АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

 

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-606/2024

16 апреля 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 апреля 2024 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кучеренко С.О.,

судей Кушнаревой И.Ф., Никитина Е.О.

при участии:

ФИО1 - ФИО2 представителя по доверенности от 31.08.2022 № 27АА1964610;

от ФИО3 – ФИО4 представителя по доверенности от 22.11.2021 № 27АА1807328;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО5 – ФИО6

на постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2023

по делу № А73-16091/2021 Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО5 - ФИО7

к ФИО1

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности 

в рамках дела о признании ФИО5                        (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом)   

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 14.10.2021 по делу № А73-16091/2021 принято к производству заявление ФИО8 о признании ФИО5 (далее также должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 07.02.2022 заявление ФИО8 признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

Финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО7, член ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Решением арбитражного суда от 27.05.2022 должник признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО7

Финансовый управляющий имуществом должника 11.07.2022 обратился в суд с заявлением о признании недействительным расторжения брака между супругами ФИО9, совершенного 16.07.2019 (регистрационная запись № 620), и о применении последствий его недействительности в виде обращения взыскания на совместно нажитое имущество супругов ФИО9, включении в конкурсную массу должника в размере ? части стоимости имущества.

В последующем финансовый управляющий уточнил заявленные требования, просил признать недействительным соглашение от 15.12.2015 о разделе общего совместного имущества, приобретенного (нажитого) в браке, заключенное между ФИО5 и ФИО1, применить последствия недействительности сделки в виде восстановления режима совместной собственности супругов.

Определением суда от 14.11.2022 ФИО7 отстранена от обязанностей финансового управляющего имуществом должника. Определением суда от 09.02.2023 новым финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО6, член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа».

Финансовый управляющий ФИО6 03.10.2023 уточнила заявленные требования в части применения последствий недействительности сделки, просила применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника разницы между рыночной стоимостью, указанной в заключении эксперта (5 526 500 руб.), и стоимостью, указанной в соглашении от 15.12.2015 (5 000 000 руб.), в размере 526 500 руб.

Определением суда от 12.10.2023 заявление финансового управляющего имуществом ФИО5 удовлетворено. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу ФИО5 526 000 руб.

Постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2023 определение суда первой инстанции от 05.10.2023 отменено. В удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, финансовый управляющий имуществом должника ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции. В обоснование жалобы заявитель указывает, что на момент раздела имущества у ФИО5 были не исполнены обязательства по кредитному договору от 21.03.2013 № 0111/0850112 перед «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (акционерное общество) (далее – АТБ-банк), что подтверждается договором на потребительский кредит от 31.07.2019, денежные средства по которому были направлены на погашение задолженности по кредитному договору от 21.03.2013. Полагает, что судом первой инстанции обоснованно поставлена под сомнение дата изготовления оспариваемого соглашения, поскольку при введении процедур банкротства должника сведения о наличии соглашения о разделе имущества финансовому управляющему не передавались, соглашение предоставлено лишь при рассмотрении настоящего обособленного спора, при этом в материалах дела имеется только нотариально заверенная копия, должником не раскрыты обстоятельства расходования полученных денежных средств.

ФИО1 в отзыве на кассационную жалобу (с учетом дополнения к нему) просит отказать в ее удовлетворении. Считает, что ни один из кредиторов должника не могут считаться заинтересованными лицами в оспаривании соглашения от 15.12.2015, поскольку их права и законные интересы не нарушены учитывая, что данное соглашение имело место до возникновения у кредиторов соответствующих обязательственных требований к должнику.

Судебное заседание, проведенное 12.03.2024 по рассмотрению кассационной жалобы, на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ, Кодекс), откладывалось на 16 часов 50 минут 09.04.2024. Информация об отложении размещалась на официальном сайте арбитражного суда кассационной инстанции в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал позицию, приведенную в отзывах на кассационную жалобу. Представитель ФИО3 поддержал позицию финансового управляющего.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы путем размещения соответствующей информации на сайте арбитражного суда в сети «Интернет», своих представителей для участия в судебном заседании суда кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела и установлено судами в рамках дела о банкротстве ФИО5, его бывшей супругой указано, что 15.12.2015 между ней - ФИО1 и на тот момент ее супругом - ФИО5  заключено соглашение о разделе общего имущества, приобретенного (нажитого) в период брака с 2004 года:

- помещение жилое, расположенное по адресу: г. Хабаровск, ул. Ленинградская, 35А, кв. 51;

- помещение жилое, расположенное по адресу: г. Хабаровск, ул. Дзержинского, 52, кв. 6;

- земельный участок, расположенный в дачном некоммерческом товариществе «19 километр» (Медик) (ИНН 

<

***>) 680572, Хабаровский край, Хабаровский р-он, с. Осиновая речка;

- гаражные боксы №№1, 2 в ГСК 306А (ИНН 

<

***>).

Согласно условиям соглашения ФИО1 выплатила должнику 5 000 000 руб. В материалы обособленного спора представлена копия соглашения от 15.12.2015, удостоверенная нотариально 20.06.2022, в связи с тем, что по пояснениям ФИО1 подлинник соглашения был утрачен должником после нотариального заверения его копии.

Полагая, что соглашение от 15.12.2015 является мнимой сделкой, совершенной исключительно для создания препятствий на случай дефолта должника, на которого имущество намеренно не регистрировалось, финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании соглашения о разделе имущества недействительным и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания в пользу должника с ФИО1 526 000 руб. (с учетом принятого судом уточнения).

Суд первой инстанции, приняв во внимание, что в материалы обособленного спора представлена копия соглашения о разделе общего совместного имущества, приобретенного (нажитого) в период брака, удостоверенного нотариально 20.06.2022, в связи с чем проведение судебной экспертизы по вопросу давности изготовления спорного документа невозможно, констатировав, что само по себе нотариальное удостоверение применительно к рассматриваемым обстоятельствам свидетельствует лишь о том, что представленный оригинал документа являлся тождественным, однако сомнения в сроке давности изготовления данного документа с учетом вышеназванных обстоятельств, существования законодательства, изменившего подход к форме заключения данного соглашения не опровергнуты, учтя, что соглашение заключено при наличии неисполненных должником обязательств перед его кредиторами, пришел к выводу о недействительности сделки, как совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Ганского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)).

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда от 12.10.2023, указал, что вывод о злоупотреблении правом судом первой сделан, исключительно, исходя из недобросовестного, по мнению суда, поведения сторон сделки при рассмотрении настоящего спора, не опровергнувших сомнения финансового управляющего и кредитора относительно даты изготовления соглашения от 2015 года. В то время как для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ, по мнению суда апелляционной инстанции, необходимо установление факта злоупотребления правом при её совершении, с учетом конкретных обстоятельств, с очевидностью свидетельствующих о наличии исключительной цели причинить вред другому лицу, доказательства чего в материалах дела отсутствуют. Апелляционная коллегия указала, что о фальсификации доказательств, в частности о дате изготовления оспариваемого соглашения, при рассмотрении спора не заявлялось в порядке статьи 161 АПК РФ, соглашение не признано в установленном порядке сфальсифицированным и не исключено из числа доказательств по делу. Указано также на отсутствие в 2015 году у ФИО5 признаков несостоятельности (банкротства), так как задолженность перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника, возникла после заключения спорного соглашения, поскольку задолженность по кредитному договору перед банком ВТБ, на которую указывает суд первой инстанции, погашена в 2019 году, а договор займа с основным кредитором должника ФИО3 заключен в 2018 году, кредитный договор с АТБ-банком – в 2019 году. Признав фактическое заключение оспариваемого соглашения в указанную в нем дату и приняв в качестве доказанного факт передачи ФИО1 денежных средств за полученное по соглашению имущество в размере 5 000 000  руб., суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что вмененные финансовым управляющим нарушения в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поэтому основания для применения к спорным отношениям статей 10, 168 ГК РФ отсутствуют. При этом, с учетом даты принятия заявления о признании должника банкротом (14.10.2021) соглашение от 15.12.2015 совершено за пределами периодов подозрительности, определенных статьей 61.2 Закона о банкротстве, и, соответственно, указанная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям, регламентированным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции не может согласиться с указанными выводами суда апелляционной инстанции в силу следующего.

Предметом кассационного обжалования является вывод суда апелляционной инстанции о недоказанности оснований для оспаривания соглашения о разделе имущества в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ.

Согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

По общему правилу, предусмотренному пунктом 1 статьи 256 ГК РФ, пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ), имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 34 СК РФ к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Следовательно, в отсутствие брачного договора в отношении имущества, нажитого супругами во время брака, действует режим совместной собственности, доли супругов в этом имуществе признаются равными (пункт 1 статьи 39 СК РФ), что влияет на объем имущества, на которое могут претендовать кредиторы одного из супругов в порядке пункта 1 статьи 45 СК РФ.

При этом супругам предоставлена возможность заключения соглашения по поводу юридической судьбы приобретенного ими имущества.

Исходя из разъяснений, содержащихся в абзацах втором и третьем пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее – постановление Пленума № 48), финансовый управляющий, кредиторы должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, вправе оспорить в рамках дела о банкротстве внесудебное соглашение супругов о разделе их общего имущества (пункт 2 статьи 38 СК РФ) по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов (статьи 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170, пункт 1 статьи 174.1 ГК РФ).

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 154-ФЗ) пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве в редакции Закона № 154-ФЗ применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями; сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 154-ФЗ).

Оспариваемое соглашения о разделе общего имущества супругов ФИО9 датировано 15.12.2015, то есть после 01.10.2015, таким образом может быть признано недействительным по основаниям, предусмотренным как статьей 61.2 Закона о банкротстве, так и статьей 10 ГК РФ.

В силу разъяснений, приведенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 указанной статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного статьей 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должен быть установлен умысел обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

В преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и ненаступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр. Обозначенные действия объективно причиняют вред настоящим кредиторам, снижая вероятность погашения их требований.

В деле о банкротстве негативные последствия от такого поведения должника могут быть нивелированы посредством конкурсного оспаривания (статьи 61.2, 213.32, 189.40 Закона о банкротстве, статьи 10, 168, 170 ГК РФ), направленного на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица.

При отсутствии при заключении оспариваемой сделки кредиторов как таковых намерение причинить им вред у должника возникнуть не может. Иное поведение в такой ситуации абсурдно (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 по делу № А40-61522/2019).

Соответственно, при разрешении вопроса о цели совершения сделки направленной на нарушение прав кредиторов, суду надлежит установить, имелись ли такие кредиторы на момент совершения сделки.

Как следует из положений статей 65, 66 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

Наиболее высокий стандарт доказывания (достоверность за пределами разумных сомнений) применим в ситуациях, когда общие основания для отступления от начального стандарта доказывания дополняется еще и тем, что кредитор аффилирован (формально-юридически или фактически) с должником, а противостоящий им в правоотношении субъект оборота в связи с этим не просто слаб в сборе доказательств, а практически бессилен.

Данный подход согласуется с правовой позицией о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго говоря, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки.

Из материалов дела и доказательств, представленных финансовым управляющим, следует, что на дату, указанную в оспариваемом соглашении, Маржа К.Э. имел неисполненные обязательства на основании кредитного договора от 21.03.2013 № 0111/0850112, которые были погашены за счет средств по кредитному договору от 31.07.2019 № 0111/0850112, заключенному с АТБ-банком, в пункте 11 которого в качестве цели использования заемщиком кредита указано «Рефинансирование проблемного кредита».

При таких обстоятельствах, вывод апелляционного суда об отсутствии в 2015 году у ФИО5 признаков несостоятельности (банкротства), в связи с тем, что задолженность перед кредиторами, включенными в реестр требований кредиторов должника, возникла после заключения спорного соглашения, является необоснованным.

В рассматриваемом случае, учитывая цель заключения кредитного договора от 31.07.2019 («Рефинансирование проблемного кредита»), возникшие после заключения оспариваемого соглашения обязательства перед АТБ-банком, требования которого включены в реестр требований кредиторов (определение от 20.06.2022), фактически являются продолжением кредитных обязательств по договору от 21.03.2013. То есть ФИО5 исполнил данные кредитные обязательства не за счет личных денежных средств, а за счет перекредитования. А при отсутствии каких-либо документально подтвержденных доводов о расходовании денежных средств, полученных в 2018 году от основного кредитора ФИО3 и кредитных средств, полученных от ПАО Сбербанк по кредитному договору от 26.06.2018, чьи требования также включены в реестр требований кредиторов, должником не доказано, что обязательства по кредитному договору от 21.03.2013 № 0111/0850112 исполнены, в том числе, не за счет данных денежных средств.

Таким образом, оспариваемая сделка совершена в период неплатежеспособности ФИО5 с противоправным намерением причинить вред кредиторам при осведомленности о такой цели ФИО1 с учетом наличия на момент совершения сделки брачных отношений.

Кроме того, кассационный суд отмечает, что соглашение о разделе имущества супругов от 15.12.2015 представлено в виде копии, удостоверенной нотариально 20.06.2022, что исключало проверку доводов финансового управляющего и кредитора о его изготовлении в более поздние сроки, только в рамках настоящего обособленного спора почти через год после возбуждения дела о банкротстве. Ранее должник о наличии такого соглашения финансового управляющего не уведомлял. В связи с этим сомнения в том, что это соглашение заключено гораздо позднее указанной в нем даты в период, когда нотариальное удостоверение подобного рода соглашений являлось обязательным (пункт 2 статьи 38 СК РФ в редакции Федерального закона от 29.12.2015 № 391-ФЗ), являются обоснованными и не опровергнутыми. В свою очередь, несоблюдение нотариальной формы сделки в этом случае влечет ее ничтожность (пункт 3 статьи 163 ГК РФ).

При изложенном, выводы суда первой инстанции о недействительности сделки, как противоречащей статье 10 ГК РФ, являются законными и обоснованными, а выводы суда апелляционной инстанции об обратном не соответствуют материалам дела, в связи с чем постановление суда от 29.12.2023 подлежит отмене.

В тоже время, суд округа не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части примененных им последствий недействительности оспоренной сделки.

Применяя последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО5 денежных средств в размере 526 000 руб., составляющих разницу между ? рыночной стоимости имущества и фактически выплаченных должнику денежных средств, суд первой инстанции исходил исключительно из принятого судом скорректированного финансовым управляющим требования, заявленного в ходатайстве от 30.09.2023, и руководствовался тем, что у ФИО1 имелась возможность аккумулировать денежные средства для их передачи должнику в условном размере 5 000 000 руб., в котором была оценена перешедшая к ней доля должника в совместно нажитом имуществе.

Между тем, судом первой инстанции не учтено следующее.

Суд вправе самостоятельно определить характер спорных правоотношений и подлежащие применению нормы законодательства (часть 1 статьи 133, часть 1 статьи 168 АПК РФ, пункт 9 Постановления № 25).

В судебных актах Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на то, что в силу части 1 статьи 168 АПК РФ арбитражные суды при принятии решения обязаны оценивать доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определять, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу, устанавливать права и обязанности лиц, участвующих в деле, решать, подлежит ли иск удовлетворению (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29.09.2020 № 2274-О, от 31.05.2022 № 1153-О от 29.09.2022 № 2309-О и другие).

Таким образом, применение последствий является полномочием суда, и как бы истец не излагал свое видение относительно последствий недействительности сделки, суд самостоятельно определяет такие последствия и применяет в соответствии с установленными законодательством нормами.

В соответствии с частью 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе и тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (часть 2 статьи 167 ГК РФ).

Законом о банкротстве установлены специальные правила относительно применения последствий недействительности сделок.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Согласно пункту 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве в конкурсную массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в общем имуществе, на которое может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским законодательством, семейным законодательством. Кредитор вправе предъявить требование о выделе доли гражданина в общем имуществе для обращения на нее взыскания.

Из пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве следует, что имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным данной статьей.

В силу разъяснений абзаца 4 пункта 9 постановления Пленума № 48 по смыслу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве для включения в конкурсную массу общего имущества, перешедшего супругу должника по результатам изменения режима собственности внесудебным соглашением о разделе имущества, последний обязан передать все полученное им общее имущество финансовому управляющему должником. В случае отчуждения супругом имущества, подлежащего передаче финансовому управляющему, он обязан передать в конкурсную массу денежные средства в сумме, эквивалентной полной стоимости данного имущества (если в реестр требований кредиторов должника включены, помимо прочего, общие долги супругов), или в сумме, превышающей то, что причиталось супругу до изменения режима собственности (если в реестр требований кредиторов включены только личные долги самого должника). При этом полученные от супруга денежные средства, оставшиеся после погашения требований кредиторов в соответствии с пунктом 6 названного постановления, подлежат возврату супругу.

Учитывая вышеприведенные нормы права и разъяснения, суд кассационной инстанции полагает ошибочным указание суда первой инстанции на применение последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО5 денежных средств в размере 526 000 руб., составляющих разницу между ? рыночной стоимости совместно нажитого имущества и фактически выплаченных должнику денежных средств, и полагает, что в данном случае в качестве последствий недействительности сделки на спорные объекты, перечисленные в соглашении от 15.12.2015, подлежит распространению режим общей совместной собственности ФИО1 и ФИО5

Кроме того, с учетом позиции суда первой инстанции о наличии не опровергнутых сомнений в дате составления оспариваемого соглашения, что в том числе явилось основанием для признания его недействительным, с чем настоящим постановлением согласился суд кассационной инстанции, вывод суда первой инстанции о наличии у ФИО1 на дату составления соглашения финансовой возможности по выплате ФИО5 денежной компенсации в размере 5 000 000 руб., с учетом отсутствия каких-либо доводов и доказательств о расходовании должником полученных денежных средств, признается коллегией необоснованным.

В связи с изложенным, определение суда первой инстанции в части применения последствий недействительности сделки подлежит изменению.

В соответствии с частью 2 статьи 288 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции и постановления апелляционного суда являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом неправильно применена норма права либо законность решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций повторно проверяется арбитражным судом кассационной инстанции при отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 3 части 1 данной статьи.

Как разъяснено в абзаце четвертом пункта 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, если установленные судами фактические обстоятельства соответствуют имеющимся в деле доказательствам и позволяют правильно применить нормы права, подлежащие применению.

Поскольку суд первой инстанции установил все фактические обстоятельства дела (дополнительного исследования доказательств не требуется), но неверно применил нормы права, подлежащие применению, суд округа полагает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, отменить обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции, и изменить определение суда первой инстанции.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

С учетом результата рассмотрения спора, в части распределения судебных расходов определение суда первой инстанции надлежит оставить без изменения; с ФИО1 в пользу должника подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе.

Руководствуясь статьями 110, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2023 по делу № А73-16091/2021 Арбитражного суда Хабаровского края отменить.

Определение Арбитражного суда Хабаровского края от 12.10.2023 по указанному делу изменить.

Признать недействительным соглашение от 15.12.2015 о разделе общего совместного имущества, приобретенного (нажитого) в браке, заключенное между ФИО5 и ФИО1.

Применить последствия недействительности сделки.

Признать режим общей совместной собственности ФИО1 и ФИО5 на следующее имущество:

- помещение жилое, расположенное по адресу: г. Хабаровск, ул. Ленинградская, 35А, кв. 51;

- помещение жилое, расположенное по адресу: г. Хабаровск, ул. Дзержинского, 52, кв. 6;

- земельный участок, расположенный в дачном некоммерческом товариществе «19 километр» (Медик) (ИНН 

<

***>) 680572, Хабаровский край, Хабаровский р-он, с. Осиновая речка;

- гаражные боксы №№1, 2 в ГСК 306А (ИНН 

<

***>).

В части распределения судебных расходов определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО5 3 000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                С.О. Кучеренко

 

Судьи                                                                                        И.Ф. Кушнарева

 

Е.О. Никитин