ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

29.01.2024

Дело № А40-157487/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 29 января 2024 года

 

            Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: Е.А. Зверевой, Н.Я. Мысака, 

при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 14.12.2021, срок 3 года, рег. №50/211-н/50-2021-20-199;

от ФИО3 – ФИО2, по доверенности от 15.12.2021, срок 10 лет, рег. №62/120-н/77-2021-3-1589;

от ФИО4 – ФИО5, по доверенности от  25.07.2020, срок 10 лет, рег. №50/211-н/50-2020-5-1732;

от ФИО6 – ФИО5, по доверенности рег. №50/211-н/50-2020-5-1757, срок 10 лею.;

от ФИО7- ФИО8, ФИО9, по доверенности от 16.12.2021, срок 3 года, №221427/11, рег. №77/468-н/77-2021-17-409;

от арбитражного управляющего ФИО10 – ФИО11, по доверенности от 30.01.2023, срок 3 года;

рассмотрев 24.01.2024 в судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего Мельниковой Юлии Александровны

на определение от 28.04.2023

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 03.11.2023

Девятого арбитражного апелляционного суда,

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными договоров купли-продажи земельных участков, заключенных между ФИО13, ФИО14, ФИО7, ФИО15, ФИО3, ФИО1,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО13,

установил:

Решением Арбитражного суда города Москвы 23.12.2019 ФИО13 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника  введена процедура банкротства - реализация имущества гражданина, финансовым управляющим должником утверждена ФИО10.

Финансовый управляющий должником обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 21.06.2016, заключенного между ФИО13 и ФИО14.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.04.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2021, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 03.11.2021 определение Арбитражного суда города Москвы от 30.04.2021 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.08.2021 отменены и обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2023, в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными договоров купли – продажи земельных участков, заключенных между ФИО13, ФИО14, ФИО7, ФИО15, ФИО3, ФИО16 отказано в полном объеме.

Не согласившись с принятыми судебными актами, арбитражный управляющий ФИО10 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2023 и принять по делу новый судебный акт о признании недйествительным договора купли – продажи от 21.06.2016, заключенного между ФИО13 и ФИО14; договора купли – продажи от 29.05.2017, заключенного между ФИО14 и ФИО15, договора купли – продажи от 16.06.2017, заключенного между ФИО15 и ФИО3, договора купли – продажи от 03.10.2018, заключенного между ФИО3 и ФИО1, договора купли – продажи от 14.09.2021, заключенного между ФИО3 и ФИО7

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель арбитражного управляющего ФИО10 доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представители ФИО3, ФИО14, ФИО6, ФИО7 возражали против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах на жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

Из содержания обжалуемых судебных актов  усматривается, что при новом рассмотрении спора, суды обеих инстанций, выполняя указания суда кассационной инстанции в порядке статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установили следующие обстоятельства.

Настоящее дело о банкротстве возбуждено  26.06.2019.

            21.06.2016 между ФИО13 (продавец) и ФИО14 (покупатель) заключен договор купли-продажи земельных участков, находящихся по адресу Московская область, Одинцовский район, дп «Ильинское» с кадастровыми номерами: 1) 50:20:0010504:110; 2) 50:20:0010504:112; 3) 50:20:0010504:113; 4) 50:20:0010504:114; 5) 50:20:0010504:115; 6) 50:20:0010504:117; 7) 50:20:0010504:118.

            Общая стоимость земельных участков определена в размере 1 000 000,00 долларов США.

            21.06.2016 между сторонами подписан акт приема-передачи имущества.

            Также между сторонами составлена расписка в подтверждение проведения расчетов по договору.

            04.07.2016 произведена регистрация перехода права собственности на земельные участки.

            Одновременно с заключением спорного Договора, супруга должника - ФИО17 и ФИО14 заключили предварительный договор купли-продажи этих же земельных участков. Срок заключения основного договора купли-продажи установлен до 21.06.2017.

            Указанные обстоятельства нашли свое подтверждение в решении Одинцовского городского суда Московской области от 22.03.2018 по делу №2-3070/2018, оставленном без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 25.07.2018 по делу №33-17658/2018.

            Наличие указанной сделки свидетельствует, по - мнению финансового управляющего,  об осведомленности ответчика о финансовом положении должника и, как следствие, об аффилированности сторон.

            На момент заключения спорного Договора ФИО13 имел неисполненные денежные обязательства перед Бетанет Глобал Лимитед в размере 312 340 000 руб.

            По состоянию ни на дату заключения договора (21.06.2016), ни на дату регистрации (04.07.2016) активы ФИО13 не позволяли удовлетворить требования Бетанет Глобал Лимитед в той мере, право требования которого существовали.

            Земельные участки проданы должником ФИО13 ответчику ФИО14 по Договору купли-продажи земельных участков от 21.06.2016.

            В свою очередь ФИО14 впоследствии продал указанные земельные участки ФИО15 по договору от 29.05.2017 по цене 64 150 900 руб.

            По договору от 16.06.2017 ФИО15 земельные участки проданы ФИО3 по цене 64 150 900 руб.

            По договору от 03.10.2018 между ФИО3 и ФИО1 земельные участки 50:20:0010504:110 и 50:20:0010504:117 были проданы по цене 13 507 344,07 руб. и 2 530 380,93 руб. соответственно.

            14 и 15 сентября 2021 все спорные земельные участки кроме 50:20:0010504:112 приобретены ФИО7 у ФИО3 по цене 152 165 900 руб. и у ФИО1 по цене 120 000 000 руб.

            По - мнению финансового управляющего, ФИО7 не является добросовестным приобретателем, поскольку земельные участки были им приобретены при наличии сведений о судебном споре об оспаривании сделки в рамках настоящего дела.

            Цепочка сделок оспаривалась финансовым управляющим должником по  пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьям 10, 167, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

            При новом рассмотрении ФИО7, ФИО15, ФИО3, ФИО1 привлечены для участия в обособленном споре в качестве ответчиков.

            Судами установлено, что на момент заключения спорного Договора ФИО13 имел неисполненные денежные обязательства перед Бетанет Глобал Лимитед в размере 312 340 000 руб. В дальнейшем данные требования включены в реестр требований кредиторов должника, что свидетельствует о его неплатежеспособности.

            При новом рассмотрении определением Арбитражного суда города Москвы от 12.08.2022 назначена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости отчужденных земельных участков.

            Согласно заключению ООО «Санкт-Петербургский центр судебных экспертиз» №718/03 от 08.11.2022 рыночная стоимость земельных участков составляет: на 21.06.2016 – 51 730 000 руб.; на 08.06.2017 – 54 760 000 руб.; на 28.06.2017 – 54 760 000 руб.; на 25.10.2018 – 61 350 000 руб.

            Таким образом, суды посчитали, что определенная экспертом стоимость земельных участков сопоставима с их совокупной кадастровой стоимостью – 56 598 952,92 руб.

            В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 25.06.2013 N 10761/11, кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.

            Проведение расчетов по договору подтверждается распиской сторон, а также договором банковского сейфа от 21.06.2016.

            По договору от 03.12.2015 ФИО14 продан объект недвижимости по цене 44 700 000 руб.

            По договору от 08.12.2015 ФИО14 был продан объект недвижимости по цене 1 414 000 Евро.

            В связи с этим суды посчитали, что изложенное подтверждает финансовую состоятельность ФИО14 для проведения расчетов по договору с ФИО13, поскольку перед заключением спорного договора им получены денежные средства от продажи иных объектов в количестве достаточном для оплаты спорных земельных участков.

            Риски сокрытия ФИО13 сведений о последующем использовании полученных денежных средств не могут быть возложена на ФИО14 и иных приобретателей имущества в отсутствие доказательств заинтересованности сторон.

            Таким образом, суды пришли к выводу о том, что материалами дела опровергается признак вредоносности оспариваемого договора.

            Судами также установлено, что в марте 2018 года ФИО17 (супруга ФИО13) обратилась в Одинцовский городской суд с иском о признании недействительным договора купли-продажи между ФИО14 и ФИО15 и об обязании ФИО14 передать ей земельные участки. В удовлетворении иска отказано.

            Апелляционным определением Московского областного суда по данному делу установлена реальность сделок между ФИО14 и ФИО15, ФИО15 и ФИО3, установлены обстоятельства содержания участков текущим собственником, проведения расчетов между сторонами. Действия ФИО14 по продаже земельных участков обусловлены невозможностью исполнения обязательств ФИО17 по предварительному договору от 21.06.2016.

            Суды посчитали, что подобный иск и обращение в апелляционную инстанцию опровергают позицию финансового управляющего о согласованности действий должника и ФИО14 по выводу имущества из конкурсной массы в целях недопущения обращения на него взыскания кредиторами должника посредством совершения оспариваемой сделки.

            По мнению судов, наличие предварительного договора между ФИО14 и ФИО17 свидетельствует о намерении сторон на момент заключения договора купли-продажи от 21.06.2016 в будущем возвратить земельные участки в имущественную сферу должника в случае их обратного выкупа, но не свидетельствуют о заинтересованности сторон,  принимая во внимание расчеты по договору от 21.06.2016, а также то обстоятельство, что последующая продажа земельных участков ФИО14 обусловлены невозможностью исполнения обязательств ФИО17 по предварительному договору.

            Довод финансового управляющего должником о фактической аффилированности ФИО14 и должника через ФИО17 как стороны предварительного договора купли-продажи, мотивированно отклонен судами, так как заключение указанного договора свидетельствовало  о намерении сторон на момент заключения договора купли-продажи от 21.06.2016 в будущем возвратить земельные участки в имущественную сферу должника в случае их обратного выкупа, но не подтверждает цель причинения вреда кредиторам должника при совершении оспариваемой сделки, так как не позволяет сделать вывод об осведомленности ФИО14 о финансовом состоянии должника на момент совершения оспариваемой сделки.

            Кроме того, суды отметили, что представлены доказательства заказа ФИО3 работ по планированию земельных участков, в результате которых ФИО3 привлечена к административной ответственности, что указывает на совершение ответчиком действий по их использованию в качестве собственника.

            Суды также посчитали, что доверенность, выданная ФИО14 на ФИО15 для реализации земельных участков, доводы о родственных связях ФИО14 и ФИО1 также не свидетельствует о наличии дефектов в сделках, поскольку в отсутствие доказательств заинтересованности между ФИО13 и ФИО14 не имеют правового значения доводы финансового управляющего в отношении последующих сделок, так как материалами дела не подтверждается сохранение должником контроля за спорным имуществом.

            Судами также установлено, что доказательства аффилированности ФИО13 с последующими приобретателями спорного имущества материалы обособленного спора не содержат, в связи с чем довод финансовго управляющего должника о цепочке сделок материалами дела не подтвержден, личное знакомство должника и его супруги с ФИО14, по мнению судов,  само по себе в отсутствие иных доказательств не свидетельствует о заинтересованности сторон.

            При этом суды отметили, что добросовестность ФИО14 при совершении данной сделки подтверждается Апелляционным определением Судебной коллеги по гражданским делам Московского городского суда от 22.04.2021 по делу №2-1636/2019. Иных доказательств осведомленности ФИО14 о финансовом положении должника в материалы дела также не представлено.         

            Одновременно суды пришли к выводу, что значительная разница в стоимости земельных участков при приобретении земли и последующей продаже обусловлены тем, что ФИО3 были инициированы работы по строительству, подключению инженерных коммуникаций, электроэнергии, канализации.

            Также ФИО1 был инициирован иск об установлении сервитута для использования земельных участков, который был удовлетворен решением Одинцовского городского суда Московской области по делу №2-2772/2019.

            В отношении ФИО7 суды пришли к выводу о добросовестном характере его действий, поскольку в материалы дела представлены доказательства оплаты по договорам с ФИО3 и ФИО1 посредством банковских ячеек и оформления аккредитива, а также раскрыты источники денежных средств для проведения расчетов (справки ф. 2-НДФЛ).

            Также ФИО7 представлены доказательств несения расходов на содержание земельных участков. При этом материалами дела не подтверждается его заинтересованность как по отношению к ФИО13, так и ФИО14, а также иным ответчикам по спору.

            Судами отклонены доводы финансового управляющего о недобросовестности ФИО7 ввиду осведомленности о том, что земельные участки находятся в судебном споре, поскольку соответствующая запись заинтересованными лицами в ЕГРП не была внесена, а контрагенты ФИО7 к моменту совершения сделок с ним не были привечены к участию в настоящем споре.

            Также судами установлено, что ФИО7 заключен договор с агентством недвижимости перед покупкой спорных участков, а также были приобретены соседние земельные участки у иных лиц, нежели участники настоящего спора, с целью создания единого имущественного комплекса.

            В связи с изложенным, суды пришли к выводу о том, что  указанные обстоятельства опровергают доводы уточненного заявления о совершении должником и ответчиками цепочки взаимосвязанных сделок, их мнимом и притворном характере (ст. 170 ГК РФ).

            В связи с этим суды пришли к выводу об опровержении доводов управляющего о причинении вреда имущественным правам кредиторов в результате оспариваемой сделки, а также об осведомленности ответчиков о финансовом положении должника.

            Таким образом, суды посчитали,  что финансовым управляющим не доказана совокупность обстоятельств необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

            Одновременно суды пришли к выводу о том, что отсутствуют основания для оценки сделок,  как совершенных со злоупотреблением правом (ст. 10 ГК РФ), поскольку материалами дела не подтверждается неправомерное поведение их сторон. Финансовым управляющим не приведены разумные доводы с указанием на процессуальное поведение должника и ответчиков, а также же их поведение в хозяйственном обороте, которые бы свидетельствовали о совершении спорных сделок исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника, для сохранения должником контроля за имуществом в том или ином виде.

            Доводы о пропуске срока исковой давности судами рассмотрены и мотивированно отклонены, поскольку настоящее дело о банкротстве возбуждено 26.06.2019, а  заявление подано 13.11.2020, тогда как решением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2019 в отношении ФИО13 введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим должника утверждена ФИО10, то есть в пределах годичного срока, установленного статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как процедура реструктуризации в отношении гражданина-должника не вводилась.

            При этом судом апелляционной инстанции учтено, что из п.2.1 спорного Договора купли-продажи земельных участков от 21.06.2016 усматривается, что расчеты между сторонами произведены полностью в момент подписания Договора.

            В суд апелляционной инстанции представителем ответчика ФИО14 предоставлены копии расписок от 21.06.2021 о получении ФИО13 от ФИО14 денежных средств за проданные земельные участки.

            Факт передачи денежных средств подтверждается Договором аренды банковской ячейки, условием получения доступа к которому является регистрация перехода права собственности на спорное имущество к покупателю, при этом, согласно условиям делового оборота, заполнение банковской ячейки происходит в присутствии продавца.

            Судом апелляционной инстанции указано, что довод финансового управляющего о недостаточности денежных средств для осуществления платежей по спорному Договору является его предположением и документально не подтвержден. При этом рыночная стоимость отчужденных объектов недвижимости определена судебной экспертизой, подписка эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения содержится в материалах дела ( т.8 л.д. 55).

            Несогласие финансового управляющего  с выводами эксперта, не является безусловным доказательством наличия противоречия в заключении или его порочности.

             Суд апелляционной инстанции также признал обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что в отсутствие доказательств осведомленности ответчика о финансовом положении должника/аффилированности сторон оспариваемой сделки, цели причинения вреда кредитору должника, исходя из рыночной стоимости имущества, определенной экспертным заключением, сделанным на основании определения арбитражного суда о назначении экспертизы, отсутствии установленной цепочки сделок и доказанности факта добросовестного приобретения имущества, о том, что состав пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве не доказан заявителем.

            В данном случае суд апелляционной инстанции также отметил, что применительно к общим нормам гражданского законодательства финансовый управляющий не подтвердил выход дефектов спорных сделок за пределы пороков сделок, предусмотренных  специальной нормой Закона о банкротстве – пунктом 2 статьи 61.2 Закона.

            Кроме того, судом апелляционной инстанции неоднократно откладывались судебные заседания с целью предоставления финансовому управляющему должника надлежащим образом сформировать свою правовую позицию и изложить доводы для обжалования определения суда первой инстанции, однако финансовым управляющим указанные процессуальные действия  не были осуществлены.

            Суды пришли к выводу, что в данном случае цепочка сделок и аффилированость последовательных приобретателей имущества с должником ФИО13 не доказана финансовым управляющим, в связи с чем доводы об аффилированности последующих приобретателей между собой не имеют значения для существа рассматриваемого спора, так как финансовым управляющим не указано, каким образом указанная аффилированность повлияла или могла повлиять на интересы кредиторов должника, сделки по дальнейшему отчуждению имущества происходили через определенные промежутки времени, увеличение стоимости объектов в результате подключения коммуникаций  и совершения ряда неотделимых улучшений было исследовано и установлено судом первой инстанции, как установлены обстоятельства пользования приобретателями спорными объектами недвижимости, что опровергает позицию финансового управляющего о притворном характере сделок.

            Суд кассационной инстанции считает, что, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую  оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

            Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

            В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

            В силу пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

            Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

            а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

            б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

            в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

            В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что финансовым управляющим не доказана совокупность обстоятельств необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 31.07.2017 года по делу N 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок и с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами (Определение ВС РФ от 19.06.2020 года N 301-ЭС17-19678).

Вывод судов об отсутствии  оснований для применения положений п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  соответствует разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ N 63.

В части отказа в признании сделок ничтожными в соответствии со ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ, судами  учтено следующее.

Само по себе признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления ее сторонами (стороной) правом не противоречит действующему законодательству и соответствует сложившейся правоприменительной практике (пункт 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", абзац 4 пункта 4 постановления N 63 и пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11 по делу N А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034 по делу N А12-24106/2014).

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае суды  указали,  что в условиях конкуренции норм о недействительности сделки вменяемые управляющим нарушения не выходили за пределы диспозиции части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно ст. ст. 9, 71, 170 АПК РФ суды обязаны создать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств; установить обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела путем полного, всестороннего, объективного и непосредственного исследования и оценки доказательств.

При рассмотрении заявления  управляющего судом первой и апелляционной инстанции  были исследованы все обстоятельства и доказательства, имеющие существенное значение при рассмотрении настоящего обособленного спора.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

С учетом вышеизложенного суд округа считает, что суды обеих инстанций выполнили в полном объеме указания суда кассационной инстанции в порядке статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указали мотивы, по которым пришли к тем или иным выводам, правильно применили нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При повторном рассмотрении суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указания суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 03.11.2021 в соответствии с частью 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судами  выполнены.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.11.2023 по  делу №А40-157487/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

            Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

            Председательствующий-судья                          Е.Л. Зенькова                       

            Судьи:                                                                     Е.А. Зверева 

                                                                                  Н.Я. Мысак