СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-1864/2022(2,3)-АК

Дело № А60-56109/2021

01 сентября 2022 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 августа 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 01 сентября 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чухманцева М.А.,  

судей    Мартемьянова В.И., Плаховой Т.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии посредством использования веб-конференции:

конкурсного управляющего ФИО2, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, представителей не направили, извещены о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3, ответчика ФИО4

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 06 июня 2022 года 

об удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительным договор уступки права требования (цессии) № 1 от 30.10.2020 г., заключенный между ФИО4 и ООО Группа Компаний «УралЭнергоМаш», применении последствий недействительности договора уступки права требования (цессии) № 1 от 30.10.2020 г. в виде восстановления всех прав требования ООО Группа Компаний «УралЭнергоМаш» к МУП «ТУРА ЭНЕРГО» по договору теплоснабжения от 23.09.2019 г. № 23/09-Т,

вынесенное в рамках дела № А60-56109/2021

о признании несостоятельным (банкротом) ООО Группа компаний «УралЭнергоМаш»  (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО5,

установил:

29.10.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Новая Энергетика», в лице конкурсного управляющего ФИО6, о признании общества с ограниченной ответственностью Группа Компаний «Уралэнергомаш» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (далее – ООО ГК «Уралэнергомаш», должник) несостоятельным (банкротом), которое определением суда от 01.11.2021принято к производству, возбуждено дело о банкротстве. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.12.2021 (резолютивная часть от 15.12.2021) ООО ГК «Уралэнергомаш» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре отсутствующего должника, в отношении него открыта процедура конкурсного производства на срок до 15.06.2022, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2, член ассоциации арбитражных управляющих «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса» (ААУ «ЦФОП АПК»). 

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №6(7207) от 15.01.2022, стр.258.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.04.2022 прекращена упрощенная процедура, применяемая в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО Группа Компаний «УралЭнергоМаш», суд перешел к процедуре конкурсного производства, регулируемой главой VII Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

24.02.2022 в суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о признании договора уступки права требования (цессии) № 1 от 30.10.2020, заключенного между ФИО4 и ООО Группа Компаний «УралЭнергоМаш» недействительным; применении последствий недействительности сделок в виде восстановления всех прав требования ООО Группа Компаний «УралЭнергоМаш» к МУП «ТУРА ЭНЕРГО» по договору теплоснабжения от 23.09.2019 № 23/09-Т.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.06.2022 (резолютивная часть от 31.05.2022) договор уступки права требования (цессии) №1 от 30.10.2020, заключенный между ФИО4 и ООО Группа Компаний «УралЭнергоМаш» признан недействительным; применены последствия недействительности сделки в виде восстановления всех прав требования ООО Группа Компаний «УралЭнергоМаш» к МУП «ТУРА ЭНЕРГО» по договору теплоснабжения от 23.09.2019 № 23/09-Т.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3, ответчик ФИО4 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят указанный судебный акт отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В жалобе заявители приводят одинаковые доводы об отсутствии совокупности обстоятельств для признания сделки недействительной по заявленным основаниям. Указывают, что наличие в картотеке арбитражных дел сведения о возбуждении в отношении должника дел о взыскании задолженности на сумму свыше 20 млн. руб. не свидетельствует об осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника. По мнению заявителей жалоб, должник не отвечал признакам неплатежеспособности на момент совершения сделки, так как в 2020 г. ООО ГК «УралЭнергоМаш» участвовало в 24 судебных процессах в арбитражном суде: 10 процессов в качестве истца на общую сумму 47,5 млн. руб.; 14 процессов в качестве ответчика на сумму 30,6 млн. руб. При этом взыскиваемые ООО ГК «УралЭнергоМаш» суммы превышали суммы, взыскиваемые с него в качестве ответчика. Кроме того, по данным бухгалтерской отчётности за 2019 год балансовая стоимость активов ООО ГК «УралЭнергоМаш» составила 78 418 тыс. руб., 20% от данного значения составляют 15 684 тыс. руб., размер уступленных по Договору уступки требований составил 8 078 089,48 руб. ООО ГК «УралЭнергоМаш» не прекращало исполнять свои обязательства перед контрагентами и не имело признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, которые ФИО4, будучи добросовестным участником гражданского оборота, мог установить по имеющейся в свободном доступе информации. В подтверждение оплаты по договору ФИО4 были предоставлены доказательства фактической оплаты оспариваемого договора (квитанции к приходному кассовому ордеру № 11 от 30.10.2020 и акт приема-передачи денежных средств от 30.10.2020), а также о наличии финансовой возможности произвести соответствующий платёж. При этом стоимость уступленного по оспариваемому договору права требования соответствует рыночной цене, что, по мнению заявителей, подтверждается отчётом портала https://www.debex.ru/, который представляет собой программно-аппаратный комплекс, предназначенный для поиска и сбора в электронной форме ценовых предложений по приобретению и уступке прав требования в электронной форме. По условиям договора ФИО4 принял на себя обязательства выплатить ООО ГК «УралЭнергоМаш» сумму в размере 2 019 705,50 руб. (531 501,44 руб. + 1 488 204,06 руб. (70% от разницы 8 015 014,48 руб. - 5 889 008,68 руб.) = 2 019 705,50 руб.), что составляет 25% от общей суммы задолженности, тогда как средняя цена покупки долговых портфелей в 4-м квартале 2020 года составила 5,71% от общей суммы задолженности, а в целом за 2020й год - 4,74% от общей суммы задолженности. Оспаривают вывод суда о том, что ФИО4 не мог не знать, что приобретаемое им право требования является единственным источником дохода ООО ГК «УралЭнергоМаш» и единственным активом для расчетов с кредиторами, поскольку ФИО4 входит в одну группу лиц с КПК «Содействие», как основанный на предположении о деловой практике принятия решения о предоставлении заемного финансирования в кредитном потребительском кооперативе. Вывод суда о фактической аффилированности ФИО4 с ООО ГК «УралЭнергоМаш» считают неверным, поскольку ФИО4 не входит в одну группу лиц с ООО ГК «УралЭнергоМаш». ФИО3 считает, что оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются его права и законные интересы, поскольку при оставлении обжалуемого определения суда  в силе у ФИО3 возникает убыток на сумму 531 501,44 руб., расчёт по договору уступки производился за счёт его денежных средств при наличии у него финансовой возможности.

В апелляционных жалобах заявлены ходатайства о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы.

При принятии апелляционных жалоб к производству Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, ходатайства о восстановлении срока на подачу апелляционных жалоб вынесены к рассмотрению в судебном заседании.

Конкурсный управляющий в отзыве возражает против доводов апелляционных жалоб.

В заседании суда апелляционной инстанции ходатайства ФИО3, ответчика ФИО4  о восстановлении пропущенного процессуального срока на обжалование рассмотрены в порядке статьи 159 АПК РФ и удовлетворены с учетом положений части 2 статьи 259 АПК РФ.

В судебном заседании конкурсный управляющий с доводами апелляционных жалоб не согласен по основаниям, изложенным в отзыве на них.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, представителей не направили, что в порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие. От представителя ФИО4 поступила телефонограмма о рассмотрении в ее отсутствии. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 30.10.2020 между ООО ГК «УралЭнергоМаш» (Цедент) в лице директора управляющей компании ФИО5 (на тот момент с 11.09.2017 по 25.12.2021  ООО «Теплоэнергокомплекс» осуществляло функции по управлению обществом как управляющая компания) и ФИО4 (Цессионарий) заключен договор уступки права требования (цессии) № 1, по условиям которого цедент уступает цессионарию права (требования), вытекающие из договора о теплоснабжении № 23/09-Т от 23.09.2019, заключенного между Цедентом и Муниципальным унитарным предприятием городского округа Верхняя Тура «ТУРА ЭНЕРГО» (МУП «ТУРА ЭНЕРГО») (далее - Должник), права (требования) на получение с Должника суммы задолженности за потребленную тепловую энергию за февраль 2020 года и начисленных на указанную сумму задолженности пеней.

Объем уступленных прав по договору составляет 8 015 014,48 руб., в том числе 7 839 234,72 руб. основного долга (за февраль 2020 г.), 175 779,76 руб. пени (с продолжением начисления с 09.05.2020 года по день фактической оплаты долга).

Также условиями договора предусмотрено право цедента на получение дополнительного вознаграждения в соответствии с изложенными ниже условиями:

4.2.1.при погашении Должником Цессионарию суммы прав (требований) в полном объеме в течение 2-х лет с даты подписания настоящего договора сумма, направленная на погашение задолженности сверх суммы в размере 5 889 008,68 руб., распределяется между Цессионарием и Цедентом в пропорции 30% на 70%: 30% получает Цессионарий, а 70% Цессионарий обязуется передать Цеденту наличными денежными средствами в течение 5 рабочих дней с даты погашения Должником обязательства перед Цессионарием в полном объеме;

4.2.2.при погашении Должником Цессионарию суммы прав (требований) в полном объеме в период от 2-х до 3-х лет с даты подписания настоящего договора сумма, направленная на погашение задолженности сверх суммы в размере 5 889 008,68 руб., распределяется между Цессионарием и Цедентом в пропорции 70% на 30%: 70% получает Цессионарий, а 30% Цессионарий обязуется передать Цеденту наличными денежными средствами в течение 5 рабочих дней с даты погашения Должником обязательства перед Цессионарием в полном объеме;

4.2.3.при погашении Должником Цессионарию суммы прав (требований) в полном объеме по прошествии 3-х лет с даты подписания настоящего договора сумма, направленная на погашение задолженности сверх суммы в размере 5 889 008,68 руб., распределяется между Цессионарием и Цедентом в пропорции 90% на 10%: 90% получает Цессионарий, а 10% Цессионарий обязуется передать Цеденту наличными денежными средствами в течение 5 рабочих дней с даты погашения Должником обязательства перед Цессионарием в полном объеме;

4.3.под полным объемом погашенных прав (требований) в целях расчёта дополнительной вознаграждения Цедента стороны договорились понимать сумму, указанную в п. 2 настоящей договора, без учёта пеней, начисленных с 09.05.2020 до момента полного погашения задолженности, а также сумму, о погашении которой Цессионарий и Должник договорятся в случае заключения соглашения о погашении долга, если такая сумма будет меньше указанной в п. 2 настоящего договора, без учёта пеней, начисленных с 09.05.2020 до момента полного погашения задолженности.

В соответствии с п. 3 договора уступка права требования по настоящему договору является возмездной, стоимость уступаемых прав составляет 531 501,44 руб., оплата должна быть произведена не позднее 2-х рабочих дней с даты подписания настоящего договора путем передачи наличными денежными средствами, уступаемые права переходят с момента полной оплаты (п.4.1 договора).

В подтверждение внесения в кассу ООО ГК «УралЭнергоМаш» денежных средств в счет оплаты по договору уступки ответчиком представлены квитанция к приходному кассовому ордеру № 11 от 30.10.2020 и акт приема-передачи денежных средств от 30.10.2020.

Полагая, что сделка  направлена на вывод активов должника в пользу аффилированного лица, в отсутствии равноценного встречного исполнения, при наличии признаков неплатежеспособности, является притворной, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с требованием о признании договора уступи права требования от 30.10.2020 недействительным на основании ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее - Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из того, что сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка), оспариваемая сделка отвечает признакам недействительности сделки, установленным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, проанализировав нормы материального и процессуального права, выслушав конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с положениями статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления.

Для признания сделки недействительной по указанному основанию конкурсный управляющий должен доказать совокупность следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки вред имущественным правам кредиторов был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника в момент совершения сделки.

При недоказанности приведенной совокупности обстоятельств требование о признании сделки недействительной не подлежит удовлетворению (пункт 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов с установлением цели (направленности) сделки и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 указано, что согласно абз. 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2 - 5 пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с положениями пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, в силу абз. 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце четвертом пункта 4 Постановления Пленума от 23.12.2010 №63, пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом « О несостоятельности (банкротстве)»  наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с абз. 32 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества подразумевается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Согласно статье 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции»  входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума от 23.12.2010 №63 разъяснено, что наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

При доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 Постановления №63)

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьи 10 ГК РФ в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов и должника, при этом пороки сделки, совершенной со злоупотреблением правом, не охватываются составом недействительности сделки по пункту 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, ее стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 01.11.2021, договор уступки права требования заключен 30.10.2020, то есть в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом, что отвечает условиям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения спорных сделок у ООО ГК «УралЭнергоМаш» имелись непогашенные обязательства перед другими кредиторами.

Так, согласно картотеке арбитражных дел имелись сведения о возбуждении в отношении должника следующих дел №А60-22113/2020, №А60-24288/2020, №А60-31339/2020, №А60-33115/2020, №А60-39229/2020, №А60-40390/2020, №А60-49078/2020 о взыскании кредиторской задолженности на сумму свыше 20 млн. руб.

Согласно пояснениям ответчика, контрагент на момент заключения договора не проверялся.

В обоснование того, что в результате совершения оспариваемой сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий, помимо доводов о том, что на момент совершения спорной сделки у должника имелись признаки неплатежеспособности, сослался на то, что сделка совершена в отсутствие встречного предоставления.

В подтверждение исполнения обязательств по оплате ФИО4 стоимости приобретаемых прав требования представлены квитанция к приходному кассовому ордеру № 11 от 30.10.2020 и акт приема-передачи денежных средств от 30.10.2020.

В подтверждение наличия финансовой возможности ответчик указывал на то, что с КПК «Содействие» был заключён договор передачи личных сбережений № КЦР00002-ВД-19 от 19.02.2020, по условиям которого ФИО4 разместил в КПК «Содействие» личные сбережения в сумме 2 152 100,00 руб. под 7% годовых на условиях до востребования. 01.04.2020, 08.05.2020, 01.06.2020, 06.07.2020, 03.08.2020, 01.09.2020, 01.10.2020 и 13.10.2020 на основании платёжных поручений №№ 2004, 2479, 3057, 3688, 4314, 5072, 5881 и 6230, соответственно, ФИО4 осуществил изъятие размещённых в КПК «Содействие» денежных средств в сумме 2 152 100,00 руб., а также получил от КПК «Содействие» компенсации в сумме 95 702,20 руб., начисленные на сумму личных сбережений за период действия договора (переведены в добровольные паевые взносы и выплачены КПК «Содействие» по платёжному поручению № 6229 от 13.10.2020).

Кроме того, 30.10.2020 ООО ГК «УралЭнергоМаш» во исполнение п. п. 5, 6 Договора цессии передал ФИО4 на основании акта приёма-передачи оригинал исполнительного листа ФС №032668412, подтверждающего требования ООО ГК «УралЭнергоМаш» к МУП «Тура Энерго».

Вместе с тем, доказательств снятия ФИО4 денежных средств с банковских счетов в день или незадолго до дня заключения договора в материалы обособленного спора не представлено (ст.65 АПК РФ).

Доводы жалобы ФИО3 о совершении сделки за его счет и наличии у него финансовой возможности для предоставления указанной суммы ФИО4 для оплаты цены договора уступки является несостоятельным, поскольку доказательств фактической оплаты по спорному договору за счет средств ФИО3, как и доказательств передачи данных денежных средств от ФИО3 в пользу ФИО4, и их использования для целей расчетов по оспариваемому договору, в материалы дела не представлено. 

Ссылка ФИО3 на возможность предоставления денежных средств, полученных в ООО Банк «Нейва» в период с 27.02.2020 по 02.09.2020 является несостоятельной, поскольку не представлено доказательств аккумулирования указанных денежных средств, получение денежных средств произведено задолго до заключения договора уступки от 30.10.2020 (27.02.2020  в сумме 314 000,00 руб., 10.08.2020  в сумме 100 000,00 руб., 02.09.2020 в сумме 100 000,00 руб.). 

Из пояснений конкурсного управляющего следует, что встречное представление по сделке отсутствует, поскольку ни в кассу должника, ни на его расчетный счет денежные средства не поступали.

Доказательств обратного суду не представлено.

В соответствии с п. п. 4.1, 4.2.1 Договора уступки ФИО4 принял на себя обязательства выплатить ООО ГК «УралЭнергоМаш» сумму в размере 2 019 705,50 руб., что составляет 25% от общей суммы задолженности, однако в заседании суда первой инстанции ответчик пояснил, что стоимость договора была занижена.

Суд первой инстанции верно указал, что действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными.

Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018).

В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества общества по заниженной (бросовой) цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего. Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника.

Анализ вышеуказанных обстоятельств свидетельствует о том, что данные выводы суда первой инстанции являются верными.

Доводы заявителей жалоб о том, что цена договора уступки соответствует рыночной со ссылкой на отчет портала https://www.debex.ru/ опровергаются пояснениями самого ответчика в суде первой инстанции. 

При этом доводы о соответствии рыночной стоимости договора уступки не имеют правового значения, поскольку судом установлен факт отсутствия равноценного встречного предоставления ответчиком.

Судом первой инстанции установлена фактическая аффилированность ФИО4 и ООО ГК «УралЭнергоМаш».

Соответствующие доводы жалоб об обратном подлежат отклонению в силу следующего.

Функции единоличного исполнительного органа ООО ГК «УралЭнергоМаш» на основании договора от 28.07.2017 с 11.09.2017 исполняло ООО «Теплоэнергокомплекс» (ИНН 

<

***>), директором которого с даты создания по настоящее время является ФИО5

КПК «Содействие» кредитовало как ООО «Теплоэнергокомплекс», так и директора ФИО5, что подтверждается выпиской по расчетному счету ООО Теплоэнергокомплекс № 407028…861, из которой следует, что 16.08.2018 на счет ООО «Теплоэнергокомплекс» от КПК «Содействие» перечислено в качестве займа 1,5 млн. руб., которые в дальнейшем за счет поступавших на расчетный счет ООО «Теплоэнергокомплекс» денежных средств возвращались кредитору (285 000 руб. перечислено кооперативу с назначением платежа «по соглашению №КЕК-41029-ПС-1-С о рассрочке внесения членского взноса от 16.08.2018», то есть ООО «Теплоэнергокомплекс» и кооператив помимо обычных заемных связывали отношения, основанные на участии ООО «Теплоэнергокомплекс» в кооперативе в качестве члена), при этом одновременно перечислялись денежные средства в счет возврата займа, полученного от кооператива лично ФИО5 - общая сумма денежных средств, уплаченных ООО «Теплоэнергокомплекс» в адрес кооператива за период с 02.11.2018 по 30.06.2020 составила 3 845 639,33 руб.

Более того, ФИО3, через которого ФИО4 (отец ФИО3) связан с КПК «Содействие», является Председателем Правления КПК «Содействие» и осуществляет общее руководство деятельностью организации. Принятие решений о предоставлении займов конкретным заемщикам находится в ведении специализированного органа КПК «Содействие» - Комитета по займам (указанное подтверждается Уставом КПК «Содействие»).

Таким образом, КПК «Содействие» финансировал деятельность аффилированного с должником лица.

Изложенное свидетельствует о том, что ФИО4 были доступны сведения о финансовом состоянии должника и его управляющей компании (входившими фактически в одну группу), поскольку согласно деловой практике принятию решения о предоставлении заемного финансирования предшествует проверка кредитором финансового состояния заемщика. Такая проверка не ограничивается формальным анализом документов бухгалтерской отчетности, кредитор, прежде всего, исследует источники получаемого заемщиком дохода для оценки перспектив возврата заемного финансирования, эффективность хозяйственной деятельности заемщика, что невозможно без раскрытия сведений о ее расходной и доходной частях.

Единственным видом деятельности как ООО «Теплоэнергокомплекс», так и ООО ГК «УралЭнергоМаш» с 2018 г. являлась эксплуатация водогрейной газовой котельной, расположенной по адресу 

<

...>. 

Так, ООО «Теплоэнергокомплекс» осуществлялось техническое обслуживание данной котельной по договору с ООО «Новая энергетика», а ООО ГК «УралЭнергоМаш» с 15.07.2019 было ее арендатором. Единственным источником для возврата заемных средств являлась выручка от реализации теплоэнергии, получаемая при эксплуатации данной котельной. В период с 2019 г. по 2020 г. тарифом на реализацию тепловой энергии владело ООО ГК «УралЭнергоМаш», которое в отопительный сезон 2019-2020 гг. реализовывало тепловую энергию владельцу тепловых сетей МУП «ТураЭнерго», право требования к которому за тепловую энергию, поставленную на сумму почти 8 млн. руб. в феврале 2020 г., и было реализовано по оспариваемому договору цессии.

Вопреки доводам жалоб, ФИО4 не мог не осознавать, что приобретаемое им право требования является единственным источником дохода должника и единственным активом для расчетов с кредиторами, в связи с чем, его отчуждение должником за 531 501,44 руб., всего 6% от номинального размере, причинит вред кредиторам. 

Кроме того, судом правомерно учтено, что должник и ООО «Теплоэнергокомплекс» не осуществляли оплату поставщикам ресурсов за потребляемые котельной в процессе генерации тепловой энергии природный газ и электроэнергию (задолженность перед АО «Уралсевергаз» за поставленный газ в период с мая по декабрь 2020 г. включена в реестр требований кредиторов в сумме 16 019 045,92 руб., перед АО «Энергосбыт Плюс» за поставленную электроэнергию в период с октября 2019 г. по декабрь 2020 г. - в сумме 14 065 360,96 руб.).

В рассматриваемом случае действия сторон сделки причинили вред третьим лицам (кредиторам должника).

Конкурсным управляющим проанализирована бухгалтерская отчетность должника за 2018-2020 г.г., из которой следует, что должник еще с конца 2018 г. находился в состоянии имущественного кризиса, который продолжил углубляться в 2019 и 2020 г.г.

Так, размер непокрытых убытков общества увеличился с 9 795 тыс. руб. в 2018 г. до 27 125 тыс. руб. в 2020 г.

Наличие всевозрастающего непокрытого убытка у должника (к концу 2020 г. он соответствовал 29,89% от активов должника) не только свидетельствовало о систематической убыточности деятельности общества, но и о постоянном и существенном ухудшении его финансового состояния.

Таким образом, в условиях накапливающейся задолженности совершение оспариваемой сделки свидетельствует об ее направленности на уменьшение конкурсной массы в нарушение интересов добросовестных кредиторов должника.

Доводы жалоб об обратном отклоняются судом апелляционной инстанции.

Фактически был совершен вывод ликвидного актива должника – дебиторской задолженности к МУП «Тура Энерго».

При изложенных обстоятельствах, установив, что оспариваемая сделка совершена при наличии у должника неисполненных обязательств перед иными кредиторами, при отсутствии доказательств экономической целесообразности совершения сделки, суд первой инстанции пришёл к верному выводу о том, что в результате совершения оспариваемой сделки причинён вред имущественным правам кредиторов должника.

Принимая во внимание вышеуказанное, доводы жалоб о том, что ответчик не знал и не мог в момент совершения сделки о неплатежеспособности должника и недостаточности у него имущества отклоняются как необоснованные.

Доводы апеллянта о том, что по настоящему обособленному спору не были осведомлены о недостаточности имущества должника, не опровергнуты. 

Доказательства, свидетельствующие о том, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись денежные средства в размере, достаточном для исполнения всех денежных обязательств, в материалы дела не представлены.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии совокупности обстоятельств для признания сделки недействительной по основаниям п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку совершение оспариваемой сделки привело к уменьшению размера имущества должника, за счет реализации которого происходит удовлетворение требований кредиторов; в результате заключения спорного договора уступки произошло безвозмездное отчуждение ликвидного имущества (дебиторской задолженности) в пользу заинтересованного лица, что повлекло причинение вреда имущественным правам кредиторов.

 Признав сделку недействительной, суд первой инстанции верно применил последствия ее недействительности по п.2 ст.167 ГК РФ, п.1 ст.61.6 Закона о банкротстве, восстановив все права требования ООО Группа Компаний «УралЭнергоМаш» к МУП «Тура Энерго» по договору теплоснабжения от 23.09.2019 № 23/09-Т.

Доводы апелляционных жалоб, по своей сути, сводятся к несогласию с оценкой доказательств, произведенных судом первой инстанции.

Учитывая, что заявители в апелляционных жалобах не ссылаются на иные доказательства и не приводят доводы, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционный суд приходит к мнению о том, что спор рассмотрен судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, исследованным по правилам статьи 71 АПК РФ. В связи с чем, не имеется правовых оснований для переоценки выводов, сделанных судом, для отмены (изменения) принятого судебного акта и удовлетворения апелляционных жалоб.

При отмеченных обстоятельствах оснований для отмены определения суда не имеется.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам относятся на их заявителей, поскольку в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 06 июня 2022 года по делу № А60-56109/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

В.И. Мартемьянов 

 

Т.Ю. Плахова