СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск                                                                               Дело № А45-3852/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 октября 2023 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                              Кудряшевой Е.В.,

судей                                                                         Апциаури Л.Н., 

                                                                                              Фроловой Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Журавовой П.А., с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел апелляционные жалобы ФИО1 (07АП-11905/19(15)), ФИО2 (07АП-11905/19(16)) на определение от 28.07.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-3852/2019 (судья Смирнова А.Е.) о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г. Новосибирска, ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, 630088, г. Новосибирск, ул. Громова, д. 17/2, кв. 29), принятое по заявлению общества с ограниченной ответственностью «РНГО» о признании недействительными действия ФИО1 по возврату денежных средств на общую сумму 18 393 657 руб. 00 коп., оформленных актом от 08.05.2019 возврата денежных средств по договору займа от 21.01.2019; о взыскании с ФИО1 денежные средства в размере 18 393 657 руб. 00 коп.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО1: ФИО1 (лично), ФИО4 по доверенности от 07.08.2023;

от ООО «РНГО»: ФИО5 по доверенности от 09.12.2022.

Суд

УСТАНОВИЛ:

01.03.2019 Арбитражным судом Новосибирской области возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – ФИО3, должник).

23.10.2019 решением Арбитражного суда Новосибирской области должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества.

Определением от 31.01.2022 финансовым управляющим  утверждена ФИО6.

В арбитражный суд поступило заявление ООО «РНГО» о признании недействительными действия ФИО1 по возврату денежных средств на общую сумму 18 393 657 рублей, оформленных актом от 08.05.2019 возврата денежных средств по договору займа от 21.01.2019; о взыскании с ФИО1 денежные средства в размере 18 393 657 рублей (с учетом уточнений от 30.12.2022).

Определением от 28.07.2023 (резолютивная часть от 21.07.2023) Арбитражный суд Новосибирской области признал недействительными действия ФИО1 по возврату ФИО3 счет исполнения обязательств должника по договору займа от 21.01.2019 денежных средств на общую сумму 18 393 657 рублей, оформленные актом от 08.05.2019 возврата денежных средств по договору займа от 21.01.2019, заключенному между ФИО3 и ФИО1, взыскал с ФИО1 в конкурсную массу ФИО3 18 393 657 рублей.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО1 и ФИО2 обратились с апелляционными жалобами, в которых просит его отменить каждый в своей части, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, нарушение норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы ФИО1 указывает на отсутствие цели причинения вреда правам кредиторам, поскольку акт возврата денежных средств заключен с целью прекращения обязательств по договору займа. При подписании акта действовала в своих интересах, а не в интересах аффилированных к должнику лиц. Не доказана недобросовестность поведения. У ФИО1 имелась финансовая возможность на возврат займа.

В своей апелляционной жалобе ФИО2 просит исключить из мотивировочной части ссылку на договор займа с ним, поскольку данное обстоятельство не имеет отношения к настоящему спору, может быть истолкован иными лицами неправильно. Также заявляет ходатайства о восстановлении срока и о привлечении его в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований.

До судебного заседания в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представлены отзывы на апелляционные жалобы, в котором ООО «РНГО» возражает против удовлетворения жалобы ФИО1, считает необходимым прекратить производство по жалобе ФИО2

В судебном заседании ФИО1 и её представитель настаивали на доводах апелляционной жалобы, представитель ООО «РНГО» просил оставить судебный акт без изменения.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания   на сайте суда   в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел  апелляционную жалобу в их отсутствие.

Суд апелляционной инстанции, в удовлетворении ходатайства ФИО2 отказывает на основании части 3 статьи 266 АПК РФ.

Апелляционная жалоба подана ФИО2, как лицом, не привлеченным к участию в обособленном споре. 

Частью 1 статьи 51 АПК РФ предусмотрено, что третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Следовательно, главным условием привлечения третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, является то, что решение по делу может повлиять на права и обязанности третьего лица по отношении к одной из сторон спора.

Данная правовая позиция выражена в Определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № ВАС-14486/09 от 10.11.2009, согласно которому основанием для вступления в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновение права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязью основного спорного правоотношения и правоотношения между стороной и третьим лицом.

В соответствии с изложенным третье лицо без самостоятельных требований - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с правоотношением, которое является предметом разбирательства в арбитражном суде. Целью участия третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, является предотвращение неблагоприятных для него последствий.

Материальный интерес третьего лица возникает в случае отсутствия защиты его субъективных прав и охраняемых законом интересов в данном процессе, возникшем по заявлению истца к ответчику. Для того, чтобы быть привлеченным к участию в процессе, лицо должно иметь очевидный материальный интерес, то есть после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон.

Таким образом, в обоснование заявленного ходатайства о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица необходимо представить доказательства того, что судебный акт, которым заканчивается рассмотрение настоящего дела, может повлиять на права или обязанности такого лица по отношению к одной из сторон.

Между тем, предусмотренных статьей 51 АПК РФ оснований для привлечения ФИО2 к участию в настоящем деле в качестве третьего лица, у суда первой инстанции не имелось, соответственно, условия для перехода к рассмотрению обособленного спора по правилам первой инстанции, у суда апелляционной инстанции  отсутствуют.

Указание судом первой инстанции на заключение с ФИО2 договора приведено в виде примера, без какой-либо его оценки.

Сама по себе заинтересованность ФИО2 в исходе настоящего дела сама по себе не свидетельствует о том, что судебный акт, подлежащий принятию по данному делу, может повлиять на его права и обязанности по отношению к одной из сторон спора и не является основанием для его обязательного привлечения к участию в деле в качестве третьего лица.

В соответствии абзацем 3 пункта 2 названного постановления если после принятия апелляционной жалобы будет установлено, что заявитель не имеет права на обжалование судебного акта, то применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ производство по жалобе подлежит прекращению.

При указанных обстоятельствах производство по апелляционной жалобе ФИО2 подлежит прекращению.

Учитывая, что суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии основания для прекращения производства по апелляционной жалобе ФИО2, поэтому основания для рассмотрения ходатайства о восстановлении пропущенного процессуального срока, у суда отсутствуют.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы ФИО1 и отзывов ООО «РНГО», проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для его отмены.

Как установил суд первой инстанции, 21.01.2019 ФИО3 (займодавец) и ФИО1 (заемщик) заключили договор займа, согласно которому займодавец передает в собственность заемщика денежные средства в размере 18 000 000 рублей, а заемщик обязуется вернуть сумму займа на условиях беспроцентного пользования сроком не позднее 25.01.2019 (включительно).

Согласно акту от 21.01.2019 о получении денежных средств по договору займаот 21.01.2019 займодавец передал, а заемщик принял денежные средства в размере 18 000 000 рублей.

31.01.2019 ФИО3 обратился в Центральный районный суд г. Новосибирска с иском о взыскании задолженности по названному договору займа от 21.01.2019.

Определением Центрального районного суда г. Новосибирска от 11.06.2019 заявление ФИО3 принято к производству. Из протокола судебного заседания Центрального районного суда г. Новосибирска в порядке подготовки от 26.02.2019 следует: «Пояснения представителя ответчика – документы, имеющиеся в материалах дела, свидетельствуют о том, что между истцом и ответчиком имелись взаимоотношения, но в указанную в договоре дату ответчица отсутствовала, находилась за пределами страны, что может быть подтверждено электронными билетами, которые будут представлены в судебное заседание. Денежные средства ей фактически не передавались. Истец является работодателем ответчика. Между ними состоялся разговор, в ходе которого ответчику озвучено, что денежные средства похищены». «Пояснения ответчика – со слов истца, сумма долга сложилась из-за расхождения в отчетах. На вопрос суда ответчик – Я не материально ответственное лицо. Договор займа подписывала. Денежные средства получала в кассе, передавала на личные нужды руководителя Насоленко, выполняла его поручения. Когда брала деньги в кассе – расписывалась, когда отчитывалась, расписку обратно не забирала. Насоленко руководитель. Когда подписывался договор, меня в стране не было, договор подписан открытой датой. Сумма в договоре проставлена не мной. Деньги в принципе не получала».

Определением Центрального районного суда г. Новосибирска от 20.03.2019 дело № 2-1699/2019 передано по подсудности в Кировский районный суд г. Новосибирска. 08.05.2019 стороны составили акт возврата денежных средств по договору займа от 21.01.2019, заключенному между ФИО3 и ФИО1, согласно которому ФИО3 подтвердил получение от ФИО1 денежных средств в размере 18 000 000 руб. и 393 657 рублей процентов в связи с просрочкой возврата суммы займа. Акт подписан ФИО3 и ФИО1

Из протокола судебного заседания Кировского районного суда г. Новосибирска от 20.09.2019 следует, что представитель ответчика ФИО7 со ссылкой на акт от 08.05.2019, пояснял, что обязательства по договору займа исполнены, в связи с чем полагал, что с иске следует отказать. При этом на вопрос суда о противоречивых действиях, выразившихся в том, что в предварительном судебном заседании представитель ответчика просил время для обсуждения мирового соглашения, а при рассмотрении искового заявления Центральным районным судом ответчик лично 26.02.2019 поясняла, что отсутствовала в городе и оспаривала договор по безденежью, а в настоящее судебное заседание представлен акт об оплате задолженности, представитель ответчика ФИО7 пояснял, что переговоры велись с самого начала с февраля 2019 года, ему не известно, почему были даны такие показания его доверительницей, ответчик работала на протяжении 7 лет помощником истца, в акте указано, что ФИО3 претензий не имеет, ни с учетом долга, ни с учетом процентов.

Определением Кировского районного суда г. Новосибирска от 03.12.2019 исковое заявление ФИО3 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору займа оставлено без рассмотрения.

Кредитор ООО «РНГО», полагая, что акт от 08.05.2019 возврата денежных средств по договору займа от 21.01.2019 является мнимой сделкой, так как составлен исключительно в целях недопущения поступления денежных средств в конкурсную массу должника и обращения на них взыскания со стороны кредиторов должника, обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной передачу ФИО1 должнику денежных средств в размере 18 000 000 рублей суммы основного долга и 393 657 рублей процентов за пользование денежными средствами на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 ГК РФ и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО3 денежных средств.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление ООО «РНГО», исходил из того, что согласованные действия должника и ответчика сопряжены со злоупотреблением, оформленные актом от 08.05.2019 возврата денежных средств по договору займа от 21.01.2019, в связи с чем, подлежат признанию недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор  и оценив представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ,  пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом  по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2020 № 305-ЭС20-5613, оспаривание подозрительных сделок является разновидностью косвенного иска, предъявляемого в интересах гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов несостоятельного лица.

Согласно сложившемуся в судебной практике подходу применительно к общим правилам банкротства, сформированному с учётом положений Закона о банкротстве и ГК РФ, годичный срок исковой давности начинает течь с момента, когда первое уполномоченное на предъявление иска лицо узнало или должно было узнать о нарушении этой сделкой прав кредиторов должника, об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), а не исключительно с момента её совершения либо утверждения первого конкурсного управляющего.

Как следует из правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации от 02.06.2021 № 305-ЭС19-8220(4), начало течения срока исковой давности не является днем утверждения конкурсного управляющего в деле о банкротстве, а срок исчисляется с момента объективной осведомленности конкурсного управляющего как о совершении подозрительных сделок, так и наличии оснований для такого оспаривания.

Групповой косвенный иск по конкурсному оспариванию предполагает предъявление полномочным лицом требования к контрагентам (выгодоприобретателя) по сделке, направленного на компенсацию последствий их негативных (противоправных) действий, соответственно, исковая давность для полномочного на подачу такого иска лица подлежит исчислению с момента, когда ему стало известно о наличии оснований для такого оспаривания (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2017 № 308-ЭС16-15881(3)).

Такой подход соответствует разъяснениям, изложенным в пунктах 1, 2, 3, 8 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Доказательств того, что ООО «РНГО» обладало информацией о подозрительном характере спорной сделки, то есть наличии оснований для ее оспаривания на основании стать 61.2 Закона о банкротстве, в материалах обособленного спора не имеется.

Учитывая аффилированность финансового управляющего ФИО8 по отношению к должнику и кредитору ООО «Коллекторское агентство «Брокер Консалт», что установлено определением арбитражного суда от 16.07.2021 по делу № А45-3852/2019, датой начала течения срока исковой давности является период после утверждения независимого финансового управляющего ФИО9 (04.08.2021). 

При этом, годичный срок исковой давности не был пропущен с момента утверждения независимого арбитражного управляющего ФИО9, который был освобожден определением арбитражного суда от 31.01.2022.

Отчет финансового управляющего ФИО8 от 24.05.2021 (последний отчет в электронном виде от 26.05.2021) с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника и его освобождении от обязательств перед кредиторами не содержит информации об ознакомлении с материалами дела в Кировском районном суде г. Новосибирска, и подготовке и направлению соответствующего запроса в адрес судов.

Определением арбитражного суда от 16.07.2021 финансовый управляющий ФИО8 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего в рамках настоящего дела.

Акт приема-передачи документов от 15.10.2021 от ФИО8 ФИО9 не содержит в перечне документом ответ Кировского районного суда г. Новосибирска или запрос финансового управляющего в адрес судов.

Отчет финансового управляющего ФИО9 от 01.11.2021 содержит информацию о том, что финансовый управляющий 13.08.2021 подготовил запросы в органы и учреждения в целях поиска имущества должника, в том числе Кировский районный суд. г. Новосибирска (получен ответ).

Акт приема-передачи документов от 21.02.2022 от ФИО9 к ФИО6 содержит информацию о том, что передан также ответ из Кировского районного суда г. Новосибирска от 30.08.2021, Новосибирского областного суда от 25.08.2021.

10.02.2022 финансовым управляющим ФИО6 направлен запрос в Кировский районный суд г. Новосибирска о предоставлении сведений о судебных процессах с участием ФИО3 и ФИО10.(данная информация отражена в отчете финансового управляющего от 30.06.2022, на 30.06.2022 ответ из суда не получен).

Оснований полагать, что ООО «РНГО» ранее 25.08.2021 - 30.08.2021 стало известно о судебном споре между ФИО3 и ФИО1, у суда не имеется в отсутствии иных доказательств. При данных обстоятельствах, срок исковой давности при обращении в суд не является пропущенным.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 18.12.2017 № 305-ЭС17-12763, от 12.03.2018 № 305-ЭС17- 17342, фактически в деле о банкротстве в целях защиты кредиторов от недобросовестного поведения должника и части его контрагентов, а также в целях соблюдения принципов очередности и пропорциональности удовлетворения требований всех кредиторов потенциально могут оспариваться любые юридические факты, которые негативно влияют на имущественную массу должника.

В подпункте 1 пункта 1 Постановления № 63 разъяснено, что могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе, наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного).

Так, к числу подобных фактов могут быть отнесены действия, направленные на исполнение любых обязательств должника; совершенные третьими лицами (а не самим должником) сделки за счет должника (пункты 1 и 2 Постановления № 63, ненормативные правовые акты, оформляющие сделки по отчуждению имущества или прекращению имущественных прав должника (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2008 № 10984/08) и прочее.

Общим признаком таких сделок является их направленность на уменьшение имущественной массы должника посредством действий не самого должника, а иных лиц.

Действия ФИО1 по передаче должнику денежных средств в размере 18 393 657 рублей во исполнение договора займа от 21.01.2019 не подпадают под нормы статьи 61.3 Закона о банкротстве. Однако, могут быть квалифицированы по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5 - 7, 9 Постановления № 63 разъяснено, что в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Таким образом, для правильного разрешения вопроса о наличии у оспариваемой сделки признаков недействительности, предусмотренных положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить факт причинение вреда имущественным правам кредиторов, наличие у должника на дату совершения признаков неплатежеспособности, осведомлённость об этом другой стороны сделки (недобросовестность контрагента).

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Согласно пунктам 1 и 2 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 ГК РФ необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности. 

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 1795/11.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 №127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ»).

Для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом обоих сторон.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки, как ничтожной.

Давая оценку доводам ФИО1 об отсутствии цели на причинение вреда имущественным правам кредиторов, судебная коллегия исходит из следующего.

Договор займа заключен сторонами 21.01.2019, до возбуждения дела о банкротстве в отношении должника (01.03.2019), является классической разновидностью реального и одностороннего договора. 

Если заимодавцем является гражданин, договор может быть только реальным (пункт 1 статьи 807 ГК РФ). Односторонний характер договора выражается в том, что заемщик создает для себя заключением договора голый долг, а займодавец всегда получает право требования.

На основании пункта 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

На основании пункта 3 статьи 810 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заем считается возвращенным в момент передачи его займодавцу, в том числе в момент поступления соответствующей суммы денежных средств в банк, в котором открыт банковский счет займодавца.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 812 ГК РФ заемщик вправе доказывать, что предмет договора займа в действительности не поступил в его распоряжение или поступил не полностью (оспаривание займа по безденежности).

Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 ГК РФ, а на заемщике – факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа.

Таким образом, по общему правилу, закон не возлагает на займодавца обязанность доказывать наличие у него источника денежных средств, переданных заемщику по договору займа.

При этом, из содержания указанных выше правовых норм и разъяснений следует, что при подписании сторонами письменного долгового документа (договора займа, расписки), содержащего условие о получении заемщиком денежных средств, обязанность по доказыванию безденежности займа возлагается на заемщика (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 05.10.2021 № 14-КГ21-12-К1).

Неисполнение стороной по договору займа своих обязательств по возврату полученных денежных средств не является основанием для признания такого договора недействительным. При наличии доказательств безденежности сделки договор займа может быть признан в судебном порядке незаключенным (пункт 1 статьи 812 ГК РФ).

Согласно справкам о доходах и суммах налога физического лица общая сумма дохода ФИО1 в ООО «Альфа Ритейл Компани» за 2018 год составила 20 211, 02 рублей, за 2019 год 7 362,52 рубля. 

Из пояснений ФИО1 следует, что она работала в ООО «Альфа Ритейл Компани» в качестве заместителя генерального директора ФИО11, который приходится братом должника. При исполнении ею полномочий руководителем ФИО11 давались поручения по перечислению денежных средств на представленные им же банковские карты, одновременно для исполнения указанных поручений, выдавались денежные средства, которые в дальнейшем перечислялись на расчетные счета. Денежные средства от ФИО11 ФИО1 не получались.

Из анализа выписок по счетам ФИО1 следует, что за период с 02.01.2018 по 27.12.2018 внесла на счет и перечислила ФИО12 (дочери должника) и ФИО13 (супруг дочери должника) денежные средства в совокупном размере 2 905 970 рублей; за период с 11.01.2018 по 03.01.2019 ФИО1 перечислила супруге должника ФИО10, денежные средства в совокупном размере 3 348 210 рубдей. За период с 01.11.2018 по 16.02.2019 на счет внесено 3 178 700 рублей и 12 525 819,60 рублей наличными.

Источников доходов, сопоставимых с суммами вносимых ФИО1 денежных средств на свои счета, у ФИО1 (ответчика) не имелось, что также подтверждает получение ФИО1 денежных средств у ФИО3 по рассматриваемому договору займа. 

Все операции по внесению и расходованию денежных средств ФИО1 производились путем дробления сумм и произведения множества однотипных операций, что косвенно свидетельствует о намерении Коваленко К.С. и ФИО3 увести данные денежные операции из-под банковского и налогового контроля.

Денежные средства ФИО1 получала в кассе, передавала на личные нужды руководителя Насоленко, выполняла его поручения». Указанное означает, что внутри группы свободно перемещались денежные средства.

Данные факты, безусловно, также подтверждают фактическую аффилированность сторон сделки.

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить не только юридический, но и фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определения Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Фактическая аффилированность предполагает заинтересованность в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако, сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Учитывая фактическую аффилированность сторон сделки, договор займа мог быть заключен в любую иную дату до 21.01.2019. При этом, факт подписания договора займа от 21.01.2019 ФИО1 не оспаривает, что также отражено в протоколе судебного заседания Центрального районного суда г. Новосибирска от 26.02.2019. Поведение ФИО3 – обращение с исковым заявлением о взыскании задолженности по договору займа – указывает на реальность заемных правоотношений и реальную передачу им денежных средств ФИО1. 

Сопоставимый сумме займа объем денежных средств, который был перечислен ФИО1 родственникам должника и аффилированным к нему лицам - так же указывает как на имущественную состоятельность ФИО3, так и на фактическое получение ФИО1 рассматриваемых денежных средств в условиях отсутствия у нее иных источников дохода.

Доказательства, подтверждающие факт принуждения ответчика ФИО1 к заключению договора займа от 21.01.2019 отсутствуют в материалах дела. При этом, подобная сделка является для ФИО1 далеко не первой, что следует из исполнительной надписи нотариуса, например, имел место договор займа от 24.07.2018 с ФИО2 на сумму 70 000 000 рублей.

ФИО1 в суде первой инстанции указывала, что на данные денежные средства приобретен 25.07.2018 объект недвижимого имущества – нежилое помещение, кадастровый номер 54:35:073070:102, адрес: 

<

...> и Ванцетти, 77, площадью 898,7 кв.м.

При этом в рамках дел о банкротстве участников ГК НТС судами неоднократно устанавливалось единство бизнеса и денежной массы организаций, объединённых общими экономическими интересами, перераспределяющими между собой кредитные средства банков и предоставляющими по долгам друг за друга обеспечение по договорам поручительства и залога.

С 2007 года ПАО Банк Зенит осуществлял кредитование обществ «Капитал», «Русский купец», «Торговая сеть – Сибирь», «Магнат НСК», «НовосибирскТорг», «Сибвентдеталь», «Приоритет», «Альфа Ритейл Компани», «Сатурн», «Русская традиционная кухня», «Сибвентмонтажпроект», «Новониколаевское подворье» и других, входящих в экономическую группу взаимозависимых компаний, подконтрольных ФИО11, ФИО3, ФИО14, так называемую группу компаний «НТС» (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 18.10.2021 по делу № А45-21270/2018).

Из представленных справок НДФЛ за 2019 год и 2020 год ФИО3 являлся работником ООО «РНК».

Определением арбитражного суда от 05.12.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 27.01.2023, по делу №А45-3827/2019 признаны недействительными сделки: реорганизация общества «РТК» в форме выделения из него юридического лица – общества «РНК»; решение по передаче имущества общества «РТК» юридическому лицу – обществу «РНК», оформленное передаточным актом от 04.12.2018, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу должника действительной стоимости на момент приобретения всего переданного по сделке имущества, в том числе: стоимости торгового оборудования на общую сумму 37 837 529,82 рублей; права (требования) к обществу «Веста» по договору займа от 01.10.2018 на сумму 3 546 028 рублей; права (требования) к обществу «АлтайФуд» по договору займа от 01.08.2018 на сумму 750 000 рублей; денежные средства в размере 353 162,18 руб.; суммы аванса по арендной плате в ООО «Эдем» – 2 860 280 рублей, восстановлено право требования ответчика к должнику на сумму 45 347 000 рублей за погашение долга ООО «Русский Формат».

Как установлено судами, общество «РТК» и общество «РНК» входят в группу компаний «НТС», находящуюся в состоянии имущественного кризиса со второго полугодия 2018 года и контролируемую одними и теми же лицами: ФИО11, ФИО3 и ФИО14 

В результате взаимосвязанных действий группы лиц по реорганизации общества «РТК» вновь созданному обществу «РНК» переданы активы и источники прибыли должника, пассив состоял в задолженности перед аффилированным лицом, погашенной за счёт изъятых у должника в результате реорганизации доходов. При этом, новое общество «РНК» имело показатели выручки: в 2018 году – 0 рублей, в 2019 году уже 806 938 000 рублей, в 2020 году – 851 405 000 рублей, тогда как общество «РТК» (должник): в 2018 году – 1 471 394 000 рублей, с 2019 года уже не имеет доходов.

Выделение из должника общества «РНК» преследовало только цель выведения активов ООО «РТК» на нового члена группы «НТС», не входящего в круг солидарных должников по крупнейшей кредитной задолженности.

Доводы ФИО1 о безденежности договора займа, заключенного между сторонами, основаны исключительно на объяснениях самого ответчика, надлежащими доказательствами не подтверждены и опровергаются вышеизложенными фактами (отсутствие у ответчика существенных доходов и сопоставимое сумме полученного займа значительное количество однотипных денежных платежей и переводов в адрес родственников и аффилированных с ФИО3 лиц). 

Иные документы (за исключением выписок по счетам о перечислении денежных средств в адрес аффилированных к должнику лиц) о существенных расходах ответчика на сумму сопоставимую с суммой полученного займа в материалы не предоставлено.

В связи с чем, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о практическом полном перечислении ФИО1 полученных от ФИО3 заемных средств в адрес его родственников и аффилированных с ним лиц, что не равно возврату заемных денежных средств ФИО3

Из материалов гражданского дела 2-2315/2019 следует финансовая возможность ФИО1 исполнить обязательства по возврату займа.

Так, согласно выписке из ЕГРН по состоянию на 30.11.2018 ФИО1 являлась собственником нежилого помещения (кадастровый номер 54:35:073070:102) площадью 898,7 кв.м. по адресу: 

<

...> и Ванцетти, д. 77, этаж 3, кадастровая стоимость 12 479 429,08 рублей (дата государственной регистрации 27.07.2018 №54:35:073070:102-54/001/2018-5), а также – автомобиля Volvo XC 90 2008 года выпуска.

При этом, официальный доход ФИО1 за 2018 год составил 20 211,02 рублей, за 2019 год 7 362.54 рубля. 

С учетом указанных обстоятельств, а также в силу пункта 1 статьи 807 ГК РФ договор займа от 21.01.2019 является заключенным сторонами и его условия – обязательными для сторон договора, поскольку факт предоставления должником ФИО1 суммы займа – 18 000 000 рублей материалами дела подтвержден, иными доказательствами не опровергнут.

На дату совершения оспариваемых действий по возврату заемных денежных средств должник имел задолженность перед кредиторами (ООО «РНГО», ООО КДС», ПАО Банк Зенит», ФНС РФ), которая в настоящее время включена в реестр.

В результате действий ФИО1 и должника по оформлению акта возврата денежных средств в размере 18 000 000 рублей суммы основного долга и 393 657 рублей  процентов за пользование денежными средствами, оформленных актом от 08.05.2019 возврата денежных средств по договору займа от 21.01.2019, были прекращены имущественные права требования должника к ФИО1 о возвращении заемных денежных средств по договору займа, причинен вред независимым кредиторам, поскольку исключена возможность обращения на них взыскания.

При этом, подлинная воля сторон была направлена на создание видимости возврата денежных средств по договору займа и направлена на вывод из бизнеса должника ликвидного имущества.

Каких-либо доказательств того, что стороны не состояли в сговоре и не преследовали противоправную цель причинения вреда кредиторам должника в материалы дела не представлено.

Документы, свидетельствующие о том, что исполнение по договору займа (возврат заемных денежных средств заемщиком) реально состоялось, в дело не представлены. Возврат займа не производился через банковскую систему РФ и сервисы электронных платежей.

Таким образом, отсутствие у ФИО1 доходов и значительные расходы – подтверждает фактическое получение им заемных средств, а отсутствие у ответчика иных расходов, за исключением перечислений на родственников и аффилированных с должником лиц – подтверждает отсутствие фактического возврата заемных средств.

У суда отсутствуют основания полагать, что договор займа является незаключенным в силу безденежности.

В качестве применения последствий недействительности сделки согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ и пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве с ответчика суд первой инстанции исходил из необходимости взыскания в пользу должника денежных средств в размере 18 393 657 рублей (из них 18 000 000 рублей – основной долг, 393 657 рублей – проценты). 

Требование ООО «РНГО» о взыскании процентов за пользование суммой займа признано обоснованным, с учетом положений пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 13/14 от 08.10.1998 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами».

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

Судебный акт принят при правильном применении норм материального права, содержащиеся выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Судебные расходы распределяются согласно статье 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, пунктом 1 части 1 статьи 150, 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

производство по апелляционной жалобе ФИО2 на определение от 28.07.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-3852/2019 прекратить.

Определение от 28.07.2023 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-3852/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

 

Председательствующий                                                                   Е.В. Кудряшева

 

Судьи                                                                                                 Л.Н. Апциаури

 

                                                                                                            Н.Н. Фролова