ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-18078/2019

Дело № А41-36091/17

29 октября 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  22 октября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 октября 2019 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Мизяк В.П.,

судей  Катькиной Н.Н., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: 

от финансового управляющего должника ФИО2 – ФИО3, представитель по доверенности от 01.06.2019; 

от ФИО4 – ФИО5, представитель по нотариально заверенной доверенности от 03.04.2018, зарегистрированной в реестре за № 77/821-н/77-2018-4-1760;

от остальных лиц – не вились, извещены;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда Московской области от 23 августа 2019 года по делу № А41-36091/17, 

 

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 10 мая 2018г. должник-гражданин ФИО4 признан банкротом, в отношении его введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО2

Финансовый управляющий обратился с заявлением о признании недействительной совершенной между ФИО4 и ФИО6 сделки по договору дарения ? доли в квартире от 04 марта 2015г., расположенной по адресу: 

<

...>, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника доли квартиры.

Определением Арбитражного суда Московской области от 23 августа 2019г. признана недействительной совершенная между ФИО4 и ФИО6 сделка дарения ? доли в квартире от 04 марта 2015г., расположенной по адресу: 

<

...>. Применены последствия недействительности сделки. Возвращена в конкурсную массу должника ФИО4 ? доли квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>, общей площадью 56,1 кв. м.

Не согласившись с указанным судебным актом, должник ФИО4 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, по доводам которой следует, что спорная сделка не привела к неплатежеспособности должника, также при ее заключении у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности. По мнению заявителя жалобы, финансовым управляющим не представлены доказательств в обоснование требований о признании сделки недействительной, таким образом, обжалуемое определение подлежит отмене.

Финансовым управляющим представлен отзыв на апелляционную жалобу.

В судебном заседании представитель ФИО4 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель финансового управляющего должника возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие представителей остальных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заслушав мнение представителей лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Права и обязанности финансового управляющего закреплены в статье 213.9 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, 04 марта 2015г. между ФИО4 (даритель) и ФИО6 (одаряемая) заключен договор дарения доли квартиры, по условиям которого даритель подарил одаряемой принадлежащую ему на праве собственности ? долю квартиры, находящейся по адресу: 

<

...>. При этом доля квартиры принадлежит дарителю на праве собственности на основании договора передачи № 051109-000925 от 10 декабря 1992г. (п. 2 договора дарения).

В обоснование заявленного требования финансовый управляющий указал на то, что в результате отчуждения должником имущества в пользу ФИО6 произошло уменьшение конкурсной массы должника, что повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что договор дарения является недействительной сделкой, в результате ее заключения был причинен вред как самому должнику, так и его кредиторам, поскольку из собственности должника безвозмездно выбыло ликвидное имущество, за счет которого могли быть погашены требований кредиторов.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что спорный договор заключен должником с заинтересованным по отношению к нему лицом, со злоупотреблением правом.

Арбитражный апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, а доводы заявителей жалобы несостоятельными в связи со следующим.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

При этом согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29 июня 2015 года N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" следует, что сделки граждан, заключенные до 01 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 154-ФЗ).

Как следует из материалов дела и установлено судом, оспариваемая сделка заключена 04 марта 2015г. 

Как следует из разъяснений, данных в п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 года N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (в ред. Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 года N 60), исковая давность по требованию о признании недействительной сделки должника по основаниям, установленным в п. 1 ст. 10 ГК РФ (в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ) составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ, никто не вправе извлекать преимущества из своего недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 года N 32 исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Из пункта 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. п. 1 - 2 ст. 168 ГК РФ).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественными правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По смыслу пункта 1 статьи 572 ГК РФ договор дарения является безвозмездной сделкой.

Согласно пункту 2 статьи 423 ГК РФ безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Следовательно, ввиду того, что в результате совершения сделки должник не получил какого-либо встречного предоставлении, после заключения оспариваемого договора стоимость и размер имущества, на которое кредиторы должника могли бы обратить взыскание, существенно уменьшился. Из владения должника выбыло имущество, которое могло быть включено в конкурсную массу.

На момент совершения оспариваемой сделки у должника уже имелись неисполненные обязательства, и он отвечал признакам неплатежеспособности, поскольку на указанную дату у должника существовала непогашенная задолженность по договорам поручительства и кредитования.

Так, 09 октября 2014г. между банком и должником был заключен кредитный договор № 

<

***> К/0463, согласно которому банк должен был предоставить должнику 5 000 000 евро на срок до 09 октября 2017г. под 4 % годовых. Согласно выписке из лицевого счета банк выдал денежные средства в размере 3 500 000 евро.

16 октября 2014г.  между банком и должником был заключен кредитный договор № 

<

***> К/0466, согласно которому банк должен был предоставить должнику 85 000 000 руб. на срок до 16 октября 2017г. под 6 % годовых. Согласно выписке из лицевого счета банк выдал денежные средства в размере 77 674 350 руб.

ФИО4 заключил с ПАО НБ «ТРАСТ» договор поручительства от 23 июля 2010г. № 

<

***> П/0249/1, по которому при неисполнении и (или) ненадлежащем исполнении заемщиком ФИО7 своих обязательств по кредитному договору от 23 июля 2010г. № 

<

***> К/0249, должник и заемщик отвечают перед банком солидарно.

Из ответа ПАО НБ «ТРАСТ» исх. № 09872/12-2018 следует, что у ФИО4 имеется задолженность по кредитному договору № 

<

***> К/0463 (с учетом курса ЦБ РФ) в общей сумме 246 319 048,93 руб., по кредитному договору № 

<

***> К/0466 – в общей сумме 78 555 368,67 руб., а также по договору поручительства № 

<

***> П/0249/1 – за ФИО7 в общей сумме 88 491,65 долларов США (в том числе 10 200 долларов США основного долга, 39 800 долларов США просрочки, 23,47 долларов США процентов, 27 751,28 долларов США просроченных процентов, 22 544,40 долларов США неустойки), что по курсу ЦБ РФ на 04 марта 2015г. составляло 6 256 393,76 руб.

Довод заявителя жалобы о том, что стоимость имущества превышала размер задолженность, не свидетельствует о добросовестности должника при безвозмездном отчуждении имущества. Так, обладая финансовой возможностью погашения задолженности, как то утверждает ФИО4, им не были предприняты меры по осуществлению исполнения обязательств, что стало основанием для обращения с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Московской области от 14 мая 2018г. в реестр требований кредиторов ФИО4 включена задолженность по договору поручительства № 

<

***> П/0249/1 от 23 июля 2010г. в размере 2 922 785 руб. основного долга, 1 450 999,66 руб. процентов за период с 23 июля 2010г. по 03 марта 2017г., 1 169 114 руб. неустойки за несвоевременное погашение основного долга за период с 23 июля 2010г. по 03 марта 2017г.

Согласно п. 6.1 кредитного договора № 

<

***> К/0249 от 23 июля 2010г. у ФИО7 имелось 2 поручителя (ФИО4 и ФИО8), кредит выдан 23 июля 2010г. на сумму 50 000 долларов США, однако обязательства надлежащим образом не исполнялись, платежи по погашению не производились, вступившим в законную силу решением

Кроме того, Мещанского районного суда г. Москвы от 23 апреля 2013г.  по гражданскому делу № 2-4614/2013 со ФИО7 и поручителя ФИО8 солидарно взыскано 68 004,33 долларов США.

При этом от лица ПАО НБ «ТРАСТ», в котором ФИО4 с 01 июня 2005г. по 22 декабря 2014г. являлся членом правления директоров, а на момент взыскания задолженности президентом банка, и также председателем кредитного комитета, требований к другому поручителю, а именно к должнику предъявлено не было.

Пунктом 2.1 договора поручительства определено, что при неисполнении и (или) ненадлежащем исполнении заемщиком своих обязательств по кредитному договору, поручитель и заемщик отвечают по кредитному договору солидарно.

Наличие договора поручительства свидетельствует о денежном обязательстве поручителя, как солидарного должника, по обязательству, вытекающему из кредитного договора.

Согласно п. 1 ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Договор поручительства начинает исполняться поручителем в тот момент, когда он принимает на себя обязанность отвечать перед кредитором за должника по основному договору.

Такая обязанность принимается поручителем при подписании договора (если самим договором не предусмотрено иное), поскольку именно в этот момент происходит волеизъявление стороны отвечать солидарно с основным должником по его обязательствам.

Заключая договор, поручитель принимает на себя обязанность уплатить долг за основного заемщика.

Соответствующая обязанность должна быть исполнена поручителем в течение всего периода действия договора поручительства, при наступлении просрочки со стороны должника.

Данное условие не зависит от поведения поручителя, зависит только от должника, следовательно, поручитель, взявший на себя обязательство в момент заключения договора поручительства, должен сохранить возможность исполнить его (обязательство) в течение всего срока действия договора.

При этом не имеет правового значения факт направления в адрес должника в сентябре 2015г. требования кредитора о возврате задолженности в связи с ненадлежащим выполнением обязательств заемщиком ФИО7, поскольку обязательства возникают в момент совершения действий, повлекших ущерб.

Такой правовой подход выработан в п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве».

Приведенные обстоятельства позволяют сделать вывод, что должник совершил оспариваемую сделку, достоверно зная о неотвратимости предъявления к нему требований денежного характера.

То обстоятельство, что на момент совершения оспариваемой сделки никаких требований к должнику по кредитным договорам не предъявлялось, просрочек в исполнении обязательств не существовало, не может исключать того, что после совершения сделки (сделок) по отчуждению имущества у должника не осталось иного имущества (включая денежные накопления, недвижимость, иные ликвидные активы, а также ожидаемый доход), которого будет достаточно для исполнения существующих у него денежных обязательств.

Более того, об отсутствии намерения исполнить денежные обязательства по договорам поручительства свидетельствует то обстоятельство, что в преддверии банкротства должником были предприняты меры по выводу имущества из владения для сокрытия от включения в конкурсную массу.

Так, судом первой инстанции установлено, что по счету № 42305840257451024725 в период с 01 июля 2014г. по 22 июня 2015г. на счет поступили средства в сумме 534 709,25 долларов США, при этом выведены со счета путем переводов и снятия наличных средств в сумме 1 375 117,90 долларов США; за вычетом поступлений выведены и ранее хранившиеся средства в сумме 840 408,65 долларов США, в том числе 09 июля 2014г. на счет № ES820081746066000253 (согласно сведениям ИФНС № 22 открыт ФИО4 01 июля 2014г. в Испании Banco de Sabadell), 31 октября 2014г.  на счет № GB34ABBY090128297213 (Великобритания), 06 ноября 2014г. на счет № CY090020066800000000 (Кипр). Таким образом, денежные средства выводились на счета в зарубежных банках.

По счету № 42305840157451089695 в период действия (с момента открытия 16 октября 2014г. по 13 июля 2015г.) оборот зачисленных и списанных денежных средств путем переводов, в том числе на счета зарубежных банках, и снятия наличных составил 937 706,90 долларов США.

По счету № 40817840220450000005 в период с июля 2014 г. по 10 октября 2014г. оборот зачисленных и списанных денежных средств путем переводов составил 1 655 795 долларов США, в том числе 15 июля 2014г. на зарубежные счета №CY171280000277721112 (Кипр) и №GB45BARC204735682671 (Великобритания) выведены средства в сумме 1 325 795 долларов США.

Согласно выпискам из лицевых счетов после получения 16 октября 2014г.  по кредитным договорам № 

<

***> К/0463 от 09 октября 2014г. и № 

<

***> К/0466 от 16 октября 2014г. денежные средства в размере 5 100 000 евро 22 октября 2014г. были перечислены на счет № CY650080017000000 в Кипрском банке Piraeus Bank Cyprus (Пираеус Банк).

Таким образом, одновременно с совершаем сделок по отчуждению имущества в период с 21 июля 2014г. по 02 июня 2015г.  в пользу близких родственников со счетов ФИО4 в период с июля 2014 г. по июль 2015 г. были выведены денежные средства посредством снятия наличных и перечисления на счета в зарубежных банках в сумме 5 100 000 евро и 3 968 619,80 долларов США.

Довод должника о наличии у него достаточных денежных средств, находящихся в банке «Бордье энд СИЕ» (Bordier&CIE) (Швейцария), подлежит отклонению, так как Прокуратурой Республики и Кантона Женева 18 июня 2015г. на счета № 0012164, №131817 наложен секвестр ввиду проведения процедуры, открытой по причине подозрения в отмывании денег.

Заявитель жалобы указывает на то, что не мог предвидеть наложение секвестра на счет, однако указанное обстоятельство не свидетельствует о добросовестности ФИО4

Напротив вывод денежных средств в значительных объемах на счета в иностранных банках путем зачисления наличных средств указывает на неправомерный умысел должника и злоупотребление правом распоряжения принадлежащим имуществом, направленным на создание положения, при котором требования кредитором не могли бы быть удовлетворены.

Более того, судом апелялционной инстанции отмечает следующие обстоятельства: 

В соответствии с приказом Банка России № ОД-3589 от 22 декабря 2014г. в отношении ПАО НБ «ТРАСТ» осуществляются меры по предупреждению банкротства, утвержден план санации. Банк России и ГК АСВ 26.12.2014 приняли решение о выборе «Открытие Холдинг» и Банка «Финансовая Корпорация Открытие», головной организации банковской группы «Открытие», в качестве инвесторов для проведения санации Банка «ТРАСТ» (ПАО). 

До момента начала санации Банк «ТРАСТ» (ПАО) находился под контролем акционеров Банка «ТРАСТ» (ПАО) ФИО9, ФИО10, ФИО4.

Оспариваемая сделка была совершена через 2,5 месяца после начала санации банка, подконтрольного ФИО4

Должник, будучи бенефициаром Банка «ТРАСТ» (ПАО), зная о его финансовом положении, предвидя неизбежное наступление признаков неплатежеспособности, утрату корпоративного контроля над кредитной организацией, наступившей 22 декабря 2014г. , заключил в предбанкротный период с подконтрольным ему банком кредитные договоры от 09 октября 2014г. и 16 октября 2014г. Довод о том, что материалы дела не содержат доказательств того, что ФИО4 обладал доминирующим контролем над Банком «ТРАСТ», отклонен, поскольку в настоящем случает  судом первой инстанции установлена связь и информированность ФИО4 о финансовом состоянии банка и возможности заключения выгодных сделок, не предполагая добросовестного исполнения обязательств.  Судом первой инстанции в настоящем обособленном споре не устанавливались основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам банка. 

После начала санации ФИО4 покинул территорию Российской Федерации, при этом 04 марта 2015г. заключил оспариваемую сделку с заинтересованным лицом

В силу части 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

По смыслу абзаца 3 статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации родственниками по прямой восходящей и нисходящей линии являются родители, дети, дедушки, бабушки и внуки.

Как следует из материалов дела, ФИО6 является матерью ФИО4 и в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

ФИО6 знала (не могла не знать) о неплатежеспособности должника, и при этом не доказал, что действуя с должной осмотрительностью, могла установить наличие этих обстоятельств. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Согласно пункту 8 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 года N 126 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения", разрешая вопрос о добросовестности приобретателя и определяя круг обстоятельств, о которых он должен был знать, суд учитывает родственные и иные связи между лицами, участвовавшими в заключении сделок, направленных на передачу права собственности.

В рассматриваемом случае, должник и приобретатель имущества являются родственниками по прямой нисходящей линии, а, следовательно, заинтересованными лицами, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Таким образом, фактически оспариваемая сделка совершена для смены титульного собственника, в целях лишения кредиторов возможности обратить на имущество взыскание.

Для квалификация сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 Гражданского кодекса недостаточно установления факта ущемления интересов других лиц, необходимо также установить недобросовестность сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Указанный вывод суда соответствует сложившейся судебной практике применения норм статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и нашел отражение в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.11 N 1795/11.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованным выводам о том, что оспариваемая сделка совершена безвозмездно, какого-либо встречного исполнения со стороны ФИО6 не было получено, в условиях наличия непогашенной задолженности перед иными кредиторами, что свидетельствует о направленности такой сделки на уменьшение имущества должника в нарушение интересов его кредиторов. Экономическая целесообразность заключения сделки отсутствовала.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Оснований для иных выводов у апелляционного суда отсутствуют.

Довод заявителя жалобы, что в материалы дела не представлены доказательства того, что заключение спорной сделки привело к неплатежеспособности, ошибочен, поскольку для признания сделки недействительной установление данного обстоятельства не требуется.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Судом установлено, что имущество по оспариваемой сделке отчуждено в пользу третьего лица.

Каких-либо иных доводов, опровергающих по существу правильность выводов Арбитражного суда Московской области, в апелляционной жалобе не приведено.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 23 августа 2019 года по делу № А41-36091/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

В.П. Мизяк

Судьи

 

Н.Н. Катькина

 А.В. Терешин