АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЧЕЛЯБИНСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А76-21306/2017

г. Челябинск

11 сентября 2017 года.

Резолютивная часть решения объявлена 07 сентября 2017 года.

Полный текст решения изготовлен 11 сентября 2017 года.

Судья Арбитражного суда Челябинской области Котляров Н.Е., при  ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев  в открытом судебном заседании в дело по заявлению Управления Росреестра по Челябинской области  о привлечении арбитражного управляющего ФИО2 к административной ответственности, предусмотренной ч. 3.1 ст. 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

При участии в судебном заседании представителей:

от заявителя: ФИО3, действующая по доверенности;

от заинтересованного лица: ФИО4, действующая по доверенности.

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области (далее – заявитель, административный орган, Управление Росреестра) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к арбитражному управляющему ФИО2 (далее – заинтересованное лицо, арбитражный управляющий ФИО2) о привлечении к административной ответственности, предусмотренной ч.3.1 ст.14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ). 

Представитель Управления в судебном заседании требования поддержал по основаниям, изложенным в заявлении (л.д.2), указав на то, что имеются все основания для привлечения арбитражного управляющего ФИО2 к административной ответственности, предусмотренной ч.3.1 ст.14.13 КоАП РФ.

Арбитражный управляющий ФИО2 заявленные требования отклонил по основаниям, изложенным в отзыве (л.д.148), считает, что вменяемые правонарушения являются малозначительными и просит применить положения ст. 2.9 КоАП РФ.

Заслушав пояснения представителей сторон по делу, исследовав письменные доказательства, арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, ФИО2 является членом Саморегулируемой организации «Союз менеджеров и антикризисных управляющих».

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 12.05.2016  по делу № А76-5170/2016 ФИО5 признана несостоятельным (банкротом). В отношении должника введена процедура -  реализация имущества гражданина сроком до 04.11.2016. Финансовым управляющим           ФИО5 утвержден ФИО2 (л.д.31).

В соответствии с п. 4 ст. 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В адрес Управления Росреестра 13.6.2017 от кредитора ПАО «Сбербанк России» поступила жалобы на действия финансового управляющего                 гр. ФИО5 - ФИО2 (л.д.134).

В результате проведенного административного расследования действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО2 при осуществлении им обязанностей финансового управляющего гр. ФИО5 выявлены нарушения Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), свидетельствующие о неисполнении арбитражным управляющим своих обязанностей.

В связи с чем, определением о возбуждении дела об административном правонарушении от 16.06.2017 Управлением в отношении арбитражного управляющего было возбуждено дело об административном правонарушении № 00677417 (л.д.68) и проведено административное расследование (л.д.133).

С учетом того обстоятельства, что ранее в течение года арбитражный управляющий привлекался к административной ответственности по ч. 3                  ст. 14.13 КоАП РФ, административный орган просит привлечь арбитражного управляющего к административной ответственности по ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ.

Уведомлением от 16.06.2017 финансовый управляющий извещен о необходимости явки 11.07.2017 в 14 час. 00 мин. в Управление для участия в принятии решения по результатам административного расследования (л.д.70, 71).

По результатам проверки деятельности арбитражного управляющего при осуществлении им полномочий финансового управляющего гр. ФИО5  должностное лицо Управления, установив в действиях арбитражного управляющего признаки административного правонарушения, предусмотренного ч.3.1 ст.14.13 КоАП РФ, составило протокол об административном правонарушении от 11.07.2017 № 00677417 (л.д.23),                в котором зафиксированы следующие нарушения:

1. В нарушение п. 1 ст. 28, ст. 213.7 Закона о банкротстве, п. 3.1 Приказа о Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве (далее - ЕФРСБ) финансовый управляющий ФИО2 сведения о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина опубликовал в ЕФРСБ и газете «Коммерсантъ» с нарушением установленного законом срока.

2. В нарушение п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовым управляющим ФИО2 не проведен анализ финансового состояния должника. Данный анализ не представлен в суд и кредиторам должника.   

3. В нарушение п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовым управляющим ФИО2 не предоставлено в суд и кредиторам заключение признаков преднамеренного, фиктивного банкротства должника, а также не включены в ЕФРСБ сведения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства.

4. В нарушение п. 2 ст. 100 Закона о банкротстве финансовый управляющий ФИО2 не включил в ЕФРСБ сведения о получении требований кредиторов АО «Связной Банк», ПАО Национальный банк «Траст», ПАО «Совкомбанк», ПАО «Сбербанк России» для включения в реестр требований кредиторов должника.

5. В нарушение пп. 6, 11 п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве собрания кредиторов должника ФИО5 финансовым управляющим ФИО2 не назначались. Финансовый управляющий ФИО2 отчеты о результатах проведения реализации имущества гражданина в 3 и 4 кварталах 2016 года, а так же в 1 и 2 кварталах 2017 года не направлял кредиторам.

6. В нарушение п. 3 ст. 143 Закона о банкротстве арбитражным управляющим ФИО2 не представлен суду отчет о результатах конкурсного производства на судебные заседания, назначенные на 05.10.2016, 22.11.2016.

7. В реестрах требований кредиторов должника по состоянию на 17.10.2016, 25.01.2017, 18.04.2017,  31.05.2017, финансовым управляющим ФИО2, допущены нарушения Методических рекомендаций по заполнению типовой формы реестра требований кредиторов, утвержденных Приказом Минэкономразвития Российской Федерации от 01.09.2004 № 234; Общих правил ведения арбитражным управляющим реестра требований кредиторов, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 09.07.2004 № 345.

8. В нарушение приказа Министерства юстиции РФ от 14.08.2003 № 195 «Об утверждении типовых форм отчетов (заключений) арбитражного управляющего» и постановление Правительства РФ от 22.05.2003 № 299 «Об утверждении общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего» в отчетах финансового управляющего о ходе реализации имущества должника от 22.11.2016, 25.01.2017, 18.04.2017, 31.05.2017 указаны недостоверные сведения.

На основании статьи 23.1 КоАП РФ, Управление Росреестра обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности, предусмотренной ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ.

Заслушав пояснения представителей сторон по делу, исследовав и оценив письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, арбитражный суд считает требования заявителя подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 202 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), арбитражным судом рассматриваются дела о привлечении к административной ответственности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в связи с осуществлением ими предпринимательской и иной экономической деятельности, отнесенные федеральным законом к подведомственности арбитражных судов.

В соответствии с частью 3 статьи 23.1 КоАП РФ, судьи арбитражных судов рассматривают дела об административных правонарушениях, предусмотренных, в том числе, статьей 14.13 КоАП РФ, совершенных юридическими лицами, а также индивидуальными предпринимателями.

Согласно части 6 статьи 205 АПК РФ, при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, что влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от двухсот тысяч до двухсот пятидесяти тысяч рублей.

Согласно части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 настоящей статьи, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет дисквалификацию должностных лиц на срок от шести месяцев до трех лет; наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от трехсот пятидесяти тысяч до одного миллиона рублей.

Объектом данного административного правонарушения является порядок действий при банкротстве физических лиц, юридических лиц и индивидуальных предпринимателей.

Объективной стороной названного административного правонарушения является невыполнение правил, применяемых в ходе осуществления процедур банкротства, предусмотренных в Законе о несостоятельности (банкротстве).

Субъектом административного правонарушения является арбитражный управляющий.

Субъективную сторону правонарушения составляет вина в форме умысла, поскольку арбитражный управляющий, являясь лицом, имеющим специальную подготовку в области антикризисного управления и необходимый опыт, позволяющий исполнять обязанности арбитражного управляющего в строгом соответствии с законодательством о банкротстве, осознавал противоправный характер своих действий (бездействия), но относился к ним безразлично.

Закон о несостоятельности (банкротстве) устанавливает основания для признания должника несостоятельным (банкротом), регулирует, в том числе, порядок и условия проведения процедур банкротства и иные отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов.

В соответствии с требованиями п. 2 статьи 20.3 Закона о несостоятельности (банкротстве), арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан:

- принимать меры по защите имущества должника;

- анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности;

- вести реестр требований кредиторов, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

- предоставлять реестр требований кредиторов лицам, требующим проведения общего собрания кредиторов, в течение трех дней с даты поступления требования в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

- в случае выявления признаков административных правонарушений и (или) преступлений сообщать о них в органы, к компетенции которых относятся возбуждение дел об административных правонарушениях и рассмотрение сообщений о преступлениях;

- предоставлять собранию кредиторов информацию о сделках и действиях, которые влекут или могут повлечь за собой гражданскую ответственность третьих лиц;

- разумно и обоснованно осуществлять расходы, связанные с исполнением возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. Обязанность доказывать неразумность и необоснованность осуществления таких расходов возлагается на лицо, обратившееся с соответствующим заявлением в арбитражный суд;

- выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства в порядке, установленном федеральными стандартами, и сообщать о них лицам, участвующим в деле о банкротстве, в саморегулируемую организацию, членом которой является арбитражный управляющий, собранию кредиторов и в органы, к компетенции которых относятся возбуждение дел об административных правонарушениях и рассмотрение сообщений о преступлениях;

- осуществлять иные установленные настоящим Федеральным законом функции.

В соответствии с пунктом 6 статьи 24 Закона несостоятельности (банкротстве), при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества. 

Полномочия, возложенные в соответствии с настоящим Федеральным законом на арбитражного управляющего в деле о банкротстве, не могут быть переданы иным лицам (пункт 5 статьи 20.3 Закона о несостоятельности (банкротстве)).

1. Как следует из протокола об административном правонарушении                     от 11.07.2017 № 00677417, Управление вменяет в вину арбитражному управляющему факт того, что ФИО2 сведения о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина опубликовал в ЕФРСБ и газете «Коммерсантъ» с нарушением установленного законом срока.

В соответствии с п.1 ст. 213.7 Закона о банкротстве сведения, подлежащие опубликованию, опубликовываются путем их включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и не подлежат опубликованию в официальном издании, за исключением сведений о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов, а также о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина.

Согласно п.2 ст. 213.7 Закона о банкротстве в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, обязательному опубликованию подлежат, в том числе,  сведения о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина.

Согласно п. 1 ст. 28 Закона о банкротстве сведения, подлежащие опубликованию в соответствии с настоящим Федеральным законом, включаются в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и опубликовываются в официальном издании, определенном Правительством Российской Федерации по результатам проведенного регулирующим органом конкурса между редакциями печатных изданий.

Согласно п. 3.1 Приказа Министерства Экономического развития Российской Федерации от 05.04.2013 № 178 «Об утверждении порядка формирования и ведения Единого федерального реестра сведений о фактах деятельности юридических лиц и Единого федерального реестра сведений о банкротстве и перечня сведений, подлежащих включению в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве» (далее – Порядок формирования и ведения ЕФРСБ) сведения подлежат внесению (включению) в информационный ресурс в течение трех рабочих дней с даты, когда пользователь узнал о возникновении соответствующего факта, за исключением случаев, предусмотренных настоящим пунктом.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 12.05.2016  по делу № А76-5170/2016 ФИО5 признана несостоятельным (банкротом). В отношении должника введена процедура -  реализация имущества гражданина сроком до 04.11.2016. Финансовым управляющим ФИО5 утвержден ФИО2 (л.д.31).

Управление Ростреестра указало, что сведения о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина подлежали включению в ЕФРСБ не позднее 17.05.2016, опубликованию в газете «Коммерсантъ» не позднее 22.05.2016.

Однако, финансовый управляющий ФИО2 в нарушение вышеуказанных норм права сведения о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина опубликовал в ЕФРСБ  27.06.2016, в газете «Коммерсантъ» 04.06.2016, то есть с нарушением установленных сроков.

Арбитражный управляющий ФИО2 в отзыве указал, что сведения о введении процедуры банкротства в отношении гражданина подлежат внесению в ЕФРСБ на основании судебного акта, соответственно, сроки на их размещение исчисляются с момента получения финансовым управляющим соответствующего судебного акта, а не с момента его вынесения арбитражным судом. Таким образом, заявителем неверно исчисляется начало течения срока для размещение ФИО2 в ЕФРСБ сведений о введении в отношении ФИО5 процедуры банкротства. Обстоятельства получения ФИО2 соответствующего судебного акта заявителем не исследовались, соответственно, его вина в совершении данного правонарушения не доказана.

Также по мнению арбитражного управляющего, 10-дневный срок направления соответствующих сведений для опубликования в газете «Коммерсантъ» был соблюден, поскольку счет на оплату публикации о банкротстве гр. ФИО5 был выставлен издательством 20.05.2016 (л.д.152). Соответственно, заявка была направлена для опубликования до 20.05.2016.

Суд отмечает, что  учитывая статус ФИО2 как арбитражного управляющего предполагается, что он является профессиональным участником отношений в сфере банкротства, соответственно, знаком со спецификой опубликования необходимой информации на сайте ЕФРСБ и в газете «Коммерсантъ», в связи с чем должен был и мог в своей деятельности учитывать сроки, необходимые для оплаты счетов и поступления информации об оплате, формируя и оплачивая соответствующие сообщения заблаговременно с учетом указанных сроков.

Кроме того, ФИО2 являясь финансовым управляющим гр.             ФИО5 должен самостоятельно принимать меры по получению информации о движении дела № А76-5170/2016 о банкротстве гражданина. Сведения о принятых судебных актах являются открытыми.

Факт совершения данных правонарушений подтверждается сообщением с сайта ЕФРСБ от 27.06.2016 № 1152041 (л.д.76), распечаткой сообщения в газете «Коммерсантъ» от 04.06.2016 № 77230035478 (л.д.77).

В рассматриваемом случае, суд приходит к обоснованности выводов административного органа о наличии в действиях арбитражного управляющего ФИО2 вменяемых эпизодов нарушения законодательства о банкротстве.

2. Управление Росреестра вменяет в вину арбитражному управляющему факт того, что ФИО2 не проведен анализ финансового состояния должника.

В соответствии с п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан, в том числе, проводить анализ финансового состояния гражданина.

Управлением Росреестра выявлено, что финансовым управляющим ФИО2 не проводился анализ финансового состояния должника. Данный анализ не представлен в суд и кредиторам должника, о чем также свидетельствует жалоба  ПАО «Сбербанк России» от 07.06.2017 на бездействие финансового управляющего (л.д.134).

Арбитражный управляющий ФИО2 ссылается на тот факт, что Закон о банкротстве не ограничивает финансового управляющего какими-либо сроками на проведения анализа финансового состояния должника. Начиная с даты своего утверждения финансовый управляющий не может проводить анализ финансового состояния должника, поскольку не обладает необходимой для этих целей информацией. Поскольку процедура банкротства в отношении гр.               ФИО5 не завершена до настоящего времени и расчеты с кредиторами не завершены, невозможно (преждевременно) говорить о неисполнении финансовым управляющим обязанностей по проведению анализа финансового состояния и выдаче заключения о наличии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства.

С учетом изложенного, суд делает вывод о доказанности в действиях арбитражного управляющего ФИО2 наличия состава вменяемого правонарушения в указанной части.

Суд отмечает, что финансовым управляющим ФИО2 доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, создающих объективную невозможность выполнения требований, установленных п. 8               ст. 213.9 Закона о банкротстве, в материалы дела не представлено.

На момент проведения проверки, документов, подтверждающих исполнение вышеназванных требований закона, арбитражным управляющим также не представлено. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Действительно, действующим законодательством не предусмотрены конкретные сроки проведения анализа финансового состояния должника. В то же время, срок процедуры банкротства реализации имущества гражданина имеет определенные временные рамки, такие действия должны быть проведены в разумные сроки, что отвечает требованиям ст. 20.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, суд делает вывод о  ненадлежащем исполнении  арбитражным  управляющим  обязанностей,  установленных п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве.

3. В протоколе об административном правонарушении от 11.07.2017 № 00677417, Управление указывает, что арбитражный управляющий                ФИО2 не предоставил в суд и кредиторам заключение о признаках преднамеренного, фиктивного банкротства должника; сведения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства в ЕФРСБ не опубликовал.

В соответствии с п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан, в том числе, выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства.

Согласно с п. 2 ст. 213.7 Закона о банкротстве в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, обязательному опубликованию подлежат сведения, в том числе о наличии или об отсутствии признаков преднамеренного фиктивного банкротства.

В соответствии с п. 5 ст. 213.7 Закона о банкротстве порядок включения сведений в ЕФРСБ устанавливается регулирующим органом.

Согласно п. 3.1 Порядка формирования и ведения ЕФРСБ сведения подлежат внесению (включению) в информационный ресурс в течение трех рабочих дней с даты, когда пользователь узнал о возникновении соответствующего факта, за исключением случаев, предусмотренных настоящим пунктом.

В соответствии с абз. з ст. 14 Постановления Правительства РФ                    от 27.12.2004 № 855 «Об утверждении Временных правил проверки арбитражным управляющим наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства» по результатам проверки арбитражным управляющим составляется заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства. Заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства включает в себя обоснование невозможности проведения проверки (при отсутствии необходимых документов).

В нарушение вышеназванных норм, финансовый управляющий    ФИО2 не предоставил в арбитражный суд и кредиторам заключение о признаках преднамеренного, фиктивного банкротства должника, а также не включил в ЕФРСБ сведения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного, фиктивного банкротства.

Арбитражный управляющий ФИО2 отмечает, что начиная с даты своего утверждения финансовый управляющий не может разработать заключение о наличии или отсутствии признаков преднамеренного, фиктивного банкротства, поскольку не обладает необходимой для этих целей информацией, в связи с тем, что процедура банкротства в отношении должника не завершена до настоящего времени и расчеты с кредиторами не завершены.

Факт совершения данных правонарушений подтверждается распечаткой  с сайта ЕФРСБ карточки должника (л.д.75), обращением ПАО «Сбербанк России» от 07.06.2017 (л.д.134).

Доказательств, подтверждающих наличие обстоятельств, создающих объективную невозможность выполнения требований, установленных п. 2                ст. 213.7, п. 8 ст. 213.9  Закона о банкротстве, финансовым управляющим в материалы дела не представлено.

Изучив представленные в материалы дела доказательства, суд считает, что административным органом доказан факт совершения вменяемых правонарушений в данной части.

Суд делает вывод о ненадлежащем исполнении арбитражным  управляющим  обязанностей,  установленных п. 2 ст. 213.7, п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве.

4. Заявитель вменяет в вину арбитражному управляющему факт того, что ФИО2 в нарушение п. 2 ст. 100 Закона о банкротстве не включил в ЕФРСБ сведения о получении требований кредиторов для включения в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии  с п. 4 ст. 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Согласно п. 2 ст. 100 Закона о банкротстве внешний управляющий обязан включить в течение пяти дней с даты получения требований кредитора в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о получении требований кредитора с указанием наименования (для юридического лица) или фамилии, имени, отчества (для физического лица) кредитора, идентификационного номера налогоплательщика, основного государственного регистрационного номера (при их наличии), суммы заявленных требований, основания их возникновения и обязан предоставить лицам, участвующим в деле о банкротстве, возможность ознакомиться с требованиями кредитора и прилагаемыми к ним документами.

В соответствии с п. 2.6 приказа Минэкономразвития России от 05.04.2013 № 178 «Об утверждении Порядка формирования и ведения Единого федерального реестра сведений о фактах деятельности юридических лиц и Единого федерального реестра сведений о банкротстве и Перечня сведений, подлежащих включению в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве» оператор обеспечивает внесение(включение) сведений в информационный ресурс и их размещение в сети «Интернет» не позднее одного рабочего дня после поступления Оператору оплаты такого внесения (включения), размещения в сети «Интернет» в случае, если внесение (включение), размещение в сети «Интернет» сведений в информационный ресурс в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляется за плату.

4.1. В адрес арбитражного управляющего ФИО2 23.08.2016 поступило заявление АО «Связной Банк» о включении требования в реестр требований кредиторов должника. Заявление АО «Связной Банк» получено арбитражным управляющим 30.08.2016. Данный факт ФИО2 не оспорен.

В соответствии с п. 4 ст. 213.24 и п. 2 ст. 100 Закона о банкротстве сведения о получении требования кредитора АО «Связной Банк» должно было быть включено арбитражным управляющим в ЕФРСБ не позднее 04.09.2016, однако данное сообщение арбитражным управляющим  ФИО2 в ЕФРСБ             не размещено.

4.2. В адрес арбитражного управляющего ФИО2 03.08.2016 поступило заявление ПАО Национальный банк «Траст» о включении требования в реестр требований кредиторов должника. Заявление ПАО Национальный банк «Траст» получено арбитражным управляющим 08.08.2016. Данный факт ФИО2 не оспорен.

Следовательно, согласно п. 4 ст. 213.24 и п. 2 ст. 100 Закона о банкротстве сведения о получении требования кредитора ПАО Национальный банк «Траст» должно было быть включено арбитражным управляющим в ЕФРСБ не позднее 13.08.2016, однако данное сообщение арбитражным управляющим               ФИО2 в ЕФРСБ  не размещено.

4.3. В Арбитражный суд Челябинской области 20.06.2016 поступило заявление ПАО «Совкомбанк» об установлении в деле о банкротстве требования в размере 23 101 руб. 88 коп. Определением Арбитражного суда Челябинской области от 27.06.2016 по делу № А76-5170/2016  данное требование принято к производству (л.д.44).

В силу п. 4 ст. 213.24 и п. 2 ст. 100 Закона о банкротстве сведения о получении требования кредитора ПАО «Совкомбанк» должно было быть включено арбитражным управляющим в ЕФРСБ не позднее 04.07.2016, однако данное сообщение арбитражным управляющим  ФИО2 в ЕФРСБ             не размещено.

4.4. В Арбитражный суд Челябинской области 04.08.2016 поступило заявление ПАО «Сбербанк России» об установлении в деле о банкротстве требования в размере 46 311 руб. 78 коп. Определением Арбитражного суда Челябинской области от 10.08.2016 по делу № А76-5170/2016  данное требование принято к производству (л.д.46).

В соответствии с п. 4 ст. 213.24 и п. 2 ст. 100 Закона о банкротстве сведения о получении требования кредитора ПАО «Сбербанк России» должно было быть включено арбитражным управляющим в ЕФРСБ не позднее 17.08.2016, однако данное сообщение арбитражным управляющим  ФИО2 в ЕФРСБ             не размещено.

Факт совершения данных правонарушения подтверждается распечаткой с сайта ЕФРСБ карточки должника (75).

Суд приходит к обоснованности выводов административного органа о наличии в действиях арбитражного управляющего ФИО2 вменяемых эпизодов нарушения законодательства о банкротстве.

5. Управление Росреестра указывает, что финансовым управляющим ФИО2 нарушены требования пп. 6, 11 п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве, в части не проведения собрания кредиторов должника, не направления кредиторам отчетов о результатах проведения реализации имущества гражданина в 3 и 4 кварталах 2016 года, в 1 и 2 кварталах 2017 года.

В соответствии с пп. 6 п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве собрание финансовый управляющий обязан созывать и (или) проводить собрания кредиторов для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пп. 11 п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан направлять кредиторам отчет финансового управляющего не реже чем один раз в квартал, если иное не предусмотрено собранием кредиторов.

Административным органом в ходе административного расследования выявлено, что арбитражный управляющий ФИО2 с даты введения процедуры реализации имущества, не назначал собрания кредиторов для рассмотрения вопросов, отнесенных к компетенции собрания кредиторов.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 02.09.2016 по делу № А76-5170/2016 требование ПАО «Совкомбанк» признано обоснованным, включено в реестр требований кредиторов должника в размере 23 101 руб. 88 коп. (л.д.37).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 10.10.2016 по делу № А76-5170/2016 требование ПАО «Сбербанк России» признано обоснованным, включено в реестр требований кредиторов должника в размере 46 311 руб. 78 коп. (л.д.48).

Постановлением Восемнадцатого апелляционного суда от 29.12.2016  по делу № А76-5170/2016 требование АО «Связной банк» включено в реестр требований кредиторов должника в размере 69 423 руб. 84 коп. (л.д.39).

В нарушение пп. 11 п. 8 ст. 213.9 Закона о банкротстве, финансовый управляющий ФИО2 отчеты о результатах проведения реализации имущества гражданина в 3 и 4 кварталах 2016 года, в 1 и 2 кварталах 2017 года не направлял кредиторам. 

На момент проведения проверки, документов, подтверждающих исполнение вышеназванных требований закона, арбитражным управляющим не представлено. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

В данном случае, суд считает, что административным органом доказан факт совершения вменяемого правонарушения.

6. Управление вменяет в вину арбитражному управляющему факт того, что арбитражный управляющий ФИО2 не представил суду отчет о результатах конкурсного производства на судебные заседания, назначенные на 05.10.2016, 22.11.2016.

В соответствии с п. 3 ст. 143 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан по требованию арбитражного суда предоставлять арбитражному суду все сведения, касающиеся конкурсного производства, в том числе отчет о своей деятельности. 

Согласно положениям абз. 4 п. 50 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» к судебному заседанию, на котором будет рассматриваться вопрос о продлении или завершении конкурсного производства, арбитражный управляющий обязан заблаговременно (части 3 и 4 статьи 65 АПК РФ) направить суду и основным участникам дела о банкротстве отчет в соответствии со статьями 143 или 149 Закона о банкротстве.

Финансовый управляющий доводит актуальную информацию о ходе процедуры банкротства посредством представления отчета о своей деятельности. Именно из отчета арбитражного управляющего можно установить хронологию процедуры банкротства, узнать какие мероприятия проведены арбитражным управляющим, какие только предстоит сделать.

В соответствии с положениями п. 2 ст. 124 Закона о банкротстве срок конкурсного производства может продлеваться по ходатайству лица, участвующего в деле, не более чем на шесть месяцев. Для того чтобы арбитражному суду принять обоснованное решение о продлении процедуры конкурсного производства арбитражный суд должен владеть актуальной информацией о ходе конкурсного производства.

6.1. В соответствии с решением Арбитражного суда Челябинской области                      от 12.05.2016  по делу № А76-5170/2016, суд обязал финансового управляющего не позднее 05.10.2016 представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. Судебное заседание назначено на 17.10.2016 (л.д.31).

В адрес суда 17.10.2016 от арбитражного управляющего ФИО2 поступило ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании, в связи с тем, что не все кредиторы включены в реестр требований кредиторов должника ФИО5 (л.д.80).

Ходатайство ФИО2 удовлетворено, судебное заседание по рассмотрению отчета отложено на 15.11.2016 (л.д.34).

Таким образом, отчет о ходе реализации имущества гражданина в суд к 05.10.2016 арбитражным управляющим ФИО2 не представлен.

6.2. В судебном заседании 15.11.2016 судом по ходатайству финансового управляющего ФИО2 был объявлен перерыв до 22.11.2016 для предоставления дополнительных документов.

Однако, после перерыва, 22.11.2016 в судебное заседание арбитражный управляющий отчет о ходе реализации имущества должника не представил.

Арбитражный управляющий ФИО2 считает, что к данному нарушению могут быть применены положения ст. 2.9 КоАП РФ. Отчет финансового управляющего предоставлялся как в арбитражный суд, так и кредиторам по их обращениям, в связи с чем негативные последствия для кредиторов отсутствуют.

Изучив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к обоснованности выводов административного органа о наличии в действиях арбитражного управляющего ФИО2 вменяемого эпизода нарушения законодательства о банкротстве.

7. Заявитель вменяет в вину арбитражному управляющему факт того, что финансовый управляющий в реестрах требований кредиторов должника по состоянию на 17.10.2016, 25.01.2017, 18.04.2017,  31.05.2017, финансовым управляющим ФИО2, допущены нарушения.

Согласно Приказу Минэкономразвития Российской Федерации                             от 01.09.2004 № 233 «Типовая форма реестра требований кредиторов» утверждена типовая форма реестра требований кредиторов.

В соответствии с п. 1.15 Приказа Минэкономразвития Российской Федерации от 01.09.2004 № 234 «Об утверждении Методических рекомендаций по заполнению типовой формы реестра требований кредиторов»  в конце каждой страницы реестра требований кредиторов арбитражный управляющий указывает свои фамилию, имя, отчество, ставит подпись и дату.

Согласно п. 6.4 Приказа Минэкономразвития Российской Федерации                     от 01.09.2004 № 234 «Об утверждении Методических рекомендаций по заполнению типовой формы реестра требований кредиторов» при закрытии реестра арбитражным управляющим, закрывающим реестр, также делается отметка о дате закрытия реестра. Арбитражный управляющий закрывающий реестр, делает данную отметку, а также формирует итоговые записи на дату закрытия реестра в конце раздела 1 и раздела 2 типовой формы реестра, а также каждой части раздела 3 типовой формы реестра.

7.1. В нарушение вышеуказанных норм в реестре требований кредиторов по состоянию на 18.04.2017 отсутствует подпись арбитражного управляющего (л.д.114).

7.2. В отчетах финансового управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства указано, что дата закрытия реестра требований кредиторов 07.09.2016 (л.д.81-93).

Однако, арбитражным управляющим в реестрах требований кредиторов по состоянию на 17.10.2016, 18.04.2017, 31.05.2017, не указана дата закрытия реестра (л.д.97-122).

Арбитражный управляющий ФИО2 отмечает, что нарушения, выразившиеся в отсутствие в реестрах требований кредиторов подписи арбитражного управляющего, а также даты закрытия реестра, носят формальный характер, в связи с чем не причинили никакого ущерба лицам, участвующим в деле.

Суд считает, что административным органом доказан факт совершения вменяемых правонарушений в данной части.

7.3. Согласно п. 9 постановления Правительства Российской Федерации                от 09.07.2004 № 345 «Об утверждении общих правил ведения арбитражным управляющим реестра требований кредиторов» требования кредиторов, заявленные после закрытия реестра, не подлежат включению в реестр, а вносятся в отдельные тетради, которые ведутся арбитражным управляющим в порядке, предусмотренном для ведения реестра.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.10.2016 по делу № А76-5170/2016 требования ПАО Национальный банк «Траст» в размере 434 813 руб. 61 коп. учтены как подлежащее удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника, то есть, включены за реестр. 

По мнению Управления Росреестра, в нарушение вышеназванных норм арбитражный управляющий ФИО2 не внес в отдельные тетради, которые ведутся в порядке, предусмотренном для ведения реестра - требование ПАО Национальный банк «Траст».

Арбитражный управляющий ФИО2 в отзыве указал, что Управлением Росреестра указанные тетради не запрашивались и не проверялись. При этом, Закон о банкротстве не устанавливает обязанности арбитражного управляющего предоставлять вышеуказанные тетради вместе с реестром требований кредиторов.

Суд отмечает, что в рассматриваемом случае, Управлением Росреестра             не представлены доказательства,  с достоверностью подтверждающие  наличие  в действиях арбитражного управляющего ФИО2 события  вменяемого административного правонарушения в данной части.

Таким образом, суд делает вывод об отсутствии состава правонарушения во вменяемом эпизоде нарушения законодательства о банкротстве.

8. Управление Росреестра указывает, что финансовым управляющим ФИО2 нарушены требования Приказа Министерства юстиции РФ               от 14.08.2003 № 195 «Об утверждении типовых форм отчетов (заключений) арбитражного управляющего» и постановление Правительства РФ от 22.05.2003 № 299 «Об утверждении общих правил подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего», поскольку  в отчетах финансового управляющего о ходе реализации имущества должника от 22.11.2016, 25.01.2017, 18.04.2017, 31.05.2017 указаны недостоверные сведения (л.д.81-96).

8.1.  В таблице «Сведения о ведении реестра требований кредиторов» указано, что обязанность по ведению реестра возложена на финансового управляющего ФИО5 - ФИО6, однако финансовый управляющий должника – ФИО2

8.2. В таблице «Формирование реестра требований кредитора» неверно указаны:

- публикация сведений о признании должника банкротом и введении реализации имущества должника. В отчете указано, что данные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ»  сообщением от 09.07.2015                            № 77230047969 (л.д.78). Однако данные сведения в отношении гражданки ФИО5 опубликованы сообщением от 04.06.2017 № 77230035478 (л.д.77).

- дата закрытия реестра кредиторов, в отчете указана дата- 07.09.216. 

Согласно п. 25 постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» при исчислении предусмотренного пунктом 2 статьи 213.8 и пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве срока для заявления требований в деле о банкротстве гражданина следует учитывать, что по смыслу статьи 213.7 Закона информация о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов, а также о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества доводится до всеобщего сведения путем ее включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и публикации в официальном печатном издании в порядке, предусмотренном статьей 28 Закона о банкротстве. При определении начала течения срока на предъявление требования в деле о банкротстве гражданина следует руководствоваться датой более позднего публичного извещения.

Данные сведения в отношении гр. ФИО5 в газете «Коммерсантъ»  опубликованы сообщением от 04.06.2017 № 77230035478 (л.д.77), а в ЕФРСБ включены сообщением от 27.06.2016 № 1152041 (л.д.76). Соответственно дата закрытия реестра будет по истечении двух месяцев с даты включения сообщения  о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества в ЕФРСБ, то есть 28.08.2016. 

8.3. В отчете финансового управляющего от 18.04.2017 в таблице «Сведения об арбитражном управляющем» указаны не актуальные сведения о страховании ответственности арбитражного управляющего (л.д.89). Договор страхования был действителен до 20.03.2017.

8.4. В отчете финансового управляющего от 31.05.2017 в таблице «Сведения об арбитражном управляющем» не указаны номер договора страхования, дата его заключения и срок действия (л.д.93).

По мнению арбитражного управляющего ФИО2, вышеназванные нарушения в отчетах финансового управляющего носят исключительно характер технических ошибок и никак не могут повлиять на права и законные интересы лиц, участвующих в деле о банкротстве.

В данном случае, суд считает, что административным органом доказан факт совершения вменяемого правонарушения.

При исследовании судом вопроса соблюдения заявителем процедуры и порядка привлечения арбитражного управляющего ФИО2                              к административной ответственности, процессуальных нарушений судом                  не установлено. Срок привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности, установленный ст. 4.5 КоАП РФ на момент рассмотрения дела судом, не истек.

В силу ст.ст. 2.1, 2.2 КоАП РФ, ст.205 АПК РФ, в предмет доказывания при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности входят обстоятельства, свидетельствующие о наличии либо отсутствии вины лица, привлекаемого к административной ответственности. Правонарушение может быть совершено умышленно или по неосторожности.

Рассмотрев материалы дела, суд приходит к выводу, что арбитражный управляющий осознавал противоправный характер своих действий (бездействия), предвидел его вредные последствия, сознательно их допускал либо относился к ним безразлично, что свидетельствует об умышленном совершении правонарушения.

Именно на арбитражного управляющего возложены обязанности по исполнению требований законодательства о банкротстве,  а потому, будучи утвержденным финансовым управляющим гр. ФИО5 должен был озаботиться надлежащим исполнением своих обязанностей. 

Требования закона должны неукоснительно выполняться участниками правоотношений. При этом, их неисполнение является нарушением арбитражным управляющим своих обязанностей независимо от мотивов, которыми последний руководствовался. Выполнение арбитражным управляющим своих должностных обязанностей, исходя из удобных для него обстоятельств и мотивов, не может и не должно входить в противоречие с принципом надлежащего выполнения требований законодательства о банкротстве. 

В соответствии с ч. 2 ст. 15 Конституции РФ, органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы.

Таким образом, риск исполнения или не исполнения нормативных актов, регламентирующих предпринимательскую деятельность, в частности деятельность арбитражных управляющих, возлагается на лицо, занимающееся определенным видом деятельности. 

Доказательств тому, что у арбитражного управляющего ФИО2 отсутствовала возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ предусмотрена административная ответственность, суду не представлено. Также заинтересованным лицом не доказано, что правонарушение было вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне контроля арбитражного управляющего, при соблюдении им той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от него в целях надлежащего исполнения обязанностей по соблюдению требований законодательства о банкротстве.

Состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 3.1               ст. 14.13 КоАП РФ, является формальным, отсутствие таких последствий, как причинение существенного вреда государственным, общественным интересам и окружающей среде не позволяют отнести его к малозначительным административным правонарушениям.

В данном случае существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается не в наступлении каких-либо материальных последствий правонарушения, а в пренебрежительном отношении арбитражного управляющего к исполнению своих должностных обязанностей в сфере соблюдения Федерального закона РФ № 127-ФЗ от 26.10.2002. «О несостоятельности (банкротстве)», целью которого являются регулирование, порядок и условия осуществления мер по предупреждению несостоятельности (банкротства), порядок и условия проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и иные отношения, возникающие при неспособности должника удовлетворить в полном объеме требования кредиторов.

В п. 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» (в редакции постановления от 20.11.2008 № 60) установлены нормы, конкретизирующие применение положений статьи 2.9 КоАП РФ, согласно которым при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям. 

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений п. 18 данного постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано.

В настоящем случае, предусмотренные ст.2.9 КоАП РФ основания для освобождения заявителя от административной ответственности ввиду малозначительности административного правонарушения с учетом конкретных обстоятельств дела, по мнению суда, отсутствуют. 

Принимая во внимание изложенное, а также социальную значимость охраняемых общественных отношений в сфере Закона о банкротстве, суд не находит оснований для признания правонарушения малозначительным и освобождения заинтересованного лица от административной ответственности. 

Совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ, влечет дисквалификацию должностных лиц на срок                   от шести месяцев до трех лет.

При назначении наказания суд учитывает, что арбитражный управляющий ФИО2 был привлечен к административной ответственности за неисполнение обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве) по ч. 3, ст. 14.13 КоАП РФ, на основании решения Арбитражного суда Челябинской области от 18.03.2015 по делу                    № А76-2044/2015 (л.д.50), решения Арбитражного суда Челябинской области  от 01.06.2016 по делу № А76-6319/2016 (л.д.57), решения Арбитражного суда Челябинской области от 22.03.2017 по делу № А76-31566/2016.

Учитывая обстоятельства дела, значительность совершенных нарушений, повторность совершения административных правонарушений, суд считает необходимым применить к арбитражному управляющему ФИО2 наказание в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев.

Руководствуясь ст. 167 - 170, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Привлечь арбитражного управляющего ФИО2, … года рождения, уроженца …, зарегистрированного по адресу: …, к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев. 

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение 10 дней после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Челябинской области.

Судья                                                                              Н.Е. Котляров