АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Тюмень Дело № А70-17665/2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 17 октября 2025 года.  

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Марьинских Г.В., судей Мальцева С.Д.,  

 ФИО1 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Урало- Сибирская теплоэнергетическая компания» на решение от 14.03.2025 Арбитражного суда Тюменской области (судья Вебер Л.Е) и постановление от 11.06.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Солодкевич Ю.М., Рожков Д.Г., Тетерина Н.В.) по делу № А70-17665/2024 по иску акционерного общества «Урало- Сибирская теплоэнергетическая компания» (625023, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Универсал» (625046, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании договора недействительным в части.  

В судебном заседании приняли участие представители: акционерного общества «Урало-Сибирская теплоэнергетическая компания» - ФИО2 по доверенности от 07.08.2025, ФИО3 по доверенности от 27.12.2024, ФИО4 по доверенности от 20.06.2025; общества с ограниченной ответственностью «Универсал» - ФИО5 по доверенности от 08.06.2024.  

Суд установил: 

акционерное общество «Урало-Сибирская теплоэнергетическая компания» (далее – компания, истец) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Универсал» (далее – общество, ответчик) о признании договора теплоснабжения от 07.09.2016 № Т-30600 (далее – договор) недействительным в части определенных пунктом 2.1.3 условий, допускающих в точке поставки отклонения температуры теплоносителя от заданного температурного режима на источнике тепловой энергии без учета нормативного остывания от источника тепловой энергии до точки поставки (приравнивание температуры теплоносителя с источника теплоты к температуре теплоносителя в точке поставки).  

Решением от 14.03.2025 Арбитражного суда Тюменской области, оставленным без изменения постановлением от 11.06.2025 Восьмого арбитражного апелляционного  

суда, в удовлетворении иска отказано.  

Не согласившись с решением и постановлением, общество обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции для назначения экспертизы и принятия нового судебного акта.  

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит доводы о допущенных судами существенных нарушениях норм материального права, а именно: статей 161, 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пункта 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) в части результатов рассмотрения заявления общества о пропуске срока исковой давности, течение которого приостанавливалось на период рассмотрения дел № А70-7537/2020, А70-23042/2021; Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» (далее - Закон о теплоснабжении), Правил организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 № 808 (далее - Правила № 808), Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок, утвержденных приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 24.03.2003 № 115 (далее - Правила № 115, утратили силу с 01.09.2025) при выводе о соответствии им оспариваемого договорного условия; а также процессуальных норм - при оставлении без разрешения ходатайства о назначении экспертизы.  

Отзыв общества приобщен к материалам кассационного производства в соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

В судебном заседании представители сторон поддержали правовые позиции, изложенные в письменном виде.  

Проверив в соответствии со статьями 284, 286 АПК РФ законность принятых по делу решения и постановления в пределах доводов, заявленных в кассационной жалобе (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа не находит оснований для их отмены или изменения.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, между акционерным обществом «Уральская теплосетевая компания» (теплоснабжающая организация, далее – ТСО) и обществом (потребитель) заключен договор (в редакции дополнительных соглашений), по условиям которого ТСО приняло на себя обязательство поставлять тепловую энергию и теплоноситель на объекты потребителя, указанные в приложении № 1.1 к договору, в объеме и качеством, определенными договором, а потребитель - принимать тепловую энергию и возвращать теплоноситель, соблюдать режим потребления, оплачивать их в объеме, сроки и на условиях, предусмотренных договором, а также обеспечивать безопасность эксплуатации находящихся в его ведении сетей и исправность используемых им приборов и оборудования, связанных с потреблением тепловой энергии и теплоносителя по договору (пункт 1.1 договора).  

Местом исполнения обязательств ТСО в силу пункта 1.3 договора является точка поставки, расположенная на границе балансовой принадлежности теплопотребляющей  

установки (либо тепловой сети потребителя) и тепловой сети ТСО (либо теплосетевой организации) (либо в точке подключения (технологического присоединения) к бесхозяйной тепловой сети), установленной актом разграничения балансовой принадлежности сетей и эксплуатационной ответственности сторон (приложение № 2).  

В соответствии с пунктами 2.1.3, 3.1.2 договора ТСО обязуется обеспечить качество теплоснабжения в точке поставки, а именно температуру теплоносителя и давление в подающем трубопроводе в соответствии с разделом III режимной карты; потребитель – обеспечить температуру теплоносителя в обратном трубопроводе в точке поставки в соответствии с температурным графиком с превышением не более 5%, не превышать максимальный расход теплоносителя и его нормативную утечку в объеме не более 0,25% от объема тепловых сетей и теплопотребляющих установок потребителя относительно значений, установленных разделом VI режимной карты (приложение № 3), поддерживать давление в обратном трубопроводе со стороны теплопотребляющих установок достаточным для обеспечения полного залива местной системы.  

По пункту 11.1 договора таковой заключен на срок до 31.12.2016 и вступает в силу с момента его подписания, включая всех приложений к нему. Взаимоотношения сторон в период с 10.08.2016 до момента заключения договора регулируются его условиями.  

Между ТСО, компанией и обществом заключено соглашение от 29.12.2017 (далее – соглашение) о передаче прав и обязанностей ТСО по договору компании.  

Передача всех прав и обязанностей ТСО, вытекающих из договора, осуществляется с даты начала действия тарифов на тепловую энергию и теплоноситель, горячее водоснабжение, установленных для компании, действующей в качестве единой теплоснабжающей организации (далее – ЕТО) в зоне деятельности 001 (централизованная система теплоснабжения ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2) на территории муниципального образования городской округ город Тюмень согласно схеме теплоснабжения города Тюмени (пункт 2.1 соглашения).  

Приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 18.12.2017 № 1186 компания с 01.01.2018 наделена статусом ЕТО на территории города Тюмени в зоне деятельности с кодом 001, указанной в актуализированной схеме теплоснабжения муниципального образования городской округ город Тюмень на период 2017 - 2032 годы, утвержденной приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 22.11.2017 № 1102.  

Компания, полагая, что пункт 2.1.3 договора противоречит нормам действующего законодательства в той мере, в которой допускает определение качества теплоносителя в точке поставки с учетом нормативных отклонений от температурного режима на источнике теплоты без учета остывания, нарушает права и законные интересы не только ее, но и неограниченного круга потребителей, обратилась в арбитражный суд с иском по настоящему делу.  

Суд первой инстанции при разрешении спора руководствовался статьями 8, 12, 162, 166, 167, 168, 180, 181, 195, 199, 200, 210, 218, 421, 422, 432, 433, 438, 539, 544 ГК РФ, статьями 36, 155 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ), статьями 13, 15, 19 Закона о теплоснабжении, пунктами 13, 14, 42, 42(1), 43 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений  

в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354 (далее – Правила № 354), пунктами 2, 10, 11, 25 Правил, обязательных при заключении управляющей организацией или товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом договоров с ресурсоснабжающими организациями, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 14.02.2012 № 124, пунктами 2, 114 Правил № 808, пунктом 74 Постановления № 25, исходил из недоказанности оснований для признания спорного условия договора недействительным (ничтожной) сделкой на основании статей 10, 168 ГК РФ, пропуска компанией срока исковой давности, определенной со дня его исполнения - 07.09.2016 при обращении в суд с иском 08.08.2024.  

Поддерживая итоговые выводы суда первой инстанции и оставляя решение без изменения, апелляционная коллегия дополнительно отметила, что температурный график в точках поставки является существенным условием договора теплоснабжения и определяет обязательные для соблюдения ресурсоснабжающей организацией значения температуры теплоносителя, температурный график в точках поставки согласуется сторонами с учетом температурного графика на источнике тепловой энергии, признав ошибочной ссылку компании на дела № А70-7537/2020, А70-23042/2021, в которых вопрос соответствия условий договора, в частности пункта 2.1.3, требованиям действующего законодательства предметом рассмотрения не являлся, а разрешение вопроса о поставке компанией некачественного коммунального ресурса не свидетельствует о реализации ею права на судебную защиту, аналогичного рассматриваемому в рамках настоящего дела, и не свидетельствует о приостановлении течения срока исковой давности.  

Спор по существу разрешен судами правильно. 

Отклоняя доводы кассационной жалобы о неверном определении судами начала течения срока исковой давности, суд округа находит приведенную судами аргументацию соответствующей положениям параграфа 2 главы 9, главы 12 ГК РФ, регламентирующим институты недействительности сделок и срока исковой давности, а также установленным судами обстоятельствам.  

Пунктом 2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.  

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (абзац второй пункта 74 Постановления № 25).  

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда  

началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.  

Согласно пункту 101 Постановления № 25 установленный для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (часть 1 статьи 181 ГК РФ).  

Применительно к указанным положениям судами установлено, что договор заключен 07.09.2016, соглашение, по которому в качестве стороны обязательства (ТСО) в правоотношения с обществом вступила компания, датировано 29.12.2017, при обращении компании с требованием о признании договора недействительным в части 08.08.2024 срок исковой давности пропущен более чем на 6 лет.  

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43), по смыслу статьи 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.) не влияет на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

Поскольку в целях выполнения договора, положения которого оспариваются истцом, осуществлялась поставка ресурса, его потребление и оплата, исполнение договора предполагается с указанной в нем даты, то есть с 07.09.2016, суды пришли к верному выводу о том, что моментом начала течения срока исковой давности следует считать таковую.  

Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск (пункт 12 Постановление № 43).  

Приводимые компанией суждения о том, что срок исковой давности в порядке статьи 204 ГК РФ не мог течь в период рассмотрения дел № А70-7537/2020, А70-23042/2021, являлись предметом рассмотрения судом апелляционной инстанции и аргументированно ею отклонены.  

Апелляционным судом установлено, что в рамках арбитражных дел № А70-7537/2020, А70-23042/2021 предметом спора являлось требование общества о взыскании с компании неосновательного обогащения, возникшего вследствие поставки теплоснабжающей организацией некачественного коммунального ресурса.  

По смыслу статьи 204 ГК РФ, приведенных в пунктах 14, 17, 18 Постановления № 43 правовых позиций, не любое требование, основанное на договоре, положения которого оспариваются в самостоятельном иске, рассматриваемое в судебном порядке, приостанавливает течение срока исковой давности по требованию о его недействительности.  

Согласно закрепленной статьей 195 ГК РФ легальной дефиниции, исковая давность представляет собой нормативный (установленный законом) и императивный (не подлежащий изменению соглашением сторон) срок для защиты конкретного нарушенного права лица по его иску, следовательно, срок исковой давности и начало его течения подлежат определению применительно к каждому самостоятельному требованию.  

Таким образом, как верно указано судами, срок исковой давности по требованию о недействительности сделки приостанавливается со дня обращения в суд за судебной защитой с таким требованием.  

Вопреки позиции истца, оснований для приостановления течения срока исковой давности по приведенным им мотивам судами не установлено правомерно, вывод об истечении срока исковой давности по заявленным в настоящем деле требованиям к моменту обращения компании в арбитражный суд является правильным.  

По существу приведенных в обоснование недействительности пункта договора аргументов суды первой и апелляционной инстанции верно исходили из соответствия пункта 2.1.3 договора, являющегося его существенным условием, требованиям действующего законодательства.  

Буквально истолковав пункт 2.1.3 договора, по условиям которого ТСО приняла на себя обязанность обеспечить качество теплоснабжения в точке поставки, а именно температуру теплоносителя и давление в подающем трубопроводе в соответствии с разделом III режимной карты (приложение № 3), в которой, в свою очередь, содержится расчетный температурный график сетевой воды на источниках тепловой энергии Тюменских ТЭЦ1 и ТЭЦ-2, суды не усмотрели в нем несоответствия нормативно установленному алгоритму определения качества поставляемого ресурса на основе числовых значений параметров теплоносителя применительно к каждому объекту и периоду поставки исходя из объективных критериев: график источника теплоты, допустимые отклонения от него, протяженность трассы до МКД, температура внешней среды и другие значимые факторы.  

Поскольку правоотношения по снабжению энергоресурсами через присоединенную сеть, в том числе тепловой энергии, строятся на принципах возмездности и эквивалентности обмена материальными благами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.05.2018 № 306-ЭС17-2241), реализация этих принципов возможна посредством учета объема и качества потребленных энергоресурсов.  

В соответствии с частью 5 статьи 15 Закона о теплоснабжении, пунктом 105 Правил  

коммерческого учета тепловой энергии, теплоносителя, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 18.11.2013 № 1034 (далее - Правила № 1034), местом исполнения обязательств теплоснабжающей организации является точка поставки, которая располагается на границе балансовой принадлежности теплопотребляющей установки или тепловой сети потребителя и тепловой сети теплоснабжающей организации или теплосетевой организации либо в точке подключения к бесхозяйной тепловой сети, в связи с чем контроль качества теплоснабжения при поставке и потреблении тепловой энергии производится на границах балансовой принадлежности между теплоснабжающей, теплосетевой организацией и потребителем, то есть в точке поставки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.01.2016 № 302-ЭС15-18973).  

Если подача абоненту через присоединенную сеть электроэнергии, холодной воды, горячей воды, тепловой энергии на отопление осуществляются в целях оказания соответствующих коммунальных услуг собственникам помещений в МКД, эти отношения подпадают под действие жилищного законодательства (подпункт 10 пункта 1 статьи 4 ЖК РФ).  

По общему правилу, точка поставки коммунальных ресурсов в МКД находится на внешней стене дома в месте соединения внутридомовой сети с внешними сетями, что следует из пункта 1 статьи 36 ЖК РФ, подпункте «а» пункта 1, подпункте «ж» пункта 2, пунктах 6, 8 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491.  

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 22.01.2016 № 302-ЭС15-18973 указано, что определение параметров качества коммунального ресурса, являющегося предметом поставки в рамках правоотношений между ресурсоснабжающей и управляющей организациями, производится на внешней стене МКД в месте соединения внутридомовой сети с внешними сетями, что обоснованно учтено судами двух инстанций при рассмотрении дела.  

Из частей 1, 8 статьи 15 Закона о теплоснабжении следует, что потребители тепловой энергии приобретают теплоноситель у ТСО по договору теплоснабжения, который должен содержать условия о параметрах качества теплоснабжения.  

В силу части 2 статьи 2 Закона о теплоснабжении, пункта 107 Правил № 1034 под качеством теплоснабжения следует понимать совокупность установленных нормативными правовыми актами Российской Федерации и (или) договором теплоснабжения характеристик теплоснабжения, в том числе термодинамических параметров теплоносителя - давление и температура.  

Пункт 24 Правил № 808 предусматривает, что в договоре теплоснабжения должны быть указаны параметры качества теплоснабжения в точке поставки, такие как давление и температура теплоносителя в подающем трубопроводе, определяемая по температурному графику регулирования отпуска тепла с источника тепловой энергии, предусмотренному схемой теплоснабжения.  

Согласно пункту 6.2.59 Правил № 115, действующих на момент рассмотрения спора по существу, температура воды в подающей линии водяной тепловой сети задается в соответствии с утвержденным для системы теплоснабжения графиком (то есть  

температурным графиком источника тепла) по усредненной температуре наружного воздуха за промежуток времени в пределах 12 - 24 часов, определяемый диспетчером тепловой сети в зависимости от длины сетей, климатических условий и других факторов.  

Отклонение среднесуточной температуры воды, поступившей в системы отопления, вентиляции, кондиционирования и горячего водоснабжения, должно быть в пределах +/- 3% от установленного температурного графика. Среднесуточная температура обратной сетевой воды не должна превышать заданную температурным графиком температуру более чем на 5% (пункт 9.2.1 Правил № 115).  

Таким образом, при ординарном способе определения показателей качества тепловой энергии в точке поставки (в том числе в договоре, заключенном между ресурсоснабжающей и управляющей организациями) для обязательного включения в договор показателя температуры теплоносителя в подающем трубопроводе на вводе в здание, данная величина определяется ТСО с учетом температурного графика источника теплоты, исходя из объективных обстоятельств, обусловленных местоположением объекта - протяженность трассы и других значимых факторов, например, состояние сетей, влияющие на величину остывания теплоносителя (потери), после чего подлежат включению в договор и соблюдению ТСО в отношении каждого конкретного потребителя (каждого МКД).  

Отсутствие в договоре согласованных сторонами конкретных параметров качества тепловой энергии в каждой точке поставки (применительно к каждому МКД) либо договора-документа как такового не освобождает ТСО от обязанности передачи потребителю ресурса с температурными показателями, соответствующими нормативно установленным правилам, в силу пункта 1 статьи 543 ГК РФ.  

Судами первой и апелляционной инстанций также верно отмечено, что ординарный порядок определения качества тепловой энергии в точке поставки может быть изменен по соглашению сторон, в частности, ТСО может принять на себя обязательство поставлять теплоноситель с повышенным температурным режимом, что соответствует положениям статьи 421 ГК РФ о свободе договора.  

Касающийся допущенных судами первой и апелляционной инстанций нарушений процессуальных норм в неразрешении ходатайства истца о назначении судебной экспертизы довод кассационной жалобы судом округа отклоняется как не нашедший подтверждения по результатам ревизии обжалуемых судебных актов.  

Из приведенных в абзаце втором пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснений следует, что ходатайство о проведении экспертизы может быть заявлено в суде первой или апелляционной инстанции до объявления председательствующим в судебном заседании исследования доказательств законченным, а при возобновлении их исследования - до объявления законченным дополнительного исследования доказательств. В суде апелляционной инстанции ходатайство о проведении экспертизы рассматривается судом с учетом положений частей 2, 3 статьи 268 АПК РФ, согласно которым дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой  

инстанции по причинам, не зависящим от него (в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство о назначении экспертизы), и суд признает эти причины уважительными.  

В установленном порядке соответствующее ходатайство истцом не заявлено, что следует из материалов дела, в том числе аудиопротокола судебного заседания от 04.03.2025, в котором по доводам кассационной жалобы таковое озвучено, сообщение представителя истца на стадии судебных прений о намерении просить проведение экспертизы ходатайством, подлежащим разрешению по правилам статьи 159 АПК РФ, не является.  

В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию ее заявителя с выводами судов первой и апелляционной инстанций, но сами такие выводы и установленные обстоятельства, имеющие юридическое значение для рассмотрения настоящего спора, не опровергают, в связи с чем не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции, учитывая предусмотренные статьей 286 АПК РФ пределы его компетенции.  

Несогласие заявителя с выводами судов не свидетельствует о неправильном применении ими норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела, а потому не может служить основанием для отмены судебных актов в кассационном порядке (статьи 286, 287 АПК РФ).  

Нарушений судами норм права, являющихся основаниями для безусловной отмены решения и постановления (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено. Кассационная жалоба по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.  

Согласно статье 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы возлагается на заявителя.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

решение от 14.03.2025 Арбитражного суда Тюменской области и постановление от 11.06.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-17665/2024 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Г.В. Марьинских 

Судьи С.Д. Мальцев 

 ФИО1