АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-795/23 

Екатеринбург

24 марта 2023 г.

 

 Дело № А50-22800/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 марта 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Соловцова С.Н., Савицкой К.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления по Пермскому краю (далее – уполномоченный орган) на определение Арбитражного суда Пермского краяот 01.09.2022 по делу № А50-22800/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет». 

В судебном заседании принял участие представитель уполномоченного органа – ФИО1 (доверенность от 27.01.2023).

ФИО2 представил ходатайство о рассмотрении жалобы в его отсутствие, которое судом округа удовлетворено (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.09.2021 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Ашатли-Молоко» (далее – общество «Ашатли-Молоко», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 10.12.2021 в отношении общества «Ашатли-Молоко» введено наблюдение, временным управляющим должником утвержден ФИО2, сведения о чем опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 18.12.2021 № 231(7193).

Решением Арбитражного суда Пермского края от 31.05.2022 общество «Ашатли-Молоко» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2, сведения о чем опубликованы в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 01.06.2022 и в газете «Коммерсантъ» от 11.06.2022 №103(7304).

В арбитражный суд 27.12.2021 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Проспект» (далее - общество «Проспект», кредитор) о включении в реестр требований кредиторов должника его требования в размере 16 728 066 руб. 88 коп. (с учетом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением арбитражного суда Пермского края от 01.09.2022 в удовлетворении требований общества «Проспект» отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2022 определение суда первой инстанции от 01.09.2022 отменено, требование общества «Проспект» к обществу «Ашатли-Молоко» в сумме 1 090 291 руб. 72 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В кассационной жалобе уполномоченный орган просит определение от 01.09.2022 и постановление от 21.12.2022 отменить, отказать в удовлетворении требований общества «Проспект». По мнению заявителя, вывод суда, что срок исковой давности не истек в связи с процессуальным правопреемством и получением дубликата исполнительного листа по решению Свердловского районного суда г. Перми от 05.10.2017 по делу № 2-5449/2017, основан на неверном применении статьи 201 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 29.01.2019 № 14-КГ18-56, о том, что срок исковой давности по требованиям поручителя, исполнившего обязательство к должнику и к другим его поручителям надлежит исчислять с момента исполнения им обязательства, то есть с даты внесения кредитором денежных средств в счет исполнения обязательств поручителя по каждому частичному исполнению, и, поскольку кредитор, погасив требования публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) с 01.02.2018 по 24.05.2019, подал настоящее заявление о включении его требования в реестр 29.12.2021, то срок исковой давности пропущен по всем перечислениям, кроме платежа от 24.05.2019 на сумму 668 963 руб. 92 коп., которая не превышает долю, каждого из поручителей, поэтому требование на такую сумму не может быть предъявлено к сопоручителю. Заявитель считает, что определение Свердловского районного суда г. Перми от 17.05.2021 по делу № 2-5449/2017 о восстановлении срока на предъявление исполнительного листа к исполнению, не является преюдицией по поводу пропуска срока на предъявление требований обществом «Проспект», так как этот вопрос относится к правовой оценке установленных обстоятельств, а не к вопросу факта, причем независимые кредиторы и уполномоченный орган не участвовали в названном гражданском споре. Как указывает заявитель, материалами настоящего дела, судебными актами по настоящему и иным делам (А50-20477/2015, А50-31022/2015) установлено, что кредитор входил в одну группу компаний с должником, имел с ним совместные обеспечительные обязательства перед Сбербанком по кредитным обязательствам общества «Нива», внутри группы использовался механизм свободного перемещения денежных средств, позволяющий компаниям совместно использовать активы компаний группы, в связи с чем, при наличии общего для группы конечного бенефициара, при перемещении активов внутри группы, уменьшившем имущественную сферу должника, при последующем исполнении обязательств должника членами группы, и с учетом природы взаимодействия юридических лиц, предполагающей скоординированность поведения, максимальный учет интересов друг друга, оптимизацию внутренних долговых обязательств, конфиденциальность информации о внутригрупповых соглашениях, как полагает заявитель, есть основания полагать, что имел место договор о покрытии между обществом «Проспект» и группой компаний агрохолдинга «Ашатли», и на кредитора переходит бремя опровержения таких отношений через обоснование разумных причин, что долг погашен поручителем, рассчитывающим на суброгацию, но доказательства отсутствия договора покрытия или компенсационного финансирования, не представлены. Заявитель считает, что по долгам группы «Ашатли», в которую входят должник и кредитор, расчет производился денежными средствами этой группы, которые направлены не на погашение долга заемщиком перед банком, а использовался механизм исполнения обязательств поручителем (залогодателем), при этом тот факт, что кредитор признан банкротом, и спорное имущество реализовано на торгах в процедуре банкротства, с учетом того, что имущество приобретено аффилированным лицом (обществом с ограниченной ответственностью «Джи 20»; далее – общество «Джи 20») на денежные средства группы и фактически осталось внутри группы с погашением требований Сбербанка и созданием нового, формально независимого долга, не влияет на отношения покрытия, существовавшие между обществом «Проспект» и аффилированными с ним юридическими лицами, и позицию уполномоченного органа не опровергает.

Конкурсный управляющий ФИО2 в отзыве просит рассмотреть кассационную жалобу по усмотрению суда.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округав порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено апелляционным судом и следует из материалов дела, между Сбербанком и обществом с ограниченной ответственностью «Нива» (далее – общество «Нива») 04.06.2008 заключен договор об открытии невозобновляемой кредитной линии от №76-НКЛ-И с лимитом 33 161 000 руб. для приобретения крупного рогатого скота на срок до 22.03.2013.

В обеспечение исполнения обязательств по указанному кредитному договору Сбербанком с обществом «Ашатли-Молоко» заключен договор поручительства от 23.09.2011 №22.

Вступившим в законную силу решением Свердловского районного суда г. Перми от 05.10.2017 по делу № 2-5449/2017 в пользу Сбербанка в солидарном порядке с основного заемщика - общества «Нива», а также с сообеспечителей - обществ с ограниченной ответственностью «Теплицы Чайковского», «Ашатли-Молоко», «Горы», «Шляпники», «Жемчужина», «Агросепыч», «Уральская агропромышленная компания», «Уральская агропромышленная компания-менеджмент», «АгроТехКонтакт», «Сепыч», «Пихтовское», ФИО3 взыскан долг по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 04.06.2008 № 76-НКЛ-И в размере 21 959 851 руб. 98 коп.; обращено взыскание путем продажи с публичных торгов на заложенное имущество, принадлежащее обществам с ограниченной ответственностью «Агросепыч», «Жемчужина», «ПолюсИнжиниринг», «Уральская агропромышленная компания», «Нива» и «Пихтовское».

Решением Арбитражного суда Пермского края от 01.03.2017 по делу №А50-20477/2015 общество «Проспект» признано банкротом.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 22.06.2017 по указанному делу в четвертую очередь реестра требований кредиторов общества «Проспект» включены требования Сбербанка в размере 21 193 089 руб. 46 коп. основного долга и 667 453 руб. 61 коп. финансовых санкций по обязательствам общества «Проспект» из договора поручительства от 20.02.2014 № 10-П, заключенного в обеспечение исполнения обязательств общества «Нива» по договору об открытии невозобновляемой кредитной линии от 04.06.2008 №76-НКЛ-И; требования включены в качестве обеспеченных залогом недвижимого имущества общества «Проспект» (предмет залога в пользу Сбербанка по договору ипотеки от 25.04.2014 № 5).

Указанное имущество сдавалось в аренду и реализовано в деле о банкротстве общества «Проспект»; с покупателем обществом «Джи 20» 22.05.2018 заключен договор купли-продажи по цене 19 100 000 руб.

В период с февраля 2018 года по май 2019 года в счет погашения долга по кредитному договору конкурсным управляющим обществом «Проспект» перечислены Сбербанку денежные средства в размере 16 728 074 руб. 26 коп.

Вступившим в законную силу определением Свердловского районного суда г. Перми от 17.05.2021 по делу №2-5449/2017 удовлетворено заявление общества «Проспект» о процессуальном правопреемстве; произведена замена взыскателя на стадии исполнения решения Свердловского районного суда г. Перми от 05.10.2017 по делу №2-5449/2017, в результате чего Сбербанк заменен на общество «Проспект» в части суммы 16 728 074 руб. 26 коп.

Также в ходе исполнительного производства в отношении ФИО3 взыскано 07 руб. 38 коп.

Общество «Проспект» в лице конкурсного управляющего, ссылаясь на то, что им как одним из сообеспечителей по договору от 04.06.2008 №76-НКЛ-И произведено частичное погашение требований Сбербанка, обратилось в суд за установлением своего требования в размере 16 728 066 руб. 88 коп. (с учетом уточнения) в деле о банкротстве общества «Ашатли-Молоко».

Возражая против удовлетворения заявления кредитора, конкурсный управляющий должником, уполномоченный орган и арбитражный управляющий обществом «Нива» ссылались на то, что кредитор и должник входят в одну группу лиц, контролируемую одними и теми же конечными бенефициарами, обязательства по договору поручительства направлены на оптимизацию внутренних долговых обязательств и перераспределение денежных средств внутри группы, а также заявили о пропуске конкурсным управляющим обществом «Проспект» срока исковой давности на предъявление рассматриваемых требований. 

Отказывая в удовлетворении требований общества «Проспект», суд первой инстанции признал, что аффилированность должника и кредитора сама по себе не является основанием для отказа во включении требования в реестр либо основанием для субординирования такого требования по обязательствам, не являющимся корпоративными, и перемещение денежных средств внутри группы компаний также не является достаточным для вывода о договоре покрытия или компенсационном финансировании под влиянием лиц, контролирующих группу, при том, что исполнение обществом «Проспект» обязательств перед банком осуществлено в деле о банкротстве этого общества, а не по договоренности членов групп, предполагающей возможность обратного перераспределения ресурсов, и общество «Джи 20» приобрело имущество по результатам конкурентной процедуры его реализации, а погашение требований кредиторов произведено с учетом установленной законом очередности за счет собственных средств поручителя/залогодателя, составляющих его конкурсную массу, поэтому отказ в удовлетворении требований о процессуальном правопреемстве повлечет нарушение прав кредиторов общества «Проспект» по самостоятельным обязательствам, но при этом суд первой инстанции исходил из того, что часть требований предъявлена за пределами трехлетнего срока на предъявление требования, в пределах которого совершен платеж по погашению долга только на сумму 668 963 руб. 92 коп. (платежное поручение от 24.05.2019 № 6), размер которого не превышает долю каждого поручителя, поэтому кредитор не вправе предъявить требование к должнику как к сопоручителю.

Отменяя определение суда первой инстанции, и, признавая требования общества «Проспект» в сумме 1 090 291 руб. 72 коп. подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, апелляционный суд исходил из следующего.

Установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 142 Закона о банкротстве), и, в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий по ним между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны лишь требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление Пленума № 35)).

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований и нарушения в связи с этим прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, должника и его участников, в связи с чем при установлении требований в деле о банкротстве признание должником обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования, само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления от должника).

При этом в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой выработаны иные критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (лицом, заявившем о включении требований в реестр, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений о наличии и размере долга должника перед аффилированным кредитором на последнего переходит бремя опровержения соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060; от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1); от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(7); от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

Такое распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера заявленного долга, возникшего из договора, и недопущением включения в реестр необоснованных требований (созданных формально для искусственного формирования задолженности с целью контролируемого банкротства либо имевшихся, но фактически погашенных (в ситуации объективного отсутствия у арбитражного управляющего документации должника и непредставлении такой документации аффилированным лицом)), поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Таким образом, аффилированность кредитора, предъявившего требование о включении в реестр, и должника хотя и не свидетельствует о намерении сторон искусственно создать долг, но при заявлении незаинтересованными лицами обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора. 

В силу пункта 3 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации, лица, совместно давшие поручительство (сопоручители), отвечают перед кредитором солидарно, если иное не предусмотрено договором поручительства. Если из соглашения между сопоручителями и кредитором не следует иное, сопоручители, ограничившие свою ответственность перед кредитором, считаются обеспечившими основное обязательство каждый в своей части. Сопоручитель, исполнивший обязательство, имеет право потребовать от других лиц, предоставивших обеспечение основного обязательства совместно с ним, возмещения уплаченного пропорционально их участию в обеспечении основного обязательства.

Если обязательство перед кредитором будет исполнено одним из лиц, совместно давших поручительство, к нему переходит требование к должнику, в соответствии с абзацем четвертом статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации, а до исполнения должником обязательства сопоручитель, исполнивший договор поручительства, вправе предъявить регрессные требования к каждому из других сопоручителей в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства. Названные доли предполагаются равными (подпункт 1 пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации), иное может быть предусмотрено договором о выдаче поручительства или соглашением сопоручителей. К сопоручителям, уплатившим свои доли полностью или в части, переходит требование к должнику в соответствующей части (пункт 1 статьи 365 Гражданского кодекса Российской Федерации). Уплата должником всей суммы долга сопоручителю, полностью исполнившему договор поручительства, по смыслу статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации прекращает его регрессные требования к другим сопоручителям.

Согласно пункту 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, когда должники по обеспечительным обязательствам входят в группу лиц с основным должником, объединены с ним общими экономическими интересами и контролируются одним конечным бенефициаром, презюмируется, что предоставленные обеспечения являются совместными, должники по обеспечительным договорам - солидарными должниками, а должник по обеспечительному обязательству, частично удовлетворивший кредитора, не может получить возмещение своих расходов от иных должников до полного удовлетворения требований кредитора.

В ситуации, когда одно лицо, входящее в группу компаний, получает кредитные средства, а другие лица, входящие в ту же группу, объединенные с заемщиком общими экономическими интересами, контролируемые одним и тем же конечным бенефициаром, предоставляют обеспечение в момент получения финансирования, зная об обеспечительных обязательствах внутри группы, предполагается, что соответствующее обеспечение направлено на пропорциональное распределение риска дефолта заемщика между всеми членами такой группы компаний вне зависимости от того, как оформлено обеспечение (одним документом либо разными), что позволяет квалифицировать подобное обеспечение как совместное обеспечение. Иное может быть оговорено в соглашении между лицами, предоставившими обеспечение, или вытекать из существа отношений между ними. Предоставившие совместное обеспечение лица являются солидарными должниками по отношению к кредитору.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что, как следует из материалов настоящего дела, кредитор и должник входят в одну группу компаний и имели совместные обеспечительные обязательства перед Сбербанком по кредитным обязательствам общества «Нива», предоставленный которому кредит обеспечен залогом имущества самого заемщика, а также залогом и поручительством иных, входящих в одну группу с должником компаний, при том, что данные выводы об аффилированности должника, кредитора и лиц, предоставивших поручительство, никем не оспариваются, и иное не доказано, исходя из того, что при таких обстоятельствах предоставление обеспечения в рамках группы компаний направлено на достижение единой цели - получение кредитных средств, при этом вхождение в одну группу лиц и фактическое предоставление обеспечения за счет своего имущества подтверждают волю и намерение по предоставлению обеспечения, в связи с чем квалификация правоотношений и действий заявителя не может отличаться от оценки отношений основного заемщика и его поручителей, залогодателей, руководствуясь разъяснениями, изложенными в пункте 16 Обзора № 3 (2017), суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции относительно квалификации обеспечения, предоставленного лицами, входящими в группу компаний по кредитному договору, как совместного, а должников по обеспечительным договорам, в том числе общества «Проспект», - как солидарных должников.

Исходя из изложенного, по результатам исследования и оценки материалов дела и всех доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, рассмотрев вопрос о наличии у кредитора правовых оснований для предъявления регрессного требования, руководствуясь пунктом 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которого, он вправе предъявить регрессные требования к каждому из лиц, выдавших обеспечение, в сумме, соответствующей их доле в обеспечении обязательства, за вычетом доли, падающей на него самого (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве»), учитывая количество сообеспечителей в группе компаний - 15 (включая кредитора), и размер обязательств перед Сбербанком - 21 959 851 руб. 98 коп., из чего следует, что доля каждого из 15 лиц, принимающих участие в обеспечении исполнения кредитных обязательств составляет 1 463 990 руб. 13 коп. (21 959 851 руб. 98 коп./15), суд первой инстанции определил регрессное требование общества «Проспект» к должнику равным 1 090 291 руб. 72 коп., что соответствует размеру превышения исполнения, предоставленного заявителем, над долей ответственности последнего при распределении такого превышения на других сопоручителей (в том числе должника) пропорционально ((16 728 074 руб. 26 коп. - 1 463 990 руб. 13 коп.) /14), а апелляционный суд подтвердил правильность этих выводов.

Проверив обоснованность заявления о пропуске кредитором срока на предъявление требования, апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В силу пункта 2 статьи 432 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, взыскателям, пропустившим срок предъявления исполнительного документа к исполнению по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен, если федеральным законом не установлено иное.

В статье 23 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» установлено, что взыскатель, пропустивший срок предъявления исполнительного листа к исполнению, вправе обратиться с заявлением о восстановлении пропущенного срока в суд, принявший соответствующий судебный акт, если восстановление указанного срока предусмотрено федеральным законом.

Как установлено апелляционным судом и следует из материалов дела, с 01.02.2018 по 28.06.2018 в счет погашения задолженности по кредитному договору конкурсным управляющим общества «Проспект» в пользу Сбербанка перечислены денежные средства в размере 16 059 110 руб. 34 коп.

Определением Свердловского районного суда г. Перми от 17.05.2021 по делу №2-5449/2017, оставленным в силе апелляционным определением Пермского краевого суда от 19.07.2021 и определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 08.10.2021, удовлетворено заявление общества «Проспект» о процессуальном правопреемстве, и на стадии исполнения решения суда от 05.10.2017 по делу №2-5449/2017 произведена замена взыскателя Сбербанка на общество «Проспект» в части суммы 16 728 074 руб. 26 коп.

При этом общество «Проспект» в лице конкурсного управляющего, обращаясь в суд в рамках настоящего дела с заявлением о включении в реестр требований кредиторов, ссылалось на то, что указанным определением Свердловского районного суда г. Перми от 17.05.2021 по делу № 2-5449/2017 выданы дубликаты исполнительных листов на принудительное исполнение решения Свердловского районного суда г. Перми от 05.10.2017 по делу № 2-5449/2017 и восстановлены сроки для предъявления исполнительных листов ко взысканию, на основании чего обществом «Проспект» 17.08.2021 получен и предъявлен к исполнению дубликат исполнительного листа на взыскание с общества «Ашатли-Молоко» задолженности в размере 16 728 074 руб. 26 коп., по которому 06.09.2021 возбуждено исполнительное производство в отношении общества «Ашатли-Молоко», оконченное 14.06.2022 в связи с признанием указанного общества несостоятельным (банкротом).

Учитывая все вышеизложенные установленные апелляционным судом обстоятельства, по результатам исследования и оценки всех материалов дела и всех доказательств, приняв во внимание, что вышеуказанные судебные акты приложены кредитором к заявлению о включении в реестр, и на эти обстоятельства конкурсный управляющий обществом «Проспект» ссылался в суде первой инстанции, а также, исходя из того, что вопрос о наличии (отсутствии) оснований для восстановления срока на предъявление исполнительного листа к исполнению рассмотрен судом общей юрисдикции, принявшим соответствующий судебный акт, и по результатам рассмотрения данного вопроса срок восстановлен и выдан соответствующий исполнительный лист, а доводы заявителя о том, что погашение кредитором требований Сбербанка произведено за счет денежных средств должника, отклонены судами как имеющие предположительный характер, ничем не подтвержденные и противоречащие материалам дела, апелляционный суд пришел к выводу о недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для вывода о предъявлении кредитором настоящего требования за пределами срока на предъявление исполнительного листа к исполнению, в связи с чем апелляционный суд отказал в удовлетворении заявленного требования.

При этом ссылка заявителя на пропуск кредитором срока исковой давности по результатам исследования и оценки доказательств отклонена судами, как основанная на неверном толковании норм права и не соответствующая материалам дела, поскольку в обоснование заявленных требований общество «Проспект» ссылается на то, что рассматриваемые требования подтверждены вступившими в законную силу судебными актами, которыми в порядке процессуального правопреемства произведена замена взыскателя Сбербанка на общество «Проспект» по требованиям к должнику и обществу «Проспект» выдан исполнительный лист на взыскание с должника соответствующей задолженности по кредитному договору, и названные судебные акты, в силу статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обязательны к исполнению, при том, что эти судебные акты в установленном порядке не обжалованы и не отменены, в связи с чем в данном случае нормы об исковой давности не подлежат применению.

Апелляционный суд исходил из того, что аффилированность должника и кредитора сама по себе  не является самостоятельным основанием для понижения очередности удовлетворения требований последнего.

Вместе с тем, согласно пункту 6.1 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, суброгационные требования поручителя - аффилированного лица, основанные на договоре поручительства, заключенном в состоянии имущественного кризиса должника, когда лицо, по сути, предоставило должнику компенсационное финансирование, не могут конкурировать с требованиями других кредиторов и подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Основной целью института субординации является понижение в очередности контролирующего лица по отношению к независимому кредитору, поскольку контролирующее должника лицо способно эффективно управлять риском банкротства должника в силу наличия права контроля и претендовать на извлечение неограниченной прибыли в случае удачи бизнеса. Именно такое лицо должно нести риск банкротства раньше внешних кредиторов, связанных с должником лишь обязательственными отношениями (т.е. удовлетворяться после таких кредиторов в отдельной очередности).

При таких обстоятельствах, учитывая разъяснения, изложенные в Обзоре судебной практики от 29.01.2020, принимая во внимание, что общество «Проспект» является аффилированным по отношению к должнику лицом, а также к группе лиц, являющихся сопоручителями по кредитному договору от 04.06.2008 № 76-НКЛ-И, в рамках которой осуществлялось свободное перемещение денежных средств, договор поручительства с обществом «Проспект» заключен в 2014 году, то есть спустя шесть лет после получения основным заемщиком кредита и истечения первоначального срока возврата кредитных денежных средств, что следует из отзывов уполномоченного органа, апелляционный суд признал доказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме, что требования кредитора в размере 1 090 291 руб. 72 коп. подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Таким образом, при принятии обжалуемого судебного акта суд апелляционной инстанции исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для признания требований общества «Проспект» в сумме 1 090 291 руб. 72 коп. подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Апелляционным судом верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, правильно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм права, основаны на неверном толковании законодательства о банкротстве, были заявлены в суде апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом кассационной инстанции не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2022 по делу № А50-22800/2021  Арбитражного суда Пермского края оставитьбез изменения, кассационную жалобу Федеральной налоговой службы в лице Управления по Пермскому краю – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                               Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                            С.Н. Соловцов 

 

                                                                                                       К.А. Савицкая