ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-10529/2024

г. Челябинск

21 октября 2024 года

Дело № А07-26853/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Журавлева Ю.А., Матвеевой С.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Маркиной А.Е., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.05.2024 по делу № А07-26853/2023.

 

        Общество с ограниченной ответственностью «Компания Милли» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к ФИО1 о взыскании убытков в размере 8 174 544 руб. 

        К участию в споре привлечен ФИО2 

        Решением суда от 29.05.2024 (резолютивная часть от 21.05.2024) исковые требования ООО «Компания Милли» удовлетворены. С ФИО1 в пользу ООО «Компания Милли» взысканы убытки в размере 8 174 544 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 3873 руб. 

        С решением суда не согласилась ФИО1 и обратилась в суд с апелляционной жалобой. 

        Как указал апеллянт, в период 2017-2020 годы с согласия всех участников ФИО1 как директора ООО «Компания Милли производила перечисления денежных средств с расчетного счета общества на счета участников: ФИО2, ФИО3 и ИП ФИО4, что по своему характеру являлось дивидендами, а также денежными средствами, направленными на нужды общества. Дивиденды в ООО «Компания Милли» участники распределяли по устной договоренности путем перечисления, о котором говорится выше, а оставшуюся прибыль участники направляли на развитие общества. По мнению апеллянта, неверен вывод суда о том, что директором общества «Милли» (руководившим обществом «Компания Милли» с 16.10.2020) с 27.08.2021 являлся ФИО5, так как ФИО5 является директором общества «Милли» с момента создания данного общества, то есть с 2007 года, а регистрационная запись в ЕГРЮЛ от 27.08.2021 о директоре ФИО5 обусловлена заменой ФИО5 паспорта в 45 лет (25.08.2021). По мнению апеллянта, неверен вывод суда, отклонившего довод о пропуске срока исковой давности. В период 2019 года с электронной почты бухгалтера ФИО8 на почту ФИО6  ежедневно отправлялись выписки из лицевого счета ООО «Компания Милли» в банках, соответствующая информация доводилась и посредством переписки в мессенджере с ФИО5 Требования предъявлены  по истечении срока исковой давности. Выводы суда о недостоверности переписки в мессенджере не обоснованы. ФИО2 как участником общества были предприняты попытки получить информацию, идентифицирующую абонентский номер ФИО5  (в рамках дела № А07-20184/2023), информация получена, номер принадлежит компании, бенефициаром которого выступает ФИО5          По мнению апеллянта, совокупность условий для привлечения к ответственности в виде взыскания убытков не доказана. Имеется корпоративный спор с учетом количества споров и их характера. В переписке, зафиксированной протоколом осмотра доказательств, ФИО5 сам указывал на необходимость представления управленческой отчетности общества, переписка из чата «Партнеры» свидетельствует о том, что фактическое руководство осуществлял ФИО5

        Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.07.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 10.09.2024. 

        До начала судебного заседания от истца посредством системы «Мой арбитр» поступил отзыв на апелляционную жалобу с доказательствами направления в адрес лиц, участвующих в деле, который в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщен судом к материалам дела. В отзыве выражено не согласие с доводами жалобы.

        Определением от 10.09.2024 судебное разбирательство отложено на 07.10.2024 для целей уточнения участниками настоящего спора своих процессуальных позиций с учетом выводов Арбитражного суда Уральского округа, изложенных в постановлении от 01.08.2024 по делу № А07-4322/2023 (учитывая, что вышеуказанное арбитражное дело № А07-4322/2023 имеет аналогичные субъектный состав и схожие с рассматриваемым делом обстоятельства). 

        Участники спора позицию не уточнили по спору.

        Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

        В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие лиц, участвующих в деле, их представителей.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ООО «Компания «Милли» зарегистрировано в качестве юридического лица 09.03.2011 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. Размер уставного капитала Общества составляет 10 000 руб. Участниками Общества являются ФИО5 (60% доли в уставном капитале) и ФИО2 (40% доли в уставном капитале). 

Приказом № 1 от 10.03.2011 директором Общества назначена ФИО1 (супруга ФИО2), соответствующие сведения внесены в ЕГРЮЛ. 

Протоколом общего собрания участников ООО «Компания Милли» №1 от 15.09.2020 полномочия единоличного исполнительного органа Общества - директора ФИО1 были прекращены. 

С 16.10.2020 лицом, имеющим право действовать от имени ООО «Компания Милли», является управляющая организация - ООО «Милли» (ГРН и дата внесения в ЕГРЮЛ записи, содержащей указанные сведения; 2200200950497 от 16.10.2020). Директором ООО «Милли» с 27.08.2021 является ФИО5 

В обоснование иска истец ссылается на то, что в период исполнения обязанностей директора общества ФИО1 в отсутствие каких-либо первичных учетных документов перечислила в период времени с 09.01.2019 по 30.12.2019 с расчетного счета ООО «Компания Милли» себе на лицевой счет в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк, а также на лицевой счет своего супруга ФИО2 в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк, денежные средства в общей сумме 8 174 544 руб., что не отвечает принципам добросовестности или разумности. ФИО1 после отстранения от исполнения обязанностей единоличного исполнительного органа общества никаких первичных учетных документов, подтверждающих обоснованность указанных перечислений на свой лицевой счет, новому исполнительному органу общества не передала, что подтверждается актом приема-передачи документов от 15.09.2020.

По мнению истца, изъятие оборотных средств со счета общества в указанной сумме повлекло прямое уменьшение находящихся в распоряжении организации денежных средств, то есть - возникновение у Общества убытков. Действия ФИО1 по перечислению с расчетного счета ООО «Компания Милли» на свой лицевой счет, а также на счет своего супруга ФИО2, денежных средств Общества в отсутствие на это правовых оснований не отвечают принципам добросовестности или разумности, в том числе, обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску, что является основанием для взыскания с ФИО1 убытков.

                Ответчик представил отзыв, в удовлетворении иска просил отказать, ссылаясь на то, что истцом не доказано, что действия директора действительно причинили убытки обществу. Об осведомленности перечисления денежных средств с расчетного счета ООО «Компания Милли» свидетельствует электронная переписка, которая заверена нотариусом ФИО7 В соответствии с протоколом осмотра доказательств от 23.10.2023 в период с 09.01.2019 по 30.12.2019 с электронной почты бухгалтера ФИО8, которая в спорный период (с 09.01.2019 по 30.12.2019) работала в ООО «Компания Милли», на почту ФИО9 ежедневно отправлялись выписки из лицевого счета ООО «Компания Милли» в Приволжском филиале ПАО «ПРОМСВЯЗЬБАНК» и из лицевого счета ООО «Компания Милли» в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк. Помимо этого, ФИО5 также был уведомлен через мобильный мессенджер Whats’s Арр. Согласно указанному, о перечислении 8 174 544 руб., которые вменяются ФИО1, участники знали заблаговременно.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик также заявил о пропуске истцом срока исковой давности в порядке статьи 199 ГК РФ. По утверждению ответчика, участники знали обо всех перечислениях в период с 09.01.2019 по 30.12.2023, но не предприняли никаких действий для того, чтобы прекратить полномочия директора. Исковые требования ООО «Компания Милли» заявлены спустя, более чем 3 года (первое перечисление 09.01.2019 + 3 года = 10.01.2022, последнее перечисление 30.12.2019 + 3 года = 31.12.2022, а исковое заявление подано 15.08.2023). Полномочия ФИО1 как единоличного исполнительного органа общества (директора) были прекращены решением общего собрания участников общества от 15.09.2020, с этого момента у истца отсутствовали какие-либо претензии к ответчику по вопросам передачи документации, наличию и полноте документации и материальных активов общества, как в процессе, так и после увольнения ответчика. Таким образом, по мнению ответчика, истцом не доказаны неправомерность действий/бездействия бывшего директора общества ФИО1, причинно-следственная связь между его действиями/бездействием и возникновением у общества ущерба, наличие и размер ущерба. При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения требований к ФИО1 не имеется.

Истец на доводы ответчика возразил, поясняя, что настоящие исковые требования предъявлены к ответчику, как к бывшему директору общества, в связи с причинением убытков в тот период, в котором ФИО1, исполняя обязанности единоличного исполнительного органа общества, в том числе, будучи ответственной за организацию бухгалтерского учета, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов совершила действия по расходованию денежных средств вопреки интересам общества. Наличие у ООО «Компания «Милли» убытков в заявленном размере напрямую связано с перечислением с расчетного счета ООО «Компания Милли» на лицевой счет ответчика ФИО1 в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк, а также на лицевой счет ФИО2 (супруг ответчика) в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк, денежных средств общества с назначением платежа «Зачисляется на картсчет ФИО1 (ИНН 

<

***>) под авансовый отчет на расходы предприятия», «Зачисляется на картсчет ФИО2 (ИНН 

<

***>) возврат подотчетных сумм за январь», «Зачисляется на картсчет ФИО2 (ИНН 

<

***>) возврат подотчетных сумм за февраль», «Выплата под отчет по реестру в соответствии с Договором 06021165 от 14.05.2018», в отсутствие каких-либо первичных учетных документов, подтверждающих расходование средств.

По мнению истца, в обоснование своих возражений ответчик не представил суду доказательств, подтверждающих целевое расходование указанных денежных средств, а также отсутствия своей вины в причинении обществу убытков. Материалы дела свидетельствуют о постоянном нарушении ответчиком кассовой дисциплины и неполучении обществом прибыли от своей деятельности. При названных обстоятельствах ФИО1, как руководитель общества, не может быть освобождена от ответственности за причиненные обществу убытки ввиду отсутствия у общества надлежащим образом оформленных документов, так как это обстоятельство возникло по причине неисполнения ею обязанностей по надлежащему ведению бухгалтерского учета общества и оформлению соответствующей документации. В отсутствие оправдательных доказательств, подтверждающих расходование подотчетных денежных средств на нужды общества, либо об их возврате в общество, сумма перечисленных с расчетного счета ООО «Компания Милли» на лицевые счета ответчика и ее супруга в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк в общей сумме 8 174 544 рубля, является убытками общества в связи с неправомерными действиями ответчика, и подлежит взысканию в полном объеме.

Довод ответчика о пропуске срока исковой давности истец считает несостоятельным, поскольку, являясь единоличным исполнительным органом, ответчик не мог не знать о необходимости соблюдения норм действующего законодательства о бухгалтерском учете и требований финансовой дисциплины об обязательном предоставлении авансовых отчетов по всем операциям на выданные в подотчет денежные средства с приложением оправдательных документов, ссылка в заявлении о применении последствий пропуска исковой давности, поскольку, как считает ответчик, ФИО5 и ФИО3 были уведомлены об операциях по счету – в рамках настоящего спора правового значения не имеет. 

Третье лицо исковые требования не признает, просит применить срок исковой давности.

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из доказанности совокупности условий для привлечения к ответственности в виде возмещения убытков, отклонив доводы о пропуске срока исковой давности.

Апелляционный суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктами 1 - 3 статьей 53.1 ГК РФ ответственность за убытки, причиненные обществу виновными действиями, несут перед обществом: лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени; члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании; лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 данной статьи. 

В силу пункта 3 статьи 53 ГК РФ и пунктов 1, 2 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. 

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков лицо, требующее возмещения убытков, обязано доказать факт совершения ответчиком противоправных действий, причинения ему вреда, размер убытков и наличие причинной связи между противоправными действиями ответчика и возникшими убытками. Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62). 

Согласно разъяснениям, данным в пункте 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения отакой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). 

По общему правилу, право требовать убытков в связи с тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, принадлежит юридическому лицу или его участникам.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 1, 6 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, истец, обращающийся за возмещением убытков, должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора. 

В силу п. 3 ч. 2 ст. 67.1 ГК РФ распределение прибыли и убытков общества относится к исключительной компетенции общего собрания участников хозяйственного общества. 

В рамках настоящего дела истцом заявлены в качестве убытков расходование денежных средств со счета общества бывшим директором общества ФИО1 в период с 09.01.2019 по 30.12.2019 на свой лицевой счет и на лицевой счет своего супруга ФИО2 денежные средства в общей сумме 8 174 544 руб. в отсутствие первичных документов и каких-либо правовых оснований. 

Факт перечисления ответчиком ФИО1 денежных средств общества на лицевой счет своего супруга ФИО2 с назначением платежа «Зачисляется на картсчет ФИО1 (ИНН 

<

***>) под авансовый отчет на расходы предприятия», «Зачисляется на картсчет ФИО2 (ИНН 

<

***>) возврат подотчетных сумм за январь», «Зачисляется на картсчет ФИО2 (ИНН 

<

***>) возврат подотчетных сумм за февраль», «Выплата под отчет по реестру в соответствии с Договором 06021165 от 14.05.2018» в общей сумме 8 174 544 руб. подтвержден платежными поручениями. 

Ответчиком факт перечисления денежных средств не оспаривается, возражения сводятся к тому, что денежные средства перечислены с учетом осведомленности всех участников. 

По мнению ответчика, имеет место правомерность расходования спорных денежных средств по согласованию со всеми собственниками бизнеса и под их контролем в соответствии с принятой в обществе системой корпоративного управления и контроля. По утверждению ответчика, фактически бизнес велся супругами ФИО5 (участник с долей в 35%), ФИО3 (участник с долей в 35%) (семья Кумпан, 70%) и супругами ФИО2 (участник с долей в 30%), ФИО1 (бывший директор общества, с 10.03.2011 по 15.09.2020) (семья ФИО10, 30%).

В подтверждение своей позиции ответчиком представлен протокол осмотра доказательств от 23.10.2023. Ответчик также ссылается на то, что на почту ФИО9 ежедневно отправлялись выписки из лицевого счета ООО «Компания Милли» в Приволжском филиале ПАО «ПРОМСВЯЗЬБАНК» и из лицевого счета ООО «Компания Милли» в Башкирском отделении № 8598 ПАО Сбербанк. Помимо этого, ФИО5 также был уведомлен через мобильный мессенджер Whats’s Арр. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. 

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о бухгалтерском учете каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. 

Выдача денег под отчет является законным способом финансирования расходов физического лица, действующего в интересах хозяйствующего субъекта, работником либо учредителем которого оно является и на которое возлагается обязанность предоставить документы, подтверждающие легитимность произведенных затрат в соответствии с порядком, определенным в абзаце втором пункта 6.3 Указания Центрального банка РФ от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства». 

Порядок составления и сдачи авансового отчета установлен названным Указанием Банка России от 11.03.2014 № 3210-У.

В соответствии с абз. 2 пункта 6.3 Указания № 3210-У авансовый отчет должно заполнить и сдать в бухгалтерию подотчетное лицо, которому наличные денежные средства ранее были выданы под отчет. Срок для представления отчета по израсходованным суммам установлен в 3 рабочих дня, при этом предусмотрен прямой запрет, на выдачу новых сумм подотчетному лицу, если оно не предоставило авансовый отчет, по ранее выданным денежным средствам (абз. 3 пункта 6.3 Указания № 3210-У). 

Таким образом, директор общества ФИО1 была обязана обеспечить как ведение надлежащим образом бухгалтерского учета, так и хранение первичных бухгалтерских документов.

Добросовестный руководитель общества при оставлении своей должности предпримет все необходимые и разумные старания с целью исключить в дальнейшем любые материальные притязания к нему в отношении израсходованных средств, в том числе путем передачи соответствующих документов и оформления факта передачи соответствующими актами приема-передачи. Недобросовестное отношение, как к оформлению бухгалтерской отчетности, так и к судьбе оправдательных документов являются рисками недобросовестного руководителя.

Вместе с тем, документы, подтверждающие расходование денежных средств, перечисленных обществом на счет ФИО1 и ее супруга ФИО2 на нужды общества, в материалы дела не представлены.

Однако, возражая по иску, ответчик указывает, что авансовые отчеты составлялись в установленном порядке и не могут быть представлены ввиду отсутствия доступа к документации общества, которая велась по месту нахождения общества и была передана при прекращении ее полномочий. 

Следовательно, ответчик лишен возможности доказать те обстоятельства, на которые он ссылается, а истец не заинтересован в раскрытии перед судом данных документов в силу его процессуальной позиции по иску.

С учетом изложенного, оснований для критического отношения к доводам о невозможности представить оправдательные документы ввиду их оставления по месту нахождения общества и отсутствия доступа, у суда первой инстанции не имелось. 

При прекращении полномочий единоличного исполнительного органа ФИО1 действительно составлен двусторонний акт приема-передачи документов Общества от 15.09.2020, из которого действительно не следует, что в составе передаваемой документации передавались первичные бухгалтерские документы, подтверждающие обоснованность указанных перечислений на лицевой счет. 

Однако отсутствие в акте сведений о передаче первичных бухгалтерских документов, подтверждающих обоснованность указанных перечислений на лицевой счет, не свидетельствует о том, что таковые не передавались. 

Более того, как следует из пояснений ответчика, основанных, в том числе на переписке и протоколах собрания участников Общества, в 2020 году семья ФИО10 приняла решение выйти из бизнеса, получив соответствующую стоимость своей доли, равной 30%, то есть денежное возмещение, ввиду чего ФИО1 и прекратила свои полномочия в качестве директора 15.09.2020, однако согласия по размеру подлежащей выплаты участники не достигли (что, в свою очередь, и положило начало корпоративному конфликту и череде судебных споров). 

По утверждению ответчика, вся имеющаяся у общества документация, в том числе и подтверждение обоснованности расходования на нужды общества, была передана ею при прекращении полномочий директора, каких-либо претензий о неполноте переданной документации, в том числе об отсутствии документации по расходованию – семьей Кумпан не предъявлялось, однако после возникновения разногласий с семьей Кумпан о размере выплаты подлежащей семье ФИО10 были инициированы многочисленные судебные споры. Ответчик указывает, что после начала конфликта семья Кумпан закрыла доступ семье ФИО10 к документации общества «Компания «Милли» (№ А07- 20337/2021, А07-10797/2023, А07-6885/2024).

Пояснения ответчика о причинах и истории развития корпоративного конфликта представляются достаточно резонными, с учетом того, что до возникновения первых вопросов о размере полагающейся семье ФИО10 доле, выраженной в денежном эквиваленте, каких-либо претензий к ФИО1, как к руководителю Общества, не предъявлялось, каких-либо судебных споров между участниками Общества (между участником и директором) до 2021 года – не имелось. При передаче документации (15.09.2020) в отсутствие каких-либо разногласий и при уверенности ответчика в том, что в ближайшее время произойдет бесконфликтное «разделение бизнеса» посредством выплаты семье ФИО10 денежных средств – был составлен Акт приема-передачи документов Общества, содержащий общие сведения об объеме и названиях переданных документов. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно. 

Таким образом, законодательство не содержит конкретных указаний в отношении порядка передачи документов бывшим руководителем общества и не устанавливает императивного требования к форме, в которой происходит такая передача. При отсутствии (на момент сложения полномочий директора) конфликта между участниками и директором и при отсутствии каких-либо претензий и вопросов к работе директора, с учетом, как правило, хранения документов по месту нахождения общества (то есть оставления их уходящим директором во владении общества), ведущего активную хозяйственную деятельность, - передача документации путем составления акта приема-передачи с поименным перечислением каждого документа обычно не происходит, так как не соответствуют характеру деятельности хозяйственного общества, имманентно предполагающего многочисленность документов, объем которых не позволяет провести их индивидуальную передачу.

Выводы суда первой инстанции о том, что отсутствуют доказательства того, что общество удерживает первичную бухгалтерскую документацию, в том числе оправдательные документы расходования ФИО1 денежных средств и отказывает в доступе к данным бухгалтерского учета, не соответствуют фактическим обстоятельствам, учитывая, что между сторонами имеются многочисленные споры по факту не передачи документации (дела № А07- 20337/2021, А07-10797/2023, А07-6885/2024).

Ссылка ответчика на то, что участники общества были осведомлены о всех обстоятельствах расходования и перечисления денежных средств, о чем свидетельствует электронная переписка и переписка в интернет-мессенджере WhatsApp, судом первой инстанции отклонена неправомерно. 

Доказательства в виде переписки посредством электронной почты ив интернет-мессенджере WhatsApp (мобильного приложения для обмена сообщениями и аудио- и видеофайлами) могут быть признаны судом в качестве допустимого письменного доказательства в случаях и в порядке, предусмотренных законом и в любом случае должны содержать обязательный признак: отправитель и получатель должны идентифицироваться. 

Вместе с тем, истец содержание переписки фактически не оспорил, доказательств того, что переписка имела иное содержание, не представил. Следовательно, представленная отвечающей стороной переписка обладает признаками относимости, допустимости и достоверности и не может быть расценена в качестве ненадлежащего доказательства по настоящему делу в силу статей 64, 67, 68, 71 АПК РФ.

Также ответчик в своей позиции ссылался на то, что аналогичные платежи, по утверждению ответчика, были совершены и в адрес ФИО5, и в адрес ФИО3 Ответчик указывает, что это обычная для их бизнеса практика, при этом, все платежи и основания расходования были известны и ясны четырем бенефициарам компании, то есть обеим семьям. Данные пояснения не оспорены и не опровергнуты (статьи 9, 65, 70 АПК РФ.

Возражая по иску, ответчица заявила о пропуске срока исковой давности. 

Общий срок исковой давности составляет три года (п. 1 ст. 196 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62, участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ). Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица. В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором. 

Таким образом, по общему правилу, при предъявлении требования о возмещении убытков самим юридическим лицом срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В рассматриваемом случае ФИО1 осуществляла функции единоличного исполнительного органа (директора) ООО «Компания «Милли» в период с 09.03.2011 до 15.09.2020 - даты прекращения полномочий решением общего собрания участников общества по заявлению ФИО1

16.10.2020 в ЕГРЮЛ внесена запись о том, что лицом имеющем право без доверенности действовать от имени ООО «Компания «Милли» является управляющая организация ООО «Милли». Согласно сведениям, содержащимся в выписке из ЕГРЮЛ, руководителем ООО «Милли» (контролирующего должника лица) с 27.08.2021 является ФИО5. 

Вместе с тем, по утверждению ответчика, лицом, имеющим официальный статус руководителя ФИО1, осуществлялось оперативное управление хозяйственной деятельностью общества «Компания «Милли», в то время как основное общее управление бизнесом и контроль за всеми расходами (что означает не только осведомленность о совершенных в 2019 г. платежах, но и проверку обоснованности таких платежей) осуществлялось семьей Кумпан.

Ответчик обращал внимание суда на то, что любое распоряжение, расходование денежных средств и проверка произведенных расходов осуществляется всеми участниками Общества (в подтверждение были представлены переписка посредством электронной почты и в мессенджере WhatsApp, подкрепленная протоколом осмотра доказательств).

Построение бизнеса в обществе «Компания «Милли» имело свои особенности, которые заключались в том, что обе семьи (и Кумпан, и ФИО10) имели полную информацию не только о факте перечисления денежных средств (в том числе спорных), но и имели до сентября 2020 года полный доступ ко всей информации и первичной документации (подтверждающей цели, основания и обоснованность расходования денежных средств Общества), что, в свою очередь, свидетельствует о том, что истцы знали не только о совершении платежей, но и о целях расходования денежных средств, были согласны с ними. 

Соответственно, в настоящем споре формальное исчисление сроков исковой давности только с момента официальной смены руководителя (15.09.2020) не может быть применено. 

Вопреки утверждению суда первой инстанции, ФИО5 получил доступ к первичным документам ООО «Компания «Милли» не с 27.08.2021, став руководителем ООО «Милли», осуществляющей функции управляющей организации общества «Компания «Милли», а имел возможность анализировать документацию непосредственно в период направления отчетов. ФИО5 мог проверить обоснованность перечисления денежных средств в пользу ФИО2 и проанализировать всю бухгалтерскую документацию общества. 

Апелляционный суд предоставил возможность сторонам уточнить свою позицию по спору с учетом выводов, сделанных судом кассационной инстанции в рамках дела А07-4322/2023. Однако позиция не уточнялась, в связи с чем, участники процесса самостоятельно несут риск наступления неблагоприятных последствий (статьи 9, 65 АПК РФ).

        При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции не имелось оснований для удовлетворения иска, поскольку совокупность условий для привлечения к ответственности не доказана, а срок давности предъявления иска пропущен.

        Решение подлежит отмене, жалоба – удовлетворению (подпункты 2 и 3 пункта 1 статьи 270 АПК РФ).

        Расходы по уплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе в силу статьи 110 АПК РФ 

Руководствуясь статьями 176, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.05.2024 по делу № А07-26853/2023 отменить, апелляционную жалобу ФИО1 - удовлетворить.

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Компания Милли» о взыскании убытков с ФИО1 отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Компания Милли» в пользу ФИО1 3 000 (три тысячи) руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                                           Л.В. Забутырина 

Судьи                                                                         Ю.А. Журавлев

                                                                                             С.В. Матвеева