ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

13.06.2019

 

Дело № А40-120748/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05.06.2019 

Полный текст постановления изготовлен  13.06.2019

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи  Голобородько В.Я.,

судей Закутской С.А., Коротковой Е.Н.

при участии в заседании:

от ООО «Стройгазконсалтинг-Север» - ФИО1 по дов. от 31.05.2019, ФИО2 по дов. от 27.05.2019

от конкурсного управляющего ООО "БЕРГЕН" – ФИО3 по дов. от 27.05.2019

рассмотрев 05.06.2019 в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ООО "БЕРГЕН" 

на определение от 23.01.2019

Арбитражного суда г. Москвы

вынесенное судьей Сафроновой А.А.,

на постановление от 27.03.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда

принятое судьями Вигдорчиком Д.Г., Назаровой С.А., Комаровым А.А.,

о включении требований ООО «Стройгазконсалтинг-Север» в размере 419 461 252,99 рублей основного долга в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ООО «СГК-Трубопроводстрой-4»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2017г. принято к производству заявление ООО «Торговый дом «Русмет-Урал» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «СГК-Трубопроводстрой-4» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), поступившее в Арбитражный суд города Москвы 03.07.2017г. (согласно штампа канцелярии), возбуждено производство по делу № А40 -120748/2017-66-170.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2018г. (дата объявления резолютивной части) в отношении должника ООО «СГКТрубопроводстрой-4» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4 (ИНН 

<

***>; адрес для направления корреспонденции: 121352, 

<

...>), являющаяся членом ААУ «ГАРАНТИЯ» (адрес: 603155, 

<

...>).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 108 от 23.06.2018г.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2019 включены требования ООО «Стройгазконсалтинг-Север» в размере 419 461 252,99 рублей основного долга в третью очередь удовлетворения реестра требований кредиторов ООО «СГК-Трубопроводстрой-4».

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2019 определение Арбитражного суда Московской области от 23.01.2019 оставлено без изменения. 

Не согласившись с названными судебными актами, ООО «БЕРГЕН»  обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просило отменить принятые по делу судебные акты, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывал, что судами не в полном объёме дана оценка обстоятельствам дела, в частности, не были истребованы доказательства реальности поставки товаров, оказания услуг, факта арендных отношений, реальности прав требования по действительным договорам, не дана оценка доводам об аффилированности, а также доводам о порядке проведения процедуры банкротства, путём влияния на ход данной процедуры посредством аффилированных кредиторов.

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке ст. 284 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежаще.

Изучив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к выводу, что определение суда и постановление суда подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы по следующим основаниям.

Согласно заявлению ООО «Стройгазконсалтинг-Север», задолженность ООО «СГК-Трубопроводстрой-4» перед ООО «Стройгазконсалтинг-Север» в заявленном кредитором размере возникла в результате неисполнения должником договора аренды № 190-С/16 от 01.01.2016г., № 2923-С/15 от 01.01.2016г., № 2859-В/15 от 18.10.2015г., № 2959-В/15 от 17.10.2015г.

Доказательства исполнения должником обязательств по погашению задолженности перед  ООО «Стройгазконсалтинг-Север» до настоящего времени не представлены.

 Требования ООО «Стройгазконсалтинг-Север» основаны на 654 договорах аренды.

Должник допустил просрочку в исполнении своих обязательств по договорам и по состоянию на 30.04.2017 г. задолженность составила 1 065 594 085 р. 41копп.. Кредитор не предпринимал действий к принудительному взысканию данной задолженности, поскольку ООО «СГК-Трубопроводстрой-4» предпринимало меры к её погашению. Таким образом, к 31.12.2017 г. сумма долга уменьшилась до 419 461 252 р. 99 к.

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались ст. 65 АПК РФ, ст.ст. 309-310 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 6 ст. 16, ст. 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также исходили из того, что представленные в материалы дела документы подтверждают, что взаимоотношения сторон носят длящийся характер.

Суд округа находит указанные выводы суда, сделанными без установления и исследования в совокупности всех собранных по делу доказательств по следующим основаниям.

Согласно ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

На основании п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дела о банкротстве» разъяснено, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве, суда следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношение которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющие обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (ч. 3 ст. 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, раскрыть доказательства перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Согласно п. 1 ст. 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Так, судами отклонены возражения кредитора ООО «БЕРГЕН», требования которого включены в реестр, о наличии аффилированности кредитора и должника, и ряда иных кредиторов, заявивших требования о включении в реестр, и необходимости применения повышенного стандарта доказывания в деле о банкротстве.

Между тем, как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в своих Определениях, нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому, в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Указанным объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, т.е. установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

В рассматриваемом случае наличие долга подтверждалось договорами, актами к договорам аренды, счета-фактуры и т.д. С точки зрения обычного общеискового процесса, названных документов было вполне достаточно для взыскания долга. Однако, возражая против требования ООО «Стройгазконсалтинг-Север», заявитель жалобы отмечал, что предъявленный к включению долг не отвечает свойству реальности, при этом должник, кредитор и иные кредиторы, в тот же период заявившие свои требования к должнику (ООО «Стройгазконсалтинг», ООО «Ямалмеханизация», ООО «Заполярпромгражданстрой») являются аффилированными по составу участников, конечным бенефициарам; должник и кредитор в определенные периоды также имели совпадение по составу участников.

В данном случае судами не учтено, что характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991  № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

По смыслу п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В пункте 13 Обзора судебной практики № 4(2017) Верховный Суд Российской Федерации указал, что не подлежит удовлетворению заявление аффилированного с должником лица о включении мнимого требования в реестр требований кредиторов, поданное исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов.

Так, заявитель жалобы указывает, что им были в суд заявлены доводы о том, что в целях получения большинства голосов для контроля над процедурой данного банкротства ,через цепочку правопреемств в дело вводится сперва один ,а потом  другой аффилированный кредитор, что предполагает необходимость установление обязанности суда проводить более тщательную проверку сведений о составе участников должника, кредитора и иных кредиторов за период деятельности (как изменялся состав, в т.ч. на даты совершения сделок и в преддверии банкротства). Доказательств в опровержение доводов независимого кредитора об отсутствии аффилированности участников рассматриваемых взаимоотношений, кредитором не представлено.

Так, в Определении ВС РФ от 14.02.2019 № 305-ЭС18-17629 отмечено, что в ситуации, когда независимые кредиторы представили серьезные доказательства и привели убедительные аргументы по поводу того, что именно указанным ими образом выстраивались отношения внутри группы, контролируемой одним и тем же лицом, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального набора документов (текста договора и платежных поручений) в подтверждение реальности отношений. Он должен с достаточной полнотой раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся не только заключения и исполнения самой заемной сделки, но и оснований дальнейшего внутригруппового перенаправления денежных потоков, подтвердить, что движение средств соотносится с реальными хозяйственными отношениями, операции обусловленные разумными экономическими или иными причинами. Нежелание аффилированного кредитора представить дополнительные доказательства, находящиеся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, в силу статьей 9 и 65 АПК РФ должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты, а действия, связанные с временным зачислением таким аффилированным лицом средств на счета должника, подлежат квалификации по правилам ст. 170 ГК РФ.

В рассматриваемом случае наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

Как обращал внимание Верховный Суд Российской Федерации, если утверждение возражающего кредитора (ООО «БЕРГЕН») об аффилированности соответствует действительности, к требованию общества (ООО «Стройгазконсалтинг-Север») должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в т.ч. повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 ст. 10 ГК РФ, абзац четвертый п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

При рассмотрении настоящего обособленного спора судами не был надлежащим образом исследован вопрос о наличии/отсутствии признаков аффилированности между кредитором и должником, надлежащая оценка доводам кредитора не была дана.

С учётом повышенного стандарта доказывания, предъявляемого к требованиям о включении в реестр требований кредиторов должника, в случаях, когда имеет место сомнение в отсутствии факта аффилированности кредитора и должника, такой довод подлежит проверке судом на предмет его обоснованности. Однако, представленные заявителем настоящей кассационной жалобы возражения не получили надлежащей оценки судов.

Кроме того, судами не была дана надлежащая оценка доводам о том, что заключенные между кредитором и должником сделки, не имели фактической цели их исполнения в соответствии с определенными в договоре хозяйственными целями заключенных соглашений.

Так, судами не был исследован и истребован необходимый объём доказательств, позволяющий устранить сомнения в формальности заявленных требований, а также отсутствия признаков корпоративной сделки, или цели контроля над последующей процедурой банкротства. 

В части договоров аренды не устанавливалась реальность предоставления должнику движимого имущества и его фактическое использование.

Таким образом, вышеуказанные обстоятельства и представленные в их обосновании доказательства не были предметом оценки судов.

Учитывая, что судебные акты приняты при неполном выяснении обстоятельств аффилированности кредитора и должника, а также фактическое исполнение кредитором обязательств, предусмотренных заключенными договорами, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции, определение суда первой инстанции от 23.01.2019 и постановление суда апелляционной инстанции от 27.03.2019 подлежат отмене, с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть приведенные выше обстоятельства, а также правовую позицию, изложенную в определениях Верховного Суда Российской Федерации, с учётом установленных обстоятельств дать оценку заявленным доводам ООО «БЕРГЕН».

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 287 АПК РФ, по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить обжалуемый акт суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения кассационной жалобы ООО «БЕРГЕН» и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 23.01.2019, Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2019 по делу № А40-120748/2017 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Председательствующий-судьяВ.Я. Голобородько

 

Судьи:С.А. Закутская 

Е.Н. Короткова