АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А63-17711/2020

г. Ставрополь

20 сентября 2022 года.

Резолютивная часть  решения объявлена 13 сентября 2022 года.                        Решение  изготовлено  в  полном объеме 20 сентября 2022 года.

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Русановой В.Г., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению  общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Ставрополь», г. Ставрополь,                                     ОГРН 

<

***>,

к обществу с ограниченной ответственностью «Объединенная водная компания», с. Винсады, ОГРН 

<

***>,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, администрация Предгорного района Ставропольского края, ст. Ессентукская,                                 ОГРН 

<

***>,

об обязании снести (демонтировать) за свой счет расположенные на земельном участке с кадастровым номером 26:29:000000:12719 расположенном по адресу Ставропольский край, Предгорный район, Черкесское шоссе, 2 км в пределах охранной зоны и зоны минимальных расстояний газопровода-отвода к г. Пятигорск 2 нитка Ø325мм, инв. № 10184, участок 9,9 - 10,2 км строения и сооружения:

- строение 12,61 х 112,55 м (6) на расстоянии 40,06 м от газопровода;

- строение 21,22 х 34,65 м (7) на расстоянии 38 м от газопровода;

- строение 105,8 х 109,92 м (8) на расстоянии 25,3 м от газопровода;

- сооружение (навес) 4,04 х 31,02 м на расстоянии 14 м, 34 м от газопровода;

- ограждение участка складирования материалов и продукции на расстоянии 8 м, 72 м;

об обязании демонтировать за свой счет расположенную на земельном участке с кадастровым номером 26:29:080288:48, расположенном по адресу: Ставропольский край, Предгорный район, Черкесское шоссе, 2 км в пределах охранной зоны и зоны минимальных расстояний газопровода-отвода к г. Пятигорск 2 нитка Ø325 мм, инв. № 10184, участок 9,9 - 10,2 км, подъездную автомобильную дорогу, пересекающую газопровод; 

о запрете осуществления любого вида хозяйственной деятельности, в том числе складирование товаров и материалов, стоянки автотехники, несовместимой с режимом охранной зоны (25 метров от оси газопровода в обе стороны) и зоны минимальных расстояний (150 метров от оси газопровода в обе стороны) газопровода-отвода к г. Пятигорск 2 нитка Ø325мм, инв. №10184 в пределах земельных участков с кадастровым номером 26:29:080288:48 и кадастровым номером 26:29:000000:12719 по адресу Ставропольский край, Предгорный район, Черкесское шоссе, 2 км,

при участии представителя общества с ограниченной ответственностью «Объединенная водная компания» ФИО2, доверенность от 07.04.2022, представителя общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Ставрополь» ФИО3, доверенность от 01.01.2022 № 18/220284, 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края поступило исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Ставрополь», г. Ставрополь (далее – истец) к обществу с ограниченной ответственностью «Объединенная водная компания», с. Винсады (далее – ответчик), об обязании снести (демонтировать) за свой счет расположенные на земельном участке с кадастровым номером 26:29:000000:12719 расположенном по адресу Ставропольский край, Предгорный район, Черкесское шоссе, 2 км в пределах охранной зоны и

зоны минимальных расстояний газопровода-отвода к г. Пятигорск 2 нитка Ø325мм, инв.                      № 10184, участок 9,9 - 10,2 км строения и сооружения: 

- строение 12,61 х 112,55 м (6) на расстоянии 40,06 м от газопровода; 

- строение 21,22 х 34,65 м (7) на расстоянии 38 м от газопровода; 

- строение 105,8 х 109,92 м (8) на расстоянии 25,3 от газопровода;

- сооружение (навес) 4,04 х 31,02 м на расстоянии 14, 34 от газопровода;

- ограждение участка складирования материалов и продукции на расстоянии 8, 72 м;

об обязании демонтировать за свой счет расположенную на земельном участке с кадастровым номером 26:29:080288:48 расположенном по адресу: Ставропольский край, Предгорный район, Черкесское шоссе, 2 км в пределах охранной зоны и зоны минимальных расстояний газопровода-отвода к г. Пятигорск 2 нитка Ø325 мм, инв. № 10184, участок 9,9 - 10,2 км подъездную автомобильную дорогу, пересекающую газопровод; 

о запрете осуществления любого вида хозяйственной деятельности, в том числе складирование товаров и материалов, стоянки автотехники, несовместимой с режимом охранной зоны (25 метров от оси газопровода в обе стороны) и зоны минимальных расстояний (150 метров от оси газопровода в обе стороны) газопровода-отвода к г. Пятигорск 2 нитка Ø325мм, инв. №10184 в пределах земельных участков с кадастровым номером 26:29:080288:48 и кадастровым номером

26:29:000000:12719 по адресу Ставропольский край, Предгорный район, Черкесское шоссе,                 2 км.

Определением от 13.05.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего

самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена администрация Предгорного района Ставропольского края, ст. Ессентукская (далее – администрация).

Истец мотивировал требования тем, что на основании договора аренды на территории Предгорного района Ставропольского края истцом эксплуатируется являющийся опасным производственным объектом объект газоснабжения: газопровод-отвод к г. Пятигорск (1, 2 нитки), в охранной зоне и зоне минимальных расстояний, которого расположены принадлежащие ответчику здания и сооружения, а также ведется деятельность – производится складирование материалов и размещена автомобильная стоянка, что является существенными нарушениями требований действующего законодательства Российской Федерации, а именно пункта 3 статьи 87 и пункта 6 статьи 90 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – Земельный кодекс, ЗК РФ), Федерального закона от 31.03.1999 № 69-ФЗ «О газоснабжении в Российской Федерации» (далее – Закон № 69-ФЗ), Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (далее – Закон № 116-ФЗ), Правил охраны магистральных трубопроводов, утвержденных Минтопэнерго Российской Федерации от 29.04.1992, постановлением Госгортехнадзора Российской Федерации от 22.04.1992 № 9 (далее – Правила № 9), Правил охраны магистральных газопроводов, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 8 сентября 2017 г. N 1083 (далее – Правила № 1083), СП 36.13330.2012. «Свод правил. Магистральные трубопроводы. Актуализированная редакция СНиП 2.05.06-85*», утвержденных Приказом Госстроя от 25.12.2012 № 108/ГС (далее – СП 36.13330.2012). 

Истец утверждал, что требования части 37 статьи 26 Федерального закона от 03.08.2018 № 342-ФЗ «О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 342-ФЗ) не применяются к объектам, не относящимся к категории недвижимого имущества. Факт осведомленности ответчика о действии ограничений в использовании земельных участков подтверждается наличием факта согласования истцом ответчику земляных работ в 2007 году.  В силу положений части 8 статьи 90 ЗК РФ охранная зона подземного газопровода может существовать в качестве ограничения прав собственников земельных участков независимо от категории земель к которой отнесены эти земельные участки. Отнесение земельного участка к категории земель транспорта, является обязательным условием только для установления охранной зоны надземного газопровода, которым спорный газопровод не является. Согласно пункту 6 статьи 90 Земельного кодекса границы охранных зон, на которых размещены объекты системы газоснабжения, определяются на основании строительных норм и правил, правил охраны магистральных трубопроводов, других утвержденных в установленном порядке нормативных документов. Данная норма не содержит указания на источник принятия правил охраны магистральных трубопроводов, что допускает применение Правил № 9 к предмету настоящего спора. 

Истец считал, что участок газопровода в месте его пересечения подъездной автомобильной дорогой, расположенной на земельном участке с кадастровым номером 26:29:080288:48 не имеет защитного футляра (кожуха), что является нарушением требований нормативно-технической документации. 

Представитель истца в судебном заседании настаивал на доводах, изложенных в исковом заявлении, пояснял, что существование спорных объектов и осуществление ответчиком спорной деятельности нарушает права истца, связанные с владением и эксплуатацией  газопровода. 

Ответчик в отзывах на иск и дополнениях к отзыву указал, что сведения о границах минимальных расстояний до спорного газопровода в Единый государственный реестр недвижимости не внесены, Правительством Российской Федерации до настоящего времени не утверждено положение о зоне минимальных расстояний, что согласно требованиям части 38 статьи 26 Закона № 342-ФЗ исключает законные основания для сноса спорных объектов. Публичный доступ к сведениям об охранных зонах и границах минимальных расстояний до спорного газопровода согласно требованиям части 37 статьи 26 Закона № 342-ФЗ во время начала создания спорных объектов и возникновения правоотношений по осуществлению спорной деятельности обеспечен не был. До начала создания спорных объектов ответчик согласовал их с истцом, на что указывают документы, представленные ответчиком суду. Кроме того, согласно действовавшей во время создания спорных объектов и возникновения правоотношений по осуществлению спорной деятельности редакции части 6 статьи 28 Закона № 69-ФЗ охранные зоны допускалось устанавливать на земельных участках, отнесенных к землям транспорта, при этом, земли, на которых расположены спорные объекты никогда не к категории земель транспорта не относились. 

С учетом позиции Конституционного суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 27.03.2018 № 701-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО4 на нарушение ее конституционных прав статьей 32 Федерального 5 закона «О газоснабжении в Российской Федерации», предполагающих установление вины ответчика, исковые требования удовлетворению не подлежат, так как ответчик является добросовестным владельцем земельных участков, и при создании спорных объектов не совершил правонарушения. 

Ответчик считал, что в силу статьи 55 Конституции Российской Федерации и пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс, ГК РФ) гражданские права могут быть ограничены только на основании федерального закона, следовательно, иные нормативные акты, ограничивающие права собственника, применению не подлежат, что не позволяет применить к предмету настоящего спора положения Правил № 9.

В отзывах ответчик указывал, что в силу части 1 статьи 42 Федерального закона от 30.12.2009 № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» (далее – Закон № 384- ФЗ) положения СП 36.13330.2012 неприменимы к предмету настоящего спора, ввиду принятия и Закона № 384- ФЗ и свода правил уже после начала создания спорных объектов, а также ввиду того, что эти объекты после их создания не подвергались реконструкции и капитальному ремонту, кроме того, согласно положений Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.03.2014, при рассмотрении дел, связанных с самовольным строительством, судам следует применять градостроительные и строительные нормы и правила в редакции, действовавшей во время возведения самовольной постройки. Положения же действовавших во время создания спорных объектов Строительных норм и правил СНиП 2.05.06-85* «Магистральные трубопроводы» утвержденные Постановлением Госстроя СССР от 30.03.1985 № 30 (далее – СНиП 2.05.06-85) распространялись только на проектирование новых и реконструируемых магистральных трубопроводов, к категории которых спорный газопровод не относился и не относится. Во время создания спорных объектов, положения СНиП 2.05.06-85 законом не определялись как обязательные для безопасности зданий и сооружений. Кроме того, положения СНиП 2.05.06-85 указывают, что при выборе трассы газопровода с учетом минимальных расстояний, надлежит учитывать перспективное развитие населенных пунктов на 20-25 лет. 

В силу требований статьи 131 ГК РФ и части 1 статьи 4 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (далее – Закон № 122-ФЗ) охранная зона спорного газопровода и зона минимальных расстояний являясь по своей природе ограничением, установленным законом, подлежала государственной регистрации, однако во время создания спорных объектов ни истец, ни ПАО «Газпром» не обеспечили государственную регистрацию этих зон. Истец не представил суду достаточных доказательств того, что спорные объекты негативно влияют на промышленную безопасность спорного газопровода. Также, истцом после направления ответчику претензии эксплуатация спорного газопровода не приостановлена, однако, согласно положениям статьи 9 Закона № 116-ФЗ организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана приостанавливать эксплуатацию опасного производственного объекта самостоятельно или по решению суда в случае аварии или инцидента на опасном производственном объекте, а также в случае обнаружения вновь открывшихся обстоятельств, влияющих на промышленную безопасность. 

Ответчик полагал, что истцом суду не представлено сведений о времени строительства спорной автомобильной дороги, а также сведений о ее отнесении к той или иной категории автомобильных дорог в соответствии со строительными нормами и правилами на момент ее строительства, что не позволяет сделать вывод о несоответствии автомобильной дороги на момент ее строительства строительным нормам и правилам в части пересечения газопровода автомобильной дорогой.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в отзывах, просил отказать в удовлетворении требований и взыскать расходы ответчика на оплату услуг представителя.

Администрация в ходе рассмотрения дела сообщила, что на балансе управления жилищно-коммунального и дорожного хозяйства администрации Предгорного муниципального округа Ставропольского края, а также подведомственной управлению организации (МКУ «ЖКХ и благоустройство») автодороги, расположенной на земельном участке с кадастровым номером 26:29:080288:48 не имеется. Иными сведениями относительно спорной автодороги администрация района не располагает. Просила рассмотреть дело в отсутствие представителя администрации района.

Ходатайство администрации судом рассмотрено и удовлетворено.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, дав правовую оценку представленным доказательствам в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд по существу заявленных требований пришел к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом, согласно сводному плану приватизации предприятий Единой системы водоснабжения и актов государственного газового концерна «Газпром» от 15.02.1994 № 341-р публичное акционерное общество «Газпром» является собственником газопровода-отвода и ГРС г. Пятигорск, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права от 24.02.2007 серия 26 АБ № 329099, запись регистрации от 24.02.2007 № 26-26-12/013/2007-286. 

Газопровод-отвод к г. Пятигорск 2 нитка диаметром трубы 325 мм, с рабочим давлением 3,3 МПа способ прокладки – подземный, относится к I классу опасности, что подтверждается свидетельством о регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов от 28.05.2019 № А35-01214. 

В соответствии с договором аренды от 30.11.2019 № 01/1600-Д-18/20  спорный газопровод передан обществу во временное владение и пользование.

Вторая нитка газопровода построена и введена в эксплуатацию в 1972 году. Газопровод предназначен для транспортировки природного газа в г. Пятигорск.

Ответчик является собственником земельного участка с кадастровым номером 26:29:000000:12719, категории земель – земли населенных пунктов, с разрешенным использованием пищевая промышленность, расположенные по адресу: 

<

...> км и арендатором на период с 28.05.2009 по 15.10.2057 земельного участка с кадастровым номером 26:29:080288:48, категории земель – земли населенных пунктов, с разрешенным использованием для размещения автостоянки, расположенного по адресу: 

<

...> км, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН). 

Согласно сведениям ЕГРН и сведениям публичной кадастровой карты на земельном участке с кадастровым номером 26:29:000000:12719 расположены находящиеся в собственности ООО «Объединенная Водная Компания», в том числе объекты, являющиеся предметом настоящего спора:

- спорное строение 12,61 х 112,55 м (6) расположенное на расстоянии 40,06 м от газопровода имеющее кадастровый номер 26:29:000000:7195 наименование – теплые боксы, площадью 1 265,8 кв. м.

- спорное строение 21,22 х 34,65 м (7) расположенное на расстоянии 38 м от газопровода имеющее кадастровый номер 26:29:000000:7184 наименование – административное здание, площадью 182,5 кв. м. 

- спорное строение 105,8 х 109,92 м (8) расположенное на расстоянии 25,3 м от газопровода имеющее кадастровый номер 26:29:010102:127 наименование – основной производственный корпус, площадью 5 024,8 кв. м.

На земельном участке с кадастровым номером 26:29:000000:12719 расположены находящиеся в собственности ответчика и являющиеся предметом спора ограждение и навес, а на земельном участке с кадастровым номером 26:29:080288:48 расположена подъездная автомобильная дорога, сведения о которых в ЕГРН отсутствуют, однако их наличие подтверждается, имеющимся в материалах дела актом обследования охранных зон и зон минимальных безопасных расстояний газопроводов сооружений и устройств объектов газоснабжения Георгиевского ЛПУМГ ООО «Газпром трансгаз Ставрополь» от 20.05.2021 № 79 и не оспаривается лицами, участвующими в деле.

По результатам проведенного 20.05.2021 специалистами Георгиевского ЛПУМГ истца обследования охранных зон и зон минимальных допустимых расстояний газопроводов сооружения и устройств объектов газоснабжения и режима их эксплуатации составлен акт № 79, в котором отражено, что проверкой установлено нарушение охранных зон и зон минимальных расстояний газопровода отвода к г. Пятигорску (2 нитка) и ГРС к г. Пятигорску объектами ответчика (в охранной зоне 25 метров от оси газопровода с каждой стороны – ограждение участка складирования материалов и продукции на расстоянии 8, 72 м от газопровода; сооружение (навес) 4,04 х 31,02 м на расстоянии 14,34 м от газопровода; подъездная автомобильная дорога; в зоне минимальных расстояний – 150 метров от оси газопровода с каждой стороны – строение 12,61 х 112,55 м (6) на расстоянии 40,06 м от газопровода; строение 21,22 х 34,65 м (7) на расстоянии 38 м от газопровода; строение 105,8 х 109,92 м (8) на расстоянии 25,3 от газопровода.

Посчитав, что объекты, расположенные в охранной зоне и зоне минимальных расстояний магистрального газопровода высокого давления размещены с существенным нарушением требований действующего законодательства Российской Федерации, прав общества, связанных с владением и эксплуатацией упомянутым газопроводом-отводом, истец направил ответчику претензию, в которой предложил ответчику в тридцатидневный срок с момента ее получения устранить нарушения в охранных зонах и зонах минимальных допустимых расстояний газопровода-отвода и ГРС к г. Пятигорск ( 2 нитка) в границах земельных участков с кадастровыми номерами 26:29:080288:48; 26:29:000000:12719 путем сноса (демонтажа) за его счет зданий, строений, сооружений, указанных в ситуационном плане схем, являющемся приложением к акту от 20.05.2021 № 79.

Непринятие ответчиком мер, направленных на устранение выявленных нарушений, послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

В соответствии со стаей 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно статье 305 ГК РФ права, предусмотренные статьями 301-304 названного Кодекса, принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором. Это лицо имеет право на защиту его владения также против собственника.

Истец является организацией, владеющей газопроводом по основанию, предусмотренному договором аренды, в связи с чем он вправе предъявить в суд требование об устранении нарушений препятствий в пользовании имуществом.

В соответствии со статьей 1065 ГК РФ опасность причинения вреда в будущем может явиться основанием к иску о запрещении деятельности, создающей такую опасность. Если причиненный вред является последствием эксплуатации предприятия, сооружения либо иной производственной деятельности, которая продолжает причинять вред или угрожает новым вредом, суд вправе обязать ответчика, помимо возмещения вреда, приостановить или прекратить соответствующую деятельность.

В пункте 45 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010                            № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – постановление Пленума № 10/22) разъяснено, что применяя статью 304 ГК РФ, судам необходимо учитывать, что в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Согласно пункту 35 названного постановления иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

В соответствии с пунктом 46 постановления Пленума № 10/22 при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

В силу пункта 47 постановления Пленума № 10/22, удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца.

В соответствии с пунктом 6 статьи 105 Земельного кодекса к зонам с особыми условиями использования территорий отнесена охранная зона трубопроводов (газопроводов, нефтепроводов и нефтепродуктопроводов, аммиакопроводов), а согласно пункту 25 - зона минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов.

Вопросы установления таких зон регулируются законодательством о газоснабжении.

Согласно статье 28 Закона № 69-ФЗ на земельных участках, прилегающих к объектам систем газоснабжения, в целях безопасной эксплуатации таких объектов устанавливаются охранные зоны газопроводов. 

Статья 2 Закона № 69-ФЗ определяет охранную зону объектов системы газоснабжения как территорию с особыми условиями использования, которая устанавливается в порядке, определенном Правительством Российской Федерации, вдоль трассы газопроводов и вокруг других объектов данной системы газоснабжения в целях обеспечения нормальных условий эксплуатации таких объектов и исключения возможности их повреждения. 

В силу статьи 8 Закона № 69-ФЗ Правительство Российской Федерации в области газоснабжения осуществляет свои полномочия в соответствии с Федеральным законом «О Правительстве Российской Федерации», в том числе, утверждает правила поставок газа, правила пользования газом и предоставления услуг по газоснабжению, положение об охранных зонах трубопроводов, положение о зонах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов, порядок доступа независимых организаций к газотранспортным и газораспределительным сетям, порядок использования газа в качестве топлива, правила ограничения подачи (поставки) и отбора газа, перечень потребителей, в том числе организаций, которые имеют преимущественное право пользования газом в качестве топлива и поставки газа которым не подлежат ограничению или прекращению.

В соответствии с пунктом 3 Правил № 1083 охранные зоны объектов магистральных газопроводов (далее – охранные зоны) устанавливаются: а) вдоль линейной части магистрального газопровода - в виде территории, ограниченной условными параллельными плоскостями, проходящими на расстоянии 25 метров от оси магистрального газопровода с каждой стороны; б) вдоль линейной части многониточного магистрального газопровода - в виде территории, ограниченной условными параллельными  плоскостями, проходящими на расстоянии 25 метров от осей крайних ниток магистрального газопровода; в) вдоль подводных переходов магистральных газопроводов через водные преграды - в виде части водного объекта от поверхности до дна, ограниченной условными параллельными плоскостями, отстоящими от оси магистрального газопровода на 100 метров с каждой стороны; г) вдоль газопроводов, соединяющих объекты подземных хранилищ газа, - в виде территории, ограниченной условными параллельными плоскостями, проходящими на расстоянии 25 метров от осей газопроводов с каждой стороны; д) вокруг компрессорных станций, газоизмерительных станций, газораспределительных станций, узлов и пунктов редуцирования газа, станций охлаждения газа - в виде территории, ограниченной условной замкнутой линией, отстоящей от внешней границы указанных объектов на 100 метров с каждой стороны; е) вокруг наземных сооружений подземных хранилищ газа - в виде территории, ограниченной условной замкнутой линией, отстоящей от внешней границы указанных объектов на 100 метров с каждой стороны.

В свою очередь, положение о зонах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов нормативными актами Правительства Российской Федерации до настоящего времени не утверждено. Понятие «минимальные расстояния» регламентировано СП 36.13330.2012 (актуализированная редакция СНиП 2.05.06-85*), согласно положениям которого минимальные расстояния от газопроводов - это расстояние от оси подземных магистральных газопроводов до населенных пунктов, отдельных промышленных и сельскохозяйственных предприятий, зданий и сооружений. Минимальные расстояния составляют от 100 до 350 метров в зависимости от диаметра трубы газопровода, степени ответственности объектов, указанных на знаках закрепления газопроводов, и служат для обеспечения безопасности этих объектов.

В соответствии с положениями статьи 32 Закона № 69-ФЗ организация - собственник системы газоснабжения кроме мер, предусмотренных законодательством Российской Федерации в области промышленной безопасности, обязана обеспечить на стадиях проектирования, строительства и эксплуатации объектов системы газоснабжения осуществление комплекса специальных мер по безопасному функционированию таких объектов, локализации и уменьшению последствий аварий, катастроф.

Требования к размещению газопроводов установлены также в СП 36.13330.2012 (актуализированная редакция СНиП 2.05.06-85*), в пункте 7.16 которого закреплено, что расстояния от оси подземных и наземных (в насыпи) трубопроводов до населенных пунктов, отдельных промышленных и сельскохозяйственных предприятий, зданий и сооружений должны приниматься в зависимости от класса и диаметра трубопроводов, степени ответственности объектов и необходимости обеспечения их безопасности, но не менее значений, указанных в таблице 4. Минимальные расстояния для типа (категории) газопровода, используемого истцом, составляют не менее 150 метров.

Согласно подпунктам «к» и «л» Правил № 1083 в охранных зонах запрещается огораживать и перегораживать охранные зоны; размещать какие-либо здания, строения, сооружения, не относящиеся к объектам, указанным в пункте 2 настоящих Правил, за исключением объектов, указанных в подпунктах «д» - «к» и «м» пункта 6 настоящих Правил. 

При таких обстоятельствах, с учетом того, что параметры охранных зон газопроводов установлены нормативными правовыми актами, ненадлежащее оформление границ охранных зон и отсутствие регистрации соответствующих обременений земельного участка не исключают возможность предъявления законным владельцем газопровода требования об устранении нарушений вышеприведенных норм, суд пришел к выводу, что истец, являясь арендатором газопровода имеет право требовать устранения всяких нарушений его прав.

Федеральным законом от 03.08.2018 № 342-ФЗ Земельный кодекс был дополнен главой XIX «Зоны с особыми условиями использования территорий» (статьи 104-107 Земельного кодекса).

Согласно пункту 24 статьи 106 Земельного кодекса зоны с особыми условиями использования территорий, в том числе возникающие в силу закона, ограничения использования земельных участков в таких зонах считаются установленными, измененными со дня внесения сведений о зоне с особыми условиями использования территории, соответствующих изменений в сведения о такой зоне в ЕГРН.

В соответствии с пунктом 1 статьи 107 Земельного кодекса со дня установления или изменения зоны с особыми условиями использования территории на земельных участках, расположенных в границах такой зоны, не допускаются строительство, использование зданий, сооружений, разрешенное использование (назначение) которых не соответствует ограничениям использования земельных участков, предусмотренных решением об установлении, изменении зоны с особыми условиями использования территории, а также иное использование земельных участков, не соответствующее указанным ограничениям, если иное не предусмотрено пунктами 2 и 4 настоящей статьи.

Из выше приведенных положений Земельного кодекса, Закона № 69-ФЗ, Правил № 1083 и иных норм следует, что охранная зона необходима для исключения возможных случаев повреждения газопроводов газораспределительных станции от воздействия населения. Зона минимальных расстояний необходима для обеспечения безопасности населения, то есть для защиты от воздействия особо опасного объекта на население в случае возникновения аварии.

При этом с учетом изложенного и на основании оценки имеющихся в материалах дела документов, суд пришел к выводу о том, что охранная зона газопровода, эксплуатируемого истцом, установлена применительно к подпункту «а» пункта 3 Правил № 1083 – вдоль линейной части магистрального газопровода – в виде территории, ограниченной условными параллельными плоскостями, проходящими на расстоянии 25 метров от оси магистрального газопровода с каждой стороны, сведения об охранной зоне газопровода внесены в ЕГРН.

Вместе с тем согласно пункту 1 статьи 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. 

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что недопустимо придание обратной силы толкованию правовых норм, ухудшающему положение подчиненной (слабой) стороны в публичном правоотношении, поскольку иное означало бы нарушение общих принципов правового регулирования и правоприменения, вытекающих из статей 19 (части 1 и 2), 46, 54 (часть 1) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации. 

Установление времени создания спорных объектов имеет значение не только для определения норм права, регулирующих спорные правоотношения, но и для выяснения вопроса о противоправности действий ответчика. Данные обстоятельства, имеют существенное значение для разрешения настоящего спора. 

Изложенный правовой подход содержится в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 24.04.2018 № 29-КГ18-3.

Ранее спорные объекты принадлежали правопредшественнику ответчика – Обществу с ограниченной ответственностью «Славяновская» (ОГРН 

<

***>), и были переданы в собственность ответчика в результате присоединения ООО «Славяновская» к ответчику, что подтверждается договором о присоединении 30/05 от 30.05.2014, передаточным актом.

Сведения о всех спорных объектах из числа отнесенных к категории недвижимого имущества (строение 12,61 х 112,55 м (6) на расстоянии 40,06 м от газопровода; строение 21,22 х 34,65 м (7) на расстоянии 38 м от газопровода;  строение 105,8 х 109,92 м (8) на расстоянии 25,3 от газопровода) содержатся в градостроительном плане земельного участка ответчика, утвержденном распоряжением главы администрации Винсадского сельсовета Предгорного района Ставропольского края от 24.12.2008 № 56 «Об утверждении градостроительного плана земельного участка по адресу 

<

...>».

Согласно заключению о соответствии построенного, реконструированного, отремонтированного объекта капитального строительства требованиям технических регламентов (норм, правил), иных нормативных документов и проектной документации от 23.12.2010, номер дела 37/20-2005, экземпляр № 1 (далее – заключение от 23.12.2010), объект капитального строительства – завод розлива минеральной воды с использованием существующих строений базы ООО «Славяновская» и минераловодопровода от скважины № 79. Производственный корпус с лабораторией – площадь 5024,8 кв.м; Административно-бытовой корпус – площадь 406,2 кв.м; котельная – площадь 67,6 кв.м; трансформаторная подстанция – площадь 29,2 кв.м и контрольно-пропускной пункт – площадь 12,2 кв.м, расположенные по адресу: 

<

...> км соответствуют требованиям проектной документации и технических регламентов: шифр проекта 07-2646-1, разработанный ЗАО «Кавказкурортпроект» г. Пятигорск, разрешение на строительство, реконструкцию, капитальный ремонт № RU-26521303-15 от 18.04.2007 выдано администрацией Винсадского сельсовета Предгорного района Ставропольского края. Заключение государственной экспертизы проектной документации № 1159/3-04 от 01.06.2005 г. Управление Главгосэкспертизы России по Ставропольскому краю. Сроки строительства, реконструкции, капитального ремонта – с 2007 по 2010 год. Основание для выдачи настоящего заключения – итоговая проверка № 37/16-2010-3 от 21.12.2010.

Заключение от 23.12.2010 утверждено распоряжением Министерства строительства и архитектуры Ставропольского края от 23.12.2010, государственный строительный надзор за строительством, реконструкцией, капитальным ремонтом объектов, указанных в заключении от 23.12.2010 прекращен. 

Как следует из решения от 23.10.2008 № 0614194 Управления по технологическому и экологическому надзору Ростехнадзора по Ставропольскому краю об утверждении заключения экспертизы промышленной безопасности, заключение экспертизы промышленной безопасности проектной документации «Завод розлива минеральной воды. Технологическая часть по хранению и подаче углекислоты, воздуха высокого давления для корпуса по розливу минеральной воды», выданное экспертной организацией Общество с ограниченной ответственностью фирма «Инженерный центр» - соответствует предъявляемым требованиям и об его утверждении.

Таким образом, ответчиком с 2008 года эксплуатируются опасные производственные объекты.

В силу абзаца 15 пункта 1 статьи 9 Закона № 116-ФЗ организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, обязана предотвращать проникновение на опасный производственный объект посторонних лиц.

Заключение от 23.12.2010 содержит указание на контрольно-пропускной пункт – площадью 12,2 кв.м. 

Как следует из РД 78.36.003-2002. Инженерно-техническая укрепленность. Технические средства охраны. Требования и нормы проектирования по защите объектов от преступных посягательств (утв. МВД РФ 06.11.2002) инженерно-техническая укрепленность объекта – это совокупность мероприятий, направленных на усиление конструктивных элементов зданий, помещений и охраняемых территорий, обеспечивающих необходимое противодействие несанкционированному проникновению в охраняемую зону, взлому и другим преступным посягательствам.

Контрольно-пропускной пункт является одним из элементов инженерно-технической укрепленности объекта и представляет собой объект, который призван обеспечивать необходимую пропускную способность прохода людей и проезда транспорта.

Ограждение также наряду с контрольно-пропускным пунктом является одним из элементов инженерно-технической укрепленности объекта и призвано исключать случайный проход людей (животных), въезд транспорта или затруднять проникновение нарушителей на охраняемую территорию, минуя контрольно-пропускной пункт (КПП).

Как следует из договора оказания охранных услуг № 30/06/2008, заключенного 24.06.2008 между ООО «ЧОП ВЫМПЕЛ-КМВ» и ООО «Славяновская», действовавшего с 22.06.2008 по 31.12.2009 ООО «ЧОП ВЫМПЕЛ-КМВ» приняло на себя обязательства по оказанию охранных услуг объекта, расположенного по адресу: 

<

...> км.

Согласно письму генерального директора ООО «ЧОП ВЫМПЕЛ-КМВ» ФИО5 от 05.08.2022 № 70 ООО «ЧОП ВЫМПЕЛ-КМВ» с 22.06.2008 по 31.12.2009 на основании договора оказания охранных услуг № 30/06/2008 от 24.06.2008 осуществляло охрану объекта ООО «Славяновская» – земельного участка, имевшего ограждение его периметра и контрольно-пропускной пункт для осуществления контрольно-пропускного режима. В настоящее время между ООО «ЧОП ВЫМПЕЛ-КМВ» и ООО «Объединенная Водная Компания», являющегося правопреемником ООО «Славяновская» также действует договор 03/01/2021 от 01.01.2021, предмет которого аналогичен предмету договора оказания охранных услуг № 30/06/2008, а именно, ООО «ЧОП ВЫМПЕЛ-КМВ» осуществляет охрану объекта ООО «Объединенная Водная Компания» – земельного участка, имеющего то же самое ограждение его периметра и тот же самый контрольно-пропускной пункт для осуществления контрольно-пропускного режима.

Исходя из указанных сведений суд пришел к выводу, что спорные объекты: строение 12,61 х 112,55 м (6) на расстоянии 40,06 м от газопровода; строение 21,22 х 34,65 м (7) на расстоянии 38 м от газопровода; - строение 105,8 х 109,92 м (8) на расстоянии 25,3 от газопровода; ограждение участка складирования материалов и продукции на расстоянии 8,72 м от газопровода созданы не позднее декабря 2010 года.

Также ответчиком в материалы дела представлены скан-копии спутниковых снимков территории земельных участков ответчика, датированные 2014 годом, на которых имеются все спорные объекты, в том числе сооружение (навес) 4,04 х 31,02 м на расстоянии 14,34 м от газопровода, таким образом, суд пришел к выводу, что спорный навес создан не позднее 2014 года, истцом в условиях состязательности процесса обратное не доказано.

Действовавшая во время создания спорных объектов редакция статья 2 Закона № 69-ФЗ, определяла охранную зону объектов системы газоснабжения как территорию с особыми условиями использования, которая устанавливалась в порядке, определенном Правительством Российской Федерации, вдоль трассы газопроводов и вокруг других объектов данной системы газоснабжения в целях обеспечения нормальных условий эксплуатации таких объектов и исключения возможности их повреждения.

В силу действовавшей во время создания спорных и начала правоотношений по осуществлению спорной деятельности объектов редакции статьи 8 Закона № 69-ФЗ Правительство Российской Федерации в области газоснабжения осуществляло свои полномочия в соответствии с Федеральным законом «О Правительстве Российской Федерации», в том числе к полномочиям Правительства Российской Федерации было отнесено утверждение правил поставок газа, правил пользования газом и предоставления услуг по газоснабжению, федеральной программы газификации в Российской Федерации, правил охраны магистральных трубопроводов, газораспределительных сетей и других объектов систем газоснабжения, порядка доступа независимых организаций к газотранспортным и газораспределительным сетям, порядка использования газа в качестве топлива, перечня потребителей, в том числе организаций, которые имеют преимущественное право пользования газом в качестве топлива и поставки газа которым не подлежат ограничению или прекращению (далее - неотключаемые потребители).

Согласно действовавшей во время создания спорных объектов и начала правоотношений по осуществлению спорной деятельности редакции части 6 статьи 28 Главы VIII. «Правовые основы взаимоотношений организаций - собственников систем газоснабжения и организаций иных отраслей экономики» Закона № 69-ФЗ на земельных участках, отнесенных к землям транспорта, устанавливались охранные зоны с особыми условиями использования таких земельных участков. Границы охранных зон объектов системы газоснабжения определялись на основании строительных норм и правил, правил охраны магистральных трубопроводов, других утвержденных в установленном порядке нормативных документов. Владельцам указанных земельных участков при их хозяйственном использовании запрещалось строить какие бы то ни было здания, строения, сооружения в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения без согласования с организацией – собственником системы газоснабжения или уполномоченной ею организацией; такие владельцы не имели права чинить препятствия организации – собственнику системы газоснабжения или уполномоченной ею организации в выполнении ими работ по обслуживанию и ремонту объектов системы газоснабжения, ликвидации последствий возникших на них аварий, катастроф.

По смыслу приведенных норм, действовавших во время создания спорных объектов, установление охранных зон систем газоснабжения с особыми условиями использования территории допускалось в порядке, определенном Правительством Российской Федерации на земельных участках, отнесенных к землям транспорта. 

При этом владельцам земельных участков, отнесенных к землям транспорта и на которых в порядке, определенном Правительством Российской Федерации установлены охранные зоны газопроводов запрещалось при их хозяйственном использовании строить какие бы то ни было здания, строения, сооружения в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения без согласования с организацией-собственником системы газоснабжения или уполномоченной ею организацией.

В силу действовавшей с 26.06.2007 по 03.08.2018 редакции части 1 статьи 28 Закона № 69-ФЗ земельные участки для строительства, эксплуатации и ремонта объектов систем газоснабжения передавались организациям - собственникам систем газоснабжения в порядке, определенном законодательством Российской Федерации.

Согласно действовавшей до 03.08.2018 редакции пункта 1 статьи 90 ЗК РФ землями транспорта признавались земли, которые используются или предназначены для обеспечения деятельности организаций и (или) эксплуатации объектов автомобильного, морского, внутреннего водного, железнодорожного, воздушного и иных видов транспорта и права на которые возникли у участников земельных отношений по основаниям, предусмотренным данным Кодексом, федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации.

В силу действовавшей до 21.07.2011 редакции  пункта 6 статьи 90 ЗК РФ в целях обеспечения деятельности организаций и эксплуатации объектов трубопроводного транспорта могли предоставляться земельные участки для: 1) размещения нефтепроводов, газопроводов, иных трубопроводов; 2) размещения объектов, необходимых для эксплуатации, содержания, строительства, реконструкции, ремонта, развития наземных и подземных зданий, строений, сооружений, устройств и других объектов трубопроводного транспорта; 3) установления охранных зон с особыми условиями использования земельных участков.

Границы охранных зон, на которых размещены объекты системы газоснабжения, определялись на основании строительных норм и правил, правил охраны магистральных трубопроводов, других утвержденных в установленном порядке нормативных документов. На указанных земельных участках при их хозяйственном использовании не допускалось строительство каких бы то ни было зданий, строений, сооружений в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения. Не разрешалось препятствовать организации - собственнику системы газоснабжения или уполномоченной ею организации в выполнении ими работ по обслуживанию и ремонту объектов системы газоснабжения, ликвидации последствий возникших на них аварий, катастроф.

В соответствии с частью 1 статьи 87 ЗК РФ земли промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для обеспечения космической деятельности, земли обороны, безопасности и земли иного специального в соответствии со статьей 7 названного Кодекса составляют самостоятельную категорию земель Российской Федерации.

В силу положений статьи 1 Закона № 122-ФЗ ограничениями (обременениями) признавалось наличие установленных законом или уполномоченными органами в предусмотренном законом порядке условий, запрещений, стесняющих правообладателя при осуществлении права собственности либо иных вещных прав на конкретный объект недвижимого имущества (сервитута, ипотеки, доверительного управления, аренды, ареста имущества и других).

Согласно положениям части 1 статьи 2 Закона № 122-ФЗ государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация являлась единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Частью 1 статьи 4 Закона № 122-ФЗ установлено, что государственной регистрации подлежали права собственности и другие вещные права на недвижимое имущество и сделки с ним в соответствии со статьями 130, 131, 132 и 164 ГК РФ, за исключением прав на воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания и космические объекты. Наряду с государственной регистрацией вещных прав на недвижимое имущество подлежали государственной регистрации ограничения (обременения) прав на него, в том числе сервитут, ипотека, доверительное управление, аренда. 

Аналогичные положения содержатся в части 6 статьи 1 и статье 4 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

Вместе с тем, как следует из информации из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ставропольскому краю от 23.05.2022 № 20/05884 по сведениям ЕГРН земельные участки с кадастровыми номерами 26:29:000000:12719 и 26:29:080288:48 отнесены к категории земель – земли населенных пунктов, образованы и поставлены на государственный кадастровый учет после 2007 года, а именно земельный участок с кадастровым номером 26:29:000000:12719 - 20.02.2020, земельный участок с кадастровым номером 26:29:080288:48 - 12.02.2008. Сведений, в том числе, о нахождении у ООО «Газпром трансгаз Ставрополь» (либо иной организации трубопроводного транспорта) в постоянном (бессрочном) пользовании, либо во временном пользовании частей или полностью земельных участков с кадастровыми номерами 26:29:000000:12719 и 26:29:080288:48 в ЕГРН не имеется. Сведений об отнесении как вышеуказанных земельных участков, так и земельных участков из которых они образованы к категории земель - земли промышленности, энергетики, транспорта, связи, радиовещания, телевидения, информатики, земли для обеспечения космической деятельности, земли обороны, безопасности и земли иного специального назначения в ЕГРН также не имеется.

Данные сведения согласуются со сведениями, содержащимися в представленных суду свидетельствах о государственной регистрации права 26 АЕ № 193630 от 06.11.2007 и 26 АЕ              № 193589 от 06.11.2007, а также со сведениями, имеющимися в договоре аренды земельного участка с кадастровым номером 26:29:080288:48 № 72 от 18.02.2009.

Документы, свидетельствующие об установлении границ охранной зоны газопровода на момент начала создания спорных объектов и возникновения правоотношений по осуществлению сорной деятельности, а также сведения об отнесении в этот период земельных участков ответчика к землям транспорта, суду не представлены.

К доводу истца со ссылкой на норму пункта 8 статьи 90 ЗК РФ о том, что охранная зона подземных трубопроводов существовала во время создания спорных объектов в качестве ограничения независимо от категории земель, суд относится критически ввиду следующего. 

В силу положений пункта 8 статьи 90 ЗК РФ, введенного в действие Федеральным законом от 21.07.2011 № 257-ФЗ, земельные участки, предоставленные под строительство, реконструкцию, капитальный ремонт объектов трубопроводного транспорта, из состава земель других категорий не подлежат переводу в категорию земель транспорта и предоставляются на период осуществления строительства, реконструкции, капитального ремонта таких объектов. После ввода в эксплуатацию объектов трубопроводного транспорта земельные участки, предоставленные на период осуществления строительства, реконструкции, капитального ремонта таких объектов, возвращаются собственникам земельных участков. На земельные участки, где размещены подземные объекты трубопроводного транспорта, относящиеся к линейным объектам, оформление прав собственников объектов трубопроводного транспорта в порядке, установленном данным Кодексом, не требуется. У собственников земельных участков возникают ограничения прав в связи с установлением охранных зон таких объектов.

Пункт 8 статьи 90 Земельного кодекса введен Федеральным законом от 21.07.2011 № 257-ФЗ, данная норма не содержит указаний на то, что ее действие распространяется на отношения, возникшие до его введения, что в силу пункта 1 статьи 4 ГК РФ исключает применение положений пункта 8 статьи 90 ЗК РФ к спорным объектам, созданным до его вступления в силу. 

Действовавшая до 21.07.2011 редакция пункта 6 статьи 90 ЗК РФ предполагала передачу земельных участков в целях обеспечения деятельности организаций и эксплуатации объектов трубопроводного транспорта для размещения нефтепроводов, газопроводов, иных трубопроводов и установления охранных зон с особыми условиями использования земельных участков вне зависимости от способа прокладки таких трубопроводов.

Кроме того, пункт 8 статьи 90 ЗК РФ не содержал прямого указания на возможность установления охранной зоны объекта системы газоснабжения на земельных участках независимо от категорий земель, в состав которых входят эти земельные участки.

Вместе с тем данное указание содержалось в статье 28 Закона № 69-ФЗ, норма которой предполагала установление охранной зоны газопровода вне зависимости от способа его прокладки на земельных участках, отнесенных к землям транспорта.

Довод истца со ссылкой на пункт 6 статьи 90 ЗК РФ о том, что данная норма является отсылочной к положениям Правил № 9 в части порядка установления охранной зоны газопроводов, а также связанных с установлением такой зоны ограничений и запретов для собственников земельных участков, отклоняется судом по следующим основаниям.

В силу статьи 55 Конституции Российской Федерации, пункта 2 статьи 1 ГК РФ и разъяснений этих положений данных в абзаце 2 пункта 1 постановлении Пленума № 10/22 гражданские права могут быть ограничены только на основании федерального закона, следовательно, иные нормативные акты, ограничивающие права собственника, применению не подлежат.

Из положений пункта 6 статьи 90 ЗК РФ (в редакции, действовавшей на момент начала создания спорных объектов и возникновения правоотношений по осуществлению спорной деятельности) следует, что данная норма содержала запрет на строительство каких бы то ни было зданий, строений, сооружений не в охранной зоне газопровода, а в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения.

Следовательно, применительно к охранной зоне газопровода, данная норма носила отсылочный характер только в части определения границ такой зоны, при этом не раскрывала само понятие охранной зоны, не содержала указаний на порядок ее установления, а также связанных с установлением такой зоны запретов и ограничений.

Положения пункта 6 статьи 90 ЗК РФ в приведенной части корреспондируются с положениями части 6 статьи 28 Закона № 69-ФЗ (в редакции, действовавшей на момент создания спорных объектов).

Понятие охранной зоны газопровода и порядок ее установления содержались в статье 2 Закона № 69-ФЗ, порядок утверждения правил охраны магистральных трубопроводов определялся статьей 8 Закона № 69-ФЗ. 

Следовательно, пункт 6 статьи 90 ЗК РФ и часть 6 статьи 28 Закона № 69-ФЗ соотносятся как общая и специальная нормы, при этом, приоритетом в соответствии с общеправовым принципом lex specialis derogat generali, определяющим критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения, обладает часть 6 статьи 28 Закона № 69-ФЗ как специальная норма.

Согласно положениям статьи 3 Закона № 69-ФЗ законодательное и нормативно-правовое регулирование газоснабжения в Российской Федерации основывается на Конституции Российской Федерации, Гражданском кодексе Российской Федерации, Федеральном законе «О недрах», Федеральном законе «О естественных монополиях», Федеральном законе «О континентальном шельфе Российской Федерации» и состоит из данного Федерального закона, принимаемых в соответствии с ним федеральных законов, нормативных правовых актов Российской Федерации и нормативных правовых актов муниципальных образований.

Таким образом, федеральным законодателем полномочия по определению порядка установления охранной зоны газопровода и утверждению правил охраны магистральных трубопроводов делегировались Правительству Российской Федерации, а не Министерству топлива и энергетики Российской Федерации и Федеральному горному и промышленному надзору России, постановлением которых утверждены Правила № 9.

Порядок установления охранной зоны газопровода и связанных с ее установлением запретов определен Правительством Российской Федерации принятием Правил № 1083. Действие данного документа, содержащего в себе нормы гражданского права в силу части 1 статьи 4 ГК РФ, не распространяются на правоотношения, возникшие до его принятия.

Федеральным законом Российской Федерации от 03.08.2018 № 339-Ф3 «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и статью 22 Федерального закона «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», который начал действовать с 04.08.2018, пункт 1 статьи 222 ГК РФ изложен в новой редакции, согласно которому самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

 Также, пункт 1 статьи 222 ГК РФ дополнен абзацем вторым, который предусмотрел, что «не является самовольной постройкой здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные с нарушением установленных в соответствии с законом ограничений использования земельного участка, если собственник данного объекта не знал и не мог знать о действии указанных ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка. 

С учетом положений абзаца второго пункта 1 статьи 222 ГК РФ для признания объекта, построенного с нарушением ограничений, установленных для соответствующей зоны, самовольной постройкой, суду необходимо установить, знал ли или должен был знать застройщик о распространении ограничений на принадлежащий ему земельный участок, в частности, имел ли он публичный доступ к таким сведениям. 

Случаи и способы обеспечения публичного доступа к информации о зоне с особыми условиями использования территории определены частью 37 статьи 26 Закона № 342-ФЗ. 

Так, согласно части 37 статьи 26 Закона № 342-ФЗ публичный доступ к сведениям о зоне с особыми условиями использования территории и границах такой зоны считается обеспеченным, если на дату начала создания объекта недвижимого имущества на земельном участке, расположенном в границах зоны с особыми условиями использования территории, соблюдалось хотя бы одно из следующих условий: 

1) сведения о границах зоны с особыми условиями использования территории внесены в ЕГРН; 

2) в документах, выданных в отношении земельного участка при его государственном кадастровом учете и (или) государственной регистрации прав на него, отображены сведения о нахождении земельного участка полностью или частично в границах зоны с особыми условиями использования территории; 

3) сведения о границах зоны с особыми условиями использования территории указаны в градостроительном плане земельного участка; 

4) решение об установлении зоны с особыми условиями использования территории и границ такой зоны опубликовано в порядке, установленном для опубликования указанных решений, и границы такой зоны обозначены на местности в соответствии с требованиями нормативных правовых актов Российской Федерации; 

5) сведения о границах зоны с особыми условиями использования территории отображены на карте градостроительного зонирования в составе утвержденных правил землепользования и застройки или в документации по планировке территории, и границы такой зоны обозначены на местности в соответствии с требованиями нормативных правовых актов Российской Федерации; 

6) правообладатель земельного участка, расположенного в границах зоны с особыми условиями использования территории, был уведомлен об ограничениях использования земельных участков в границах такой зоны в порядке, установленном в соответствии с Земельным кодексом (в редакции, действовавшей до дня официального опубликования настоящего Федерального закона); 

7) сведения о здании, сооружении, в связи с размещением которых установлена зона с особыми условиями использования территории, включены в документы, указанные в пунктах 2 и 3 настоящей части. 

Вместе с тем из материалов дела следует, что на дату начала создания спорных объектов ни сведения о границах минимальных расстояний, ни сведения о границах охранной зоны в ЕГРН внесены не были. 

В документах, выданных ответчику в отношении спорных земельных участков при их государственном кадастровом учете и государственной регистрации прав на них, сведений о нахождении земельных участков полностью или частично в границах охранной зоны либо границах минимальных расстояний не имелось. 

Сведений о газопроводе, границах охранной зоны либо границах минимальных расстояний также не имелось и в имеющемся в материалах дела градостроительном плане земельного участка ответчика, утвержденном распоряжением главы администрации Винсадского сельсовета Предгорного района Ставропольского края от 24.12.2008 № 56 «Об утверждении градостроительного плана земельного участка по адресу 

<

...>».

Истцом суду не представлено доказательств о том, что на дату начала создания спорных объектов решение об установлении охранной зоны либо зоны минимальных расстояний и границ таких зон опубликовано в порядке, установленном для опубликования указанных решений, также не представлено доказательств того, что дату начала создания спорных объектов границы таких зон были обозначены на местности в соответствии с требованиями нормативных правовых актов Российской Федерации. 

Данных о том, что сведения о границах зоны с особыми условиями использования территории на дату начала создания спорных объектов были отображены на карте градостроительного зонирования в составе утвержденных правил землепользования и застройки или в документации по планировке территории, а также о том, что границы такой зоны были обозначены на местности в соответствии с требованиями нормативных правовых актов Российской Федерации истцом суду не представлено. Истцом также не представлены суду совместные акты предприятия трубопроводного транспорта и землепользователя, которыми согласно пункта 3.1 Правил № 9 надлежало оформить установку опознавательных знаков трубопроводов. 

Доказательств того, что ответчик как правообладатель земельных участков, по территории которых, пролегал спорный газопровод, на момент начала создания спорных объектов был уведомлен об ограничениях использования земельных участков в порядке, установленном в соответствии с Земельным кодексом (в редакции, действовавшей до дня официального опубликования Закона № 342-ФЗ) в материалах дела также не имеется. 

Сведения о спорном газопроводе, отсутствовали в документах, выданных ответчику в отношении его земельных участков при их государственном кадастровом учете и государственной регистрации прав на них, данные сведения также отсутствовали в градостроительном плане земельного участка. 

Таким образом, принятием части 37 статьи 26 Закона № 342-ФЗ законодатель установил, что в случае отсутствия на момент начала создания объекта, который находится в охранной зоне газопровода или ближе минимальных расстояний сведений в общедоступных источниках о наличии на территории земельного участка охранных зон газопровода, у суда отсутствуют основания для сноса либо демонтажа таких объектов.

Изложенный правовой подход содержится в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.03.2020 по делу № А32-45208/2016 и от 01.06.2022 по делу № А63-18026/2020. 

Не оспаривая факт того, что до даты внесения сведений об охранной зоне газопровода в ЕГРН, публичный доступ к сведениям об этой зоне в порядке, установленном частью 37 статьи 26 Закона № 342-ФЗ обеспечен не был, истец указал суду на то, что нормы части 37 статьи 26 Закона № 342-ФЗ не следует применять к объектам, не относящимся к недвижимому имуществу. К данному доводу суд относится критически ввиду следующего.

Возложение обязанности произвести снос или демонтаж зданий, строений и сооружений вне зависимости их отнесения к недвижимому имуществу по своей правовой природе является ответственностью. 

Следовательно, ответственность в виде возложения такой обязанности может применяться только при установлении судом вины ответчика (определения Конституционною суда Российской Федерации от 27.03.2018 № 701-О, от 06.10.2015 № 2318-0).

Нормы части 37 статьи 26 Закона № 342-ФЗ определяют обстоятельства, при которых публичный доступ к зоне с особыми условиями использования территорий считается обеспеченным. Проверка судом этих обстоятельств позволяет установить знал и мог ли знать ответчик о действии ограничений в использовании земельного участка, то есть установить в действиях ответчика наличие состава правонарушения и его вину.

Иной подход, по мнению суда, приведет к нарушению вытекающих из Конституции Российской Федерации общих принципов юридической ответственности и будет противоречить правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой наличие состава правонарушения является необходимым основанием для всех видов юридической ответственности.

Суд отклоняет довод истца о том, что публичный доступ к зонам с особыми условиями использования территории был обеспечен истцом посредством публикаций в средствах массовой информации сведений о прохождении спорного газопровода по территории Предгорного района Ставропольского края и направления информации о расположении спорного газопровода в органы местного самоуправления Предгорного района Ставропольского края для его нанесения на карты Предгорного района Ставропольского края, так как перечень способов обеспечения публичного доступа к сведениям о зоне с особыми условиями использования территории определенный частью 37 статьи 26 Закона № 342-ФЗ, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. Кроме того, информация, содержащаяся в представленных истцом суду копиях газет, не позволяет установить место расположения трассы спорного газопровода. 

По тем же основаниям суд счел несостоятельным довод истца о том, что публичный доступ к зонам с особыми условиями использования территории был обеспечен путем согласования представителем истца разрешения на производство дорожных, строительных, аварийных и прочих земляных работ от 10.05.2007.

Кроме того. каких-либо сведений о самом спорном газопроводе, его категории, классе опасности и месте расположения, границах охранных зон газопровода и минимальных расстояний в указанном документе не содержится.

На выданном ответчику и имеющемся в материалах дела ситуационном плане расположения земельного участка газопровод не отмечен, охранные зоны, и зоны минимальных расстояний на карту не нанесены. 

Отсутствие ограничений на земельный участок подтверждают также свидетельства о государственной регистрации права на недвижимое свидетельствах о государственной регистрации права 26 АЕ № 193630 от 06.11.2007 и 26 АЕ № 193589 от 06.11.2007, из которых следует, что существующих ограничений (обременений) права не зарегистрировано.

В подпункте «а» пункта 2.1 заключенного между Управлением имущественных и земельных отношений администрации Предгорного муниципального района Ставропольского края и ООО «Славяновская» договора аренды земельного участка с кадастровым номером 26:29:080288:48 № 72 от 18.02.2009 содержится указание на отсутствие на территории данного земельного участка каких-либо подземных сооружений, к категории которых относится газопровод.

Впервые публичный доступ к зоне с особыми условиями использования территорий был обеспечен 27.11.2019 в порядке, предусмотренном пунктом 1 части 37 статьи 26 Закона № 342-ФЗ путем внесения сведений о границах охранной зоны газопровода в ЕГРН (охранная зона магистрального газопровода «Газопровод-отвод и ГРС г. Пятигорск» реестровый номер: 26:29-6.852, учетный номер: 26.29.2.831), то есть после того, как все спорные объекты были созданы. Истцом в условиях состязательности процесса обратное не доказано.

В материалы дела представлены доказательства, свидетельствующие о наличии согласования представителем Георгиевского ЛПУМГ ООО «Кавказтрансгаз» создания части спорных объектов.

Согласно пункту 12 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации уполномоченные на выдачу разрешений на строительство федеральный орган исполнительной власти, орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления по заявлению застройщика могут выдать разрешение на отдельные этапы строительства, реконструкции.

В силу разрешения на производство дорожных, строительных, аварийных и прочих земляных работ от 10.05.2007, подписанного главой Винсадского сельсовета Предгорного района Ставропольского края ФИО6, которое в числе прочего согласовано, представителем Георгиевского ЛПУМГ ООО «Кавказтрансгаз», правопредшественнику ответчика ООО «Славяновская» разрешалось проведение земляных работ. Данное разрешение было согласованно правопредшественником истца, что истцом не оспаривается.

Таким образом, из данного документа, следует, что главой администрации Винсадского сельсовета Предгорного района в порядке, предусмотренным пунктом 12 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, выдано разрешение на отдельный этап строительства – проведение земляных работ.

Положения статьи 28 Закона № 69-ФЗ и пункта 6 статьи 90 ЗК РФ (в редакции, действовавшей во время получения разрешения на строительство спорных объектов), устанавливавшие, что владельцы земельных участков, отнесенных к землям транспорта, на которых установлены охранные зоны газопровода земельных участков при их хозяйственном использовании не могли строить какие бы то ни было здания, строения, сооружения в пределах установленных минимальных расстояний до объектов системы газоснабжения без согласования с организацией – собственником системы газоснабжения или уполномоченной ею организацией, не содержали каких-либо специальных требований к форме и содержанию такого согласования, а также указаний на согласование каждого этапа строительства зданий, строений и сооружений.

Судом принято во внимание, что администрация Предгорного района Ставропольского края согласовала последующие этапы строительства ответчику в части создания спорных объектов, учитывая наличие положительного решения о начале первого этапа строительства (проведении земляных работ) со стороны Георгиевского ЛПУМГ.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии положительного решения Георгиевского ЛПУМГ ООО «Кавказтрансгаз» на создание спорных объектов.

Ответчик при создании спорных объектов проявил разумную и достаточную в данном случае степень заботливости и осмотрительности для получения соответствующих сведений о законности создания спорных объектов, поскольку наличие зарегистрированного права ответчика на земельный участок, отсутствие зарегистрированных ограничений этого права, а также согласование истцом разрешения на начальный этап строительства спорных объектов (проведение земляных работ), позволяло ответчику полагать, что регистрация права произведена при надлежащей правовой экспертизе документации регистрирующим органом, а все последующие решения органа местного самоуправления и инспекции государственного строительного надзора Министерства строительства и архитектуры Ставропольского края, связанные с созданием спорных объектов их вводом в эксплуатацию и соответствии данных объектов требованиям технических регламентов (норм и правил) иных нормативных документов и проектной документации, приняты указанными органами с учетом положительного решения об этом со стороны ООО «Кавказтрансгаз».

Ссылка истца на СП 36.13330.2012 судом признается несостоятельной в связи со следующим. 

В соответствии с частью 3 статьи 42 Закона № 384-ФЗ Правительство Российской Федерации, не позднее чем за тридцать дней до дня вступления в силу настоящего Федерального закона утверждает перечень национальных стандартов и сводов правил, в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований данного Федерального закона.

В соответствии с требованиями Постановления Правительства РФ от 28.05.2021 № 815 «Об утверждении перечня национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», и о признании утратившим силу постановления Правительства Российской Федерации от 04.07.2020 № 985 «Разделы 5 (пункт 5.4),  7 (пункты 7.6, 7.7 (за исключением примечаний 4, 8, 9 к таблице 4), 7.9, 7.10, 7.15 - 7.18, 7.20, 7.22, 7.24, 7.25 (за исключением абзаца второго)), 8 (пункты 8.1.3, 8.2.6 (за исключением абзацев первого - четвертого), 8.2.11), 9 (пункт 9.5.12), 10 (пункты 10.2.1 (за исключением примечания 2), 10.2.3 (абзац первый), 10.2.5, 10.2.6, 10.2.13, 10.2.14, 10.2.16, 10.2.21 (абзац первый), 10.2.23 - 10.2.28, 10.3.2, 10.3.3, 10.3.4 (за исключением абзаца четвертого), 10.3.6, 10.3.7), 11 (за исключением пунктов 11.1, 11.2, абзаца первого пункта 11.3, пункта 11.5, абзаца второго пункта 11.7), 12 (за исключением пунктов 12.1.4, 12.2.1, 12.2.4, абзаца первого пункта 12.2.8, пунктов 12.2.9, 12.2.14, 12.2.16, 12.4.7, 12.5.3, примечания пункта 12.6.1, последнего абзаца пункта 12.7.2, абзаца пятого пункта 12.7.3 и таблицы 16 пункта 12.7.5, абзаца первого пункта 12.7.6, абзаца первого пункта 12.7.8, пункта 12.7.9), 13 (за исключением пункта 13.1, абзаца второго пункта 13.4, пунктов 13.5, 13.9, 13.13), 14 (за исключением пунктов 14.1.1, 14.1.2, 14.2.3, 14.3.3, 14.3.6, 14.4.4, 14.5.3, 14.5.4, 14.5.6, 14.5.8), 16 (за исключением пунктов 16.2, 16.5, абзацев второго и третьего пункта 16.9), 17 (пункты 17.1.1, 17.1.2, 17.1.4 - 17.2.6) СП 36.13330.2012 "СНиП 2.05.06-85* Магистральные трубопроводы» включены в Перечень национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений». 

Вместе с тем, согласно части 1 статьи 42 Закона № 384-ФЗ требования к зданиям и сооружениям, а также к связанным со зданиями и с сооружениями процессам проектирования (включая изыскания), строительства, монтажа, наладки, эксплуатации и утилизации (сноса), установленные настоящим Федеральным законом, не применяются вплоть до реконструкции или капитального ремонта здания или сооружения к зданиям и сооружениям, введенным в эксплуатацию до вступления в силу таких требований; к зданиям и сооружениям, строительство, реконструкция и капитальный ремонт которых осуществляются в соответствии с проектной документацией, утвержденной или направленной на государственную экспертизу до вступления в силу таких требований; к зданиям и сооружениям, проектная документация которых не подлежит государственной экспертизе и заявление о выдаче разрешения на строительство которых подано до вступления в силу таких требований. 

Кроме того, принимая во внимание период создания спорных объектов, а также учитывая положения Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.03.2014, о том, что при рассмотрении дел, связанных с самовольным строительством, судам следует применять градостроительные и строительные нормы и правила в редакции, действовавшей во время возведения самовольной постройки, с учетом установленного периода возведения спорных объектов, суд приходит к выводу, что положения СП 36.13330.2012, утвержденные 25.12.2012 не могут применяться к объектам, созданным до вступления в силу данного свода правил.

Во время получения ответчиком разрешения на строительство спорных объектов, действовали положения Строительных норм и правил СНиП 2.05.06-85* «Магистральные трубопроводы» утвержденные Постановлением Госстроя СССР от 30.03.1985 № 30, положения которых, распространялись только на проектирование новых и реконструируемых магистральных трубопроводов, к категории которых рассматриваемый период времени не относились ни сам спорный газопровод ни спорные объекты ответчика.

Исковые требования в части обязания ответчика демонтировать за его счет подъездную автомобильную дорогу, расположенную на земельном участке с кадастровым номером 26:29:080288:48 по адресу: 

<

...> км, суд находит не подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

Как следует из искового заявления, исковые требования в данной части мотивированы отсутствием защитного футляра (кожуха) из стальных труб на участке газопровода в месте его перехода через спорную подъездную автомобильную дорогу.

Как следует из пункта 10.3.2 СП 36.13330.2012 участки трубопроводов, прокладываемых на переходах через железные и автомобильные дороги всех категорий с усовершенствованным покрытием капитального и облегченного типов, должны предусматриваться в защитном футляре (кожухе) из стальных труб или в тоннеле, диаметр которых определяется условием производства работ и конструкцией переходов и должен быть больше наружного диаметра трубопровода не менее чем на 200 мм.

Постановлением Правительства РФ от 28.05.2021 № 815 «Об утверждении перечня национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», и о признании утратившим силу постановления Правительства Российской Федерации от 04.07.2020 № 985» пункт 10.3.2 СП 36.13330.2012 включен в перечень национальных стандартов и сводов правил (частей таких стандартов и сводов правил), в результате применения которых на обязательной основе обеспечивается соблюдение требований Федерального закона «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений».

Вместе с тем согласно части 1 статьи 42 Закона № 384-ФЗ требования к зданиям и сооружениям, а также к связанным со зданиями и сооружениями процессам проектирования (включая изыскания), строительства, монтажа, наладки, эксплуатации и утилизации (сноса), установленные настоящим Федеральным законом, не применяются вплоть до реконструкции или капитального ремонта здания или сооружения к зданиям и сооружениям, введенным в эксплуатацию до вступления в силу таких требований; к зданиям и сооружениям, строительство, реконструкция и капитальный ремонт которых осуществляются в соответствии с проектной документацией, утвержденной или направленной на государственную экспертизу до вступления в силу таких требований; к зданиям и сооружениям, проектная документация которых не подлежит государственной экспертизе и заявление о выдаче разрешения на строительство которых подано до вступления в силу таких требований.

Технические нормы проектирования и строительства спорного газопровода с учетом времени его создания устанавливались СНиП II-Д.10-62 «Магистральные трубопроводы. Нормы проектирования» (далее – СНиП II-Д.10-62), который являлся действующим документом в период времени с 01.07.1963 по 01.01.1976.

Согласно пункту 6.18 СНиП II-Д.10-62 участки переходов магистральных трубопроводов через железные и автомобильные дороги I, II, III и IV категорий должны были быть заключены в защитный кожух из стальных труб, внутренний диаметр которых должен быть на 100 – 200 мм больше наружного диаметра трубопроводов. При пересечении автомобильных дороги V категории, трубопроводы, как правило, следовало проектировать без защитных кожухов.

Критерии разделения автомобильных дорог на категории в указанный период времени определялись СНиП III-Д.5-62 «Автомобильные дороги. Правила организации строительства и производства работ. Приемка в эксплуатацию» (далее – СНиП III-Д.5-62) которые являлся действующим документом в период времени с 01.07.1963 по 01.09.1973.

Согласно пункту 1.4 СНиП III-Д.5-62 автомобильные дороги на всем протяжении или на отдельных участках, в зависимости от их назначения в общей транспортной сети СССР и от размера среднесуточной перспективной интенсивности движения разделялись на пять категорий.

I-II категории – автомобильные дороги общегосударственного значения, основные магистральные дороги республиканского значения, связывающие между собой важнейшие экономические районы, крупные административные, промышленные и культурные центры Союза ССР, при интенсивности движения: I категории – свыше 6000 автомобилей, II категории –  от 3000 до 6000 автомобилей, III категории – автомобильные дороги республиканского или областного значения, связывающие экономические и административные районы, промышленные и культурные центры, при интенсивности движения: от 1000 до 3000 автомобилей, IV-V категории – автомобильные дороги, имеющие, как правило местное хозяйственное и административное значение, при интенсивности движения: IV категории от 200 до 1000 автомобилей. V категории менее 200 автомобилей.

Как следует из искового заявления, сохранение спорных объектов в зонах с особыми условиями использования территорий газопровода может повлечь возникновение угрозы разрушения объекта газоснабжения, неконтролируемого выброса газа, пожара и взрыва, которые могут причинить вред здоровью и жизни находящихся в непосредственной близости людей и уничтожению имущества, принадлежащего ПАО «Газпром», либо третьим лицам.

Таким образом, истцом в качестве способа защиты его гражданских прав выбрано восстановление положения, существовавшего до возникновения обстоятельств, создающих угрозу нарушения его права.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 27.04.2001 № 7-П, Конституция Российской Федерации закрепляет в статье 49 презумпцию невиновности, т.е. возлагает обязанность по доказыванию вины в совершении противоправного деяния на соответствующие государственные органы, применительно к сфере уголовной ответственности. В процессе правового регулирования других видов юридической ответственности законодатель вправе решать вопрос о распределении бремени доказывания вины иным образом, учитывая особенности соответствующих отношений и субъектов этих отношений (в частности, предприятий, учреждений, организаций и лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 45 постановления Пленума № 10/22, применяя статью 304 ГК РФ, в силу которой собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, судам необходимо учитывать следующее.

В силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. 

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. 

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Принимая во внимание положения СНиП II-Д.10-62, регулировавшие технические вопросы прокладки спорного газопровода, и положения СНиП III-Д.5-62, определявшие критерии разделения автомобильных дорог на категории в указанный период времени, установление времени создания спорной автомобильной дороги и ее категории имеет значение для выяснения вопроса о техническом соответствии автомобильной дороги в месте ее перехода через газопровод строительным нормам и правилам, а также противоправности действий лиц, осуществивших ее строительство.

Вместе с тем, истцом, на которого возложено бремя доказывания реальности угрозы нарушения его права собственности или законного владения, сведений, позволяющих установить вышеуказанные обстоятельства, суду не представлено.

Кроме того, на отсутствие реальной угрозы газопроводу со стороны всех спорных объектов указывает следующее.

 Абзацем 18 статьи 9 Закона № 116-ФЗ на организацию, эксплуатирующую опасный производственный объект возложена обязанность приостановить эксплуатацию опасного производственного объекта самостоятельно или по решению суда в случае аварии или инцидента на опасном производственном объекте, а также в случае обнаружения вновь открывшихся обстоятельств, влияющих на промышленную безопасность.

Вопреки ссылкам истца о наличии обстоятельств, влияющих на промышленную безопасность газопровода и угрозе газопроводу, его эксплуатация истцом не приостановлена.

Исковые требования в части запрещения ответчику любой хозяйственной деятельности в пределах земельного участка с кадастровым номером 26:29:080288:48 по адресу: 

<

...> км и земельного участка с кадастровым номером 26:29:000000:12719 по адресу: 

<

...> км, суд находит не подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

В силу пункта 47 постановления Пленума № 10/22, удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца.

Согласно части 3 статьи 32 Закона № 69-ФЗ (в редакции Федерального закона от 03.08.2018 № 342-ФЗ) органы исполнительной власти и должностные лица, граждане, виновные в нарушении ограничений использования земельных участков, осуществления хозяйственной деятельности в границах охранных зон газопроводов, зон минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов или в умышленном блокировании объектов систем газоснабжения либо их повреждении, иных нарушающих бесперебойную и безопасную работу объектов систем газоснабжения незаконных действиях, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Подпунктом «г» пункта 4 Правил № 1083 установлен запрет на складирование любых материалов, в том числе горюче-смазочных, или размещение хранилищ любых материалов в охранных зонах.

Подпунктом «з» пункта 6 Правил № 1083 установлен запрет на размещение гаражей, стоянок и парковок транспортных средств в охранных зонах без письменного разрешения собственника магистрального газопровода или организации, эксплуатирующей магистральный газопровод.

Правила № 1083 утверждены постановлением Правительства РФ от 08.09.2017  № 1083.

Как следует из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц от 30.07.2022 № ЮЭ9965-22-140572064 ООО «Славяновская» ОГРН 

<

***>, с момента своего учреждения (04.08.2003) располагалось по адресу: 357361, 

<

...>-ой км, осуществляло свою деятельность в сфере производства пищевых продуктов, включая напитки.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 30.07.2022 № ЮЭ9965-22-140565508 ООО «Объединенная Водная Компания» ОГРН 

<

***>, с 10.06.2010 располагается по адресу: 357361, 

<

...>-ой км, осуществляет свою деятельность в сфере производства напитков.

Как видно из заключения от 23.12.2010,  завод розлива минеральной воды с использованием существующих строений базы ООО «Славяновская» признан соответствующим требованиям проектной документации и техническим регламентам.

Из данных публичной кадастровой карты и информации из выписки из ЕГРН от 17.04.2022 на земельный участок с кадастровым номером 26:29:000000:12719, следует,   что разрешенный вид использования данного земельного участка: «Пищевая промышленность».

Из заключения от 23.12.2010 установлено, что объект капитального строительства - завод розлива минеральной воды, расположенный по адресу: 

<

...> км, признан соответствующим требованиям проектной документации и техническим регламентам.

Согласно пункту 1 заключенного между Управлением имущественных и земельных отношений администрации Предгорного муниципального района Ставропольского края и ООО «Славяновская» договора аренды земельного участка № 72 от 18.02.2009, земельный участок с кадастровым номером 26:29:080288:48 отнесен к землям населенных пунктов, расположен в границах населенного пункта с. Винсады, и предоставлен в аренду правопредшественнику ответчика –  ООО «Славяновская» в целях размещения автостоянки.

Как следует из данных публичной кадастровой карты и согласуется с информацией из выписки из ЕГРН от 17.04.2022 г. на земельный участок с кадастровым номером 26:29:080288:48 - разрешенный вид использования данного земельного участка: «для размещения автостоянки».

Исходя из совокупности вышеуказанных сведений, суд пришел к выводу, что правоотношения по осуществлению спорной деятельности, как в части размещения автостоянки, так и в части производственной деятельности ответчика, возникли не позднее февраля 2009 года.

Таким образом, как часть 3 статьи 32 Закона № 69-ФЗ в редакции, устанавливающей ответственность за осуществление хозяйственной деятельности в границах охранных зон газопроводов, зон минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов, так и положения Правил № 1083 введены в действие после возникновения правоотношений по осуществлению ответчиком спорной деятельности, и в силу требований статьи 4 ГК РФ не могут применяться к спорным правоотношениям, которые возникли до введения указанных норм. 

В соответствии с частью 38 статьи 26 Закона № 342-ФЗ до даты внесения в ЕГРН сведений о границах минимальных расстояний до магистральных или промышленных 33 трубопроводов (газопроводов, нефтепроводов и нефтепродуктопроводов, аммиакопроводов), если в отношении таких трубопроводов не установлены зоны минимальных расстояний в соответствии со статьей̆ 106 ЗК РФ (в редакции настоящего Федерального закона), здания, сооружения, объекты незавершенного строительства (за исключением зданий, сооружений, объектов незавершенного строительства, в отношении которых принято решение о сносе самовольных построек либо решение о сносе самовольных построек или об их приведении в соответствие с установленными требованиями) сносу и (или) приведению в соответствие с установленными ограничениями использования земельных участков в связи с нахождением в пределах указанных минимальных расстояний не подлежат.

Довод истца о том, что сведения о минимальных расстояниях до объектов Единой системы газоснабжения в ЕГРН отсутствуют по независящим от воли общества и ПАО «Газпром» объективным обстоятельствам, не имеет правового значения, поскольку возложение на собственника строения обязанности по его сносу, является ответственностью и применяется только при установлении судом вины собственника такого строения (определения Конституционною суда Российской Федерации от 27.03.2018 № 701-О, от 06.10.2015 № 2318-0).

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что в отношении магистрального газопровода, которым владеет истец, не установлена зона минимальных расстояний в соответствии со статьей 106 ЗК РФ, охранная зона данного газопровода установлена и внесена в ЕГРН уже после создания спорных объектов и возникновения отношений по осуществлению спорной деятельности, охранная зона на территории земельных участков ответчика во время создания спорных объектов в силу действовавшей в тот период времени редакции статьи 28 Закона № 69-ФЗ и статьи 90 ЗК РФ установлена быть не могла, ответчиком перед началом создания спорных объектов получено согласование предприятия трубопроводного транспорта о начальном этапе создания спорных объектов, публичный доступ к сведениям о зонах с особыми условиями использования территории и о границах таких зон во время создания спорных объектов обеспечен не был, порядок установления охранных зон и минимальных расстояний до существующих магистральных газопроводов действовавшим в рассматриваемый период времени законодательством определен не был, суд приходит к выводу о том, что принадлежащие ответчику объекты недвижимости, расположенные на земельных участках с кадастровыми номерами 26:29:000000:12719; 26:29:080288:48, сносу и демонтажу не подлежат, не подлежит также запрету и хозяйственная деятельность ответчика на указанных земельных участках.

Ответчик является добросовестным владельцем земельных участков, который при создании спорных объектов не совершил правонарушений, не знал и не мог знать о действии ограничений в использовании его земельных участков, проявив, при этом, разумную и достаточную в данном случае степень заботливости и осмотрительности.

Изложенный правовой подход содержится в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации по спорам, связанным с возведением зданий и сооружений в охранных зонах трубопроводов и в границах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.06.2021 (пункты 5 и 7) и постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.03.2020 по делу № А32-45208/2016; от 27.07.2021, по делу № А63-186/2020 и от 01.06.2022, по делу № А63-18026/2020.

Кроме того, в соответствии со статьей 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом, каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. 

Согласно части 2 статьи 36 Конституции Российской Федерации владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляется их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц. Согласно положениям статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон. 

С учетом названных конституционных принципов, отсутствия противоправности и действиях ответчика, приведенного нормативно-правового запрета на снос зданий, сооружений, отсутствия в ЕГРН сведений о границах минимальных расстояний до соответствующего газопровода суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению. Иной подход, по мнению суда, приведет как к нарушению прямого законодательного запрета, так и к нарушению основополагающих принципов стабильности гражданского оборота и неприкосновенности частной̆ собственности. 

Доводы сторон, приведенные в ходе судебного разбирательства в письменной либо устной форме, не нашедшие отражения в настоящем решении, не имели существенного значения и не могли повлиять на изложенные в нем выводы суда.

В ходе рассмотрения дела ответчиком заявлено требование о взыскании с истца расходов на оплату услуг представителя в размере 104 000 рублей. 

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде. 

Частью 2 статьи 110 названного Кодекса установлено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. По смыслу указанной нормы процессуального права разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или 35 иным категориям дел не предусматриваются. 

В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела (соразмерность цены иска и размера судебных расходов, необходимость участия в деле нескольких представителей, сложность спора и т.д.). 

В силу положения статей 59 и 61 АПК РФ в арбитражном суде представителями организаций могут выступать их руководители, лица, состоящие в штате организаций, адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 10, 11, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. 

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. 

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. 

При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. 

В решениях Совета адвокатской палаты Ставропольского края от 21.02.2020 и от 19.02.2021 о рекомендациях по вопросам определения размера вознаграждения при заключении соглашения на оказание юридической помощи на 2020 и 2021 годы определено, что стоимость услуг за устные консультации по правовым вопросам составляет от 1 500 рублей; составление исковых заявлений, жалоб, ходатайств, иных документов правового характера при условии предварительного ознакомления с правоустанавливающими документами и после проведения консультирования составляет от 15 000 рублей, при необходимости сбора иных доказательств, ознакомления с дополнительными документами – от 20 000 рублей; стоимость услуг за участие в качестве представителя доверителя в гражданском и административном судопроизводствах в суде первой инстанции составляет от 50 000 рублей; за участие в качестве представителя доверителя в гражданском судопроизводстве в суде апелляционной инстанции адвоката, принимавшего участие в рассмотрении дела судом первой инстанции – от 30 000 рублей (пункты 1.1, 1.3, 2.1). 

При этом в указанных решениях разъяснено, что участие в гражданском и административном судопроизводстве включает в себя: консультирование доверителя, анализ представленной информации, истребование дополнительных документов и иных материалов, выработку позиции, подготовку соответствующего процессуального или иного документа, непосредственное участие в рассмотрении дела в суде.

 В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Данное правило действует и при обосновании заявления о возмещении судебных расходов. 

Как видно из материалов дела, 07.04.2022 ответчиком (заказчик) с ФИО2 (исполнитель) заключен договор оказания юридических услуг, предметом которого является защита исполнителем интересов заказчика в Арбитражном суде Ставропольского края по гражданскому делу № А63-253/2022.

Размер вознаграждения по названному договору составляет 104 000 (сто четыре тысячи) рублей, срок сдачи работ – до принятия Арбитражным судом Ставропольского края решения по гражданскому делу № А63-253/2022. 

В качестве доказательств оплаты выполненной представителем работы представлено платежное поручение № 1188 от 07.04.2022 года на сумму 90480 (девяносто тысяч четыреста восемьдесят) рублей 00 копеек.

В качестве выполнения ответчиком функции налогового агента по оплате НДФЛ по договору юридических услуг представлено платежное поручение № 1187 от 07.04.2022 года на сумму 13520 (тринадцать тысяч пятьсот двадцать) рублей 00 копеек.

Из материалов дела усматривается, что представитель оказал ответчику услуги по подготовке письменной позиции по делу, подготовлены отзывы на исковое заявление, дополнения к отзывам, ходатайства и устные консультации, участие представителя в судебных заседаниях. 

При этом, согласно Информационному письму Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.2014 № 167 «Рекомендации по применению критериев сложности споров, рассматриваемых в арбитражных судах Российской Федерации» дела, где объектом спора является недвижимость, в том числе и земля, отнесены к делам особой сложности. Таким образом, данный спор отнесен к категории особой сложности. 

Истец в ходе рассмотрения дела не заявил возражений относительно взыскания с него расходов истца по оплате услуг представителя и не предстал суду доказательств их чрезмерности. 

Принимая во внимание изложенное, оценив на основании статьи 71 АПК РФ проделанную представителем ФИО2 работу и представленные доказательства понесенных истцом расходов, принимая во внимание характер спора по настоящему делу, объем и сложность работы представителя, продолжительность времени, необходимого для ее выполнения, а также учитывая ставки размеров гонораров за оказание юридических услуг, установленные вышеназванными решениями Совета адвокатской палаты Ставропольского края, суд пришел к выводу, что понесенные ответчиком расходы на оплату услуг представителя в размере 104 000 рублей являются разумными, соразмерными оказанной юридической помощи и подлежащими взысканию с истца. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края 

РЕШИЛ:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Ставрополь»,  г. Ставрополь, ОГРН 

<

***>, оставить без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Ставрополь», г. Ставрополь, ОГРН 

<

***>, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Объединенная водная компания», с. Винсады, ОГРН 

<

***>,                   104 000 рублей судебных издержек в виде расходов на оплату услуг представителя. 

Решение суда вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный  срок со дня его принятия (изготовление в полном объеме), в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок при условии, что решение было предметом пересмотра арбитражного суда апелляционной инстанции или арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока для подачи апелляционной жалобы.        

Судья                                                                                                                  В.Г. Русанова