Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-67122/2022

22 февраля 2023 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена  21 февраля 2023 года.

Полный текст решения изготовлен  22 февраля 2023 года.

 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Бойковой Е.Е.,

при ведении протокола судебного заседания (до перерыва/после перерыва) секретарем ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании в режиме online дело по иску:

истец: Общество с ограниченной ответственностью «ПВПБ» в лице участника Сунь Лэй

ответчики: 1. Сюй Чао,

                      2. ФИО5,

                      3. ФИО2,

                      4. ФИО7 Цзяньсян,

                      5. ФИО3,

                      6. Юй Цзинхай,

                      7. Цзэн Цзяньхуа

о взыскании убытков,

 

при участии (до перерыва/после перерыва):

- от истца: ФИО4 (доверенность от 08.06.2021),

- от Общества: не явился, извещен,

- от ответчиков: 1, 3, 5, 6, 7. не явились, извещены,

                               2. ФИО5 (личность удостоверена по паспорту),

                               4. ФИО6 (доверенность от 05.05.2022), ФИО7 (личность удостоверена по паспорту),  

 

установил:

Сунь Лэй (далее –истец) в интересах общества с ограниченной ответственностью «ПВПБ» (далее – Общество, ООО «ПВПБ») обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Сюй Чао, ФИО5, ФИО2, ФИО7 Цзяньсян, ФИО3, Юй Цзинхай и Цзэн Цзяньхуа о взыскании убытков в размере 98 758 605 руб. 21 коп. 

Определением от 20.09.2022 суд определил считать истцом по настоящему делу ООО «ПВПБ» в лице представителя – участника Общества Сунь Лэй. 

В ходе судебного разбирательства ФИО5 и ФИО7 Цзяньсян  представлены отзывы на иск, а также дополнительные доказательства в обоснование своих позиций.

Указанные документы приобщены судом к материалам дела.

Сунь Лэй, в свою очередь, представил возражения на отзывы ответчиков, а также документы в обоснование своих доводов. 

Также в ходе судебного разбирательства Сунь Лэй заявил ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Золотой источник» (арендатор спорного помещения перед его продажей, далее – ООО «Золотой источник») ФИО8.

Суд, не установив оснований, предусмотренных статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), отказал в удовлетворении заявленного Сунь Лэй ходатайства.

В ходе судебного разбирательства произведен допрос свидетеля – ФИО11, показания которого зафиксировано аудиопротоколом 17.01.2023. 

В судебном заседание 14.02.2023 представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме.

ФИО7 Цзяньсян и его представитель возражали против удовлетворения требований Сунь Лэй.

В судебном заседании 14.02.2023 объявлен перерыв. После перерыва судебное заседание продолжено 21.02.2023.

От истца до начала проведения судебного заседания посредством электронного оборота документов – по автоматизированной системе «Мой арбитр» поступило ходатайство о проведении судебного заседания в режиме online.

Учитывая наличие технической возможности проведения судебного заседания в заявленном режиме, суд в соответствии с положениями Постановления Президиума Верховного Суда Российской Федерации, Президиума Совета судей Российской Федерации от 29.04.2020 № 822, 153.2 АПК РФ удовлетворил заявленное истцом ходатайство.

В судебном заседании, продолженном после перерыва, представители истца и ответчиков, а также ФИО5 поддержали свои позиции, изложенные ранее.

Иные участвующие в деле лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что не является препятствием для рассмотрения дела по существу (часть 3 статьи 156 АПК РФ).

Заслушав пояснения представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов, ООО «ПВПБ» зарегистрировано в качестве юридического лица 07.10.2004 за основным государственным регистрационным номером 1047855103790.

Сунь Лэй является участником Общества, владеющий долей в размере 23% уставного капитала ООО «ПВПБ».

В обоснование исковых требований Сунь Лэй ссылается на отчуждение Обществом на основании договора купли-продажи от 02.02.2021 доли в нежилом здании в размере 10554/47141, находящемся по адресу: 

<

...>, лит. «В», кадастровый номер 78:31:0001501:1047,  на невыгодных для Общества условиях (по заниженной стоимости в ущерб экономическим интересам ООО «ПВПБ»). Договор был подписан действующим на тот момент единоличным исполнительным органом Общества – ФИО5

Недвижимое имущество по Договору было отчуждено по цене 65 000 000 руб.

Вместе с тем, как указал истец в иске, исходя из результатов оценки нежилого здания, находящего по адресу: 

<

...>, лит. «В», кадастровый номер 78:31:0001501:1047 рыночная цена недвижимого имущества составляет 731 452 000 руб. (стоимость всего здания)/47141*10554 (стоимость доли Общества в здании) = 163 758 605 руб. 21 коп., то есть более чем в 2,5 раза больше цены отчуждения.

Таким образом, как указал истец, Обществу причинены убытки в размере163 758 605 руб. 21 коп. – 65 000 000 руб. = 98 758 605 руб. 21 коп.

По мнению Сунь Лэй, бывший генеральный директор в сговоре с остальными ответчиками продал имущество Общества с использованием «серой» схемы – часть сделки по продаже имущества оформил официально (65 000 000 руб.) и часть сделки – наличными (предположительно 100 000 000 руб.), что и составило убытки Общества и, опосредованно, истца.  

Истец в иске указал, что Сунь Лэй не принимал участия в одобрении спорной сделки, поскольку в связи с введением ограничительных мер в условиях пандемии он оказался «заблокирован» в Китае и не имел возможности присутствовать на собраниях Общества; корреспонденцию и информацию о намерении остальных участников – ФИО2, ФИО3, ФИО7 Цзяньсян, Юй Цзинхай, Цзэн Цзяньхуа, Сюй Чао, продать недвижимость Сунь Лэй не получал. 

Помимо прочего Сунь Лэй в иске указал, что о недобросовестных целях ответчиков также свидетельствует иные обстоятельства: по данным выписки о движении средств по банковскому счету Общества следует, что в период с 16.03.2021  (получение средств от продажи недвижимого имущества) по 31.03.2021 со счета Общества были выведены денежные средства в размере 16 745 102 руб. 79 коп.; сделки по перечислению указанных денежных средств также оспариваются Сунь Лэй в рамках самостоятельных судебных разбирательств. 

Истец полагает, что такие сделки направлены на возникновение крупной несуществующей задолженности с целью последующего вывода денежных средств из Общества и причинения ущерба как самому Обществу, так и его незаинтересованным участникам в виде уменьшения их действительных долей.

Ссылаясь на то, что действиями по отчуждению недвижимого имущества по заведомо заниженной цене, а также недобросовестными действиями по растрате иного имущества Общества, ООО «ПВПБ» был нанесен ущерб в размере 98 758 605 руб. 21 коп., Сунь Лэй обратился в суд с иском о взыскании с бывшего генерального директора Общества ФИО5 и его участников - ФИО2, ФИО3, ФИО7 Цзяньсян, Юй Цзинхай, Цзэн Цзяньхуа, Сюй Чао, убытков.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Обосновывая исковые требования, истец ссылался на нормы статей 15 и 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснения Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащиеся в Постановлении Пленума от 30.07.2013 № 62 от 30.07.2013 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее –  Постановление Пленума ВАС РФ № 62).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ к ответственности в виде возмещения убытков может быть привлечено лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени. Такое лицо несет предусмотренную пунктом 1 этой статьи ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску

Согласно пункту 3 статьи 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно статье 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

К требованиям о взыскании убытков, причиненных юридическому лицу неразумными и недобросовестными действиями директора, применимы общие правила взыскания убытков, предусмотренные статьями 15, 1064 ГК РФ.

В пункте 6 Постановления № 62 указано, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). 

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ № 62, на истца возлагается обязанность доказывания обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, которые повлекли неблагоприятные последствия для юридического лица.

При этом арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Перечень действий, при совершении которых недобросовестность и неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, приведен в пунктах 2 и 3 Постановления Пленума ВАС РФ № 62.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ № 62.

В пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 указано, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.). 

В обоснование заявленных требований Сунь Лэй указывает на недобросовестные действия ответчиков, выразившиеся в отчуждении единственного актива Общества – доли в нежилом здании в размере 10554/47141, находящемся по адресу: 

<

...>, лит. «В», кадастровый номер 78:31:0001501:1047, по заведомо заниженной цене имущества, с целью уменьшения реальной стоимости доли в Обществе, принадлежащей истцу.

Сунь Лэй представил в материалы дела отчет общества с ограниченной ответственностью «Альтика» (далее – ООО «Альтика») от 30.12.2021 № 47-21 об оценке рыночной стоимости права собственности на нежилое здание с общей площадью 4825,5 кв.м, расположенное по адресу: 

<

...>, лит. «В», кадастровый номер 78:31:0001501:1047, согласно которому итоговая величина рыночной стоимости права собственности на нежилое здание по состоянию на 01.03.2021 составляла 731 452 000 руб.  

Поскольку Обществу принадлежит в нежилом помещении доля в размере 10554/47141, то согласно расчету истца стоимость спорного имущества составляла 163 758 605 руб. 21 коп.

В ходе судебного разбирательства истец представил в материалы дела скорректированную оценку ООО «Альтика» (приложение к Отчету об оценке № 47-21) рыночной стоимости продажи объекта недвижимости, составленную с учетом условий ускоренной экспозиции - в срок одного и двух месяцев, и применения понижающего коэффициента 10%  в связи с продажей части объекта в здании, по результатам которого оценщик сделал вывод, что:

– ликвидационная стоимость части объекта недвижимого имущества площадью 4825,5 кв.м, по адресу: 

<

...>, лит. «В», расположенного на первом этаже здания, с учетом срока экспозиции в 1 месяц по состоянию на 01.03.2021 округленно составляет: 144 650 000 руб. 

– ликвидационная стоимость части объекта недвижимого имущества площадью 4825,5 кв.м, по адресу: 

<

...>, лит. «В», расположенного на первом этаже здания, с учетом срока экспозиции в 2 месяца по состоянию на 01.03.2021 округленно составляет: 151 341 000 руб. 

Возражая против удовлетворения исковых требований, ФИО5 и ФИО7 Цзяньсян указали, что сделка по продаже имущества, его цена, была согласована и одобрена большинством голосов участников ООО «ПВПБ» (при принятии решения по одобрению крупной сделки голосовали участники, владеющие в совокупности долей уставного капитала в размере 77% от общего числа голосов участников Общества). Ответчики указывали на отсутствие в материалах дела доказательств того, что сделка по продаже объекта недвижимости совершена в ущерб интересам юридического лица.

Также, по мнению ответчиков (2, 4), представленный истцом  Отчет об оценке№ 47-21 не может быть принят во внимание, поскольку составлен без фактического осмотра помещения и учета его технического состояния на момент его продажи; объектом оценки при исследовании являлось право собственности на все нежилое здание с общей площадью 4825,5 кв., что, по мнению ответчиков, не является корректным, поскольку объект недвижимости не продавался как единое неделимое здание, анализ должен был проводиться более точечно, именно 10554/47141 долей в праве общей долевой собственности. 

Как поясняли ответчики, помещение находилось в неудовлетворительном состоянии, имелись различные повреждения, инженерные коммуникации требовали замены, в подтверждение чего в материалы дела представлены фотоматериалы данного помещения, сделанные в период продажи имущества.

Раскрывая мотивы продажи объекта недвижимости Общество, ответчики указывали  на наличие финансовых трудностей у ООО «ПВПБ»; в судебном заседании 17.01.2023 ФИО7 Цзяньсян, помимо прочего, ссылался наличие конфликта между участниками Общества, отсутствие намерений продолжать вести совместный бизнес. 

При этом ФИО5 и ФИО7 Цзяньсян указывали, что продажа недвижимости не осуществлялась в ускоренном режиме.

Согласно пояснениям ФИО7 Цзяньсян, изложенным суду в судебном заседании 17.01.2023, решение о продаже объекта недвижимости было принято еще в 2011 году, но поскольку покупатель помещения найден не был, сделка купли-продажи не состоялась, помещение было сдано в аренду ООО «Золотой источник». При этом, как поясняли ответчики (2, 4), заключая договор аренды, Общество уведомляло арендатора о том, что у  ООО «ПВПБ» имеются намерения продать данный объект недвижимости. Впоследствии, арендатор перестал вносить арендные платежи, у ООО «Золотой источник» образовалась задолженность перед ООО «ПВПБ», в связи с чем Обществом в 2020 году была возобновлена продажа объекта недвижимости и поиск потенциальных покупателей.

В материалы дела ФИО5 и ФИО7 Цзяньсян представлены договоры об оказании риэлторских услуг по продаже объекта коммерческой недвижимости ООО «ПВПБ» с ООО «Адвекс-Московский» от 20.05.2011; с индивидуальным предпринимателем ФИО9 от 04.11.2011 от 16.07.2012; c ООО «Флэт Фонд» от 07.04.2015.

В подтверждение обоснованности установленной цены по продаже спорного объекта недвижимости ООО «ПВПБ» ответчиками (2, 4) представлен в материалы дела заключение специалиста автономной некоммерческой организации «Санкт-Петербургского института независимой экспертизы и оценки» от 30.09.2022 № ЮВ541/09/2022ОЦ (далее – Заключение № ЮВ541/09/2022ОЦ), проведенное специалистом ФИО10 на предмет определения наиболее вероятной рыночный стоимости 10554/47141 долей в праве общей собственности на нежилое здание, находящееся по адресу: 

<

...>, лит. «В», кадастровый номер: 78:31:0001501:1047, количество этажей: 4, назначение – нежилое, общей площадью 4825,5 кв. м. (10554/47141 долям в праве общей долевой собственности на нежилое здание соответствуют нежилым помещениям, расположенным в нежилом здании под номерами: 7Н (228,3 кв.м., кадастровый номер: 78:31:0001501:1347), 13Н (760 кв.м., кадастровый номер: 78:31:0001501:1340), 10Н (частично): 10Н-1, 10Н-2, 10Н-3, 10Н-4, 10Н-5, 10Н-6, 10H-14, 10H-15 (75,4 кв.м., кадастровый номер: 78:31:0001501:1338) по состоянию на 02.02.2021. 

Из существа заключения № ЮВ541/09/2022ОЦ следует, что при проведении исследования специалистом был применен сравнительный подход. Для оцениваемого объекта недвижимости были выделены следующие элементы сравнения: различия между ценами предложения/спроса и сделок (фактор цены или торг); состав передаваемых прав на объект; условия финансирования состоявшейся или предполагаемой сделки; условия продажи (предложения); период между датами сделок (предложений) и оценки; местоположение; удаленность от метро; площадь объекта недвижимости; техническое состояние; уровень внутренней отделки помещений; наличие (отсутствие) инженерных коммуникаций; наличие парковки. 

По результатам проведенного исследования специалистом АНО«Санкт-Петербургского института независимой экспертизы и оценки» сделан вывод, что наиболее вероятная рыночная стоимость имущества составляет 65 800 000 руб.

При этом ФИО5 и ФИО7 Цзяньсян в обоснование своей позиции неоднократно поясняли суду на отсутствие возможности реализации спорного имущества по более высокой цене.

 Так, согласно пояснениям ответчиков (2, 4) и представленным документам (скриншоты писем из электронной почты @mail.ru, мессенджера WhatsApp) Обществом в период с мая 2020 года производился активный поиск потенциальных покупателей, велись переговоры с несколькими потенциальными покупателями – ООО «Ареопаг», ООО «Морская набережная», о продаже имущества по цене 70 500 000 руб., 70 000 000 руб., 68 500 000 руб., однако имущество по таким ценам так и не было реализовано.

Как указывали ответчики, главной проблемой объекта недвижимости являлось то, что продавалось доля в праве общей долевой собственности (10554/47141), а не целый объект недвижимости, не отдельное помещение, выдел долей произведен не был; кадастровый паспорт отдельно на указанный объект у ООО «ПВПБ» отсутствовал.

ФИО5 и ФИО7 Цзяньсян обращали внимание суда, что продажа имущества осуществлялась Обществом не самостоятельно, а с привлечением специалиста в области купли-продажи недвижимого имущества – риэлтора ФИО11 

В судебном заседании 17.01.2023 судом произведен допрос свидетеля – ФИО11

Так, согласно пояснениям указанного лица, ФИО11 занимается продажей недвижимости с 2010 года, рынок некоммерческой недвижимости городаСанкт-Петербурга ему хорошо известен. ООО «ПВПБ» за оказанием риэлтерских услуг обратилось к нему в конце 2020 года, в начале 2021 года, то есть в период пандемии. Как пояснял ФИО11, объект недвижимости по своим характеристикам, которые, как он считает, могли сделать этот объект привлекательным для потенциальных покупателей, является то, что он был достаточно большим, однако его состояние было неудовлетворительное, требовался ремонт, который подразумевал большие вложения. При этом ФИО11 пояснял суду и сторонам, что инвесторам интересно купить такой объект недвижимости, из которого можно сразу извлекать прибыль и который не требует существенных вложений.  

На вопрос суда об установлении первоначальной стоимости продажи объекта недвижимости ФИО11 пояснил, что решение о конкретной цене было принято им совместно с продавцами и ее размер был установлен 83 000 000 руб. Оценка производилась исходя из определения стоимости одного квадратного метра помещения, за которую можно его продать в данном помещении, с учетом стоимости близлежайших коммерческих помещений. 

ФИО11 пояснял, что изначально, с целью продажи имущества по более выгодной цене, он распространил информацию о продаже объекта среди инвесторов, однако на его предложения никто не откликнулся. После этого ФИО11 совместно с Обществом было принято решение выйти на открытый рынок недвижимости и разместить объявление на таких площадках как «Авто», «Циан», однако потенциальные покупатели также отсутствовали.

Как пояснил ФИО11, при осмотре объекта недвижимости клиентов не устраивало состояние помещения; имелись видимые и невидимые повреждения, требовался ремонт всего помещения, в том числе замена коммуникаций. В этой связи ФИО11 предложил Обществу снизить цену на объект недвижимости. 

Впоследствии, были найдены клиенты, которые предложили свою цену за объект недвижимости в размере 60 000 000 руб., однако при ведении переговоров ФИО11 пояснил, что с покупателем была достигнута договоренность о цене 65 000 000 руб.

При этом ФИО11 суду пояснил, что задача продать имущество быстро, за любые деньги, Общество ему не ставило.  

На вопрос представителя истца о том, почему ФИО11 не составлялась экспертная оценка по определению стоимости продаваемого объекта недвижимости, свидетель пояснил, что относительно коммерческой недвижимости сделать такую экспертную оценку достаточно сложно, поскольку количество коммерческой недвижимости  на рынке в сравнении с жилой недвижимостью, где в одном доме на 700 квартир имеется много предложений по продаже, намного меньше, в связи с чем данных для составления такой экспертной оценки недостаточно. 

ФИО11 пояснил, что стоимость коммерческой недвижимости формируется исходя из срока ее окупаемости, который приближен к 10-ти годам. Как указал ФИО11, если имеется желание продать объект недвижимости за 65 000 0000 руб., то цена сдачи такого объекта в аренду должна составлять около 550 000 - 600 000 руб. в месяц, то есть при установлении цены за объект недвижимости нужно установить, за какую стоимость помещение может быть сдано арендатору в месяц. 

Как пояснил ФИО11, чтобы продать объект недвижимость за цену в 65 000 000 руб., ему пришлось проделать огромную работу, такая цена на период продажи  объекта недвижимости ООО «ПВПБ» является достаточной (соответствующей), поскольку рынок недвижимости является переполненным объектами некоммерческой недвижимости, а обусловлено это тем, что бизнес, в том числе ресторанный, очень пострадал от ограничительных мер, связанных с распространением коронавируса. 

Оценив доводы сторон, представленные ими в обоснование своих позицией документов в совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 АПК РФ, учитывая показания свидетеля ФИО11, суд пришел к выводу о недоказанности истцом того обстоятельства, что на момент продажи на объект недвижимости ООО «ПВПБ» имелся спрос по более высокой цене, чем цена спорной сделки. 

Применяя расчет убытков от продажи имущества в виде разницы между той ценой, которая, по мнению Сунь Лэй, являлась рыночной и ценой фактической продажи, истец должен доказать, что возможность реализации имущества по такой цене, а соответственно и возможность получения Обществом прибыли от продажи такого имущества в заявленном истцом размере существовала реально, а не в качестве субъективного представления истца. 

Однако в рассматриваемом случае истец не представил доказательств наличия у Общества реальной возможности заключить сделку по более выгодной цене и в результате этого получить сумму разницы, которая предъявлена ко взысканию в качестве убытков по настоящему делу.

Кроме этого бесспорных доказательств, подтверждающих факт недобросовестного и неразумного поведения ответчиков, а также доказательств, свидетельствующих об умышленных действиях ответчиков, направленных уменьшение реальной стоимости доли в Обществе, принадлежащей Сунь Лэй, истцом в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено.

 Принимая во внимание отсутствие доказательств продажи объекта недвижимости по заниженной стоимости, а также недоказанность обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) бывшего генерального директора ФИО5 и участников ООО «ПВПБ», повлекших неблагоприятные последствия для Общества, суд приходит к выводу отсутствии оснований для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Поскольку в рассматриваемом случае совокупность условий, предусмотренных статьей 15 ГК РФ, для возложения на ответчиков обязанности по возмещению убытков не установлена, в удовлетворении иска Сунь Лэй следует отказать.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежит отнесению на истца на основании статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области 

решил:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

 

Судья                                                                            Бойкова Е.Е.