ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

11АП-20445/2023

Дело № А49-10511/2020

г. Самара

22 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 апреля 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 22 апреля 2024 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Львова Я.А.,

судей Гадеевой Л.Р., Машьяновой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Цветиковым П.А.

с участием:

От ФИО1  до и после  перерыва – ФИО2, доверенность от 24.05.2023 года, онлайн.

От ФИО3 до и после  перерыва – ФИО4, доверенность от 15.09.2022 года, онлайн.

Конкурсный управляющий ФИО5 – лично, онлайн, после перерыва не явилась.

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 03-15 апреля 2024 года в помещении суда в зале № 2, апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Пензенской области от 22 ноября 2023 года по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности в рамках дела №А49-10511/2020 о несостоятельности (банкротстве) «НИКА» 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 16 июня 2021 года завершена процедура наблюдения в отношении ООО «НИКА» с 16 июня 2021 года, ООО «НИКА» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО6. 

15 февраля 2022 года конкурсный управляющий ФИО6 обратился с заявлением, в котором просил с учетом принятых судом  уточнений признать недействительными договоры, заключенные между ООО «Ника» (Цедент) и ФИО7 (Цессионарий): 

- договор уступки права требования от 10.10.2017 года, согласно которому цедент уступил цессионарию право требования с ОАО «Пензастрой» однокомнатной квартиры №192 проектной площадью с учётом ? площади холодных помещений – 90,37 кв.м., в том числе: общей площадью без учёта площади холодных помещений – 87,74 кв.м., жилой площадью – 54,46 кв.м., лоджии площадью – 5,26 кв.м., находящейся на пятом этаже блок-секция 4 многоквартирного жилого дома № 2 со встроенно-пристроенными нежилыми помещениями, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 58:29:4004017:129 по адресу: Пензенская область, г. Пенза, Ленинский район, ул.Ключевая, 99; 

- договор цессии (уступки права требования) от  25.08.2017, по условиям которого цедент уступил цессионарию право требования с ОАО «Пензастрой» двухкомнатной квартиры No 223, проектной общей площадью с учетом ? площади холодных помещений 72,75 кв.м, находящейся на двенадцатом этаже блок-секции 4 многоквартирного жилого дома No 2 со встроенно-пристроенными нежилыми помещениями, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 58:29:4004017:129 по адресу: Пензенская область, г. Пенза, Ленинский район, ул. Ключевая, 99;

- договор уступки права требования от 30.06. 2017 года, согласно которому цедент уступил цессионарию право требования с ОАО «Пензастрой» двухкомнатной квартиры No 345 проектной площадью с учётом ? площади холодных помещений – 73,48 кв.м., в том числе: общей площадью без учёта площади холодных помещений – 71,22 кв.м., жилой площадью – 40,16 кв.м., лоджии площадью – 4,53 кв.м., находящейся на четырнадцатом этаже блок-секция 6 многоквартирного жилого дома № 2 со встроенно-пристроенными нежилыми помещениями, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 58:29:4004017:129 по адресу: Пензенская область, г. Пенза, Ленинский район, ул. Ключевая, 99;

- договор уступки права требования от 05.08. 2017 года, согласно которому цедент уступил цессионарию право требования с ОАО «Пензастрой» однокомнатной квартиры No 225 проектной площадью с учётом ? площади холодных помещений – 45,76 кв.м., в том числе: общей площадью без учёта площади холодных помещений – 43,5 кв.м., жилой площадью – 18,37 кв.м., лоджии площадью – 4,52 кв.м., находящейся на тринадцатом  этаже блок-секция 4 многоквартирного жилого дома № 2 со встроенно-пристроенными нежилыми помещениями, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 58:29:4004017:129 по адресу: Пензенская область, г. Пенза, Ленинский район, ул. Ключевая, 99;

2. Признать недействительными договор купли продажи № 02/15 от 15.02.2018 года, заключенный между ООО «Ника» (Продавец) и ФИО3 (Покупатель), согласно условиям которого, Продавец продает, а Покупатель приобретает недвижимое имущество: объект незавершенного строительства, степень готовности 11%, проектируемое назначение: многоквартирный дом, наименование объекта: 5-ти секционный 7-ми этажный жилой дом, строение № 12 в микрорайоне  «Лукоморье 1» в селе Засечное Пензенского района Пензенской области проектируемая площадь  10270,7 кв.м, кадастровый номер 58:24:03811402:898;

3. Признать недействительным соглашение о взаимозачете от 15.02.2018 года, заключенное между ООО «Ника» (Продавец)  и ФИО3 (Покупатель).

4. Применить последствия недействительности сделки с учетом уточнений в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ взыскав с ФИО3 в конкурсную массу 37 088 380 рублей.

Определением суда от 03.08.2023 г. выделено в отдельное производство  требование конкурного управляющего ООО «Ника» о признании недействительной сделки по отчуждению объекта незавершенного  строительства, оформленного договорами займа от 04.09.2017 г., 26.09.2017 г., 04.10.2017 г., 12.10.2017 г., 02.11.2017 г., 30.11.2017 г., договором купли-продажи №02/15 от 15.02.2018 г., соглашением о взаимозачете от 15.02.2018 г., судебное заседание по его рассмотрению отложено на 21 августа 2023 года, а затем на 11.10.2023 г., 13.11.2023 г. и 22.11.2023 года.

Определением суда от 13.11.2023 г. к участию в деле в качестве третьего лица привлечена ФИО8  – приобретатель спорного имущества. 

Определением от 22 ноября 2023 года заявление конкурсного управляющего ФИО5 о признании недействительной единой сделки по отчуждению объекта незавершенного  строительства, оформленной договорами займа от 04.09.2017 г., 26.09.2017 г., 04.10.2017 г., 12.10.2017 г., 02.11.2017 г., 30.11.2017 г., договором купли-продажи №02/15 от 15.02.2018 г., соглашением о взаимозачете от 15.02.2018 г., заключенных между ООО «Ника» и ФИО3, и о применении последствий их недействительности по делу о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «НИКА» оставлено без удовлетворения.

Определением от 03.04.2023 г. ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей конкурного управляющего ООО «Ника». Определением суда от 19.06.2023 конкурсным управляющим ООО «Ника» утверждена ФИО5 

ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Пензенской области от 22 ноября 2023 года в рамках дела № А49-10511/2020.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 декабря 2023 года апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 января 2024 года  рассмотрение апелляционной жалобы отложено.

От ФИО3 поступили дополнения к отзыву на апелляционную жалобу.

От ФИО1 поступило ходатайство о приобщении копии постановления Ленинского районного суда г. Пензы от 03.12.2021.

В судебном заседании 04 марта 2024 г. объявлен перерыв до 13 марта 2024 года, что отражено в протоколе судебного заседания и на официальном сайте арбитражных судов в сети Интернет по адресу: https://kad.arbitr.ru/.

Представителем ФИО1 заявлено ходатайство о приобщении копии постановления Ленинского районного суда г. Пензы от 03.12.2021, письменных пояснений.

Суд, на основании ст.266 АПК РФ, приобщил дополнения к отзыву на апелляционную жалобу, письменные пояснения к материалам дела, отказал в приобщении копии постановления Ленинского районного суда г. Пензы от 03.12.2021 (т.3, л.д.197-207), поскольку выводы, содержащиеся в указанном судебном акте, не имеют непосредственного отношения к предмету спора; относятся к иным лицам, не являющимся участниками настоящего спора.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13 марта 2024 года рассмотрение  апелляционной жалобы отложено. 

Определением от 03.04.2024 в составе суда произведена замена судьи Гольдштейна Д.К. на судью Гадееву Л.Р. 

В судебном заседании 03 апреля 2024 года объявлен перерыв до 15 апреля 2024 года, что отражено в протоколе судебного заседания и на официальном сайте арбитражных судов в сети Интернет по адресу: https://kad.arbitr.ru/.

Судом приобщены дополнительные письменные объяснения и документы, представленные сторонами 31.03.2024 и 02.04.2024.  

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда.

Как следует из материалов дела, при вынесении обжалуемого определения суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств. 

15 февраля 2018 года между ООО «Ника» и ФИО3 подписан договор купли-продажи, в соответствии с которым продавец передал в собственность, а покупатель принял и обязался оплатить следующее объект незавершенного строительства, степень готовности 11 %, проектируемое назначение: многоквартирный дом, наименование объекта:  5-ти секционный 7-ми этажный жилой дом, строение № 12 в микрорайоне  «Лукоморье 1» в селе Засечное Пензенского района Пензенской области проектируемая площадь  10270,7 кв.м, кадастровый номер 58:24:03811402:898.

В соответствии с п. 2.1 договора цена объекта незавершенного строительства составляет 25 000 000 рублей, которая должна быть произведена в течение 30 дней с момента заключения договора путем передачи денежных средств.  

По акту приема-передачи от 15.02.2018 г. продавец передал покупателю предусмотренный договором объект незавершенного строительства. 

Регистрация права собственности произведена в предусмотренном законом порядке.  

В соответствии с соглашением о взаимозачете от 15.02.2018 г. между ООО «Ника» и ФИО3 стороны произвели зачет встречных однородных требований в размере 25 000 000 рублей. 

Согласно условиям данного соглашения признаны погашенными обязательства ФИО3 перед ООО «Ника» по договору купли-продажи №02/15 объекта незавершенного строительства от 15.02.2018 г., а также признаны частично погашенными обязательства ООО «Ника» перед ФИО3 по договорам займа от 04.09.2017 г., 26.09.2017 г., 04.10.2017 г., 12.10.2017 г., 02.11.2017 г., 30.11.2017 г.   

В последующем спорное имущество на основании договора купли-продажи от 15.02.2019 отчуждено ФИО3 следующему покупателю ФИО8  

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с настоящим заявлением, полагал, что совершенная сделка по отчуждению имущества должника является недействительной в силу ст. 61.2 ч.2 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ, поскольку совершена между аффилированными лицами, при наличии признаков неплатежеспособности должника, в отсутствии доказательств равноценного встречного предоставления, в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов. 

Проверяя наличие оснований для признания сделки недействительной, суд исходил из того, что на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии следующих условий, составляющих опровержимые презумпции:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В пункте 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Согласно абзацам 33 и 34 ст. 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на недействительность сделки, указывал на аффилированность участников рассматриваемых правоотношений. 

Вместе с тем, надлежащие доказательства такой аффилированности в материалы дела не представлены.

Указанный довод являлся предметом рассмотрения иного обособленного  спора, инициированного конкурсным управляющим, и опровергнут вступившим в законную силу определением от 03.08.2023  по спору о признании недействительными договоров уступки прав требований, заключенных между ООО «Ника» (Цедент) и ФИО7 (Цессионарий), которым констатировано, что факт аффилированности должника и ответчика надлежащими доказательствами конкурсным управляющим не подтвержден.

Конкурсный управляющий указал, что в период совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности, сославшись на бухгалтерскую отчетность за 2017 г. 

Вместе с тем суд пришел к выводу, что надлежащие доказательства наличия признака неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника отсутствуют.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абз. 33 и 34 ст. 2 Закона о банкротстве.

Согласно абз. 33 ст. 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В соответствии с абз. 34 ст. 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Судом установлено, что задолженность перед кредитором Киселевским, требования которого включены в реестр требований кредиторов должника, образовалась из неисполнения договора, заключенного 01.07.2018 г., и установлена решением суда от 08.08.2019.  

Задолженность перед кредитором МУП «Пензадормост» образовалась по обязательствам от 07.06.2018  и подтверждена решением суда от 21.04.2020.

Задолженность перед кредитором УМИ г. Пензы образовалась за период с 01.06.2018 г. (момента перехода права собственности на объект недвижимости к должнику).  

Задолженность перед уполномоченным органом включена в реестр требований кредиторов по требованию, датированному  ноябрем 2018 года.    

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 N 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

При определении признаков банкротства Закон о банкротстве использует не критерий достаточности имущества, а критерий платежеспособности, поэтому для утверждения о том, что должник являлся неплатежеспособным, необходимо установить его фактическое финансовое состояние, а именно отсутствие доходности, неспособность исполнять свои обязательства перед кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей.

Суд исходил из отсутствия доказательств того, что должник на 15.02.2018 г. не осуществлял финансово-хозяйственную деятельность, не производил уплату обязательных и иных платежей, то есть  прекратил расчеты со своими контрагентами. 

Ухудшение финансового состояния хозяйствующего субъекта, на которое ссылается конкурсный управляющий, не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом.

При этом само по себе неисполнение должником обязательств перед конкретным кредитором в любом случае не является достаточным доказательством наличия у него признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Конкурсный управляющий в качестве основания признания договора купли-продажи от 15.02.2018 недействительным ссылался на отсутствие доказательств оплаты по нему со стороны покупателя.

В опровержение указанного довода заинтересованное лицо в качестве  доказательств оплаты по договору сослалось на заключенное в тот же день соглашение о взаимозачете, из которого усматривается, что ранее 04.09.2017 г., 26.09.2017 г., 04.10.2017 г., 12.10.2017 г., 02.11.2017 г., 30.11.2017 г. между должником и ФИО3 заключались договоры процентного займа на общую сумму 29 500 000 руб. 

Конкурсный управляющий полагал указанные договоры займа безденежными.

Арбитражный суд, рассматривая настоящий обособленный спор, проверил финансовую возможность ФИО3 выдать займы в вышеуказанном размере.

 Так, в качестве доказательств наличия денежных средств в размере, переданных должнику, заинтересованное лицо предоставило  оригиналы расписок о передаче ФИО9 ФИО3 5 000 000 рублей под 8% годовых, ФИО10 6 000 000 рублей под 8% годовых, ФИО11 3 000 000 рублей под 8% годовых, ФИО12 5 000 000 рублей под 8% годовых, ФИО13 3 500 000 рублей под 8% годовых, ФИО14 5 000 000 рублей под 8% годовых, которые ФИО3 обязался возвратить в течение одного года либо произвести зачет жилыми помещениями.       

Допрошенный в качестве свидетеля по ходатайству заинтересованного лица ФИО14 сообщил суду, что денежные средства в указанном в расписке размере передавались ФИО3 От указанной передачи займодавец рассчитывал получить проценты, либо, в случае невозврата долга, жилые помещения. 

В качестве иных доказательств фактического наличия денежных средств в переданном размере заинтересованным лицом представлены сведения о работе ФИО3 в ООО «Газводприбор+» с ежегодным доходом более 1 000 000 рублей, договоры о сдаче в аренду нежилого помещения и транспортного средства с годовым доходом около 4 000 000 рублей в год, договор беспроцентного займа  с оплатой процентов 576 000 рублей в год, договоры купли-продажи недвижимого имущества (квартиры, земельного участка). Также заинтересованное лицо сослалось на лично накопленные денежные средства за предыдущие периоды. 

  Арбитражный суд, исследовав вышеуказанные доказательства, пришел к выводу о том, что заинтересованным лицом подтвержден факт наличия по состоянию на сентябрь-ноябрь 2017 г. финансовой возможности передать по оспариваемому договору сумму в размере 29 500 000  руб. Указанные доводы лицами, участвующими в деле, надлежащим образом не опровергнуты. 

Доводы заявителя об отсутствии представленных ФИО3  доказательств поступления денежных средств в размере 29 500 000 рублей в распоряжение должника, судом отклоняются, поскольку за дальнейшие действия должника, в том числе за действия с переданными представителю должника денежными средствами,  последний ответственности не несет. 

В материалах дела имеются оригиналы квитанций к приходным кассовым на спорную сумму, имеющие оригинальную подпись бывшего руководителя ФИО15 о приеме денежных средств в кассу должника.   

То обстоятельство, что денежные средства не передавались директором должника в кассу и не вносились на расчетный счет должника, не опровергает факт передачи денежных средств ФИО3   

Согласно пункту 1 статьи 140 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) платежи на территории Российской Федерации осуществляются путем наличных и безналичных расчетов. В силу статьи 861 ГК РФ расчеты с участием граждан, не связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, могут производиться наличными деньгами без ограничения суммы или в безналичном порядке.

 Действовавшие в момент заключения спорной сделки Указания Банка России от 07.10.2013 № 3073-У «Об осуществлении наличных расчетов» в пункте 5 не содержали ограничений суммы наличных расчетов в валюте Российской Федерации между участниками наличных расчетов и физическими лицами. Для осуществления расчетов по договору лимит расчетов наличными денежными средствами не установлен. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 408 ГК РФ кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части. 

Возражая на указанные доводы, конкурсный управляющий пояснил, что денежные средства по оспариваемым займам не получены должником со ссылкой на выписку по расчетному счету должника, в которой отсутствуют сведения о поступлении денежных средств от ФИО3 на расчетный счет должника

Вместе с тем, ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несет руководитель организации, а отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего должника платежных документов, подтверждающих поступление денежных средств на расчетный счет или в кассу должника, само по себе не свидетельствует о недействительности сделки и не может вменяться в вину контрагентам по сделке. 

Также, само по себе отсутствие в материалах дела журнала регистрации приходных и расходных кассовых ордеров, кассовой книги, подтверждающей внесение денежных средств в кассу должника, а также данных в документах бухгалтерской и налоговой отчетности об оприходовании должником указанной суммы, не может являться единственным и достаточным доказательством подтверждения отсутствия оплаты по сделке. 

В своем письме от 15.02.2018 бывший руководитель ФИО15 подтвердил факт получения заемных денежных средств, произвел расчет начисленных, но неоплаченных процентов и в счет возврата долга просил рассмотреть вопрос о передаче займодавцу в собственность спорного недвижимого имущества.   

Из пояснений ФИО15, допрошенного в качестве свидетеля нотариусом ФИО16, и предупрежденного в порядке ст. 307 и 308 УК РФ об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, следует, что им, как руководителем ООО «Ника», подписывались договоры займа, заключенные с ФИО3 Им также выдавались и подписывались квитанции к приходным кассовым ордерам в подтверждение получения оплаты по договорам, произведенной ФИО3 Полученные денежные средства направлялись на текущую хозяйственную деятельность ООО «Ника».  

Таким образом факт неравноценности, и, как следствие, причинения вреда имущественным правам кредитором заявителем не доказан. 

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

В названных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1), от 29.01.2020 N 308-ЭС19-18779 (1,2)).

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10, 168 ГК РФ необходимо выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом. Фактически ссылка на заключение сделки по отчуждению имущества должника ответчику при наличии признаков злоупотребления правом позволяет обойти как ограничения на оспаривание сделок, установленные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в части трехлетнего периода подозрительности, так и правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника, является основанием для признания сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В данном случае оспариваемый договор купли-продажи совершен в трехлетний период до возбуждения дела о банкротстве, т.е в пределах периода подозрительности для признания сделок недействительными, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом конкурсным управляющим не доказано наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, и как следствие оснований для применения положений статей 10 и 168 ГК РФ.

Между должником и ответчиком заключен договор, оплата по которому произведена в полном объеме. Недобросовестность ни ответчика, ни самого должника также не доказана. Факт аффилированности надлежащими доказательствами конкурсным управляющим также не подтвержден.

В рассматриваемом случае фактически требования управляющего заключаются в признании недействительной прикрываемой сделки по отчуждению имущества должника в отсутствие равноценного встречного предоставления в целях причинения вреда правам кредиторов должника.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

При этом к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Такая сделка может быть признана недействительной по основаниям, как предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, так и по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В силу положений статьи 170 ГК РФ, разъяснений, содержащихся в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в пункте 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019, притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений и воли всех сторон. Согласно выводам, сформированным в судебной практике Верховного Суда РФ, характерной особенностью притворной сделки является то, что стороны имеют намерение создать иные реальные правовые последствия, нежели чем предусмотренные самой сделкой. Волеизъявление сторон притворной сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

По основанию притворности ничтожной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение иных правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Из существа притворной сделки следует, что стороны не собирались ее исполнить уже в самом совершении сделки. Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее заключения. Соответственно, сделка признается притворной, если заявитель доказал, что воля всех сторон сделки на момент ее совершения не была направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий, а имела целью достижение иного правового результата (постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 14.07.2021 по делу N А74-5805/2018).

В настоящем обособленном споре перечисленные выше признаки притворных сделок не усматриваются.

Оснований полагать, что оспариваемый договор совершен в целях прикрытия безвозмездного договора при наличии доказательств реальности заключенного договора и двухстороннего исполнения по нему у суда не имеется.  

Сам по себе факт отсутствия в бухгалтерском учете должника соответствующих сведений и первичных документов не свидетельствует о притворном характере как договора купли-продажи, так и исполнения по нему. 

Кроме этого, обстоятельства заключения оспариваемых сделок и их притворности были предметом рассмотрения в рамках дела №А49-10760/2016 и не нашли своего подтверждения, что отражено во вступившем в законную силу определении арбитражного суда Пензенской области от 26.12.2018.    

Таким образом, арбитражный суд пришел к выводу о том, что должником произведено отчуждение имущества при  равноценном встречном предоставлении, следовательно, заключение оспариваемого договора не  привело к уменьшению активов должника, и - в процедуре банкротства - к уменьшению конкурсной массы и ущемлению интересов кредиторов. 

Довод заинтересованного лица о необходимости применения к рассматриваемому спору срока исковой давности судом не принят.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Конкурсный управляющий указал, что срок исковой давности по оспариванию сделок, совершенных должником на день подачи заявления о признании сделки недействительной не истек, поскольку начал течь с 07.09.2021 г. - момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о самом факте совершения оспариваемых сделок, но и о том, что они являются недействительными, совершены в целях вывода активов должника, что причинило вред его кредиторам. 

В порядке главы III.I Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.I основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

 Вместе с тем, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Как следует из материалов дела, резолютивная часть решения о признании ООО «Ника» несостоятельным (банкротом) и утверждении ФИО6  конкурсным управляющим должника оглашена 16.06.2021 г. Трехдневный срок, в течение которого руководитель обязан был передать документацию конкурсному управляющему истек 19.06.2021.Таким образом, течение годичного срока исковой давности необходимо исчислять с указанной даты. С заявлением ФИО6  обратился 15.02.2022 года, т е. в пределах срока исковой давности.

В апелляционной жалобе кредитор ФИО1 выразил несогласие с выводами суда, указав на следующие обстоятельства. 

05.11.2020 Арбитражным судом Пензенской области возбуждено дело о банкротстве ООО «НИКА».

В течение трех лет до даты принятия заявления о признании ООО «НИКА» банкротом должником были совершены сделки купли-продажи и зачета, направленные на вывод дорогостоящего ликвидного имущества - объекта незавершенного строительства по стоимости 25 000 000 рублей. 

Спорные сделки совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На момент совершения оспариваемых сделок должник ООО «НИКА» уже обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, что подтверждается данным бухгалтерского учета за 2016 год. У должника отсутствовало ликвидное имущество и денежные средства, а кредиторская задолженность уже составляла 19660000 рублей.

По данным бухгалтерского учета за 2017 год у должника единственным ликвидным имуществом являлся указанный объект незавершенного строительства, проектируемое назначение: многоквартирный дом.

Более того, с 2018 года должник прекратил сдавать в налоговый орган бухгалтерскую и налоговую отчетность.

В результате совершения вышеуказанных сделок произошло безвозмездное выбытие имущества должника, которое могло быть включено в конкурсную массу и реализовано в целях проведения расчетов с кредиторами, что свидетельствует о причинении вреда кредиторам должника.

ФИО3 по мнению заявителя  не мог не знать о неплатежеспособности ООО «Ника», так как ранее в 2017 году уже заключил с должником договоры займа на общую сумму 29 500 000,00 рублей.

Оценивая доводы заявителя, суд апелляционной инстанции учитывал, что согласно бухгалтерскому балансу ООО «НИКА» на 31.12.2017 (баланс, предшествующий дате совершения сделки) стоимость имущества ООО «НИКА» составляла 101 198 000 руб. (т.1, л.д.57). 

Размер основных средств составлял по балансовой стоимости 21762000 руб. (т.1, л.д.54), при этом по состоянию на 31.12.2016 и 31.12.2015 годов основных средств у должника не имелось. 

Кроме того, в балансе должника также отражены запасы в размере 309000 руб.,  дебиторская задолженность на сумму 14914000 руб., финансовые вложения на сумму 17842000 руб., денежные средства в размере 46595000 руб. 

Спорный объект незавершенного строительства приобретен ООО «НИКА» по цене 25678770,55 руб. согласно договору купли-продажи от 13.12.2017, заключенному между ОАО «Пензастрой» и ООО «НИКА».

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 19.12.2018 по делу №А49-10760/2016 в рамках дела о банкротстве ОАО «Пензастрой» признаны недействительными сделки между ОАО «Пензастрой» и ООО «НИКА» - договор купли-продажи объекта незавершенного строительства от 13.12.2017 №12/13 и договор от 13.12.2017 уступки прав и обязанностей по договору аренды от 06.04.2007 №25 и применены последствия недействительности сделок. Определено взыскать с ООО «НИКА» в пользу ОАО «Пензастрой» 25 678 770 рублей 55 копеек.

15.02.2018 ООО «НИКА» продало указанный объект незавершенного строительства ФИО3, заключив договор купли-продажи № 02/15 от 15.02.2018 по цене 25 000 000.00 руб. 

Доводы о том, что сделка по продаже ФИО3 оспариваемого объекта незавершенного строительства являлась крупной для общества, и подлежала одобрению участниками общего собрания ООО «НИКА», подлежит признанию недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, отклонены. 

Кредитор указывал, что имущество было приобретено обществом "Ника" за 25 678 770,55 руб., что составляет более 25% балансовой стоимости активов должника на 2017 год.  

Вместе с тем сравнение должно производиться не со стоимостью приобретения имущества, а с балансовой стоимостью активов должника.  

Поскольку 101198000 руб. x 25% /100 составляет 25 299 500 руб., а цена сделки составляла 25000000 руб., она не превышает 25 процентов и для ее совершения не требовалось одобрения общим собранием участников общества ООО «НИКА».

Кроме того, поскольку размер основных средств составлял 21762000 руб., то доводы о совершении сделки по цене ниже балансовой за 25 000 000 руб. не соответствуют обстоятельствам дела.  

Бывший руководитель должника ФИО15 подтверждал факт того, что при регистрации всех сделок по продаже полученных от ОАО «Пензастрой» за выполненные подрядные работы объектов недвижимости, в органы Росреестра в соответствии с ФЗ от 08.02.1998 N 14-ФЗ (ред. от 13.06.2023) "Об обществах с ограниченной ответственностью" и ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" от 13.07.2015 N 218-ФЗ, направлялись справки с подтверждением того, что данная сделка не относится к числу крупных и не является сделкой с заинтересованностью. 

Указанная сделка в то же время составляет более 20 процентов от балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на 31.12.2017. 

Оценивая наличие оснований для признания сделки недействительной по п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, апелляционный суд исходил из следующего. 

При рассмотрении спора ответчиком указывалось на обстоятельства наличия у должника прав требований жилых помещений у АО "Пензастрой", а также иных активов, ведение обществом финансово-хозяйственной деятельности. 

В 2017-2018 гг. у общества "Ника" имелось право требования жилых помещений от застройщика (ОАО «Пензастрой») на следующие объекты недвижимости:

-   трехкомнатная квартира № 180, расположенная на втором этаже блок-секция 4 МЖД № 2 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года;

-   двухкомнатная квартира № 304, расположенная на шестом этаже блок-секция 6 МЖД № 2 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года;

-   двухкомнатная квартира № 345, расположенная на четырнадцатом этаже блок-секция 6 МЖД № 2 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года;

-   однокомнатная квартира № 281, расположенная на четырнадцатом этаже блок-секция 5 МЖД № 2 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года;

-   трехкомнатная квартира № 264, расположенная на десятом этаже блок-секция 5 МЖД № 2 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года;

-   однокомнатная квартира № 269, расположенная на одиннадцатом этаже блок-секция 5 МЖД № 2 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 год!

-   трехкомнатная квартира № 192, расположенная на пятом этаже блок-секция 4 МЖД № 2 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года;

-   трехкомнатная квартира № 256, расположенная на восьмом этаже блок-секция 5 МЖД № 2 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года;

-   трехкомнатная квартира № 268, расположенная на одиннадцатом этаже блок-секция 5 МЖД № 2 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года;

-   трехкомнатная квартира № 2, расположенная на первом этаже блок-секция 1 МЖД по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.09.2018 года;

- двухкомнатная квартира № 46, расположенная на первом этаже МЖД № 3 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора 30.03.2018 года;

- двухкомнатная квартира № 2, расположенная на первом этаже МЖД № 3 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.03.2018 года;

- однокомнатная квартира № 327, расположенная на десятом этаже МЖД № 2 блок-секция 6 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года;

- двухкомнатная квартира № 223, расположенная на двенадцатом этаже МЖД № 2 блок-секция 4 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года;

- однокомнатная квартира № 225, расположенная на тринадцатом этаже МЖД № 2 блок-секция 4 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора -30.12.2018 года;

- однокомнатная квартира № 316, расположенная на восьмом этаже МЖД № 2 блок-секция 6 по адресу: 

<

...>. Передача квартиры по условию договора - 30.12.2018 года. 

Общая стоимость соответствующих активов должника на рассматриваемый период времени составляет не менее 45 500 000 рублей, что составляло стоимость активов, исходя из себестоимости возведения передаваемых жилых объектов, так как должник выступал подрядчиком ОАО «Пензастрой» и впоследствии продавал квартиры по рыночной цене выше той, по которой он их получал от основного застройщика.

Кроме того, в спорный период времени должник владел правом аренды земельного участка с кадастровым номером 58:29:0000000:2753, площадью 9599 кв.м, расположенного по адресу г. Пенза, микрорайон №3 третьей очереди строительства жилого района Арбеково, разрешенное использование - многоуровневый наземный паркинг на 600 машиномест. Данный актив также оценен в ходе отдельного обособленного спора в сумму не менее 3 000 000 рублей.

На момент совершения оспариваемой сделки, ООО «Ника» вело активную хозяйственную деятельность, что подтверждается договором поставки продукции № 8 от 08.02.2018г. заключенного с ООО «ПК «РусГард» (ИНН 

<

***>). При этом, по состоянию на 30.06.2018 задолженность ООО «ПК «РусГард» перед ООО «Ника» составляла сумму 87 524 217,89 рублей. 

Должник также к конце 2018 года располагал и иными активами. 16 октября 2018 года между ООО «Ника» и ФИО17 заключен договор уступки права требования, по условиям которого (п.1.1) ООО «Ника» уступило ФИО17 право требования задолженности к ООО «Инжстройпроект» на сумму 4 763 726 рублей 60 копеек, взысканной решением Арбитражного суда Пензенской области по делу №А49- 7115/2017 по иску ООО «Ника» к ООО «Инжсройпроект». В последующем, на основании соглашения о взаимозачете от 16 октября 2018 года ООО «Ника» и ФИО17 (предшественник ФИО1) произвели зачет встречных требований на сумму своих обязательств в размере 2 381 863 рубля 30 копеек. Определением Арбитражного суда Пензенской области от 07 декабря 2018 года произведена замена взыскателя по делу №А49-7115/2017 ООО «Ника» на его правопреемника ФИО17» (определение Арбитражного суда Пензенской области от 16.12.2020г. по делу№ А49-10511/2020).

Таким образом, после совершения сделки ООО «Ника» осуществляло деятельность и, в частности, спустя полгода после заключения спорной сделки заключало аналогичные соглашения о зачете требований с ФИО17, а спорный объект не являлся существенным активом, отчуждение которого привело к фактическому прекращению деятельности должника. 

Из материалов дела следует, что у должника в структуре активов не имелось основных средств по состоянию на 31.12.2016 и 31.12.2015. 

Спорное имущество передано ООО «НИКА» вследствие заключения с ОАО «Пензастрой» договора купли-продажи объекта незавершенного строительства от 13.12.2017. ООО «НИКА» владело указанным объектом недвижимости непродолжительное время и уже 15.02.2018 реализовало его ФИО3 

Определением от 26.12.2018  по делу № А49-10760/2016 установлены следующие обстоятельства. 

В рамках дела о банкротстве ОАО «Пензастрой» оспаривались сделки по отчуждению объекта незавершенного строительства 5-ти секционного 7-ми этажного жилого дома, строение 12 в микрорайоне "Лукоморье" с кадастровым номером 58:24:0381402:898 по адресу: Пензенская область, Пензенский район, с. Засечное, совершенные 15.02.2018 между ООО "Ника" и ФИО3, а также первоначально заключенный между ОАО "Пензастрой" и ООО "Ника" договор купли-продажи от 13.12.2017 данного объекта незавершенного строительства; договор от 15.02.2018 уступки прав и обязанностей по договору аренды № 25 от 06.04.2007, заключенный между ООО "Ника" и ФИО3, а также первоначально заключенный 13.12.2017 между ОАО "Пензастрой" и ООО "Ника" договор уступки прав и обязанностей по договору от 06.04.2007 №25; заявитель также просил применить последствия недействительности сделки, обязав ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника объект незавершенного строительства - 5-ти секционный 7-ми этажный жилой дом, строение 12 в микрорайоне "Лукоморье" с кадастровым номером 58:24:0381402:898 по адресу: Пензенская область, Пензенский район, с. Засечное, а также права аренды земельного участка общей площадью 10341 кв.м. с кадастровым номером 58:24:0381402:481, категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для жилищного строительства, расположенного по адресу: 

<

...>.

15.02.2018 между ООО "Ника" и ФИО3 заключен договор купли-продажи №02/15 объекта незавершенного строительства, по условиям которого продавец ООО "Ника" обязался передать в собственность покупателя ФИО3 следующее недвижимое имущество: объект незавершенного строительства, степень готовности 11%, проектируемое назначение: многоквартирный дом; наименование объекта: 5-ти секционный 7-этажный жилой дом, строение №12 в микрорайоне «Лукоморье-1» в с.Засечное Пензенского района Пензенской области; проектируемая площадь: 10270,7 кв.м., адрес: Пензенская область, Пензенский район, с.Засечное, кадастровый (или условный) номер 58:24:0381402:898. 

Согласно п.2.1. договора цена объекта незавершенного строительства установлена по соглашению сторон в размере 25 000 000 руб. и в соответствии с п.2.3. договора оплата производится в течение 30 дней с момента заключения договора путем передачи денежных средств на сумму 25 000 000 руб. Обязательство покупателя считается исполненным в момент получения денежных средств. 

По акту приема-передачи от 15.02.2018 продавец передал покупателю предусмотренный договором объект незавершенного строительства. 

15.02.2018 между ООО "Ника" и ФИО3 заключен договор уступки прав и обязанностей по договору аренды №25 от 06.04.2007 (т.2 л.д.78-31), по условиям которого арендатор ООО "Ника" передает новому арендатору ФИО3 свои права и обязанности по договору №25 8 аренды земель поселений от 06.04.2007, заключенному с Администрацией Пензенского района Пензенской области в части следующего земельного участка: земельный участок категории земель: земли населенных пунктов; разрешенное использование: для жилищного строительства; кадастровый номер: 58:24:0381402:481, площадью 10341 кв.м. 

По акту приема-передачи от 15.02.2018 арендатор передал новому арендатору земельный участок.

В соответствии с соглашением о взаимозачете от 15.02.2018 между ООО "Ника" и ФИО3 стороны произвели взаимный зачет встречных однородных требований в сумме 25 000 000 руб. Согласно условиям данного соглашения признаны погашенными обязательства ФИО3 перед ООО "Ника" по договору купли-продажи №02/15 объекта незавершенного строительства от 15.02.2018, а также признаны частично погашенными обязательства ООО "Ника" перед ФИО3 по договорам займа от 04.09.2017, от 26.09.2017, от 04.10.2017, от 12.10.2017, от 02.11.2017, от 30.11.2017.

Ссылаясь на то, что фактически оплата в отношении спорного имущества не была произведена ни ООО "Ника" ни ФИО3, обе сделки заключены в короткий промежуток времени, конкурсный управляющий полагал, что ООО "Ника" не планировало приобретать в собственных целях спорный объект незавершенного строительства. В связи с этим конкурсный управляющий считал, что оспариваемые сделки от 13.12.2017 между ОАО "Пензастрой" и ООО "Ника" фактически прикрывают последующие договоры от 15.02.2018 межу ООО "Ника" и ФИО3, ввиду чего являются притворными, совершенными с целью прикрытия сделки по отчуждению активов должника и недопущения включения в конкурсную массу должника соответствующего имущества.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 18.10.2017 в отношении должника введено наблюдение с применением правил о банкротстве застройщиков. Таким образом, к банкротству ОАО "Пензастрой" подлежат применению нормы Закона о банкротстве с особенностями, установленными параграфом 7 главы 9 Закона о банкротстве - «Банкротство застройщиков». 

В соответствии с п.7 ст.201.1 Закона о банкротстве с даты введения наблюдения в отношении застройщика должник может заключать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, договоры, предусматривающие передачу жилых помещений, и соглашения об изменении или о расторжении таких договоров, а также совершать иные сделки с недвижимым имуществом, в том числе с земельными участками. Данная норма закона предусматривает обязательное наличие письменного согласия временного управляющего на совершение любых сделок с недвижимым имуществом независимо от процентного соотношения балансовой стоимости имущества и балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения. 

Оспариваемые сделки о продаже незавершенного строительством объекта и об уступке прав и обязанностей по договору аренды земельного участка совершены 13.12.2017, т.е. после введения в отношении ОАО "Пензастрой" процедуры наблюдения и опубликования информации об этом в публичном доступе. Согласие временного управляющего ФИО18 на совершение данной сделки в письменной форме, как того требует ст. 201.1 Закона о банкротстве, в материалах дела отсутствует. 

Как указывалось ФИО18 в отзыве, в период осуществления им полномочий временного управляющего ОАО "Пензастрой" согласий на совершение сделок им не выдавалось, в т.ч. на совершение оспариваемых сделок от 13.12.2017 – договора купли-продажи № 12/13 и договора уступки прав и обязанностей по договору аренды № 25 от 06.04.2007. 

Таким образом, согласие временного управляющего, выраженное в письменной форме, на заключение оспариваемых договоров отсутствовало. 

В соответствии с частью 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В соответствии с пунктом 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" применительно к статьям 166 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации под публичными интересами в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. 

С учетом изложенного суд приходит к выводу о недействительности сделок, заключенных 13.12.2017 между ОАО "Пензастрой" и ООО "Ника", в силу их ничтожности, поскольку сделки нарушают действующее законодательство (в частности п.7 ст.201.1 Закона о банкротстве) и посягают на публичные интересы, а именно, влекут нарушение прав третьих лиц - кредиторов ОАО "Пензастрой", в т.ч. дольщиков, на соразмерное удовлетворение их требований в рамках дела о банкротстве должника. Суд полагает, что заключение ОАО "Пензастрой" и ООО "Ника" оспариваемых договоров повлекло негативные последствия, а именно - причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку в результате их совершения конкурсная масса должника была существенно уменьшена, а встречного предоставления должник не получил. 

Суд пришел к выводу о совершении оспариваемых сделок от 13.12.2017 в обход закона. Зная о наличии в отношении ОАО "Пензастрой" процедуры наблюдения, ООО "Ника", имевшее договорные отношения с должником, не могло не знать о наличии значительного количества кредиторов, в том числе участников долевого строительства, заявлений (требований) которых на момент совершения сделок принято судом к рассмотрению в количестве более 990. Все сведения о ходе процедуры и о принятии судом к рассмотрению требований кредиторов размещались на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел». 

Вместе с тем, заинтересованное лицо заключило договоры на приобретение ликвидного имущества должника, оформив их исполнение передачей своего векселя, с целью исключения возможных негативных последствий совершения зачета в период наблюдения. При этом суд также полагает, что с учетом промежутка времени между возбуждением дела о банкротстве (01.09.2016) и введением процедуры наблюдения (18.10.2017), с учетом осуществления должником в этот период хозяйственной деятельности, ООО "Ника", как юридическое лицо и разумный участник гражданского оборота, не могло не знать о наличии (возникновении) у должника обязательств по текущим платежам, в том числе подлежащих удовлетворению в составе предшествующих очередей. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 апреля 2009 года N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление от 30 апреля 2009 года N 32) содержится указание на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

В пункте 8 Постановления от 23 июня 2015 года N 25 указано, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8). Поскольку сделка по отчуждению должником имущества оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, необходимо выяснить имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица. 

Сделки от 13.12.2017 совершены после введения процедуры наблюдения, на момент заключения договоров должник имел задолженность перед кредиторами в значительной сумме, подтвержденной, в том числе вступившими в законную силу судебными актами. Таким образом, на дату совершения сделок ОАО "Пензастрой" отвечало признакам неплатежеспособности. Встречного предоставления по сделкам не получено. При этом приобретенное имущество через короткий промежуток времени было продано ООО "Ника" другому лицу – ФИО3, с которым имелись длительные правоотношения. 

Обязательства ФИО3 по оплате полученного от ООО "Ника" имущества также прекращены зачетом встречных требований по договорам займа. В результате действий по заключению ОАО "Пензастрой" и ООО "Ника" оспариваемых договоров от 13.12.2017 из конкурсной массы должника выбыло имущество, средства, полученные от реализации которого, могли быть направлены на погашение кредиторской задолженности. 

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что вышеперечисленные обстоятельства и условия, в которых совершалась оспариваемые сделки, свидетельствуют о наличии злоупотребления правом и намерении сторон исполнить сделки фактически в целях исключения возможности передачи этого имущества в счет расчетов с кредиторами должника. 

Таким образом, оспариваемые сделки между ОАО "Пензастрой" и ООО "Ника" от 13.12.2017 повлекли за собой утрату возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований за счет спорного имущества. 

С учетом вышеизложенного договор купли-продажи объекта незавершенного строительства от 13.12.2017 №12/13 и договор от 13.12.2017 уступки прав и обязанностей по договору аренды от 06.04.2007 №25 являются недействительными (ничтожными) в соответствии со статьями 10, 168, 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

При этом суд не усматривает экономической целесообразности для ООО "Ника" в заключении данных договоров, поскольку приобретенное имущество продано через 2 месяца другому лицу по цене ниже цены приобретения. Принимая во внимание установленные выше обстоятельства и принятые в результате их оценки выводы, суд считает, что сделки между ОАО "Пензастрой" и ООО "Ника" являются мнимыми. Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Положение пункта 1 статьи 170 ГК РФ подлежит применению только в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Следовательно, в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абз. 2 п. 86 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений разд. I ч. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление от 23 июня 2015 15 года N 25), следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. Исходя из данного разъяснения, норма, изложенная в п. 1 ст. 170 ГК РФ, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, свидетельствующие о порочности воли обеих сторон сделки. Как установлено судом, на момент отчуждения спорного имущества у должника имелись неисполненные денежные обязательства, установленные вступившими в законную силу судебными актами, в отношении него введена процедура наблюдения. Вместе с тем, передав по договорам имущество и имущественные права, зарегистрировав в Управлении Росреестра по Пензенской области переход права собственности, должник оплаты не потребовал.

Исходя из пояснений ООО "Ника" и обстоятельств дела, выдача векселя и оформление его передачи по акту приема фактически направлены на осуществление зачета взаимных требований. Кроме того, приобретенное имущество через непродолжительное время перепродано другому лицу. Таким образом, должник, передав имущество, не требовал его оплаты, а заинтересованное лицо не имело намерений его оплачивать. 

Следовательно, договор купли-продажи объекта незавершенного строительства от 13.12.2017 №12/13 и договор от 13.12.2017 уступки прав и обязанностей по договору аренды от 06.04.2007 №25 имеют признаки мнимости, а значит – ничтожны. 

Оснований для признания сделок по передаче имущества, оформленных договорами между ОАО "Пензастрой" и ООО "Ника" от 13.12.2017 и договорами между ООО "Ника" и ФИО3, в соответствии с п.2 ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации суд не усматривает. 

Согласно п.2 ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. В соответствии с пунктом 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного 16 участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 88 Постановления №25 следует, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). 

Следовательно, исходя из позиции заявителя для квалификации сделки по передаче имущества от ОАО "Пензастрой" к ООО "Ника" и от ООО "Ника" к ФИО3 как притворной сделки необходимо доказать, что ОАО "Пензастрой" преследовало цель передать имущество ФИО3

Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу о недоказанности заявителем обстоятельств того, что ФИО3 является заинтересованным лицом по отношению к должнику либо по отношению к ООО "Ника". С учетом изложенного доводы о притворности сделок подлежат отклонению.

Принимая во внимание выводы суда по ранее рассмотренному делу, апелляционный суд пришел к выводу, что заявление конкурсного управляющего о признании в данном деле недействительными сделок между ООО "Ника" и ФИО3 по правилам п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве основано на тех же фактических обстоятельствах, которые ранее приводились в деле о банкротстве ОАО "Пензастрой". 

При этом судом ранее отклонены доводы о притворности цепочки сделок и установлено отсутствие заинтересованности ФИО3 по отношению к другим участникам сделок. 

Произвольная или двойная квалификация одного и того же обстоятельства как по специальным, так и по общим нормам противоречит принципам правовой определенности и предсказуемости. Совершение подозрительной сделки по сути является также злоупотреблением права, но со специальным юридическим составом признаков, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве. Квалификация по статьям 10 и 168 ГК РФ должна применяться субсидиарно к специальным нормам, что следует из Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023 № 305-ЭС19-18803(10) по делу № А40-168513/2018.

Платежеспособность ФИО3 была установлена ранее определением Арбитражного суда Пензенской области от 03.08.2023г., и данные сведения носят преюдициальный характер.

Так, ФИО3 в рассматриваемый период времени имел доход от официального места работы, располагал группой объектов движимого и недвижимого имущества, от сдачи в аренду которых получал стабильный доход.

Для подтверждения реальности оспариваемых конкурсным управляющим сделок и факта передачи ФИО3 денежных средств в адрес ООО «Ника» ответчик приобщил к материалам дела протокол допроса свидетеля ФИО15 от 05.10.2022г. Допрос свидетеля произвел нотариус ФИО16 на основании ст.ст.102 и 103 «Основ законодательства РФ о нотариате».

В своих ответах на вопросы адвоката ФИО4 ФИО15 подтвердил факт получения от ФИО3 денежных средств по договорам займа от 04.09.2017г., от 26.09.2017г., от 04.10.2017г., от 12.10.2017г., от 02.11.2017г. и от 30.11.2017г., пояснив, что средства были направлены им на выполнение подрядных работ по договорам с ОАО «Пензастрой».

ФИО3 также представил сведения о платежеспособности займодавцев, выдавших ему денежные средства, переданные ООО «Ника»; сведения о своих доходах и доходах супруги  (т.3, л.д.208-210). 

Общая сумма полученных им займов в целях инвестиционной деятельности составляет 29500000 рублей. ФИО3 предоставлено договоров займа с физическими лицами на сумму 27500000 рублей. Оставшиеся денежные средства были непосредственно ФИО3, платежеспособность которого документально подтверждена представленными доказательствами. Все займы, полученные ФИО3 датированы сентябрем, октябрем и ноябрем 2017 года, то есть теми же календарными периодами, что и оспариваемые конкурсным управляющим договора займов между ФИО3 и ООО «Ника».

ФИО3 осуществлен возврат полученных займов своим займодавцам 20.02.2019, 01.03.2020 и 02.03.2020, что подтверждается записями на расписках (т.2, л.д.26 об., 44, 48, 78, 91).

В отношении довода о том, что договор аренды транспортного средства был заключен ранее договора купли-продажи, ответчиком пояснено, что в пользовании автомобиль находился с января 2017г., а оформление было отложено на апрель из-за позиции собственника - Фонда поддержки предпринимательства. Для получения дохода ФИО3 сдал транспортное средство в аренду. Данное обстоятельство подтверждено письмом руководителя Фонда, приложенным к материалам дела.

Гражданин ФИО19 был водителем этого автомобиля. Он по договоренности с ФИО3 оплачивал и платежи по рассрочке Продавца и выплачивал арендные платежи собственнику - ФИО3 Последнему не было известно о том, что у арендатора имеется долг, и после получения решения Ленинского районного суда г.Пензы от 21.03.2018г. он двумя платежами со своего личного счета его погасил. Первый платеж на сумму 300 000 рублей произведен 04.04.2018г., второй платеж на сумму 236 804 рубля произведен 10.04.2018г. В связи с этим ФИО3 являлся платежеспособным; оперативно исполнил требования судебного акта; только за апрель 2018г. ФИО3 получил по счету в Сбербанке РФ денежные средства в пределах 800 000 рублей.

По доводу об отсутствии подписи ФИО14 на расписке ФИО3 от 02.11.2017 ответчиком указано, что в данном документа имеется подпись лица, получающего денежные средства, -  ФИО3 Подпись займодавца при возврате суммы заемщиком последнему не требовалась. Более того, ФИО14 был допрошен в суде и подтвердил полностью обстоятельства займа.

Доводы о неравноценности сделки не нашли подтверждения материалами дела, поскольку стоимость имущества соответствует сумме приобретения его должником у АО "Пензастрой", не превышает кратно указанную цену; доказательства иной стоимости имущества в материалы дела не представлены. 

Указание заявителя на то, что фактически ООО «Ника» вышеназванный объект незавершенного строительства не передавало ФИО3, а продолжало строительство этого объекта, после заключения договора купли продажи № 02/15 от 15.02.2018  между ФИО3 и ООО «Ника» 15.03.2018 заключен договор Генерального подряда №18/03/1, согласно которому ООО «Ника» оказывает ФИО3 услуги по строительству вышеназванного многоквартирного дома, не может быть принято во внимание. 

Материалами дела не подтверждается, что указанный договор фактически исполнялся сторонами, в результате его заключения выполнены какие-либо работы; ООО «Ника» являлось фактическим выгодоприобретателем от строительства объекта, получило имущество или денежные средства. 

Кроме того, в дальнейшем объект незавершенного строительства реализован в пользу ФИО8 также по стоимости 25000000 руб., что не подтверждает наличие дополнительных финансовых вложений в завершение строительства данного объекта. 

В связи с вышеизложенным оспариваемая сделка не является сделкой, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторам, заявленные требования не подлежали удовлетворению.  

Таким образом, обжалуемое определение является законным и обоснованным, вынесенным при полном и всестороннем рассмотрении дела, с соблюдением норм материального и процессуального права.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

В соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя. 

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пензенской области от 22 ноября 2023 года по делу № А49-10511/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                Я.А. Львов

 

Судьи                                                                                               Л.Р. Гадеева

 

                                                                                                                      А.В. Машьянова