ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

Москва

04.04.2024

Дело № А40-132924/18

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28.03.2024,

полный текст постановления изготовлен 04.04.2024,

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Каменецкого Д.В.,

судей: Голобородько В.Я., Калининой Н.С.,

при участии в заседании: 

от ФИО1: ФИО2 по дов. от 10.02.2022,

от ФИО3: ФИО4 по дов. от 27.11.2023,

от ФИО5 и ФИО6: по дов. от ФИО7 по дов. от 16.05.2023, 

ФИО8 – лично, паспорт,

от ФИО8: ФИО9 по дов. от 26.03.2024,

от НБКО АО «Национальный расчетный депозитарий»: ФИО10 по дов. от 10.05.2023,

от НКО АО «Национальный клиринговый центр»: ФИО11 по дов. от 28.04.2023,

от конкурсного управляющего АО «Финанс-Инвест»: ФИО12 по дов. от 01.12.2023,

от конкурсного управляющего АО «Банк Воронеж»: ФИО13 по дов. от 20.03.2024,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

конкурсного управляющего АО «Финанс-Инвест», конкурсного управляющего АО «Банк Воронеж»,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 19.09.2023,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024,

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

ФИО1, ФИО14, ФИО6, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО8, ФИО19

в рамках дела о признании АО «Финанс-Инвест» несостоятельным (банкротом), 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 04.03.2019 АО «Финанс-Инвест» (должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО20 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.10.2022 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО21

11.03.2020 конкурсный управляющий АО «Финанс-Инвест»  обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника: 1) ФИО1, 2) ФИО14, 3) ФИО6, 4) ФИО15, 5) ФИО16, 6) ФИО17, 7) ФИО18, 8) ФИО8, 9) ФИО19.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.06.2022 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО1, суд определил взыскать с него в пользу АО «Финанс-Инвест» 2610491983,62 руб. в конкурсную массу. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.04.2023 привлечены к участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчиков НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.09.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024, отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО14, ФИО6, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО8, ФИО19, НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД.

Конкурсный управляющий АО «Финанс-Инвест» и конкурсный управляющий АО «Банк Воронеж» обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 19.09.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024, ссылаясь на неправильное применение судами норм права, а также несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела.

В отзывах на кассационные жалобы НКО НКЦ (АО), НКО АО НРД, ФИО17, ФИО14, ФИО6, ФИО8 с доводами кассаторов не согласились, просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения.

ФИО1 в отзыве на кассационные жалобы просил отменить определение суда первой инстанции и постановление арбитражного апелляционного суда, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

Представленный в суд кассационной инстанции отзыв ФИО15 подлежит возврату ввиду несоблюдения требований ч. 2 ст. 279 АПК РФ по своевременному направлению участвующим в обособленном споре лицам. Поскольку отзыв подан в электронной форме, то на материальном носителе он не направляется (п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»).

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного Суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители конкурсного управляющего АО «Финанс-Инвест», конкурсного управляющего АО «Банк Воронеж» доводы своих кассационных жалоб поддержали в полном объеме.

Представители НКО НКЦ (АО), НКО АО НРД, ФИО3, ФИО5 и ФИО6, ФИО8, ФИО15 в судебном заседании возражали против удовлетворения кассационных жалоб.

Представитель ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы кассационных жалоб в части НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД.

ФИО17 в своем отзыве просила рассмотреть кассационные жалобы в ее отсутствие.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно ч. 3 ст. 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и отзывов на нее, заслушав мнение лиц, присутствующих в судебном заседании, проверив в порядке ст.ст. 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены судебных актов по доводам кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, заявитель просит привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ответчиков ФИО14, ФИО6, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО8, поскольку указанные лица входили в совет директоров должника и были вовлечены в операционную деятельность должника. При этом в апреле 2018 года Банк России принял решение об аннулировании у должника лицензий профессионального участника рынка ценных бумаг, а члены совета директоров не предприняли действий по восстановлению хозяйственной деятельности должника после указанного решения.

Конкурсный управляющий также указывал, что отсутствует бухгалтерская отчетность должника за 2018 год, поэтому просил привлечь к субсидиарной ответственности главного бухгалтера ФИО19

В ходатайстве о привлечении НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД конкурсный управляющий указывал, что их действия привели к выводу обеспечения должника в ценных бумагах, что послужило причиной банкротства должника.

Заявитель полагает, что указанные лица являются контролирующими и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании ст. 61.10, пп. 1, 2 п. 2 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно норме п. 1 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу п. 2 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно абз. второму п. 2 ст. 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В соответствии с п. 1 ст. 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» организация ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возлагается на руководителя.

В силу п. 1 ст. 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые юридическим лицом, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Согласно нормам п.п. 1, 3 ст. 17 Федерального закона «О бухгалтерском учете» юридические лица обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет. Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (ст. 65 АПК РФ).

В п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно п. 10 ст. 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В соответствии с п.4 ст.61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъясняется, что осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Как разъяснено в п. 56 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (ст. 65 АПК РФ).

Проверяя доводы конкурсного управляющего должника о наличии у ответчиков ФИО14, ФИО6, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО8, ФИО19 статуса контролирующих лиц, судами установлено:

ФИО19 - главный бухгалтера должника, уволена 28.04.2018.

ФИО14 - член совета директоров должника с 22.12.2014 по 2018 г.

В соответствии со штатным расписанием от 21.03.2018 ФИО14 занимал должность директора Департамента информационных технологий АО «Финанс-Инвест». 

ФИО6 - член совета директоров должника с 22.12.2014 по 2018 г.

В соответствии со штатным расписанием от 21.03.2018 ФИО6 занимала должность директора Департамента внутреннего учета и отчетности АО «Финанс-Инвест».

ФИО15 - член совета директоров должника с 22.12.2014 по 2018 г.

ФИО15 занимал должность директора Департамента торговли АО «Финанс-Инвест».

ФИО16 - член совета директоров должника с 26.06.2015 по 2018 г. Исходя из информации с сайта должника, ФИО16 также занимала должность директора Департамента по торговле инструментами с фиксированной доходностью АО «Финанс-Инвест».

ФИО17 - бывший член совета директоров должника с 22.12.2014 по июнь 2015 г., в период с 15.06.2015 находилась в декрете, затем в отпуске по уходу за ребенком, 28.04.2018 - была уволена.

ФИО18 - бывший член совета директоров должника с 22.12.2014 по июнь 2015 г., являлся работником должника АО «Финанс-Инвест» до 2011 г., занимал должность директора департамента.

В суде первой инстанции указал, что в протоколе от 22.12.2014 записи о нем недостоверны, поскольку указаны недостоверные паспортные данные и дата рождения.

ФИО8 - бывший член совета директоров должника с 22.12.2014 по июнь 2015 г.

В соответствии с записями в трудовой книжке ФИО8 работала в АО «Финанс-Инвест» в должности директора юридического департамента, 31.01.2018 трудовой договор был расторгнут по инициативе работника.

Ответчики в суде первой инстанции отрицали своё участие в совете директоров.

Проанализировав представленные в материалы дела документы и пояснения лиц, участвующих в деле, суды пришли к выводу, что генеральный директор и мажоритарный акционер должника АО «Финанс-Инвест» ФИО1 фиктивно создал совет директоров из руководителей департаментов, чтобы обеспечить формальное соблюдение требований законодательства об акционерных обществах.

Судами учтено, что в силу положений абз. 1 ст. 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» совет директоров не отнесен законодателем к исполнительным органам общества, осуществляющим руководство текущей деятельностью общества.

Суды установили, из анализа устава АО «Финанс-Инвест» следует, высшим органом управления должника является общее собрание акционеров. Вопросы руководства текущей деятельностью, за исключением вопросов, отнесенных к исключительной компетенции общего собрания акционеров и совета директоров, относятся к компетенции единоличного исполнительного органа - генерального директора.

Судами установлено, что с 22.12.2014 ФИО1 был избран на должность генерального директора общества. При этом мажоритарным акционером общества, обладающим 99,66% голосующих акций, являлся также ФИО1

ФИО1, являясь основным акционером, самостоятельно определял все решения на собраниях акционеров, избирал совет директоров должника, а также осуществлял руководство обществом.

Таким образом, вся финансово-хозяйственная деятельность АО «Финанс-Инвест» контролировалась исключительно ФИО1 как через собрание акционеров, так и через осуществление полномочий единоличного исполнительного органа.

При таких обстоятельствах, суды пришли к выводу, что утверждение о том, что члены совета директоров осуществляли контроль за деятельностью общества, в том числе за деятельностью генерального директора ФИО1, одновременно являющегося акционером общества с 99,66 % голосующих акций, не соответствует действительности.

Как установил суд, Совет директоров был избран формально в силу требований законодательства об акционерных обществах. В действительности заседания совета директоров не проводились, соответствующие протоколы не составлялись и не подписывались.

Все члены совета директоров избирались ФИО1 (что подтверждается протоколами годового общего собрания акционеров) из состава руководителей соответствующих структурных подразделений АО «Финанс-Инвест» (например, главный бухгалтер, директор департамента внутреннего учета и отчетности, директор департамента информационных технологий и т.д.).

Именно указанными обстоятельствами и обусловлено отсутствие у конкурсного управляющего доказательств проведения заседаний совета директоров, принятия ответчиками решений по вопросам хозяйственной деятельности должника, одобрения каких-либо сделок, в том числе убыточных, совершения иных противоправных действий, которые привели общество к банкротству и причинили имущественный вред правам кредиторов.

Суды учли, что определением Арбитражного суда города Москвы от 27.06.2022 по настоящему делу ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В тоже время, конкурсным управляющим должника не представлено доказательств влияния ответчиков на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника, одобрения и/или заключения значительных или убыточных для должника сделок, которые явились объективной причиной банкротства, равно как и доказательств извлечения ответчиками выгоды из своего поведения при осуществлении своих полномочий.

Должность главного бухгалтера должника в отсутствие иных доказательств не является основанием для возложения субсидиарной ответственности. 

В указанной связи, суды пришли к выводу о необоснованности доводов о привлечении к субсидиарной ответственности членов совета директоров и главного бухгалтера должника.

В части требований о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД.

Судами установлено, что как инфраструктурные организации НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД предоставляют профессиональным участникам рынка ценных бумаг доступ к финансовому рынку, для чего оказывают услуги на основании договоров.

НКО НКЦ (АО) является клиринговой организацией - центральным контрагентом на фондовом рынке ПАО Московская Биржа. НКО АО НРД осуществляет депозитарную деятельность, исполняет функции центрального депозитария, а также расчетного депозитария на фондовом рынке ПАО Московская Биржа.

НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД - системно-значимые инфраструктурные организации российского финансового рынка (Приказ Банка России от 15.09.2014 № ОД-2501).

Правомерность действий НРД при реализации и списании НКЦ индивидуального клирингового обеспечения (ценных бумаг) должника подтверждается судебными актами по делам № А40-134845/2022, № А40-95397/19.

К участию во всех этих делах был привлечен должник, поэтому обстоятельства этих дел имеют преюдициальное значение в силу ст. 69 АПК РФ.

Сам по себе статус клиринговой организации, осуществление функций депозитария на фондовом рынке не являются основанием для распространения на НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД статуса контролирующего должника лица в соответствии со ст. 61.10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Судами учтено, что НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД не аффилированы с должником, не входят с ним в одну группу компаний и не выполняют функции его исполнительных органов или иных органов управления, поэтому не могут быть отнесены к контролирующим должника лицам.

При этом, как установил суд, НКО НКЦ (АО) не извлекло выгоду от выполнения функций клиринговой организации - центрального контрагента, а, напротив, получило убыток в размере 856884894,72 руб. за счет использования собственных средств для исполнения обязательств должника перед добросовестными участниками клиринга, что установлено при включении требований НКО НКЦ (АО) в реестр требований кредиторов должника (определение Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-132924/18 от 21.08.2018).

В указанной связи, суды пришли к выводу о необоснованности доводов о привлечении к субсидиарной ответственности НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД по обязательствам должника.

Самостоятельным основанием для отказа в привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности является пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности. 

Разрешая вопрос пропуска срока исковой давности, суды руководствовались п. 5 ст. 61.19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 2 ст. 199 ГК РФ и исходили из пропуска заявителем срока подачи заявления в отношении указанных лиц, исчисляемого с момента, когда заявитель мог и должен был узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. 

Суды пришли к выводу, что о событиях, указанных конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности (т.е. о списании ценных бумаг должника), лица, участвующие в обособленном споре, кредиторы и клиенты должника знали или должны были знать не позднее мая 2018 года, поскольку эта информация являлась публичной (т. 3 л.д. 110-111, т. 12 л.д. 77 - 83). 

Резолютивная часть решения Арбитражного суда о признании должника банкротом и открытии конкурсного производства объявлена 25.02.2019.

Следовательно, объективный срок исковой давности для привлечения к субсидиарной ответственности истек 25.02.2022.

Конкурсный управляющий обратился с требованиями о привлечении НКО НКЦ (АО) и НКО АО НРД к субсидиарной ответственности только в ходатайстве от 17.04.2023, т.е. с пропуском субъективного и объективного сроков исковой давности.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, правильно применив нормы материального права и процессуального права (ст.ст. 16, 69 АПК РФ), суды с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам.

Доводы о проведении операций 13.03.2018-14.03.2018 по списанию ценных бумаг со счета депо номинального держателя, выставлении должнику маржинального требования в размере 1,35 млрд. руб., отсутствия объективных оснований для продажи ценных бумаг, принадлежащих АО «Банк Воронеж», и отсутствия согласия НКО НКЦ (АО) на списание ценных бумаг клиента ООО «КБ «Агросоюз», были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, мотивированно отклонены судом.

Суд округа не усматривает оснований для переоценки выводов суда.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает необходимым отметить, что ни одна кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Доводы кассационных жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (ч. ч. 1, 3 ст. 286 АПК РФ).

Арбитражный суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (ч. 2 ст. 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 19.09.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024 по делу № А40-132924/18 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 Д.В. Каменецкий  

Судьи:                                                                                            В.Я. Голобородько 

Н.С. Калинина