СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

город Томск                                                               Дело № А45-21541/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 20 января 2023 года

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Чикашовой О.Н.,

судей:                                  Аюшева Д.Н.,

                                             ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, рассмотрев апелляционную жалобу (№07АП-11768/2022) ФИО3 на решение  от 29 октября 2022 года Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-21541/2022 (судья Морозова Л.Н.) по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО4 (Новосибирская область, ОГРНИП 318547600138615, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Стимул» (630061, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), третьи лица, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Сибирские мясные продукты» (1) (630009, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ФИО3 (2), финансовый управляющий должника ФИО3 ФИО5 (3), о взыскании мораторных процентов за период с 24.09.2019 по 05.05.2022 в размере 1 226 095, 47 руб.,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО4 (паспорт) (участие путем присоединения к веб-конференции),

от ответчика – без участия (извещен),

от третьего лица (2) (апеллянта) -  ФИО6 (паспорт, доверенность от 20.05.2022, диплом (участие путем присоединения к веб-конференции),

от третьих лиц (1, 3) – без участия (извещены)

У С Т А Н О В И Л:

индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее - истец, ИП ФИО4) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Стимул» (далее - ответчик, ООО «Стимул») о взыскании мораторных процентов за период с 24.09.2019 по 05.05.2022 в размере 1 226 095 рублей 47 копеек.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Сибирские мясные продукты» (далее – ООО «Сибирские мясные продукты»), ФИО3 (далее – ФИО3, апеллянт), финансовый управляющий должника ФИО3 ФИО5. 

Решением от 29 октября 2022 года Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-21541/2022 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, третье лицо ФИО3 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой указывает на неправильное применение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда, изложенных в решении, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, таким образом, просит решение от 29 октября 2022 года Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-21541/2022 отменить, принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на то, что договор уступки права (требования) от 24.06.2022 является ничтожным. При этом отмечает, что объем переданного права (требования) превышает размер встречного предоставления в 122, 6 раза. Кроме того, апеллянт указывает на то, что при расчете процентов судом не учтен период моратория на банкротство.

Определением от 13.12.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 16.01.2023.

Определением от 10.01.2023, на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее -  АПК РФ) произведена замена председательствующего судьи по делу, судья Колупаева Л.А. заменена на судью Чикашову О.Н.

В поступивших письменных возражениях истец указывает на то, что судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, правильно применены нормы материального права. При этом отмечает, что к ООО «Стимул» правила о моратории не применяются. Таким образом, просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы.

В письменных пояснениях апеллянт поддержал доводы апелляционной жалобы.

Письменные возражения и пояснения приобщены судом к материалам дела.

Ответчик и третьи лица, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного разбирательства (суд апелляционной инстанции располагает сведениями о получении адресатами направленной копии судебного акта (часть 1 статьи 123 АПК РФ)), в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание апелляционной инстанции явку своих представителей не обеспечили.

В порядке части 6 статьи 121, части 1, 3 статьи 156,  части 1 статьи 266 АПК РФ суд счел возможным приступить к рассмотрению апелляционной жалобы в отсутствие представителей ответчика и третьих лиц.

В судебном заседании представители истца и ФИО3 поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и письменных возражениях соответственно.

Заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268, АПК РФ, доводы апелляционной жалобы, возражений и пояснений, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  15.07.2019 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление ФИО7 о признании должника - ООО «Стимул» несостоятельным (банкротом), в связи с наличием у него просроченной свыше трех месяцев задолженности. 

Определением суда от 24.09.2019 (резолютивная часть объявлена 17.09.2019) по делу № А45-26757/2019 заявление ФИО7 о признании должника ООО «Стимул» несостоятельным (банкротом), признано обоснованным. В отношении должника введена процедура банкротства - наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО8 

29.10.2019 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление ООО «Сибирские мясные продукты» о включении требования в размере 7 633 202 рублей 31 копейки в реестр требований кредиторов должника ООО «Стимул». 

Определением от 16.12.2019 принято к рассмотрению заявление ООО «Сибирские мясные продукты» о включении требований в размере 7 633 202 рублей 31 копейки. 

Определением от 08.02.2021 Арбитражным судом Новосибирской области в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2021 (резолютивная часть объявлена 22.04.2021) определение от 08.02.2021 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-26757/2019 отменено; требование ООО «Сибирские мясные продукты» в размере 7 633 202 рублей 31 копейки основного долга включено в реестр требований кредиторов ООО «Стимул» в составе третьей очереди. 

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11.08.2021 (резолютивная часть объявлена 04.08.2021) постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2021 по делу № А45-26757/2019 оставлено без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения. 

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 25.02.2020 (резолютивная часть объявлена 17.02.2020) ООО «Стимул» признано несостоятельным банкротом, введена процедура банкротства - конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО8 

06.04.2022 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление ООО ЧОП «Бастион» о намерении удовлетворить требования кредиторов в полном объеме в течение 20 дней путем внесения денежных средств на счет должника. На момент рассмотрения заявления ООО ЧОП «Бастион» в реестр требований кредиторов ООО «Стимул» включены требования в общем размере 7 633 202 рублей 91 копейки: из которых: требование ООО «Сибирские мясные продукты» - 7 633 202 рубля 31 копейка; ФИО9 - 0,60 копеек. 

05.05.2022 ООО ЧОП «Бастион» произведено перечисление денежных средств на специализированный банковский счет должника в общей сумме 7 633 203 рублей 91 копейки. 

Определением от 11.05.2022 по делу № А45-26757/2019 требования кредиторов должника ООО «Стимул» признаны удовлетворенными. 

24.05.2022 в Арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление конкурсного управляющего ФИО8 о завершении процедуры конкурсного производства и прекращении производства по делу в связи с исполнением обязательств должника, третьим лицом в деле о банкротстве должника - ООО «Стимул». 

Определение Арбитражного суда Новосибирской области от 15.06.2022 производство по делу № А45-26757/2019 о признании несостоятельным ООО «Стимул» прекращено. 

24.06.2022 между ООО «Сибирские мясные продукты» (цедент) и ИП ФИО4 (цессионарий) заключен договор № 24/06/2022 уступки права требования (цессии). 

01.07.2022 ИП ФИО4 направлено в адрес ООО «Стимул» уведомление об уступке права требования, являющееся одновременно досудебной претензией о выплате мораторных процентов за период с 24.09.2019 по 05.05.2022 в сумме 1 226 095 рублей 47 копеек. 

Требование оставлено без ответа и удовлетворения, что послужило основанием для обращения в арбитражный суд с исковым заявлением.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, суд первой инстанции исходил из их обоснованности.

Рассмотрев материалы дела повторно в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции исходит из следующих норм права и обстоятельств по делу.

В соответствии с абзацем 10 пункта 1 статьи 63 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей. 

Согласно пункту 4 статьи 63 Закона о банкротстве на сумму требований конкурсного кредитора, уполномоченного органа в размере, установленном в соответствии со статьей 4 настоящего Федерального закона на дату введения наблюдения, с даты введения наблюдения до даты введения следующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, начисляются проценты в размере ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату введения наблюдения. 

Абзацем 3 пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве установлено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращается начисление процентов, неустоек (штрафов, пеней) и иных санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей, а также процентов, предусмотренных названной статьей. 

В силу пункта 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве на сумму требований конкурсного кредитора, уполномоченного органа в размере, установленном в соответствии со статьей 4 указанного Федерального закона, начисляются проценты в порядке и в размере, которые предусмотрены названной статьей. Проценты на сумму требований конкурсного кредитора, уполномоченного органа, выраженную в валюте Российской Федерации, начисляются в размере ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату открытия конкурсного производства. Соглашением между конкурсным управляющим и конкурсным кредитором может быть предусмотрен меньший размер подлежащих уплате процентов или более короткий срок начисления процентов по сравнению с предусмотренными названной статьей размером или сроком. Подлежащие начислению и уплате в соответствии с указанной статьей проценты начисляются на сумму требований кредиторов каждой очереди с даты открытия конкурсного производства до даты погашения указанных требований должником. Уплата начисленных в соответствии с названной статьей процентов осуществляется одновременно с погашением требований кредиторов по денежным обязательствам и требований к должнику об уплате обязательных платежей в порядке очередности, установленной статьей 134 указанного Федерального закона. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 № 88 «О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве» (далее - Постановление № 88) в период процедуры наблюдения на возникшие до возбуждения дела о банкротстве требования кредиторов (как заявленные в процедуре наблюдения, так и не заявленные в ней) по аналогии с абзацем десятым пункта 1 статьи 81, абзацем третьим пункта 2 статьи 95 и абзацем третьим пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве подлежащие уплате по условиям обязательства проценты, а также санкции не начисляются. Вместо них на сумму основного требования по аналогии с пунктом 2 статьи 81, абзацем четвертым пункта 2 статьи 95 и пунктом 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты введения наблюдения и до даты введения следующей процедуры банкротства начисляются проценты в размере ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату введения наблюдения. 

В «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019) указано, что общим последствием введения процедуры банкротства является установление моратория, то есть запрета на начисление неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций, а также процентов по обязательствам должника. Для кредитора это означает, что он утрачивает право на согласованный в договоре или законодательно предусмотренный возможный прирост к имеющемуся перед ним долгу, опосредующий, как правило, ответственность за неисполнение обязательства. Вместо этого по смыслу законодательства о банкротстве данный кредитор получает право на специальные проценты, именуемые мораторными. 

В абзаце 2 пункта 7 Постановления № 88 разъяснено, что мораторные проценты начисляются только на сумму основного требования; на проценты по нему они не начисляются. 

Согласно пункту 9 Постановления № 88 в случае прекращения производства по делу о банкротстве по основанию, предусмотренному абзацем седьмым пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве (в том числе в результате погашения должником всех включенных в реестр требований в ходе наблюдения или погашения таких требований в ходе любой процедуры банкротства третьим лицом в порядке статей 113 или 125 Закона), кредитор вправе предъявить должнику в общеисковом порядке требования о взыскании оставшихся мораторных процентов, которые начислялись за время процедур банкротства по правилам Закона о банкротстве (с учетом приведенных разъяснений). 

С учетом изложенного, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о правомерности требований истца о взыскании мораторных процентов.

Апеллянт указывает на отсутствие у истца права взыскания указанных процентов, поскольку спорный договор уступки прав (требования) является ничтожным в силу статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), поскольку прикрывает сделку дарения.

Рассматривая указанный довод, суд апелляционной инстанции руководствуется следующим.

На основании статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом (статья 169 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положения раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ.

Как разъяснено в пункте 85 Постановления № 25, в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, признается недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923).

При этом для квалификации сделки в качестве ничтожной в связи с нарушением принципа добросовестности как основного начала гражданского законодательства на основании совокупного применения статей 10, 168 ГК РФ необходима недобросовестность обеих ее сторон в виде их сговора, либо, по крайней мере, активные недобросовестные действия одной стороны сделки (ее руководителя, представителя) и осведомленность об этом воспользовавшегося сложившейся ситуацией контрагента по сделке (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 13.05.2014 № 17089/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2014), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.12.2014, а также определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 № 67-КГ14-5, установленный в статье 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации. Согласно правовой позиции, приведенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления сторонами при ее совершении гражданскими правами обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

При этом, как указано выше, при наличии в законе специальных оснований, такая сделка признается недействительной по этому основанию.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). 

Пункт 86 Постановления № 25 предусматривает, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не соответствует их внутренней воле.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила (пункт 87 Постановления № 25).

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) (пункт 88 Постановления № 25).

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

При определении того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, суду необходимо применить правила толкования договора, установленные статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации (Определение Верховного Суда РФ от 29.10.2013 № 5-КГ13-113).

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ субъекты гражданского права приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. 

В соответствии с частью 1 статьи 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора (часть 1 статьи 421 ГК РФ). 

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ). 

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее - Постановление № 49), условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

В соответствии с пунктом 2 статьи 390 ГК РФ, при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием; цедент правомочен совершать уступку; уступаемое требование ранее не было уступлено цедентом другому лицу; цедент не совершал и не будет совершать никакие действия, которые могут служить основанием для возражений должника против уступленного требования. Законом или договором могут быть предусмотрены и иные требования, предъявляемые к уступке.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательствах на основании сделки» (далее – Постановление № 54), в силу пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное.

Согласно материалам дела, 24.06.2022 между ООО «Сибирские мясные продукты» (цедент) и ИП ФИО4 (цессионарий) заключен договор № 24/06/2022 уступки права требования (цессии). 

Согласно пункту 1.1 договора № 24/06/2022 уступки права требования (цессии), цедент уступает, а цессионарий принимает право требования цедента к ООО «Стимул» (далее - должник) о выплате мораторных процентов, начисленных на сумму требований цедента в размере 7 633 202 рублей 31 копейки за период с даты введения в отношении должника процедуры наблюдения по делу № А45-26757/2019 (24.09.2019) до даты погашения требований цедента (06.05.2022).

В соответствии с пунктом 1.3 договора № 24/06/2022 уступки права требования (цессии) сторонам известно, что в отношении должника в Арбитражном суде Новосибирской области рассматривалось дело № А45-26757/2019 о несостоятельности (банкротстве), производство по делу прекращено определением от 15.06.2022. 

В пункте 2.1 договора № 24/06/2022 уступки права требования (цессии) стороны предусмотрели, что уступка права требования цедента к должнику, осуществляемая по настоящему договору, является возмездной, стоимость всех уступаемых прав требования, указанных в пунктах 1.1, 1.2 настоящего договора, составляет 10 000 рублей, указанная сумма выплачивается цессионарием цеденту в течение 3 рабочих дней со дня фактического взыскания с должника суммы уступленных мораторных процентов. 

Цессионарий самостоятельно и за свой счет осуществляет действия, направленные на взыскание уступаемых мораторных процентов (пункт 3.2 договора № 24/06/2022 уступки права требования (цессии)). 

Согласно пункту 4.2 договора № 24/06/2022 уступки права требования (цессии) цедент отвечает за действительность передаваемых по настоящему договору прав и обязанностей. 

Цедент не несет ответственности за неисполнение должником требования, передаваемого по настоящему договору, отсутствие у должника имущества, на которые возможно обратить взыскание и т.д. (пункт 4.3 договора № 24/06/2022 уступки права требования (цессии). 

Таким образом, в рассматриваемом случае возмездность договора цессии подтверждается его условиями. 

В абзаце 7 пункта 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Информационное письмо № 120) разъяснено, что при выяснении эквивалентности размеров переданного права (требования) и встречного предоставления, необходимо исходить из конкретных обстоятельств дела.

В частности, должны учитываться: степень платежеспособности должника, степень спорности передаваемого права (требования), характер ответственности цедента перед цессионарием за переданное право (требование) (ответственность лишь за действительность права (требования) или также и за его исполнимость должником), а также иные обстоятельства, влияющие на действительную стоимость права (требования), являющегося предметом уступки.

В пункте 10 Информационного письма № 120 судам рекомендовано оценивать сделку на предмет ее ничтожности в силу притворности (статья 170 Кодекса), выяснять, не прикрывает ли соглашение об уступке права (требования) сделку дарения. Решая данный вопрос, суду надлежит при оценке несоответствия размера встречного предоставления за переданное право объему последнего исходить из конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о действительной стоимости спорного права (требования).

Из материалов дела следует, что обосновывая наличие законного интереса истца при предъявлении иска о признании спорного соглашения ничтожной сделкой в силу ее мнимости апеллянт указал, что объем переданного права превышает размер встречного предоставления.

Согласно пункту 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 10 Информационного письма  № 120, несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ничтожным соглашения об уступке права (требования), заключенного между коммерческими организациями.

Доказательства того, что действительная воля сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой), что сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, стороны злоупотребили правом, не представлены, из толкования договора указанного не следует.

Учитывая изложенное, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для признания спорного договора ничтожным.

На основании изложенных норм права, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательств в их совокупности и взаимосвязи, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что имеются основания для взыскания мораторных процентов, суд первой инстанции взыскал в пользу истца мораторные проценты за период с 24.09.2019 по 05.05.2022 в размере 1 226 095 рублей 47 копеек. 

По мнению апелляционного суда, довод заявителя относительно неверного расчета сумм мораторных процентов заслуживает внимания.

Согласно статье 9.1 Закона о банкротстве для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации. 

Абзацем вторым подпункта «б» пункта 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников» (далее - Постановление  № 428) введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении организаций, включенных в перечень системообразующих организаций российской экономики в соответствии с критериями и порядком, определенными Правительственной комиссией по повышению устойчивости развития российской экономики.

Постановлением Правительства от 01.10.2020 № 1587 «О продлении срока действия моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников» (вступило в силу 07.10.2020 и действует в течение 3 месяцев) продлен срок действия моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении организаций и индивидуальных предпринимателей, код основного вида деятельности которых в соответствии с Общероссийским классификатором видов экономической деятельности указан в перечне отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г. № 434 «Об утверждении перечня отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции».

В ответе вопрос № 10 в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространения на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 2, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.04.2020, правоприменителям было разъяснено, что одним из последствий введения моратория является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1., абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

По смыслу разъяснений, приведенных в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 44), в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (стать 395 ГК РФ, неустойка (статья 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие  (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1., абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1., абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Вместе с тем, если при рассмотрении спора о взыскании неустойки или иных финансовых санкций, начисленных за период действия моратория, будет доказано, что ответчик, на которого распространяется мораторий, в действительности не пострадал от обстоятельств, послуживших основанием для его введения, и ссылки данного ответчика на указанные обстоятельства являются проявлением заведомо недобросовестного поведения, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий поведения ответчика может удовлетворить иск полностью или частично, не применив возражения о наличии моратория (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Из приведенных разъяснений следует, что факт возникновения задолженности до начала действия моратория не является безусловным основанием для утраты должником права на освобождение от уплаты неустойки, а бремя доказывания наличия соответствующих обстоятельств возлагается на кредитора. При этом, опровержение презумпции освобождения от ответственности в силу моратория возможно лишь в исключительных случаях при исчерпывающей доказанности соответствующих обстоятельств. По общему же правилу действие моратория распространяется на всех подпадающих под него лиц, которые не обязаны доказывать свое тяжелое материальное положение для освобождения от ответственности за нарушение обязательств в период моратория.

Судом апелляционной инстанции учтено, что ООО «Стимул» действительно включено в перечень лиц, на которых распространяется действие моратория установленного Постановлением № 428.

При этом, материалы дела не содержат доказательства недобросовестного поведения ответчика.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее – Постановление № 497) с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей. 

Согласно подпунктам «а», «б» пункта 2 Постановления № 497 его положения не применяются в отношении должников, являющихся застройщиками многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, включенных в соответствии со статьей 23.1 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» в единый реестр проблемных объектов на дату вступления в силу настоящего постановления; включенных по мотивированному предложению руководителя федерального органа исполнительной власти, обеспечивающего реализацию единой государственной политики в отрасли экономики, в которой осуществляет деятельность соответствующее лицо, или высшего должностного лица субъекта Российской Федерации, в котором зарегистрировано или на территории которого осуществляет деятельность соответствующее лицо, в утвержденный Правительством Российской Федерации перечень лиц, на которых не распространяется действие моратория, деятельность которых регулируется Федеральным законом «О деятельности иностранных лиц в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на территории Российской Федерации» и (или) Федеральным законом «О мерах воздействия на лиц, причастных к нарушениям основополагающих прав и свобод человека, прав и свобод граждан Российской Федерации», а также положениями, предусмотренными Федеральным законом «О некоммерческих организациях» и (или) Законом Российской Федерации «О средствах массовой информации», касающимися лиц, выполняющих функции иностранных агентов, либо которые являются аффилированными лицами указанных лиц.

Поскольку ответчик не относится к лицам, к которым введенный Постановлением № 497 мораторий не применяется, суды правильно применили названное постановление, разрешая настоящий спор. Такой подход соотносится с принципом юридического равенства регулирования сходных отношений (статья 19 Конституции Российской Федерации), в том числе обуславливающим соблюдение баланса интересов сторон.

Однородные по своей юридической природе отношения должны регулироваться одинаковым образом; конституционному принципу равенства противоречит любая дискриминация, то есть такие устанавливаемые законом различия в правах и свободах, которые в сходных обстоятельствах ставят одну категорию лиц в менее благоприятные (или, наоборот, более благоприятные) условия по сравнению с другими категориями (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.05.2001 № 8-П, от 03.06.2004 № 11-П, от 15.06.2006 № 6-П, от 16.06.2006 № 7-П, от 05.04.2007 № 5-П, от 25.03.2008 № 6-П, от 26.02.2010 № 4-П и от 14.07.2011 № 16-П, Определение от 07.06.2001 № 141-О).

Принятие Постановления № 497 с учетом положений статьи 9.1 Закона о банкротстве обусловлено необходимостью поддержки российской экономики и предполагает помощь всем субъектам экономического оборота.

 Иная позиция нарушала бы принцип юридического равенства между активно участвующими в гражданском обороте муниципальными, государственными учреждениями, предприятиями и прочими участниками экономических отношений, которые окажутся в менее выгодном положении, нежели коммерческие организации и предприниматели, на которых распространяется освобождение от уплаты финансовых санкций в период введенного Постановлением № 497 моратория.

Общая экономическая направленность мер по поддержке российской экономики, принимаемых Правительством Российской Федерации, предполагает помощь всем субъектам экономического оборота.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что правовая природа мораторных процентов носит характер финансовых санкций, ввиду чего не начисляются в установленный Правительством РФ мораторный период.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с доводами апеллянта относительно определения периода начисления мораторных процентов, проверив контррасчет, признает его верным, в связи с чем, считает верным частично удовлетворить исковые требования, взыскав мораторные проценты за период с 24.09.2019 по 05.04.2020, с 07.01.2021 по 31.03.2022 в размере 932 588 рублей 86 копеек.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции усматривает основания для изменения решения суда первой инстанции, предусмотренные подпунктом 4 пункта 1 статьи 270 АПК РФ, как принятого при неправильном применении норм материального права, с изложением резолютивной части в новой редакции об удовлетворении исковых требований в части, с соответствующим отнесением расходов по государственной пошлине в порядке статьи 110 АПК РФ пропорционально удовлетворенным исковым требованиям, в том числе по апелляционной инстанции.

Руководствуясь пунктом  2 статьи 269, пп. 4 пункта 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Решение от 29 октября 2022 года Арбитражного суда Новосибирской области по делу № ВА45-21541/20221 изменить.

Принять новый судебный акт.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стимул» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП 318547600138615, ИНН 

<

***>) мораторные проценты за период с 24.09.2019 по 05.04.2020, с 07.01.2021 по 31.03.2022 в размере 932 588 руб. 86 коп., возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 19 213 руб.94 коп., всего 951 802 руб. 80 коп. В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 (ОГРНИП 318547600138615, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., 718 руб.20 коп. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

 

Председательствующий                                                      О.Н. Чикашова

 

                 Судьи                                                                                     Д.Н.Аюшев

                                                                                                                 ФИО1