ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

672000, Чита, ул. Ленина 100б, http://4aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А78-18766/2017

17 мая 2018 года

г. Чита

Резолютивная часть постановления объявлена 10 мая 2018 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 мая 2018 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Ячменёва Г.Г.,

судей Желтоухова Е.В., Сидоренко В.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Привереда» на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Забайкальского края от 2 апреля 2018 года по делу № А78-18766/2017 по заявлению Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Читинскому району (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; место нахождения: 

<

...>) к Обществу с ограниченной ответственностью «Привереда» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; место нахождения: 

<

...>) о привлечении к административной ответственности по части 3 статьи 14.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

(суд первой инстанции: Судакова Ю.В.)

в отсутствие в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле,

и установил:

Отдел Министерства внутренних дел Российской Федерации по Читинскому району (далее – орган внутренних дел, административный орган) обратился в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Привереда» (далее – ООО «Привереда», Общество) о привлечении к административной ответственности по части 3 статьи 14.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации).

Решением Арбитражного суда Забайкальского края от 2 апреля 2018 года заявленное органом внутренних дел требование удовлетворено, ООО «Привереда» привлечено к административной ответственности по части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации в виде штрафа в размере 3 000 000 рублей, с конфискацией алкогольной продукции, изъятой согласно протоколу изъятия вещей и документов от 22 сентября 2017 года.

Суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности наличия в действиях Общества состава вмененного ему административного правонарушения и об отсутствии оснований для признания допущенного правонарушения малозначительным, для назначения административного наказания ниже низшего предела и для применения статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО «Привереда» обжаловало его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции, считает его незаконным и необоснованным. В частности, Общество отмечает, что в спорной торговой точке осуществляет свою деятельность индивидуальный предприниматель ФИО2, которой и принадлежит алкогольная продукция, изъятая в ходе проведения проверки. Данная алкогольная продукция была реализована ФИО2, которая не является работником ООО «Привереда», без ведома самого Общества. В свою очередь, ООО «Привереда» в период действия лицензии № 75РПА0001649 осуществляло розничную продажу алкогольной продукцию в строгом соответствии с действующим законодательством; на момент проведения проверки деятельность по продаже алкогольной продукции Обществом не велась. 

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы указывает на возможность замены административного штрафа предупреждением в связи с наличием у ООО «Привереда» статуса субъекта малого предпринимательства, а также имущественным положением Общества.

Отзыв на апелляционную жалобу административным органом не представлен.

О времени и месте судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 АПК Российской Федерации, что подтверждается телефонограммами от 13 апреля 2018 года, а также отчетом о публикации 13 апреля 2018 года на официальном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети «Интернет» (www.arbitr.ru) определения о принятии апелляционной жалобы к производству, однако явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии с процессуальным законом не является препятствием для рассмотрения дела. При этом административный орган заявил ходатайство о рассмотрении дела без участия своего представителя.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК Российской Федерации), проанализировав доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ООО «Привереда» зарегистрировано в качестве юридического лица 16 декабря 2013 года, ему присвоен основной государственный регистрационный номер 

<

***>, о чем выдано соответствующее свидетельство серии 75 № 002322861 (л.д. 15). 

По договору аренды нежилого помещения от 2 апреля 2014 года, заключенному между ФИО3 (арендодатель) и ООО «Привереда» (арендатор) (л.д. 17-18), Обществу во временное владение и пользование передано недвижимое имущество – нежилое здание, общей площадью 193 кв.м, расположенное по адресу: Забайкальский край, Читинский район, с. Смоленка, мкр. Добротный, д. 65.

В пункте 1.1 названного договора определена цель аренды нежилого здания – розничная торговля продовольственными товарами и алкогольной продукцией.

18 августа 2016 года Обществу выдана лицензия № 75РПА0001649 (75 МЕ 006167) на осуществление розничной продажи алкогольной продукции по месту нахождения обособленного подразделения, расположенного по адресу: Забайкальский край, Читинский район, с. Смоленка, мкр. Добротный, д. 65. Срок действия лицензии – до 18 августа 2017 года (л.д. 19-20).

После окончания срока действия лицензии, а именно 22 сентября 2017 года, сотрудником органа внутренних дел был произведен осмотр магазина «Добротный», расположенного по адресу: Забайкальский край, Читинский район, с. Смоленка, мкр. Добротный, д. 65, в ходе которого было выявлено нарушение требований Федерального закона от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» (далее – Закон № 171-ФЗ), выразившееся в обороте (хранении и розничной продаже) алкогольной продукции без специального разрешения (лицензии), а также в отсутствие соответствующих сопроводительных документов, подтверждающих легальность производства и оборота имеющейся в продаже алкогольной продукции, а именно:

- водки «Медофф люкс, емкостью 0,375 литра, крепостью 40%, по цене 290 рублей, дата розлива 17 июня 2017 года, в количестве 4 бутылок;

- водки «Белуга Нобл» емкостью 0,5 литра, дата розлива 8 ноября 2016 года, крепостью 40%, по цене 1 080 рублей в количестве 1 бутылки;

- вина столового полусладкого красного «Изабелла», емкостью 1 литр, крепостью 10-12%, производства ООО «Винзавод Юровский», по цене 190 рублей, в количестве 12 упаковок;

- вина столового полусладкого белого «Мускат» с названием «Дары Черноморья», емкостью 1 литр, крепостью 10-12%, по цене 190 рублей, дата розлива 2 июня 2017 года, в количестве 36 упаковок;

- водки «Матушка мягкая», емкостью 0,5 литра, дата розлива 1 августа 2017 года, производства ООО «Старооскольский ликероводочный завод люкс», по цене 260 рублей, в количестве 18 бутылок;

- водки «Хлебное вино мягкая», объемом 0,5 литра, крепостью 38%, дата розлива 18 августа 2017 года, по цене 260 рублей, производства ОАО «Минск Кристалл», в количестве 15 бутылок.

При этом должностными лицами административного органа при проведении осмотра установлено, что алкогольная продукция предлагалась к продаже: была размещена в торговом зале на витринах и имела ценники с указанием цены за единицу алкогольной продукции.

Результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра от 22 сентября 2017 года (л.д. 23-24; фотоматериалы, л.д. 25-28).

По окончании осмотра должностным лицом органа внутренних дел было произведено изъятие указанной алкогольной продукции, о чем составлен соответствующий протокол от 22 сентября 2017 года (л.д. 21-22).

В объяснении от 22 сентября 2017 года (л.д. 32) ФИО2 подтвердила факт реализации алкогольной продукции, пояснила, что изъятая алкогольная продукция принадлежит ООО «Привереда».

Выявленные в ходе осмотра нарушения требований Закона № 171-ФЗ послужили поводом для возбуждения в отношении Общества дела об административном правонарушении, о чем 29 сентября 2017 года уполномоченным должностным лицом органа внутренних дел составлен соответствующий протокол 75 № 918566 (л.д. 11).

На основании части 3 статьи 23.1 и части 1 статьи 28.8 КоАП Российской Федерации, статьи 202 АПК Российской Федерации орган внутренних дел обратился в Арбитражный суд Забайкальского края с заявлением о привлечении ООО «Привереда» к административной ответственности по части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции считает правильными выводы суда первой инстанции о наличии в действиях Общества состава вмененного ему административного правонарушения, исходя из следующего.

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2003 года № 17-П, от 23 мая 2013 года № 11-П и от 30 марта 2016 года № 9-П, государственное регулирование в области производства и оборота такой специфической продукции, относящейся к объектам, ограниченно оборотоспособным, как этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция, обусловлено необходимостью защиты как жизни и здоровья граждан, так и экономических интересов Российской Федерации, обеспечения нужд потребителей в соответствующей продукции, повышения ее качества и проведения контроля за соблюдением законодательства, норм и правил в регулируемой области.

Аналогичные цели государственного регулирования производства и оборота алкогольной продукции закреплены в пункте 1 статьи 1 Закона № 171-ФЗ.

Учитывая это, действующее законодательство предъявляет повышенные требования к обороту алкогольной продукции, включая ряд ограничений и запретов.

Одним из таких ограничений является установленный пунктом 1 статьи 26 Закона № 171-ФЗ запрет на оборот алкогольной продукции без соответствующих лицензий.

В свою очередь, пунктом 16 статьи 2 Закона № 171-ФЗ предусмотрено, что под оборотом алкогольной продукции понимается закупка (в том числе импорт), поставки (в том числе экспорт), хранение, перевозки и розничная продажа такой продукции.

Согласно пункту 2 статьи 18 Закона № 171-ФЗ такие виды деятельности, как хранение и розничная продажа алкогольной продукции, подлежат лицензированию.

При этом неотъемлемой частью деятельности по розничной продаже какого-либо товара является его хранение розничным продавцом в необходимых количествах (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2014 года № 47 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции»). 

В силу пункта 3 статьи 26 Закона № 171-ФЗ юридические лица, нарушающие требования данного Закона, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Одной из мер государственного принуждения за нарушение требований Закона № 171-ФЗ является административная ответственность. 

Частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации установлена административная ответственность за производство или оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции без соответствующей лицензии.

После вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 265-ФЗ, а именно с 30 июля 2017 года, наказание за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации, для юридических лиц стало существенно строже, а именно административный штраф в размере не более одной пятой совокупного размера выручки, полученной от реализации всех товаров (работ, услуг), за календарный год, предшествующий году, в котором было выявлено административное правонарушение, либо за предшествующую дате выявленного административного правонарушения часть календарного года, в котором было выявлено административное правонарушение, если правонарушитель не осуществлял деятельность по реализации товаров (работ, услуг) в предшествующем календарном году, но не менее трех миллионов рублей с конфискацией продукции, оборудования, сырья, полуфабрикатов, транспортных средств или иных предметов, использованных для производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, либо без таковой или административное приостановление деятельности на срок от шестидесяти до девяноста суток с конфискацией продукции, оборудования, сырья, полуфабрикатов, транспортных средств или иных предметов, использованных для производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, либо без таковой.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что с 26 августа 2017 года должностные лица организаций, осуществляющих без соответствующей лицензии деятельность, связанную с производством и оборотом (в том числе розничной продажей) алкогольной продукции, в крупном размере (когда стоимость алкогольной продукции превышает 100 000 рублей) или особо крупном размере (стоимость алкогольной продукции превышает 1 000 000 рублей) могут быть привлечены к уголовной ответственности по статье 171.3 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Таким образом, с 30 июля 2017 года в случае оборота (в том числе хранения и розничной продажи) алкогольной продукции без соответствующей лицензии минимальный размер административного штрафа для юридических лиц составляет 3 000 000 рублей (до 30 июля 2017 года размер административного штрафа составлял от 200 000 до 300 000 рублей), в связи с чем и с учетом требований части 2 статьи 1.7 КоАП Российской Федерации при определении меры административной ответственности имеет значение выяснение, когда было совершено административное правонарушение – до или после 30 июля 2017 года.

В рассматриваемом случае административное правонарушение было выявлено 22 сентября 2017 года, поэтому применению подлежит новая редакция части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации.

В пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июля 2014 года № 47 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» разъяснено, что при рассмотрении дел, связанных с привлечением к административной ответственности за осуществление розничной продажи алкогольной продукции без лицензии, судам необходимо исходить из того, что соответствующие деяния охватываются нормой части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации.

Как указано в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», право осуществлять деятельность, на занятие которой необходимо получение специального разрешения (лицензии), возникает с момента получения разрешения (лицензии) или в указанный в нем срок. 

На основании пункта 2 статьи 20 Закона № 171-ФЗ действие лицензии на производство и оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции прекращается по истечении срока действия такой лицензии. 

Таким образом, в силу приведенной нормы ООО «ВСК» было не вправе с 19 августа 2017 года легально осуществлять какие-либо действия с алкогольной продукцией, в том числе осуществлять ее хранение и розничную продажу.

При этом на основании пункта 5 статьи 20 Закона № 171-ФЗ (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 278-ФЗ, действующей с 31 июля 2017 года) в течение двух месяцев с момента аннулирования лицензии или прекращения действия лицензии лицензиат имеет право на хранение остатков алкогольной продукции, на возврат ее поставщику, на поставку остатков алкогольной продукции иной имеющей лицензию на закупку, хранение и поставки алкогольной и спиртосодержащей продукции организации, которые осуществляются под контролем лицензирующего органа, за исключением случаев, если такая продукция подлежит изъятию в соответствии с пунктом 1 статьи 25 настоящего Федерального закона.

Из материалов настоящего дела следует, что должностными лицами органа внутренних дел 22 сентября 2017 года был проведен осмотр магазина «Добротный», расположенного по адресу: Забайкальский край, Читинский район, с. Смоленка, мкр. Добротный, д. 65, в котором осуществляет свою деятельность ООО «Привереда». В ходе осмотра был выявлен факт оборота (хранения и розничной продажи в виде выставления на витринах) алкогольной продукции в отсутствие специального разрешения (лицензии). 

Должностными лицами административного органа при проведении осмотра названного магазина установлено, что алкогольная продукция предлагалась к продаже: была размещена в торговом зале на витринах и имела ценники с указанием цены за единицу алкогольной продукции и названием юридического лица, реализующего данную продукцию, а именно: ООО «Привереда». При этом информация о том, что алкогольная продукция в данном торговом помещении не продается, отсутствовала.

Названные обстоятельства зафиксированы, в частности, в протоколе осмотра принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений от 22 сентября 2017 года, подписанным понятыми и представителем ООО «Привереда» без замечаний (л.д. 23-24; фотоматериалы л.д. 25-28), в протоколе № 75  918566 об административном правонарушении от 29 сентября 2017 года (л.д. 11), протоколе изъятия вещей и документов от 22 сентября 2017 года (л.д. 21-22), объяснением ФИО4 от 22 сентября 2017 года (л.д. 30), объяснением ФИО2 от 22 сентября 2017 года (л.д. 32). 

Так, из протокола осмотра от 22 сентября 2017 года следует, что на момент проведения осмотра в торговом зале магазина «Добротный» на витринах находилась алкогольная продукция (вино и водка различных наименований), снабженная ценниками (например, водка «Medoff Люкс» по цене 290 рублей за бутылку). При этом объявления о том, что алкогольная продукция не продается, отсутствует.

Осмотр помещения сопровождался фотосьемкой (л.д. 25-28), соответствующий протокол подписан понятыми и представителем ООО «Привереда» (продавцом ФИО2) без замечаний. 

Стоимость каждой единицы алкогольной продукции, находившейся в розничной продаже, по имевшимся ценникам указана в протоколе изъятия вещей и документов от 22 сентября 2017 года (л.д. 21-22).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что выставление в местах продажи (например, на прилавках, в витринах) товаров, продажа которых является незаконной, образует состав административного правонарушения при условии отсутствия явного обозначения, что эти товары не предназначены для продажи (пункт 2 статьи 494 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 19 Правил продажи отдельных видов товаров продавец обязан обеспечить наличие единообразных и четко оформленных ценников на реализуемые товары с указанием наименования товара, сорта (при его наличии), цены за вес или единицу товара, подписи материально ответственного лица или печати организации, даты оформления ценника.

Следовательно, само по себе выставление на витринах алкогольной продукции, наличие на ней ценников уже подтверждает осуществление Обществом розничной продажи алкогольной продукции.

Кроме того, собственно факт реализации алкогольной продукции (а именно водки «Медофф люкс» по цене 290 рублей) подтверждается письменными объяснениями от 22 сентября 2017 года покупателя и продавца данной продукции – ФИО4 (л.д. 30) и ФИО2 соответственно (л.д. 32).

Продавец ФИО2, помимо факта продажи водки «Медофф люкс», подтвердила, что вся алкогольная продукция, находящаяся на реализации, принадлежит ООО «Привереда», работником (продавцом в магазине «Добротный») которого она и является (л.д. 32).

Учитывая такие объяснения продавца и покупателя водки «Медофф люкс», а также факт нахождения иной алкогольной продукции в торговом зале на витринных стеллажах с ценниками и отсутствие соответствующих сопроводительных документов на алкогольную продукцию, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований считать, что алкогольная продукция, представленная к розничной продаже и фактически реализуемая, находится в легальном обороте.

Факт реализации Обществом спорной алкогольной продукции также подтверждается вступившим в законную силу постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 7 марта 2018 года по делу № А78-18767/2017,

Выданная Обществу 18 августа 2016 года лицензия № 75РПА0001649 (75 МЕ 006167) на осуществление розничной продажи алкогольной продукции прекратила свое действие 18 августа 2017 года (л.д. 19-20), то есть с 19 августа 2017 года она была недействующей.

Следовательно, исходя из положений пункта 2 статьи 20 Закона № 171-ФЗ, на момент проведения должностными лицами административного органа осмотра (22 сентября 2017 года) действие названной лицензии уже прекратилось, а новая лицензия на осуществление розничной продажи алкогольной продукции в магазине «Добротный» у ООО «Привереда» отсутствовала.

По убеждению суда апелляционной инстанции, не продлив срок действия прежней лицензии или не получив новую лицензию Общество обязано было с 19 августа 2017 года прекратить не только собственно осуществление деятельности по розничной продаже алкогольной продукции, но и осуществление сопутствующей розничной продаже деятельности – по хранению такой продукции в целях розничной ее продажи.

Кроме того, учитывая положения пункта 5 статьи 20 Закона № 171-ФЗ (в редакции, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений), ООО «Привереда», не имея намерения продлить срок действия лицензии или получить новую лицензию, обязано было принять необходимые меры к тому, чтобы до 18 августа 2017 года реализовать остатки алкогольной продукции или передать нереализованную алкогольную продукции на хранение организации, имеющей соответствующую лицензию, либо возвратить ее поставщикам.

Однако ООО «Привереда» необходимых мер к соблюдению запретов и ограничений в области оборота алкогольной продукции не приняло (более того, разместило алкогольную продукцию на витринах в торговом помещении магазина), что в итоге привело к совершению 22 сентября 2017 года вмененного ему административного правонарушения.

Оценив по правилам статьи 71 АПК Российской Федерации упомянутые выше и иные имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе протокол об административном правонарушении № 75  918566 от 29 сентября 2017 года (л.д. 11), протокол осмотра от 22 сентября 2017 года (л.д. 23-24; фотоматериалы л.д. 25-28), протокол изъятия вещей и документов от 22 сентября 2017 года (л.д. 21-22), письменное объяснение ФИО4 от 22 сентября 2017 года (л.д. 30), письменное объяснение ФИО2 от 22 сентября 2017 года (л.д. 32), лицензию от 18 августа 2016 года № 75РПА0001649 (75 МЕ 006167) (л.д. 19-20), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что они являются достаточными для квалификации противоправных действий ООО «Привереда» по части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации.

Судом первой инстанции правильно определены элементы состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации, в том числе субъективная его сторона.

Согласно части 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых этим Кодексом или законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

В пункте 16.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что понятие вины юридических лиц раскрывается в части 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации. При этом в отличие от физических лиц в отношении юридических лиц КоАП Российской Федерации формы вины не выделяет.

Следовательно, в отношении юридических лиц требуется лишь установление того, что у соответствующего лица имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению. Обстоятельства, указанные в части 1 или части 2 статьи 2.2 КоАП Российской Федерации, применительно к юридическим лицам установлению не подлежат.

Принимая во внимание, что пунктом 1 статьи 26 Закона № 171-ФЗ установлен императивный запрет на оборот алкогольной продукции без соответствующей лицензии, ООО «Привереда» обязано было принять все необходимые и зависящие от него меры к недопущению нарушения таких требований. Однако в рассматриваемом случае подобных мер Обществом принято не было.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что в магазине «Добротный» осуществляет свою деятельность индивидуальный предприниматель ФИО2, которой и принадлежит алкогольная продукция, изъятая в ходе проведения осмотра, а также о том, что данная алкогольная продукция была реализована ФИО2, не являющейся работником ООО «Привереда», без ведома самого Общества, которое с даты истечения срока лицензии (18 августа 2017 года) не осуществляет розничную продажу алкогольной продукции, оцениваются судом апелляционной инстанции критически.

Во-первых, как уже отмечалось выше, в своем письменном объяснении от 22 сентября 2017 года, отобранном сотрудником органа внутренних дел непосредственно после выявления факта розничной продажи алкогольной продукции, ФИО2, помимо подтверждения собственно факта продажи водки «Медофф люкс», указала, что вся алкогольная продукция, находящаяся на реализации, принадлежит ООО «Привереда»; в графе «место работы и должность» она указала «продавец в магазине «Добротный». 

Во-вторых, вступившим в законную силу постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 7 марта 2018 года по делу № А78-18767/2017 установлено, что ФИО2 и ФИО5 (директор Общества) являются родственниками, что само по себе ставит под сомнение анализируемые доводы заявителя апелляционной жалобы. 

Кроме того, этим же судебным актом установлено, что ООО «Привереда» представило необходимые сопроводительные документы на водку «Белуга Нобл», также изъятую в ходе проведения осмотра 22 сентября 2017 года. Данное обстоятельство, несомненно, опровергает довод заявителя апелляционной жалобы о принадлежности всей реализуемой алкогольной продукции ФИО2

Наконец, суд апелляционной инстанции отмечает, что пунктом 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что полномочие может явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.).

Из правовой позиции, выраженной в мотивировочной части 3.1 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 октября 2015 года № 28-П, следует, что для гражданина, проявляющего при заключении договора необходимые разумность и добросовестность, соответствующее полномочие представителя может явствовать из обстановки, в которой он действует.

Например, когда договор розничной купли-продажи оформляется в помещении торгового объекта (магазине, баре и т.д.), то у гражданина имеются все основания полагать, что лицо, заключающее этот договор от имени организации, которой принадлежит данный торговый объект, наделено соответствующими полномочиями и действует от имени такой организации.

В данном случае ФИО2 как продавец магазина «Добротный», в котором осуществляет свою деятельность ООО «Привереда», была фактически допущена последним к розничной продаже алкогольной продукции и в отношениях с третьими лицами (покупателями алкогольной продукции, в том числе ФИО4) являлась представителем Общества, то есть в любом случае действовала от его имени.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 13 июля 2015 года № 304-АД15-7137, юридические лица обязаны обеспечить должный контроль как за выполнением требований законодательства в сфере розничной продажи алкогольной продукции, так и за выполнением таких требований своими работниками (представителями).

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции расценивает анализируемые доводы Общества не иначе, как избранный им способ защиты в целях избежания привлечения к административной ответственности, весьма часто используемый в аналогичных ситуациях и иными правонарушителями при производстве по делам об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 14.16, частью 3 статьи 14.17 и частью 2 статьи 14.17.1 КоАП Российской Федерации. 

Каких-либо существенных процедурных нарушений про производстве по делу об административном правонарушении, которые бы препятствовали привлечению Общества к ответственности, судом апелляционной инстанции не установлено.

В частности, о времени и месте составления протокола об административном правонарушении законный представитель ООО «Привереда» – директор ФИО5 была извещена заблаговременно и надлежащим образом; протокол об административном правонарушении от 29 сентября 2017 года был составлен с ее участием; ей была предоставлена возможность дать письменные объяснения, чем она и воспользовалась. 

В названном протоколе, среди прочего, ФИО5 были разъяснены ее права, предусмотренные КоАП Российской Федерации, в том числе право пользоваться юридической помощью защитника, о чем отобрана соответствующая расписка.

В рассматриваемом случае протокол об административном правонарушении от 29 сентября 2017 года составлен и подписан уполномоченным на совершение таких процессуальных действий должностным лицом органа внутренних дел (старшим инспектором ИАЗ ОМВД России по Читинскому району, майором полиции ФИО6) и в пределах годичного срока давности привлечения к административной ответственности за подобное правонарушение.

Установленный частью 1 статьи 4.5 КоАП Российской Федерации годичный срок давности привлечения Общества к административной ответственности, исчисляемый в рассматриваемом случае с 22 сентября 2017 года, судом первой инстанции не пропущен.

Санкция части 3 статьи 14.17 КоАП Российской Федерации предусматривает в качестве дополнительного наказания конфискацию алкогольной продукции, поэтому суд первой инстанции вправе был применить наказание не только в виде административного штрафа, но и конфисковать изъятую алкогольную продукцию. 

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 25 Закона № 171-ФЗ в целях пресечения незаконных производства и (или) оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции изъятию из незаконного оборота на основании решений уполномоченных в соответствии с законодательством Российской Федерации органов и должностных лиц подлежат этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция в случае, если их производство и (или) оборот осуществляются без соответствующих лицензий, за исключением случая, предусмотренного пунктом 5 статьи 20 настоящего Федерального закона (до 31 июля 2017 года данное исключение не распространялось на организации, осуществляющие розничную продажу алкогольной продукции).

Таким образом, Законом № 171-ФЗ предусмотрена следующая юридическая презумпция: алкогольная продукция, реализуемая без соответствующих лицензий, в силу одного лишь этого обстоятельства является находящейся в незаконном обороте.

В этой связи обнаруженная в помещении магазина «Добротный» алкогольная продукция признается находящейся в незаконном обороте и подлежит изъятию из незаконного оборота.

В соответствии с пунктом 2 статьи 25 Закона № 171-ФЗ изъятые или конфискованные этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция, указанные в подпунктах 1-3, 8 пункта 1 настоящей статьи, подлежат уничтожению по решению суда в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Правила уничтожения по решению суда изъятых или конфискованных этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, указанных в подпунктах 1-3 и 8 пункта 1 статьи 25 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции», а также сырья, полуфабрикатов, производственной, транспортной, потребительской тары (упаковки), этикеток, средств укупорки потребительской тары, используемых для производства этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, федеральных специальных марок и акцизных марок (в том числе поддельных) для маркировки алкогольной продукции, указанных в подпункте 4 пункта 1 статьи 25 Федерального закона утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.09.2015 № 1027 (далее – Правила № 1027).

Суд апелляционной инстанции учитывает, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Забайкальского края от 9 января 2018 года по делу № А78-18767/2017 та же самая алкогольная продукция уже была конфискована, однако, поскольку доказательства решения суда в материалы настоящего дела не представлены (таким доказательством является предусмотренный пунктом 7 Правил № 1027 акт уничтожения), судом первой инстанции правомерно рассмотрен вопрос о конфискации алкогольной продукции, изъятой согласно протоколу от 22 сентября 2017 года.

Кроме того, в рамках настоящего дела (в отличие от дела № А78-18767/2017) подлежит конфискации и водка «Белуга Нобл», поскольку такая алкогольная продукция, хотя и имела необходимые документы, подтверждающие легальность ее производства и оборота, тем не менее, не могла после 18 августа 2017 года на законных основаниях находиться в розничной продаже (в принадлежащем Обществу магазине «Добротный»). 

Таким образом, суд апелляционной инстанции не усматривает конкуренции судебных актов по настоящему делу и делу № А78-18767/2017 в части конфискации алкогольной продукции. 

Относительно возможности замены административного наказания в виде штрафа с конфискацией алкогольной продукции на предупреждение суд отмечает следующее.

На основании части 3 статьи 3.4 КоАП Российской Федерации в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа может быть заменено являющимся субъектами малого и среднего предпринимательства лицу, осуществляющему предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, или юридическому лицу, а также их работникам на предупреждение в соответствии со статьей 4.1.1 настоящего Кодекса.

В свою очередь, в соответствии с частью 1 статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации являющимся субъектами малого и среднего предпринимательства лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, и юридическим лицам, а также их работникам за впервые совершенное административное правонарушение, выявленное в ходе осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля, в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа подлежит замене на предупреждение при наличии обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 3.4 настоящего Кодекса, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

Частью 3.5 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации также предусмотрено, что административное наказание в виде предупреждения назначается в случаях, если оно предусмотрено соответствующей статьей раздела II настоящего Кодекса или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

С учетом взаимосвязанных положений части 2 статьи 3.4, части 3.5 статьи 4.1 и части 1 статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации следует признать, что факт совершения ООО «Привереда» достаточно грубого административного правонарушения в сфере оборота такой специфичной продукции, как алкогольная, выразившегося в обороте алкогольной продукции без специального разрешения (лицензии), исключает замену административного штрафа предупреждением.

Делая такой вывод, суд апелляционной инстанции исходит из того, что в соответствии с частью 2 статьи 3.4 и частью 3.5 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации административное наказание в виде предупреждения может быть применено только при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей.

Как уже отмечалось выше, в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 25 Закона № 171-ФЗ в целях пресечения незаконного оборота алкогольной продукции изъятию из незаконного оборота на основании решений уполномоченных в соответствии с законодательством Российской Федерации органов и должностных лиц подлежит алкогольная продукция в случае, если ее оборот осуществляется без соответствующих лицензий.

То есть Законом № 171-ФЗ предусмотрена следующая юридическая презумпция: алкогольная продукция, реализуемая без соответствующих лицензий, в силу одного лишь этого обстоятельства является находящейся в незаконной обороте.

В этой связи суд апелляционной инстанции приходит к выводу о невозможности применения к ООО «Привереда» положений статьи 4.1.1 КоАП Российской Федерации (о замене административного штрафа предупреждением), поскольку исходит из того, что предлагавшаяся к розничной продаже спорная алкогольная продукция в отсутствие лицензии и предусмотренных статьей 10.2 Закона № 171-ФЗ документов представляет угрозу жизни и здоровью потребителей такой продукции.

Поддерживает суд апелляционной инстанции и позицию суда первой инстанции об отсутствии предусмотренных частью 3.2 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации оснований для назначения административного наказания (штрафа) ниже низшего предела.

Согласно части 1 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации, по общему правилу, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, определенных законом, устанавливающим ответственность за данное административное правонарушение.

Однако в соответствии с частью 3.2 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации при наличии исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями, имущественным и финансовым положением привлекаемого к административной ответственности юридического лица, судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дела об административных правонарушениях либо жалобы, протесты на постановления и (или) решения по делам об административных правонарушениях, могут назначить наказание в виде административного штрафа в размере менее минимального размера административного штрафа, предусмотренного соответствующей статьей или частью статьи раздела II настоящего Кодекса, в случае, если минимальный размер административного штрафа для юридических лиц составляет не менее ста тысяч рублей.

При этом частью 3.3 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации определено, что при назначении административного наказания в соответствии с частью 3.2 настоящей статьи размер административного штрафа не может составлять менее половины минимального размера административного штрафа, предусмотренного для юридических лиц соответствующей статьей или частью статьи раздела II настоящего Кодекса.

Исходя из буквального содержания части 3.2 статьи 4.1 КоАП Российской Федерации, определяющее значение для решения вопроса о возможности назначения административного наказания ниже низшего предела имеет наличие исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 25 февраля 2014 года № 4-П также указано, что принятие решения о назначении юридическому лицу административного штрафа ниже низшего предела, предусмотренного санкцией соответствующей статьи, допускается только в исключительных случаях.

В рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, послуживших причиной совершения ООО «Привереда» достаточно грубого административного правонарушения, выразившегося в розничной продаже алкогольной продукции (вина и водки различных наименований), без специального разрешения (лицензии).

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 сентября 2015 года № 1828-О указано, что поскольку административное наказание является средством государственного реагирования на совершенное административное правонарушение и как таковое применяется в целях предупреждения совершения новых административных правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами, установленные данным Кодексом размеры административных штрафов должны соотноситься с характером и степенью общественной опасности административных правонарушений и обладать разумным сдерживающим эффектом, необходимым для обеспечения соблюдения находящихся под защитой административно-деликтного законодательства запретов. В противном случае применение административного наказания не будет отвечать предназначению государственного принуждения в правовом государстве, которое должно заключаться главным образом в превентивном использовании соответствующих юридических средств (санкций) для защиты прав и свобод человека и гражданина, а также иных конституционно признанных ценностей.

В этой связи суд апелляционной инстанции считает, что назначение Обществу наказания ниже низшего предела не будет отвечать указанным выше целям.

Правовых оснований для признания допущенного Обществом правонарушения в качестве малозначительного также не имеется.

Малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям (пункт 18). Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния (пункт 18.1).

В пункте 4.2 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 января 2013 года № 1-П указано, что в системе действующего правового регулирования освобождение от административной ответственности в связи с малозначительностью совершенного правонарушения не может использоваться для целей учета имущественного и финансового положения привлекаемого к административной ответственности юридического лица. Кроме того, освобождение от административной ответственности путем признания правонарушения малозначительным во всех случаях, когда правоприменительный орган на основе установленных по делу обстоятельств приходит к выводу о несоразмерности наказания характеру административного правонарушения, противоречило бы вытекающему из принципа справедливости принципу неотвратимости ответственности, а также целям административного наказания и не обеспечивало бы решение конституционно значимых задач законодательства об административных правонарушения.

Суд апелляционной инстанции, исходя из характера допущенного Обществом правонарушения, не считает возможным признать его малозначительным.

В целях процессуальной экономии суд апелляционной инстанции считает необходимым разъяснить Обществу, что оценка вывода арбитражного суда первой и (или) апелляционной инстанции об отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям исходя из совершенных лицом правонарушений и, как следствие, о возможности квалификации таких правонарушений как малозначительных либо замены административного наказания в виде штрафа на предупреждение с учетом положений статей 286 и 287 АПК Российской Федерации не входит в компетенцию арбитражного суда кассационной инстанции (пункт 18.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», определения Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2017 года № 302-АД17-7053 и от 19 декабря 2017 года № 302-АД17-17358).

С учетом приведенного правового регулирования и установленных фактических обстоятельств обжалуемый судебный акт отмене или изменению не подлежит.

Рассмотрев апелляционную жалобу на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Забайкальского края от 2 апреля 2018 года по делу № А78-18766/2017, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Забайкальского края от 2 апреля 2018 года по делу № А78-18766/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Кассационная жалоба подается через Арбитражный суд Забайкальского края.

Председательствующий судьяГ.Г. Ячменёв

СудьиЕ.В. Желтоухов

 В.А. Сидоренко