ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тула

                                                 Дело № А23-6804/2019

                                                                                                                 (20АП-7254/2022)

Резолютивная часть постановления объявлена 06.02.2023

Постановление  изготовлено в полном объеме 10.02.2023

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Волковой Ю.А., судей Мосиной Е.В. и Тучковой О.Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии в судебном заседании: от ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 08.09.21), в отсутствие иных заинтересованных лиц, участвующих в деле о банкротстве, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на определение Арбитражного суда  Калужской области от 13.09.2022 по делу   № А23-6804/2019 (судья Сафонова И.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего должника ФИО12 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, при участии в рассмотрении заявления в качестве заинтересованных лиц (ответчиков): ФИО4, ФИО5,   ФИО6,  ФИО2,  ФИО7  в лице его законного представителя ФИО8, с участием в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Отдела социальной защиты населения района «Черемушки», финансового управляющего ФИО5 - ФИО9, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

в производстве Арбитражного суда Калужской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП».

Конкурсный управляющий должника ФИО12 09.06.2021 обратилась в Арбитражный суд Калужской области с заявлением о взыскании с ФИО4, ФИО5, ФИО10, ФИО2, ФИО6, ФИО11 в пользу ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 11 597 996 руб. 23 коп.

08.07.2021      в материалы дела от конкурсного управляющего поступило уточнение исковых требований, согласно которым просила взыскать с ФИО5, ФИО10, ФИО2, ФИО6 в пользу ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 11 597 996,23 рублей, взыскать с ФИО4 в пользу ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 11 269 469,23 рублей.

Определением Арбитражного суда Калужской области от 14.07.2021 заявление конкурсного управляющего должника ФИО12 принято к производству и назначено предварительное судебное заседание, привлечены к участию в рассмотрении заявления в качестве заинтересованных лиц (ответчиков) ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО2, ФИО10 в лице его законного представителя ФИО8. Уточнение заявленных требований принято к производству в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда  Калужской области от 13.09.2022 принят отказ конкурсного управляющего ФИО12 от требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6. Производство по делу №А23-6804/2019 в части требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 прекращено.

Заявление конкурсного управляющего ФИО12 о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворено частично.

ФИО4 привлечен к субсидиарной ответственности по не исполненным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП» в размере 9 052 753 руб. 79 коп.

В удовлетворении остальной части заявления конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП»                      ФИО12 отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО4 обратился с апелляционной жалобой в Двадцатый арбитражный апелляционный суд, в которой, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просил отменить определение в части привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по не исполненным обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП» в размене 9 052 753 руб. 79 коп. и принять по делу новый судебный акт, которым отказать конкурсному управляющему в указанной части.

В обоснование доводов жалобы ответчик ссылается на то, что у ФИО4 на дату признания должника банкротом отсутствовали документы должника. Все документы и имущество находились по адресу: 248031, 

<

...>. Документы ФИО12 получены и на основании их сформирована конкурсная масса.

Вся документация находилась непосредственно у ФИО7, в том числе, в отношении движимого имущества должника, о чем свидетельствует ходатайство ФИО3 о приобщении к материалам проверки ОЭБ и ПК УМВД России по г. Калуге, списка оборудования от 13.03.2017г. (лист проверки 170-172).

Согласно протоколу № 49 внеочередного общего собрания участников                     ООО «ИНТЕРСПОРТГРУПП» от 08.09.2016 договор с ФИО5 был расторгнут, заключен договор с ФИО4 Участками общества не принималось никаких решений о передаче документации от ФИО5                     ФИО4, ввиду нахождения всех документов у ФИО7

Отмечает, что ФИО4 не отрицалось заключение и подписание договора о реализации здания, находившегося в залоге у Банка ВТБ 24

Считает, что доказательств незаконно выбытия имущества в материалы дела конкурсным управляющим не представлено.

В жалобе приводит доводы о том, что решением Калужского районного суда Калужской области от 01.11.2016 по делу 2-10534/1/2016, было обращено взыскание на движимое имущество по договору залога № 721/5151 -0000420-з02 от 09.04.2015: крепления для беговых лыж в количестве 4097 штук, крепления для беговых лыж в количестве 1730 штук, путем продажи с публичных торгов, установлена начальная продажная стоимость в размере 2 700 000 руб. Обращено взыскание на движимое имущество по договору залога № 721/5151-0000030-з02 от 26.05.2014: ботинки лыжные в количестве 1201 штук, ботинки лыжные, в количестве 914 штук, путем продажи с публичных торгов, установлена начальная продажная стоимость в размере 500 000руб.

С учетом данных обстоятельств ответчик настаивает, что имущество ООО «ИНТЕРСПОРТГРУПП» было  реализовано  приставами  в рамках возбужденного в отношении общества  исполнительного производства. 

По мнению ответчика, конкурсный управляющий голословно ссылался на недостачу запасов на сумму 12 462 710 руб. 21 коп. Считает, что делая вывод о якобы недостаче активов в 2019 г., конкурсным управляющим не учтено, что в формы бухгалтерской отчетности были внесены изменения Приказом Минфина России oт 19 апреля 2019 г. № 61н. При заполнении строки «Запасы» указывается информация об остатках материалов, товаров, готовой продукции (счета 10, 41, 44,  45), затратах в незавершенном производстве (счет 20), включая сальдо по счету                  97 (в части расходов со сроком списания менее 12 месяцев).

В связи с чем, вывод о недостаче имущества на вышеуказанную сумму, по мнению апеллянта, не правомерен. 

Считает,  что  конкурсным управляющим ни чем не подтверждена недостача имущества, не представлены сличительные ведомости, а  реализация имущества  была осуществлена судебными приставами-исполнителями.

Определением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2022 судебное разбирательство откладывалось.

ФИО2 в письменном отзыве, возражая против доводов апелляционной жалобы, просила обжалуемое определение оставить без изменения. 

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП» ФИО12 в письменном отзыве на апелляционную жалобу, считая обжалуемое определение законным и обоснованным, просила оставить его без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения. Одновременно конкурсным управляющим к отзыву для приобщения в материалы дела приложены дополнительные документы, а именно: запрос в МООИП УФССП России по Калужской области о предоставлении сведений от 07.10.2022 исх. № 1/и, ответ УФССП России по Калужской области                от 01.11.2022 № 40052/22/257681.

Рассмотрев, заявленное ходатайство, суд апелляционной инстанции, считает, что оно подлежит удовлетворению в силу следующего.

Согласно ч.1  статьи 262 АПК РФ лицо, участвующее в деле, направляет отзыв на апелляционную жалобу с приложением документов, подтверждающих возражения относительно жалобы, другим лицам, участвующим в деле, и в арбитражный суд.

В силу части 4 статьи 262 АПК РФ отзыв может быть представлен в арбитражный суд посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда, рассматривающего дело, в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Документы, прилагаемые к отзыву, могут быть представлены в арбитражный суд в электронном виде.

Поскольку конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП» ФИО12 представлены документы, в опровержение доводов жалобы, они подлежат приобщению к материалам дела в порядке статей 262, 268 АПК РФ.

После отложения от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП» ФИО12 поступили письменные пояснения по спору.

От ФИО4 поступили письменные пояснения к апелляционной жалобе.

От ФИО2 поступили возражения на пояснения к апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзывах.

Иные заинтересованные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в суд апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) судебное заседание проведено в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, их представителей, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены апелляционной инстанцией в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены или изменения судебного акта.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов                           дела, ФИО7, являлся учредителем                                                    ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» с долей 85% в уставном капитале общества.

ФИО7 умер 07.11.2016 года.

Как следует из представленного в материалы дела наследственного дела №252/2016 после смерти ФИО7, умершего 07.11.2016 года, с заявлениями о принятии наследства обратились: мать - ФИО2 и ФИО8, действующая как законный представитель сына - ФИО7.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 22 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации №1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности (банкротстве), входит в наследственную массу.

По общему правилу в состав наследства входит все имущество и долги наследодателя, за исключением случаев, когда имущественные права и обязанности неразрывно связаны с личностью наследодателя либо если их переход в порядке наследования не допускается федеральным законом (ст. 418 и 1112 ГК РФ, п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 №9 «О судебной практике по делам о наследовании».

Ответственность вследствие причинения убытков является разновидностью гражданско-правовой ответственности, в связи с чем, долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к ответственности в виде взыскания убытков входит в наследственную массу.

В силу пункта 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации наследник отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

Конкурсный управляющий должника ФИО12 первоначально обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности наследников умершего учредителя ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» ФИО7 (доля в уставном капитале 85%) несовершеннолетнему ФИО7 (сыну наследодателя) и ФИО2 (матери наследодателя) на основании п. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве, за нарушение обязанности по подаче заявления в арбитражный суд о несостоятельности (банкротстве) должника -                         ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП».

Затем управляющий стала указывать также как на основание для привлечения ФИО7 и ФИО2 к субсидиарной ответственности нарушение ими самостоятельной обязанности по подаче заявления в арбитражный суд о несостоятельности (банкротстве) должника - ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП», будучи уже участниками общества после принятии ими наследства.

Также управляющий просила привлечь к субсидиарной ответственности:

руководителя ФИО5, занимавшего должность генерального директора ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» c 21.07.2015 года по 07.09.2016 года, за нарушение обязанности по подаче заявления в арбитражный суд о несостоятельности (банкротстве);

руководителя ФИО4, занимавшего должность генерального директора ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» c 08.09.2016 года по 03.08.2020 года, за нарушение обязанности по подаче заявления в арбитражный суд о несостоятельности (банкротстве).

Датой объективного банкротства управляющий указала - 28.02.2015 года (уточнение управляющим даты объективного банкротства оборотная сторона                 л.д. 33 т. 4). При этом ранее управляющий датами объективного банкротства указывала то 31.12.2015 года, то 31.03.2016 года. Даты обращения в суд для каждого ответчика также определяла разные, с учетом дат предоставления бухгалтерской отчетности, вступления в должность, принятия наследства.

При этом причины объективного банкрота (дату его наступления) в любом случае управляющий связывала с возникновением задолженности именно перед кредитором ФИО13 в размере 328 527 руб. по договорам аренды                            от 01.07.2014 № 11, от 01.04.2014 № 12.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и статьи 32 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Глава III.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" была введена в действие Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)"        и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях", согласно п. 3 ст. 4 которого рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной ст. 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Общие правила действия процессуального закона во времени приведены в ч. 4 ст. 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которому судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Однако, действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - п. 1 ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных, в том числе, в постановлениях от 22.04.2014 N 12-П                   от 15.02.2016 N 3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в ст. 4 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

Также в п. 2 информационного письма Президиумы Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" изложена правовая позиция, в соответствии с которой положения обновленного законодательства о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления такого закона в силу, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции, действовавшей до вступления в силу обновленного закона, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве. При этом, предусмотренные обновленным законом процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после вступления его в силу независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3).

Право конкурсного управляющего обратиться в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности предусмотрено пунктом 5 статьи 129, пунктом 12 статьи 142 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670, и нашедшей свое отражение впоследствии в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (пункт 9), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом, применение санкции в виде субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, возможно только в том случае, если разумный руководитель, сознавая факт наступления неплатежеспособности организации, принял на нее новые обязательства, исполнение которых заведомо не представляется возможной. При этом от новых кредиторов была скрыта информация о неблагоприятном положении общества и наличии признаков неплатежеспособности.

Из приведенных норм права следует, что для решения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, должна быть установлена совокупность следующих обстоятельств:

-           момент возникновения одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона;

-           неподача руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего обстоятельства;

-           размер обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В данном случае конкурсный управляющий указывал на то, что должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в феврале 2015 года, затем в декабре 2015 года.

Согласно ст.8 Закона о банкротстве должник вправе подать в арбитражный суд заявление должника в случае предвидения банкротства при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что он не в состоянии будет исполнить денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) обязанность по уплате обязательных платежей в установленный срок.

В соответствии со ст. 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.2017 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 Постановления N 53, если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента необходимости подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Однако сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя, затруднения не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

При доказывании обстоятельств неисполнения бывшим руководителем обязанности по обращению в суд с заявлением имеют значение условия, предшествующие возникновению такой обязанности, а именно: неплатежеспособность и недостаточность имущества, признаки которых подлежат установлению в судебном порядке (статья 2 Закона о банкротстве).

Однако управляющим не представлено доказательств того, что на дату 28.02.2015 года, 31.12.2015 года, 31.03.2016 года, должник обладал признаками несостоятельности (банкротства).

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции о том, что наличие задолженности перед отдельным кредитором - ФИО13 в размере 328 527 руб., не указывает на признаки неплатежеспособности и (или) признаки недостаточности имущества должника по состоянию на 28.02.2015 года, 31.12.2015 года, 31.03.2016 года.

Также, ошибочно отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

Напротив, как следует из материалов дела, у должника было выявлено имущество:

материальные внеоборотные активы на сумму 6927, тыс. руб.;

нематериальные, финансовые и другие внеоборотные активы на сумму                      42,9 тыс. руб.;

запасы на сумму 838 тыс. руб.

Более того, судом первой инстанции установлено, что конкурсным управляющим так и не была определена дата объективного банкротства должника.

Платежеспособность должника исследована конкурсным управляющим за период с 31.12.2017 по 31.12.2019 года (анализ финансового состояния должника), тогда как объективное банкротство определялось управляющим на даты - 28.02.2015 года, 31.12.2015 года, 31.03.2016 года.

Более того, как следует из представленной в материалы дела бухгалтерской документации, в 2016 году кредиторская задолженность снизилась в сравнении с 2015 года с 114 млн. руб. до 99 млн. руб., 2016 год закончен с прибылью около                         8 млн. руб.

Обращаясь с заявлением о привлечении наследников учредителя                   ФИО7 - ФИО7 и ФИО2, к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ссылался на п. 3.1. ст. 9 Закона о банкротстве.

Однако, на даты 28.02.2015 года, 31.12.2015 года, 31.03.2016 года законодательством о банкротстве не были предусмотрены ни права, ни обязанности учредителей должника по обращению с заявлением в суд о признании должника банкротом.

Такая обязанность действительно предусмотрена п. 3.1. ст. 9 Закона о банкротстве.

Однако данный пункт введен в действие Федеральным законом                                  от 29.07.2017 N 266-ФЗ.

Указанный правовой подход нашел свое отражение в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации                       от 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837 по делу N А23-6235/2015.

Также управляющим не доказана необходимость самостоятельной подачи наследниками ФИО7 - ФИО7 и ФИО2 (будучи уже участниками должника) заявления о несостоятельности (банкротстве), поскольку управляющим не доказано, что им были известны какие-либо обстоятельства, указывающие на признаки несостоятельности должника, то есть, не доказана их осведомленность. 

Согласно протоколу общего собрания участников                                                 ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» от 25.08.2019 года после заслушивания отчета генерального директора ФИО4 о результатах работы с 08.08.2016 принято решение признать работу генерального директора ФИО4 удовлетворительной; продлить срок полномочий генерального директора                         ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» ФИО4 на три года                            до 25 августа 2022 года. Считать трудовой контракт с ФИО4 продленным до 25.08.2022 на прежних условиях.

Согласно протоколу общего собрания участников                                                  ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» от 21.02.2020 после заслушивания отчета генерального директора ФИО4 о погашении задолженности перед бюджетом по налогам и сборам в размере 1 321 476 руб. 14 коп, решили делегировать генеральному директору ФИО4 право заключить крупную сделку - мировое соглашение о погашении задолженности перед бюджетом по налогам и сборам в размере 1 321 476 руб. 14 коп. с рассрочкой в течении одного года равными долями; оформит залог на принадлежащие на праве собственности: ? часть производственного здания площадью 590,1 кв.м. и ? часть земельного участка, по адресу: 

<

...>.

Доводы о том, что ФИО4 являлся номинальным руководителем должника, правомерно отклонены судом первой инстанции как документально необоснованные. Указанные доводы являются голословными. Более того и после смерти ФИО7 ФИО4 продолжал оставаться руководителем должника, проводить собрания участников, отчитываться о работе общества.

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО2, ФИО5 и ФИО4 за неподачу заявления о несостоятельности (банкротстве) должника.

Кроме того, из материалов дела следует, что в последующем в уточнениях конкурсный управляющий дополнил основания привлечения к субсидиарной ответственности за совершение сделок руководителями должника с одобрения учредителей ФИО7 и ФИО6

При этом, по мнению управляющего данными сделками, приведшими к банкротству должника и усугубившими его неплатежеспособность, являются сделки по договорам займа и предварительному договору купли-продажи, заключенным с ФИО14

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" указано о том, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам. Одобрение подобной сделки коллегиальным органом (в частности, наблюдательным советом или общим собранием участников (акционеров) не освобождает контролирующее лицо от субсидиарной ответственности.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Однако доказательств того, что сделки должника по заключенным договорам займа и предварительному договору купли-продажи с ФИО14 были значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являлись существенно убыточными, в материалы дела управляющим не представлено. Анализа данных сделок управляющий не привел, как впрочем,  и не представил самих договоров,  на которые ссылается.

По сути, вся позиция управляющего сводится просто к упоминанию данного основания без его доказывания.

Также управляющий ссылался на положения ст. 53.1 ГК РФ.

Согласно разъяснений содержащихся в пунктах 20, 21, 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", с даты введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причиненных арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причиненных должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

В силу положений ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и его последствиями и вина правонарушителя, при этом для взыскания убытков необходимо доказать весь указанный фактический состав.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 12 Постановления Пленума от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков заявитель обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Конкурсным управляющим также не доказаны основания для взыскания с ФИО7, ФИО2, ФИО5 и ФИО4 убытков. Вся позиция управляющего сводится к упоминанию данного основания без его доказывания.

Относительно заявленного в отношении ФИО4 основания для привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документации в отношении должника суд первой инстанции обоснованно пришел к следующим выводам.  

Согласно материалам дела, ФИО4 занимал должность директора                     ООО «ИНТЕРСПОРТГРУПП» с 08.09.2016 года по дату введения конкурсного производства, что им не оспаривалось. При этом не важно, по совместительству или нет.

С учетом даты введения конкурсного производства - 03.08.2020 года и обязанности руководителя должника в трехдневный срок по передаче документации должника, суд области правильно указал, что к рассматриваемым с ФИО4 отношениям подлежат применению ст. ст. 61.10, 61.11 Закона о банкротстве.

В силу ч.1 ст. 61.10 Закона о банкротстве в целях данного Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника (п.1 ч.4 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

В силу п. 1 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Подпунктом 2 пункта 2 ст. 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127- ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:..., документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Согласно п. 24 постановления Пленума ВС РФ N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" в силу п. 3.2 ст. 64, абзаца четвертого п. 1 ст. 94, абзаца второго п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также                       от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам ст. 308.3 ГК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с не передачей, сокрытием, утратой или искажением документации (пп. 2 и 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Отсутствие документации привело к невозможности выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившей проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы.

Арбитражный управляющий в заявлении и уточнениях к нему, ссылался на тот факт, что неисполнение генеральным директором ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» ФИО15 обязанности по передаче ему документации должника, не позволил выявить все активы должника указанные в бухгалтерской отчетности (запасы, недостача составила 12 462 710 руб. 21 коп.), осуществить анализ сделок должника, установить ему наличие дебиторской задолженности, произвести взыскание по ней, а соответственно сформировать конкурсную массу, произвести расчеты с кредиторами.

Решением Арбитражного суда Калужской области от 03.08.2020 общество с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП» признано банкротом и в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден член Союза «Уральская саморегулируемая организация арбитражных управляющих» ФИО16. Прекращены полномочия органов управления общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП» за исключением полномочий, предусмотренных пунктом 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002            № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». На органы управления общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП» возложена обязанность в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника.

Конкурсному управляющему 04.09.2020 года был выдан исполнительный лист серии ФС №031558096 по требованию о передаче документации.

15.12.2020 года ведущим судебным приставом-исполнителем ОСП по Ленинскому округу г. Калуги УФСП России по Калужской области возбуждено исполнительное производство №83632/20/40021-ИП в отношении ФИО4.

Доказательств того, что ФИО4 передал конкурсному управляющему какую-либо документацию в отношении должника и выполнил требования исполнительного документа в материалы дела не представлено.

Более того, определением от 23.07.2020 года суд также  обязал руководителя общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП» ФИО4 передать временному управляющему ФИО16 заверенные копии  бухгалтерских и иных документов общества с ограниченной ответственностью «ИНТЕРСПОРТГРУП».

Доказательств исполнения указанного судебного акта ФИО4 также в материалы дела не представлено.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзацах 6 - 9 п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе, невозможность определения основных активов должника и их идентификации, к которым относится дебиторская задолженность.

Как следует из бухгалтерского баланса ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» по состоянию на 31.12.2019 года, подписанного генеральным директором                      ФИО4, в разделе «Активы» отражены запасы на сумму 18312 тыс. руб., дебиторская задолженность в размере 16 965 тыс. руб.

Указанная отчетность никем не оспорена.

В ходе рассмотрения настоящего спора, конкурсный управляющий ссылался на непередачу ФИО4 запасов на сумму 12 462 710 руб., а также документов относительно дебиторской задолженности на сумму 16 965 000 руб.

Однако доказательств передачи ФИО4 конкурсному управляющему документации касающейся запасов на недостающую сумму и дебиторской задолженности на указанную сумму, в материалы дела не представлено.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Кроме того, помимо самого факта неисполнения руководителем должника обязанности по хранению бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности необходимо установить, что в силу неисполнения руководителем обязанности наступили последствия в виде невозможности формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме, а также наличие вины лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности.

Согласно статье 2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) конкурсное производство - процедура банкротства, применяемая к должнику, признанному банкротом, в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 129 Закона о банкротстве с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 31 Закона о банкротстве установлено, что все имущество должника, имеющееся на момент открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу, за счет которой осуществляется погашение требований кредиторов.

Для целей формирования конкурсной массы пункт 2 статьи 129 Закона о банкротстве возлагает на конкурсного управляющего обязанность, в том числе принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества; принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

Для исполнения этих обязанностей конкурсный управляющий должен располагать бухгалтерской и иной документацией должника.

На основании пункта 1 статьи 7 Закона о банкротстве ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

В силу положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве передача конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации является обязанностью руководителя предприятия, исполнявшего обязанности на момент утверждения конкурсного управляющего.

Таким образом, генеральный директор должника обязан предпринимать меры к обеспечению сохранности имущества и документов должника, а при прекращении полномочий - предпринять все меры для их передачи конкурсному управляющему.

Доказывание надлежащего исполнения данной обязанности в силу статьи 65 АПК РФ лежит на бывшем руководителе должника.

В пункте 47 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Обязанность по передаче документов относительно запасов и дебиторской задолженности, позволяющих сформировать конкурсную массу, ФИО4 не исполнена.

ФИО4 вообще не представлено доказательств, подтверждающих передачу конкурсному управляющему какой-либо документации и информации в отношении должника.

Более того, непередача документации не смогла позволить управляющему надлежащим образом провести анализ сделок должника, выявить подозрительные сделки и оспорить их в случае необходимости.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, судом первой инстанции установлена причинно-следственная связь между непредоставлением бухгалтерской и иной документацией связанной с активами, сделками и дебиторской задолженностью должника и не возможностью сформировать конкурсную массу, что является основанием для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности.

Взыскание дебиторской задолженности в отсутствие документов первичного бухгалтерского учета, подлежащих передаче управляющему, также невозможно. Основания для оспаривания сделок, также не могли быть надлежащим образом проверены и установлены управляющим в связи с неисполнением обязанности ФИО4 по передаче документов.

Как указывалось выше в силу статей 7, 29 Федерального закона                                от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" организация ведения бухгалтерского учета, хранение документов бухгалтерского учета и обеспечение их сохранности возложено на руководителя экономического субъекта - единоличный исполнительный орган общества.

В связи с этим презюмируется, что руководитель как единоличный исполнительный орган общества обязан знать, какие документы, связанные с хозяйственной деятельностью предприятия, имелись в наличии и где они фактически находятся.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011                     N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно пункту 4 статьи 29 названного Федерального закона при смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

В силу пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Порядок хранения первичных документов и учетных регистров установлен в разделе 6 действующего Положения о документах и документообороте в бухгалтерском учете, утвержденного Минфином СССР 29.07.1983 N 105.

В силу положений пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002                N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" передача конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации является обязанностью руководителя предприятия, исполнявшего обязанности на момент утверждения конкурсного управляющего.

Таким образом, руководитель должника обязан предпринимать меры к обеспечению сохранности имущества и всех документов должника, а при прекращении полномочий - предпринять все меры для их передачи конкурсному управляющему.

Указанный правовой подход отражен в определениях Верховного Суда Российской Федерации №305-С21-23266 от 17.03.2022 года, N 307-ЭС22-6122                  от 17.05.2022, N 305-ЭС22-5662 от 13.05.2022, N 307-ЭС22-1642 от 25.03.2022 и др.

Положения Закона о банкротстве содержат презумпцию о том, что пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в случае если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения отсутствует, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Данная презумпция ФИО4 опровергнута не была.

Таким образом, именно ФИО4 нес и несет до сих пор ответственность за сохранность документов общества, до момента их передачи, а также на него возложена обязанность по передаче данных документов конкурсному управляющему.

Фактически заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, контролирующих должника лиц, регулирует сходные правоотношения о рассмотрении дел о защите прав и интересов группы лиц, так как фактически заявлен в интересах всех кредиторов.

По утверждениям  конкурсного управляющего должника документации, относительно имеющейся дебиторской задолженности,  им  обнаружено не было.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно расчету конкурсного управляющего размер непогашенных требований кредитора, включенных в реестр, составляет 9 052 753 руб. 79 коп.

Аналогичная позиция изложена в постановлениях Арбитражного суда Центрального округа от 19.04.2019 года по делу №А84-2358/2017, от 06.03.2018 по делу N А09-8343//2016, от 27.08.2018 по делу N А68-9917/2011, постановлении Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2019 года по делу №А62- 5771/2016.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что заявление конкурсного управляющего ФИО12 подлежит удовлетворению, ФИО4 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по не исполненным обязательствам ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП» в размере 9 052 753 руб. 79 коп.

Доводы ФИО4, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции отклоняет в силу следующего.

Как следует из отзыва конкурсного управляющего ФИО12 на апелляционную жалобу для проверки дополнительной информации, изложенной в апелляционной жалобе ФИО4 относительно возможной реализации части имущества в рамках исполнительного производства конкурсным управляющим был направлен запрос в МООИП УФССП России по Калужской области с просьбой предоставить информацию и документы о ходе исполнительного производства по исполнительному документу, выданному на основании Решения Калужского районного суда Калужской области от 01.11.2016 по делу 2-10534/1/2016 по состоянию на дату обращения с настоящим заявлением, в том числе:

-           о совершенных (подлежащих совершению) исполнительных действий и (или) применённых (подлежащих применению) мер принудительного исполнения, в том числе с предоставлением актов выхода по месту нахождения должника (ООО «Интерспортгруп», ОГРН 

<

***> ИНН 

<

***>, Юридический адрес: 248031, 

<

...>) или месту регистрации бывшего руководителя Должника - ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения - г. Сысерть Свердловской обл., адрес: 2480502, 

<

...>, ИНН 

<

***>;

-           о наличии или отсутствии оснований для окончания или прекращения исполнительного производства, предусмотренных ст.ст. 43, 47 ФЗ «Об исполнительном производстве»;

-           о наличии или отсутствии факта поступления исполнительного документа на исполнение, а также об обращении взыскания на вышеуказанное движимое имущество по договору залога № 721/5151 -0000420-з02                              от 09.04.2015г. и договору залога № 721/5151-0000030-з02 от 26.05.2014г.;

-           предоставить сведения о факте наложения ареста и/или реализации имущества ООО «Интерспортгруп», ИНН 

<

***> с 01.01.2016 по 01.10.2020г. В случае ареста и/или реализации ООО «Интерспортгруп», ИНН 

<

***>, предоставить описи и акты, подтверждающие арест/реализацию имущества                   ООО «Интерспортгруп», ИНН 

<

***> за период с 01.01.2016 по 01.10.2020г.

Так согласно полученной на запрос информации от 01.11.2022                                  № 40052/22/257681 следует, что судебным приставом-исполнителем в ходе принудительного исполнения сводного исполнительного производства 10.04.2018 был наложен арест на спортивный инвентарь, принадлежащий                                            ООО «Интерспортгруп».

16.12.2019 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о снятие ареста с имущества, в связи с отказом взыскателя оставить имущество за собой и возвращении имущества должнику.

27.11.2018 судебным приставом-исполнителем наложен арест на недвижимое имущество должника.

19.12.2019 судебным приставом-исполнителем вынесено постановление о снятие ареста с имущества, в связи с тем, что согласно ответауУправления Росреестра по Калужской области данное имущество находится в ипотеке.

28.08.2020 исполнительные производства окончены на основании  ст. 47 ч. 1 п. 7 ФЗ «Об исполнительном производстве» в связи  с признанием  ООО «ИНТЕРСПОРТГРУП»  банкротом.

Учитывая изложенное, доводы, изложенные в апелляционной жалобе о реализации имущества в рамках исполнительного производства не подтвердились в связи с  чем являются несостоятельными. 

По мнению судебной коллегии, обстоятельства дела исследованы судом полно и всесторонне, спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, аналогичны обоснованно отклоненным доводам, приводимым в ходе разбирательства дела в суде первой инстанции, фактически сводятся к их повторению и направлены на переоценку исследованных доказательств и выводов суда при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, признаются апелляционной коллегией несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, т.к. не свидетельствуют о неправильном применении арбитражным судом области норм материального или процессуального права.

Иных убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Оснований для отмены определения суда первой инстанции, предусмотренных частью 4 статьи 270 Кодекса, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены вынесенного определения. 

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  Калужской области от 13.09.2022 по делу                         № А23-6804/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

Судьи                                                                              

Ю.А. Волкова 

Е.В. Мосина

О.Г. Тучкова