизинга лизингодателю или лизингополучателю в соответствии с условиями договора купли-продажи. Продавец может одновременно выступать в качестве лизингополучателя в пределах одного лизингового правоотношения. 

В силу пункта 1 статьи 28 Закона о лизинге под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. 

В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная 4 цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 450.1 ГК РФ в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным. 

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», последствия расторжения договора, отличные от предусмотренных законом, могут быть установлены соглашением сторон с соблюдением общих ограничений свободы договора, определенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».

Исходя из пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ). 

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. 

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений 9 раздела I части первой ГК РФ» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25), при рассмотрении вопроса о том, является ли сделка мнимой, следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. 

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно (пункт 87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25). 

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, продажа имущества с последующим одновременным принятием его в пользование по договору лизинга и необходимостью уплаты в течение определенного периода лизинговых платежей в целях обратного выкупа с экономической точки зрения является кредитованием покупателя продавцом с временным предоставлением последнему титула собственника в качестве гарантии возврата финансирования и платы за него в виде процентов, что соответствует законодательству (статья 421 ГК РФ, пункта 1 статьи 4 Закона о лизинге). 

Таким образом, использование механизма возвратного лизинга является одним из способов кредитования должника. 

В этой связи, в ситуации, когда использование механизма возвратного лизинга совершено в преддверии банкротства должника является необходимым исключение всякой возможности злоупотребления правом, в том числе посредством использования лицом, имеющим возможность определять действия должника, возвратного лизинга как способа докапитализации активов должника с целью компенсации своего негативного воздействия на должника, либо как способа на случай банкротства формально нарастить подконтрольную  кредиторскую задолженность с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, а также с целью получения удовлетворения за счет имущества должника в ходе банкротства в ущерб интересам независимых кредиторов. 

Как следует из правового принципа, изложенного Верховным судом РФ в определениях №350-ЭС15-5734 (4,5), №308-ЭС17-1556 (2), №307-ЭС19-14658 (2), экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды. 

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличением уставного капитала, предоставлением должнику займов и иным образом. 

В ситуации, когда иной способ финансовых вложений (помимо увеличения уставного капитала) используется вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, суд в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ может установить притворность соответствующего гражданско-правового договора. 

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. 

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Доказывание фактической аффилированности при этом не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. 

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. 

По смыслу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ, разъяснений, данных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 (определение Верховного Суда РФ от 14.02.2019 № 305-ЭС18-17629), необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих, конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. 

Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. 

По мнению конкурсного управляющего ООО «АЭС Инвест», заключением договора лизинга с договором поставки и обеспечивающих их договоров залога стороны использовали механизм возвратного лизинга как способ докапитализации  активов должника с целью компенсации своего негативного воздействия на должника, а также как способ создания подконтрольной кредиторской задолженности с целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, а также с целью получения удовлетворения за счет имущества должника в ходе банкротства в ущерб интересам независимых кредиторов; разумная экономическая целесообразность для должника в заключении сделок отсутствовала.

Как указано заявителем, об этом свидетельствует следующее: 

1. Аффилированность ООО «АЭС Инвест» и ООО «Инвест-лизинг» и вхождение их в одну группу лиц. В обоснование данного довода указано на следующее: единственным участником ООО «Инвест-лизинг» является ПАО «Челябинвестбанк», которое совместно с ФИО6 является участником ООО АПРИ «Флай Плэнинг» (ИНН 

<

***>). ФИО6 с 2006 г. по 29.02.2008 являлся участником ООО «АЭС Инвест» с долей в уставном капитале 55 %, а также до июня 2017 г. входил в состав совета директоров ПАО «Челябэнергосбыт». ФИО6 являлся также участником ООО «Перспектива», в котором в настоящее время участником является ПАО «Челябэнергосбыт». ООО «АЭС Инвест» в период с 30.06.2010 по 31.12.2011 являлось акционером ПАО «Челябэнергосбыт» с количеством акций 16,57 % по состоянию на 30.09.2011 и 18,64% с 30.09.2011; в настоящее время ПАО «Челябэнергосбыт» является участником ООО «АЭС Инвест» с размером доли в уставном капитале 25 %.

При этом, судом установлено, что доля участия ФИО6 в ООО АПРИ «Флай Плэнинг» составляла 10,5263 %, ПАО «Челябинвестбанк» - 4,2105 %. 

Как верно посчитал суд первой инстанции, само по себе одновременное участие названных лиц в АПРИ «Флай Плэнинг» не свидетельствует о заинтересованности ООО «АЭС Инвест» и ООО «Инвестлизинг», как она понимается в пункте 1 статьи 19 Закона о банкротстве.

 Наличие признаков формально-юридической аффилированности ООО «Инвест-лизинг» по отношению к ООО «АЭС Инвест» не доказано, наоборот, ООО «Инвест-лизинг» приведены обстоятельства, свидетельствующие о том, что общества не являются аффилированными лицами и не входят в одну группу лиц, как в разрезе норм антимонопольного законодательства, так и специальных норм законодательства о банкротстве. 

ПАО «Челябэнергосбыт» также опровергало наличие аффилированности с ООО «Инвест-лизинг» и ПАО «Челябинвестбанк». 

2. ООО «АЭС Инвест», получив от ООО «Инвест-лизинг» 29.03.2018 денежные средства в сумме 262 294 438 руб., в этот же день перечислило их в ПАО «Челябэнергосбыт»; перечисление денежных средств осуществлялось с расчетного счета ООО «АЭС Инвест», открытого в ПАО «Челябинвестбанк» - единственном участнике ООО «Инвест-лизинг», в связи с чем, ООО «Инвест-лизинг» не могло быть неизвестно, что полученное должником финансирование направлено в пользу аффилированного лица. 

3. Как указал заявитель, предметом договора лизинга № 774 от 23.03.2018 являются АСУЭ, установленные в электросетевом оборудовании, принадлежащем ООО «АЭС Инвест». Через 3 месяца после заключения договора лизинга ООО «АЭС Инвест» прекращает свой основной вид деятельности, передав все свое электросетевое имущество, в том числе, в котором установлены АСУЭ, в аренду аффилированному лицу - ООО «Урал-Ресурс» по договорам аренды от 18.06.2019.

Данные доводы правомерно отклонены как не влияющие на действительность сделок между сторонами, поскольку наличие между ООО «Инвест-лизинг» и ООО «АЭС Инвест», ПАО «Челябэнергосбыт», ООО «Урал-Ресурс» связей, позволяющих сделать вывод о том, что компании входят в одну группу лиц, не доказано. 

Суд первой инстанции обоснованно посчитал, что не доказано, что ООО «АЭС Инвест» находилось под контролем ООО «Инвестлизинг» или общества контролировались одним бенефициаром, имело возможность давать должнику обязательные к исполнению указания по ведению хозяйственной деятельности, в частности, по распоряжению денежными средствами и иным имуществом. Также не доказано, что названное конкурсным управляющим распоряжение должником полученными от ООО «Инвест-лизинг» денежными средствами и имуществом совершено в интересах последнего или каким-либо образом связано с его интересами или обусловлено ими.

ПАО «Челябэнергосбыт», в свою очередь, привело доводы о том, что произведенная 29.03.2018 оплата со стороны ООО «АЭС Инвест» в пользу ПАО «Челябэнергосбыт» логична, экономически целесообразна, основывается на реальных договорных отношениях между ООО «АЭС Инвест» и ПАО «Челябэнергосбыт», подтверждается представленными первичными документами, что ПАО «Челябэнергосбыт», получив 29.03.2018 денежные средства от ООО «АЭС Инвест» в счет оплаты части долга за потери электроэнергии, в тот же день возвратило их ООО «АЭС Инвест» в качестве предоплаты за услуги по передаче электроэнергии, что подтверждается платежными поручениями № 11670 от 29.03.2018 и № 11668 от 29.03.2018. 

При этом, судом отмечено, что не доказано наличие у ООО «Инвест-лизинг» возможности влиять на взаимоотношения и финансовые потоки между ООО «АЭС Инвест» и ПАО «Челябэнергосбыт».

4. Как указал заявитель, договор лизинга заключен в период, когда ООО «АЭС Инвест» фактически перестало исполнять обязательства перед кредиторами, задолженность перед которыми положена в основу их заявления о признании ООО «АЭС Инвест» несостоятельным (банкротом), в частности обязательства перед ОАО «МРСК Урала» по оплате электрической энергии за март 2018 г. на сумму 125 422 240 руб. 

Между тем, судом первой инстанции обоснованно учтено, что осведомленность ООО «Инвест-лизинг» на момент совершения сделок о наличии у должника признаков неплатежеспособности, опровергнута ООО «Инвест-лизинг». 

Так, договор лизинга заключен 23.03.2018, предмет лизинга передан должнику 30.03.2018, оплачен кредитором 29.03.2018. На момент заключения договора лизинга в отношении ООО «АЭС Инвест» отсутствовали сведения о возбуждении процедуры банкротства, а также о наличии каких-либо значительных требований кредиторов, которые могли бы препятствовать исполнению должником обязательств по договору лизинга. 

При рассмотрении ООО «Инвест-лизинг» вопроса о финансировании должника принимался во внимание план экономического обоснования, представленный последним, а также давалась оценка бухгалтерской документации за последний отчетный период, в ходе анализа которых не был сделан вывод о наличии оснований предполагать предбанкротное состояние юридического лица, в связи с чем, при заключении договоров лизингодатель действовал добросовестно, без цели причинения вреда другим лицам.

 Согласно данным бухгалтерского отчета, на момент заключения лизинговой сделки активы ООО «АЭС Инвест» составляли 6 254 798 тыс. рублей, а сумма обязательств 3 174 842 тыс. рублей, то есть в 2 раза меньше размера активов. 

Чистая прибыль лизингополучателя на момент проведения анализа финансового состояния составляла 39 097 тыс. рублей.

На момент заключения договора лизинга, цена заключаемой сделки составляла менее 6 % от суммы активов ООО «АЭС Инвест», наличие обстоятельств, дающих основания полагать о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, ООО «Инвест-лизинг» не было установлено; доказательств того, что деятельность должника была убыточной, у ООО «Инвест-лизинг» не имелось.

Доказательств осведомленности ООО «Инвест-лизинг» о наличии у ООО «АЭС Инвест» значительной просроченной задолженности перед кредиторами, расчеты по которой на момент совершения оспариваемой сделки не производились, материалы дела не содержат.

5. По мнению заявителя, не характерно для независимого участника правоотношений, преследующего законный интерес, поведение ООО «Инвест-лизинг» при исполнении уже заключенного договора лизинга. 

ООО «АЭС Инвест» лизинговые платежи осуществило только за март-май 2018 года и ноябрь 2018 г. Не получая с июня по ноябрь 2018 г. лизинговые платежи, то есть в течение 5 месяцев подряд, ООО «Инвест-лизинг» не обращается с претензией к ООО «АЭС Инвест», не требует досрочного расторжения договора лизинга. С даты введения в отношении ООО «АЭС Инвест» процедуры наблюдения и за весь период процедуры наблюдения ООО «Инвест-лизинг» не обращается с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника, инициируя судебный спор вне рамок дела о банкротстве, в котором ООО «АЭС Инвест» признает наличие долга (дело №А76-40927/2018).

Как верно указал суд первой инстанции, ООО «Инвест-лизинг» данные обстоятельства также опровергло. Так, лизингодателем принимались активные меры, направленные на урегулирование взаимоотношений сторон и возврат вложенного финансирования, как в досудебном, так и в судебном порядке. В адрес должника направлялась претензия с требованием об оплате задолженности № 450 от 11.10.2018, выставлялись инкассовые поручения к банковским счетам должника (июль 2018 г., октябрь 2018 г.). 

Ввиду отсутствия со стороны ООО «АЭС Инвест» действий по оплате образовавшейся задолженности, лизингодатель обратился в суд с требованием о взыскании просроченной задолженности по спорному договору лизинга (исковое заявление от 10.12.2018 по делу № А76-40927/2018). 

После признания должника банкротом ООО «Инвест-лизинг» в срок, установленный Законом о банкротстве, подало заявление о включении требования в реестр требований кредиторов должника. 

Таким образом, ООО «Инвест-лизинг» принимало последовательные и целенаправленные действия по взысканию задолженности по спорному договору лизинга. 

6. По мнению заявителя, об отсутствии в действиях сторон добросовестного осуществления своих прав свидетельствует также обременение имущества должника залогом в пользу ООО «Инвест-лизинг» по договорам залога от 19.04.2018. 

ООО «Инвест-лизинг», в свою очередь, указало, что обеспечительные сделки были заключены ввиду специфичности предмета лизинга, необходимости максимального нивелирования негативных последствий для лизингодателя от заключения договора лизинга, учитывая значительный объем финансирования, их заключение являлось условием предоставления финансирования и было предусмотрено договором лизинга. 

Приведенное обоснование представляется апелляционному суду разумным.

7. По мнению заявителя, заключение и исполнение сделок противоречит экономическим интересам должника, но одновременно привело к существенной выгоде ООО «Инвест-лизинг», входящего с должником в одну группу. В результате оспариваемых сделок не произошло какого-либо положительного экономического эффекта для должника, АСУЭ должник пользовался и до заключения договора лизинга с ООО «Инвест-лизинг», денежными средствами от ООО «Инвест-лизинг» в своей деятельности должник не воспользовался, но при этом утратил право собственности на АСУЭ и обременил значительную часть своего имущества залогом.

В обоснование ничтожности сделок конкурсный управляющий также указал на следующее. Предметом договора лизинга № 774 от 23.03.2018 являются АСУЭ, установленные в электросетевом оборудовании, принадлежащем ООО «АЭС Инвест». Указанные предметы лизинга (454 комплекта АСУЭ) на момент передачи их в лизинг уже были смонтированы на объектах электроэнергетики - трансформаторных подстанциях, принадлежащих на праве собственности ООО «АЭС Инвест». Монтажные и пусконаладочные работы комплекса АСУЭ были произведены обществом ЭМИС на основании договора № 10-2014 от 28.10.2014. Оборудование АСУЭ использовалось должником по своему назначению с даты завершения работ по монтажу и ввода в эксплуатацию. Комплекс АСУЭ является высокотехнологичным оборудованием, который не предусматривает его демонтажа и повторного использования по назначению. С учетом указанных особенностей предмета лизинга, ООО «АЭС Инвест» полагает, что АСУЭ не может быть отделено от объекта, на котором оно смонтировано без повреждения или изменения его назначения. Демонтаж препятствует дальнейшему использованию АСУЭ по его назначению, а функциональные возможности комплекса трансформаторных подстанций существенно изменяются. В случае выделения указанного оборудования (АСУЭ), как однородной части, оно утрачивает свою ценность.

Оборудование, являющееся предметом лизинга на дату заключения договора финансовой аренды (лизинга) оборудования № 774 от 23.03.2018 и договора поставки № 774 от 23.03.2018, договора № 774 от 19.04.2018 о залоге недвижимости (ипотеки) и договора № 774 от 19.04.2018 о залоге имущества обладало признаками составной части неделимой вещи, не может быть предметом самостоятельных гражданских прав, что влечет за собой недопустимость отчуждения отдельных составных частей такой неделимой вещи, при продаже АСУЭ от должника обществу «Инвест-лизинг» был нарушен запрет на обращение взыскания на составную часть неделимой вещи.

Фактически имущественный комплекс АСУЭ не передавался по договору поставки № 774 от 23.03.2018 обществу «Инвест-лизинг», стороны не совершали действий по договору, соответственно данный договор является ничтожной сделкой, обладающей признаками мнимой сделки. 

В данном случае целью заключения сделки финансовой аренды (обратного лизинга) оборудования фактически являлось выдача займа должнику, а именно единовременное получение крупной суммы денежных средств, с последующим начислением процентов на указанную сумму. Таким образом, последовательные действия: продажа АСУЭ лизинговой компании и передача АСУЭ в лизинг должнику являются притворной сделкой, прикрывающей выдачу займа должнику.

ООО «Инвест-лизинг» заявлены возражения, которые правомерно признаны судом первой инстанции разумными и обоснованными, опровергающими доводы конкурсного управляющего о наличии оснований считать сделки недействительными (ничтожными) в силу мнимости, притворности и злоупотребления правом при их совершении. 

Оснований считать, что сделки совершены в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов ООО «АЭС Инвест», что ООО «Инвест- лизинг» было осведомлено о данном обстоятельстве и недобросовестно вступило в правоотношения с должником, не установлено.

Как указано ООО «Инвест-лизинг», никакого умысла у лизингодателя, связанного, по мнению конкурсного управляющего, с прикрытием докапитализации должника, не имелось. 

ООО «Инвест-лизинг» также указало на обстоятельства, предшествующие заключению оспариваемых сделок.

В  адрес ООО «Инвест-лизинг» от ООО «АЭС Инвест» поступала заявка на финансирование приобретения системы АСУЭ (письмо от 30.06.2016 № 29/27), после рассмотрения которой, в адрес клиента было направлено письмо о возможном финансировании, сроках, размерах и авансовом платеже (письмо от 27.10.2016 № 487), однако, клиент на предложенных лизингодателем условиях не стал заключать договор лизинга с ООО «Инвест-лизинг», продолжив финансироваться в ООО «Газтехлизинг». Повторное обращение в ООО «Инвест-лизинг» на заключение договора лизинга спорного оборудования было связано с размещением на Федресурсе информации о намерении ПАО АКБ «СВЯЗЬ-БАНК» обратиться в суд с заявлением о банкротстве в отношении ООО «Газтехлизинг», являющего с 2013 г. лизингодателем системы АСУЭ для ООО «АЭС Инвест». Таким образом, повторное обращение в ООО «Инвест-лизинг» было связано исключительно с целью минимизации возможных негативных последствий от процедуры банкротства лизингодателя ООО «Газтехлизинг», что, по мнению ООО «Инвест-лизинг», являлось экономически обоснованным и целесообразным в сложившейся ситуации.

О реальности оспариваемых сделок свидетельствует следующее: с целью приобретения предмета лизинга ООО «Инвест-лизинг» заключило с ПАО «Челябинвестбанк» кредитный договор № 

<

***> от 26.03.2018: размер кредита - 262 250 000 руб., срок погашения - до 25.08.2022, плата за пользование кредитом – 10 % годовых, выдача кредита подтверждается банковским ордером № 520 от 29.03.2018, полученные кредитные средства были перечислены должнику как поставщику предмета лизинга, что подтверждается платежным поручением № 289 от 29.03.2019, кредитор продолжает исполнять обязательства по указанному кредитному договору, что подтверждается справкой ПАО «Челябинвестбанк» о размере задолженности по кредитному договору; лизингодатель планировал получить доход от заключенной сделки при ее надлежащем исполнении должником, представлен соответствующий расчет, не опровергнутый должником; договор лизинга заключен на срок 54 месяца, что является распространенным сроком возврата финансирования при приобретении оборудования; цена предмета лизинга установлена на основании отчета об оценке рыночной и ликвидационной стоимости оборудования № 17851-ОН/12-17 по состоянию на 18.12.2017, представленного лизингополучателем; должником произведено исполнение обязательств по договору лизинга на сумму 45 894 458 руб. 66 коп.

Из указанного следует, что ООО «Инвест-лизинг» в договорных правоотношениях сторон выступило в качестве независимого от должника лица, с экономической точки зрения оно не должно было заботиться о том, чтобы внутри группы лиц (ООО «АЭС Инвест», ПАО «Челябэнергосбыт») доходы и убытки распределялись справедливо и равномерно, как не должно было контролировать целевое использование денежных средств, полученных ООО «АЭС Инвест» по сделке. Законный интерес лизинговой компании как лица, предоставившего финансирование, заключался в возврате предоставленного финансирования на рыночных условиях, в том числе на основе платности.

Таким образом, довод конкурсного управляющего о притворности, мнимости правоотношений сторон является ошибочным, не нашел своего подтверждения.

Суд первой инстанции обоснованно согласился с возражениями ООО «Инвест-лизинг» о недоказанности конкурсным управляющим и фактической аффилированности сторон оспариваемых сделок. ООО «Инвест-лизинг» предоставило должнику реальное финансирование, а действия, направленные на повышение вероятности возврата займа посредством получения титульного обеспечения от заемщика, а также залога движимого и недвижимого имущество, на котором располагается предмет лизинга, могут свидетельствовать только о разумности поведения кредитора, что подтверждает его независимый статус по отношению к должнику, наличие у сторон несовпадающих экономических интересов. Отсутствуют основания полагать, что любой независимый кредитор, предоставивший в качестве займа крупную сумму и находящийся в схожих обстоятельствах, действовал бы иным образом, поэтому поведение ООО «Инвест-лизинг» ошибочно расценено конкурсным управляющим, как подтверждающее его фактическую аффилированность к должнику. 

Как указано ООО «Инвест-лизинг», у него отсутствовали какие-либо формально-юридические либо фактические причины и основания для проведения докапитализации стороннего юридического лица ООО «АЭС Инвест». Иного не доказано, оснований усомниться в добросовестности ООО «Инвест-лизинг» при заключении и исполнении сделок судом не установлено.

Довод о нерыночности условий сделки, высказанный конкурсным кредитором и конкурсным управляющим, в части наличия обеспечения исполнения обязательства по лизинговой сделке залогом движимого и недвижимого имущества, что, по мнению указанных лиц, является избыточной мерой, а наличие права собственности у лизингодателя на предмет лизинга само по себе достаточным обеспечением исполнения обязательств по сделке, правомерно признан подлежащим отклонению, поскольку не основан на нормах закона, представляет собой оценочное суждение. Так, лизингодатель по договору выкупного лизинга, вкладывая собственные/заемные денежные средства в приобретаемое имущество, которое не составляет никакого экономического интереса для него, вправе самостоятельно определять степень риска от заключения той или иной сделки, оценивать необходимость и размер дополнительного обеспечения исполнения обязательств, с целью максимального нивелирования негативных последствий, которые могут возникнуть при неисполнении такого договора. Как указано ООО «Инвест-лизинг», при рассмотрении заявки на финансирование должника, кредитор, оценив ликвидность, сферу применения предмета лизинга, посчитал возможным осуществить финансирование только при условии дополнительного обеспечения в виде залога имущества должника, о чем указано в финансовом заключении ООО «Инвест-лизинг». Механизм такого обеспечения исполнения обязательств прямо предусмотрен действующим законодательством. Отсутствуют какие-либо ограничения в части заключения обеспечительных сделок во исполнение обязательств по договорам лизинга. Мнение представителя конкурсного кредитора о достаточности для лизингодателя права обеспечительной собственности является попыткой вмешательства в хозяйственную деятельность общества. Размер встречного предоставления ООО «Инвест-лизинг» (цена предмета лизинга) по договору поставки определялся на основании балансовой стоимости имущества, соответствие рыночной стоимости которого подтверждалось отчетом о рыночной стоимости предмета поставки, предоставленного должником в адрес лизингодателя, что подтверждает актуальность стоимости предмета лизинга на момент совершения сделки. Выводы, содержащиеся в отчете, не оспорены и не опровергнуты. Доводы ОАО «МРСК Урала» об отчуждении ООО «АЭС Инвест» в пользу ООО «Инвест-лизинг» АСУЭ по заниженной (нерыночной) стоимости надлежащими доказательствами не подтверждены, опровергнуты ООО «Инвест-лизинг».

Как указано ООО «Инвест-лизинг», оспариваемые сделки совершены на обычных условиях, доступных любым субъектам гражданских правоотношений, обладающим правом на их заключение в соответствии с нормами Закона о лизинге, обратного конкурсным управляющим не доказано, в то время как в подтверждение обычности и рыночности условий сделок в материалы дела представлены копии договоров лизинга, заключенных ООО «Инвест-лизинг» с другими клиентами на сопоставимых с оспариваемой сделкой условиях.

Посчитав обстоятельства, указанные в п. 11.3.2 общих условий договора лизинга наступившими, лизингодатель выбрал для себя способ удовлетворения своих требований, предусмотренный п.11.5.1 общих условий, то есть заявил требования о включении в реестр требований кредиторов всей суммы задолженности по договору в размере разницы между суммой лизинговых платежей, выкупной стоимости предмета лизинга и фактически уплаченными лизинговыми платежами, что, как верно посчитал суд первой инстанции  закону не противоречит.

Судом первой инстанции также правомерно учтено, что 10.12.2018 ООО «Инвест-лизинг» был предъявлен иск к ООО «АЭС Инвест». Решением Арбитражного суда Челябинской области от 11.07.2019 по делу № А76-40927/2018 с ООО «АЭС Инвест» в пользу ООО «Инвест-лизинг» взыскана задолженность по лизинговым платежам по состоянию на 07.12.2018 в сумме 59 528 943 руб. 94 коп., а также 200 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. К участию в указанном деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен временный управляющий ООО «АЭС Инвест» ФИО2

По результатам рассмотрения названного спора суд сделал вывод о заключенности договоров лизинга и поставки, о том, что сторонами согласованы существенные условия сделок, что ООО «Инвест-лизинг» свои обязательства по приобретению предмета лизинга и передаче его лизингополучателю в пользование выполнило в полном объеме, между тем, ООО «АЭС Инвест» были нарушены обязательства по внесению лизинговых платежей. Доводы о мнимости правоотношений истца и ответчика, ничтожности сделок, основанных на договоре финансовой аренды (лизинга) оборудования № 774 от 23.03.2018, судом не приняты с учетом изложенных в мотивировочной части решения возражений истца.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2019, постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 18.03.2020 решение суда от 11.07.2019 по делу № А76-40927/2018 оставлено без изменения, апелляционная и кассационная жалобы ООО «АЭС Инвест» - без удовлетворения.

Суды апелляционной и кассационной инстанций, руководствуясь положениями статей 166, 167, 170 ГК РФ, пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», также не установили наличия оснований для того, чтобы оценить правоотношения сторон как мнимую сделку, указали, что доводы временного управляющего о наличии согласованности в действиях истца и ответчика не могут быть приняты во внимание, поскольку непосредственная юридическая аффилированность опровергнута, а опосредованная аффилированность, обусловленная единством корпоративного участия гражданина ФИО6 и ПАО «Челябинвестбанк» в АПРИ «Флай Плэнинг», сама по себе не может свидетельствовать о мнимости отношений сторон, все заявленные ООО «АЭС Инвест» в лице конкурсного управляющего возражения судами мотивированно отклонены. Судебные акты вступили в законную силу (статья 16 АПК РФ, часть 2 статьи  69 АПК РФ). 

В обоснование доводов апелляционной жалобы конкурсный управляющий указывает на то, что судом не дана надлежащая оценка обстоятельствам, свидетельствующим об аффилированности должника и ООО «ИНВЕСТ-лизинг», ссылается на притворный характер заключенных сторонами сделок, отсутствиеэкономического интереса ООО «ИНВЕСТ-лизинг» в заключении спорных сделок, несвойственный характер поведения кредитора. Апелляционная жалоба АО «МРСК Урала» содержит аналогичные доводам конкурсного управляющего доводы, дополнительно податель жалобы-кредитор указывает на наличие злоупотребления правом сторонами оспариваемых сделок, на отсутствие преюдиции судебных актов, принятых в результате рассмотрения дела №А76-40927/2018.

Названным доводам дана надлежащая правовая оценка, не согласиться с которой оснований у апелляционной инстанции не имеется.

Совместное участие гр. Володарчука и ПАО «ЧЕЛЯБИНВЕСТБАНК» в уставном капитале АО АПРИ «Флай Плэнинг» в размере долей, не способном оказывать какое-либо влияние ни на деятельность ООО «АЭС инвест», ни на деятельность ПАО «ЧЕЛЯБИНВЕСТБАНК» и ООО «ИНВЕСТ-лизинг», является, как верно указал суд первой инстанции, неподтвержденными предположениями.

Довод подателя жалобы об отсутствии преюдиции судебных актов, вынесенных при рассмотрении дела №А76-40927/2018, подлежат отклонению, так как выводы в указанной части (исследование вопроса об аффилированности) сделаны судами трех инстанции с применением повышенных стандартов доказывания, на что прямо указано в данных судебных актах, при исследовании абсолютно идентичных фактических обстоятельств и фактов, заявляемых конкурсным управляющим и АО «МРСК Урала».

Как указывает ООО «Инвест-лизинг» финансовый результат, при надлежащем исполнении лизингополучателем, условий договора лизинга, должен был составить более 24 млн.руб. (представлен расчет), что опровергает доводы апеллянтов об отсутствии экономической целесообразности для  ООО «Инвест-лизинг» в заключении оспариваемого договора лизинга. 

Низкая, по мнению апеллянтов, ликвидность предмета залога не свидетельствует ни о притворности, ни о злоупотреблении правом сторонами при заключении оспариваемых сделок. При этом, ликвидность предмета лизинга имеет значение для оценки рисков лизингодателя при финансировании сделки. Так, ООО «ИНВЕСТ-лизинг», действуя как добросовестный и независимый профессиональный участник рынка финансовых услуг, учло специфичность оборудования; оценило риск затруднительной реализации имущества, в случае ненадлежащего исполнения договорных обязательств клиента, и пришло к выводу о необходимости дополнительного обеспечения исполнения лизингополучателем своих обязательств по договору лизинга залогом движимого и недвижимого имущества. 

Также не является основанием для вывода о злоупотреблении сторонами сделки предоставление в лизинг уже смонтированного оборудования, учитывая, что имущество находилось в собственности продавца-лизингополучателя в одном лице, который, как собственник осуществляет все правомочия в отношении имущества, а возвратный лизинг является лишь финансовым инструментом, то обязательность монтажа оборудования не является условием такого договора. 

Заключая договор лизинга, как указывает ООО «ИНВЕСТ-лизинг», последнее оценивало предмет лизинга, его самостоятельный функционал и возможность его изъятия в случае необходимости. 

Несмотря на то, что предмет лизинга - система АСУЭ является составной частые электросетевого комплекса должника, указанное имущество является самостоятельным материальным объектом, вопреки доводам конкурсного управляющего, не принимает участие в процессе передачи электроэнергии (выполняет контрольную функцию учета электроэнергии; ответ производителя), может быть демонтировано без ущерба для процесса передачи энергии, поэтому при заключении договора лизинга лизингодатель понимал, что объект может быть изъят в натуре. 

ООО «ИНВЕСТ-лизинг» считает, что необходимость демонтажа оборудования, реализация его вне электросетевого комплекса и сведение конечного сальдо между сторонами в данном случае должны оцениваться с точки зрения целесообразности и конечного финансового результата. При исследовании данного обстоятельства ни конкурсный управляющий, ни конкурсные кредиторы не отрицали, что имущественный комплекс значительно экономически привлекательнее для потенциальных покупателей в том виде, в котором он имеет место быть в данный момент. 

При этом, как верно указал суд первой инстанции, демонтаж не даст никакого положительного экономического эффекта ни для лизингодателя, ни для остальных кредиторов. В данном случае будут выполнены формальные действия по завершению лизинговой сделки, которые позволят соотнести сальдо, однако данная формальность завершения правоотношений отразится негативно на остальных кредиторах должника. Вместе с тем, основания задача процедуры банкротства - удовлетворение требований кредиторов должника. Однако не всегда формальные и привычные методы способствуют достижению максимально положительного эффекта, в том числе в процедуре банкротства.

Вопреки доводам подателей жалоб ООО «ИНВЕСТ-лизинг» не стремится действовать в ущерб должника и кредиторов, получая удовлетворение за счет залогового и незалогового имущества и оставляя за собой права на предмет лизинга, в случае частичного удовлетворения своих требований в процедуре банкротства. Об указанном свидетельствует, в том числе, обращение ООО «ИНВЕСТ-лизинг» с заявлением о разрешении разногласий, в котором лизингодатель просит согласовать порядок реализации имущества должника залогового, незалогового, предмета лизинга, а также порядок распределения денежных средств от такой реализации. 

Система АСУЭ в составе электросетевого хозяйства не обладает свойствами неделимой вещи, при изъятии которой в натуре нарушился бы процесс передачи электроэнергии. Доводы о неделимости вещи основаны на предположениях и документально не подтверждены. Объекты электросетевого хозяйства представляют собой сложную вещь (статья 134 ГК РФ), которая по аналогии с неделимой вещью состоит из составных частей, представляющих собой самостоятельные вещи, но которые могут использоваться только во взаимосвязи друг с другом. То обстоятельство, что оборудование смонтировано в сложную вещь, разделение которой является экономически нецелесообразным, не может являться критерием невозможности демонтажа оборудования. Техническая возможность демонтажа предмета лизинга без нарушения производственного цикла передачи электроэнергии от поставщика в адрес потребителей имеется. Стоимость демонтажа правового значения не имеет.

Позиция апеллянтов представляется противоречивой, учитывая, что они указывают на то, что предмет лизинга в аренду АО «МРСК Урала» с имуществом, входящим в состав электросетевого хозяйства должника, не передавался, учет потребляемой энергии производится без использования системы АСУЭ путем точечного снятия сотрудниками АО «МРСК Урала» показаний со счетчиков потребителей. 

На самостоятельный характер предмета лизинга, как отмечает ООО «ИНВЕСТ-лизинг», указывает то, что оно не включено в конкурсную массу.

Приводя доводы о чрезмерности обеспечения  исполнения обязательств по договору лизинга залогом, АО «МРСК Урала» в объяснениях от 11.08.2020 указывало на то, что права собственности на АСУЭ, приобретенного лизингодателем, достаточно для защиты нарушенных прав кредитора, так как продажа указанного имущества компенсирует понесенные затраты. Что также свидетельствует о противоречивости позиции кредитора, поскольку в данном случае им признается самостоятельность имущества и возможность его реализации.

Вопреки утверждению апеллянтов, лизингодателем принимались активные меры, направленные на урегулирование взаимоотношений сторон и возврат вложенного финансирования, как в досудебном, так и в судебном порядке, что подтверждено документально. Учитывая разъяснения, данные в пункте 28 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35, длительность нахождения предъявленного искового заявления в рамках дела №А76-40927/2018 на рассмотрении в арбитражном суде на момент введения процедуры наблюдения, совершенно обоснованным является решение взыскателя о рассмотрении иска по существу, с применением повышенных стандартов доказывания, и получении итогового судебного акта, вынесенного в условиях наличия процедуры наблюдения с участием управляющего, не лишенного права предоставлять возражения, относительно предмета спора. При том, что требования предъявлены в установленный срок после введения процедуры конкурсного производства.

Доводы о транзитном характере платежной операции основаны нас предположении и документально не подтверждены: денежные средства в оплату стоимости приобретенного по договору поставки № 774 от 23.03.2018 имущества от ООО «Инвест-лизинг» поступили на счет должника и направлены последним на оплату задолженности перед ПАО «Челябэнергосбыт», которое распорядилось ими по собственному усмотрению, перечислив должнику в виде авансов. Документального подтверждения, что средства вернулись ООО «Инвест-лизинг» или в адрес взаимосвязанных с ним лиц, оказывающих существенное влияние, не имеется.

Довод о нерыночности стоимости предмета лизинга/поставки не подтвержден документально, учитывая, что данная стоимость определялась с учетом отчета об оценке рыночной стоимости, выводы которого не оспорены и не опровергнуты, данная стоимость соответствовала остаточной стоимости предмета поставки, учитываемого должником на своем балансе, и составляла 70 % первоначальной стоимости его приобретения, при том, на момент заключения спорного договора поставки использовалось должником уже более 4 лет. ООО «Инвест-лизинг» обратил внимание на то, что остаточная стоимость по предложению конкурсного управляющего и с согласия конкурсных кредиторов определена в качестве начальной продажной цены (что озвучено в рамках разрешения соответствующих разногласий по определению порядка продажи заложенного имущества).

Доводы об отсутствии экономической целесообразности заключения договора поставки и договора лизинга приведены без учета фактических обстоятельств, в которых происходило заключение данных сделок, не учтено, что для досрочного выкупа предмета лизинга у ООО «Газтехлизинг» (потенциального банкрота) должником были привлечены кредитные средства в ПАО «Сбербанк» (договор № 78017АСРМ от 08.02.2018) на сумму 300 млн. руб. Заключение договора лизинга с ООО «Инвест-лизинг» не ухудшило финансового положения ООО «АЭС инвест»: при отсутствии необходимости замены лизинговой компании должник продолжал бы лизинговые правоотношения с ООО «Газтехлизинг», также, не имея в собственности спорного имущества, и при банкротстве ООО «АЭС инвест», также был бы вынужден вернуть имущество собственнику. В короткий промежуток времени (январь-март 2018 год) произошел ряд взаимосвязанных событий, послуживших основанием для определения дальнейших действий, определяющих их целесообразность. Заключив договор возвратного лизинга, должник привлек оборотные средства, необходимые для своей деятельности, получил возможность продолжать пользоваться имуществом (предметом лизинга). Способ привлечения денежных средств не имеет правового значения, учитывая, что при финансировании посредством выдачи кредитных средств широко применяется залоговое обеспечение.

Более того, апелляционный суд не усматривает, что приводимые доводы выходят за пределы условий оспоримости, предусмотренные статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В целом, доводы подателя жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, но не опровергают установленные судом обстоятельства и не влияют на существо принятого судебного акта, поэтому не являются основанием для его отмены. Доказательства и доводы, согласно которым у суда апелляционной инстанции возникли бы основания для переоценки выводов суда первой интенции, в материалах дела отсутствуют.

Следовательно, определение отмене, а жалобы удовлетворению – не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам в силу статьи 110 АПК РФ на должника и кредитора соответственно.

 Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 04.05.2021 по делу № А76-43527/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы открытого акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала», исполняющего обязанности конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «АЭС Инвест» ФИО2 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий судья       Л.В. Забутырина 

 

Судьи    И.В. Калина       

                                                                                                    Е.А. Позднякова