СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                                                     Дело № А45-14501/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 06 сентября 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 сентября 2018 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего                                         Кудряшевой Е.В.,

судей                                                                         Иванова О.А.,

Логачева К.Д.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кузьминой В.А., с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (№ 07АП-7634/2018 (1)) на определение от 02.07.2018 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Сорокина Е.А.) по делу № А45-14501/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «КРК-Компани» (630039, 

<

...>; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «КонтинетСтрой» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО1 (лично).

УСТАНОВИЛ:

решением от 19.12.2016 Арбитражного суда Новосибирской области должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО2, после отстранения которого от исполнения возложенных обязанностей конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

14.12.2017 конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью  «КонтинетСтрой» обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КРК-Компания» и взыскании с названного лица в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «КРК-Компани» 15 822 379 рублей 10 копеек (реестровая задолженность).

Заявление обосновано ссылкой на статью 61.11 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) и мотивировано тем, что бухгалтерская документация должника в полном объеме конкурсному управляющему не передана, что не позволило сформировать конкурсную массу в процедуре банкротства.

Определением от 02.07.2018 Арбитражного суда Новосибирской области суд признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КРК-Компани». Приостановил производство по заявлению ООО «КонтинентСтрой» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО1 до окончания расчетов с кредиторами в деле о банкротстве ООО «КРК-Компани».

С вынесенным определение не согласился ФИО1, в апелляционной жалобе просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать ООО «КонтинетСтрой» в удовлетворении заявления в полном объеме, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на отсутствие в судебном акте выводов относительно того, какие именно документы должника ФИО1 не представил конкурсному управляющему. По мнению заявителя апелляционной жалобы, судом первой инстанции не дана оценка обстоятельству, что вся бухгалтерская документация Общества была передана временному управляющему 09.11.2016, в том объеме, в котором получена от К.А.ГА. после его увольнения, что подтверждается Актом приема-передачи от 21.05.2015; не учтены показания свидетелей, согласно которым фактически руководство должником осуществлялось ФИО4, а бухгалтерские операции и учет – ФИО5, которая действовала по указаниям и под руководством ФИО4 По убеждению заявителя жалобы, имеются основания для освобождения его от ответственности как номинального руководителя. Заявитель жалобы также считает, что суд необоснованно не дал оценки правомерности сделки – договора уступки, заключенной между должником и ООО «Союз» по передаче прав требования задолженности.

По мнению заявителя жалобы, суд первой инстанции не дал оценки представленным ФИО1 доказательствам, а именно фото и видео материалам относительно наличия материальных ценностей. В подтверждение вины ФИО1 и наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий ссылается на оборотно-сальдовые ведомости по бухгалтерским счетам 41 и 01, подписанным им 09.11.2016. В тоже время, судом не учтено, что данные документы были распечатаны в офисе конкурсного управляющего, и подпись ФИО1 была получена им под предлогом «простой формальности». Конкурсным управляющим не учитывается дебиторская задолженность ООО «КонтинентСтрой» и ООО «КРК-Электро» перед должником по договорам субаренды офисного помещения, совместно занимаемого по адресу: ул. Северный проезд, д. 7/2. Заявитель апелляционной жалобы полагает, что ФИО4, занимающий должность коммерческого директора и, имея влияние на бухгалтера ФИО5, фактически вел деятельность, направленную на вывод активов Общества, формированию двойной бухгалтерии, необоснованному увеличению складских остатков и дебиторской задолженности. Заявитель ссылается на сговор между ФИО6 и ФИО7 с целью личного обогащения за счет  ООО «КРК-Компани».

В судебном заседании ФИО1 апелляционную жалобу поддержал по основаниям, изложенным в ней.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции, личное участие, либо явку своих представителей не обеспечили.

На основании положений статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалованного определения в порядке статьи 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц руководителем должника на дату введения процедур банкротства являлся ФИО1.

Из отчета временного управляющего следует, что на последнюю отчетную дату по состоянию на 31.12.2015 у должника имеется оборотных активов на сумму 40 315 000 руб.

В период конкурсного производства конкурсным управляющим имущество должника не выявлено.

После смены конкурсного управляющего вновь утвержденный конкурсный управляющий указал, что на основании анализа переданной ему бывшим руководителем должника финансовой документации им установлено, что руководителем должника не переданы материально-производственные запасы, которые согласно бухгалтерской отчетности числятся на балансе должника, не переданы документы, подтверждающие наличие дебиторской задолженности в размере 12 590 000 рублей.

Определение суда от 23.10.2017 о передаче документации должника конкурсному управляющему ФИО1 не исполнено.

Кроме того, руководителем должника не предприняты меры, направленные на взыскание подтвержденной дебиторской задолженности в размере 5 300 000 рублей, что привело к истечению срока давности по его взысканию.

Указывая на данные обстоятельства, ООО «КонтинетСтрой» обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КРК-Компания» и взыскании с названного лица в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «КРК-Компани» 15 822 379 рублей 10 копеек (реестровая задолженность).

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление кредитора, исходил из того, что конкурсным управляющим доказана совокупность обстоятельств, влекущих субсидиарную ответственность руководителя должника, исполнявшего обязанности в период проведения процедур банкротства в отношении организации, каковым являлся ФИО1

Выводы суда первой инстанции соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно положениям статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального  опубликования  (текст  Закона №  266-ФЗ  опубликован  на «Официальном интернет-портале правовой информации» (www.pravo.gov.ru) 30.07.2017 в «Российской  газете» от 04.08.2017 № 172,  в Собрании законодательства Российской Федерации от 31.07.2017 № 31 (часть I) статья 4815.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в арбитражный суд 14.12.2017, Арбитражный суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заявленные требования подлежат рассмотрению по правилам главы III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Вместе с тем, как обоснованно указано судом первой инстанции, указанные правила применяются судом только в части процессуальных правоотношений.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона содержится специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона в силу имеется подобная норма; законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных   отношений;   обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон (Решение от 01.10.1993 № 81-р; определения от 25.01.2007 № 37-О-О, от 15.04.2008 № 262-О-О, от 20.11.2008 № 745-О-О, от 16.07.2009 № 691-О-О, от 23.04.2015 № 821-О и др.).

Данная правовая позиция дополнительно закреплена в постановлении Конституционного Суда РФ от 15.02.2016 № 3-П «По делу о проверке конституционности положений части 9 статьи 3 Федерального закона «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» в связи с жалобой гражданина ФИО8».

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности - это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Следовательно, нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного бездействия по неподаче заявления о признании должника банкротом.

С учетом изложенных правил и того обстоятельства, что обязательство по передаче документации должника конкурсному управляющему возникло у руководителя должника в 2016 году, а обязательства по её надлежащему ведению и хранению существовали до момента введения ликвидационной процедуры банкротства, равно как и момент совершение указанной конкурсным управляющим сделки приходится на период, истекший до момента введения законодательства о банкротстве в новой редакции, при рассмотрении настоящего обособленного спора, судом первой инстанции правильно применены нормы пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции.

Поскольку нормы пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действовавшей редакции и новой нормы статьи 61.12 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не отличаются, к спорным правоотношениям подлежат применению разъяснения статьи 61.11 Закона о банкротстве, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), а также статья 10 указанного Закона, действовавшей в период предполагаемого бездействия контролирующих должника лиц.

Так, пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, как и ранее действующее законодательство предусматривает субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего перед кредиторами, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Таким образом, в предмет доказывания по настоящему спору входит установление факта отсутствия либо искажения бухгалтерской документации должника, невозможность либо затруднительность формирования конкурсной массы и наличие правовой связи между названными фактами.

Как уже было указано выше, руководителем должника на дату введения процедур банкротства являлся ФИО1

Обязанность руководителя предприятия-банкрота передать конкурсному управляющему в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности установлена статьей 126 Закона о банкротстве, неисполнение данной обязанности влечет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При этом субсидиарная ответственность руководителя предприятия по обязательствам должника наступает при отсутствии документов бухгалтерского учета или отчетности должника на момент принятия решения о признании должника банкротом, а также в случае их неполноты и недостоверности.

Определением суда от 23.10.2017 от бывшего руководителя должника ФИО1 истребованы и судом установлена обязанность передать конкурсному управляющему ООО «КРК-Компани» ФИО2 по акту приема-передачи следующие документы:

- запасы балансовой стоимостью 12 979 000 рублей;

- документы, подтверждающие выбытие материальных внеоборотных активов балансовой стоимостью 8 000 рублей, денежных средств и денежных эквивалентов балансовой стоимостью 43 000 рублей;

- документы, подтверждающие наличие финансовых и других оборотных активов балансовой стоимостью 27 285 000 рублей.

Однако ФИО1 определение суда от 23.10.2017 не исполнено, истребуемая документация не передана.

Доказательств, опровергающих данное обстоятельство, не представлено.

Поскольку доказательств обратного не представлено, вывод суда первой инстанции о том, что факт отсутствия документов бухгалтерского учета и отчетности подтверждается неисполнением руководителя должника обязанности по передаче такой документации конкурсному управляющему, установленной статьей 126 Закона о банкротстве, соответствует материалам дела.

При этом обязательности обращения конкурсного управляющего в суд с требованием об обязании руководителя должника передать такую документацию закон не требует, такая обязанность должна быть исполнена руководителем самостоятельно в силу закона, а не судебного акта.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что установление факта неисполнения обязанности по передаче бухгалтерской документации конкурсному управляющему, в данном случае, позволяет прийти к выводу об отсутствии такой документации.

При таких обстоятельствах, факт отсутствия бухгалтерской документации должника, обязанность по ведению и хранению которой установлена нормой статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и возложена на руководителя должника нормой статьи 7 названного федерального закона, установлен.

Довод заявителя апелляционной жалобы о наличии оснований для освобождения его от ответственности как номинального руководителя, судом апелляционной инстанции отклоняется за необоснованностью.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 постановления № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель) не может быть полностью освобожден от ответственности, а лишь несет эту ответственность солидарно с фактическим руководителем.

Давая оценку доводу апелляционной жалобы о том, что ФИО4, занимающий должности коммерческого директора и имея влияние на бухгалтера ФИО5, фактически вел деятельность, направленную на вывод активов Общества, формированию двойной бухгалтерии, необоснованному увеличению складских остатков и дебиторской задолженности, суд апелляционной инстанции констатирует, что документального обоснования данной позиции не представлено.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы о том, что судом не дана судом оценка показаниям ФИО4, опровергается содержанием обжалуемого судебного акта.

Так, допрошенный в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции в качестве свидетеля ФИО4 пояснил, что занимал в предприятии должность финансового директора, при этом должность бухгалтера занимала ФИО5, в подтверждение чего представлена копия трудовой книжки данного лица. Из показаний свидетеля следует, что решением всех финансовых вопросов занимался ФИО9

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции, что факт осуществления лицом контроля над юридическим лицом не может быть подтвержден единственно свидетельскими показаниями.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, иных доказательств ФИО1 не представил.

Довод апелляционной жалобы о том, что факт передачи всей бухгалтерской документации Общества временному управляющему 09.11.2016, в том объеме, в котором получена от ФИО4 после его увольнения, что подтверждается Актом приема-передачи от 21.05.2015, судом апелляционной инстанции отклоняется исходя из следующего.

Как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 9127/12 при установлении факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо учитывать, приняло ли привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Кодекса).

Суд должен исследовать обстоятельства, связанные с принятием руководителем должника всех мер для исполнения обязанностей, перечисленных в пункте 1 статьи 6, пункте 3 статьи 17 Закона о бухгалтерском учете, а также выяснить, проявлялись ли при принятии данных мер требуемые степени заботливости и осмотрительности, например, каким образом обеспечивалась сохранность документации; какие меры принимались лицом для восстановления документации в случае ее гибели, если таковая имела место по не зависящим от него основаниям; явилась ли гибель документации следствием ненадлежащего ее хранения либо совершением лицом иных действий без должной заботы и осмотрительности.

При этом в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Как следует из материалов дела, Акт приема-передачи от 21.05.2015  не содержит детального описания  содержания папок и количества листов передаваемых документов (л.д.86), поэтому установить факт передачи или непередачи ФИО1 документов, подтверждающих выбытие поставленных на учет активов (при отсутствии самих активов), а также документов, подтверждающих дебиторскую задолженность, не представляется возможным.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, доказательства передачи бухгалтерской документации Общества временному управляющему 09.11.2016, именно в том в объеме, который был получен от ФИО4 (л.д.86), либо в большем объеме, чем арбитражный управляющий ФИО3 передал документацию конкурсному управляющему  ООО «КРК-Компани» ФИО2 (л.д.63-66), в материалах дела отсутствуют.

Обстоятельства отсутствия документов, позволяющих сформировать конкурсную массу, а именно: документов, подтверждающих выбытие поставленных на учет активов (при отсутствии самих активов), а также документов, подтверждающих дебиторскую задолженность в указанном конкурсным управляющим размере, установлены.

Кроме того, судом первой инстанции правомерно учтено, что в своих пояснениях ФИО1 фактически признает, что бухгалтерская отчетность должника велась ненадлежащим образом, в ней отсутствуют достоверные сведения о принятии на баланс и списании с баланса имущества, что, безусловно, негативно влияет на формирование конкурсной массы.

Доказательств отсутствия вины в том, что бухгалтерская документация отсутствует (содержит недостоверные сведения) ФИО1 не представил.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно не дал оценки правомерности сделки – договора уступки, заключенной между должником и ООО «Союз» по передаче прав требования задолженности, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку установление данного обстоятельства не входит в предмет доказывания по настоящему спору.

Факт непринятия мер по взысканию дебиторской задолженности, истечению срока давности, в связи с отсутствием необходимой документации Общества, подтверждается материалами дела.

Неисполнение бывшим руководителем должника, возложенных на него статьей 126 Закона о банкротстве обязанностей, влечет  причинение должнику и его кредиторам убытков.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы о том, что имеет место быть сговор между ФИО6 и ФИО7 с целью личного обогащения за счет  ООО «КРК-Компани», судом апелляционной инстанции не принимается в качестве основания для отмены обжалуемого определения, поскольку данное утверждение документально не подтверждено и основано на предположении.

Суд первой инстанции, установив совокупность обстоятельств, влекущих субсидиарную ответственность ФИО1 как руководителя должника, исполнявшего обязанности в период проведения процедур банкротства в отношении организации, обоснованно, руководствуясь вышеприведенными нормами и разъяснениями, признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КРК-Компани».

Оценивая иные изложенные в апелляционной жалобе доводы, суд апелляционной инстанции установил, что в них отсутствуют ссылки на факты, которые имели бы юридическое значение и могли бы повлиять в той или иной степени на принятие законного и обоснованного судебного акта при рассмотрении заявленного требования по существу.

В части приостановления производства по заявлению, апелляционная жалоба доводов не содержит.

Производство по обособленному спору в части приостановлено в соответствии с положениями пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Правовые основания для отмены судебного акта в этой части отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции нарушений норм материального и норм процессуального права не допущено.

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК РФ, для отмены определения у суда апелляционной инстанции не имеется. Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 02.07.2018 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-14501/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

Председательствующий                                                     Е.В. Кудряшева 

 Судьи                                                                                  О.А. Иванов

                                                                                              К.Д. Логачев