Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-42304/2023

21 февраля 2025 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена  20 февраля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен  21 февраля 2025 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи  Евдошенко А.П.,

истец: Общество с ограниченной ответственностью "ФИНАНСКОНТРОЛЬ-Л" 

ответчик: 1. Общество с ограниченной ответственностью "Андал" 

                 2. Общество с ограниченной ответственностью "Диспетчерская"

                 3. Общество с ограниченной ответственностью "Служба такси" 

третье лицо: Общество с ограниченной ответственностью «КОНТРОЛ лизинг»

о взыскании 

при участии

от истца: представитель ФИО1 (доверенность)

от ответчиков и третьего лица: не явились, извещены

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Финансконтроль-л" (далее - истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Андал" (ответчик-1), Обществу с ограниченной ответственностью "Диспетчерская" (ответчик-2), Обществу с ограниченной ответственностью "Служба такси" (ответчик-3) о взыскании 56 622 161 руб. 36 коп. сальдо встречных обязательств по договорам лизинга, 8 882 478 руб. 22 коп. пени.

Определением от 09.10.2023 суд, в порядке ст. 51 АПК РФ, привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований в отношении предмета спора, - ООО «КОНТРОЛ лизинг» (ОГРН 

<

***>).

Ответчик-1 заявил ходатайство об оставлении иска без рассмотрения, в связи с несоблюдением истцом претензионного порядка урегулирования спора.

Ходатайство ответчика об оставлении иска без рассмотрения судом отклонено, поскольку в материалах дела имеется претензия с доказательствами ее направления по адресу, указанному в выписке из ЕГРЮЛ в отношении ответчика, а также с приложением доказательств, подтверждающих полномочия на подписание данной претензии.

Ответчик-1 представил отзыв, возражал против удовлетворения иска, ссылался на недействительность договора цессии, поскольку цедент не обладал уступаемыми правами требованиями к ООО «Андал», оспаривал стоимости реализации предметов лизинга, поскольку отсутствуют сведения о реализации ТС, также представил контррасчет сальдо встречных обязательств и заявил о снижении неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ.

В судебном заседании 12.02.2024 истец, в связи с реализацией предметов лизинга, уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчика 64 041 182 руб. сальдо.

Уточнение исковых требований рассмотрено и принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ. 

Ответчик-1 направил в суд ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы для определения рыночной стоимости транспортных средств (LADA VESTA VIN 

<

***>, на дату 05.02.2023, LADA VESTA VIN 

<

***>, на дату 06.02.2023, LADA VESTA VIN 

<

***>, на дату 06.02.2023, LADA VESTA  VIN 

<

***>, на дату 06.02.2023.

Истец в судебном заседании 08.04.2024 представил договоры купли-продажи предметов лизинга, а также возражения на ходатайство и отзыв ответчика-1.

В судебном заседании от 24.06.2024 истец представил пояснения, уточнил исковые требования в части увеличения сальдо до суммы 64 431 707 руб., в части пени увеличил до суммы 10 670 033 руб. 45 коп.

Ответчик-1 представил отзыв на уточненные исковые требования.

Истец представил дополнительные возражения на отзыв, против проведения экспертизы об оценке стоимости транспортного средства возражал, сообщил о готовности уточнить размер сальдо в части цены реализации ТС отличной от цены ТС на основании оценки.

Для дополнительного изучения правовых позиций, судебное заседание неоднократно откладывалось.

В судебном заседании 20.02.2024 истец уточнил исковые требования, просил взыскать с ответчиков 64  218 867 руб. 89 коп. сальдо встречных обязательств, а также проценты по статье 395 ГК РФ.

Уточнение заявленных требований рассмотрено и принято судом в порядке статьи 49 АПК РФ.

Рассмотрев ходатайство ответчика о назначении судебной оценочной экспертизы, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения, поскольку назначение экспертизы не является целесообразным, учитывая реализацию предметов лизинга, доводы ответчика подлежат оценке наряду с иными доказательствами, представленными сторонами в обоснование своих требований и возражений.

С учетом совокупности установленных по делу обстоятельств и исследованных доказательств применительно к предмету настоящего спора, суд полагает возможным рассмотреть дело в настоящем судебном заседании по имеющимся материалам дела, в отсутствии надлежаще извещенных ответчиков и третьего лица в порядке статей 123, 156 АПК РФ.

Заслушав пояснения представителя истца, исследовав и оценив материалы дела, суд установил следующее. 

            Между ООО «КОНТРОЛ лизинг» (лизингодатель) и ООО «АНДАЛ» (лизингополучателем) были заключены следующие договоры лизинга 77-ЮЛ-Lada-2022-06-55555, 77-ЮЛ-Lada-2022-06-55572, 77-ЮЛ-Lada-2022-06-55589, 77-ЮЛ-Lada-2022-06-55606, 77-ЮЛ-Lada-2022-06-55623, 77-ЮЛ-Lada-2022-06-55640, 77-ЮЛ-Lada-2022-06-55657, 77-ЮЛ-Lada-2022-06-55674 (далее – договоры). 

            Согласно пункту 1 договоров лизинга лизингодатель обязался приобрести в собственность автомобили марки и модели выбранные лизингополучателем, и передать их лизингополучателю во временное владение и пользование на условиях лизинга, а лизингополучатель обязался принять предмет лизинга, уплачивать предусмотренные договором платежи, а также выполнять иные обязанности, в порядке и на условиях, установленных договором лизинга и Правилами лизинга, которые являются неотъемлемой частью договора.

Согласованные автомобили были приобретены лизингодателем и переданы лизингополучателю во временное владение и пользование, что подтверждается актами приема-передачи.

В соответствии с пунктом 5.5 Правил лизинга, являющихся неотъемлемой часть договора лизинга, за владение и пользование Предметом лизинга Лизингополучатель уплачивает Лизингодателю лизинговые платежи.

В соответствии с пунктом 11.1 Правил лизинга лизингодатель вправе в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения договора в случае нарушения (неисполнения или ненадлежащего исполнения) обязательств по договору лизинга, а также в иных случаях, предусмотренных договором лизинга.

ООО «КОНТРОЛ лизинг» направил лизингополучателю и истцу уведомление о расторжении договоров с лизингополучателем на основании пункта 11.1 Правил лизинга, в связи с допущенной просрочкой в оплате лизинговых платежей.

В соответствии с пунктом 11.2 Правил лизинга договор является расторгнутым со дня направления лизингополучателю уведомления о расторжении договора.

Между ООО «КОНТРОЛ лизинг» и ООО «Служба Такси», ООО «Диспетчерская» заключены договоры поручительства от 22.07.2022 № 77-ЮЛ-ПОР-2022-06-55555/3, от 22.07.2022 № 77-ЮЛ-ПОР-2022-06-55555/2. 

В соответствии с положениями договоров поручительства поручитель обязуется отвечать всем своим имуществом перед кредитором за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником обязанностей по договору лизинга в полном объеме (полностью). Кредитор имеет право требовать надлежащего исполнения должником обязанностей по договору как от поручителя и должника совместно. Поручителю также направлена досудебная претензия, ответа на указанную досудебную претензию в адрес ООО «КОНТРОЛ лизинг» не поступило. 

ООО «КОНТРОЛ лизинг» направлена досудебная претензия в адрес ответчиков, которая осталась без удовлетворения. 

Между ООО «КОНТРОЛ лизинг» (Лизингодатель) и ООО «Финансконтроль-л» заключен договор от 10.04.2023 об уступке прав (требования) по вышеуказанным договорам лизинга, согласно которому ООО «КОНТРОЛ лизинг» уступает ООО «Финансконтроль-л» право требования к Ответчикам на задолженность по сальдо встречных обязательств, образованную в результате досрочного расторжения вышеуказанных Договоров и в полном объеме, включая задолженность по возврату финансирования, платы за финансирование, неустойки и убытков.

Истцом и ответчиком представлены расчеты сальдо встречных обязательств по договорам лизинга в соответствии с положениями 3.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее – Постановление № 17), в соответствии с которым расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал на то, что сальдо взаимных обязательств сложилось в пользу лизингополучателя, просил уменьшить размер неустоек и штрафа.

Для подведения итогов лизинговой операции при досрочном расторжении договора необходимо руководствоваться разъяснениями, изложенными в Постановлении №17, согласно пункту 2 которого имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного. 

Исходя из разъяснений, данных в Постановлении №17 о выкупном лизинге, расторжение договора по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. 

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам (п. 3.1). 

Согласно пункту 3.2 Постановления №17 о выкупном лизинге, если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

            В материалы дела истцом приложены договоры купли-продажи, акты приемки-передачи, в обоснование стоимости реализации предметов лизинга, а также Отчет об оценке рыночной стоимости транспортных средств в качестве обоснования стоимости реализации предметов лизинга.

            Судом при проверке расчетов сторон установлено, что основное расхождение в расчете сальдо встречных обязательств сторон настоящего спора состоит в определении стоимости реализации предметов лизинга. ООО «ФИНАНСКОНТРОЛЬ-Л» пояснил, что предметы лизинга частично реализованы и для расчета сальдо встречных обязательств им были приняты в расчетах стоимость реализации предметов лизинга, а также отчет об оценке стоимости предметов лизинга. 

Ответчик возражал против применения в расчете сальдо стоимости предметов лизинга согласно договоров купли-продажи, настаивал на применении при расчете сальдо своего отчета об оценке стоимости предметов лизинга.

            В соответствии с пунктом 4 постановления №17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

            Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

            При этом само по себе несогласие ответчика с ценой реализации предметов лизинга, не означает, что лизингодатель действовал недобросовестно или неосторожно при определении стоимости. Ответчиком не предоставлено каких-либо достоверных доказательств, свидетельствующих, что лизингодатель намеренно или по неосторожности занизил стоимость предметов лизинга в ходе их реализации. 

В материалы дела лизингодателем приложены договоры купли-продажи, акты приемки-передачи, в обоснование стоимости реализации предметов лизинга, а также Отчет об оценке рыночной стоимости транспортных средств. Указанный отчет сделан на основании фактического осмотра транспортных средств после изъятия их у лизингополучателя, стоимость предметов лизинга, реализованных лизингодателем, соответствует стоимости реализации предметов лизинга, указанных в Отчете об оценке.

На основании изложенного, в отсутствие иных доказательств стоимости реализации предметов лизинга, суд принимает в качестве доказанной стоимость реализации предметов лизинга на основании представленного отчета об оценке, а также договоров купли-продажи. 

Судом отклонен довод ответчика о том, что стоимость реализации предметов лизинга должна определяться на основании отчета, представленного им в материалы дела, так как отчет сделан без учета данных о реальном состоянии возвращенных предметов лизинга, без учета работы транспортных средств в качестве такси, а также без учета нахождения предметов лизинга в залоге у финансирующего банка. 

Судом отклоняется довод ответчика о том, что указанные показатели не должны быть применены при оценке стоимости предметов лизинга, так как лизингодателем доказано представленным в материалы дела Отчетом об оценке, что использование транспортных средств в такси влияет на стоимость реализации транспортных средств, как и нахождение имущества в залоге финансирующего банка. Доказательств отсутствия влияния на стоимость реализации предметов лизинга в такси лизингополучателем не приведено. Нахождение имущества в залоге влияет на рентабельность имущества при его реализации и не является ущемлением прав ответчика при реализации предметов лизинга, а является объективным показателем снижения стоимости имущества при реализации. При оценке стоимости реализации имущества данные факторы не могут быть не учтены, так как они объективно существуют и подлежат оценке судом при вынесении решения по настоящему спору. 

Пунктом 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2005 № 92 «О рассмотрении арбитражными судами дел об оспаривании оценки имущества, произведенной независимым оценщиком» предусмотрено, что в случае оспаривания величины стоимости объекта оценки в рамках рассмотрения конкретного спора по поводу сделки, акта государственного органа, решения должностного лица или органа управления юридического лица (в том числе, спора о признании сделки недействительной, об оспаривании ненормативного акта, о признании недействительным решения органа управления юридического лица и других) судам следует учитывать, что согласно статье 12 Закона № 135-ФЗ отчет независимого оценщика является одним из доказательств по делу (статья 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

С учетом доводов сторон и приведенных в материалы дела доказательств, отчетом об оценке рыночной стоимости, представленный в материалы дела ООО «ФИНАНСКОНТРОЛЬ-Л» принимается судом в качестве доказательства стоимости реализации имущества для расчета сальдо встречных обязательств по договору.

Таким образом, общая сумма стоимости возвращенных предметов лизинга, реализованных по договорам купли-продажи и на основании отчета об оценке, составила 120 602 472 руб.  

Пунктом 3.4. Постановления № 17 установлено, что размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п. То есть, в соответствии с приведенными правилами, при расторжении договора выкупного лизинга авансовый платеж не возвращается лизингополучателю, а учитывается при расчете сальдо встречных обязательств как сумма, на которую уменьшается закупочная цена предмета лизинга, таким образом устанавливается размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю.

В данном случае размер финансирования рассчитывается как закупочная цена имущества за вычетом авансового платежа лизингополучателя и составляет 149 338 125 руб.

Согласно пункту 3.5 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования.

Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по формуле, приведенной в примечании к данному пункту:

,

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

 - срок договора лизинга в днях.

            Судом при расчете сальдо встречных обязательств по договорам применены следующие величины: 3-х месячный разумный срок реализации предметов лизинга – 03.05.2023 (дата изъятия предметов лизинга + 3 месяца с даты расторжения договоров лизинга 03.02.2023), итого срок пользования финансированием 315 дней.

            Датой окончания срока лизинга в соответствии с Правилами лизинга, утвержденными приказом генерального директора ООО «КОНТРОЛ лизинг» от 06.12.2019 № 331, является последнее число календарного месяца, в котором лизингополучатель обязан уплатить выкупной платеж в соответствии с Графиком платежей, таким образом срок по договору истекает в последний день месяца и составляет 1865 дней.

Таки образом, общая сумма платы за пользованием финансированием составила 18 615 743 руб. 02 коп. 

            Суммы поступлений лизинговых платежей при сравнении расчетов сторон не совпадают, судом проверены поступления и отклоняется расчет ответчика, так как в составе лизинговых платежей по договорам лизинга учтены платежи по оплате комиссионной сделки, то есть платежи за оплату страховок. В соответствии с положениями Общих правил лизинга транспортных средств для юридических лиц, утвержденных Приказом Генерального директора ООО «КОНТРОЛ лизинг» от 06.12.2019 № 331, положениями Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» лизингополучатель обязан страховать предмет лизина в пользу выгодоприобретателя, указанного в п. 4.11. настоящих Правил, на весь срок действия договора лизинга. Независимо от того, кто является страхователем, расходы по страхованию несет лизингополучатель. В случае если договоры страхования заключаются лизингодателем, расходы по страхованию могут быть включены либо в постоянную, либо в переменную часть лизингового платежа (п. 4.19 Правил лизинга). Указанные платежи не входят в состав лизинговых платежей, оплата страховок в график лизинговых платежей не включена, а является дополнительной услугой, которая подлежит оплате на основании выставленных счетов – дополнительная услуга (раздел 7 Правил лизинга). 

Таким образом, ответчик необоснованно включает в расчет оплаченных лизинговых платежей оплату страховых премий за страхование предметов лизинга, которые лизинговыми платежами не являются и по смыслу Постановления № 17 не могут входить в состав возвращенного финансирования по сделке. 

Общая сумма уплаченных ответчиком лизинговых платежей по договорам лизинга за исключением авансового платежа, составила 5 937 133 руб. 80 коп.

Истцом начислена неустойка за просрочку платежа в размере 20 827 607 руб. 37 коп. из расчета ставки 0,5% от суммы платежа за каждый день просрочки.

Расчет неустойки признан судом обоснованными и арифметически верным.

Кроме того, истцом включены в состав сальдо расходы на стоянку в размере 2 193 800 руб. в целях обеспечения сохранности предметов лизинга и дальнейшей их реализации, что подтверждается материалами дела.

Таким образом, общая сумма сальдо по договорам лизинга, исходя из доказанности представленных истцом показателей встречного предоставления лизингодателя (149 338 125 руб. размер финансирования + 18 615 743 руб. 02 коп. плата за пользованием финансированием +  20 827 607 руб. 37 коп. неустойки + 2 193 800 руб. расходов на стоянку) и показателей встречного предоставления лизингополучателя (5 937 133 руб. 80 коп. платежи лизингополучателя + 120 666 339 руб. стоимости предметов лизинга), составила 64 218 867 руб. 89 коп. (190 821 339 руб. 83 коп. > 126 602 472 руб.). 

Ответчиком заявлено требование о снижении размера пеней в порядке статьи 333 ГК РФ.

В системе действующего правового регулирования неустойка, являясь способом обеспечения обязательств и мерой гражданско-правовой ответственности, носит компенсационный характер и ее выплата кредитору предполагает такую компенсацию его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом, в целях обеспечения которого при заключении договора стороны и устанавливают приемлемую для них степень ответственности за нарушение обязательства, что может являться одним из мотивов установления договорных правоотношений между контрагентами.

Таким образом, неустойка как способ обеспечения обязательств должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Из статьи 421 ГК РФ следует, что граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно пункту 75 Постановления № 7 никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения и пользоваться денежными средствами контрагента на нерыночных условиях. Явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной, а необоснованное уменьшение неустойки не создает для недобросовестных должников условий для активного поведения в целях надлежащего исполнения собственных обязательств, нарушает интересы кредиторов и не обеспечивает их восстановление в порядке судебной защиты.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 15.01.2015 № 7-О, истец-кредитор, требующий уплаты неустойки, не обязан доказывать причинение ему убытков - бремя доказывания несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства лежит на ответчике, заявившем о ее уменьшении.

Таким образом, из указанных разъяснений судов высших судебных инстанций следует, что лицо, заявившее в суде о применении статьи 333 ГК РФ, должно доказать несоразмерность неустойки и исключительность случая, в связи с которым необходимо ее снижение, а суд, в свою очередь, не вправе принимать решение по своей инициативе о снижении неустойки по мотиву явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, без предоставления ответчиком соответствующих доказательств, подтверждающих такую несоразмерность.

Снижение неустойки судом возможно только в одном случае - в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права. Иные фактические обстоятельства (финансовые трудности должника, его тяжелое экономическое положение и т.п.) не могут быть рассмотрены судом в качестве таких оснований.

Необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют статьи 71 Кодекса.

В обоснование ходатайства о снижении неустойки ответчик указал, что подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушенного обязательства ответчиком, принимая во внимание, что неустойка служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения кредитора за счет должника.

Предусмотренный договором размер неустойки составляет 180 процентов годовых (0,5% за каждый день просрочки), в то время как в период нарушения срока исполнения данного обязательства средняя ставка банковского процента в спорный период составляла около 8% годовых, что в 22,5 раз меньше применяемой договором ставки для начисления неустойки (пени).

В данном случае, размер неустойки по договору применительно к фактическим обстоятельствам дела, существенно превышает учетную ставку банковского процента и не соизмерим размеру взыскиваемой неустойки с последствиями допущенного должником нарушения, в связи с чем, является чрезмерным.

На основании изложенного, а также принимая во внимание денежный характер обязательств лизингополучателя и компенсационное значение неустойки как вида ответственности и несоразмерность в данном конкретном случае предусмотренного договорами размера неустойки последствиям нарушенного обязательства, учитывая заявление ответчика о снижении размера неустойки, суд в целях обеспечения баланса интересов сторон считает возможным реализовать свое право в соответствии со статьей 333 ГК РФ и уменьшить пени до суммы 4 165 521 руб. 48 коп.

По остальным значениям в расчетах сальдо стороны не спорят.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ, лицо, которое сберегло без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательное сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из смысла указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, то есть увеличении стоимости собственного имущества приобретателя, присоединения к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, а также отсутствие правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

Таким образом, полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором.

С учетом изложенного, сумма сальдо в редакции истца по договорам лизинга, с учетом уменьшения неустойки до суммы 4 165 521 руб. 48 коп., в связи с чем, излишняя сумма пени составила 16 662 085 руб. 90 коп., складывается в пользу лизингодателя в размере 47 556 781 руб. (64 218 867 руб. 89 коп. - 16 662 085 руб. 90 коп.).

            Ответчик ссылался на то обстоятельство, что договор цессии №1/Андал от 02.10.2023, заключенный между ООО «КОНТРОЛ лизинг» и ООО «ФИНАНСКОНТРОЛЬ-Л», является недействительным, совершен с нарушениями закона, не влечет юридических последствий, переданное право по договору цессии на момент заключения сделки не существовало, а следовательно, стороны при передаче указанного права злоупотребляли своими правами и пресекли возможность ответчику заявить встречное исковое требование с котррасчетом сальдированного результата в рамках исковых требований ООО «ФИНАНСКОНТРОЛЬ-Л». 

            В материалы настоящего дела доказательств того, что заключением договора цессии между ООО «ФИНАНСКОНТРОЛЬ-Л» и ООО «КОНТРОЛ лизинг» нарушены права ответчика не представлено. Ссылка на то, что совершение указанной сделки повлекло за собой невозможность для ответчика представить контррасчет требований или противопоставить требованиям цессионария требования к первоначальному кредитору, противоречит действительным обстоятельствам дела, так как ответчик не лишен возможности возражать против требования цедента или цессионария. 

            Относительно доводов ответчика о том, что так как сальдо встречных обязательств, по мнению последнего, сложилось в пользу лизингополучателя, следовательно, переданное по договору право отсутствует, суд считает, что указанное основание не может приводить к автоматическому признанию договора цессии недействительным по следующим основаниям. 

Расторжение договоров лизинга является начальной стадией для осуществления процесса по определению завершающей обязанности. На указанной стадии невозможно установить точный размер всех взаимных требований на момент расторжения договора. В соответствии с положениями абз. 3 п. 3.1 Постановления № 17 при подсчете сальдо учитываются предоставления сторон, совершенные до расторжения договора, в действительности стороны учитывают и иные изменения, происходящие и после расторжения, например, та сумма, которая будет учтена при подсчете сальдо может быть известна не сразу при расторжении договора, а после реализации предметов лизинга по Договору купли-продажи. Таким образом, расторжение договора является началом ликвидационной стадии правоотношений сторон, в которой момент соотнесения требований сторон может различаться в зависимости от различных факторов. Однако указанный факт не может сам по себе являться основанием для оспаривания договора цессии по причине несуществования требования в момент уступки, так как законом не запрещена уступка будущего требования. 

            Согласно взаимосвязанным положениям статьи 388.1, пункта 5 статьи 454 и пункта 2 статьи 455 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование). Если иное не установлено законом, будущее требование переходит к цессионарию, соответственно, непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом. Соглашением сторон может быть предусмотрено, что будущее требование переходит позднее (пункт 2 статьи 388.1 ГК РФ).

            При этом должник вправе выдвигать те же возражения, которые он имел против первоначального кредитора, в частности, относительно размера причиненных кредитору убытков, и представлять доказательства того, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статьи 386, 404 ГК РФ).

Поскольку судом установлено положительное сальдо в пользу лизингодателя, а оснований для признания недействительным договора цессии об уступке лизингодателем в пользу нового кредитора (истца) будущего права (требования) в отношении сальдо встречных обязательств, размер которого был определен судом при рассмотрении настоящего дела, не имеется, суд приходит к выводу о доказанности истцом своего субъективного права на судебную защиту, в том числе на получение истребуемого по иску сальдо.

На основании статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В силу пункта 1 статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункт 2 статьи 363 ГК РФ).

В соответствии с правилами статей 322 и 323 ГГК РФ солидарная обязанность возникает из договора или закона и при этом кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, причем как полностью, так и в части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников.

По смыслу статей 363, 323, 309 ГК РФ наличие поручительства не освобождает основного должника от ответственности, кредитор вправе предъявить иск либо к должнику, либо к поручителю, либо к тому и другому одновременно.

При указанных обстоятельств, с учетом вышеуказанных норм права заявленные требования, предъявленные истцом к ответчикам-2,-3 в солидарном порядке, признаются судом обоснованными.

Исковые требования подтверждаются материалами дела, ответчиками не опровергнуты, соответствуют статьям 12, 15, 309, 310, 329, 330, 382, 665 ГК РФ, условиям договоров, ответчики доказательств надлежащего исполнения обязательств по договорам лизинга и сформировавшегося в результате их расторжения и изъятия предметов лизинга сальдо не представили, исковые требования подлежат удовлетворению частично в размере 47 556 781 руб., с отнесением расходов по оплате государственной пошлины на ответчиков на основании статьи 110 АПК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 395 ГК РФ проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 48 Постановления №7, проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору, одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ), при этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.   

Учитывая, что сальдо как база для начисления процентов сформировалось только в ходе рассмотрения дела, проценты по статье 395 ГК РФ на сумму сальдо подлежат взысканию со дня вступления в законную силу судебного акта.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать солидарно с Общества с ограниченной ответственностью «АНДАЛ» (ИНН 

<

***>), Общества с ограниченной ответственностью «ДИСПЕТЧЕРСКАЯ» (ИНН 

<

***>) и Общества с ограниченной ответственностью «Служба такси» (ИНН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "ФИНАНСКОНТРОЛЬ-Л" 47 556 781 руб.  сальдо, проценты за пользование чужими денежными средствами по статье 395 ГК РФ, подлежащие начислению со дня вступления в законную силу решения суда по настоящему делу до даты фактического исполнения обязательства (47 556 781 руб.), а также 148  108 руб.  расходов по уплате государственной пошлины

В остальной части в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья                                                                                                Евдошенко А.П.