Дело № А43-19316/2020

город Владимир

20 апреля 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 апреля 2022 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Волгиной О.А., 

судей Белякова Е.Н., Сарри Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу                  общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Новые Технологии» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.12.2021 по делу № А43-19316/2020, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Новые Технологии Металлообработки»             (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 о признании договора купли-продажи транспортного средства недействительным, применении последствий недействительности сделки,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных                          о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Новые Технологии Металлообработки» (далее – Общество)                 в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий)                 с заявлением о признании договора купли-продажи от 10.03.2020 № 025/2020 транспортного средства Форд KUGA ГРЗ О282НХ152, 2017 года выпуска недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде возврата транспортного средства в конкурсную массу. 

Заявленные требования основаны на положении пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.02.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Арбитражный суд Нижегородской области определением  от 27.12.2021: 

- заявление конкурсного управляющего удовлетворил;

- признал недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 10.03.2020 № 025/2020, заключенного между Обществом  и обществом с ограниченной ответственностью Группа компаний «Новые Технологии» (далее – Компания);

- применил последствия недействительности сделки, взыскав с Компании               в пользу Общества 1 032 300 руб.; 

- взыскал с Компании в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6000 руб. 

Не согласившись с принятым судебным актом, Компания обратилась в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просила отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указывает на отсутствие у суда первой инстанции оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве. Свою позицию мотивирует недоказанностью аффилированности сторон сделки, осведомленности Компании о признаках неплатежеспособности у Общества и совершения сделки в ущерб кредиторам,                а также совершением сделки при равноценном встречном исполнении.

Заявитель апелляционной жалобы полагает, что суд первой инстанции применил формальный подход к определению признаков неплатежеспособности без учета позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412 по делу № А40-170315/2015.

Также заявитель апелляционной жалобы ссылается на неверное указание ИНН должника в водной части определения.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе Компании.

Конкурсный управляющий в отзыве указал на необоснованность доводов апелляционной жалобы; просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения; заявил ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие своего представителя.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие  лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между Обществом (продавцом) и Компанией (покупателем) заключен договор купли-продажи от 10.03.2020 автотранспортного средства марки                        Форд KUGA ГРЗ О282НХ152, 2017 года выпуска, идентификационный номер Z6FAXXESMAHM59367 по цене 1500 руб. 

Согласно условиям договора транспортное средство покупателем получено; расчет за транспортное средство в сумме 1500 руб. произведен. 

Решением от 11.03.2021 процедура наблюдения прекращена, Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства; конкурсным управляющим утверждена ФИО2

Предметом рассматриваемого заявления является требование                                 о признании договора купли-продажи транспортного средства от 10.03.2020 недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве и применении последствий недействительности сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи (разъяснения, приведенные в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – 

Постановление

 № 63).

Оспоренная сделка совершена 10.03.2020, то есть в течении четырех месяцев до возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (02.07.2020), в связи с чем может быть оспорена по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из пункта 8 Постановления № 63 следует, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации  договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

В пункте 4 договора сторонами согласовано, что стоимость спорного транспортного средства составляет 1500 руб.

Оплата покупателем транспортного средства в размере 1500 руб. произведена, что отражено в пункте 4 договора и не оспаривается сторонами.

В подтверждение доводов о неравноценном характере оспариваемой сделки конкурсным управляющим представлен экспертное заключение общества с ограниченной ответственностью «Экспертный центр «Норматив» от 28.06.2021                № 380/2021, согласно которому рыночная стоимость транспортного средства по состоянию на 10.03.2020 составляет 1 032 300 руб. (том 1, листы дела 103-127).

Подготовленное заключение содержит полную информацию по поставленному вопросу, экспертом обоснованы применяемый подход оценки стоимости транспортных средств по состоянию на дату совершения сделок с учетом корректировок на физический износ, год выпуска, пробег. При выборе аналогов оценщиком осуществлен мониторинг информации  в открытом доступе на специализированных сайтах в сети «Интернет» при проведении экспертизы эксперт, руководствуясь положениями Федерального закона от 29.07.1998                   №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», Федеральным стандартом оценки «Общие понятия оценки, подходы и требования к проведению оценки» (ФСО № 1), Федеральным стандартом оценки «Цель оценки и виды стоимости» (ФСО № 2), Федеральным стандартом оценки «Требования к отчету об оценке» (ФСО № 3), использовал сравнительный подход, в результате чего получен ориентир рыночной стоимости движимого имущества.

При этом заключение эксперта является ясным и полным, противоречия в выводах эксперта отсутствуют, в связи с чем оснований для его исключения из числа доказательств по делу не имелось.

Несмотря на несогласие с доводами конкурсного управляющего о неравноценном встречном предоставлении по сделке, Компанией ходатайство о назначении по настоящему делу судебной экспертизы ни в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции не заявлено. Заявитель не представил в суд первой инстанции свой отчет об оценке, свидетельствующий о иной рыночной стоимости реализованного транспортного средства.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» в силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, а также может назначить экспертизу по своей инициативе, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства или проведения дополнительной либо повторной экспертизы.

В случае, если такое ходатайство не поступило или согласие не было получено, оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В разъяснение нормы части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 06.03.2012 № 12505/11 указал, что нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

Компания, являющаяся ответчиком по рассматриваемому обособленному спору, вопреки статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каких-либо доказательств, свидетельствующих о иной стоимости транспортного средства, не представила, ходатайство о проведении судебной экспертизы не заявила. 

При отсутствии надлежащих доказательств, опровергающих выводы, указанные в заключении общества с ограниченной ответственностью «Экспертный центр «Норматив» от 28.06.2021 № 380/2021, данный отчет является надлежащим доказательством рыночной стоимости спорного транспортного средства.

Оценив по правилам статей 64, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание, что  по договору купли-продажи от 10.03.2020 спорное транспортное средство отчуждено  по цене существенно ниже рыночной стоимости, а также учитывая, что в результате заключения оспариваемого договора купли-продажи из состава имущества должника выбыло ликвидное имущество, что повлекло за собой уменьшение конкурсной массы должника и утрату кредиторами должника возможности погашения своих требований за счет данного имущества, в результате чего был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что сделка совершена при неравноценном встречном исполнении обязательств со стороны покупателя с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки при наличии такой цены сделки знала или должна была знать об указанной цели к моменту совершения сделки, в связи  чем имеются основания квалифицировать договор купли-продажи от 10.03.2020 как недействительную сделку по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Указанные выводы суда первой инстанции согласуются с представленными в дело доказательствами и признаются судом апелляционной инстанции правомерными. 

 В пункте 4 Постановления  № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с  пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В силу пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом                    «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 32), исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

С учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Поскольку договор по перечислению денежных средств оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Таким образом, необходимые для разрешения рассматриваемого спора условия, позволяющие оценить сделку по общим основаниям, установленным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, как злоупотреблением правом – наличие цели причинения вреда кредиторам, в том числе осведомленность сторон о неудовлетворительном финансовом состоянии должника, недобросовестность сторон сделки (в данном случае – плательщика и получателя), безвозмездность сделки.

Соответственно, при установлении обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении правом сторон сделки в деле о банкротстве, возможно использование правовой терминологии, относящейся к составу подозрительной сделки по специальным основаниям Закона о банкротстве, а также применение разъяснений Постановления № 63.

Судом установлено и не противоречит материалам дела, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, требования которых впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника, в частности перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России».

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 года № 305-ЭС17-11710(3) наличие обязательств должника, которые не были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения договора.

С учетом изложенного, должник на момент совершения оспариваемой сделки обладал признаками неплатежеспособности на момент совершения оспариваемой сделки.

В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с указанными физическими лицами в отношениях, определенных пунктом 3 данной статьи (супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга).

Согласно разъяснениям, приведенных в пункте 7 Постановления № 63 предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ руководителем Компании с 18.10.2018 являлся ФИО3, а также до 27.03.2019 - участником Общества. В свою очередь руководителем Общества являлся ФИО4, он же до 18.10.2018 являлся руководителем и учредителем Компании. 

Обе компании зарегистрированы по адресу: 

<

...>, литер А. 

Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии фактической аффилированности между Обществом и Компанией.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В результате совершения оспариваемой сделки из собственности должника выбыло ликвидное имущество, в отсутствие равноценного встречного предоставления.

Оценив оспоренную сделку на предмет наличия признаков ее недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание, что сделка совершена между заинтересованными лицами; на дату совершения сделки у Общества имелись неисполненные обязательства, которые впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника; наличие неравноценного встречного исполнения по спорному договору, отсутствие экономической целесообразности заключенной сделки, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что Общество, вопреки разумному и добросовестному поведению, произвело отчуждение движимого имущества в отсутствие равноценного встречного исполнения путем заключения с Компанией договора купли-продажи транспортного средства от 10.03.2020 с целью предотвращения возможного обращения взыскания на имущество в будущем, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны должника при совершении оспариваемой сделки.

Указанные Компанией возражения относительно наличия у должника признаков неплатежеспособности и аффилированности между сторонами, а также отсутствие цели причинения вреда кредиторам, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами и установленными судом обстоятельствами, в связи с чем отклоняются судом апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.11.2008 № 126 «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения», определениях Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018, от 09.10.2017 № 308-ЭС15-6280, отчуждение имущества по заниженной многократно цене очевидно свидетельствует о том, что должник преследовал цель вывода ликвидного имущества; это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения; он не мог не осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества. Покупатель, намереваясь приобрести имущество по явно заниженной стоимости, проявляя обычную при таких обстоятельствах степень осмотрительности, должен предпринять дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы вещи.

Должник – коммерческая организация, уставной целью создания и существования которой является извлечение прибыли. Поэтому должник при формировании условий сделок по распоряжению своими активами обязан руководствоваться этой целью.

Факты отсутствия доказательств оплаты по рассматриваемой сделке; продажа имущества не по рыночной цене; наличие общего адреса регистрации юридических лиц сделки; продажа транспортного средства организации, принадлежащей бывшему участнику Общества, свидетельствуют о заинтересованности сторон сделки.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на применение судом формального подхода к определению признаков неплатежеспособности без учета позиции Верховного суда, изложенной в определении от 10.12.2020                                          № 305-ЭС20-11412 по делу № А40-170315/2015, несостоятельна, поскольку для признания спорной сделки не требовалось установления обстоятельств, предусматривающих положением пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем суду не требовалось установления признаков неплатежеспособности на дату совершения сделки.

Утверждение заявителя жалобы об отсутствии неравноценности встречного исполнения опровергается имеющимися в материалах дела доказательствами, в том числе экспертным заключением от 28.06.2021 № 380/2021.

Довод Компании о том, что транспортное средство приобретено по его балансовой стоимости не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку балансовая стоимость не соответствует рыночной стоимости имущества.

Доказательств нахождения спорного транспортного средства в неисправном состоянии в дело не представлено. На основании статьи 469 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой при отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. В рассматриваемом случае оспариваемый договор купли-продажи от 10.03.2020 не содержит сведений о том, что отчуждаемое транспортное средство находилось в неисправном состоянии.

Принимая во внимание изложенное, учитывая обстоятельства настоящего обособленного спора в их совокупности, суд первой инстанции верно пришел к выводу о наличии правовых оснований для признания оспариваемой сделки купли-продажи от 10.03.2020 недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенной со злоупотреблением правом, в связи с чем, соответствующие выводы суда первой инстанции признаются обоснованными.

Довод о неверном указании ИНН должника в водной части определения не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку указанное обстоятельство свидетельствует о допущенной судом технической ошибки и не опровергает законность принятого судебного акта.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Судом установлено, что спорное транспортное средство было отчуждено Компанией в пользу третьего лица.

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным в пункте 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.

Как указано в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 1 032 300 руб.

Суд апелляционной инстанции полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом нижестоящей инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц. Несогласие с оценкой, данной судами фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам, не свидетельствует о нарушении судами норм права. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Доводы заявителя жалобы, повторяют доводы, изложенные в суде первой инстанции, которым дана надлежащая правовая оценка. Заявленные доводы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Учитывая, что Компании в порядке статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлялась отсрочка по уплате государственной пошлины, с должника подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 руб.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 27.12.2021 по делу           № А43-19316/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Новые Технологии» – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Новые Технологии» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд ВолгоВятского округа.

Председательствующий судья

О.А. Волгина

 

Судьи

Е.Н. Беляков

Д.В. Сарри