ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-20199/2021, 10АП-20193/2021, 10АП-19986/2021

Дело № А41-43465/16

01 декабря 2021 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 25 ноября 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  01 декабря 2021 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи   Терешина А.В.,

судей: Епифанцевой С.Ю., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего ООО «РФК-Центр» - ФИО2, представитель по доверенности от 16.11.2021;

от АО «БМ-Банк» - ФИО3, представитель по доверенности от 24.12.2020;

от ФИО4 - ФИО5, представитель по доверенности от 16.12.2020;

от ФИО6, ФИО7 - ФИО8, представитель по доверенностям от 15.08.2018 и 03.09.2018;

от ФИО9 - ФИО10, представитель по доверенности от 27.02.2021,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом.

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4, конкурсного управляющего ООО «РФК-Центр» и АО «БМ-Банк» на определение Арбитражного суда Московской области от 26.08.2021 по делу  № А41-43465/16,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 20.10.2017 по делу №А41-43465/16 ООО "РФК-Центр" (ИНН 

<

***>, КПП 507401001, ОГРН 

<

***>) (должник) признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим утвержден ФИО11, член НПО СРО АУ "Развитие". 

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры банкротства опубликовано в газете "Коммерсантъ" от 28.10.2017 № 202. 

23.07.2018 конкурсный управляющий ООО "РФК-Центр" ФИО11 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО12, управляющую организацию: ООО "РФК-Центр", Unicorn Capital Partners, ORIVIA HOLDINGS LIMITED, FACADE GROUP LIMITED. MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD, GLASS GROUP LIMITED. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.11.2019 ФИО11 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО "РФК-Центр". 

Определением Арбитражного суда Московской области от 23.12.2019 (резолютивная часть объявлена 10.12.2019) конкурсным управляющим ООО "РФК-Центр" назначен ФИО13, член НПО СРО АУ "Развитие".

Определением суда от 12.01.2021 по делу №А41-43465/16 к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО9, в качестве заинтересованного лица привлечен финансовый управляющий ФИО4 Сергеева Игоревича – ФИО14. 

31.03.2021 от конкурсного управляющего ФИО13 поступило уточнение к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, согласно которому конкурсный управляющий просил: 

1. Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "РФК-Центр" за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве Должника ФИО7, ФИО4, ФИО12, ФИО6, управляющую организацию Должника: ООО "РФК-Центр", Unicorn Capital Partners, ORIVIA HOLDINGS LIMITED, FACADE GROUP LIMITED, MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD, GLASS GROUP LIMITED; 

2. Признать установленными наличие оснований, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции), а также статьями 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО4, ФИО12, управляющую организацию должника: ООО "РФК-Центр" по обязательствам ООО "РФК-Центр", ФИО9; 

3. Приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами; 

4. Взыскать с ФИО9 в пользу ООО "РФК-Центр" сумму убытков в размере 5 197 184, 36 руб. 

Уточнение принято судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Определением от 26.08.2021 Арбитражный суд Московской области прекратил производство по заявлению конкурсного управляющего ООО "РФК-Центр" в части требования о привлечении к субсидиарной ответственности управляющей организации должника: ООО "РФК-Центр" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Заявление конкурсного управляющего ООО "РФК-Центр" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) удовлетворил в части. 

Признал доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО12.

Производство по заявлению конкурсного управляющего ООО "РФКЦентр" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО12 приостановил до окончания расчетов с кредиторами. 

В удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего ООО "РФК-Центр" отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4, конкурсный управляющий ООО «РФК-Центр» и АО «БМ-Банк» обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобами.

ФИО4 в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности

Конкурсный управляющий ООО «РФК-Центр» просит определение суда первой инстанции отменить, привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "РФК-Центр" за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве Должника ФИО7, ФИО4, ФИО12, ФИО6, управляющую организацию Должника: ООО "РФК-Центр", Unicorn Capital Partners, ORIVIA HOLDINGS LIMITED, FACADE GROUP LIMITED, MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD, GLASS GROUP LIMITED; 

Признать установленными наличие оснований, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве (в соответствующей редакции), а также статьями 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7

Взыскать с ФИО9 в пользу ООО "РФК-Центр" сумму убытков в размере 5 197 184, 36 руб. 

АО «БМ-Банк» в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции отменить в части, привлечь к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО4, ФИО12.

Апелляционные жалобы рассмотрены в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий и  АО «БМ-Банк» ссылались на совершение ответчиками с 2014 по 2017 год действий, которые могли стать причиной банкротства должника. 

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон N 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Конкурсный управляющий относит к контролирующим лицам должника следующих лиц: UNICORN CAPITAL PARTNERS, ORIVIA HOLDINGS LIMITED, FACADE GROUP LIMITED, MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD, GLASS GROUP LIMITED, ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО12, управляющую компанию ООО "РФК-Центр", ФИО9 

Как следует из материалов дела, согласно решению единственного участника должника № 121218 от 18.12.2012 ООО "РФК-Центр" (ранее ООО "Константа Груп" ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) являлось единоличным исполнительным органом управления должника (управляющей компанией должника) с 18.12.2012 до момента признания компании несостоятельной 20.10.2017. 

Согласно представленным в материалы дела доказательствам руководителями управляющей организации должника выступали: ФИО7 в период с 01.11.2013 по 31.12.2014, трудовой договор № ГК-РАГ от 01.11.2013, ФИО4 в период с 12.01.2015 по 22.07.2015, трудовой договор №001 от 01.01.2015, ФИО12 в период с 23.07.2015 до 20.10.2017. 

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ Компания ORIVIA HOLDINGS LIMITED (Кипр) была единственным участником должника в период с 20.06.2012 по 20.04.2017. Директором и секретарем компании ORIVIA HOLDINGS LIMITED является ФИО4 

Единственным участником компании ORIVIA HOLDINGS LIMITED является компания FACADE GROUP LIMITED (Британские Виргинские Острова), что подтверждается выпиской из кипрского регистра компаний. 

Материалами дела установлено, что компания UNICORN CAPITAL PARTNERS (Кайман) является единственным участником должника в период с 21.04.2017 по настоящее время. 

Председателем (директором) UNICORN CAPITAL PARTNERS (Кайман) является ФИО4 Согласно данным ЕГРЮЛ Компания MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD. (Кипр) являлась участником с долей владения 99% в управляющей компании должника. Директором и секретарем компании MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD. является ФИО4 

Участником компании MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD. является компания GLASS GROUP LIMITED (Британские Виргинские Острова) согласно данным кипрского регистра компаний. 

Таким образом, отсутствует корпоративная взаимосвязь между компаниями MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD., GLASS GROUP LIMITED и должником. 

Из материалов дела следует, что ФИО6 был членом совета директоров управляющей компании должника в период с 01.02.2013 по 01.02.2014. 

ФИО6 также являлся наемным сотрудником компании Unicorn Capital Advisors (Австрия) в период до 01.01.2015, что подтверждается выпиской из пенсионного фонда ФИО6 Компания Unicorn Capital Advisors (Австрия) не имеет корпоративной взаимосвязи с должником, не является участником должника. 

В силу своего должностного положения ФИО6 не имел возможности действовать от имени должника, не имел возможности давать обязательные для исполнения должником указания.

ФИО6, наряду с ФИО7 в 2018 года стали участниками компании DOCRAMUS INVESTMENTS LTD (Кипр). 

Компания DOCRAMUS INVESTMENTS LTD по договору цессии от 16.04.2013 уступила права требования к ООО "РФК-Поволжье" (ИНН 

<

***>) в пользу его материнской компании MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD. Из материалов дела следует, что компания DOCRAMUS INVESTMENTS LTD не связана корпоративными отношениями с должником или участниками должника, не является аффилированным должнику лицом. Отсутствуют доказательства фактического участия компании DOCRAMUS INVESTMENTS LTD в управлении должником, а также доказательства извлечения данной компанией имущественной или иной экономической выгоды из деятельности должника.

Участие в компании DOCRAMUS INVESTMETNS LTD не свидетельствует о возможности контролировать деятельность должника, давать обязательные для исполнения должником указания. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции также приходит к выводу об отсутствии оснований для наделения ФИО6 и ФИО7 статусом контролирующих должника лиц по основаниям их участия в капитале компании DOCRAMUS INVESTMENTS LTD. 

ФИО9 являлась главным бухгалтером должника по трудовому договору от 11.11.2014 до декабря 2016 года. 

Согласно п. 3.2. трудового договора работник (главный бухгалтер) при исполнении своих должностных обязанностей подчиняется непосредственно финансовому директору организации. ФИО9 не обладала правом подписи в банке, не могла без доверенности действовать от имени должника, не обладала полномочиями по принятию каких-либо управленческих решений, в заключении сделок не участвовала. 

В соответствии с абзацем 31 ст. 2 Закона о банкротстве (в редакции от 12.03.2014) контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве (в редакции 29.07.2017), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Согласно подпунктам 1, 2 пункта 4 названной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника. 

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 53 ГК РФ установлено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. 

Согласно пункту 1 статьи 40 Закона N 14-ФЗ единоличный исполнительный орган общества избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников.

Подпунктом 1 пункта 3 указанной статьи предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки. 

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. 

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. 

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. 

Если в качестве руководителя (единоличного исполнительного органа; далее - руководитель) должника выступает управляющая компания (пункт 3 статьи 65.3 ГК РФ), предполагается, пока не доказано иное, что контролирующими должника лицами являются как эта управляющая компания, так и ее руководитель, которые по общему правилу несут ответственность, указанную в статьях 61.11 - 61.13, 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (пункты 3 и 4 статьи 53.1 ГК РФ, абзац первый статьи 1080 ГК РФ). 

Предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. 

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). 

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки. 

Изучив материалы дела, суд приходит к выводу, что управляющая компания должника ООО "РФК-Центр" (ИНН 

<

***>) является контролирующим должника лицом в период с 18.12.2012 до 20.10.2017 на основании абзаца 31 ст. 2 Закона о банкротстве (в ред. 12.03.2014), чему соответствует пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве в действующей редакции. 

Генеральный директор управляющей компании должника ФИО12 являлся контролирующим должника лицом в период замещения им полномочий директора, а именно с 23.07.2015 до 20.10.2017 на основании абзаца 31 ст. 2 Закона о банкротстве (в ред. 12.03.2014), чему соответствует пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве в действующей редакции.

Генеральный директор управляющей компании должника ФИО7 являлся контролирующим должника лицом в период замещения им полномочий директора, а именно: с 01.11.2013 по 31.12.2014 на основании абзаца 31 ст. 2 Закона о банкротстве (в ред. 12.03.2014), чему соответствует пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве в действующей редакции. 

Компании ORIVIA HOLDINGS LIMITED, FACADE GROUP LIMITED на основании абзаца 31 ст. 2 закона о банкротстве (в ред. 12.03.2014), чему соответствует пп. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве в действующей редакции являлись контролирующими должника лицами в период с 20.06.2012 по 21.04.2017, поскольку являлись прямым и косвенным мажоритарными участниками должника. 

Компания UNICORN CAPITAL PARTNERS на основании абзаца 31 ст. 2 Закона о банкротстве (в ред. 12.03.2014), чему соответствует пп. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве в действующей редакции является контролирующим должника лицом с 21.04.2017 по настоящее время, поскольку является единственным участником должника. 

ФИО4 являлся контролирующим должника лицом как единоличный исполнительный орган управляющей компании должника с 01.01.2015 по 22.07.2015. Помимо замещения поста генерального директора управляющей компании должника в период с 01.01.2015 по 22.07.2015, ФИО4 является контролирующим лицом (директором) компании ORIVIA HOLDINGS LIMITED и председателем (директором) компании UNICORN CAPITAL PARTNERS, которые последовательно являлись участниками должника с 2012 года по настоящее время. 

Судом установлена существенная фактическая вовлеченность ФИО4 в процесс управления должником. ФИО4 от имени участника должника компании UNICORN CAPITAL PARTNERS вел переговоры с АО "БМ-банк" о порядке погашения задолженности должника. 

ФИО4 действовал без доверенности от имени компании UNICORN CAPITAL PARTNERS в нотариальной сделке по приобретении долей участия в уставном капитале должника. ФИО4 как директор компании UNICORN CAPITAL PARTNERS ходатайствовал перед первым собранием кредиторов ООО "РФК-Центр" об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства, согласно решению "Юникорн Кэпитал Партнерс" от 26.05.2017. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ФИО4 фактически управлял должником как в период замещения им полномочий генерального директора управляющей компании должника, так и после истечения полномочий как лицо, контролирующее единственных участников должника. 

Таким образом, ФИО4 на основании абзаца 31 ст. 2 Закона о банкротстве (в ред. 12.03.2014), чему соответствует пп. 1, 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве в действующей редакции является контролирующим должника лицом в период с 01.01.2015 по настоящее время.

Довод конкурсного управляющего и конкурсного кредитора АО "БМ-Банк" о том, что А.Г. Реус является контролирующим лицом не только как генеральный директор управляющей компании должника, но и как конечный собственник ООО "РФК-Центр", суд считает необоснованным. 

В материалы дела не представлено доказательств какой-либо взаимосвязи ФИО7 с участниками должника компанией UNICORN CAPITAL PARTNERS и ORIVIA HOLDONG LIMITED. 

Отсутствуют свидетельства фактического участия ФИО7 в управлении компанией UNICORN CAPITAL PARTNERS, а также в получении какой-либо экономической выгоды от деятельности данной компании или от деятельности должника. 

Компании MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD, GLASS GROUP LIMITED, ФИО6, ФИО9 не имели возможности контролировать деятельность должника как в силу своего корпоративного статуса и должностного положения по отношению к должнику, так и в силу отсутствия фактической вовлеченности в процесс управления должником. 

Компании MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD, GLASS GROUP LIMITED, ФИО6, ФИО9 не обладали правом давать обязательные для исполнения должником указания и не имели возможности иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий, фактически не участвовали в процессе управления должником, не извлекали имущественной выгоды из деятельности должника. В связи с чем суд пришел к правомерному выводу, что Компании MYTHOIDEA TECHNOLOGIES LTD, GLASS GROUP LIMITED, ФИО6, ФИО9 не являются лицами, контролирующими деятельность должника, и не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Конкурсный управляющий в качестве основания привлечения к субсидиарной ответственности ФИО12 помимо прочего заявляет пп.2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, которым соответствует абзац 4 пункта 4 ст. 10 Закона о банкротстве в применимой редакции. 

Конкурсный управляющий и кредитор указывают, что ФИО12 в нарушение ст. 126 Закона о банкротстве не передал документы должника конкурсному управляющему. 

Согласно абз. 2, 3 п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. 

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. 

В соответствии с абзацем 4 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве (в ред. 12.03.2014), а также пп. 2 п. 2 ст. 61.11 в текущей редакции, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Определением Арбитражного суда Московской области от 23.03.2017 по делу №А41-43465/16 в отношении ООО "РФК-Центр" (ИНН 

<

***>, КПП 507401001, ОГРН 

<

***>) введена процедура наблюдения. Временным управляющим утвержден ФИО11. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 16.10.2017 по делу №А41-43465/16 ООО "ООО "РФК-Центр" (ИНН 

<

***>, КПП 507401001, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим назначен ФИО11

Полномочия руководителя должника ФИО12 прекращены, на руководителя возложена обязанность в трехдневный срок передать конкурсному управляющему все печати и штампы, материальные и денежные средства должника, а также всю документацию. 

В материалы дела не представлен акт приема-передачи документов должника от руководителя конкурсному управляющему. 

Конкурсный управляющий указывает на отсутствие документов и акта приема-передачи. 

Как указано в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление N 53), в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца 4 пункта 1 статьи 94 и абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как установлено судами, обязанность, возложенная на руководителя должника Законом о банкротстве в целом и решением Арбитражного суда Московской области от 16.10.2017 по делу №А41-43465/16 об открытии в отношении должника конкурсного производства, в частности, в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, не исполнена, что привело к утрате возможности пополнения конкурсной массы должника и удовлетворения требований кредиторов за счет взыскания дебиторской задолженности.

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволило конкурсному управляющему должника получить полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве, сделать вывод о возможности восстановления платежеспособности должника, о возможности покрытия судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения за счет имущества должника; невозможно провести проверку наличия/отсутствия признаков фиктивности (преднамеренности) банкротства должника, а также анализ сделок должника в целях выявления подозрительных сделок и их оспаривания в установленные законом сроки.

Установив вышеуказанные обстоятельства, суд апелляционной инстанций пришел к выводу о том, что ФИО12 не была исполнена обязанность по передаче документов должника конкурсному управляющему, свидетельствует о направленности действий генерального директора должника на умышленное сокрытие документов и, в конечном итоге, на сокрытие имущества должника, что исключило возможность выявления источников формирования конкурсной массы, в частности, посредством взыскания дебиторской задолженности и оспаривания сделок, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов и текущие расходы по делу о банкротстве, в результате чего, требования кредиторов в ходе конкурсного производства не удовлетворены в полном объеме, что влечет нарушение их прав и законных интересов.

Вывод суда первой инстанции о том, что конкурсный управляющий предоставил в материалы дела документы бухгалтерского учета, не свидетельствует о том, что ФИО12 исполнил возложенную на него обязанность по передаче конкурсному управляющему всех печатей и штампов, материальных и денежных средств должника, а также всей документации.

В связи с чем, ФИО12 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности  на основании пп.2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, которым соответствует абзац 4 пункта 4 ст. 10 Закона о банкротстве в применимой редакции.

Конкурсный управляющий и кредитор указывают на наличие оснований привлечения к ответственности руководителей организации за неподачу заявления должника о банкротстве, установленных ст. 61.12 закона о банкротстве, которым соответствуют основания, указанные в п. 2 ст. 10 закона о банкротстве (в ред. 12.03.2014). 

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: 

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; 

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; 

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; 

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; 

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; - имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; 

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи. 

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве, неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

В соответствии с абз.5 п.6 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 г. N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

Само по себе наличие задолженности перед рядом кредиторов не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности или признаков недостаточности имущества должника по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве. Недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. 

Само по себе наличие кредиторской задолженности не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, и являться основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве, поскольку сам по себе факт неисполнения обязательств перед должником в течение месяца со дня их наступления, не может свидетельствовать о наличии у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Таким образом, для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве с учетом положений пунктов 1, 2 статьи 9 закона о банкротстве применительно к рассматриваемому случаю конкурсный управляющий обязан в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать следующие обстоятельства: 

1) по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должен был обратиться в суд, 

2) когда именно наступил срок подачи заявления о признании должника банкротом, 

3) какие обязательства возникли у должника после истечения срока для подачи заявления в суд. 

Бремя доказывания указанного обстоятельства в силу требования части 1 статьи 65 АПК РФ лежит на конкурсном управляющем должника как заявителе по настоящему обособленному спору. По мнению конкурсного управляющего, руководитель должника должен был обратиться с заявлением должника не позднее 05 мая 2014 года. 

Данную дату конкурсный управляющий обосновывает наличием признаков неплатёжеспособности, которые выражаются в наличии задолженности перед ОАО "УМИС" на сумму 1 222 380,4 рублей по состоянию на 01.05.2014.

Конкурсный кредитор АО "БМ-Банк" полагает, что должник должен был обратиться с заявлением о банкротстве в другую дату - 01.02.2015, спустя месяц после того, как по состоянию на 31.12.2014 три из четырех коэффициентов платежеспособности не соответствовали нормальным значениям по результатам проведенного конкурсным управляющим финансового анализа. 

Из материалов дела следует, что между должником и ОАО "УМИС" был заключен договор субподряда от 05 марта 2013 года, согласно которому должник (субподрядчик) обязан был выполнить работы для ОАО "УМИС" (генподрядчик) на общую сумму 229 183 494,5 руб. 

Согласно ст. 2.6. субподрядчик пользовался вертикальным транспортом генподрядчика за плату. Часть предоставленных актов за пользование вертикальным транспортом, которыми конкурсный управляющий обосновывает неплатежеспособность должника, была не подписана субподрядчиком. 

Согласно бухгалтерской отчетности должника ОАО "УМИС" являлся одним из основных должников ООО "РФК-Центр" на сумму 25 888 773,04 рублей, что существенно превышает задолженность ООО "РФК-Центр" перед ОАО "УМИС" в 1 222 380,4 рублей. 

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о спорном характере задолженности перед ОАО "УМИС". При этом оснований полагать, что причиной неоплаты со стороны должника по актам от 1 тысячи до 1 млн. рублей являлся недостаток денежных средств, нет. 

Наличие финансовой возможности оплатить по актам ОАО "УМИС" подтверждается бухгалтерской отчетностью, а также банковскими выписками должника. Активы должника по состоянию на 31.12.2014 года составляли 675 593 000 рублей, кредиторская задолженность 219 770 000 рублей, чистые активы 46 267 000 рублей, чистая прибыль составила 8 844 000 рублей. 

Банковские выписки также подтверждают наличие денежных средств на счетах компании, достаточных для оплаты по актам ОАО "УМИС". 

Задолженность перед ОАО "УМИС" в размере 1 222 380,4 рублей являлась незначительной в масштабах деятельности должника, была спорной, не оплачивалась не по причине нехватки денежных средств, не являлась основанием для обращения с заявлением о банкротстве ООО "РФКЦентр". 

Обосновывая период возникновения обязанности подать заявление должника конкурсный управляющий и конкурсный кредитор АО "БМ-Банк" ссылаются на преюдициальную силу обстоятельств, установленных Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2021 и Постановления Арбитражного суда Московского округа от 29.06.2021. 

Данные судебные акты устанавливают, что по состоянию на конец 2013- начало 2014 года у должника отмечался недостаток ликвидности, а по состоянию на конец 2014 (даты возврата займов аффилированным лицам) должник находился в состоянии имущественного кризиса, финансовой неблагополучности.

Довод конкурсного управляющего и конкурсного кредитора АО "БМ-Банк" о том, что данные установленные вступившими в законную силу судебными актами обстоятельства являются достаточными для привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника за неподачу заявления в мае 2014 года, суд отклоняет в силу следующего. 

Согласно п. 9 Постановления 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах. 

Согласно Определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.03.2018 по делу N 306- ЭС17-13670(3), А12-18544/2015, сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве. 

Наличие в тот или иной период деятельности компании состояния финансового неблагополучия не свидетельствует автоматически о необходимости подавать заявление должника. 

Момент возникновения обязанности руководителя должника по подаче заявления о банкротстве не являлся предметом рассмотрения в рамках дела о включении в реестр кредиторов требований ФИО7, на акты по которому ссылается конкурсный управляющий. Момент возникновения такой обязанности является обстоятельством, подлежащим рассмотрению в рамках настоящего обособленного спора. 

Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

 Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом. Для установления даты возникновения у руководителя должника обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом необходимо установить возникновение у должника состояния объективного банкротства. 

По смыслу приведенных в пункте 4 Постановления N 53 разъяснений, объективное банкротство представляет собой момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. 

Для разрешения вопроса о наличии у бывших руководителей ООО "РФК-Центр" обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве, с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении 53, требуется установление наличия состояния объективного банкротства ООО "РФК-Центр" в периоды замещения ответчиками должности руководителя должника. 

Для целей установления финансового состояния должника в спорный период, к которому конкурсный управляющий относит дату возникновения обязанности подать заявление о банкротстве должника, и в частности состояния объективного банкротства, судом была назначена судебная финансово-экономическая экспертиза. 

Проведение экспертизы было поручено экспертам ФБУ "Московская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации". 

На разрешение эксперту были поставлены следующие вопросы: 

1. Являлось ли платежеспособным ООО "РФК-Центр" в период с 31.12.2013 по 31.12.2015, т.е. было ли способно ООО "РФК-Центр" своевременно расплачиваться по своим обязательствам? 

2. Достаточно ли стоимости имущества (активов) ООО "РФК-Центр" в период с 31.12.2013 по 31.12.2015 с учетом рыночной стоимости его недвижимого имущества для погашения ООО "РФК-Центр" его денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей в указанный период? 

3. Имело ли место в период с 31.12.2013 по 31.12.2015 превышение совокупного размера обязательств ООО "РФК-Центр" над реальной (рыночной) стоимостью его имущества (активов)? 

В своем заключении эксперт пришел к следующим выводам: По первому вопросу. ООО "РФК-Центр" является платежеспособным в период с 31.12.2013 по 31.12.2015. ООО "РФК-Центр" способно своевременно расплачиваться по своим обязательствам по следующим основаниям: 

• по состоянию на 31.12.2013 коэффициент текущей ликвидности равен 1,043 что свидетельствует о превышении суммы оборотных активов ООО "РФК-Центр" над суммой краткосрочных обязательств, уменьшенных на величину доходов будущих периодов. 

Следовательно, на 31.12.2013 у ООО "РФК-Центр" отсутствует угроза возникновения признаков несостоятельности (банкротства), ООО "РФК-Центр" способно полностью и в срок погашать свою кредиторскую задолженность; 

• по состоянию на 31.12.2014 коэффициент текущей ликвидности равен 1,057 что свидетельствует о превышении суммы оборотных активов ООО "РФК-Центр" над суммой краткосрочных обязательств, уменьшенных на величину доходов будущих периодов. 

Следовательно, на 31.12.2014 у ООО "РФК-Центр" отсутствует угроза возникновения признаков несостоятельности (банкротства), ООО "РФК-Центр" способно полностью и в срок погашать свою кредиторскую задолженность; 

• по состоянию на 31.12.2015 коэффициент текущей ликвидности равен 1,532 что свидетельствует о превышении суммы оборотных активов ООО "РФК-Центр" над суммой краткосрочных обязательств, уменьшенных на величину доходов будущих периодов. 

Следовательно, на 31.12.2015 у ООО "РФК-Центр" отсутствует угроза возникновения признаков несостоятельности (банкротства), ООО "РФК-Центр" способно полностью и в срок погашать свою кредиторскую задолженность; 

По второму вопросу. 

Стоимости имущества (активов) ООО "РФК-Центр" в период с 31.12.2013 по 31.12.2015 с учетом рыночной стоимости его недвижимого имущества достаточно для погашения ООО "РФК-Центр" своих денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей в указанный период по следующим основаниям:

 • по состоянию на 31.12.2013 стоимость чистых активов ООО "РФКЦентр" с учетом рыночной стоимости рыночной стоимости его недвижимого имущества равна 104 541 000 рубля, что свидетельствует о превышении стоимости имущества (активов) ООО "РФК-Центр" над размером его денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей на 105 541 000 рублей;

 • по состоянию на 31.12.2014 стоимость чистых активов ООО "РФКЦентр" с учетом рыночной стоимости его недвижимого имущества равна 140 035 000 рублей, что свидетельствует о превышении стоимости имущества (активов) ООО "РФК-Центр" над размером его денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей на 140 035 000 рублей; 

• по состоянию на 31.12.2015 стоимость чистых активов ООО "РФКЦентр" с учетом рыночной стоимости его недвижимого имущества равна 341 492 000 рублей, что свидетельствует о превышении стоимости имущества (активов) ООО "РФК-Центр" над размером его денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей на 341 492 000 рублей; 

Необходимо отметить, что среднее время ликвидности основного актива ООО "РФК-Центр" - производственно-складской недвижимости по адресу: Московская область, Подольский район, д. Алтухово – то есть среднее время его продажи и превращения в денежный эквивалент стоимости, переходящий из рук продавца в руки покупателя, не превышает 12 календарных месяцев. 

В случае необходимости указанные активы могут быть реализованы по рыночной стоимости, а средства, полученные от продажи указанных активов, ООО "РФК-Центр" могут быть направлены на погашение обязательств. 

Стоимость чистых активов ООО "РФК-Центр" по данным годовых бухгалтерских балансов за 2013, 2014, 2015 без учета рыночной стоимости его недвижимого имущества также свидетельствует о превышении стоимости имущества (активов) ООО "РФК-Центр" над размером его денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей: 

• по состоянию на 31.12.2013 стоимость чистых активов ООО "РФК-Центр" без учета рыночной стоимости его недвижимого имущества равна 39 586 000 рублей, что свидетельствует о превышении стоимости имущества (активов) ООО "РФК-Центр" над размером его денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей на 39 586 000 рублей; 

• по состоянию на 31.12.2014 стоимость чистых активов ООО "РФК-Центр" без учета рыночной стоимости его недвижимого имущества равна 46 277 000 рублей, что свидетельствует о превышении стоимости имущества (активов) ООО "РФК-Центр" над размером его денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей на 46 277 000 рублей; 

• по состоянию на 31.12.2015 стоимость чистых активов ООО "РФК-Центр" без учета рыночной стоимости его недвижимого имущества равна 235 130 000 рублей, что свидетельствует о превышении стоимости имущества (активов) ООО "РФК-Центр" над размером его денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей на 235 130 000 рублей; 

По третьему вопросу. 

В период с 31.12.2013 по 31.12.2015 не имеет место превышение совокупного размера обязательств ООО "РФК-Центр" над реальной (рыночной) стоимостью его имущества (активов) по основаниям, указанным в выводе по второму вопросу, поставленному на разрешение эксперта. 

Представители конкурсного управляющего и конкурсного кредитора АО "БМ-Банк" заявили возражения касательно допустимости выводов, сделанных экспертом в рамках проведенной судебной экспертизы. 

Заявители указали на неверно выбранную методику проведения исследования, ее неверное применение. 

Также вопрос № 1 конкурсный управляющий отнес к вопросам права, а не факта, который не мог рассматриваться в рамках экспертизы. Учитывая заявленные возражения, суд не находит оснований для неприменения результатов проведенной экспертизы в качестве доказательства по делу. 

Суд пришел к выводу о соответствии проведенной финансово-экономической экспертизы требованиям Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации". 

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. 

При этом выбор методик экспертного исследования относится к исключительной компетенции эксперта в силу абзаца 11 статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

Суд не усматривает нарушений в порядке применения избранной судебным экспертом методики исследования. 

В соответствии с Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 N 310-ЭС20- 7837 по делу N А23-6235/2015, перед экспертом может быть поставлен только вопрос факта (в данном случае оценка финансового состояния должника), в то время как установление признаков неплатежеспособности относится к вопросам права. 

В рамках проведенной экспертизы перед экспертом был поставлен вопрос о платежеспособности должника как способности своевременно расплачиваться по текущим обязательствам, что направлено на оценку финансового состояния должника. Перед экспертом не ставились вопросы определения признаков неплатежеспособности, т.е. не ставились вопросы права. 

Проведение судебной финансово-экономической экспертизы направлено на наиболее подробное установление финансового состояния должника, от которого, в том числе, зависит момент возникновения обязанности по подаче заявления должника. 

Таким образом, сведения, содержащиеся в экспертном заключении, документально не опровергнуты, доказательств недопустимости или неправильного применения выбранной экспертом методики не представлено, отсутствуют противоречия в выводах эксперта, отсутствуют сомнения в обоснованности, ясности и полноте ответов на поставленные вопросы.

Заключение судебной экспертизы подлежит принятию судом в качестве доказательства по делу в соответствии со статьями 67, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Также судом установлено, что конкурсный кредитор АО "БМ-Банк" осуществлял взаимодействие с должником в 2013, 2014 - по кредитному договору, в 2015 - по договору банковской гарантии, имел доступ к отчетности ООО "РФК-Центр". 

В течение 2014 года обязательства ООО "РФК-Центр" по кредитному договору перед АО "БМ-Банк" исполнялись надлежащим образом. В соответствии с "Положением о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности", утвержденном Банком России 26.03.2004 254-11, кредитные организации обязаны формировать резервы на возможные потери по ссудам в соответствии с порядком, установленным указанным Положением, для чего кредитными организациям анализируется финансовое положение должника. 

Стандартной процедурой, предшествующей выдаче кредита, является оценка кредитной организацией финансового состояния и кредитоспособности потенциального заемщика, при которой учитываются определенные объективные показатели деятельности потенциального заемщика: объем реализации, прибыль и убытки; рентабельность; коэффициенты ликвидности; денежные потоки (поступление средств на счета заемщика) для обеспечения возвращения кредита и уплаты процентов по нему; состав и динамику дебиторской задолженности и кредиторской задолженности другие параметры, характеризующие финансово-хозяйственную деятельность потенциального заемщика. 

Характер взаимодействия между ООО "РФК-Центр" и АО "БМБанк" подтверждает платежеспособность должника в 2014 г., что опровергает довод конкурсного управляющего о необходимости обращаться с заявлением должника 05 мая 2014 года. 

Оценивая финансовое состояние должника на заявляемую конкурсным управляющим дату возникновения обязанности подать заявление должника о банкротстве, суд также учитывает, что по итогам 2014 года должник имел положительные чистые активы, а также положительный финансовый результат (чистая прибыль больше 8 млн р.). 

Суд также учитывает отсутствие задолженности перед АО "БМ-Банк" в течение 2014 года. Осуществляемые ФИО7 действия по стабилизации финансового состояния должника в 2014 году, в частности предоставление кратковременного финансирования на возвратной основе, которые были направлены на своевременное выполнение должником принятых на себя ранее обязательств по договорам строительного подряда являются разумными и экономически обоснованными. 

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что наличие спорных взаимоотношений по неподписанным актам с ОАО "УМИС" не является достаточным основанием для возникновения обязанности у исполнительного органа по подаче заявления о банкротстве должника. 

Согласно п. 2 ст. 9 закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

Заявляя, что должник должен был компенсировать стоимость оборудования ОАО "УМИС" до 01 мая 2014 года, конкурсный управляющий указывает, что заявление должника должно было быть подано не позднее 05 мая 2014. 

Обоснования выбора даты 05 мая 2014 заявителями  не приведено.

При этом дата возникновения обязанности у руководителя обратиться с заявлением о признании должника банкротом должна быть обоснована лицом, подавшим заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, и не может быть произвольной. 

Доказательств, свидетельствующих о том, что по состоянию на определенную истцом дату (01.05.2014) должник, имея задолженность, прекратил исполнение денежных обязательств в полном объеме, не осуществлял ведение хозяйственной деятельности, а его финансовое положение являлось неудовлетворительным и не позволяло удовлетворять требования кредиторов, в деле не имеется. Эксперт по итогам проведенного исследования пришел к противоположным выводам. Ходатайства о проведении повторной судебной финансово-экономической экспертизы от сторон не поступало. 

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в арбитражном процессе, обязано доказать наличие тех обстоятельств, на которые оно ссылается в обоснование своих требований или возражений. 

Стороны согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений. 

В соответствии с п. 2 ст. 9 закона о банкротстве (в ред. 12.03.2014), п. 2 ст. 61.12 в текущей редакции контролирующее должника лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу заявления лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения указанного месячного срока на подачу такого заявления. 

Юридически значимым обстоятельством в данном случае является установление размера обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Между тем, в материалы дела конкурсным управляющим не представлено обоснованного расчета того, какие обязательства возникли у должника после заявляемой даты, не представлены доказательства дат их возникновения и их размера в отношении каждого отдельного руководителя должника. 

В силу вышеизложенного суд не находит оснований для привлечения управляющей компании должника и ее бывших руководителей к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника.

Конкурсный управляющий должника в качестве оснований привлечения к ответственности, установленных в подп. 1 п. 2 ст. 61.11 закона о банкротстве, указывает на сделки, причинившие существенный вред правам кредиторов. 

К таким сделкам конкурсный управляющий относит договор уступки с ООО "Строймонолит 68", операции взаимозачета с АО "Шуко Интернационал Москва", ООО Компания "НоркПалм", а также возвраты по договорам займа в пользу ФИО7, ФИО4 

В соответствии с абзацем 1 п. 4 ст. 10 закона о банкротстве (в ред. 12.03.2014), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. 

Под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости имущества должника, а также иные последствия совершенных участником юридически значимых действий, приведшие утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (п. 6 ПП ВС РФ N 53 от 21.12.2017). 

В соответствии с пунктом 16 названного Постановления 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. 

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 Постановления 53, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. 

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. 

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Относительно сделки с ООО "Строймонолит 68" судом установлено следующее. 

В ходе рассмотрения заявления о признании данной сделки недействительной в рамках дела о банкротстве ООО "РФК-Центр", принимая во внимание результаты судебной экспертизы и повторной судебной.

Доводы заявителей о возврате в пользу ФИО7 суммы в 168 821 019,58 рублей на основании неподписанных расходно-кассовых ордеров суд апелляционной инстанции находит необоснованными.

Согласно имеющимся в деле доказательствам, в частности, согласно кредитному заключению АО "БМ-Банк", датированному февралем 2014 года, в работе компании по итогам 2012-2013 гг. находились 28 контрактов на общую сумму 1 991 405 000 рублей.

Суд приходит к выводу о том, что в течение 2014-2015 гг. компания вела активную работу по договорам подряда, что привело к необходимости привлекать временное финансирование для своевременного исполнения обязательств по данным договорам и получения оплаты по ним по результатам выполнения работ, что отвечает обычной деловой практике. 

Предоставление ФИО7 заемного финансирования было экономически обосновано для ООО "РФК-Центр", отвечало интересом должника. 

Довод конкурсного управляющего и конкурсного кредитора АО "БМ-Банк" о том, что возврат ФИО7 суммы в размере 31 070 960 рублей при общем объеме предоставленного финансирования от ФИО7 в сторону ООО "РФК-Центр" в размере 229 232 693229 рублей мог негативно сказаться на интересах кредиторов должника, а также стать причиной банкротства ООО "РФК-Центр" также отклоняется судом.

Фактически в распоряжении должника остались средства в размере 198 161 732,1 руб., предоставленные ФИО7 по договорам займа, которые не возвращены до настоящего момента, что является экономической выгодой на стороне должника и его кредиторов и не может быть расценено судом как умышленное доведение ООО "РФК-Центр" до банкротства. 

Иных сделок, которые оспариваются конкурсным управляющим, в период руководства ФИО7 не было. 

Согласно п. 16 Постановление 53, поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. 

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. 

Исследуя совокупность сделок, совершенных ФИО7, суд приходит к выводу, что данные сделки не привели к образованию вреда на стороне должника и его кредиторов. 

Предоставленные и не возвращенные денежные средства в размере, существенно превышающем произведенные возвраты, улучшили финансовое положение должника. ФИО7 не получал имущественной выгоды от деятельности должника.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда, оставленным без изменения Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 29.06.2021 признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности предшествующей распределению ликвидационный квоты требования ФИО7 к должнику в размере 198 161 732,1 руб. 

Учитывая изложенные обстоятельства, суд не находит оснований для привлечения ФИО7 к ответственности по основаниям абзаца 3, п. 4 ст. 10, ст. 61.11 закона о банкротстве.

Однако относительно возвратов денежных средств в пользу ФИО4 судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.12.2018 и постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2019 года установлены следующие факты возврата должником займов в пользу ФИО4:  

1. Безналичный платёж от 01.06.2015 года по договору займа 06/03 от 06.03.2015 года на сумму 50 000 000,00 рублей в пользу ФИО4 (выписка по счёту ООО «РФК-центр» № 40702810800001402080 в ООО КБ «АРЕСБАНК»);

2. Безналичный платёж от 01.06.2015 года по договору займа 06/03 от 06.03.2015 года на сумму 30 196,99 рублей в пользу ФИО4 (выписка по счёту ООО «РФК-центр» № 40702810800001402080 в ООО КБ «АРЕСБАНК»);

3. Безналичный платёж от 01.06.2015 года по договору займа 06/03 от 06.03.2015 года на сумму 2 064 760,27 рублей в пользу ФИО4 (выписка по счёту ООО «РФК-центр» № 40702810800001402080 в ООО КБ «АРЕСБАНК»).

4. Безналичный платёж от 21.04.2016 года по договору займа 16/04-04 от 21.04.2016 года на сумму 3 000 000,00 рублей в пользу ФИО4;

5. Безналичный платёж от 04.07.2016 года по договору займа 04/07-16 от 04.07.2016 года на сумму 1 500 000,00 рублей в пользу ФИО4

В тот же период, должник допустил следующие просрочки по кредитному договору с Банком: 13.01.2015 в размере 20 400 000 рублей; 14.01.2015 в размере 3 300 000 рублей; 19.01.2015 в размере 9 800 000 рублей;  30.01.2015 в размере 3 000 000 рублей; 04.02.2015 в размере 2 159 192,56 рублей; 17.03.2015 в размере 4 600 000 рублей; 20.03.2015 в размере 29 100 497 рублей;  07.09.2015 в размере 5 072 454,73 рублей; 10.09.2015 в размере 7 629 440 рублей;  16.09.2015 в размере 10 038 000 рублей; 17.09.2015 в размере 19 540 000 рублей; 12.10.2015 в размере 11 645 000 рублей.

15.06.2016 в отношении должника было возбуждено дело о банкротстве по заявлению АО «БМ-Банк».

Таким образом:

- платежи в пользу ФИО4 от 01.06.2015 на общую сумму 52 094 957,26 рублей были совершены при наличии просроченного долга перед Банком в размере 108 219 379,12 рублей;

- платежи в пользу ФИО4 от 21.04.2016 и от 04.07.2016 на сумму 4 500 000 рублей были совершены при наличии просроченного долга перед Банком на сумму 162 144 273,85 рублей;

- платеж от 04.07.2016 на сумму 1 500 000 рублей был совершен после возбуждения дела о банкротстве должника. 

Как было установлено постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2019, возврат займов ФИО4 на сумму 56 594 897,26 рублей в период с 01.06.2015 по 04.07.2016, производился в период заведомо известной финансовой неблагополучности должника.

Согласно п. 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018) в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования. Изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

Согласно п. 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Согласно Определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.04.2016 по делу N 302-ЭС14-1472, А33-1677/13 субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица. В связи с этим судам следовало проверить доводы уполномоченного органа о том, что на фоне недостаточности денежных средств у должника (появления первых признаков неплатежеспособности) действия участника по изъятию выручки и имущества, используемого в производственных целях, усугубили и без того затруднительное финансовое состояние должника, что привело к банкротству, которое в такой ситуации стало неизбежным. 

В связи с этим, ФИО4 не мог не осознавать, что изъятие ранее предоставленного финансирования у должника, находящегося в кризисной ситуации и обладающего неисполненными обязательствами перед иными кредиторами с наступившим сроком исполнения, приведёт к невозможности исполнения должником остальных обязательств. 

Доводы ФИО4 о том, что он не являлся выгодоприобретателем по совершенным сделкам, поскольку денежные средства были направлены им в КБ «Аресбанк» для погашения ранее полученного кредита, несостоятельны.

Ответственность учредителя в пределах стоимости внесенного им вклада законом не дифференцируется в зависимости от источников внесения вклада. 

Учредитель рискует данным имуществом независимо от источников его приобретения, следовательно, личные расходы учредителя, которые тот понес учреждая юридическое лицо, не могут перекладываться на контрагентов учрежденного им юридического лица.  

Напротив, погасив за счет имущества должника свои личные расходы в ущерб кредиторам должника, ФИО4 стал выгодоприобретателем по совершенным должником сделкам.  

Поскольку предоставленные ФИО4 займы по существу представляли собой компенсационное финансирование, данные денежные средства не могли быть изъяты у должника, по крайне мере до расчетов с независимыми кредиторами.  Неправомерное изъятие данных денежных средств у должника до момента преодоления должником кризисной ситуации повлекло за собой невозможность исполнения обязательств должника перед АО «БМ-Банк» как наиболее крупного кредитора и последующее банкротство должника по заявлению банка. 

В связи с этим суд признает доказанным наличие причинно-следственной связи между действиями ФИО4 по изъятию ранее предоставленного финансирования до преодоления должником кризисной ситуации и последующим банкротством должника по причине прекращения исполнения обязательств перед кредиторами в этот период.

ФИО12 совершал платежи без правовых оснований в пользу ФИО4 на сумму 4 500 000 рублей, то есть выводил денежные средства из компании в период наличия задолженности перед независимыми кредиторами, чем причинил существенный вред интересам кредиторов должника. 

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд находит обоснованным привлечение ФИО12 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по основаниям абзаца 3 подп. 4 ст. 10 закона о банкротстве.

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, из представленной в материалы дела Выписки из ЕГРЮЛ на управляющую организацию должника ООО "РФК-Центр" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) следует, что 03.06.2021 в ЕГРЮЛ внесены сведения о прекращении юридического лица – "исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

В соответствии с п.5 ч.1 ст.150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что организация, являющаяся стороной в деле, ликвидирована. При таких обстоятельствах, производство по заявлению конкурсного управляющего ООО "РФК-Центр" в части требования о привлечении к субсидиарной ответственности управляющей организации должника: ООО "РФК-Центр" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) подлежит прекращению применительно к п.5 ч.1 ст.150 АПК РФ.

 В остальной части суд апелляционной инстанции также не находит оснований для привлечения к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника, поскольку их действия и/или бездействия не могли стать необходимой причиной банкротства. 

Из доказательств, имеющихся в материалах дела следует, что участники должника (прямые и косвенные) - компании UNICORN CAPITAL PARTNERS, ORIVIA HOLDINGS LIMITED, FACADE GROUP LIMITED не были активно вовлечены в процесс управления должником, не одобряли сделки, повлекшие ущерб имущественным правам кредиторов, не получали экономическую выгоду от деятельности должника, не являлись выгодоприобретателями по сделкам должника, причинившим ущерб интересам кредиторов, не совершали действий, которые могли стать необходимой причиной банкротства ООО "РФК-Центр".

Иных доводов апелляционные жалобы не содержат.

Доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 26.08.2021 по делу  №А41-43465/16 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий cудья 

 

А.В. Терешин

Судьи 

 

Н.В. ШальневаС.Ю. Епифанцева