АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

 

22 августа 2023 года

 

Дело № А33-13994/2023

Красноярск

 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 15.08.2023 года.

В полном объёме решение изготовлено 22.08.2023 года.

 

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «СПЕЦПОЛИМЕР» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «ТС НАДАВИ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о  взыскании предоплаты и убытков;

в присутствии в судебном заседании:

представителя истца: ФИО1 (полномочия подтверждаются доверенностью № 8 от 10.01.2023);

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2; 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «СПЕЦПОЛИМЕР» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ТС НАДАВИ» (далее – ответчик) о взыскании предоплаты по договору поставки № 0244 от 09.03.2023 в размере 1 328 990,60 руб. и убытков в размере 131 858,60 руб.

Определением от 30.05.2023 возбуждено производство по делу. Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 15.08.2023. Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного разбирательства. Сведения о дате и месте слушания размещены на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет. Процессуальных препятствий для проведения заседания и рассмотрения спора по существу не установлено.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Между сторонами был заключен вышеуказанный договор поставки, по условиям которого истец являлся покупателем, а ответчик – поставщиком товара. Условиями договора предусмотрена была 100% предоплата товара.

Ответчик выставил истцу счет на оплату № 01795 от 09.03.2023. Общая цена сделки составила 1 328 990,60 руб., включающие в себя цену товара (швеллер, 13,027 тонн) и цену услуги по доставке товара из г. Кемерово в г. Красноярск. Предоплата была осуществления истцом согласно платежному поручению № 1417 от 14.03.2023. Срок поставки определен периодом 7 рабочих дней со дня зачисления денежных средств на счет продавца.

Товар не был поставлен истцу в оговоренные в договоре сроки. В связи с чем истец приобрел аналогичный товар в количестве 12,692 тонн у другого контрагента – общества с ограниченной ответственностью «А ГРУПП», что подтверждается счет-фактурой № HBAG2203-059 от 22.03.2023. Согласно данному документу цена сделки составила 1 460 849,20 руб. Расчеты по указанной сделке подтверждаются платежными поручениями № 1443 от 21.03.2023, № 1521 от 12.04.2023.

В последующем истец направил ответчику претензию от 21.03.2023 с требованием вернуть предоплату и возместить разницу в цене, образовавшуюся в результате неисполнения ответчиком обязательств и необходимости истцу приобрести товар у другого контрагента по более высокой цене. В ответ на данную претензию ответчик направил истцу гарантийное письмо от 31.03.2023 № 17, в котором заверял о готовности вернуть предоплату, оплатить пени и компенсировать моральный вред в размере 130 000 руб.

В настоящем случае истец обратился в суд с требованиями о взыскании предоплаты и убытков в связи с заключением замещающей сделки, размер которых составляет разницу между ценой первоначальной сделки, заключенной с ответчиком, и ценой замещающей сделки, заключенной с обществом «А ГРУПП».

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы присутствующих в заседании лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок, покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом (пункт 3 статьи 457 Гражданского кодекса РФ, далее – ГК РФ).

В определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.05.2018 по делу N 309-ЭС17-21840, А60-59043/2016, от 01.08.2023 N 305-ЭС23-2969 по делу N А40-180355/2021 отмечается, что указанная норма подразумевает наличие у покупателя права выбора способа защиты нарушенного права: требовать передачи оплаченного товара или требовать возврата суммы предварительной оплаты. С момента реализации права требования на возврат суммы предварительной оплаты сторона, заявившая данное требование, считается утратившей интерес к дальнейшему исполнению условий договора, а договор - прекратившим свое действие. С момента совершения указанных действий обязательство по передаче товара (неденежное обязательство) трансформируется в денежное обязательство. В силу неэквивалентности предоставлений при расторжении договора на стороне продавца образуется денежное обязательство по возврату полученной предоплаты.

В настоящем случае из материалов дела следует, что обязательство по передаче товара ответчик не исполнил, и в ходе его договорных отношений с истцом он не отрицал этот факт, по сути признавая его в гарантийном письме. Доказательства того, что договорные отношения с ответчиком были доведены до своего логического завершения, поставка произведена и истец получил интересующий его товар, не представлены. С учетом выраженного истцом волеизъявления о возврате предоплаты следует констатировать, что вышеупомянутый договор с ответчиком прекратил свое действие.

В таких условиях у ответчика возникло денежное обязательство по возврату предоплаты. Поскольку ответчик это обязательство не исполнил, требование о взыскании с него 1 328 990,60 руб. является правомерным.

Относительно требования о взыскании убытков судом отмечается, что кредитор при заключении замещающей сделки взамен прекращенного договора вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям замещающей сделки (пункт 1 статьи 393.1 ГК РФ).

Также в пункте 1 статьи 524 ГК РФ предусмотрено аналогичное правило, согласно которому, если в разумный срок после расторжения договора вследствие нарушения обязательства продавцом покупатель купил у другого лица по более высокой, но разумной цене товар взамен предусмотренного договором, покупатель может предъявить продавцу требование о возмещении убытков в виде разницы между установленной в договоре ценой и ценой по совершенной взамен сделке.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъясняется, что кредитором могут быть заключены несколько сделок, которые замещают расторгнутый договор, либо приобретены аналогичные товары или их заменители в той же или в иной местности и т.п.

При этом добросовестность кредитора и разумность его действий при заключении замещающей сделки предполагаются (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307, статья 393.1 ГК РФ).

Должник вправе представить доказательства того, что кредитор действовал недобросовестно и/или неразумно и, заключая замещающую сделку, умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению (пункт 1 статьи 404 ГК РФ).

Специфика возмещения убытков при заключении замещающей сделки как способа защиты права корреспондирует способу его нарушения, в связи с чем возникновение таких убытков сопровождается особой причинно-следственной связью, выражающейся в том, что неисполнение (ненадлежащее) исполнение обязательств ставит кредитора в положение, при котором он вынужден прекратить взаимоотношения с должником и искать иного альтернативного контрагента. При этом гарантии того, что замещающая сделка будет заключена на аналогичных выгодных условиях для кредитора, у последнего отсутствуют. Цель такого способа защиты состоит в приведении положения кредитора к тому состоянию, которое должно было сложиться, если обязательство было бы исполнено должником надлежащим образом. В этой связи риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его прекращение, а имущественные потери, вызванные указанными обстоятельствами, в таком случае представляют убытки для кредитора, подлежащие возмещению за счет должника.

При этом закон не обуславливает данное право кредитора тем, чтобы цена в прекращенном по вине должника договоре соответствовала рыночным ценам на момент его заключения (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 09.02.2021 N 45-КГ20-29-К7).

Под сопоставимым товаром понимается товар, который должен быть близким по количественным, качественным и иным характеристикам по сравнению с товаром, предусмотренным расторгнутым договором, и приобретаться по разумной цене (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 17.09.2019 N 305-ЭС19-7159 по делу N А40-49262/2018).

Однако как отмечается в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.10.2018 по делу N 309-ЭС18-8924, А50-14983/2017 закон не содержит необходимый критерий об идентичности всех условий замещающей сделки условиям первоначальной сделки. 

Из этого же определения следует, что требование о взыскании убытков в связи с изменением цен и заключением замещающей сделки подлежит удовлетворению при следующих условиях: 1) должник допустил неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора, возлагающих на него определенные обязанности; 2) прекращение договора между сторонами явилось следствием нарушения должником условий договора; 3) кредитором заключен аналогичный (замещающий) договор на иных по сравнению с первоначальным договором условиях, ухудшающий его имущественный интерес.

В настоящем случае факт неисполнения ответчиком обязательства по поставке товара подтвержден. Договор, заключенный с обществом «А ГРУПП», в полной мере можно считать замещающей сделкой, поскольку она была заключена на сопоставимых условиях с первоначальной сделкой: предметом замещающей сделки является аналогичный товар (швеллер); объём приобретенного товара приближен к объёму товара, который должен был поставить ответчик по первоначальной сделке; замещающая сделка совершена в короткий промежуток времени (22.03.2023) после заключения первоначальной сделки тогда, когда у обеих сторон уже имелась определенность относительно того, что первоначальная сделка не будет исполнена, при этом истец предупреждал ответчика о намерениях заключить замещающую сделку по более высокой цене.

Совершение замещающей сделки не выглядит как неразумное действие со стороны истца. По меньшей мере, выгодность этой сделки выражается в том, что истцу удалось сэкономить на расходах по транспортировке товара. По первоначальной сделке в её цену были включены услуги по транспортировке, а замещающая сделка не предполагала необходимости транспортировки ввиду наличия возможности у контрагента передать истцу товар на территории г. Красноярска. Для любого разумного участника гражданского оборота на месте истца сам факт наличия возможности непосредственного получения товара в месте своего нахождения является более привлекательным условием, нежели ожидание доставки товара из другого города.

Кроме того, нет видимых причин обвинять истца в какой-либо неразумности или недобросовестности по отношению к ответчику с точки зрения сложившейся разницы в ценах первоначальной и замещающей сделок. В результате совершения замещающей сделки расходы истца по приобретению нужного товара увеличились на 131 858,60 руб. в сравнении с той суммой, которую истец изначально планировал потратить на приобретение товара по первоначальной сделке. Указанная разница составляет примерно 9,92% (131 858,60 х 100 / 1 328 990,60), что явно не является существенным изменением с точки зрения выработанных судебной практикой критериев оценки выгодности сделки (абзац 3 пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"; абзац 7 пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица").

Из определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 305-ЭС21-19707 по делу № А40-35533/2018 следует правовой подход, согласно которому по общему правилу критерий кратности является явным и очевидным для любого участника рынка. Указанный подход был изложен применительно к рассмотрению обособленного спора об оспаривании сделки должника – банкрота по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о банкротстве. Однако он носит универсальный характер и применим для настоящего спора. Потому критерий кратности является достаточным для использования в целях оценки сделки на предмет невыгодности.

Чем существеннее разница в условиях сделок, тем больше возникает подозрений таких изменений на предмет разумности, оправданности и их справедливости, что потенциально создает вероятность оценки произведенных изменений как совершение невыгодной сделки. Применение кратного критерия значительно повышает такую вероятность, поскольку необъяснимое двукратное или более отличие параметров замещающей сделки от условий первоначальной сделки должно вызывать недоумение или подозрение у любого участника хозяйственного оборота. К тому же кратный критерий нивелирует погрешности, имеющиеся у всякой оценочной методики. В то же время данный вывод не исключает возможности в иных случаях обосновать применение более низкого критерия.

Процессуальные правила доказывания предполагают, что стороны должны представлять ясные и убедительные доказательства обстоятельств дела либо доказательства, преобладающие над доказательствами процессуального противника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.12.2018 N 305-ЭС17-4004(2) по делу N А40-80460/2015).

В настоящем деле сам ответчик в свою защиту не воспользовался правом представить доказательства недобросовестности и неразумности поведения истца, содействия увеличению убытков, заключение договора по необоснованно высокой цене, что не может не учитываться при проверке обоснованности требования истца о взыскании убытков (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.10.2018 по делу N 309-ЭС18-8924, А50-14983/2017).

Исходя из принципа состязательности, подразумевающего, в числе прочего, обязанность раскрывать доказательства, а также сообщать суду и другим сторонам информацию, имеющую значение для разрешения спора, нежелание стороны опровергать позицию процессуального оппонента должно быть истолковано против нее (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) по делу N А22-941/2006, 246210793171, постановление Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 N 12505/11 по делу N А56-1486/2010).

Ответчик в судебное заседание своего представителя не направил, возражений относительно предъявленного иска не заявил. Отклоняя при таких обстоятельствах доказательства, представленные истцом, суд фактически исполнил бы обязанность ответчика по опровержению этих доказательств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 03.11.2020 N 302-ЭС20-6718 по делу N А69-303/2018, постановление Президиума ВАС РФ от 15.10.2013 N 8127/13 по делу N А46-12382/2012), что недопустимо.

Ответчик не привел аргументов на счет того, что в настоящем случае оплата товара по цене замещающей сделки носит невероятный характер или эта цена чрезмерно высока по сравнению с ценой первоначальной сделки. В такой ситуации нет разумных оснований подозревать истца в том, что он, осознавая возможность в будущем компенсировать дополнительные затраты на приобретение товара в связи с заключением замещающей сделки за счет ответчика, действовал явно небрежно по отношению к интересам ответчика.

Более того, из претензии и ответа на нее усматривается ясность для ответчика в том, что истец при прекращении отношений по первоначальной сделке намеревался заключить замещающую сделку. Истец сообщал ответчику о том, что вероятно цена замещающей сделки будет выше, чем по первоначальной сделке. Ответчик при этом выразил готовность предоставить истцу компенсацию в размере 130 000 руб., которую он обозначил как компенсацию морального вреда. По сути последствия заключения замещающей сделки в виде убытков для ответчика были вполне ожидаемыми, а предлагаемая компенсация в упомянутом размере сопоставима с размером убытков, которые заявил истец. Поэтому сам ответчик своим поведением давал полагаться на то, что он воспринимает указанную сумму компенсации как разумную. В таких условиях с учетом своего предшествующего поведения ответчику для опровержения разумности заявленного размера убытков необходимо было представить весомые аргументы.

Таким образом, заявленный иск подлежит удовлетворению. С учетом результата рассмотрения спора расходы истца по оплате государственной пошлины подлежат возмещению за счет ответчика в размере 27 608 руб. (пошлина оплачена в размере 28 007 руб. согласно платежному поручению № 1535 от 19.04.2023). Излишне оплаченная пошлина в размере 399 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края 

 

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТС НАДАВИ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «СПЕЦПОЛИМЕР» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 1 328 990 руб. 60 коп. – предварительной оплаты, 131 858 руб. 60 коп. – убытков, а также 27 608 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «СПЕЦПОЛИМЕР» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) из федерального бюджета 399 руб., излишне уплаченной по платежному поручению от 19.04.2023 № 1535, государственной пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

Э.А. Дранишникова