АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: i№fo@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-6243/2021

Дело № А55-2408/2017

г. Казань

20 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 13 июля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 20 июля 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Фатхутдиновой А.Ф.,

судей Ивановой А.Г., Кашапова А.Р.,

при участии представителей :

ФИО1 –  ФИО2 (доверенность от 05.08.2020),

Зиле И.А. – ФИО2 (доверенность от 05.08.2020),

ФИО3 –  ФИО4 (доверенность от 12.05.2020),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле - извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «МИС» ФИО5 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 15.01.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021

по делу № А55-2408/2017

по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3, ФИО6, ФИО1, о взыскании денежных средств в размере совокупного размере непогашенных требований кредиторов; по требованиям кредиторов по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и применению иных финансовых санкций; по требованиям, заявленным после закрытия реестра требований кредиторов – 593 882,30 руб.

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 24.08.2017 АО «МИС» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производства на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО5 (далее – ФИО5).

Конкурсный управляющий должника ФИО5 обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО6 (далее – Зиле И.А.), ФИО1 (далее – ФИО1), а также взыскать денежные средства в размере совокупного размере непогашенных требований кредиторов - 78 932 151,24 руб., в том числе задолженность по основному долгу третьей очереди - 76 936 826,07 руб.; по требованиям кредиторов по возмещению убытков в форме упущенной выгоды, взысканию неустоек (штрафов, пеней) и применению иных финансовых санкций, в том числе за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанности по уплате обязательных платежей - 1 401 442,87 руб.; по требованиям, заявленным после закрытия реестра требований кредиторов – 593 882,30 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 15.01.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021, в удовлетворении заявления отказано.

Конкурсный управляющий должника ФИО5 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит названные судебные акты отменить, принять по обособленному спору новый судебный акт о привлечении ФИО3, Зиле И.А., ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представители ответчиков, считая доводы жалобы несостоятельными, просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы. Информация о принятии кассационной жалобы к производству, движении дела, времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://faspo.arbitr.ru/ в соответствии со статьей 121 АПК РФ.

Изучив материалы обособленного спора, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей ответчиков, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судами, АО «МИС» создано 03.12.2002 в результате приватизации государственного предприятия «Научно-технический центр Всероссийского электротехнического института имени В.И. Ленина в г. Тольятти». Должник владел на праве собственности земельным участком в г. Тольятти площадью 195 929 кв. м и расположенным на нем строениями и сооружениями, осуществлял сдачу в аренду указанного недвижимого имущества и поиск его покупателей.

ФИО3 в период с 2007 года по 25.12.2013 занимал должность управляющего директора, а с 25.12.2013 являлся генеральным директором должника.

Единственным акционером должника в период с 2011 года по декабрь 2013 года являлось ООО «Геофин-Ойл». 06.12.2013 между ООО «Геофин-Ойл» и ФИО1 был заключен договор купли-продажи ценных бумаг, на основании которого ФИО1 приобрел акции АО «МИС» в количестве 100 630 штук, что составляет 100% уставного капитала должника.

05.12.2014 ФИО1 были заключены договоры купли-продажи акций АО «МИС», в соответствии с которыми акции должника в количестве 100 620 штук, что составляет 99,99 % уставного капитала должника, были проданы Зиле И.А., а акции должника в количестве 10 штук, что составляет 0,01 % уставного капитала должника, были проданы ФИО7

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.03.2016 по делу № А56-53260/2014 о банкротстве ООО «Геофин-Ойл» принято к производству заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделки по продаже акций АО «МИС». 

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 16.12.2016 договор купли-продажи акций от 06.12.2013, заключенный между ООО «Геофин-Ойл» и ФИО1, был признан недействительным.

В связи с возникновением вышеуказанного спора о принадлежности акций на основании договора купли-продажи ценных бумаг № 012505/2016 от 25.05.2016 Зиле И.А. продала ФИО1 акции АО «МИС», а ФИО1 28.12.2016 во исполнение судебного акта вернул все акции должнику - ООО «Геофин-Ойл».

Обстоятельства, на которые сослался конкурсный управляющий, имели место до введения главы III.2 Закона о банкротстве. Следовательно, нормы материального права применяются в той редакции, которая действовала в соответствующий период.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей после вступления в силу Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям" и до вступления в силу Федерального закона 23.06.2016 N 222-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации") если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств, в частности, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение вина субъекта ответственности и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) контролирующего должника лица и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Из материалов дела следует, что должником от Зиле И.А. был получен заем в размере 1 400 000 руб. по договору займа № 01/11-14-з от 28.11.2014, а также в размере 500 000 руб. по договору займа № 01/0415-3 от 28.04.2015. Платежным поручением № 330 от 23.11.2015 должник погасил задолженность по займу на сумму 1 200 000 руб. Оставшаяся задолженность перед Зиле И.А. была уступлена ФИО7 по двум договорам уступки прав требований № 012110/2015 от 21.10.2015 в размере 500 000 руб. и № 02-01-06/2016 от 01.06.2016, в размере 200 000 руб.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства с позиции статьи 71 АПК РФ, суды не усмотрели оснований считать, что ответчики путем выдачи займов совершили действия, направленные на формирование задолженности перед контролирующими лицами и введение подконтрольной процедуры банкротства.

Как установлено судами, Зиле И.А. не выступала заявителем по делу о банкротстве должника и основания для возложения на Зиле И.А. ответственности за действия ФИО7 отсутствуют. Размер невозвращенного основного долга по займу составлял менее 1 % от размера требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, что не позволяло принимать какие-либо решения на собраниях кредиторов в ходе процедуры банкротства Должника.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий: 1) возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; 2) неподачи указанными в пункте 2 статьи 10 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; 3) возникновения обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Суды на основании представленных в материалы дела документов не установили наличия у ФИО3, Зиле И.А., ФИО1 безусловной обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве АО «МИС» в указанный конкурсным управляющим период.

Суды указали, что дополнительное основание, предусмотренное пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве - неисполнение обязанности по созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения, не может быть вменено Зиле И.А., ФИО1 с целью привлечения их к субсидиарной ответственности, поскольку в спорный период указанное бездействие не являлось незаконным.

При этом суды учли содержание бухгалтерских балансов АО «МИС» за 2013-2016 гг., из которых следует, что финансовое положение должника было стабильным - сумма обязательств, в том числе займов, всегда была значительно меньше суммы активов общества, структура обязательств АО «МИС» фактически не менялась, кредиторская задолженность существенно не увеличивалась. 

Оценивая довод конкурсного управляющего о том, что 88,4 % от всей суммы задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, составляет задолженность по займам перед ЗАО «Внешнеторговое объединение «Роснефтегазэкспорт», суды установили, что задолженность перед ЗАО «Внешнеторговое объединение «Роснефтегазэкспорт» в размере 40 524 121,38 руб. возникла на основании договоров займа от 14.03.2008, заключенных должником с ООО «Центрпромразвитие». Договор № ЦПР-МИС/140308 от 14.03.2008 имел целевой характер, денежные средства предоставлялись для финансирования работ по демонтажу ж/б лотков, стоек, утилизации отходов и транспортировке на территории ООО «МИС». Факт целевого использования займа подтверждается тем, что денежные средства ООО «Центрпромразвитие» перечисляло напрямую контрагентам должника, что установлено судом при рассмотрении требования ЗАО «Внешнеторговое объединение «Роснефтегазэкспорт» о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

На момент заключения договора займа ООО «Центрпромразвитие» являлось акционером должника, что подтверждается представленными в дело документами, в том числе отчетами и справками из СПАРК.

Другие договоры займа, которые явились основанием для включения ЗАО «Внешнеторговое объединение «Роснефтегазэкспорт» в реестр требований кредиторов должника, заключались должником с АО «Нафтэкс», которое с 05.02.2009 являлось 49% акционером ООО «Центрпромразвитие», и до заключения договоров займа владело 51 % акций ЗАО «Внешнеторговое объединение «Роснефтегазэкспорт», вторым участником которого с 2011 года являлась ООО КОМПАНИЯ «ИПСЭ-ЮРЕ».

ООО КОМПАНИЯ "ИПСЭ-ЮРЕ" в свою очередь владело 90 % уставного капитала ООО «Геофин-ойл», которому в период с 2011 по 2013 гг. принадлежало 100 % в уставном капитале АО «МИС».

ФИО8, требования которого также включены в реестр требований кредиторов должника, являлся руководителем ООО «Центрпромразвитие» в 2008-2009 годах и был членом совета директоров АО «МИС» в 2010-2013 гг., что подтверждается справками из СПАРК, а также учредительными документами.

Так как требования о возврате займов кредиторами не предъявлялись, займы пролонгировались. Из пояснений лиц привлекаемых к субсидиарной ответственности следует, что возврат указанных займов всегда предполагался за счет реализации имущества должника.

В соответствии с представленными в дело отчетами об оценке стоимость земельного участка составляла 83 857 612 руб. (кадастровая стоимость 364 265 318,93 руб. до снижения и 101 883 080 руб. после снижения до рыночной), здания преобразовательных устройств 140 533 434,94 руб., административно-бытового здания 3 508 000 руб., трансформаторного и силового оборудования 2 072 000 руб.

Суды отметили, что согласно реестру требований кредиторов должника требования по выплате заработной плате возникли у работников в январе-феврале 2017 г., то есть непосредственно перед инициированием дела о банкротстве.

Судами также установлено, что в период 2013 – 2016 гг. была в 3,5 раза снижена кадастровая стоимость земельного участка и заключено значительное количество договоров аренды, которые позволяли должнику получать доход, необходимый для осуществления текущей деятельности и реализации мероприятий по поиску инвесторов и покупателей имущественного комплекса (перечни договоров аренды за 2013-2016 гг. имеются в материалах дела). Должником взыскивалась задолженность по арендной плате и надлежащим образом исполнялись собственные обязательства, при этом в отношении АО «МИС» не было предъявлено исков независимыми кредиторами и не возбуждались исполнительные производства.

При этом в 2014-2015 году ответчиками осуществлялся активный поиск покупателей недвижимости должника (договор № 0110/2014 от 01.10.2014 с ООО «Гео-инвест», агентский договор № 01-06-11/2014 от 06.11.2014 с ИП ФИО9, агентский договор № 021211/2014 от 12.11.2014 с ООО «САБА-С»), публиковались соответствующие объявления о продаже.

Из имеющейся в материалах дела переписки следует, что ОАО «РусГидро» совместно с Министерством энергетики РФ, Правительством Самарской области, Мэрией г. Тольятти, рассматривало вариант создания сети испытательных центров на базе имущества должника.

Также, в 2015 году УК «Русский инвестиционных клуб» был подготовлен проект «Создание торгово-развлекательного комплекса, ориентированного на семейный досуг и развитие детей в городе Тольятти», при этом УК «Русский инвестиционных клуб» также рассматривало возможность совместного участия в реализации данного проекта, либо приобретения 100% акций АО «МИС» (письмо УК «Русский инвестиционных клуб» от 23.04.2015).

01.04.2016 с ООО «Зенит-Химмаш» заключен договор аренды нежилых помещений № 223-16/М, на основании которого у должника было арендовано более 10 000 кв. м площадей. С ООО «Зенит-Химмаш» были достигнуты договоренности о приобретении всего имущественного комплекса должника, в частности, письмом №111507-16 от 01.03.2016 ООО «Зенит-Химмаш» сообщило о намерении выкупить акций Должника в полном объеме в связи с тем, что производственная площадка должника являлась очень перспективной для осуществления деятельности ООО «Зенит-Химмаш», которое планировало на площадке построить новые корпуса в целях производства крупногабаритного и нестандартного оборудования.

С учетом установленных обстоятельств (ведение должником текущей хозяйственной деятельности) суды заключили, что неисполнение обязательств перед кредиторами само по себе не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Сведений о том, каким образом в результате непредставления или искажения бухгалтерской документации в части отражения задолженности ООО «Центрпромразвитие» в бухгалтерской отчетности затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы, не представлено.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о несвоевременной подаче иска ФИО3 о взыскании с ООО «Центрпромразвитие» задолженности, что повлекло утрату возможности погашения требований кредиторов на 14 757 698,60 руб., суды руководствовались следующим.

Как следует из бухгалтерской отчетности за 2014 год, в период 20122014 гг. ООО «Центрпромразвитие» не имело основных средств, запасов, денежных средств, штатных сотрудников; имело заемные обязательства в размере 120 млн руб. и непокрытый убыток в размере 88,16 млн руб.

В 2014 году и позднее были приостановлены операции по счетам ООО «Центрпромразвитие» по решениям налоговых органов; исполнительные производства в отношении ООО «Центрпромразвитие» были завершены в связи с отсутствием имущества. Впоследствии отсутствие имущества у ООО «Центрпромразвитие» было установлено определением Арбитражного суда города Москвы от 17.05.2019, которым прекращено производство по делу № А40-204183/18-123-71Б о банкротстве ООО «Центрпромразвитие», данное общество исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Доказательств, опровергающих указанные выше обстоятельства и свидетельствующих о возможности пополнения активов должника за счет совершения ответчиками действий по взысканию денежных средств с ООО «Центрпромразвитие», конкурсным управляющим должника в материалы дела представлено не было.

В пункте 19 постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснено, что доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями).

По смыслу изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6) правовой позиции, для возложения на привлекаемых лиц субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия, признанного несостоятельным (банкротом), необходимы доказательства того, что эти лица давали указания, прямо или косвенно направленные на доведение предприятия до банкротства, и заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) предприятия. Наступление для юридического лица негативных последствий в виде наращивания кредиторской задолженности, само по себе не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий его руководителя и участников, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472).

В соответствии с правовой позицией, которая нашла отражение в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника; удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника.

Исходя из совокупности вышеназванных установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, принимая во внимание отсутствие в деле доказательств того, что ответчики своими действиями способствовали доведению должника до неспособности удовлетворить требования кредиторов, принимали какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам разумности и добросовестности, или давали указания на совершение должником убыточных операций, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что выводы судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований сделаны на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и представленных доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела; выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам обособленного спора и имеющимся в деле доказательствам, основаны на верном применении норм права, регулирующих спорные отношения.

Приведенные конкурсным управляющим в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о нарушении или неправильном применении судами норм материального права, о несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела, указанные доводы лишь повторяют ранее изложенные в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности обстоятельства, которые были исследованы судами и получили надлежащую оценку.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 АПК РФ, судами первой и апелляционной инстанций не допущено.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины с кассационной жалобы не рассматривался, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче кассационной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 15.01.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2021 по делу № А55-2408/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья    А.Ф. Фатхутдинова 

Судьи              А.Г. Иванова 

    А.Р. Кашапов