Арбитражный суд Волгоградской области

 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

город  Волгоград

«11» августа 2020 г.

Дело № А12-45231/2019

Резолютивная часть решения объявлена 06 августа 2020 года.

Решение в полном объеме изготовлено 11 августа 2020 года.

 

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Миловановой И.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ефимовой В.О., рассмотрев в судебном заседании дело по иску  общества с ограниченной ответственностью «Ремстройкомплект» (117463, 

<

...>, 2, 4, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «ЖКХ» (400131, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора - общества с ограниченной ответственностью «ЭКСПРЕСС» (105037, 

<

...>, комната 6, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Южному федеральному округу (344022, 

<

...>), акционерного общества «Райффайзенбанк» (129090, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) о взыскании задолженности

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1,  представитель по доверенности от 12.11.2019 №11, 

от ответчика – ФИО2. доверенность от 20.07.2019, после перерыва не явился

от АО «Райффайзенбанк»: ФИО3, представитель по доверенности от 03.10.2019 №005229.2019, ФИО4, доверенность от 20.02.2020 № 005514.2020,

остальные участники: не явились, извещены

                                                                    УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Ремстройкомплект» (далее – истец, ООО "Ремстройкомплект") обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области  с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "ЖКХ" (далее – ответчик, ООО "ЖКХ") о взыскании задолженности по договору уступки № С3/1 от 23.01.2015 в сумме 43 095 890 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом привлечены общества с ограниченной ответственностью «ЭКСПРЕСС» , акционерное общество «Райффайзенбанк», Федеральная служба по финансовому мониторингу.

Представитель истца на удовлетворении заявленных требований настаивает.

Представитель АО «Райффайзенбанк» заявил возражения, просил в иске отказать, по основаниям мнимости сделки.

Представитель МРУ Росфинмониторинга по ЮФО в судебное заседание не явился, представил письменную позицию по делу, считает, что в рассматриваемом деле необходимо применить повышенные требования к доказательствам, представленным в обоснование позиций сторон, поскольку исходя из содержащихся в ЕГРЮЛ данных, усматривается непосредственная аффилированность между ООО «Ремстройкомплект» и ООО «ЖКХ» (через общего руководителя /учредителя ФИО5), указанные обстоятельства позволяют предположить, что договорные  отношения между участниками процесса могут носить притворный характер, а целью обращения в суд может являться получение судебного решения, придающего правомерный вид последующему выводу принадлежащих ООО «ЖКХ» денежных средств в теневой оборот.

Исследовав материалы дела с учетом положений ст.71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований в силу следующего.

Как следует из материалов дела, 03.02.2016 года  между ООО "ДиректСтрой» (займодавец)  и ООО «Синтез» (заемщик) заключен договор займа №Дс-ВЗ/02/001 , по  условиям которого займодавец обязуется передать в собственность заемщика вексель в количестве 1 штук на сумму 50 000 000 руб., а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа в обусловленный срок с уплатой процентов, исчисленных по ставке рефинансирования ЦБ РФ.

В соответствии с п.2.2 договора возврат суммы займа может происходить по желанию заемщика по частям (в рассрочку), но не позднее 03.02.2014 года.

Согласно акту приема-передач от 03.02.2006 ООО «ДиректСтрой» передало, а ООО «Синтез» приняло вексель со следующими реквизитами: Эмитент ООО «Шанс», серия Ш, № 00001, стоимостью 50 000 000 руб. по цене 100% от номинала 50 000 000 руб., дата составления векселя 02.12.2015, дата погашения векселя по предъявлении, но не ранее 02.12.2010 года.

01.10.2014 года между ООО «Синтез» (поставщик) и ООО «ЖКХ» (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого поставщик передает, а покупатель обязуется принять и оплатить оборудование котельной в ассортименте и по ценам, которые установлены в спецификациях ((приложение к договору).

Согласно спецификации к договору стоимость оборудования составляет 43 095 890 руб.

23.01.2015 года между ООО «Синтез» (цедент) и ООО «Ремстройкомплект» (цессионарий) заключен договор уступки № С3/1, по условиям которого цедент уступает цессионарию право требования исполнения обязательств с ООО «ЖКХ» по договору купли-продажи от 01.10.2014 в сумме   43 095 890 руб., а также другие связанные с требованием права.

30.01.2015 года между ООО «Ремстройкомплект» (сторона 1)  и ООО «Синтез» (сторона 2)  заключено соглашение, согласно которого стороны прекращают встречные однородные требования путем проведения зачета. Сумма зачета составляет 43 095 890 руб. К моменту подписания соглашения сторона 1 является кредитором , сторона 2 должником по документам: договор займа № Дс-В3/02/001 от 03.02.2006 на сумму 50 000 000 руб. (п.2.1). К моменту подписания настоящего соглашения сторона 2 является кредитором, а сторона 1 должником по документам: договор уступки права требования (цессии) № С3/1 от 23.01.2015 на сумму 43 095 890 руб. По договору займа № Дс-В3/02/001 от 03.02.2006 зачет производится в сумме 43 095 890 руб. (п.2.2). С момента вступления в силу настоящего соглашения требование Стороны 2, указанное в п.2.2 соглашения, прекращается полностью зачетом встречного однородного требования стороны 1, указанного в п.2.1 соглашения.

 Согласно выписки  из ЕГРЮЛ деятельность ООО «Синтез» прекращена 31.03.2015 путем реорганизации в форме присоединения, правопреемником является ООО «Экспресс». Деятельность ООО «Экспресс» прекращена 30.07.2018 года, в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п.2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.8.2001 № 129-ФЗ.

Ссылаясь на наличие у ООО «ЖКХ» задолженности перед ООО «Ремстройкомплект» по договору уступки прав требования № С3/01 от 23.01.2015 года в сумме 43 095 890 руб., последний обратился с настоящим иском в суд.

По смыслу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способы защиты прав подлежат применению в случае, когда имеет место нарушение или оспаривание прав и законных интересов лица, требующего их применения.

Арбитражный суд, при рассмотрении дела о взыскании задолженности по договорам, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности (незаключенности) и недействительности договора независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств»).

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, несоответствующая требованиям закона или иных судебных актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

АО «Райффайзенбанк» возражая относительно исковых требований, заявило, что истец, ответчик, векседатель ООО «Шанс» и цедент ООО «Синтез» являются аффилированными лицами, входящими в одну группу компаний «Диамант», подконтрольную конечному бенефициару ФИО6 При совершении спорных сделок данные лица преследовали недобросовестные внутригрупповые цели создания фиктивной задолженности и условия для введения  контролируемого банкротства.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 28 марта 2019 N 305-ЭС18-17629(2), по смыслу пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ, разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих конечных бенефициаров является наличие у него фактической возможности давать обязательные для исполнения указания или иным образом определять действия подконтрольных организаций. Осуществление таким бенефициаром фактического контроля возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности.

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния. Его отношения с подконтрольными обществами не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения.

Учитывая объективную сложность получения кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств неформальной аффилированности, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств.

Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на предъявившего требование кредитора, ссылающегося на независимый характер его отношений с должником.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства в их совокупности и взаимосвязи, осуществляя проверку каждого доказательства, в том числе с позиции его достоверности и соответствия содержащихся в нем сведений действительности. При этом в судебном акте указываются не только результаты оценки принятых судом доказательств, но и мотивы, по которым было отказано в принятии иных доказательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) в собственность деньги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую сумму денег (сумму займа). Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

В силу пункта 2 статьи 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы. Из содержания названных норм следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. 

Передача векселей между юридическими лицами в отсутствие реального оборота денежных средств ни по одной из заявленных сделок, отсутствие доказательств обеспеченности векселей, все это в совокупности свидетельствует о ничтожности сделок, как несоответствующих статьям 10 и 168 ГК РФ, поскольку они заключены с целью причинения имущественного вреда должнику и его конкурсным кредиторам путем искусственного увеличения кредиторской задолженности. Целью договора займа является срочное привлечение заемщиком денежных средств на свои нужды, например, пополнение оборотных активов. 

Как следует из материалов дела по договору займа от 03.02.2006 ООО «Синтез», получил займ в форме векселя  ООО «Шанс», а не денежных средств. 

При этом срок вексель ООО «Шанс» мог быть предъявлен к оплате не ранее 02.10.2010, то есть только через четыре года с момента его получение ООО «Синтез».

 Таким образом, для реального привлечения денежных средств, ООО «Синтез» в период до 02.10.2010 могло только продать указанный вексель.

Между тем, действительная стоимость векселя не может автоматически признаваться равной его номиналу или цене, указанной в двустороннем соглашении, поскольку она зависит от ликвидности этой ценной бумаги, которая, в свою очередь, определяется платежеспособностью векселедателя, тем, какова вероятность фактического получения от него денежных средств в возмещении вексельного долга и процентов исходя из срока платежа, показателями, характеризующим итоги предпринимательской деятельности векселедателя, его деловой репутации и т.п.

Таким образом, получив простой вексель по договору займа, фактически ООО «Синтез»  приобрело возможность получить не 50 000 000 руб., а те денежные активы/ средства, которые реально имеются у векселедателя в сумме, превышающий 50 000 000 руб.

Согласно выписки из ЕГРЮЛ уставной капитал ООО «Шанс» составлял 10 000 руб., т.е. минимально возможный. Уставной капитал ООО «Эдельвейс», правопреемника ООО «Шанс» составлял 48 400 руб., что также очевидно недостаточно для удовлетворений требований в размере 50 000 000 руб.  При этом постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2016 по делу А12-454752/2015 установлено, что финансовое состояние ООО «Эдельвейс» характеризовалось как неудовлетворительное, размер пассивов превышал размер активов, бухгалтерская документация, подтверждающая наличие активов, не передавалась.

При таких обстоятельствах приобретение ООО «Синтез» беспроцентного векселя по его номинальной стоимости при отсутствии у векселедателя активов, покрывающих вексельное обязательство является нетипичной операций для коммерческой организации, стремящейся к извлечению прибыли при осуществлении своей деятельности.

В материалах дела отсутствуют доказательства существования обязательства, в связи с которым был выдан вексель, а также реальность сделки, на основании которой ООО «Ремстройкомплект» приобрел  вексель, то есть материалами дела не подтвержден реальный оборот денежных средств ни по одной из сделок с векселями. 

При этом, отсутствие доказательств возмездности первоначальной выдачи векселя потенциально создает предусмотренные пунктом 17 «Положения о переводном и простом векселе» (введено в действие Постановлением Центрального исполнительного комитета и Совета народных комиссаров СССР от 07 августа 1937 года N 104/1341) основания для возражения векселедателя против требования векселедержателя об оплате предъявляемых векселей. Привлекая займ векселем, коммерческая организация, действующая по общему правилу в целях извлечения прибыли и несущая риск связанных с этим убытков, должна принять меры к проверке ликвидности ценной бумаги, ее обеспеченности и отсутствии очевидных оснований для отказа векселедателя от оплаты.

Согласно правой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 15.02.2011 № 13603/10, при рассмотрении вопроса об обоснованности требования кредитора, основанного на векселях, недостаточно установления формального соответствия векселя требованиям к форме и содержанию, судом должны быть исследованы обстоятельства, связанные с приобретением кредитором вексельных прав.   

Между тем истцом в материалы дела не представлено ни одного доказательство того, что он являлся законным обладателем векселя, ни то, что изначально вексельное обязательство как денежное обязательство, право требования из которого можно передать другому лицу в качестве представления по возмездному договору, существовало.

В настоящем случае, ООО «Синтез» заключило договор займа: 1) на условиях, предусматривающих возможность реального получения денежных средств при предъявлении векселя к исполнению только через 4 года после заключения договора; 2) без проверки ликвидности и обеспеченности векселя; 3) без проверки наличия у векселедателя оснований к предъявления против векселя возражений по безденежности займа. 

Таким образом, суд считает, что договор займа является мнимой сделкой, экономическая целесообразность и обоснованность заключения которой отсутствует, цель выпуска векселя ООО «Шанс» и последующая его передача от одного участника ГК «Диамант» к другому состоит в наращивании искусственной кредиторской задолженности.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Волгоградской области от 09.10.2014 года по делу А12-28237/2014 требования ООО «Ремстройкомплект» к ООО «Синтез»  о взыскании задолженности по договору займа от 03.02.2006 № Дс-ВЗ/02/001 в размере 50 000 000 руб. удовлетворены в полном объеме.

По смыслу статей 153, 156, 410, 432 Гражданского кодекса Российской Федерации зачет как сделка, направленная на прекращение обязательств, должен содержать все существенные условия сделки, в частности точное определение предмета – конкретные обязательства, которые прекращаются, соответственно оформленный в письменном виде документ, подтверждающий совершение зачета взаимных требований. 

Кроме того, зачет должен содержать волю на прекращение обязательств и предмет сделки – ясное и недвусмысленное указание на прекращение обязательств каждой из сторон, основания для возникновения таких обязательств и их размер. 

В силу статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны. Зачет встречных однородных требований является действием, направленным на прекращение обязательств, не может нарушать императивные требования законодательства и должен соответствовать обязательным правилам, предъявляемым законами и иными правовыми актами, в том числе законодательством об исполнительном производстве. 

Случаи недопустимости зачета перечислены в статье 411 Гражданского кодекса Российской Федерации. Действующее законодательство не ограничивает право должника на применение статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации и зачет против требования кредитора своего встречного требования к нему, подтвержденного судебными актами. 

Таким образом, указанная статья Гражданского кодекса Российской Федерации регулирует отношения при исполнении обязательств, что предполагает возможность осуществления зачета по уже вынесенным решениям судов. 

В пункте 18 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований» также разъяснено, что заявление о зачете встречного однородного требования, поступившее до наступления срока исполнения обязательства, не прекращает соответствующие обязательства с наступлением упомянутого срока.

Как разъяснено в пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 № 65, обязательство не может быть прекращено зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил, после предъявления иска к лицу, имеющему право заявить о зачете. В этом случае зачет может быть произведен при рассмотрении встречного иска, который принимается судом на основании пункта 1 части 3 статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Из приведенного разъяснения следует, что не может быть зачтена во внесудебном порядке непросуженная задолженность против просуженной либо просуживаемой задолженности. 

Следовательно, на дату заключения соглашения о зачете у сторон не было права на зачет непросуженных требований в счет задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом.

В соответствии со статьей 133 ГК РФ вещь, раздел которой в натуре невозможен без разрушения, повреждения вещи или изменения ее назначения и которая выступает в обороте как единый объект вещных прав, является неделимой вещью и в том случае, если она имеет составные части (пункт 1); замена одних составных частей неделимой вещи другими составными частями не влечет возникновения иной вещи, если при этом существенные свойства вещи сохраняются (пункт 2); взыскание может быть обращено на неделимую вещь только в целом, если законом или судебным актом не установлена возможность выделения из вещи ее составной части, в том числе в целях продажи ее отдельно (пункт 3); отношения по поводу долей в праве собственности на неделимую вещь регулируются правилами главы 16, статьи 1168 данного Кодекса (пункт 4). 

Приведенные законоположения, устанавливающие критерии неделимости вещи, закрепляющие условие сохранения режима неделимой вещи в случае замены ее составных частей и порядок обращения взыскания на нее, а также предусматривающие регулирование – с учетом такого определяющего признака, как неделимость. 

Согласно статье 133.1 ГК РФ недвижимой вещью, участвующей в обороте как единый объект, может являться единый недвижимый комплекс – совокупность объединенных единым назначением зданий, сооружений и иных вещей, неразрывно связанных физически или технологически, в том числе линейных объектов (железные дороги, линии электропередачи, трубопроводы и другие), либо расположенных на одном земельном участке, если в едином государственном реестре прав на недвижимое имущество зарегистрировано право собственности на совокупность указанных объектов в целом как одну недвижимую вещь. 

К единым недвижимым комплексам применяются правила о неделимых вещах. Раздел котельной путем изъятия из нее оборудования приведет к прекращению процесса трансформации тепловой энергии и ее передачи, и соответственно, к утрате основного назначения котельной. 

Собственник объекта недвижимости – здания котельной, признается и собственником оборудования, расположенного в составе указанной котельной. С момента монтажа оборудования в составе котельной, такие вещи не могут находиться в гражданском обороте самостоятельно.

На основании договора купли-продажи от 01.10.2014 года в собственность покупателю  ООО «ЖКХ» передано имущество – оборудование котельной (трансформаторы тока, кабели, распределительное устройство, выключатели), расположенное по адресу: 

<

...>.

Таким образом, из указанных обстоятельств дела и норм права следует, что перечисленные в Акте приема-передачи от 01.10.2014 к Договору купли-продажи от 01.10.2014 предметы, являются элементами  имущества, которые предназначены для обслуживания и функционирования здания торгового центра, состоящего из нежилых подвальных помещений, находящихся в залоге АО «Райффайзенбанка», и поэтому в силу статьи 135 ГК РФ это имущество и предметы не могут функционировать без главной вещи и не могут быть отчуждены в отдельности от нежилых помещений и от систем инженерно-технического обеспечения здания торгового центра. 

Также судом учитывается, что в соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 64 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ N 64), к общему имуществу здания относятся, в частности, помещения, предназначенные для обслуживания более одного помещения в здании, а также лестничные площадки, лестницы, холлы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном здании оборудование (технические подвалы), крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции этого здания, механическое, электрическое, санитарнотехническое и иное оборудование, находящееся за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения. 

Системы электрооборудования, водоснабжения и канализации, видеонаблюдения, вентиляции, теплосетей и газоснабжения, лифты и эскалаторы спроектированы, установлены и смонтированы в целях обеспечения возможности функционирования, эксплуатации и использования здания торгового комплекса и составляет его неотъемлемую часть. Здание не может функционировать без системы электроснабжения, водоснабжения, канализации, вентиляции, теплосетей и газоснабжения, следовательно, данное оборудование принадлежит на праве собственности собственнику здания и не может быть самостоятельным предметом договора купли-продажи.

Таким образом, отчуждение оборудования подстанции на основании договора купли-продажи противоречит ст.ст. 133, 133.1, 134 ГК РФ, нарушает права собственников помещений торгового центра, в связи с чем договор купли-продажи является ничтожной сделкой.

Обязанность доказывания обратного, т.е. того, что сделка носила реальный и независимый характер, лежит на лицах, ссылающихся на реальность соответствующих отношений, тем более что для них не должно составлять труда представить все необходимые доказательства.

Суд полагает, что оспариваемая сделка совершена также в целях причинения вреда имущественным интересам независимых кредиторов, путем незаконного отчуждения смонтированного инженерного оборудования, необходимого для обслуживания объектов недвижимости, находящихся в залоге у независимых кредиторов. При этом мнимость сделки не исключает возможность её квалификации в качестве совершенной в целях причинения вреда, поскольку стороны мнимой сделки, как правило, исходят из таких целей. 

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что установленные обстоятельства свидетельствуют о взаимосвязанности указанных лиц и реализации ими схемы искусственного создания задолженности ответчика, в отсутствие реальных  отношений сторон,  в связи с чем не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

Расходы по оплате государственной пошлины в порядке ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца и подлежат взысканию в доход федерального бюджета.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170  АПК РФ, суд

 

                                                            Р Е Ш И Л:

 

В иске отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ремстройкомплект» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>)  в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 200 000 руб.

Решение может быть обжаловано в течении месяца со дня принятия в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области.

 

Судья                                                                                                   И.В. Милованова