201/2017-39338(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ  

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-3135/2017

г. Петропавловск-Камчатский

22 сентября 2017 года

Резолютивная часть решения объявлена 15 сентября 2017 года. Полный текст решения изготовлен 22 сентября 2017 года. 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Т.А. Арзамазовой, при  ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  

ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по  

исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью  «Бумагинъ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>,  юридический адрес: 683004, г. Петропавловск- Камчатский, ул. Рябиковская, д. 103)  

к государственному бюджетному учреждению  здравоохранения Камчатского края «Тигильская  районная больница» (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>, юридический адрес: 688600,  Камчатский край, Тигильский район, с. Тигиль,  

ул. Лесная, д. 3) 

о взыскании 346 157,95 руб. задолженности по контракту, при участии в заседании: 

от истца: представитель ФИО2 (паспорт, доверенность от 17.05.2017, со  специальными полномочиями, сроком на 1 год),  

от ответчика: не явились, 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Бумагинъ» (далее – истец)  обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к государственному  бюджетному учреждению здравоохранения Камчатского края «Тигильская  районная больница» (далее – ответчик) о взыскании 346 157,95 руб. задолженности  по контракту от 05.07.2016 № 0338300012516000013-0193130-03.  

Определением от 20.06.2017 дело назначено к рассмотрению в порядке  упрощенного производства в соответствии со статьей 228 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Определением от 15.08.2017 суд перешел к рассмотрению дела по общим  правилам искового производства.  

Обосновывая заявленные требования, истец по тексту искового заявления  указал, что на основании контракта от 05.07.2016 выполнял работы по  капитальному ремонту диагностического отделения, помещений второго этажа  терапевтического корпуса ответчика. Пояснил, что ответчик принял выполненные  работы и произвел частичную оплату с удержанием 346 157,95 руб. в счет  погашения начисленного им в одностороннем порядке штрафа за ненадлежащее  исполнение обязательств. Настаивает на отсутствии оснований для начисления  штрафа, указывая, что нарушение сроков выполнения работ по контракту было  обусловлено обстоятельствами, не зависящими от истца, в том числе  необходимостью выполнения дополнительных работ по замене  распределительного щита, а также просрочкой исполнения обязательств по  поставке рентгенозащитных дверей со стороны производителя – ООО  «Росттехпром». Обращает внимание суда на нарушение ответчиком порядка  одностороннего отказа от исполнения контракта и считает, что удержание штрафа  из стоимости выполненных работ противоречит нормам действующего  законодательства и не может являться способом обеспечения обязательства.  

Ответчик в письменном отзыве на исковое заявление по требованиям истца  возразил. Настаивает на нарушении истцом обязательств по контракту в связи с  задержкой начала выполнения работ, нарушением срока окончания выполнения  работ, несоблюдением технологического цикла работ, а также порядка ведения  отчетной и исполнительной документации. Пояснил, что при обследовании объекта  

после приемки выполненных работ выявлены недостатки работ, о чем истец  проинформирован, однако мер по устранению недостатков не принял. Каких-либо  обстоятельств, объективно препятствующих истцу выполнить работы надлежащим  образом, ответчик не усматривает. Считает, что основания для привлечения истца к  гражданско-правовой ответственности в виде штрафа и удержания суммы штрафа  из стоимости выполненных работ имели место.  

 Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о дате и месте  рассмотрения спора уведомлен надлежащим образом.  

На основании статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено судом без участия  представителя ответчика.  

Заслушав доводы представителя истца, исследовав материалы дела, суд  установил следующее.  

05.07.2016 между истцом (подрядчик) и ответчиком (заказчик) заключен  контракт № 0338300012516000013-0193130-03, по условиям которого истец  принимал на себя обязательства по выполнению работ по капитальному ремонту  диагностического отделения, помещений второго этажа терапевтического корпуса  ответчика в соответствии с локальным сметным расчетом № 1 (приложение № 2 к  контракту) и техническим заданием (приложение № 1 к контракту).  

Стоимость работ согласована сторонами в пункте 2.1 в размере 6 923 159,02 руб. 

Согласно разделу 6 контракта подрядчик обязался приступить к выполнению  работ не позднее 7 дней с даты заключения контракта и выполнить работы до  15.10.2016. Календарным планом выполнения работ (приложение № 3 к контракту)  стороны предусмотрели сроки выполнения отдельных видов работ.  

При проверке соблюдения истцом сроков начала выполнения работ  13.07.2016 и 14.07.2016 представителями ответчика установлено, что подрядчик к  выполнению работ не приступил, о чем оформлены заключение экспертной  комиссии от 13.07.2016 № 1 и акт о нарушении условий контракта от  

14.07.2016 № 1. 

18.07.2016 ответчиком в адрес истца направлена претензия о необходимости  выполнения обязательств по контракту.  

09.09.2016 ответчиком в адрес истца направлена претензия о нарушении  сроков закупки и доставки стройматериалов, а также сроков выполнения  демонтажных и сопутствующих работ.  

Письмом от 23.09.2016 № 75 истец известил ответчика, что причиной  неисполнения работ является невозможность прибытия судов с материалами в  портпункт Палана по не зависящим от истца причинам.  

Письмами от 28.09.2016 № 1250 и от 03.10.2016 № 1263 ответчик в очередной  раз указал истцу на необходимость приступить к выполнению работ.  

При проверке выполнения подрядчиком принятых обязательств 17.10.2016  представители ответчика пришли к выводу о нарушении подрядчиком сроков  начала выполнения работ и о наличии оснований для начисления штрафа. По  результатам проверки оформлены заключение экспертной комиссии от 17.10.2016   № 2 и акт о нарушении условий контракта от 18.10.2016 № 2.  

В ходе очередной проверки объекта ремонта 01.11.2016 представителями  ответчика установлено, что подрядчик к выполнению работ на объекте приступил  только 31.10.2016, о чем оформлены заключение экспертной комиссии от  01.11.2016 № 1 и акт о нарушении условий контракта от 02.11.2016 № 3.  

11.11.2016 ответчиком в адрес истца направлено требование, в котором  указано на необходимость представления гарантийного письма с указанием сроков  окончания выполнения работ.  

Письмом от 17.11.2016 № 170 истец гарантировал выполнение работ в срок  до 10.12.2016.  

21.11.2016 ответчиком в адрес истца направлена претензия о несоблюдении  сроков выполнения работ и об оплате штрафа и неустойки.  

Письмом от 14.12.2016 № 181 истец гарантировал выполнение работ в срок до  25.12.2016.  

27.12.2016 истец уведомил ответчика об окончании выполнения работ. 

Выполненные истцом работы приняты по актам о приемке выполненных  работ по форме КС-2 от 27.12.2016 № 1, 2 и платежным поручением от 29.12.2016   № 334514 оплачены ответчиком в размере 6 577 001,07 руб.  

Письмом от 29.12.2016 № 1769 ответчик известил истца о том, что стоимость  выполненных работ оплачена с удержанием 346 157,95 руб. штрафа в соответствии  с пунктом 8.1 контракта.  

Полагая такое удержание незаконным, 30.03.2017 истец обратился к  ответчику с претензией о возврате 346 157,95 руб. Ответчик претензию истца  получил, однако денежные средства не возвратил.  

Поскольку до настоящего времени спорная сумма ответчиком не возвращена,  истец обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением.  

Оценив доводы сторон и представленные в материалы дела документы, суд  находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению в силу  следующего.  

Судом установлено, что фактически истцом заявлено требование о  взыскании с ответчика неосновательного обогащения, а не задолженности за  выполненные работы, как это указано в исковом заявлении.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными  правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество  (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить  последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество  (неосновательное обогащение).  

Согласно пункту 2 данной статьи правила, предусмотренные настоящей  главой, применяются независимо от того, являлось ли неосновательное обогащение  результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих  лиц или произошло помимо их воли.  

Таким образом, применительно к настоящему спору иск о взыскании суммы  неосновательного обогащения подлежит удовлетворению в случае доказанности  факта сбережения ответчиком денежных средств при отсутствии должного для  этого основания, а также возникновения неосновательного обогащения за счет  истца.  

В рассматриваемом случае в подтверждение возникновения у ответчика  неосновательного обогащения истец ссылается на удержание из стоимости  выполненных работ суммы штрафа.  

Правоотношения сторон вытекают из контракта на выполнение подрядных  работ для муниципальных нужд, правовое регулирование которого предусмотрено  главой 37 ГК РФ и Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной  системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и  муниципальных нужд».  

В соответствии с пунктом 2 статьи 763 ГК РФ по государственному или  муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных  или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные,  проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов  производственного и непроизводственного характера работы и передать их  государственному или муниципальному заказчику, а государственный или  муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их  или обеспечить их оплату.  

Пунктом 1 статьи 766 ГК РФ предусмотрено, что государственный или  муниципальный контракт должен содержать условия об объеме и о стоимости  подлежащей выполнению работы, сроках ее начала и окончания, размере и порядке  финансирования и оплаты работ, способах обеспечения исполнения обязательств  сторон.  

Как следует из материалов дела, в разделе 6 контракта стороны  предусмотрели начало выполнения работ в срок не более 7 дней с даты заключения  контракта и окончание работ в срок до 15.10.2016. То есть к выполнению работ по  объекту подрядчику следовало приступить не позднее 12 июля 2016 года.  

Судом установлено, что в указанный срок подрядчик к выполнению работ не  приступил. Из заключения экспертной комиссии от 01.11.2016 № 1 и акта о  нарушении условий контракта от 02.11.2016 № 3 следует, что работы по объекту  были начаты только 30.10.2016.  

Истец дату начала выполнения работ - 30.10.2016 не оспаривал, однако  ссылался на наличие объективных причин, препятствующих выполнению работ, а  именно на необходимость выполнения дополнительных работ по замене  распределительного щита, просрочку исполнения обязательств по поставке  рентгенозащитных дверей со стороны производителя – ООО «Росттехпром» и т.д.  

Проанализировав представленные в материалы дела документы, суд  находит, что приведенные истцом обстоятельства не могли повлиять на сроки  начала выполнения работ.  

Так, согласно календарному плану выполнения работ (приложение № 3 к  контракту) закупка материалов предполагалась в период с 05 июля по 10 августа  2016 года, в то время как договор на поставку рентгенозащитных дверей заключен  истцом с ООО «Росттехпром» только 20.09.2016.  

Доказательства того, что заключить указанный договор, а также обеспечить  закупку и доставку материалов в более ранние сроки было невозможно по  объективным причинам, в материалах дела отсутствуют.  

Письмом от 23.09.2016 № 75 истец извещал ответчика о том, что причиной  неисполнения работ является невозможность прибытия судов с материалами в  портпункт Палана. Вместе с тем какие-либо документы, подтверждающие наличие  таких обстоятельств, суду не представлены.  

Календарным планом выполнения работ стороны предусмотрели проведение  с 01 августа 2016 демонтажных работ, то есть работ, которые не связаны с  доставкой стройматериалов.  

На вопрос суда о том, какие причины препятствовали выполнению  демонтажных работ, представитель истца в судебном заседании ответить  затруднился.  

Оценивая доводы истца в части необходимости замены распределительного  щита, суд учитывает, что такие работы производились в период с 31.03.2017 по  12.04.2017, о чем в материалах дела имеются справки о стоимости выполненных  работ и затрат по форме КС-3 от 05.04.2017 № 1 и от 12.04.2017 № 1. То есть  выполнение работ по замене распределительного щита не повлияло на выполнение  работ по спорному контракту.  

Иных обстоятельств, объективно препятствующих выполнению работ,  истцом не приведено и судом в ходе рассмотрения дела не установлено.  

Фактически работы по контракту сданы ответчику истцом только 27.12.2016,  что подтверждается актами о приемке выполненных работ по форме КС-2 от  27.12.2016 № 1, 2, то есть спустя более двух месяцев с даты окончания работ,  предусмотренных контрактом (15.10.2016).  

Таким образом, нарушение срока начала и окончания выполнения работ по  объекту, а также календарного плана выполнения работ (приложение № 3 к  контракту) подтверждается материалами дела. Подрядчик факт ненадлежащего  исполнения обязательства в ходе рассмотрения дела не опроверг.  

По правилам пункта 1 статьи 329 ГК РФ одним из способов обеспечения  исполнения обязательств является неустойка.  

Статьей 330 ГК РФ предусмотрено, что в случае неисполнения или  ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки  исполнения, должник обязан уплатить кредитору неустойку (штраф, пени),  определенную законом или договором.  

По правилам частей 6, 7 статьи 34 Федерального закона «О контрактной  системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и  муниципальных нужд» в случае просрочки исполнения поставщиком  (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного  обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях  неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком,  исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет  поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов,  пеней).  

Поскольку в ходе рассмотрения настоящего спора факт ненадлежащего  исполнения истцом обязательств по выполнению работ установлен, суд приходит к  выводу о том, что правовые основания для взыскания с истца штрафа у ответчика  имелись.  

Частью 9 статьи 34 Федерального закона «О контрактной системе в сфере  закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных  нужд» предусмотрено, что сторона освобождается от уплаты неустойки (штрафа,  пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение  обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие  непреодолимой силы или по вине другой стороны.  

Между тем доказательства того, что ненадлежащее исполнение обязательств  произошло вследствие непреодолимой силы или по вине ответчика, в материалы  дела не представлены.  

Согласно статье 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено  в письменной форме независимо от формы основного обязательства.  Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о  неустойке.  

Судом установлено, что размер неустойки согласован сторонами при  заключении контракта в добровольном порядке.  

Так, пунктом 8.3 контракта предусмотрена возможность начисления  штрафов за неисполнение или ненадлежащее исполнение подрядчиком  обязательств, предусмотренных договором, за исключением просрочки исполнения  обязательств, предусмотренных договором. Размер штрафа устанавливается в  соответствии с Правилами определения размера штрафа, начисляемого в случае  ненадлежащего исполнения заказчиком, поставщиком (подрядчиком,  исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом (за исключением  просрочки исполнения обязательств заказчиком, поставщиком (подрядчиком,  исполнителем), и размера пени, начисляемой за каждый день просрочки  исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства,  предусмотренного контрактом, утвержденными постановлением Правительства  Российской Федерации от 25.11.2013 № 1063, и при цене контракта от 3 миллионов  руб. до 50 миллионов рублей составляет 5 процентов цены контракта.  

С учетом указанного положения ответчиком начислен штраф в размере  346 157,95 руб., который зачтен в стоимость выполненных работ. Расчет штрафа  судом проверен, является правильным.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 407 ГК РФ обязательства прекращаются  полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими  законами, иными правовыми актами или договором.  

В силу пункта 2 статьи 154, статьи 410 Кодекса зачет как способ  прекращения обязательства является односторонней сделкой, для совершения  которой необходимы определенные условия: требования должны быть  встречными, однородными, с наступившими сроками исполнения. Для зачета  достаточно заявления одной стороны.  

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 7  Информационного письма от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения  

споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных  требований» разъяснил, что статья 410 ГК РФ не требует, чтобы предъявляемое к  зачету требование вытекало из того же обязательства или из обязательств одного  вида. Встречные требования об уплате неустойки и о взыскании задолженности  являются, по существу, денежными, то есть однородными, и при наступлении  срока исполнения могут быть прекращены зачетом по правилам статьи 410  Кодекса.  

Судом установлено, что письмом от 29.12.2016 № 1769 ответчик заявил о  зачете суммы штрафа в стоимость выполненных работ.  

Поскольку требование о взыскании штрафа за ненадлежащее выполнение  работ является встречным по отношению к требованию об оплате таких работ, суд  находит действия ответчика, связанные с зачетом суммы штрафа, законными и  обоснованными и не усматривает наличие у него неосновательного обогащения в  связи с указанными действиями.  

Аналогичная правовая позиция приведена в постановлении Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.07.2012 № 2241/12.  

Прочие доводы сторон судом не оцениваются, поскольку не имеют  правового значения для рассмотрения настоящего спора.  

Иных доказательств, подтверждающих, что на стороне ответчика возникло  неосновательное обогащение за счет истца, суду не представлено.  

Учитывая изложенное, суд отказывает в удовлетворении заявленных  требований.  

В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований в силу  положений статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной  пошлины относятся судом на истца.  

Руководствуясь статьями 110, 167–170 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

решил:

В удовлетворении заявленных требований отказать.  

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд  

через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца  

со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в  срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу,  при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда  апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в  восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.  

Судья Т.А. Арзамазова