АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-7975/2021

31 мая 2022 года

г. Улан-Удэ

Резолютивная часть решения объявлена 25 мая 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 31 мая 2022 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Богдановой А.В.

при ведении протокола  судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Дорстройсервис» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ФИО2 (ИНН 

<

***>) о взыскании в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 25 068 руб.,

при участии в заседании:

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: не явился, извещен,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Дорстройсервис» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Бурятия с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 25 068 руб.

В обоснование исковых требований истец указал, что ООО «Дорстройсервис» платежными поручениями от 04.08.2017г. № 6635 и от 26.07.2017г. № 6302 перечислило ООО «Сапсан» денежные средства в размере 54 655  руб. и  54 655  руб. соответственно в качестве оплаты счета № б/н от 25.07.2017г. за поставку пиломатериала, всего  на сумму 109310 руб. Однако по факту оплаченная продукция истцу не поставлена. С учетом частичного возврата денежных средств в размере 86242 руб. задолженность составила 23068 руб., что послужило основанием для обращения в суд. Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 05.07.2019г. по делу № А10-2814/2019 исковые требования ООО «Дорстройсервис» к ООО «Сапсан» о взыскании суммы предварительной оплаты за товар, не переданный покупателю, в размере 23068 руб. удовлетворены. Исполнительный лист серии ФС № 030859301 от 29.07.2019  предъявлен в службу судебных приставов для принудительного взыскания, на основании чего возбуждено исполнительное производство № 137826/19/03024-ИП от 06.09.2019. Судебный акт не исполнен, исполнительное производство окончено судебным приставом-исполнителем на основании п. 3 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в связи с тем, что невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях. Согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц 09.04.2021 ООО «Сапсан» исключено из ЕГРЮЛ  как недействующее юридическое лицо на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона о государственной регистрации в связи с непредставлением документов отчетности в налоговый орган и отсутствием операций по банковским счетам. На момент принятия решения и проведения исполнительных действий судебным приставом-исполнителем генеральным директором и единственным участником общества являлась ФИО2 Ответчик, достоверно зная о наличии задолженности перед истцом, не предпринял мер к погашению задолженности перед ООО «Дорстройсервис», а также возбуждению в отношении общества процедуры ликвидации, проведение которой позволило бы установить имеется ли имущество, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредитора и определить возможность удовлетворения требований кредиторов, поэтому действия ответчика не  отвечали требованиям добросовестности. Ответчик, по мнению истца, должен нести субсидиарную ответственность по долгам ООО «Сапсан» согласно статье 53.1. Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Определением от 30 декабря 2021 года исковое заявление принято к производству.

В судебное заседание истец и ответчик не явились, своих представителей не направили, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В предыдущем заседании представитель истца исковые требования поддержал, изложил их согласно исковому заявлению, в обоснование ссылался на статьи 53.1, 399 ГК РФ, п. 3.1. ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Ответчик с иском не согласился, исковые требования не признал, в отзыве на иск указал, что истец не доказал, что в  действиях ответчика  имеются признаки недобросовестного и неразумного поведения.

Дополнительных документов, ходатайств, в том числе об отложении судебного заседания, возражений относительно рассмотрения дела в отсутствие сторон, от истца и ответчика до начала заседания не поступило.

Суд считает возможным рассмотреть спор по имеющимся доказательствам в отсутствие сторон, в порядке, определенном статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

ООО «Дорстройсервис» платежными поручениями от 04.08.2017 № 6635 и от 26.07.2017 № 6302 перечислило ООО «Сапсан» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) денежные средства в размере 54 655 руб. и 54 655 руб. соответственно в качестве оплаты счета № б/н от 25.07.2017 за поставку пиломатериала, всего  на сумму 109310 руб. В то же время оплаченная продукция истцу не поставлена. С учетом частичного возврата денежных средств в размере 86 242 руб. задолженность ответчика  составила 23 068 руб.

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 05.07.2019 по делу № А10-2814/2019 исковые требования ООО «Дорстройсервис» к ООО «Сапсан» о взыскании суммы предварительной оплаты за товар, не переданный покупателю, в размере 23 068 руб., а также госпошлины в размере 2000 руб. удовлетворены.

Судом 29.07.2019 взыскателю выдан исполнительный лист серии ФС № 030859301, который  предъявлен последним в службу судебных приставов для принудительного взыскания.

06.09.2019 на основании исполнительного листа Железнодорожным РОСП УФССП по Республике Бурятия было возбуждено исполнительное производство № 137826/19/03024-ИП, которое было окончено 12.12.2019 на основании п. 3 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях).

Судебный пристав-исполнитель Железнодорожного РОСП УФССП по Республике Бурятия ФИО3 возвратила в адрес ООО «Дорстройсервис» исполнительный документ.

Согласно выписке из единого государственного реестра юридических лиц 09.04.2021 ООО «Сапсан» исключено из ЕГРЮЛ, как недействующее юридическое лицо на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона о государственной регистрации в связи с непредставлением документов отчетности в налоговый орган и отсутствием операций по банковским счетам.

Таким образом, на момент исключения из ЕГРЮЛ ООО «Сапсан» имело непогашенную задолженность перед истцом в сумме 23068 руб., по мнению истца,  возможность исполнения решения суда о взыскании денежных средств с ООО «Сапсан» утрачена. 

Как указал истец на момент принятия решения и проведения исполнительных действий судебным приставом-исполнителем единственным участником и генеральным директором  общества  являлась ФИО2.

Ссылаясь на неправомерные действия (бездействие) ФИО2, в результате которых истцу были причинены убытки в виде невозможности фактически исполнить судебный акт, истец обратился в суд с настоящим иском о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности в размере неисполненного  ООО Сапсан» денежного обязательства на основании пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ), пункта 3 статьи 53.1,  статьи 64.2, 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Исследовав представленные в материалы дела доказательства,  в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Согласно ст. 419 ГК РФ по общему правилу обязательства прекращаются ликвидацией юридичского лица (должника или кредитора).

В силу п. 2 ст. 64.2 исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные данным кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Как предусмотрено пунктом 3 названной статьи, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению  к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, на которую ссылается истец, установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. Ссылка ответчика на неприменение к спорному правоотношению пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ отклоняется судом, поскольку правоотношения сторон возникли после  вступления в силу (с 28.06.2017) положений пункта 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Согласно пункту 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Пунктами 1, 3, 4 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Такое лицо несет предусмотренную пунктом 1 этой статьи ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и об исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

Пункт 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, на которую ссылается истец в обоснование заявленных требований, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации к субсидиарной ответственности ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

При этом, пункт 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагает бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий органов юридического лица, к которым относятся директор, на лицо, требующее привлечения  его к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

По смыслу приведенных норм, названные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если неисполнение обязательства стало следствием  их недобросовестных или неразумных действий, а не исключения юридического лица из реестра как такового.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения директора юридического лица (контролирующего лица) следует применять разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) в отношении действий (бездействия) директора.

Согласно указанным разъяснениям, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время в рамках рассматриваемого дела каких-либо доказательств недобросовестности, неразумности в действиях ответчика, повлекших неисполнение обязательства общества перед истцом по возврату предварительной оплаты за непоставленный  ООО «Дорстройсервис» товар, последним в материалы дела не представлено.

Предусмотренная статьей 15 ГК РФ ответственность носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно при наличии в совокупности определенных условий: противоправности поведения ответчика, как причинителя вреда, наличия и размера понесенных истцом убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками. Отсутствие одного из элементов данного состава правонарушения влечет отказ в применении к должнику указанного вида ответственности.

Согласно статье 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закона № 129-ФЗ) юридическое лицо, которое в течение последних 12 месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом. При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица, регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

Согласно пункту 3 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления.

В силу пункта 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ мотивированные заявления недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, могут быть направлены в срок не позднее, чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. В случае направления заявлений, решение об исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не принимается.

В соответствии с пунктом 7 статьи 22 Закона № 129-ФЗ, если в течение срока, предусмотренного пунктом 4 статьи 21.1 настоящего Федерального закона, заявления не направлены, регистрирующий орган исключает недействующее юридическое лицо из ЕГРЮЛ путем внесения в него соответствующей записи. Решение о предстоящем исключении должно быть опубликовано в органах печати, в которых публикуются данные о государственной регистрации юридического лица, в течение трех дней с момента принятия такого решения. Одновременно с решением о предстоящем исключении должны быть опубликованы сведения о порядке и сроках направления заявлений недействующим юридическим лицом, кредиторами или иными лицами, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц, с указанием адреса, по которому могут быть направлены заявления (пункт 3). Заявления должны быть мотивированными и могут быть направлены или представлены по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, в срок не позднее чем три месяца со дня опубликования решения о предстоящем исключении. Эти заявления могут быть направлены или представлены в регистрирующий орган способами, указанными в пункте 6 статьи 9 закона. В таком случае решение об исключении недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не принимается (пункт 4).

Данные положения направлены на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ. Совокупность действий регистрирующего органа по исключению юридического лица из реестра является признанием со стороны государства публично-правового интереса в выявлении фактически недействующих юридических лиц в установленном законом порядке с учетом прав и законных интересов заинтересованных лиц (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.05.2015 № 10-П).

Как следует из материалов дела и пояснений истца, процедура ликвидации в отношении ООО «Сапсан» не возбуждалась, решение о ликвидации не принималось,  юридическое лицо исключено из ЕГРЮЛ на основании пункта 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ по решению уполномоченного органа.

Право заинтересованных лиц направить в уполномоченный государственный орган возражения относительно предстоящего включения данных в ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, предусмотрено пунктом 4 статьи 51 ГК РФ и пунктом 3 статьи 21.1 Закона № 129- ФЗ.

Кредиторы исключаемых из ЕГРЮЛ недействующих юридических лиц, при отсутствии со стороны регистрирующего органа нарушений пунктов 1 и 2 статьи 21.1 Закона о регистрации, реализуют право на защиту своих прав и законных интересов в сфере экономической деятельности путем подачи в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 указанного Закона, либо путем обжалования исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ в сроки, установленные пунктом 8 статьи 22 указанного Закона.

Доказательств направления истцом в регистрирующий орган заявления в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Законом № 129-ФЗ, доказательств нарушения регистрирующим органом пунктов 1 и 2 названной статьи, а также доказательств обжалования действий регистрирующего органа по исключению ООО «Сапсан» из реестра истцом в материалы дела не представлено. Несмотря на то, что законом не предусмотрена обязанность кредитора информировать регистрирующий орган о наличии у юридического лица неисполненных обязательств, истец, будучи лицом, заинтересованным в сохранении у контрагента статуса юридического лица, исходя из положений пункта 2 статьи 1, статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации и после возбуждения исполнительного производства мог и должен был предпринять меры к предотвращению исключения из ЕГРЮЛ сведений о должнике, в частности путем направления в регистрирующий орган соответствующего заявления. Подобное обращение позволило бы характеризовать заинтересованное лицо как действующее с достаточной степенью осмотрительности. Однако своим правом истец не воспользовался. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве») следует, что подобного рода ответственность не может презюмироваться даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ. При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»). Заявитель в обоснование требования о возмещении убытков должен доказать наличие всех перечисленных элементов юридического состава ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава данного гражданско-правового правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Истцом в материалы дела не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями ответчика, как и не доказано, что в случае исполнения ответчиком обязанностей по инициированию процедуры ликвидации или по обращению с заявлением о банкротстве, задолженность, установленная решением суда, была бы уплачена истцу.

В ходе исполнения судебного акта о взыскании в пользу истца предварительной оплаты за непоставленный товар  наличие у ООО «Сапсан» денежных средств, недвижимого имущества, транспортных средств и иного имущества не обнаружено.

Вопреки позиции истца, неисполнение руководителем юридического лица обязанности представлять (бухгалтерскую, налоговую) отчетность само по себе не находится в причинно-следственной связи с неисполнением гражданско-правового обязательства юридического лица перед кредитором, а также не  является достаточным основанием для квалификации поведения лица, имеющего возможность определять действия юридического лица, как неразумного или недобросовестного применительно к исполнению обязательств перед третьими лицами. Доказательства совершения ответчиком намеренных действий, направленных на уклонение от исполнения обязательств, не представлены, равно как и доказательства наличия у должника денежных средств либо иного имущества, за счет которого истец мог бы получить исполнение обязательства, в том числе и в случае возбуждения процедуры ликвидации или банкротства.

Позиция истца, по сути, сводится к тому, что отсутствие исполнения обязательства и последующее исключение должника из ЕГРЮЛ презюмирует вину руководителя  юридического лица и является достаточным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Так, в обоснование неразумности и недобросовестности действий ответчика истец ссылается на то, что ответчик, будучи генеральным директором общества, не предпринял никаких мер к погашению задолженности перед истцом, деятельность данного общества прекращена без проведения процедуры ликвидации или банкротства.

Вместе с тем, необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется  и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых  решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его участников.

Суд также отклоняет  доводы истца в связи со следующим.

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава 3.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 Гражданского кодекса РФ (как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, отраженной в определении от 05.03.2019 N 305-ЭС18-15540), противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса РФ. Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества). Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им лица законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. Арбитражный суд дает оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. При оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом. Между тем, соответствующих обстоятельств судом не установлено, а кредитором не доказано.

Обстоятельств, подтверждающих, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ФИО2 уклонялась от погашения задолженности перед истцом, скрывала имущество должника, не установлено.

Напротив, суд обращает внимание на то, что ответчик предпринимал действия по  возврату денежных средств в пользу истца, из 109310 руб. долга ответчиком была возвращена сумма в размере 86242 руб., оставшаяся сумма в размере 23068 руб. была взыскана с должника по решению суда, что также не  свидетельствует  об искусственно созданной ответчиком ситуации, об умысле руководителе общества,  повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом по возврату предварительной оплаты.

В материалы дела не представлено каких-либо доказательств,  свидетельствующих о совершении ФИО2 действий (бездействия) по целенаправленной, умышленной ликвидации общества, либо влияния на процедуру исключения общества из ЕГРЮЛ со стороны регистрирующего органа. Наличие задолженности, не погашенной ООО «Сапсан», по мнению суда,  не может являться бесспорным доказательством вины ФИО2, как руководителя общества, в усугублении финансового положения организации и безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Истец в подтверждение своей позиции по иску сослался на Постановление Конституционного суда РФ от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО4». Указанное постановление разъясняет конституционно-правовой смысл положений пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ. Как следует из абзаца 2 пункта 4 Постановления № 20-П, само по себе исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ - учитывая различные основания, при наличии которых оно может производиться, возможность судебного обжалования действий регистрирующего органа и восстановления правоспособности юридического лица, а также принимая во внимание принципы ограниченной ответственности, защиты делового решения и неизменно сопутствующие предпринимательской деятельности риски - не может служить неопровержимым доказательством совершения контролирующими общество лицами недобросовестных действий, повлекших неисполнение обязательств перед кредиторами, и достаточным основанием для привлечения к ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в названной норме.

Также в названном Постановлении указано, что пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам по иску кредитора - физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности и исковые требования кредитора к которому удовлетворены судом, исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное. Предъявление к истцу-кредитору (особенно когда им выступает физическое лицо - потребитель) требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения. Во всяком случае, если от профессиональных участников рынка можно разумно ожидать принятия соответствующих мер, предупреждающих исключение общества-должника из реестра, то исходить в правовом регулировании из использования указанных инструментов гражданами, не являющимися субъектами предпринимательской деятельности, было бы во всяком случае завышением требований к их разумному и осмотрительному поведению. В таком случае бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика. Сделанный в настоящем Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации вывод, связанный с предметом рассмотрения по данному конкретному  делу, сам по себе не может рассматриваться как исключающий применение такого же подхода к распределению бремени доказывания в случаях, когда кредитором выступает иной субъект, нежели физическое лицо, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности. 

Таким образом, из содержания данного постановления Конституционного суда  Российской Федерации следует, что речь в нем идет, преимущественно, о распределении бремени доказывания, в случае, если кредитором является физическое лицо или иной субъект, обязательство перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности. В настоящем же деле кредитором является юридическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, которое, вступая в правоотношения с иными лицами, в том числе с ООО «Сапсан»,  несет предпринимательские риски в случае возникновения неблагоприятных последствий несвоевременного осуществления либо неосуществления тех или иных действий при осуществлении своей деятельности. 

Ввиду изложенного ссылка истца на указанное постановление Конституционного суда  Российской Федерации в рамках рассматриваемого спорного правоотношения в отсутствие соответствующих доказательств не принимается судом во внимание.

Частью 1 статьи 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В отсутствие доказательств наличия обстоятельств, свидетельствующих о совершении ответчиком неразумных и недобросовестных действий, которые обусловили неисполнение юридическим лицом обязательств перед истцом, суд оснований для удовлетворения исковых требований не усматривает.

При указанных обстоятельствах суд в удовлетворении заявленного иска отказывает.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

С учетом итогов рассмотрения спора судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

Р  Е  Ш  И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Решение по настоящему  делу вступает в законную силу  по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.

 

Судья                                                                                                А.В. Богданова