﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1265/2018(28)-АК

Дело № А60-7088/2016

14 января 2021 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 января 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего         Чепурченко О.Н., 

судей                                               Герасименко Т.С., Плаховой Т.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шмидт К.А.,

при участии:

от Воробьева В.В.: Гимаздинов И.Р., паспорт, доверенность от 21.01.2020,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ОАО «Уралэлектромонтаж» Горкушенко Геннадия Александровича,

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 24 октября 2020 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника Горкушенко Г.А. о привлечении Хайдукова Владимира Ильича и Воробьева Виктора Викторовича к субсидиарной ответственности,

вынесенное в рамках дела № А60-7088/2016 о признании несостоятельным (банкротом) ОАО «Уралэлектромонтаж» (ИНН 6661000096, ОГРН 1026605254235),

заинтересованные лица: Хайдуков Владимир Ильич, Воробьев Виктор Викторович,

установил:

19 февраля 2016 года поступило заявление ПАО Банк «Финансовая корпорация Открытие» о признании ОАО «Уралэлектромонтаж», несостоятельным (банкротом).

19 июля 2016 года в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление ООО «Промэлтех» о признании ОАО «Уралэлектромонтаж» несостоятельным (банкротом).

Определением суда (резолютивная часть от 30.08.2016) производство по заявлению ПАО Банк «Финансовая корпорация Открытие о признании открытого акционерного общества «Уралэлектромонтаж» несостоятельным (банкротом) прекращено; рассмотрение дела о признании должника – ОАО «Уралэлектромонтаж» несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения, в связи с поступлением заявлений иных кредиторов о вступлении в дело.

Определением от 25.09.2016 суд прекратил производство по заявлению ООО «Промэлтех» о признании ОАО «Уралэлектромонтаж» несостоятельным (банкротом) прекращено. Заявление о признании ОАО «Уралэлектромонтаж» несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения.

Определение от 25.09.2016 суд объединил для совместного рассмотрения заявления ООО «СМУ Востометаллургомонтаж» и ООО «КЭУ-Инжиниринг» о признании ОАО «Уралэлектромонтаж» несостоятельным (банкротом).

Определением от 09.03.2017 в отношении ОАО «Уралэлектромонтаж» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден Горкушенко Геннадий Александрович, член Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением арбитражного суда от 31.08.2017 ОАО «Уралэлектромонтаж» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден Горкушенко Геннадий Александрович.

10 декабря 2019 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего Горкушенко Г.А. о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательства должника Хайдукова Владимира Ильича, Воробьева Виктора Викторовича в размере 288 056 981,65 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24 октября 2020 года заявление конкурсного управляющего должника Горкушенко Геннадия Александровича о привлечении Хайдукова Владимира Ильича и Воробьева Виктора Викторовича к субсидиарной ответственности оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий Горкушенко Г.А. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что одним из оснований привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц являлось совершение этими лицами сделок, в результате совершения которых причинен вред имущественным правам кредиторов; при установлении фактов совершения таких действий вина контролирующих должника лиц презюмируется; ссылается на то, что конкурсным управляющим представлены достаточные доказательства того, что указанные сделки были существенно значимыми для должника, привели к нарушению прав кредиторов и в конечном итоге к невозможности удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, в частности совершение Воробьевым В.В. и Хайдуковым В.И. сделок в интересах отдельных кредиторов, привели к тому, что кредиторы, чьи требования включены в реестр, недополучили свыше 70 млн. руб. Также при анализе финансово-хозяйственной деятельности ОАО «Уралэлектромонтаж» установлено, что директор Ижевского филиала Воробьев В.В. не принимал меры, направленные на взыскание дебиторской задолженности в пределах срока исковой давности; принятие таких мер позволило бы направить на удовлетворение требований кредиторов денежные средства в сумме превышающей 4 млн. руб. Считает, что наличие решения о приостановлении операций по счету ОАО «Уралэлектромонтаж» свидетельствует о длящейся неплатежеспособности общества; полагает, что действия контролирующим должника лицом по совершению сделок об отступном (передача квартир) в отношении конкретных кредиторов, в последующем признанных недействительными по ст. 61.3 Закона о банкротстве, не могут считаться добросовестными и разумными, в связи с чем полагает, что судом сделан неверный вывод об отсутствии причинно-следственной связи между действиями субсидиарных ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр. Относительно требования о привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу заявления, апеллянт указывает на то, что в соответствии с отчетностью ОАО «Уралэлектромонтаж» финансовым результатам деятельности должника по итогам 2015 года был убыток в размере порядка 148,5 млн. руб., по итогам 2016 года размер убытка значительно увеличился и составил 277 706 000 руб.; решением Арбитражного суда города Москвы от 24.02.2016 по делу № А40-194430/2015 с должника в пользу ПАО Банк Финансовая корпорация «Открытие» взыскана задолженность по кредитному договору, которым установлено направление банком 21.09.2015 в адрес общества требования о погашении задолженности в сумме 36 890702,04 руб., а также отсутствие на счете денежных средств в размере достаточном для погашения задолженности. Конкурсный управляющий считает, что задолженность в указанном размере является значительной и свидетельствует не о временном ухудшении  финансового состояния должника, а о возникновении значительной кредиторской задолженности, вероятность погашения которой отсутствовала, в связи с чем 21.09.2015 директору Хайдукову В.И. было известно о неплатежеспособности общества; заявление о признании должника банкротом должно было быть подано Хайдуковым В.И. в арбитражный суд не позднее 22.10.2015; указание суда на то, что  Хайдуков В.И. совершал действия, направленные на удовлетворение требований кредиторов, собирал Совет директоров для решения вопроса об обращении с заявлением о банкротстве, полагал, что имеются заключенные контракты, за счет которых возможно восстановление платежеспособности общества, документально не подтверждено.  

Хайдуков В.И., Воробьев В.В. согласно письменным отзывам против удовлетворения апелляционной жалобы возражают, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

Участвующий в судебном заседании представитель Воробьеав В.В. поддержал возражения, приведенные в отзыве; просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению спора в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 

ОАО «Уралэлектромонтаж» зарегистрировано постановлением главы Администрации Ленинского района г. Екатеринбурга № 19 от 01.07.1992; запись в Едином государственном реестре юридических лиц в отношении общества внесена 04.12.2002.  

Генеральным директором ОАО «Уралэлектромонтаж» с 27.12.2013 являлся Хайдуков Владимир Ильич.

В процедуре банкротства настоящего должника конкурсным управляющим ОАО «Уралэлектромонтаж» установлено, что в период с 01.07.2016 по 30.12.2016 директором Ижевского филиала Воробьевым В.В., от имени должника на основании нотариально удостоверенных доверенностей от 10.06.2016 № 66 АА 3764106, от 12.09.2016 № 66 АА 3851913, заключены соглашения об отступном, в результате которых произошло отчуждение недвижимого имущества (квартир), принадлежащего ОАО «Уралэлектромонтаж».

В частности, между ОАО «Уралэлектромонтаж» в лице Ижевского филиала и ООО «Ижуралэлектромонтаж» 25.04.2016 было заключено несколько договоров уступки права требования (цессии), в соответствии с которыми ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» права требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «Главное управление специального строительства № 8 при Спецстрое России по договорам поставки оборудования:

- договор № Д-29-3/2016, по которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 178 815 руб.;

- договор № Д-29/2016, по которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 3 566 239,17 руб.;

- договор № Д-29-1/2016, по которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 223 194,80 руб.;

- договор № Д-29-2/2016, по которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 192 517,59 руб.;

- договор № Д-29-3/2016, по которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 178 815 руб.;

- договор № Д-29-4/2016, по         которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 25 055,80 руб.;

- договор № Д-29-5/2016, по которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 94 691 руб.;

- договор № Д-29-6/2016, по которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 1 216 622,81 руб.;

- договор № Д-29-7/2016, по которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 542 857,96 руб.;

- д оговор № Д-29-8/2016, по которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 643 681,62 руб.;

- договор № Д-29-9/2016, по которому ОАО «Уралэлектромонтаж» уступило ООО «Ижуралэлектромонтаж» право требования к филиалу «УПТК № 824» ФГУП «ГУССТ № 8 при Спецстрое России» на сумму 232 962 руб.

Пунктом 2.2 каждого из указанных договоров установлено, что оплата за уступленное право требования осуществляется цессионарием путем зачета встречного однородного требования на основании уведомления цессионария, направляемого им цеденту.

25 апреля 2016 года в адрес ОАО «Уралэлектромонтаж» поступило уведомление ООО «Ижуралэлектромонтаж» о произведенном зачете на сумму 7 053 159,11 руб., которое получено лично Воробьевым В.В.

Также конкурсный управляющий указывал, что при анализе финансово-хозяйственной деятельности ОАО «Уралэлектромонтаж» установлено, что директор Ижевского филиала Воробьев В.В. не принимал меры, направленные на взыскание дебиторской задолженности. При проведении инвентаризации финансовых обязательств Ижевского филиала ОАО «Уралэлектромонтаж» установлено, что пропущен срок давности в отношении следующих дебиторов: ООО «Авион» на сумму 12 197,80 руб., ООО «Газстройнакладка» на сумму 5 400 руб., ООО «Люмир» на сумму 196 000 руб., ООО «ПИКО» на сумму 10 000 руб., ООО «ССУ-9» на сумму 3 048 804,80 руб., ООО «Стройкомплект» на сумму 22 593,51 руб., ООО «Уралэнергосоюз» на сумму 1 000 000 руб.  

Полагая, что Воробьев В.В. при осуществлении своих обязанностей директора Ижевского филиала ОАО «Уралэлектромонтаж» и Хайдуков В.И., как руководитель юридического лица, совершили действия, направленные на уменьшение конкурсной массы должника, преимущественное удовлетворение требований кредиторов в нарушение очередности, установленной Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», чем существенно уменьшили возможность удовлетворения требований кредиторов за счет имущества должника, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим совокупности обстоятельств влекущих привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Исследовав представленные в материалы дела документы в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав пояснения лица, участвующего в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ). 

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства ранее были предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон). 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (Закон от 29.07.2017 №266-ФЗ) введена в действие глава III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно переходным положениям, изложенным в пунктах 3, 4 ст. 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Закона о банкротстве, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ; положения подп. 1 п. 12 ст. 61.11, пунктов 3-6 ст. 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в п. 4 ст. 3 АПК РФ, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам – п. 1 ст. 4 ГК РФ, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

При этом, согласно ч. 1 ст. 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Этот принцип является общеправовым и универсальным, в связи с чем, акты, в том числе изменяющие ответственность или порядок привлечения к ней (круг потенциально ответственных лиц, состав правонарушения и размер ответственности), должны соответствовать конституционным правилам действия правовых норм во времени.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в п. 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

Поскольку действия (бездействие) лиц, положенные в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в связи с неподачей в суд заявления о признании должника банкротом, а также по совершению сделок в последующем признанных недействительными, имели место в 2015-2016 годах, при рассмотрении требований в данной части применению подлежат соответствующие нормы материального права, действовавшие в этот период времени – ст. 10 Закона о банкротстве.

В силу п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 ст. 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона).

Невыполнение руководителем требований Закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Данные нормы права касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, что влечет заведомую невозможность удовлетворения требований кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения лиц, названных в п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: возникновение одного из перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в п. 2 ст. 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование к лицу, которое может быть привлечено к субсидиарной ответственности.

При этом следует учитывать разъяснения, приведенные в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (Постановление № 53), согласно которым обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Конкурсный управляющий, определяет дату возникновения обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) в отношении Хайдукова В.И. как – 21.09.2015 с указанием на то, что как руководители должника, действуя добросовестно в связи с получением от банка требования о погашении задолженности в сумме 36 890702,04 руб., в отсутствие достаточных денежных средств на счетах, он был осведомлен о неудовлетворительном финансовом состоянии ОАО «Уралэлектромонтаж». 

Вместе с тем, наличие у общества задолженности перед кредитором в размере существенно ниже имеющихся у него активов, не является свидетельством его неплатежеспособности.  

Как установлено судом первой инстанции и не опровергнуто конкурсным управляющим, Хайдуковым В.И. предпринимались действия по погашению задолженности перед кредиторами, в результате которых производство по заявлениям Банка Открытие и ООО «Промэлтех» о признании должника несостоятельным (банкротом) были прекращены. 

Также из материалов дела следует, что у должника имелись подписанные государственные контракты, исполнение которых позволило бы обществу погасить всю сформировавшуюся кредиторскую задолженность, однако их исполнение явилось невозможным в связи с тем, что должник не смог открыть специальный банковский счет в связи с наложенными запретами налоговой инспекцией. При этом должник неоднократно обращался к уполномоченному органу с просьбой на выдачу разрешения об открытии счета, которая удовлетворена не была. 

Кроме того, Хайдуков В.И. обращался к уполномоченному органу с просьбой о предоставлении отсрочки по уплате задолженности по налогам, в которой было отказано, что в последующем и повлекло невозможность расчета с кредиторами. 

При этом судом принято во внимание, что ранее в 2013 году аналогичная мера поддержки налоговым органом предоставлялась должнику, как следствие должник вышел из экономического кризиса и смог восстановить платежеспособность.

Более того, как отмечено судом первой инстанции согласно пояснениям Хайдукова В.И., последним созывался совет директоров, на который выносился вопрос о наличии признаков банкротства, но учитывая портфель контрактов, который сформирован ранее, было принято решение о возможности выхода из кризиса. 

Учитывая, что приведенные выше обстоятельства конкурсным управляющим не опровергнуты, суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами конкурсного управляющего о возникновении у Хайдукова В.И. обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом) в момент предъявления  Банком требования о погашении задолженности по кредитному договору.

Ссылка апеллянта на то, что согласно отчетности ОАО «Уралэлектромонтаж» финансовым результатам деятельности должника по итогам 2015 года был убыток в размере порядка 148,5 млн. руб., а по итогам 2016 года размер убытка значительно увеличился и составил 277 706 000 руб., может лишь свидетельствовать о возникновении такой обязанности на момент сдачи отчетности за 2015 год, то есть 29.03.2016 (т. 1, л.д. 123), однако на данный момент дело о банкротстве ОАО «Уралэлектромонтаж» уже было возбуждено банком (определение суда от 24.02.2016).

На основании изложенного суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции об основании оснований для привлечения Хайдукова В.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о признании должника банкротом (ст.ст. 9, 10 Закона о банкротстве). 

Относительно наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по иным основаниям судом апелляционной инстанции установлено следующее. 

В п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве предусмотрена возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности в случае, если его действия (бездействие) привели к ситуации банкротства общества-должника.

Как обоснованно указано судом первой инстанции, в данном случае в предмет доказывания входит установление причинно-следственной связи между действиями (бездействием) руководителя должника и наступившими последствиями в виде неспособности должника в полной мере удовлетворить требования кредиторов, задолженность перед которыми включена в реестр требований кредиторов должника; для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по названному основанию необходимо доказать наличие его вины (умысла или грубой неосторожности) в наступлении банкротства должника и невозможности погашения требований кредиторов (противоправность действий).

По общему правилу предполагается, что ситуация невозможности исполнения должником имеющихся обязательств обусловлена в первую очередь причинами экономического характера, а не наличием умысла со стороны руководителя должника, действия которого признаются не выходящими за пределы обычного разумного делового риска даже при наличии негативных последствий принятия им управленческих решений, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Таким образом, ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества), кредитор, не получивший должного от юридического лица (должника) и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать противоправность действий такого руководителя, а также наличие умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения обязательства в будущем.

В то же время обоснованная выше неправомерность применения к рассматриваемым отношениям, введенной законодателем после совершения вменяемых действий презумпции, не должна исключать возможность доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности на общих основаниях с принятием во внимание политико-правового обоснования соответствующей презумпции.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016 (раздел, связанный с практикой применения положений законодательства о банкротстве), при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Поскольку соответствующая субсидиарная ответственность является гражданско-правовой, она может наступить для субъекта лишь при наличии всей совокупности необходимых для этого условий, а именно противоправного и виновного поведения субъекта, вреда и причинно-следственной связи между таким поведением и наступившим от него вредом (ст.ст. 15, 1064 ГК РФ).

В качестве основания для привлечения  субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает на совершение Воробьевым В.В. от имени должника сделок по уступке прав требований имеющих признаки недействительности, предусмотренные ст.ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, которые, по мнению заявителя, повлекли невозможность удовлетворения требований кредиторов включенных в реестр.  

Как следует из материалов дела, полномочия генерального директора определены ст. 30 Устава ОАО «Уралэлектромонтаж».

Статьей 5 Устава ОАО «Уралэлектромонтаж» установлено, что общество может создавать филиалы и открывать представительства на территории Российской Федерации. 

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ОАО «Уралэлектромонтаж» на момент признания банкротом должник имело 8 филиалов: Филиал в городе Первоуральск Свердловской области; Филиал в городе Екатеринбург Свердловской области; Филиал в городе Краснотурьинск Свердловской области; Филиал в городе Березники Пермского края; Филиал в городе Ижевск республики Удмуртия; Филиал в городе Нижний Тагил Свердловской области; Филиал в городе Пермь Пермского края; Филиал в городе Каменск-Уральский Свердловской области.

Руководитель филиала и руководитель представительства назначаются генеральным директором общества с учетом мнения Совета директоров общества и действует на основании доверенности, выданной за подписью генерального директора общества.

Пунктом 4 ст. 5 Устава установлено, что филиал и представительство осуществляют деятельность от имени общества. Ответственность за деятельность филиала и представительства несет общество.

Директором Ижевского филиала ОАО «Уралэлектромонтаж» с 19.06.2013 до момента признания должника банкротом являлся Воробьев Виктор Викторович, с указанной даты с ним был заключен трудовой договор.

В соответствии с п. 3.2.4 Положения о филиале (Положение), директор филиала действует от имени акционерного общества по доверенности, выданной за подписью генерального директора с приложением печати акционерного общества. 

Директор филиала при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять свои обязанности в отношении общества добросовестно и разумно. Директор филиала несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями, если иные основания и размер не установлены Федеральным законом (п. 3.2.19 Положения).

В соответствии с п. 3.2.2 Положения директор филиала осуществляет управление всей хозяйственно-производственной и финансовой деятельностью филиала. Директор филиала ведет бухгалтерский, оперативный и статистический учет, несет ответственность за ее достоверность (п. 6.1.4 Положения).

Фактически филиал имел полную самостоятельность, имел отдельный баланс, директор филиала самостоятельно занимался поиском заказов, заключал договоры, производил расчёты с поставщиками, принимал меры по взысканию кредиторской задолженности, распоряжался средствами на расчетном счете.

Одновременно с этим дирекция, возглавляемая генеральным директором, носила лишь представительские функции, при взаимодействии с профсоюзами, СРО, и другими отраслевыми организациями. При этом, генеральный директор не имел полномочий по распоряжению денежными средствами на счетах филиалов.

Дирекция не производила производства работ, а только координировала деятельность филиалов, оформляла разрешительные документы на ведение работ, оформляла лицензии и различные разрешения, вела консолидированную бухгалтерскую отчетность. Заработная палата генерального директора завесила от объема выполненных работ всех филиалов, финансирование аппарата управления дирекции производился за счет отчислений филиалов -«на содержание исполнительного аппарата».

Таким образом, генеральный директор общества, при назначении директора филиала не мог не выдать ему доверенность на право действовать от имени общества, так как полномочия предоставленные в доверенности прямо предусмотрены вышеуказанными документами (устав, положение о филиала и о генеральном директоре общества) ем боле директоры филиалов как правило входил в Совет директоров акционерного общества, многие были акционерами должника.

Воробьеву В.В. ОАО «Уралэлектромонтаж» была выдана доверенность № Д-170/2015 15.12.2015 на осуществление руководства деятельностью филиала, в соответствии с которой директор филиала Ижевское управление Воробьев В.В. имел право от имени должника заключать, изменять и прекращать договоры гражданско-правового характера, за исключением договоров, связанных с приобретением и отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо или косвенно имущества, относящегося к основным средствам, передачи обществом прав путем уступки требований (цессии), договоров займа и кредитных договоров.

Указанная доверенность имела типовую форму для всех директоров филиалов ОАО «Уралэлектромонтаж».

Кроме того, специфика работ Ижевского и других филиалов предусматривала выполнение работ на объектах строительства, расчеты за которые производились объектами недвижимости. Например, при производстве электромонтажных работ при строительстве дома расчет производился квартирами в этом же строящемся доме, данная практика носила устоявшийся характер.

При этом учет полученных, при таких расчетах объектов недвижимости производился как товар, а не как объект основных средств, так как данные объекты во всех случаях реализовывались для получения денежных средств.

В связи с указанными обстоятельствами и постоянной необходимостью оформление объектов недвижимости (товар) на баланс общества от имени должника директору Ижевского филиала Воробьеву В.В. были выданы нотариально удостоверенные доверенности от 10.06.2016 № 66 АА 3764106, от 12.09.2016 № 66 АА 3851913.

Заключая от имени общества сделки с ООО «Ижуралэлектромонтаж» по уступке прав требований с последующим проведением зачета встречных требований, Воробьев В.В. действовал в интересах общества с целью погашения задолженности субподрядчикам, которые участвовали в строительстве объектов, за которые должником получены квартиры.

Обстоятельства того, что сделки совершены преимущественно в отношении одного из кредиторов (ст. 61.3 Закона о банкротстве), в отсутствие доводов о не предоставлении должнику встречного предоставления либо его несоразмерности, не может свидетельствовать о причинении вреда имущественным правам кредиторов.  

Довод о том, что при анализе финансово-хозяйственной деятельности ОАО «Уралэлектромонтаж» конкурсным управляющим установлено непринятие директором Ижевского филиала Воробьев В.В. мер, направленных на взыскание дебиторской задолженности в сумме превышающей 4 млн. руб. в пределах срока исковой давности, в отсутствие первичной документации подтверждающей наличие такой задолженности и пропуск срока исковой давности по ней, подлежит отклонению как документально не подтвержденный. 

Принимая во внимание вышеизложенное, апелляционный суд не усматривает оснований не согласиться с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения Воробьева В.В. и Хайдукова В.И. к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «Уралэлектромонтаж».

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе не приведено.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательств, при установлении всех фактических обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.   

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено. 

При апелляционном обжаловании судебных актов, принятых по результатам рассмотрения требований о привлечении лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника уплата государственной пошлины действующим законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 24 октября 2020 года по делу № А60-7088/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

Т.С. Герасименко 

 

 

Т.Ю. Плахова