ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-37328/2023

город Ростов-на-Дону

17 июля 2024 года

15АП-8876/2024  Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2024 года.  

Полный текст постановления изготовлен 17 июля 2024 года. 

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Илюшина Р.Р.,  

судей И.Н. Мельситовой, Н.В. Нарышкиной, при ведении протокола судебного заседания секретарем Петросьян Н.В., при участии: от истца: Коробов А.В. по доверенности от 26.02.2024, от ответчика: Цымбалюк А.И. по доверенности от 09.07.2024, Скрипко А.И. по доверенности от 01.07.2024, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного  общества «Научно-производственное объединение дальней радиолокации»  

на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.04.2024 по делу № А32-37328/2023 

по иску акционерного общества «Научно-производственное объединение дальней  радиолокации» (ОГРН 1027739299060, ИНН 7713269230)  

к обществу с ограниченной ответственностью «Спектор-С» (ОГРН 1062308024558,  ИНН 2308120760)  

о взыскании неустойки, процентов, 

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Научно-производственный комплекс «Научно-исследовательский институт дальней радиосвязи» (далее – истец, компания)  обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к  обществу с ограниченной ответственностью «Спектор-С» (далее – ответчик,  общество) о взыскании неустойки в сумме 3215488,67 руб., процентов за  пользование коммерческим кредитом в сумме 3215488,67 руб. (уточненные  требования).  

В результате завершения реорганизация в форме присоединения АО «НПК  «НИИДАР» к АО «НПО дальней радиолокации» 01.04.2024 судом произведена  замена истца с акционерного общества «Научно-производственный комплекс  «Научно-исследовательский институт дальней радиосвязи» (ОГРН 1027739073339,  

ИНН 7718016698) на акционерное общество «Научно-производственное  объединение дальней радиолокации» (ИНН 7713269230, ОГРН 1027739299060).  

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.04.2024 в иске  отказано; акционерному обществу «Научно-производственное объединение  дальней радиолокации» выдана справка на возврат государственной пошлины в  размере 2864 руб. (платежное поручение № 4905 от 12.07.2023).  

Установив, что общество не считается просрочившим, пока обязательство не  может быть исполнено вследствие просрочки кредитора и подлежит освобождению  от применения к нему штрафных санкций в соответствии с пунктом 3 статьи 405,  пункта 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации, и обязательств  по договору, при этом срок выполнения работ продлевается соразмерно  допущенной просрочке заказчика, суд первой инстанции пришел к выводам об  отсутствии вины ответчика по требованию о взыскании неустойки за просрочку  выполнения работ по этапам № 2.1, 2.2, 2.3, № 3, № 4, № 5 в размере 3199778,49 руб.  и пропуске исковой давности в части начисления неустойки за исполнение этапа   № 1 в размере 15710,18 руб.  

Рассмотрев требования истца о взыскании процентов за пользование  коммерческим кредитом, заключив, что аванс не может рассматриваться в качестве  коммерческого кредита, поскольку противоречит его правовой природе, а  начисленные проценты не могут служить платой за коммерческий кредит,  поскольку начисление таких процентов за нарушение обязательства, вытекающего  из договора, соответствует признакам меры гражданско-правовой ответственности,  приняв во внимание, что какие-либо виновные действия исполнителя в рамках  договорных правоотношений не установлены, суд отказал в присуждении  соответствующего требования.  

Компания обжаловала решение суда первой инстанции в порядке,  предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, просила решение отменить, принять новый судебный акт, которым  удовлетворить исковые требования.  

В обоснование доводов жалобы заявитель ссылается на следующие  обстоятельства:  

 вывод суда о приостановлении работ по этапам 2.1, 2.2, 2.3 является  необоснованным, приостановка выполнения работ заявлена за 4 рабочих дня до  окончания срока выполнения этапов 2.1, 2.2, 2.3, после приостановления работ  исполнителю установлены новые сроки до 15.11.2020;  

 указанные судом пункты договора (1.1, 3.4.1, 3.1.1, 3.2.1) не содержат  указания на обязанность заказчика предоставлять давальческое оборудование, а  равно сроки его предоставления;  

 основная часть оборудования, монтаж которого должен осуществить  ответчик, размещена на объекте в 2020 и 2022 годах;  

 ответчик мог приступить к выполнению работ по этапам 2.1, 2.2, 2.3 в  любом случае не позднее готовности антенно-фидерного устройства (АФУ), то  есть с 04.08.2022 и, исходя из сроков выполнения работ по этим этапам, завершить  их в 2023 году;  

 невыполнение работ обанкротившимся субподрядчиком ответчика не  является основанием для неисполнения обязательств по договору;  

 ответчик на протяжении более полутора лет не предпринимал иных  действий, направленных на исполнение обязательств по договору: не обращался за  

присвоением соответствующих классов (кодов) ЕКПС, не привлекал и не  согласовывал с заказчиком другого соисполнителя;  

 с 04.08.2022 (дата уведомления исполнителя о готовности  оборудования к монтажу письмом АО «НПК «НИИДАР» от 04.08.2022 исх.   № НД/И-2831/01/22) до 07.03.2024 (дата заключения дополнительного соглашения   № 5) ответчик не исполнял обязательства по этапам 2.1, 2.2, 2.3;  

 суд первой инстанции неправильно применил нормы материального  права, предусмотренные статьями 401, 406, 719 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

В отзыве общество жалобу не признало, просило решение оставить без  изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, указав на  необоснованность доводов апеллянта. Сроки по договору продлены в том числе  для того, чтобы истец мог исполнить свои обязательства по поставке давальческих  материалов на объект, поскольку основанием для приостановки работ  исполнителем явилась неопределенность сроков поставки давальческого сырья.  Выполнение ответчиком работ поставлено в зависимость от действий заказчика,  что привело к просрочке исполнения обязательств по договору.  

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, заслушав  представителей сторон, апелляционная коллегия не находит оснований к отмене  судебного акта.  

Как следует из материалов дела, 01.10.2018 между АО «НПК «НИИДАР»  (заказчик, правопредшественник компании) и обществом (исполнитель) заключен  договор на выполнение работ в рамках опытно-конструкторской работы «Сирена- ВКО» № 14181873111161010128001119/Сирена/СпекторС/7(3) (далее – договор), по  условиям которого исполнитель обязуется в установленный договором срок  выполнить часть опытно-конструкторской работы «Разработка и изготовление  инженерных конструкций и конструктивов технической позиции изделия 114Ж6»  Шифр – «Сирена ВКО-ТС КВП-КМЧ», «Выполнение монтажных работ по  установке антенно-мачтового сооружения и размещаемого оборудования ТС КВП»  Шифр – «Сирена ВКО-ТС КВП-АМС» и «Проектирование и монтаж комплекса  технических средств внешней охраны изделия 114Ж6» Шифр – «Сирена ВКО-ТС  КВП-ТСВО» (далее по тексту – работа) в рамках ОКР «Сирена-ВКО» в объеме,  соответствующую качеству, результату и иным требованиям, установленным  договором и своевременно сдать заказчику ее результат, а заказчик обязуется  принять и оплатить такой результат (пункт 1.1 договора).  

В соответствии с пунктом 1.2 договора основанием для его заключения  является заключенный между заказчиком и Головным исполнителем ОКР «Сирена- ВКО» контракт № 1418187311161010128001119/РТИ2015/123-(2) от 25.09.2015  (государственный контракт Ш41818731П61010128001119/ЕП/1/03/Н/2007/2014 от  27.02.2014), где (2) –порядковый номер, соответствующий уровню вхождения  соисполнителя в кооперацию, относительно государственного контракта. Данное  условие должно быть сохранено в договорах исполнителей и поставщиков всех  уровней.  

Согласно пункту 2.1 договора работа по своим функциональным,  техническим, качественным и эксплуатационным характеристикам, результату и  иным требованиям, связанным с определением соответствия выполняемой работы  потребностям заказчика, должна соответствовать требованиям договора, ТЗ  

 № 03/09-18дсп, № 03/010-18дсп и № 03/011-18дсп на работу (приложение № 4 к  договору) (далее – ТЗ), являющегося неотъемлемой частью договора, ГОСТ.  

В пункте 2.2 договора стороны согласовали, что содержание, сроки  выполнения работы, цена работы, а также ожидаемый результат работы и  документация, содержащая сведения о результате работы, определяются  ведомостью исполнения, которая является неотъемлемой частью настоящего  договора (приложение № 6).  

В порядке пункта 4.1 договора предусмотренная работа выполняется в  сроки, указанные к прилагаемой к договору ведомости исполнения (приложение   № 6 к договору).  

На основании пункта 4.3 договора датой исполнения работы считается дата  подписания заказчиком акта сдачи-приемки выполненной работы (приложение № 1  к договору).  

Ведомостью исполнения к договору установлены сроки выполнения этапов. 

Срок выполнения работ по этапам 1.1,1.2,1.3: начало работ – 01.08.2018,  окончание работ – 10.11.2018.  

Сроки выполнения работ по этапам 2.1,2.2,2.3: начало работ – 15.10.2018,  окончание работ – 20.12.2019.  

Сроки выполнения работ по этапу 3: начало работ – 01.08.2019, окончание  работ – 3011.2019.  

Сроки выполнения работ по этапу 4: начало работ – 01.11.2020, окончание  работ –31.01.2021.  

Сроки выполнения работ по этапу 5: начало работ – 01.06.2021, окончание  работ –31.08.2021.  

Из искового заявления следует, что работы по этапам 1.1, 1.2, 1.3 ведомости  исполнения выполнены 29.11.2018, что подтверждается актом приемки этапа 1.1 от  29.11.2018, актом приемки этапа 1.2 от 29.11.2018 и актом приемки этапа 1.3 от  29.11.2018.  

В обоснование заявленных требований компания указывает, что работы по  состоянию на дату обращения в суд по остальным этапам не сданы, отчетные  документы по этим этапам заказчику не предоставлялись.  

Поскольку ответчик допустил просрочку исполнения обязательств, истец,  руководствуясь положениями договора, начислил исполнителю неустойку в сумме  3215488,67 руб., а также проценты за пользование коммерческим кредитом в сумме  3215488,67 руб.  

03.04.2023 компанией в адрес общества направлена претензия с требованием  погасить имеющуюся задолженность, которое добровольно не исполнено.  

Изложенное послужило основанием предъявления рассматриваемого иска. 

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации  по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию  другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а  заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.  

В статье 708 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено,  что в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения  работ.  

В соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 708 названного Кодекса, если  иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено  

договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и  конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.  

Суд первой инстанции при разрешении спора принял во внимание доводы  ответчика, согласно которым в соответствии с пунктами 3.1.1 и 3.2.1 приложения   № 4 «Техническое задание на работу, выполняемую в рамках СЧ ОКР «Сирена-ВК- ТС-ТС КВП»: Выполнение монтажных работ по установке антенно-мачтового  сооружения и размещаемого оборудования ТС КВП» Шифр «Сирена-ВКО-ТС  КВП-АМС», а также в соответствии с п.3.1.1 Приложения № 4 «Техническое  задание на работу, выполняемую в рамках СЧ ОКР «Сирена-ВКО-ТС КВП-ТСВО»:  проектирование и монтаж комплекса технических средств внешней охраны  изделия 114Ж6» Шифр «Сирена-ВКО-ТС КВП-ТСВО» у ответчика предусмотрены  обязательства о поставке и установке на объекте размещения опытного образца  давальческого оборудования, а именно элементов антенно-фидерного устройства  (АФУ) из состава изделия 114Ж6, кузова-контейнера специального (аппаратного  контейнера) и кузова-контейнера КК6.2.70.2.  

В апелляционной жалобе компания настаивает на нарушении обществом  сроков выполнения этапов работ и выражает несогласие с выводами суда первой  инстанции о наличии у заказчика обязанности предоставить давальческое  оборудование.  

Пункты 1.1 и 3.4.1 договора действительно не содержат прямого указания на  обязанность заказчика предоставлять давальческое оборудование.  

Между тем в порядке пункта 2.1 договора ТЗ № 03/09-18дсп, № 03/010-18дсп  и № 03/011-18дсп на работу (приложение № 4 к договору) являются неотъемлемой  частью договора.  

Так, пункт 3.1 ТЗ № 03/010-18дсп предусматривает, что опора мачтовая  (башенная) является давальческим сырьем, поставляемым заказчиком; в состав  опоры мачтовой (башенной) в том числе входит многоуровневые  (многосекционные) несущие металлоконструкции, несущие металлоконструкции,  технологические и переходные площадки различных уровней антенно-мачтового  сооружения (АМС) изделия с конструктивами для размещения антенных устройств  (АУ) и радиоэлектронной аппаратуры (РЭА) и оборудования изделия, каркас  кабельных бухт линий антенно-фидерных устройств (АФУ) изделия,  заградительные огни АМС изделия.  

Пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений  Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании  договора» разъясняет, что условия договора подлежат толкованию в системной  взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства,  закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими  положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов,  содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431  Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание  буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное  толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого  употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и  добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса  

Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики  сторон и иных обстоятельств дела.  

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить  какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или  недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской  Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию  условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.  

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума  Верховного Суда Российской Федерации по применению статьи 431 Гражданского  кодекса Российской Федерации следует, что предусмотренные данной нормой  правила толкования условий договора направлены на установление судом  согласованного волеизъявления сторон договора и подлежат применению в  случаях, когда отдельные условия письменного договора сформулированы его  сторонами неясно и неточно.  

Выявление судом такой согласованной воли сторон договора путем  судебного толкования условий конкретного договора осуществляется  последовательно, то есть сначала используются правила, установленные частью 1  статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации (выяснение содержания  условий договора путем их буквального и системного толкования), а при  невозможности с их помощью установить действительную общую волю сторон  договора применяются правила части 2 данной статьи (выявление содержания  условий договора исходя из цели договора и с учетом предшествовавших договору  переговоров и переписки, практики, установившейся во взаимных отношениях  сторон, обычаев, последующего поведения сторон).  

Осуществляя толкование условия заключенного сторонами спора договора,  суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии у компании как  заказчика обязанности предоставить давальческое оборудование.  

Из материалов дела усматривается, что вследствие неисполнения истцом  поименованной обязанности ответчик приостановил спорные работы.  

Согласно пункту 3.2.2 договора исполнитель обязан приостановить  выполнение работы в случае обнаружения независящих от исполнителя  обязательств, которые могут оказать негативное влияние на качество результата  роботы и сообщить об этом заказчику в течении 3 (трех) дней после  приостановления выполнения работ.  

Пунктом 3.2.5 договора установлено, что исполнитель обязан  незамедлительно информировать заказчика о невозможности получения  ожидаемого результата работы или о нецелесообразности выполнения работы.  

Согласно ведомости исполнения работы по этанам 2.1, 2.2, 2.3 исполнитель  должен выполнить в срок с 15.10.2018 по 20.12.2019.  

25.07.2019 сторонами подписано дополнительное соглашение № 1 к  договору, которым установлен новый срок окончания работ – 31.05.2020.  

В письме исх. № 85/05/2020 от 25.05.2020 ООО «Спектор-С» уведомило АО  «НПК «НИИДАР» о том, что в связи с неопределенностью сроков поставки  давальческого сырья заказчиком (АМС, кузов-контейнеры и АФУ) «Спектор-С» не  может выполнить работы по договору в срок и приостанавливает выполнение  работ по этапу 2 договора с 25.05.2020 до момента поставки оборудования на  площадку развертывания. Данное письмо получено истцом 27.05.2020, что  подтверждается квитанцией № 9297717844 курьерской службы DHL.  

Ссылки апелляционной жалобы на направление уведомления о  приостановлении работ за четыре дня до истечения срока для их сдачи правового  значения для установления факта неисполнения компанией принятых по условиям  договора обязательств не имеют.  

Согласно абзацу второму пункта 1 статьи 718 Гражданского кодекса  Российской Федерации при неисполнении заказчиком обязанности в случаях, в  объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику  содействие в выполнении работы подрядчик вправе требовать возмещения  причиненных убытков, включая дополнительные издержки, вызванные простоем,  либо перенесения сроков исполнения работы, либо увеличения указанной в  договоре цены работы.  

Пунктами 1 и 2 статьи 719 Гражданского кодекса Российской Федерации  подрядчику предоставлено право, если иное не предусмотрено договором подряда,  отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков в случаях,  когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности  непредоставление материала, препятствует исполнению договора подрядчиком, а  также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что  исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок  (статья 328).  

Судом первой инстанции учтено, что завершение работ по этапу 2 (включая  этап 2.1, 2.2 и 2.3) в срок по договору (окончание 15.11.2020) стало невозможным в  связи с непоставкой в срок АО «НПК «НИИДАР» на объект размещения опытного  образца давальческого оборудования поставки.  

В порядке пункта 3.2.5 договора ООО «Спектор-С» уведомляло АО «НПК  «НИИДАР» о том, что отсутствие поставляемых заказчиком материалов не  позволяет завершить работы по этапу 2 в срок.  

Так, в материалы дела, представлены письма ООО «Спектор-С»   № 215/11/2020 от 05.11.2020, № 262/12/2020 от 17.12.2020, № 267/12/2020 от  23.12.2020, которыми исполнитель уведомлял заказчика о готовности исполнителя  к изготовлению опытного образца на объекте размещения, о том, что давальческие  материалы исполнителем не переданы, а для выполнения работ требуется 60  календарных дней, в связи с чем просило рассмотреть вопрос о переносе срока  завершения этапа № 2 на 74 календарных дня с момента передачи давальческих  материалов, а также письмо ООО «Спектор-С» № 236/11/2020 от 18.11.2020,  которым также уведомляло исполнителя о готовности к изготовлению опытного  образца на объекте размещения, о том, что Исполнитель не передал на объект  давальческие материалы и не обеспечил временное электропитание на месте  дислокации опытного образца, необходимое для подключения заградительных  огней АМС.  

Ответчиком также представлены документы, подтверждающие, что АО  «НПК «НИИДАР» неоднократно меняло сроки поставки оборудования,  необходимого ООО «Спектор-С» для завершения работ по этапу 2, тем самым  затягивая исполнение обязательств по договору.  

04.08.2022 АО «НПК «НИИДАР» осуществило доставку на объект  размещения опытного образца изделия 114Ж6 давальческого оборудования и  материалов (АМС и АФУ), однако документов, повреждающих поставку кузовов-контейнеров на объект в материалы дела не представлено.  

Как указывает ответчик, с момента данного уведомления основания для  приостановления выполнения работ отпали, однако для окончания выполнения  работ ООО «Спектор-С» требовалось 60 календарных дней  

В письме исх. № 130/09/2022 от 07.09.2022 общество сообщало, что в связи с  отсутствием у ООО «Спектор-С» ЕКПС для выполнения данных работ согласовано  в установленном порядке в качестве соисполнителя ООО «ИСТ», имеющее  необходимые ЕКПС 5410 и ЕКПС 5985.  

В соответствии с требованиями пункта 6.11 договора ООО «Спектор-С»  перечислило ООО «ИСТ» аванс в размере 80% от стоимости работ по этапу. ООО  «ИСТ» в рамках выполнения работ не предоставило в адрес ООО «Спектор-С»  документы, предусмотренные пунктом 5.11 договора для закрытия этапа.  29.07.2022 в адрес ООО «Спектор-С» поступило письмо от ООО «ИСТ» исх. № 71  от 11.07.2022 о невозможности выполнения работ в рамках СЧ ОКР «Сирена-ВКО- ТС КВП-АМС» и СЧ ОКР «Сирена-ВКО-ТС КВП-КМЧ» в связи с запуском  процедуры банкротства,  о чем ООО «Спектор-С» направило в адрес АО « НПК «НИИДАР» уведомление   № 106/08/2022 от 01.08.2022.  

В порядке пункта 3.2.5 договора в письме исх. № 130/09/2022 от 07.09.2022  сообщено, что в настоящее время выполнение работ силами ООО «Спектор-С» не  представляется возможным в связи с процедурой банкротства соисполнителя и  отсутствием необходимых ЕКПС у ООО «Спектор-С».  

Согласно пунктам 3.4.4 и 3.4.8 договора заказчик обязан при получении от  исполнителя уведомления о приостановлении выполнения работы рассмотреть  вопрос о целесообразности и порядке продолжения выполнения работы. Решение о  продолжении выполнения работы принимается заказчиком и исполнителем  совместно и, при необходимости, оформляется дополнительным соглашением к  договору, в случае невозможности достижения результата работы установленного  условиями договора и требованиями ТЗ, в тридцатидневный срок рассмотреть  вопрос о целесообразности продолжения работы.  

Судом первой инстанции установлено, что истец в материалы дела не  предоставил документы, подтверждающие исполнение заказчиком обязательств,  предусмотренных указанными пунктами договора.  

Установленные обстоятельства опровергают доводы апелляционной жалобы  о том, что ответчик не приступил к выполнению работ только из-за отсутствия  подготовленного фундамента для установки оборудования.  

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по  правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ООО «Спектор-С»  воспользовавшись правами, предусмотренными статьей 719 ГК РФ,  предпринимало необходимые меры для выполнения работ по договору в срок,  отклонив доводы истца об обратном.  

В ходе рассмотрения дела сторонами предприняты попытки урегулирования  спора путем согласования решения об уточнении объемов выполняемых работ по  договору от 01.10.2018 № 1418187311161010128001119/Сирена/СпекторС/7(3)  (Составные части ОКР «Сирена–ВКО-НИИДАР») и решения № 03/0219-23дсп об  изменении объема и состава работ, выполняемых в части «Выполнение монтажных  работ по установке антенно-мачтового сооружения и размещаемого оборудования  ТС КВП» (Шифр «Сирена-ВКО-ТС КВП-АМС») и в части «Разработка и  

изготовление инженерных конструкций и конструктивов технической позиции  изделия 114Ж6» (Шифр «Сирена-ВКО-ТС КВП-КМЧ). В ходе согласования  решения об уточнении объемов выполняемых работ по договору от 01.10.2018   № 1418187311161010128001119/Сирена/СпекторС/7(3) (Составные части ОКР  «Сирена–ВКО-НИИДАР») стороны согласовали выпуск дополнение к  техническому заданию на работу, выполняемую в рамках СЧ ОКР «Сирена–ВКО- НИИДАР»: «Выполнение монтажных работ по установке антенно-мачтового  сооружения и размещаемого оборудования ТС КВП». Шифр – «Сирена-ВКО-ТС  КВП-АМС» в части уточнения работ, выполняемых ООО «Спектор-С», а именно:  исключения монтажа АМС и части размещаемого оборудования из состава ТС  КВП, а также подготовку АО «НПК «НИИДАР» технического задания на  выполнение монтажных работ по установке АМС и размещения оборудования из  состава опытного образца изделия 114Ж6 для соисполнителя, установленным  порядком привлекаемого в перечень кооперации и имеющего необходимые ЕКПС  5410 и ЕКПС 5985 части размещаемого оборудования из состава ТС КВП.  

В рамках выполнения указанного решения сторонами подписано дополнение   № 5 к техническому заданию на работу, выполняемую в рамках СЧ ОКР «Сирена – ВКО-НИИДАР»: «Выполнение монтажных работ по установке антенно-мачтового  сооружения и размещаемого оборудования ТС КВП», также подписаны  дополнение № 4 к техническому заданию на работу, выполняемую в рамках СЧ  ОКР «Сирена –ВКО-НИИДАР» «Разработка и изготовление инженерных  конструкций и конструктивов технической позиции изделия 114Ж6» (Шифр  «Сирена-ВКО-ТС КВП-КМЧ») и дополнение № 6 к техническому заданию на  работу, выполняемую в рамках СЧ ОКР «Сирена –ВКО-НИИДАР» «Выполнение  монтажных работ по установке антенно-мачтового сооружения и размещаемого  оборудования ТС КВП».  

Решением № 03/0219-23дсп внесены изменения в техническое задание  «Разработка и изготовление инженерных конструкций и конструктивов  технической позиции изделия 114Ж6» (Шифр «Сирена ВКО-ТС КВП-КМЧ») (в  редакции дополнения № 3). В пункте 12.1 ТЗ «Этапы выполнения СЧ ОК» этап № 2  переименовать и разбить на этапы № 2.1 и № 2.2,а также сторонами внесены  изменения в техническое задание «Выполнение монтажных работ по установке  антенно-мачтового сооружения и размещаемого оборудования ТС КВП» (Шифр  «Сирена ВКО-ТС КВП-АМС») (с учетом решения об уточнении объемов  выполняемых работ (инв. № 03/0203-22 дсп) и дополнением № 5 к Техническому  заданию на работу, выполняемую в рамках СЧ ОКР «Сирена-ВКО-ТС КВП»  «Выполнение монтажных работ по установке антенно-мачтового сооружения и  размещаемого оборудования ТС КВП» (инв. № 03/0204-22 дсп).  

В пункте 12.1 ТЗ «Этапы выполнения СЧ ОКР» этап № 2 переименовать и  разбить на этапы № 2.1 и № 2.2. Изготовление заземления АМС исключено из  состава работ ООО «Спектор-С» и передать новому исполнителю. Также  указанным решением утверждено, что АО «НПК «НИИДАР» установленным  порядком должно заключить договор на изготовление МУК ТП, заземления и  молниезащиты АМС с новым соисполнителем, привлекаемым в перечень  кооперации и имеющим необходимые ЕКПС 5410 и ЕКПС 5985.  

Указанным решением обязанность по выполнению работ по этапам № 2.1,  2.2, 2.3 исключена из состава выполнения работ ООО «Спектор-С».  

Судом первой инстанции установлено, что в рамках принятого решения от  28.10.2022 этап № 2.2, а именно монтаж АМС и части размещаемого оборудования  из состава ТС КВП исключен из состава работ ООО «Спектор-С» и передан для  исполнения другому исполнителю.  

Принятым решением № 03/0219-23дсп от 15.09.2023 внесены изменения в  техническое задание «Разработка и изготовление инженерных контракций и  конструктивов технической позиции изделия 114Ж6», этап № 2 переименован и  разбит на подэтапы № 2.1, 2.2., работы по монтажу и установке технической  позиции изделия из состава работ ООО «Спектор-С» исключены, обязанность по  выполнению данных работ с ответчика снята. Также данным решением исключены  работы по изготовления заземления АМС и переданы новому исполнителю, что  также свидетельствует об снятии обязанности по выполнению указанных работ с  ООО «Спектор-С».  

По итогам исследования представленных сторонами спора доказательств суд  первой инстанции заключил, что решения, устанавливающие технические  организационные процедуры, связанные с исполнением конкретных обязательств,  входят в основу составления и заключения дополнительных соглашений и  являются их неотъемлемой частью.  

Так, истцом согласовано и подписано решение, в рамках которого с  общества снята обязанность по выполнению работ в части изготовления  заземления АМС и монтажа и установки технической позиции изделия, при этом  неподписание дополнительного соглашения относительно внесенных решением  изменений не является основанием для исключения возможности ООО «СпекторС» ссылаться на данное решение в обосновании своей позиции.  

Кроме того, указанным решением к выполнению работ по этапам № 2.1, 2.2,  АО «НПК «НИИДАР» привлечены соисполнители, в связи с чем у ООО «СпекторС» отсутствовала возможность сдать целый этап № 2.  

В силу пункта 3 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации  должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть  исполнено вследствие просрочки кредитора.  

В силу пункта 1 статьи 718 Гражданского кодекса Российской Федерации  заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором  подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы.  

При неисполнении заказчиком этой обязанности подрядчик вправе требовать  возмещения причиненных убытков, включая дополнительные издержки,  вызванные простоем, либо перенесения сроков исполнения работы, либо  увеличения указанной в договоре цены работы.  

По условиям договора заказчик принял на себя обязательства по  финансированию работ, передаче и установке в предусмотренном порядке  давальческого оборудования (пункты 1.1, 3.4.1. договора, пункты 3.1.1., 3.2.1.  приложения № 4).  

Материалами дела подтверждается, что заказчиком не исполнены  обязательства по предоставлению полного комплекта давальческого оборудования  в установленные сроки, в частности:  

 элементы антенно-фидерного устройства (АФУ) из состава изделия  114Ж6;  

 кузов-контейнер специального (аппаратного контейнера) и кузов-контейнер КК6.2.70.2.  

Исполнитель неоднократно направлял запросы на поставку давальческого  оборудования, что подтверждается следующими письмами: от 13.03.2020   № 64/03/2020, от 21.07.2020 № 133/07/2020, от 05.11.2020 № 2015/11/2020, от  17.12.2020 № 262/12/2020, от 23.12.2020 от 267/12/2020, от 26.01.2021 № 13/01/2021.  

Вместе с тем заказчик, несмотря на осведомленность о необходимости  предоставить давальческое оборудование, проявил бездействие, не устранив  своевременно имеющиеся несоответствия, а также уклонился от дачи подрядчику  соответствующих указаний относительно дальнейшего выполнения работ.  

Доказательства своевременного внесения необходимых изменений в  проектную, рабочую документацию со стороны заказчика материалы дела не  содержат.  

В отсутствии запрашиваемого давальческого оборудования исполнитель  лишен возможности выполнять работы, в частности приступать к выполнению  дальнейших этапов согласно ведомости исполнения.  

Указанное свидетельствует о том, что ответчик предпринимал все  необходимые, разумные и зависящие от него меры, направленные на  своевременное выполнение работ, надлежащим образом уведомляя заказчика о  невозможности дальнейшего производства работ в соответствии с проектной  документацией, по причинам, не зависящим от исполнителя работ.  

Между тем заказчик свои обязанности, установленные статьей 718  Гражданского кодекса Российской Федерации, не исполнил, что привело к  невозможности исполнения подрядчиком принятых на себя обязательств в части  этапов № 2.1, 2.2, 2.3 в установленный договором срок и сдачи их в полном объеме.  

Кредитор считается просрочившим, если он отказался принять  предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий,  предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо  вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых  должник не мог исполнить своего обязательства (пункт 1 статьи 406 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

Установив, что исполнитель фактически не мог приступить к выполнению  работ до представления необходимого давальческого оборудования со стороны  заказчика, а увеличение сроков выполнения работ вызвано встречным  неисполнением обязательств со стороны заказчика и исполнитель не считается  просрочившим до момента невозможности выполнения работ, суд первой  инстанции пришел к мотивированному выводу, что общество не считается  просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие  просрочки кредитора, и подлежит освобождению от применения к нему штрафных  санкций в соответствии с пунктом 3 статьи 405, пунктом 1 статьи 406  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации  неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором  денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае  неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае  просрочки исполнения.  

Согласно пункту 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации  лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим  образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности),  кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания  

ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости  и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и  условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения  обязательства.  

В силу пункта 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации  отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.  

С учетом установленных по делу обстоятельств, поскольку оказание  содействия подрядчику в решение возникающих вопросов в силу статьи 328  Гражданского кодекса Российской Федерации является встречным обязательством,  без исполнения которых выполнение работ и исполнение подрядчиком договора  невозможно, принимая во внимание соблюдение подрядчиком требований статей  716, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  приходит к выводу об отсутствии вины подрядчика в нарушении срока выполнения  работ и, соответственно, отсутствии оснований для применения ответственности за  нарушение сроков выполнения работ.  

Достаточных и допустимых доказательств, опровергающих установленные и  фактические обстоятельства дела, а также доводы ответчика суду не представлено.  

В силу положений статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации  граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора  определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание  соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.  

Кроме того, юридическое лицо, осуществляя предпринимательскую  деятельность в соответствии с действующим законодательством и вступая в новые  договорные отношения, должно было предвидеть последствия совершения им  юридически значимых действий. Являясь субъектом гражданских  правоотношений, ответчик обязан не только знать нормы гражданского  законодательства, но и обеспечить соблюдение этих норм.  

Истец не доказал наличие обстоятельств, на которых основаны его исковые  требования.  

По результатам разрешения спора суд первой инстанции пришел к  обоснованному выводу, что сумма неустойки за просрочку по этапам № 2.1, 2.2, 2.3,   № 3, № 4, № 5 в размере 3199778,49 руб. не подлежит взысканию в связи с  отсутствием вины ответчика.  

С учетом заявленного обществом ходатайства о пропуске исковой давности  в части начисления неустойки за исполнения этапа № 1, суд первой инстанции на  основании статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации пришел к  выводу, что срок исковой давности по требованию истца о взыскании неустойки за  выполнение работ по этапам № 1.1, № 1.2, № 1.3 в размере 15710,18 руб. истек  30.11.2021. В указанно части апелляционная жалоба доводов не содержит.  

Требование истца о взыскании процентов за пользование коммерческим  кредитом также оставлено судом первой инстанции без удовлетворения.  

На основании пункта 6.12 договора в случае неисполнения исполнителем  обязательств, предусмотренных договором, в срок, установленный ведомостью  исполнения, он лишается права на экономическое стимулирование (бесплатное  пользование аванса) и к авансу (или его соответствующей части) применяются  правила статьи 823 Гражданского кодекса Российской Федерации о коммерческом  кредите. Проценты за пользование коммерческим кредитом в виде аванса (или его  соответствующей части) уплачивается, начиная со дня, следующего после дня  

получения аванса (или его соответствующей части) по день фактического  исполнения обязательства. Плата за пользование коммерческим кредитом  устанавливается в размере одной трехсотой ставки рефинансирования  Центрального банка Российской Федерации, действующей на день уплаты  процентов, от суммы выданного аванса (или его (соответствующей части) за  каждый день пользования авансом (или его соответствующей части), как  коммерческим кредитом.  

В силу пункта 6.13 договора в случае расторжения договора по инициативе  исполнителя или в связи с неисполнением исполнителя обязательств,  предусмотренных договором, аванс (или его соответствующая часть) подлежит  возврату заказчику с момента заключения соглашения о расторжении договора или  вступления в силу соответствующего решения суда о расторжении договора.  Проценты начисляются, начиная со дня, следующего после дня получения аванса  (или его соответствующей части) по день поступления денежных средств на счет  заказчика.  

Судом установлено, что во исполнение условий договора истец перечислил  ответчику предварительную оплату (аванс) по этапам 2.1, 2.2,2.3 Ведомости  исполнения в размере 8185778,97 руб., что подтверждается платежным поручением   № 9236 от 13.12.2018.  

В данном случае наличие вины ответчика в просрочке исполнения  обязательств по договору истцом не доказано.  

Согласно статье 823 Гражданского кодекса Российской Федерации  договорами, исполнение которых связано с передачей в собственность другой  стороне денежных сумм или других вещей, определяемых родовыми признаками,  может предусматриваться предоставление кредита, в том числе в виде аванса,  предварительной оплаты, отсрочки и рассрочки оплаты товаров, работ или услуг  (коммерческий кредит), если иное не установлено законом  

Из положений части 2 статьи 823 Гражданского кодекса Российской  Федерации и пункта 12 Постановления Пленумов Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации № 13/14 от  08.10.1998 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской  Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» следует,  что проценты по коммерческому кредиту являются платой за правомерное,  обусловленное договором, пользование денежными средствами и отличаются от  неустойки за просрочку исполнения обязательства, имеющей санкционный  характер и применяющейся при нарушении срока исполнения обязательства.  

При этом неустойка вследствие своей правовой природы является  финансовой санкцией за нарушение исполнения договорного обязательства и  подлежит квалификации в таком качестве вне зависимости от формы  поименования соответствующих процентов в тексте договора, поскольку  содержание правоотношений сторон устанавливается исходя из их правовой  природы и действительного волеизъявления при заключении сделки.  

Как следует из условий спорного договора, проценты по пункту 6.12  договора не являются платой за пользование коммерческим кредитом, а являются  мерой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства, поскольку  основание для начисления и взыскания таких процентов возникает только при  нарушении обязательства исполнителем.  

Применительно к положениям статьи 823 Гражданского кодекса Российской  Федерации, пунктам 12, 14 Постановления Пленумов Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации № 13/14 от  08.10.1998 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской  Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» суд  первой инстанции пришел к выводу, что аванс не может быть рассмотрен в  качестве коммерческого кредита, поскольку противоречит его правовой природе, а  начисленные проценты не могут служить платой за коммерческий кредит,  поскольку начисление таких процентов за нарушение обязательства, вытекающего  из договора, соответствует признакам меры гражданско-правовой ответственности.  

Доводов в части отказа в присуждении процентов за пользование  коммерческим кредитом в виде аванса в апелляционной жалобе не заявлено.  

В силу изложенного апелляционная коллегия считает, что выводы суда  первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов  дела и конкретных обстоятельствах, доводы лиц, участвующих в деле правильно  оценены, выводы сделаны при правильном применении норм действующего  законодательства.  

Все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены  коллегией судей, признаются несостоятельными, поскольку не опровергают  законности принятого по делу судебного акта и основаны на неверном толковании  норм действующего законодательства, обстоятельств дела.  

Нарушений процессуального права, являющихся основанием для  безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой  инстанции не допущено.  

В соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации судебные расходы по оплате государственной  пошлины при подаче апелляционной жалобы подлежат отнесению на заявителя  жалобы.  

Руководствуясь статьями 268 – 271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.04.2024 по делу   № А32-37328/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух  месяцев через суд первой инстанции.  

Председательствующий Р.Р. Илюшин  

Судьи И.Н. Мельситова  

 ФИО1