АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

05 мая 2022 года

Дело №

А42-8490/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 27 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 05 мая 2022 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Боровой А.А., Кравченко Т.В.,

при участии конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Наш общий дом» ФИО1, от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 11.02.2022),  

рассмотрев 27.04.2022 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Мурманской области от 20.12.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2022 по делу № А42-8490-25/2017,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Мурманской области от 20.04.2018 по делу № А42-8490/2017, общество с ограниченной ответственностью «Наш общий дом», адрес: 183074, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Наш общий дом», Общество), признано несостоятельным (банкротом); в отношении должника открыто конкурсное производство; исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО4. 

Определением от 08.05.2019 ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника. 

Определением от 02.09.2019 конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО1. 

Конкурсный управляющий 19.04.2021 обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, уточнив его в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил взыскать с ФИО2, в порядке применения субсидиарной ответственности 15 636 556 руб. 41 коп. 

Определением от 20.12.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2022, заявление удовлетворено, ФИО2 привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 15 636 556 руб. 41 коп. 

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить определение от 20.12.2021 и постановление от 22.02.2022, и принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

По мнению подателя кассационной жалобы, судами не приняты во внимание меры, которые ею предпринимались с целью восстановления платежеспособности должника; не учтена специфика деятельности должника как управляющей компании, которая является убыточной по своей природе. По мнению подателя жалобы, банкротство Общества вызвано исключительно внешними факторами. 

ФИО2 полагает, что сами по себе данные бухгалтерского баланса не могут являться основанием для вывода о наличии у Общества признаков объективного банкротства и наступления обязанности его руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника. Задолженность в пользу ресурсоснабжающих организаций, как указывает податель жалобы, возникла в связи неплатежами населения. При этом, как отмечает ответчик, взыскание дебиторской задолженности затруднялось непредставлением первичных документов публичным акционерным обществом «МТЭЦ». 

Податель жалобы ссылается на то, что ресурсоснабжающие организации не могли прекратить поставку коммунальных услуг, а Общество, являясь исполнителем коммунальных услуг, – отказаться от их получения в силу нормативных актов, регулирующих снабжение многоквартирных домов коммунальными услугами. 

Согласно позиции ФИО2, в Анализе финансового состояния должника, составленном временным управляющим ФИО4, не отражена значительная часть дебиторской задолженности, кроме того, со стороны указанного конкурсного управляющего допущено незаконное бездействие, выразившееся в необращении о взыскании дебиторской задолженности, факт которого подтвержден определением от 22.07.2019, принятым по делу о банкротстве. 

Кроме того, податель жалобы ссылается на то, что судом первой инстанции необоснованно отклонено заявленное ею ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с объективной невозможностью обеспечения явки ответчика в суд, что не позволило ФИО2 представить суду необходимые пояснения. 

В дополнении к кассационной жалобе ФИО2 ссылается на выявленные ею расхождения в акте сверки, подписанном по договору теплоснабжения, заключенному между Обществом и акционерным обществом «Мурманская ТЭЦ» (далее – АО «Мурманская ТЭЦ»). 

В отзыве на кассационную жалобу АО «Мурманская ТЭЦ» возражает против ее удовлетворения, ссылаясь на убыточность деятельности Общества, наращивание кредиторской задолженности за период с 2015 года; отсутствие обоснованной позиции со стороны ответчика в отношении мероприятий по выходу из кризиса. 

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий возражает против ее удовлетворения, полагая, что всем доводам подателя жалобы дана надлежащая оценка судом апелляционной инстанции; дебиторская задолженность в ходе процедуры конкурсного производства не была реализована по причине отсутствия потенциальных покупателей; о недостоверности отчета арбитражного управляющего и Анализа финансовой деятельности должника в ходе рассмотрения дела о банкротстве не заявлялось; доводы подателя жалобы не соответствуют данным налоговой отчетности Общества. 

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы жалобы. Конкурсный управляющий против удовлетворения жалобы возражал по мотивам, изложенным в отзыве. 

Иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте слушания дела, но своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, в связи с чем, кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 05.03.2014, единственным участником Общества с долей участия 100% является ФИО5

Как указывает конкурсный управляющий и это не оспаривается ответчиком, в период с 25.02.2015 по 10.09.2017 должность единоличного исполнительного органа Общества, а именно, генерального директора, занимала ФИО2 С 11.09.2017 генеральным директором Общества стал ФИО6.

Основным видом деятельности Общества по данным Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) является управлением недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе. 

Производство по делу о банкротстве возбуждено определением от 27.10.2017 по заявлению самого Общества в лице генерального директора ФИО6 

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал на неисполнение ФИО2 обязанности по обращению в суд с заявление о банкротстве, предусмотренной пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), которая должна была быть исполнена, согласно позиции заявителя, не позднее 20.06.2015. 

Конкурсный управляющий сослался на наличие у Общества кредиторской задолженности на момент обращения в суд с заявлением о банкротстве в значительной сумме, при этом, что единственным его активом является дебиторская задолженность, которая обладает низкой ликвидностью и не была реализована на торгах по причине отсутствия заявок на ее приобретение. 

В ходе процедуры по делу о банкротстве, в реестр требований кредиторов, в третью очередь удовлетворения, включены требования 12-ти кредиторов на общую сумму 15 257 936 руб. 63 коп. основной задолженности.

В подтверждение приведенных им доводов конкурсный управляющий представил в материалы дела судебные акты о взыскании с Общества задолженности в пользу публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания в лице филиала «Колэнерго» (решение Арбитражного суда Мурманской области  от 29.02.2016 по делу № А42-10736/2015); акционерного общества «АтомЭнергоСбыт» (решение Арбитражного суда Мурманской области от 18.08.2015 по делу № А42-5049/2015); АО «Мурманская ТЭЦ» (решение Арбитражного суда Мурманской области от 02.02.2017 по делу № А42-1507/2016). 

Возражая относительно удовлетворения заявления, ответчик ссылалась на недостоверность расчетов арбитражного управляющего соотношения активов и пассивов Общества в отчете и в Анализе финансового положения должника.

Ответчик пояснила, что основной деятельностью Общества являлось обслуживание и эксплуатация многоквартирных жилых домов, в связи с чем, сумма задолженности АО «Мурманская ТЭЦ» должна быть учтена в составе активов баланса, расчеты с указанным кредитором осуществлялись путем передачи прав требования к дебиторам – физическим лицам. При этом Обществу представлялись лишь общие сведения о расчетах за услуги отопления, первичные документы, позволяющие определить сумму задолженности и самостоятельно произвести ее взыскание в распоряжении должника отсутствовали.

Ответчик указывала на убыточный характер деятельности по обслуживанию жилых домов и отсутствие оснований для оценки положения Общества как критического.

Дополнительно ответчик сослалась на то, что предпринимала действия, направленные на взыскание дебиторской задолженности, а также на осуществление расчетов с АО «Мурманская ТЭЦ» посредством передачи прав требований к дебиторам. 

Также ответчик представила в материалы дела копии решений единственного участника Общества от 09.04.2015 № 4, от 05.04.2016 № 1, от 10.04.2017 № 1 о нецелесообразности обращения в суд с заявлением о банкротстве Общества, со ссылкой на наличие у должника актива в виде дебиторской задолженности населения.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ответчику не позднее 30.03.2016, по итогам составления бухгалтерской отчетности за 2015 год, должно было стать известно о наличии признаков неплатежеспособности должника, поскольку Общество перестало исполнять принятые на себя обязательства с 2015 года.

Из изложенного судом сделан вывод о том, что ФИО2 должна была быть исполнена обязанность по обращению в суд с заявлением должника не позднее 01.05.2016, и неисполнение указанной обязанности является основанием для применения к ФИО2 субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим после указанной даты и до возбуждения дела о банкротстве Общества.

В части размера субсидиарной ответственности суд первой инстанции признал правильным выполненный конкурсным управляющим расчет размера требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, по обязательствам, возникшим за период с 01.05.2016 по 27.10.2017.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, посчитав, что условия возникновения задолженности не имеют значения; бездействие должника повлекло принятие на себя Обществом неисполнимых обязательств, за что в данном случае и применена субсидиарная ответственность. Апелляционный суд посчитал, что ответчиком не представлено в материалы дела доказательств отсутствия ее вины в наступлении для должника неблагоприятных последствий.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы и возражений на нее, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (далее - Закон о банкротстве), если иное не предусмотрено названным Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). 

Для квалификации правоотношений, связанных с применением гражданско-правовой ответственности к контролирующим должника лицам, в соответствии с положениями статьи 4 ГК РФ подлежат применению положения Закона о банкротстве, устанавливающие основания для применения субсидиарной ответственности, действовавшие в период, когда имели место обстоятельства, вменяемые ответчику в качестве оснований для применения субсидиарной ответственности, в том числе, до вступления в силу упомянутого Закона N 266-ФЗ.

Обстоятельства, которые, по мнению заявителей, явились основанием для возникновения у ФИО2 обязанности по обращению в суд с заявлением должника, имели место в 2015-2017 годах, следовательно, к спорным правоотношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве.

В пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве сказано, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых этим же Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона. Аналогичная ответственность предусмотрена и действующей редакцией статьи 61.12 Закона.

Как сказано в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, для вывода о возникновении обязанности добросовестного руководителя обратиться в суд необходимо, чтобы финансовое положение организации было настолько критическое, что восстановление его платежеспособности обычными способами - за счет доходов от предпринимательской деятельности - не представлялось возможным. Само по себе наличие неисполненного обязательства перед отдельными кредиторами о таких обстоятельствах свидетельствовать не может.

Исходя из изложенного, суд кассационной инстанции не может согласиться с выводом апелляционного суда о том, что характер осуществляемой Обществом деятельности не имеет правового значения для оценки поведения его руководителя на предмет исполнения обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве Общества. 

Основанием для возложения ответственности на руководителя должника в данном случае является умышленное игнорирование им отсутствия у организации возможности произвести расчет с кредиторами, что следует отличать от обычного риска предпринимательской деятельности и наступившей, вследствие этого риска, невозможности погашения кредиторской задолженности. 

Особенностью деятельности по оказанию услуг управляющей компании является постоянное наличие у последней кредиторской задолженности перед поставщиками коммунальных услуг, поскольку их приобретение для передачи конечным потребителям является для управляющей компании обязательным, равно как и поставка услуг ресурсоснабжающими организациями, а расчеты за оказанные услуги производится за счет третьих лиц – собственников помещений в многоквартирных домах, в отношении которых управляющая компания не обладает непосредственной возможностью понуждения к исполнению обязательств по оплате коммунальных услуг. 

Ссылка конкурсного управляющего на невозможность реализации дебиторской задолженности Общества в деле о банкротстве не основана, тем не менее, на доводах о заведомой неликвидности такой задолженности, но ее особенностью является длительный характер взыскания долгов.  

Таким образом, периодическое накапливание кредиторской задолженности перед ресуроснабжающими организациями и наличие основного актива в виде дебиторской задолженности является обычным для деятельности такого рода, какую осуществляло Общество, равно как и регулярное получение убытка по результатам этой деятельности. 

Обстоятельств, что  в период осуществления руководства Обществом подателем жалобы соотношение указанных активов и пассивов стало настолько критичным, что это исключало возможность продолжения хозяйственной деятельности, момент наступления такого рода обстоятельств, судами не установлен. Выводы судов о фактическом прекращении деятельности Общества в 2015 году сделан без указания на конкретные доказательства этого обстоятельства. 

Суды не дали оценки по существу приведенным ответчикам доводам о принятии ею мер, направленных на погашение задолженности перед ресурсоснабжающими организациями, в том числе по обращению о принудительном взыскании дебиторской задолженности или по передаче прав требования к дебиторам в счет погашения задолженности перед кредиторами.

При этом, вопреки выводу апелляционного суда, в материалы дела представлены доказательства обращения Общества к мировым судьям Судебного участка № 5 Октябрьского судебного района города Мурманска и судебного участка № 4 Ленинского судебного района города Мурманска  о взыскании задолженности с физических лиц. Указанные доказательства суды не оценили.

По общему правилу, ответственность за нарушение обязанности по инициации обращения в суд должника о собственном банкротстве, исходя из особенностей формирования ее размера – по обязательствам, возникшим после нарушения руководителем срока, установленного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротства, возникает в связи с введением кредиторов в заблуждение относительно финансового состояния Общества и принятия на себя должником, таким образом, дополнительных обязательств. 

Между тем задолженность в части долга ресурсоснабжающим организациям образовалась в рамках правоотношений, длящихся в течение всего периода осуществления Обществом деятельности по оказанию услуг по содержанию многоквартирных домов, и указанные правоотношения не могли прекратиться иначе как в связи со сменой управляющей организации в порядке статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации, вне зависимости от финансового состояния действующей управляющей компании.

При таких обстоятельствах, бездействие ответчика по необращению в суд с заявлением о банкротстве Общества, само по себе, не могло послужить причиной наращивания кредиторской задолженности, равно как, такое обращение, не повлекло бы моментального прекращения правоотношений между должником и кредиторами – поставщиками коммунальных услуг. 

Исходя из изложенного, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что выводы судов относительно наличия в данном случае состава вменяемой ответчику субсидиарной ответственности, сделанные без учета приведенных выше обстоятельств,  не могут быть признаны в достаточной степени обоснованными.

Определение от 20.12.2021 и постановление от 22.02.2022 подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении суду следует установить все обстоятельства, имеющие существенное значение для рассматриваемого обособленного спора, в частности, установить и дать оценку наличию обязанности руководителя должника по обращению в суд с учетом конкретных обстоятельств хозяйственной деятельности Общества, оценить представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и принять по делу законный и обоснованный судебный акт, правильно применив нормы материального права и не допустив нарушения процессуального законодательства. 

Руководствуясь статьями 282, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Мурманской области от 20.12.2021 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.02.2022 по делу № А42-8490/2017 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Мурманской области на новое рассмотрение.

 

Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи

А.А. Боровая

Т.В. Кравченко