﻿ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-67582/2015

21 июля 2021 года

г. Санкт-Петербург

/суб.1

 

Резолютивная часть постановления оглашена  07 июля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объёме  21 июля 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Морозовой Н.А.,

судей  Нестерова С.А., Юркова И.В.,

при ведении протокола секретарями судебного заседания Бойко К.Б., Санджиевой А.В.,

 

при участии в судебном заседании:  

конкурсный управляющий Николаев Алексей Радьевич;

от ЗАО «Тристар Инвестмент Холдингс»: Прохоренкова И.Ю. по доверенности от 25.05.2018;

от ООО «ФасадСтройСервис»: Терентьева О.В. по доверенности от 25.11.2019;

от участника Смирнова В.Г.: Показанова Н.Е. по доверенности от 25.05.2018;

от Лебедь И.А.: Идрисова А.А. по доверенности от 28.09.2020;

от Рыжова Д.В.: Назаров М.Э. по доверенности от 21.06.2021 (до перерыва);

Рыжов Д.В. по паспорту (после перерыва);

от Московских В.А.: Гришечкин В.В. по доверенности от 01.06.2018;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера  13АП-12667/2021, 13АП-12661/2021, 13АП-12663/2021, 13АП-13387/2021)  Лебедь Ирины Алексеевны, Московских Виктора Анатольевича, Смирнова Виктора Геннадьевича, Рыжова Дмитрия Вячеславовича на определение  Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 19.03.2021 по делу № А56-67582/2015/суб.1 (судья Тарасова М.В.), принятое по заявлению общество с ограниченной ответственностью «ФасадСтройСервис» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Интарсия» Московских Виктора Анатольевича, Рыжова Дмитрия Вячеславовича, Лебедь Ирины Алексеевны в деле о несостоятельности, третье лицо: представитель участников общества с ограниченной ответственностью «Интарсия» Смирнов Виктор Геннадьевич,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Инвестиционная строительная компания «НКС» 16.09.2015 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Интарсия» (далее – ООО «Интарсия», общество).

Определением суда от 27.10.2015 заявление кредитора принято к производству. 

Определением суда от 17.02.2016 произведена замена заявителя в связи с совершённой им уступкой прав требования на общество с ограниченной ответственностью «Реставрационная компания «Интарсия», в отношении общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён Чесноков Юрий Викторович.

Решением суда от 03.06.2016 (резолютивная часть от 26.05.2016) ООО «Интарсия» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком на шесть месяцев, исполнение обязанностей конкурсного управляющего временно возложено на Чеснокова Юрия Викторовича.

Сведения об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 04.06.2016 №98.

Определением суда от 07.10.2016 конкурсным управляющим должника утверждён Чижов Михаил Николаевич.

Определением суда от 25.09.2019 (резолютивная часть от 24.09.2019) Чижов М.Н. освобождён от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Интарсия», конкурсным управляющим должника утверждена Головинова Юлия Николаевна.

Определением суда от 20.05.2020 Головинова Ю.Н. освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Интарсия», конкурсным управляющим должника утверждён Николаев Алексей Радьевич.

Общество с ограниченной ответственностью «ФасадСтройСервис» подало 27.11.2019 в суд заявление (с учётом его уточнения) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Московских Виктора Анатольевича, Рыжова Дмитрия Вячеславовича, Лебедь Ирины Алексеевны.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, суд первой инстанции привлёк представителя участников общества с ограниченной ответственностью «Интарсия» Смирнова Виктора Геннадьевича.

Определением от 19.03.2021 суд привлёк Московских Виктора Анатольевича, Рыжова Дмитрия Вячеславовича, Лебедь Ирину Алексеевну к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Интарсия», а также приостановил производство по обособленному спору в части установления размера субсидиарной ответственности до завершения расчётов с кредиторами.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней Лебедь И.А., ссылаясь на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права, просит определение суда отменить в части привлечения выше перечисленных лиц к субсидиарной ответственности. По мнению подателя жалобы, суд не установил обстоятельств, возникших после 30.06.2013, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Лебедь И.А. настаивает на том, что она не является контролирующим должника лицом, отсутствуют доказательства искажения, сокрытия и уничтожения документации должника. Кроме того, как указывает податель жалобы, заключение эксперта не является надлежащим доказательством по делу, в исследуемый период у общества отсутствовали признаки неплатежеспособности, заявитель пропустил срок исковой давности для предъявления требования о привлечении к субсидиарной ответственности, что является самостоятельным основанием для отказа в притязаниях. 

Московских В.А. в своей апелляционной жалобе и письменных пояснениях к ней просит определение суда первой инстанции от 19.03.2021 отменить и в удовлетворении отказать, полагая, что суд неправильно применил нормы материального права, на несоответствие судебных выводов обстоятельствам дела. Податель жалобы настаивает на пропуске обществом «ФасадСтройСервис» срока исковой давности на предъявление требований по предмету спора. По мнению Московских В.А., суд первой инстанции не установил конкретный момент времени, когда у должника возникли признаки неплатежеспособности, что, в свою очередь, исключает привлечение Московских В.А. к субсидиарной ответственности за необращение в суд с заявлением о признании общества несостоятельным (банкротом). При этом как считает податель жалобы, принятые судом во внимание заключение эксперта и отчёты по результатам анализа деятельности должника не являются надлежащими доказательствами по делу. Московских В.А. указывает на то, что им исполнена обязанность по передаче документации конкурсному управляющему, что подтверждено определением суда от 28.03.2019 по обособленному спору №А56-67582/2015/и.д.5, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2019. Податель жалобы полагает недоказанным наличие причинно-следственной связи между совершаемыми им как руководителем должника действиями и банкротством последнего.

В своей апелляционной жалобе и дополнениях к ней Рыжов Д.В. просит определение от 19.03.2021 отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности и принять новый судебный акт, считая, что судом неполностью выяснены фактические обстоятельства дела, нарушены нормы процессуального права.  Как считает Рыжов Д.В., у него отсутствовала обязанность по подаче заявление в суд о признании общества несостоятельным (банкротом), так как в предусмотренный для этого срок соответствующее заявление уже было подано в суд кредитором. Податель жалобы настаивает на том, что он не передавал в налоговые органы никаких сведений относительно деятельности должника. По мнению Рыжова Д.В., заключение экспертизы, полученное в рамках иного обособленного спора в деле о несостоятельности (банкротстве) ООО «Интарсия», является недопустимым доказательством. Податель жалобы ссылается на то, что определением от 16.05.2017 по обособленному спору №А56-67582/2015/и.д. суд отказал в истребовании у Рыжова Д.В. документации в связи с её непередачей предыдущим генеральным директором организации. Кроме того, Рыжов Д.В. считает недоказанным, что его действия привели к банкротству должника, а также неправомерным отклонение довода о пропуске заявителем срока исковой давности.

В своей апелляционной жалобе представитель участников ООО «Интарсия» Смирнов Виктор Геннадьевич просит определение суда от 19.03.2021 по настоящему спору отменить и в привлечении к субсидиарной ответственности Московских В.А., Рыжова Д.В., Лебедь И.А. отказать, ссылаясь на нарушение судом норм процессуального права, неправильное применение норм материального права и несоответствие судебных выводов фактическим обстоятельствам дела. По мнению подателя жалобы, поскольку он являлся руководителем должника до 08.04.2013, то судебный акт затрагивает его права и обязанности, ввиду чего суд первой инстанции неправомерно отказал в привлечении Смирнова В.Г. как самостоятельного субъекта к участию в деле. Доводы существа спора по своему содержанию аналогичны позиции выше поименованных подателей апелляционных жалоб.

В судебном заседании 30.06.2021 представитель Лебедь И.А. поддержала поданное ею 29.06.2021 ходатайство о назначении экспертизы.

Участники процесса высказали свою позицию по данному ходатайству.

Частью пятой статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) предусмотрено, что арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам. Последствие такого злоупотребления заключается в том, что суд в таком случае вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства, податель которого может избежать этого, доказав, что своевременной подаче заявления или ходатайства помешали объективные причины (в этом случае его действия не рассматриваются как злоупотребление правом).

В данном случае суд апелляционной инстанции учёл, что апелляционная жалоба Лебедь И.А. принята к производству определением от 20.04.2021 и назначена к рассмотрению на 26.05.2021. Определением от 26.05.2021 апелляционный суд отложил рассмотрение апелляционных жалоб на 30.06.2021. Вместе с тем, ни в апелляционной жалобе, ни впоследствии Лебедь И.А. не заявляла соответствующего ходатайства. Само ходатайство подано за день до судебного заседания, отложенного на 30.06.2021, в отсутствие доказательств его направления (вручения) иным участникам процесса. Одновременно, определяя перечень организаций, которым может быть поручено проведение испрашиваемой экспертизы, Лебедь И.А. не посчитала необходимым заблаговременно выяснить о наличии у соответствующих субъектов возможности проведения такой экспертизы.

В соответствии с частью третьей статьи 41 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом и другими федеральными законами или возложенные на них арбитражным судом в соответствии с настоящим Кодексом. Неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечёт за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом последствия

Оценив действия Лебедь И.А., установив, что они направлены на необоснованное затягивание судебного процесса, носят недобросовестный характер, протокольным определением от 30.06.2021 суд апелляционной инстанции отказал в ходатайстве о назначении судебной экспертизы.

В судебном заседании представители Лебедь И.А., Смирнова В.Г., Московских В.А., Рыжова Д.В. настаивали на своих апелляционных жалобах, а конкурсный управляющий, представители закрытого акционерного общества «Тристар Инвестмент Холдингс», ООО «ФасадСтройСервис» возражали против их удовлетворения. 

В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании 30.06.2021 объявлялся перерыв на 07.07.2021 на 15 час. 10 мин.

После перерыва рассмотрение апелляционных жалоб продолжено в том же составе суда.

На стадии прений и реплик представитель Лебедь И.А. устно ходатайствовала об истребовании диска с бухгалтерской документацией, использованного при проведении судебной экспертизы в рамках обособленного споре                                №А56-67582/2015/суб.2.

По выше изложенным мотивам в отношении ходатайства о назначении экспертизы апелляционный суд отказал в возобновлении исследования доказательств и отклонил устное ходатайство Лебедь И.А.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены в апелляционном порядке.

Суд апелляционной инстанции не выявил правовых и фактических оснований для перехода к рассмотрению настоящего обособленного спора по  правилам, установленным для рассмотрения дела арбитражным судом первой инстанции, в связи с непривлечением судом первой инстанции к участию в обособленном споре Смирнова В.Г. как самостоятельного субъекта. В данном случае Смирнову В.Г.  предоставлена возможность реализовать процессуальные права по исследованным в рамках настоящего спора вопросам. Апелляционная жалоба не содержит ссылок на то, какие иные доводы с документальным подтверждением Смирнов В.Г. как физическое лицо готов был представить в обоснование своей позиции, однако, не смог этого сделать по причине привлечения его судом к участию в обособленном споре в качестве представителя участников ООО «Интарсия», а не как физического лица.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, Московских В.А. избран генеральным директором в соответствии с решением единственного участника от 08.04.2013 и исполнял соответствующие полномочия в период с 09.04.2014 по 05.10.2015.

Начиная с 05.10.2015 и по 06.02.2016, генеральным директором общества являлся Рыжов Д.В. При этом приказ об увольнении Рыжова Д.В. с должности генерального директора должника со ссылкой на заявление об увольнении по собственному желанию от 16.02.2016 издан 16.03.2016.  

Лебедь И.А. работала в должности главного бухгалтера ООО «Интарсия» с 01.01.2002 до (с её слов) 31.12.2015.

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении Московских В.А., Рыжова Д.В., Лебедь И.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, общество «ФасадСтройСервис» сослалось на то, что с первого квартала 2013 года у должника появились признаки неплатежеспособности (что подтверждается большим количеством  судебных актов о взыскании задолженности с ООО «Интарсия» в пользу кредиторов (субподрядчиков, привлекаемых ООО «Интарсия» в рамках выполнения обязательств генерального подрядчика по договорам строительного подряда), а также недостаточности имущества, с учётом того, что сведения о размерах активов должника, отражённые в бухгалтерских балансах за период с 2013 года по 2015 год, не подтвердились в ходе осуществления процедур банкротства, в том числе по результатам проведенной арбитражным управляющим инвентаризации. Вместе с тем, ответчики – руководители должника не исполнили обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», и не обратились в суд с заявлением о признании ООО «Интарсия» несостоятельным (банкротом). Заявитель указал и на неисполнение ответчиками обязанности по предоставлению документации должника и достоверных сведений о нём ни в процедуре наблюдения, ни в процедуре конкурсного производства. По мнению общества «ФасадСтройСервис», ответчики не обеспечили сохранность документации должника, не исполнили обязанности по надлежащей передаче бухгалтерской документации должника при смене руководителей общества, не предприняли меры по восстановлению утраченной документации должника, искажали сведения об активах должника в финансовой отчётности, не проводили должной работы по взысканию дебиторской задолженности. Перечисленные обстоятельства в совокупности воспрепятствовали формированию конкурсной массы, в том числе за счет предъявления требований к дебиторам, и повлекло невозможность осуществления расчетов с кредиторами. 

Признав наличие оснований для привлечения Московских В.А., Рыжова Д.В., Лебедь И.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон №266-ФЗ), Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона №266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ.

В силу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Обстоятельства, с которыми заявитель связывает возникновение оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, возникли до вступления в силу положений Закона №266-ФЗ, следовательно, к ним подлежат применению ранее действовавшие положения статей 9, 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции на дату исследуемых правоотношений предусмотрена ответственность за нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве установлена обязанность руководителя должника обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Исходя из статьи 2 Закона о банкротстве, недостаточность имущества определена как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность – как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. 

Так, согласно анализу финансово-хозяйственной деятельности ООО «Интарсия» от 23.05.2016, проведённому обществом с ограниченной ответственностью «Объединённая консалтинговая группа» за период с 2013 года по 2015 год, выявлены критические финансовые показатели такие, как: критическая рентабельность активов, составившая за четвёртый квартал 2015 года -4,3%; снижение за весь рассматриваемый период величины собственных средств вместе с уменьшением совокупных активов организации; наиболее ликвидных активов (денежных средств  и краткосрочных финансовых вложений) недостаточно для гарантированного погашения текущих обязательств (коэффициент абсолютной ликвидности равен 0,04 при норме 0,2), критическая рентабельность собственного капитала (-32,9% годовых за четвёртый квартал 2015 года)  (том материалов дела 1, листы 24-35). Одновременно в этом документе отражено, что по состоянию на 31.12.2015 степень платежеспособности по текущим обязательствам равняется 745, то есть только через 745 месяцев ООО «Интарсия» может получить выручку, равную по величине имеющимся текущим обязательствам. Данный финансовый показатель превышает допустимое значение (6 и менее) с первого квартала 2013 года. 

В рамках рассмотрения обособленного спора №А56-67582/2015/суб.2 суд первой инстанции определением от 09.07.2020 назначил судебную финансово-экономическую экспертизы, поручив её проведение эксперту общества с ограниченной ответственностью «ПетроЭксперт» Федькову Н.Н., с постановкой для разрешения следующих вопросов:

1) В какую дату/период наступило состояние объективного банкротства ООО «Интарсия»: превышение совокупного размера обязательств над реальной стоимостью активов?; 

2) Имеются ли признаки преднамеренного банкротства ООО «Интарсия» в период с 2012 по 2015 год в соответствии с Временными правилами проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 №855, если да, то в каком периоде?; 

3) Какие финансово-хозяйственные операции могли повлиять/повлияли на ухудшение показателей хозяйственной деятельности ООО «Интарсия» в периоде, указанном в вопросе №2? 

4) Какие финансово-хозяйственные операции после периода ухудшения показателей хозяйственной деятельности (вопрос №2) могли снизить/снизили ликвидность активов ООО «Интарсия»? 

5) Какой экономический эффект сформировался у ООО «Интарсия» в результате сделок, совершённых в период с 2012 по 2015, со следующими контрагентами: ООО «РК Интарсия» (ИНН 7813395340), ООО «АБ АМ-ИНТАРСИЯ» (ИНН 7813386089), ООО «Лесал-Инвест» (ИНН 7804464929), ООО «Нифорно-Инвест» (ИНН 7804474243), ООО «Ветбэкс» (ИНН 4707019116), ООО «Прибрежный» (ИНН 7839424846), ООО «Ф.Ф.Р.» (ИНН 7802402878), ООО «Трансепт групп» (ранее ООО «СК «Интарсия») (ИНН 7813355612), ООО «Реал-Про» (ИНН 7841502467), а также Смирновой Т.В. (ИНН 78101530839), Смирновой О.Г. (ИНН 780700053304), Смирновым С.В. (ИНН 784001698040) и Лебедь И.А. (ИНН 780601360054)? 

6) Повлияли ли сделки с перечисленными в вопросе №5 контрагентами на ухудшение/существенное ухудшение финансового положения ООО «Интарсия»?

Так, отвечая на первый вопрос, эксперт в заключении от 11.01.2011              №20-56-А56-67582/2015/суб.2 от 11.01.2021 указал на то, что поскольку в третьем квартале 2012 года произошло существенное ухудшение финансового состояния ООО «Интарсия», утрата платежеспособности и (или) возникновение признаков несостоятельности (банкротства) ООО «Интарсия», то в результате предъявления требования в четвёртом квартале 2012 года о расторжении договора от 29.10.2009 №65 на генподряд с ЗАО «Тристар Инвестмент Холдингс» и возврате неотработанного аванса возникла невозможность организации в полном объёме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного объёма обязательств над реальной стоимостью активов, объективное банкротство наступило в четвёртом квартале 2012 года (заключение представлено в электронном виде к ходатайству заявителя, поданного через систему «Мой Арбитр» 02.02.2021; том дела 10, листы 11-12).

Согласно ответу на второй вопрос в результате анализа бухгалтерской (финансовой) отчётности ООО «Интарсия» за период с 2012 года по 2015 год признаки преднамеренного банкротства должника имеются в третьем квартале 2012 года. Существенное ухудшение финансового состояния должника произошло в третьем квартале 2012 года в результате снижения ряда показателей, предоставления займов ООО «РК Интарсия» и ООО «Прибрежный» по ставке 0,15, приобретение автомобиля в счёт беспроцентного займа за Смирнову Т.В., а также благотворительного взноса, осуществлённых на условиях, отличающихся от рыночных. Эксперт выявил ряд экономически необоснованных финансово-хозяйственных операций за период с 2013 года по 2015 год, которые привели к дальнейшему ухудшению финансово-экономической ситуации ООО «Интарсия». При этом проанализировав значения и динамику коэффициентов, характеризующих платежеспособность должника, эксперт признал отсутствие признаков фиктивного банкротства организации.

В соответствии с ответом на третий поставленный судом вопрос эксперт пояснил, что финансово-хозяйственные операции, которые могли повлиять/повлияли на ухудшение показателей финансово-хозяйственной деятельности общества в третьем квартале 2012 года отражены в исследовательской части заключения, общая величина таких операций составила 341 561 109 руб.

Общая величина финансово-хозяйственных операций после периода ухудшения показателей хозяйственной деятельности (вопрос №2), которые могли снизить/снизили ликвидность активов ООО «Интарсия» после третьего квартала 2012 года, описаны в исследовательской части заключения, а их величина составила 4 140 756 439 руб. (ответ на четвёртый вопрос).

То обстоятельство, что признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества должника для удовлетворения в полном объёме требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей, а также наступление объективного банкротства ООО «Интарсия» возникли не позднее 4 квартала 2012 года, подтверждается анализом финансового состояния ООО «Интарсия», проведённым конкурсным управляющим Николаевым А.Р. за период с 01.01.2012 по 31.12.2015 с привлечением аудиторской организации ООО «Эдвайзгруп Аудит»;  отчётом по результатам анализа деятельности ООО «Интарсия» за 2012 год, выполненным компанией Объединенная Консалтинговая Группа (ОКГ) на основании договора №002-К/2013.

Так, в анализе финансового состояния ООО «Интарсия», выполненного конкурсным управляющим Николаевым А.Р. за период с 01.01.2012 по 31.12.2015 с привлечением аудиторской организации ООО «Эдвайзгруп Аудит», отражено, что, исходя из скорректированной бухгалтерской отчётности должника за три года, предшествующие году принятия заявления о банкротстве (то есть с 2012 года по 2014 год включительно), по итогам каждого из этих периодов формировался отрицательный финансовый результата, чистые активы составляли отрицательную величину (представлен в электронном виде с ходатайством от 11.02.2021; том дела 10, листы 32-35). Отрицательные чистые активы в бухгалтерском учёте образуются вследствие превышения суммы обязательств субъекта учёта над его активами. Наличие отрицательных активов означает, что финансовое положение компании отвечает признакам недостаточности имущества. Финансовое положение ООО «Интарсия» характеризовалось недостаточностью имущества с первого квартала 2012 года и оставалось таковым в течение всего последующего времени до банкротства должника. 

В соответствии со статьёй 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела (часть 1). В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы (часть 2).

Таким образом, по своему содержанию доказательства разграничиваются на прямые и косвенные. В любом случае определяющим является возможность суда на основании их оценки установить значимые для разрешения спора обстоятельства.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ выше перечисленные документы, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции, что они отвечают критериям относимости и допустимости доказательств по делу (статьи 67 и 68 АПК РФ).

В свою очередь, представленные ответчиками рецензии, заключения на заключение эксперта от 11.01.2021 содержат лишь субъективное мнение лиц, которые не предупреждались об уголовной ответственности, не исследовали и не анализировали документы, положенные в основу представленных заявителем и конкурсным управляющим документов (том материалов дела 10, листы 97-105). 

Кроме того, ООО «ФасадСтройСервис»  также представило в материалы дела отчёт независимого аудитора от 01.02.2021 на заключение эксперта от 11.01.2021, которое подтвердило правильность выводов эксперта (том материалов дела 9, листы 264-270).

Правильность выводов эксперта, а также сведений представленных анализов подтверждается и ниже изложенным.

Исходя из представленных в материалы дела бухгалтерских балансов должника, в период с 2013 года по 2015 год имело место существенное снижение показателей активов общества, стоимость основных средств уменьшилась с 22 680 000 руб. до 3 575 000 руб. по состоянию на 31.12.2012 стоимость отражённых в бухгалтерском балансе основных средств составляла 286 236 000 руб., по итогам 2011 года -  442 351 000 руб. 

Большую часть стоимости активов, отражённых в бухгалтерских балансах за 2013 – 2015 годы составляла дебиторская задолженность. Вместе с тем, по результатам проведения мероприятий в процедуре банкротства, анализа финансово-хозяйственной деятельности должника, инвентаризации расчётов с кредиторами и имущества должника, были получены сведения о фактической невозможности взыскания большей части указанных в бухгалтерской отчётности сумм дебиторской задолженности. 

В соответствии с отчётом по результатам анализа деятельности ООО «Интарсия» за 2012 год, выполненным компанией Объединенная Консалтинговая Группа, дебиторская задолженность представляется проблемной ко взысканию, вывод о реальной дебиторской задолженности перед должником не представляется возможным. Таким образом, дебиторская задолженность, отражённая в бухгалтерском балансе должника, не обладала признаками ликвидного актива, способного обеспечить погашение растущей у общества кредиторской задолженности.

Иные активы - основные средства и запасы, стоимость которых отражена в балансах, вообще не обнаружены. Отсутствие материальных ценностей, сотрудников, документов, необходимых для осуществления нормальной финансово-хозяйственной деятельности подтверждено Рыжовым Д.В. при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Ответчики, в период деятельности которых были составлены указанные выше документы бухгалтерской отчетности, указанных выше обстоятельств не опровергли, оснований выбытия указанных активов, если они имелись, не раскрыли. 

Между тем, исходя из полученных в результате осуществления мероприятий процедуры наблюдения и в ходе конкурсного производства сведений, стоимости имущества, реально имеющегося в наличии у должника с четвёртого квартала 2012 года, было недостаточно для осуществления расчетов с кредиторами. Обоснования возможности произвести погашение предъявленных к должнику в течение указанного периода требований за счёт прибыли от хозяйственной деятельности, в том числе исполнения государственных контрактов, ответчиками не представлено.   

Наоборот, материалами дела подтверждено систематическое неисполнение должником обязательств перед кредиторами с октября 2012 года и до момента обращения ООО «ИСК НКС» в суд с заявлением о несостоятельности должника, что подтверждается, в частности, вступившими в законную силу судебными актами о взыскании задолженности с ООО «Интарсия» в пользу кредиторов,  а также данными реестра кредиторов должника. Так, были нарушены обязательства перед кредиторами: ООО «Арсенал» (взыскание задолженности в деле №А56-55350/2014); ЗАО «Геострой» (взыскание задолженности в деле  №А56-19690/2014); ЗАО «ПетроЭлектроКомплекс» (взыскание задолженности в деле №А56-17599/2015); ООО «Балтик Инвест» (взыскание задолженности в деле №А56-16109/2015); ООО «Массар» (взыскание задолженности в деле №А56-58187/2015); АО «ВИСКО» (взыскание задолженности в деле №А56-43897/2015); ООО «СК «Базис»; ООО «Компания Петербургские двери» (взыскание задолженности в деле №А56-29274/2015); ООО «ФасадСтройСервис». Перечисленные обстоятельства зафиксированы во вступившем в законную силу определении суда от 25.01.2018 по обособленному спору №А56-67582/2015/сд.2.

При этом задолженность возникла, начиная с 2013 года, вследствие уклонения должником от подписания актов приёма-передачи оборудования, выполненных работ со ссылкой на обнаружение недостатков, что впоследствии не было подтверждено в судебном порядке. Такое поведение общества влекло увеличение его обязательств в результате начисления ему пени, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Кроме того, у должника по состоянию на 08.10.2012 имелись неисполненные обязательства на значительную сумму перед кредитором ЗАО «Тристар Инвестмент Холдингс», с которым 29.10.2009 заключён контракт на выполнение генподрядных работ №65; задолженность возникла в связи с предъявлением названным кредитором требования о расторжении контракта, выплате неосновательного обогащения, неустойки и убытков. Соответствующие обязательства не исполнены до момента возбуждения в отношении общества процедуры банкротства и включены в реестр.   

Суд первой инстанции верно указал на то, что в целях установления наличия или отсутствия признака неплатежеспособности должника следует исходить из даты возникновения обязательств перед указанными кредиторами, а не даты вынесения судебного акта об установлении соответствующей задолженности.  

Одновременно в период осуществления Московских В.А. полномочий генерального директора должника расчёты производились преимущественно с аффилированными с обществом лицами. 

Апелляционный суд полагает, что наличие у должника в исследуемый период заключённых государственных контрактов не свидетельствует о платежеспособности организации, тем более, что само исполнение контрактов не влечёт априорно получение чистой прибыли в размере цены контрактов. Исполнение контракта предполагает несение затрат, в том числе на оплату труда, налогов, на приобретение строительных материалов, использование строительной техники, оплате неустойки в случае ненадлежащего исполнения обязательств и т.д. 

В условиях состязательности процесса ответчики не доказали того, что полученные в результате выполнения этих контрактов денежные средства обеспечили погашение требований контрагентов по неисполненным должником обязательствам. 

Кроме того, Московских В.А. не опроверг и того, что основная часть контрактов заключена в 2011-2012 года. В 2014 году общество подписало три контракта на общую сумму 8 591 500 руб., при том, что в 2013 году расторгнуто четыре контракта на общую сумму 3 920 248 592,38 руб., в 2014 году расторгнуто три контракта на общую сумму 475 740 778,38 руб.

Проанализировав всё выше изложенное, суд первой инстанции правомерно признал, что не позднее 4 квартала 2012 года у должника возникли признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, о чём контролирующие должника лица должны были узнать при формировании промежуточной бухгалтерской отчётности в соответствии с пунктом 4 статьи 15 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учёте» с учётом даты вступления в должность.

При таком положении суд апелляционной инстанции критически относится к доводу Московских В.А. о том, что суд первой инстанции не установил конкретный момент времени, когда у должника возникли признаки неплатежеспособности.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

В данном случае указанная обязанность должна была быть исполнена Московских В.А. не позднее 08.05.2013.

Касательно Рыжова Д.В. суд первой инстанции установил, что он до вступления в должность в качестве генерального директора общества являлся заместителем генерального директора по плановой и правовой работе, а потому, исходя из его функциональных обязанностей, осведомлённость о реальном финансовом положении должника на момент своего назначения на должность не требует какого-либо специального доказывания.

Рыжов Д.В. осуществлял полномочия генерального директора с 06.10.2015 по 17.03.2016, а не по 06.02.2016, как он указывает. Данное обстоятельство подтверждается его заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 954 010 руб. 53 коп., что представляет собой задолженность по заработной плате с 01.01.2016 по 17.03.2016, копией трудовой книжки, приказом о прекращении (расторжении) трудового договора от 16.03.2016, согласно которому он уволен с 17.03.2016, расчётным листком за март 2016 года (том материалов дела 7, листы 15-19, 20-23).

При рассмотрении обособленного спора №А56-67582/2015/и.д.5 суд констатировал, что, будучи заместителем генерального директора по плановой и правовой работе ООО «Интарсия», Рыжов Д.В. не мог не использовать в своей деятельности первичную документацию должника, доступ к которой имел, в том числе в целях осуществления «работы с задолженностью». Имея доступ к документации должника, Рыжов Д.В. не мог не осознавать масштаб и объёмы деятельности общества. 

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод Рыжова Д.В. об отсутствии у него необходимости подачи в суд заявления о банкротстве должника в связи с тем, что в суде уже имелось соответствующее заявление кредитора, поступившее до назначения Рыжова Д.В. генеральным директором общества. Приведённое обстоятельство не освобождало Рыжова Д.В. от исполнения предусмотренной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанности, до момента установления обоснованности заявления кредитора, возможность обращения должника с заявлением о банкротстве не была утрачена.  

Приняв во внимание такие фактические обстоятельства, апелляционный суд поддерживает позицию суда о том, что Московских В.А. и Рыжовым Д.В. нарушена обязанность, закреплённая пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, что является основанием для применения к ним субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, по требованиям кредиторов, возникших после наступления такой обязанности. 

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в спорный период, закреплено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств,  в том числе:

- причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Апелляционный суд полагает, что определение суда от 28.03.2019 по обособленному спору №А56-67582/2015/и.д.5, оставленное без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2019, не подтверждает доводы подателей жалоб о надлежащем исполнении Московских В.А. как руководителем организации, а также Лебедь И.А. обязанности в части сохранения документации, её передаче конкурсному управляющему. 

Так, в рамках поименованного обособленного спора подтверждено, что при смене руководителей ООО «Интарсия» инвентаризация и передача имущества должника и документации от Смирнова В.Г. новому руководителю – Московских В.А., и затем от Московских В.А. - Рыжову Д.В. не производилась. Суд на основании полученных пояснений Лебедь И.А., Московских В.А. посчитал, что фактически документация постоянно находилась в ООО «Интарсия» либо в его структурных подразделениях, что соответствовало утверждённому внутреннему распорядку ООО «Интарсия» и являлось обычным для хозяйственной деятельности значительной по масштабам подрядной организации, обслуживающей крупных заказчиков. Суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что имело место бездействие конкурсного управляющего, выраженное в отказе от исследования и оценки документов, находящихся у третьих лиц, которое является злоупотреблением правом, поскольку до анализа имеющихся материалов, о местонахождении которых сообщено ответчиками, вывод о ненадлежащем исполнении бывшими руководителями должника обязанности, предусмотренной статьей 126 Закона о банкротстве, невозможен.

Вместе с тем, в рамках настоящего спора не выявлено лицо, которое осуществляло функции по приёму документов в архив, по обеспечению их сохранности, а также по последующей передаче, в том числе и в ходе банкротства. Означенное обстоятельство подтверждается и тем, что Московских В.А. не организовал передачу документов Рыжову Д.В., а последний не имел сведений не только о составе документации, но и её месте нахождения. Об этом свидетельствует и то, что Рыжов Д.В. направлял запросы Московсиких В.А., однако, при наличии утверждённых локальных актов о размещении документации на хранении в специально определённых местах Рыжов Д.В. обязан был осуществить контроль наличия либо отсутствия документов в этих местах с привлечением ответственного лица и путём направления запросов иным лицам, а уже только потом при необнаружении документации обратиться к Московских В.А. с требованием о её передаче. 

При рассмотрении обособленного спора №А56-67582/2015/и.д.5 Лебедь И.А., опрошенная в качестве свидетеля, подтвердила, что в её обязанности как главного бухгалтера организации входило ведение и хранение бухгалтерской документации. Лебедь И.А. также указала, что в ООО «Интарсия» порядок хранения документов соответствовал утверждённым Положениям о документообороте и об архиве (том дела 2, листы 56-75, 77-83): первичная документация сканировалась, вводилась в базу данных «1С Бухгалтерия», по истечении каждого календарного года вся документация собиралась, проходила аудиторскую проверку, далее сдавалась в архив, расположенный в арендованном помещении по адресу: Санкт-Петербург, Трамвайный пер., д. 15 (арендодатель – ООО «Нифорно-Инвест»). Передача документов представляла собой формирование коробок с документацией, которые подписывались и передавались начальнику архива по акту, который впоследствии присваивал им нумерацию, производил опись и все необходимые мероприятия в целях учета и хранения документов. При необходимости получения документов, сотрудники ООО «Интарсия» готовили запросы на имя начальника архива о предоставлении документов, как было сделано, например, при проведении следственных мероприятий по выемке рабочей и иной документации правоохранительными органами. Кроме того, вся документация сканировалась, электронные образы документов хранились на сервере ООО «Интарсия» по адресу: Санкт-Петербург, ул. Чайковского, д. 29 вплоть до увольнения Лебедь И.А., доступ к серверам имелся, доступ к переданным в архив на хранение документам имелся только у лица, занимающего должность начальника архива. Лебедь И.А. также пояснила, что на момент увольнения Московских В.А., по имеющимся у неё сведениям, вся бухгалтерская документация хранилась в архиве.

В силу пункта 27 Положения проведение инвентаризации обязательно, в частности, при реорганизации или ликвидации организации, при смене материально ответственных лиц. 

Согласно статье 227 Трудового Кодекса Российской Федерации генеральный директор является материально ответственным лицом. 

В соответствии с пунктом 2.10 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств (утвержденных Приказом Минфина РФ от 13.06.1995 № 49) при проверке фактического наличия имущества в случае смены материально ответственных лиц принявший имущество расписывается в описи в получении, а сдавший – в сдаче этого имущества.

Однако никаких описей обнаружено не было.

В рамках обособленного спора №А56-67582/2015/и.д.5 Лебедь И.А. подтвердила, что по адресу местонахождения ООО «Ветбэкс» осуществлялось хранение только материальных ценностей (в г. Кингиссепе), а по адресу ООО «Нифорно-Инвест» (ул. Трамвайная) – производилось хранение документов. Основанием нахождения по указанным адресам имущества и документации должника являлись договоры аренды, которые заключались на 11 месяцев, а впоследствии сроки аренды продлевались.

Вместе с тем, помещения, использованные для хранения документации, находились у общества на праве аренды или субаренды на основании договоров, которые прекратили своё действие в период деятельности Московских В.А.

Так, помещение по адресу: Санкт-Петербург, ул.Чайковского, д.29, использовалось должником на праве субаренды до 01.07.2015. При этом ООО «Лесал-Инвест» письмом от 23.10.2018 направило перечень документов, брошенных ООО «Интарсия» при освобождении арендованных помещений в 2015 году. 

В отношении помещения по адресу: Санкт-Петербург, Трамвайный пер., д.32, полученного должником по договору аренды от 31.08.2013 №245 сроком действия до 31.07.2014 установлено, что последняя оплата по нему произведена 23.07.2013 за период с августа по ноябрь 2013 года. В дальнейшем платежи не осуществлялись, при этом не имеется доказательств предъявления арендодателем претензий по оплате арендной платы после ноября 2013 года. Исходя из ответа ООО «Нифорно-Инвест» от 18.02.2020, документы и материальные ценности ООО «Интарсия» по соответствующему адресу отсутствуют.

Касаемо помещения по адресу: Ленинградская область, г.Кингисепп, ул.Заречная, д.1, договора аренды в письменном виде выявлено не было, однако, банковскими выписками подтверждено осуществление оплат в период с 28.07.2010 по 20.12.2013. В соответствии с письмом ООО «Ветбэкс» от 19.10.2018 должник расторг договор аренды в сентябре 2014 года, но своё имущество, в том числе документы, полностью не вывез.

В составе полученных конкурсным управляющим документов по адресам: Санкт-Петербург, ул.Чайковского, д.29, Ленинградская область, г.Кингисепп, ул.Заречная, д.1, отсутствовали первичные бухгалтерские документы, позволяющие провести качественный анализ финансово-экономической деятельности должника.

Не обнаружены и документы, свидетельствующие о проведении какой-либо аудиторской проверки документации либо финансово-хозяйственной деятельности должника.

Эти обстоятельства не устанавливались при рассмотрении обособленных споров №А56-67582/2015/и.д.5, А56-67582/2015/и.д. 

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что отказ судов конкурсному управляющему Чижову М.Н. в ходатайстве об истребовании документов, материальных и иных ценностей у бывших руководителей должника, в частности Московских В.А. по обособленному спору №А56-67582/2015/и.д.5 обусловлено бездействием самого конкурсного управляющего, который не предпринял мер по проверке доводов ответчиков о хранении документации по выше приведённым адресам. 

Таким образом, Московских В.А., Рыжовым Д.В. Лебедь И.А. не исполнили прямо закреплённую в статье 7 Закона о бухгалтерском учёте обязанность по обеспечению сохранности документации должника и её надлежащей передаче конкурсному управляющему

В материалах дела отсутствуют доказательства и того, что Московских В.А., Рыжов Д.В. Лебедь И.А. принимали меры не только по сохранности документов бухгалтерского учёта, но, прежде всего, по их правильному и корректному оформлению с отражением сведений, соответствующих действительному финансово-хозяйственному состоянию организации.

Рыжов Д.В., приступив к исполнению обязанностей генерального директора, не осуществил проверку наличия либо отсутствия первичной документации, не провёл инвентаризацию имущества. Наличие приказа за 2015 год о проведении инвентаризации, изданного Рыжовым Д.В., проведение которой поручено Лебедь И.А., не подтверждает принятие им мер по инвентаризации имущества. В рамках обособленного спора №А56-67582/2015/и.д.5 Лебедь И.А. как свидетель отрицала факт ознакомления с этим приказом, равно как и с последующим приказом о привлечении её к дисциплинарной ответственности за непроведение инвентаризации. 

Более того, Рыжов Д.В., согласившись на замещение должности руководителя ООО «Интарсия», не мог не осознавать, что для выполнения возложенных на него задач ему потребуется определённый перечень документов, штампов, печатей для продолжения хозяйственной деятельности.

Материалами дела подтверждается и то, что именно Рыжов Д.В. подписал бухгалтерский баланс за 2015 год, представленный в налоговый орган, в котором отражено наличие на балансе должника основных средств, денежных средств, запасов, прочих оборотных активов (том материалов дела 6, листы 130-137). 

Суд апелляционной инстанции критически относится к суждению Рыжова Д.В., что по состоянию на 28.03.2016 он уже не являлся генеральным директором должника, а следовательно, и не мог учинить подпись на поименованном выше документе. Исходя из этого баланса, дата 28.03.2016 отражена как дата отправки по почте или ТКС, а также поступления в инспекцию. 

Более того, в обособленном споре №А56-67582/2015/и.д.5 Лебедь И.А. как свидетель подтвердила, что бухгалтерский баланс за 2015 год подписан именно Рыжовым Д.В. Являясь участником поименованного спора, Рыжов Д.В. не оспорил соответствующие объяснения Лебедь И.А.

Следовательно, Рыжов Д.В., достоверно зная об отсутствии у должника каких-либо активов, посчитал возможным подписать бухгалтерский баланс за 2015 год, содержащий сведения, противоречащие действительности.

Относительно наличия оснований для привлечения Лебедь И.А. к субсидиарной ответственности суд первой инстанции обоснованно принял во внимание следующее.

Ранее действовавшим законодательством не сформулировано понятие контролирующего должника лица, в связи с чем возможно применение по аналогии разъяснений действующих положений главы III.2 Закона о банкротстве, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление №53), применительно к понятиям, аналогичным ранее предусмотренным статьей 10 Закона о банкротстве.  

В силу пункта 3 постановления №53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Суд устанавливает степень вовлечённости лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Суд первой инстанции установил, что Лебедь И.А. с 01.01.2002 являлась главным бухгалтером в ООО «Интарсия» и ООО «РК Интарсия» в разные периоды на постоянной основе и по совместительству. Лебедь И.А., являясь лицом, ответственным за отражение фактов совершения обществом хозяйственных операций в бухгалтерском учёте должника (главный бухгалтер), допустила искажения бухгалтерской отчётности. Означенное подтверждается пояснениями Лебедь И.А. при рассмотрении обособленного спора №А56-67582/2015/и.д.5, из которых следует, что составление бухгалтерского баланса общества за 2015 год производилось не на основании первичных документов бухгалтерского учёта, подтверждающих совершение соответствующих хозяйственных операций, а лишь по сведениям, имеющимся в электронной базе данных должника, достоверность которых никем не подтверждена. Искажение документов бухгалтерской отчетности за периоды до 2015 года следует из приведенных выше обстоятельств отсутствия у общества активов, стоимость которых отражена в его бухгалтерской отчётности. Суд апелляционной инстанции дополнительно принимает во внимание отсутствие мотивированных пояснений Лебедь И.А. о том, какие конкретно основные средства, материальные активы, запасы имелись у должника, об их последующей судьбе с учётом того, что они не были обнаружены ни Рыжовым Д.В., ни конкурсным управляющим. Несоответствующие действительности сведения отражены в бухгалтерской отчётности за предыдущие периоды, начиная с 2012 года.

Проанализировав всё выше перечисленное, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда о том, что ответчиками не опровергнута презумпция их вины, включая Лебедь И.А. как лица, ответственного за ведение документов бухгалтерского и финансового учёта и составление достоверной отчётности, в несостоятельности должника в связи с отсутствием документов, касающихся его финансовой деятельности, необходимых для формирования конкурсной массы, и с учетом бездействия ответчиков в условиях наличия у общества объективных признаков банкротства, в части надлежащей организации его текущей деятельности.

Другие причины, действительно повлекшие банкротство должника, равно как и добросовестное и разумное поведение ответчиков как контролирующих лиц общества при исполнении возложенных на них должностных функций не нашли своего подтверждения при рассмотрении спора. Совместное бездействие ответчиков привело к окончательному прекращению деятельности ООО «Интарсия», увеличению его долговой нагрузки и, в конечном итоге, признанию должника банкротом. Данные обстоятельства правомерно признаны судом достаточными для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по основаниям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции правомерно отклонил доводы ответчиков и третьего лица о пропуске заявителем срока исковой давности. 

Законом №134-ФЗ в статью 10 Закона о банкротстве были внесены изменения, в том числе, касающиеся срока исковой давности, которые вступили в силу 30.06.2013.

Срок исковой давности, предусмотренный пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона №134-ФЗ, составлял один год и подлежал исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трёх лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. Данная применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ); трёхлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Согласно части 4 статьи 3 АПК РФ судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и совершения отдельного процессуального действия.

При этом действие во времени норм материального права, подчиняется иным правилам, установленным пунктом 1 статьи 4 ГК РФ. Согласно этим правилам акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда РФ, в частности изложенных в Постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П, преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 ГК РФ. Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его в действие; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие.

Согласно части 1 статьи 54 Конституции РФ закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Как уже приводилось выше, к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности.

В силу названных положений указание части 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ о рассмотрении всех заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, поданных после 01.07.2017, по правилам Закона о банкротстве в редакции этого Закона не применяется в части материальных норм к заявлениям, предметом которых являются действия и обстоятельства, имевшие место до вступления в силу указанного Закона.

При этом нормы о сроке обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности являются нормами материального права и представляют собой специальный срок исковой давности, установленный Законом о банкротстве.

В этой связи нормы Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ (пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве) о сроке обращения в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности не могут применяться к заявлениям, предметом которых являются действия и обстоятельства, имевшие место до вступления в силу указанного Закона.

Как верно указал суд первой инстанции, ООО «ФасадСтройСервис», будучи независимым кредитором должника, могло узнать об обстоятельствах, связанных с хранением документации, её полнотой и достоверностью только при рассмотрении обособленного спора №А56-67582/2015/и.д.5, а также по результатам проведённого 30.08.2019 собрания кредиторов. 

Выше уже приведено, что ответчики не обеспечили сохранность документации в полном объёме в соответствии с требованиями действующего законодательства, а в обнаруженной документации сведения носили искажённый характер.

Вступившим в законную силу определением от 17.07.2020 по обособленном спору №А56-67582/2015/ж.1 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области удовлетворил жалобы ООО «ФасадСтройСервис» на действия (бездействие) конкурсного управляющего ООО «Интарсия» Чижова М.Н., признав незаконными действия (бездействия) названного субъекта, выразившиеся, в частности в отсутствии своевременных и достоверных публикаций сведений о ходе банкротства в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (на официальном сайте ЕФРСБ); - непредоставлении комитету кредиторов отчетов о своей деятельности, информации о финансовом состоянии ООО «Интарсия» и его имуществе в ходе конкурсного производства; непроведении собраний кредиторов ООО «Интарсия» в сроки, установленные решением, принятым собранием кредиторов 08.12.2016; - отсутствии мотивированного заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника на основе полноценного анализа его сделок. 

Совокупность приведённых обстоятельств свидетельствует об отсутствии у кредитора объективной возможности предъявить в суд требование о привлечении Московских В.А., Рыжова Д.В., Лебедь И.А. по заявленным основаниям в более ранний срок в связи с отсутствием необходимой осведомлённости об этом. Обращение в суд последовало в течение разумного периода после выяснения и подтверждения обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для подачи заявления о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности.

При таком положении суд первой инстанции правомерно выявил основания и для восстановления заявителю срока для обращения за защитой нарушенного права, отклонив доводы ответчиков и третьего лица в соответствующей части.

Оценив всё выше перечисленное, суд первой инстанции сделал верный вывод о наличии правовых и фактических оснований для привлечения Московских В.А., Рыжова Д.В., Лебедь И.А. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановил производство по обособленному спору части установления размера субсидиарной ответственности в связи с тем, что конкурсная масса до настоящего времени окончательно не сформирована.

Учитывая изложенное, определение суда как законное и обоснованное отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 19.03.2021 по делу №  А56-67582/2015/суб.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.А. Морозова

Судьи

 

С.А. Нестеров

 И.В. Юрков