АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-10904/2021

Дело № А65-9661/2021

г. Казань

26 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 сентября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Петрушкина В.А.,

судей Коноплевой М.В., Фатхутдиновой А.Ф.,

при участии представителей:

общества с ограниченной ответственностью «Торговый центр «Бусиново» – ФИО1 (доверенность от 19.06.2023),

акционерного общества «Райффайзенбанк» – ФИО2 (доверенность от 05.10.2020 № 005884.2020),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  акционерного общества «Райффайзенбанк», г. Москва,

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2023,

по делу № А65-9661/2021

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Торговый центр «Бусиново», г. Москва, о включении в реестр требований кредиторов должника, поданному в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис», г. Лениногорск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.04.2021 возбуждено производство по делу № А65-9661/2021 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Спецстройсервис», Лениногорский район, г. Лениногорск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее по тексту – ООО «Спецстройсервис», должник).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2021 по делу № А65-9661/2021 заявление акционерного общества «Холдинговая компания «Капитал» (далее по тексту – АО «ХК «Капитал») об истребовании документов оставлено без удовлетворения. Заявление общества с ограниченной ответственностью «Верона», Лениногорский район Республики Татарстан, г. Лениногорск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о проведении процессуального правопреемства оставлено без удовлетворения. Заявление  общества с ограниченной ответственностью «Верона», Лениногорский район Республики Татарстан, г. Лениногорск (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о прекращении производства по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Феникс», г. Москва (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о признании ООО «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) оставлено без удовлетворения. Заявление общества с ограниченной ответственностью «ВИВ ЛТД», г. Москва (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), о проведении процессуального правопреемства оставлено без удовлетворения. В признании ООО «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) отказано, заявление общества с ограниченной ответственностью «Феникс» о признании ООО «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения. В порядке процессуального правопреемства произведена замена заявителя по делу № А65-9661/2021 общества с ограниченной ответственностью «Феникс» на общество с ограниченной ответственностью «Татвоздух», п. Подлесный Бугульминского района Республики Татарстан (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>). Заявление общества с ограниченной ответственностью «Татвоздух» о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, оставлено без удовлетворения. Заявление общества с ограниченной ответственностью «Татвоздух» о прекращении производства по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Феникс» о признании ООО «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) оставлено без удовлетворения. 

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2021 по делу № А65-9661/2021 в части отказа в признании ООО «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) и оставления заявления общества с ограниченной ответственностью «Феникс» о признании ООО «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) без рассмотрения отменено. В отменной части принят новый судебный акт о признании заявления общества с ограниченной ответственностью «Татвоздух» (правопреемник общества с ограниченной ответственностью «Феникс») обоснованным и введении в отношении должника процедуры наблюдения. Требование общества с ограниченной ответственностью «Татвоздух» в размере 1 412 723 руб. 67 коп., в том числе 1 385 864 руб. 67 коп. основного долга и 26 859 руб. расходов по оплате государственной пошлины включено в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Спецстройсервис». Вопрос об утверждении кандидатуры временного управляющего направлен в Арбитражный суд Республики Татарстан. В остальной части решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2021 по делу № А65-9661/2021 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 19.05.2022 постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2021 по делу № А65-9661/2021 оставлено без изменения.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2021 по делу № А65-9661/2021 назначено судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении кандидатуры временного управляющего ООО «Спецстройсервис».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.03.2022, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2022 по делу № А65-9661/2021, временным управляющим ООО «Спецстройсервис» утвержден ФИО3, являющийся членом саморегулируемой организации – союза арбитражных управляющих «Континент».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 22.04.2022 (дата регистрации в системе «Мой арбитр») поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Торговый центр «Бусиново» (далее по тексту – ООО «ТЦ «Бусиново») о включении требования в размере 322 870 097 руб. 42 коп. в реестр требований кредиторов ООО «Спецстройсервис».

В порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Уралстройнефть» (далее по тексту – ООО «Уралстройнефть»), конкурсный управляющий ФИО4, общество с ограниченной ответственностью «Инбанк» (далее по тексту – ООО «Инбанк»), общество с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «Нижний» (далее по тексту – ООО «ИК «Нижний»), ФИО5.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2023 оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2023 по делу № А65-9661/2021, требование ООО «ТЦ «Бусиново» в размере 299 213 200 руб. 60 коп. долга и 12 381 023 руб. 79 коп. процентов включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Спецстройсервис». В удовлетворении остальной части требования отказано.  

Не согласившись с состоявшимися по делу судебными актами акционерное общество «Райффайзенбанк» (далее по тексту – АО «Райффайзенбанк», заявитель) обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просило обжалуемые судебные акты отменить как принятые с нарушением норм действующего законодательства и основанные на неполном выяснении фактических обстоятельств по делу, отказать в удовлетворении заявления ООО «ТЦ «Бусиново» о включении требования в составе третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Спецстройсервис», удовлетворить заявление кредитора и признать заявленное требование подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты). В обоснование кассационной жалобы заявителем указано на наличие аффилированности, злоупотребление правом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и отсутствие экономической целесообразности в заключении сделки.

В судебном заседании представитель АО «Райффайзенбанк» поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе. 

Представитель ООО «ТЦ «Бусиново» поддержал доводы, изложенные в письменном отзыве на кассационную жалобу. Просил судебные акты первой и апелляционной инстанций оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу статьи 284 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы. Информация о принятии кассационной жалобы к производству, движении дела, времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://faspo.arbitr.ru/ и в информационной системе «Картотека арбитражных дел» - kad.arbitr.ru в порядке, предусмотренном статьей 121 АПК РФ.

Проверив законность оспариваемых судебных актов, обоснованность доводов, содержащихся в кассационной жалобе, отзыве на нее, заслушав лиц, участвующих в деле, Арбитражный суд Поволжского округа считает, что обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 21.12.2020 между ООО «Инбанк» (банк) и ООО «Спецстройсервис» (заемщик) заключен договор о возобновляемом кредите № ДВК-474 (далее по тексту – кредитный договор). В соответствии с условиями пункта 1.1 кредитного договора, на основании взаимных обязательств и экономической ответственности сторон банк обязуется под согласованное сторонами обеспечение предоставить заемщику денежные средства (возобновляемый кредит) в пределах лимита задолженности на сумму 300 000 000 руб. на срок с 21.12.2020 по 21.06.2022, включительно, с начислением процентов за пользование кредитом из расчета 10,5 % годовых, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. Погашение кредита (траншей кредита) осуществляется в срок(и), указанный(ые) в письменных заявках заемщика, поименованных в пункте 2.1 кредитного договора, но в любом случае не позднее 21.06.2022 включительно. В соответствии с пунктом 7.7 кредитного договора банк вправе в любое время после предоставления кредита уступать свои права требования и переводить свои обязанности (долг) по договору полностью или частично любым третьим лицам без согласия заемщика. Заемщик не вправе уступать свои права или переводить обязанности (долг) по договору полностью или частично любым третьим лицам без письменного согласия банка.

Согласно выписке по расчетному счету № 

<

***> за период с 21.12.2020 по 04.10.2021 банк выплатил заемщику 299 213 200 руб. 60 коп. Транши на указанную сумму подтверждаются банковскими ордерами.

28.05.2021 между ООО «Инбанк» (цедент) и ООО «ИК «Нижний» (цессионарий) заключен договор уступки прав (требований) № Ц-474/ДВК (далее по тексту – договор цессии № 1), по условиям которого цедент уступает цессионарию, а цессионарий принимает все права (требования), принадлежащие цеденту по всем обязательствам, вытекающим из кредитного договора, существующие на момент перехода прав, определяемый согласно пункту 1.5 договора цессии № 1, включая права (требования) возврата невозвращенной части суммы кредита, уплаты неуплаченных процентов за пользование кредитом, уплаты неустоек (пени, штрафов) за ненадлежащее исполнение обязательств по кредитному договору, а также все иные, связанные с уступаемыми правами (требованиями) права. Общая сумма задолженности должника перед цедентом по кредитному договору с учетом дополнительных соглашений к нему и акта приема-передачи прав (требований) составляет 306 343 647 руб. 54 коп., из них: 299 213 200 руб. 60 коп. – сумма основного долга; 2 410 100 руб. 86 коп. – сумма процентов, начисленных за период с 01.05.2021 по 28.05.2021 включительно, 4 720 346 руб. 08 коп. – сумма процентов, начисленных за период с 29.05.2021 по 04.10.2021 включительно. Одновременно с переходом прав (требований) цедента к цессионарию, вытекающих из кредитного договора, к последнему переходят и права (требования) по договорам, обеспечивающим исполнение обязательств.

Актом приема-передачи от 07.10.2021 стороны договора цессии № 1 подтвердили, что датой передачи права требования ООО «ИК «Нижний» является 04.10.2021 – дата полной оплаты цены уступки  прав (требований) по договору, которая составляет 310 378 299 руб. 01 коп.

Впоследствии 04.10.2021 между ООО «ИК «Нижний» (цедент № 2) и ООО «ТЦ «Бусиново» (цессионарий № 2) заключен договор уступки прав требований (далее по тексту – договор цессии № 2), по условиям которого к цессионарию № 2 переходят права требования к должнику в размере 310 378 299 руб. 01 коп. Цена уступки прав требования определена сторонами в пункте 2.1. договора и составила 310 378 299 руб. 01 коп., которую цессионарий № 2 обязался внести не позднее 31.12.2021. Согласно пункту 3.1. договора права (требование) переходят к цессионарию № 2 в момент заключения договора. 

Таким образом, датой передачи прав требования по договору цессии № 2 является 04.10.2021.

В последующем 22.04.2022 ООО «ТЦ «Бусиново» обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о включении требования в размере 322 870 097 руб. 42 коп. задолженности, из них: 299 213 200 руб. 60 коп. основного долга и 23 656 896 руб. 82 коп. процентов в реестр требований кредиторов ООО «Спецстройсервис».

Признавая заявление ООО «ТЦ «Бусиново» обоснованным, а требование кредитора в размере 299 213 200 руб. 60 коп. долга и 12 381 023 руб. 79 коп. процентов подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Спецстройсервис», суды двух инстанций исходили из установления факта наличия задолженности по договору о возобновляемом кредите от 21.12.2020 № ДВК-474 и отсутствия предоставления должнику компенсационного финансирования.

Содержащиеся в судебных актах суда первой и апелляционной инстанций выводы, соответствуют материалам дела и действующему законодательству.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, установленным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В силу части 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (повышенный стандарт доказывания). Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора, но также исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

Верховный суд Российской Федерации последовательно отмечает, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо). Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

Предъявление к конкурирующим кредиторам повышенного стандарта доказывания привело бы к неравенству кредиторов. Для уравнивания кредиторов в правах арбитражный суд должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела. Процессуальная активность конкурирующих кредиторов при содействии арбитражных судов (пункт 3 статьи 9, пункты 2, 4 статьи 66 АПК РФ) позволяет эффективно пресекать злоупотребления (формирование фиктивной задолженности) и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475). Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Особо подчеркивается необходимость применения повышенного стандарта доказывания при оценке обоснованности требований заинтересованных по отношению к должнику кредиторов. Связано это, прежде всего, с тем, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами - собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо).

В пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее по тексту – Обзор судебной практики от 29.01.2020) указано, что требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Исходя из пункта 3.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Как указано в пункте 3.3 Обзора судебной практики от 29.01.2020, разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

При этом не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Согласно пункту 4 Обзора судебной практики от 29.01.2020 правовые подходы, касающиеся очередности удовлетворения требования контролирующего лица, изложенные в настоящем Обзоре, применимы и в ситуации, когда финансирование предоставляется несколькими аффилированными по отношению друг к другу лицами, в отдельности не контролирующими должника, но в совокупности имеющими возможность влиять на должника так же, как контролирующее лицо, если только они не докажут, что у каждого из них были собственные разумные экономические причины предоставления финансирования, отличные от мотивов предоставления компенсационного финансирования, то есть они действовали самостоятельно в отсутствие соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Как следует из пункта 6.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020, применимого в рассматриваемом случае, приобретая у независимого кредитора требование к должнику в такой ситуации, контролирующее лицо тем самым создавало условия для отсрочки погашения долга по кредитному договору, т.е. фактически профинансировало должника, предоставив ему возможность осуществлять предпринимательскую деятельность, не исполняя обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве).

На требование, полученное лицом, контролирующим должника, в условиях имущественного кризиса последнего, распространяется тот же режим удовлетворения, что и на требование о возврате компенсационного финансирования, - оно удовлетворяется в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Отличается ситуация, когда контролирующему лицу очевидно - должник исходя из своего имущественного положения не сможет исполнить обязательство тогда, когда наступит срок его исполнения. Иными словами, должник в момент уступки уже находился в ситуации имущественного кризиса, под которым понимается не только непосредственное наступление обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, но и ситуация, при которой их возникновение стало неизбежно.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, ООО «Риалти Центр» (ИНН 

<

***>) является участником ООО «Уралстройнефть» (ИНН 

<

***>) и владеет 70% доли от общего размера уставного капитала.

ООО «Риалти Центр» (ИНН 

<

***>) является участником ООО «Спецстройсервис» (ИНН 

<

***>) и владеет 70% доли от общего размера уставного капитала.

До 25.06.2021 ФИО6 (ИНН 

<

***>) являлась генеральным директором ООО «Риалти Центр» (ИНН 

<

***>).

До 07.07.2021 учредителем ООО «Риалти Центр» (71.96 % доли уставного капитала) являлся ООО «Офис Центр» (ИНН 

<

***>).

В свою очередь, с 24.08.2017 учредителем ООО «Офис-Центр» (ИНН 

<

***>) является ФИО5 (ИНН 

<

***>) (100% доля уставного капитала). Генеральным директором ООО «Офис-Центр» (ИНН 

<

***>) является ФИО6 (ИНН 

<

***>).

С 24.11.2017 ФИО5 (ИНН 

<

***>) является учредителем ООО «ТЦ «Бусиново» (ИНН 

<

***>). Доверительным управляющим ООО «ТЦ «Бусиново» с 06.12.2017 является ФИО6 (ИНН 

<

***>).

АО «ХК «Капитал» (ИНН 

<

***>) является участником ООО «Уралстройнефть» (ИНН 

<

***>) и владеет 21% доли от общего размера уставного капитала.

АО «ХК «Капитал» (ИНН 

<

***>) является участником ООО «Спецстройсервис» (ИНН 

<

***>) и владеет 30% доли от общего размера уставного капитала.

В рассматриваемом случае, конечный бенефициарный владелец ООО «Уралстройнефть» и ООО «Спецстройсервис» – ФИО5 является бенефициарным владельцем ООО «ТЦ «Бусиново». 

Из указанного следует, что должник – ООО «Спецстройсервис» и кредитор – ООО «ТЦ «Бусиново» входят в одну группу компаний.

Факт выхода ФИО5 из состава ООО «Риалти Центр» не исключает наличия аффилированных связей.

Довод заявителя о наличии компенсационного финансирования, образовавшегося между кредитором и должником, правомерно признаны судами двух инстанций несостоятельными исходя из следующего.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем, из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики от 29.01.2020, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Так, в пункте 6.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора судебной практики от 29.01.2020).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры банкротства по делу скрыть неблагополучное финансовое положение должника невозможно, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о введении (открытии) процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр требований кредиторов должника. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как действия, направленные на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Таким образом, пункт 6.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020 не подлежит применению в ситуации, когда аффилированное лицо приобретает требование у независимого кредитора в процедурах банкротства. Обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593).

Как следует из материалов дела, 21.12.2020 между ООО «Инбанк» (банк) и ООО «Спецстройсервис» (заемщик) заключен договор о возобновляемом кредите № ДВК-474.

23.04.2021 подано заявление о признании ООО «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.04.2021 заявление принято к производству, возбуждено дело № А65-9661/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Спецстройсервис».

28.05.2021 между ООО «Инбанк» (цедент) и ООО «ИК «Нижний» (цессионарий) заключен договор уступки прав (требований) № Ц-474/ДВК, по условиям которого цедент уступает цессионарию, а цессионарий принимает все права (требования), принадлежащие цеденту по всем обязательствам, вытекающим из кредитного договора от 21.12.2020 № ДВК-474.

В последующем 04.10.2021 по договор цессии ООО «ИК «Нижний» переуступило ООО «ТЦ «Бусиново» права (требования) по договору о возобновляемом кредите от 21.12.2020 № ДВК-474 с дополнительными соглашениями к нему состоящие из суммы основного долга в размере 299 213 200 руб. 60 коп. и суммы причитающихся процентов, в том числе право на проценты, которые будут начислены в будущем после даты перехода прав (требований).

22.04.2022 ООО «ТЦ «Бусиново» обратилось в арбитражный суд с заявлением о включении требования в размере 322 870 097 руб. 42 коп. в реестр требований кредиторов ООО «Спецстройсервис» в составе третьей очереди.

В данном случае, поскольку решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2021 было принято с нарушением требований законодательства о банкротстве, суд апелляционной инстанции, повторно рассматривая заявление, ввел процедуру наблюдения с даты объявления резолютивной части от 06.12.2021.

Судебные инстанции правомерно исходили из того, что заключение договоров уступки прав (требования) состоялось после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника и в период оспаривания не вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2021 по делу № А65-9661/2021 в суде апелляционной инстанции, которым судебный акт первой инстанции в части отказа в признании ООО «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) и оставления заявления общества с ограниченной ответственностью «Феникс» о признании ООО «Спецстройсервис» несостоятельным (банкротом) без рассмотрения отменен, в отменной части принят новый судебный акт о признании заявления общества с ограниченной ответственностью «Татвоздух» (правопреемник общества с ограниченной ответственностью «Феникс») обоснованным и введении в отношении должника процедуры наблюдения, что не может расцениваться в качестве условия для отсрочки по кредитному договору и финансирования должника с целью неисполнения им обязанности по передаче заявления о банкротстве.         

Учитывая изложенное, суды двух инстанций обоснованно пришли к выводу о том, что действия ООО «ТЦ «Бусиново» не были направлены на установление контроля за деятельностью должника, вывода активов из общества с целью создания препятствий для независимых кредиторов по удовлетворению своих требований.

Верховный суд Российской Федерации в Определении от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593 указал, что когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзора). В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица.

Отмечено, что в отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования.

Следовательно, пункт 6.2 Обзора судебной практики от 29.01.2020 в рассматриваемом случае не может быть применен, учитывая, что аффилированное лицо приобрело требование у независимого кредитора в процедуре банкротства. При этом как правильно отмечено судами, обратный подход приведет к негативным последствиям в виде отказа контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от приобретения прав требования к должнику у независимых кредиторов, лишая последних возможности хотя бы частично удовлетворить свои требования таким путем.

При этом следует учесть, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий.

Данная позиция сформулирована в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020.

Судебные инстанции, оценивая обстоятельства приобретения требования у независимого кредитора после возбуждения дела о банкротстве правомерно сделали вывод об отсутствии цели компенсационного финансирования и оснований для понижения очередности требований ООО «ТЦ «Бусиново» на том основании, что кредитор относится к числу аффилированных с должником лиц. Доказательства, подтверждающие направленность действий кредитора на создание искусственной задолженности, на ее формирование исключительно в целях контроля над процедурой банкротства, на компенсацию негативного воздействия на деятельность должника либо уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве суду не представлены. 

Заявителем кассационной жалобы не учтено, что положения Закона о банкротстве не исключают возможность включения требований аффилированных с должником лиц в реестр требований кредиторов (пункт 2 Обзора судебной практики от 29.01.2020), вместе с тем, права независимых кредиторов обеспечиваются тем, что при решении вопроса о выборе кандидатуры арбитражного управляющего в ходе любой процедуры банкротства не учитываются голоса кредиторов, являющихся лицами контролирующих должника или аффилированных с ним.

Таким образом, применительно к спорным обстоятельствам, заявителем кассационной жалобы ошибочно не учитывается и правовой подход, отмеченный в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020.    

Следует учитывать, что в реестр требований кредиторов ООО «Спецстройсервис» включены требования на общую сумму более 1,5 млрд. руб.

Требования ООО «ТЦ «Бусиново» включены в реестр требований кредиторов должника на общую сумму 311 594 224 руб. 39 коп., что составляет около 20 % от общего реестра требований кредиторов ООО «Спецстройсервис». 

Доказательства, подтверждающие недобросовестность поведения ООО «ТЦ «Бусиново» в виде создания искусственной задолженности с целью формирования контроля над процедурой банкротства, компенсации негативного воздействия на деятельность ООО «Спецстройсервис» либо уклонения от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника, в материалах дела отсутствуют. 

Доводы заявителя жалобы о наличии корпоративного конфликта между ФИО7 Сирином Рашидовичем, ООО «Риалти Центр», ООО «Уралстройнефть», ООО «Спецстройсервис», АО «ХК «Капитал», ФИО5, и прочих организаций, входящих в одну группу лиц, через участие в ООО «Уралстройнефть», ООО «Спецстройсервис» обоснованно отклонены судами, поскольку указанные обстоятельства не связаны с основанием возникновения и/или приобретения прав требования к должнику.

Доводы об отсутствии экономической целесообразности приобретения права требования и об отсутствии реальных правоотношений между кредитором и должником, также признаны судами несостоятельными ввиду следующего.

В силу пункта 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Законодательством не предусмотрены ограничения по приобретению задолженности к юридическим или физическим лицам, за исключением задолженности, неразрывно связанной с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью (статья 383 ГК РФ).

Сам по себе факт отсутствия каких-либо правоотношений между кредитором и должником, не является основанием для ограничения ООО «ТЦ «Бусиново» в приобретении прав требований к должнику.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу указанной статьи злоупотребление правом не предполагается, а подлежит доказыванию в каждом конкретном случае.

Вместе с тем, в данном случае, лицами, участвующими в деле, не оспаривались ни наличие обязательств должника перед ООО «Инбанк», ни действительность договоров цессии, на основании которых права требования задолженности перешли к ООО «ИК «Нижний», а в последующем ООО «ТЦ «Бусиново». Само по себе несогласие лица возражающего против нахождения ООО «ТЦ «Бусиново» в реестре требований кредиторов должника не свидетельствует о злоупотреблении правом и не является основанием для отказа во включении его требования в реестр требований кредиторов ООО «Спецстройсервис» в составе третьей очереди.

Доказательства совершения сторонами договора уступки права требования действий, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред имущественным правам кредиторов должника, а также злоупотребление правом в иных формах в материалы дела не представлены.

Исследовав и оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о признании заявления ООО «ТЦ «Бусиново» обоснованным, а требование кредитора в размере 299 213 200 руб. 60 коп. долга и 12 381 023 руб. 79 коп. процентов подлежащим включению в составе третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Спецстройсервис».  

Фактически доводы заявителя кассационной жалобы не свидетельствуют о незаконности судебных актов судов первой и апелляционной инстанций, основаны на ошибочном толковании законодательства, направлены на иную оценку доказательств по делу и переоценку выводов судебных инстанций, что не отнесено процессуальным законодательством к полномочиям суда округа.

При изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции считает, что выводы судебных инстанций основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм материального права и соблюдении норм процессуального права, в связи с чем, правовые основания для удовлетворения поданной по делу кассационной жалобы и отмены обжалованных судебных актов не установлены.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.02.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2023 по делу № А65-9661/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                 В.А. Петрушкин 

 

Судьи                                                                               М.В. Коноплева

 

А.Ф. Фатхутдинова