2269/2023-21064(2) 

 

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-10081/2019

город Ростов-на-Дону

06 марта 2023 года

15АП-302/2023 

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2023 года  

Полный текст постановления изготовлен 06 марта 2023 года Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Димитриева М.А., судей Емельянова Д.В., Николаева Д.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии: 

от индивидуального предпринимателя ФИО2: представитель  ФИО3 по доверенности от 30.04.2020;от общества с ограниченной  ответственностью «СБК-Ритейл»: представитель ФИО4 по доверенности от  28.01.2023 № 21.-7/2023;конкурсный управляющий ФИО5,  лично, по паспорту, посредством системы веб-конференции ИС «Картотека  арбитражных дел»,рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную  жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на  определение Арбитражного суда Краснодарского края от 23.12.2022 по делу №  А32-10081/2019 об отказе в удовлетворении заявления индивидуального  предпринимателя ФИО2 о признании сделки  недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного  общества «Краснодарский завод металлоконструкций»,  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества  «Краснодарский завод металлоконструкций» (далее – должник) в Арбитражный  суд Краснодарского края обратился индивидуальный предприниматель ФИО2 с заявлением о признании недействительными договоров  уступки прав требований № 

<

***>-Ц от 30.03.2015, № 8619/452/20109-Ц  от 30.03.2015, заключенных между обществом с ограниченной ответственностью  «СБК-Ритейл» и публичным акционерным обществом «Сбербанк России».  

Определением от 23.12.2022 суд отказал в удовлетворении заявленных  требований. Взыскал с ИП ФИО2 в доход федерального бюджета  государственную пошлину по заявлению в сумме 12 000 руб.  

Индивидуальный предприниматель ФИО2 обжаловал  определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и  просил отменить судебный акт, принять новый.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции  неправильно применил нормы материального и процессуального права, неполно  выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда не  соответствуют обстоятельствам дела.  

В дополнениях к апелляционной жалобе ИН ФИО2 ссылается на то,  что оспариваемые договоры являются притворными сделками. ООО «СБК- Ритейл», ПАО «Сбербанк» и должник являются аффилированными лицами. ООО  «СБК-Ритейл» является контролирующим должника лицом. ООО «СБК-Ритейл»  извлекает прибыль от использования имущества должника. Суд первой инстанции  пришел к ошибочным выводам об отсутствии негативных последствий для  конкурсной массы как необходимого условия для оспаривания сделки, не учел  нарушение прав заявителя на преимущественное по отношению к ООО «СБК- Ритейл» погашениютребований.  

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий  акционерного общества Краснодарский завод металлоконструкций» ФИО5 просит определение суда оставить без изменения, а  апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

В судебном заседании представитель заявителя жалобы пояснил, что  судебный акт обжалуется только в мотивировочной части (части обоснования  причин отказа в иске). Возражения в части возможности применения положений  части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  от лиц, участвующих в деле, не поступали.  

Поскольку определение суда первой инстанции оспаривается только в части  и ни одна из сторон в судебном заседании не заявила возражений в отношении  применения положений части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, законность и обоснованность судебного акта проверяется  судом апелляционной инстанции в обжалуемой части с учетом положений части 5  статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Представитель индивидуального предпринимателя ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил  определение суда отменить.  

Представитель общества с ограниченной ответственностью «СБК-Ритейл»  поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил  определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Конкурсный управляющий ФИО5 поддержал доводы,  изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется  Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном  главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, дополнение  к ней и отзыва, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный  суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба  не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  определением от 14.03.2019 возбуждено производство по делу о банкротстве  должника. Определением от 19.06.2019 в отношении должника введена процедура  наблюдения. Решением от 20.12.2019 должник признан банкротом, в отношении  него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим  утверждена ФИО5  

Согласно материалов дела, между АО «Краснодарский завод  металлоконструкций» (должником) и ПАО «Сбербанк России» заключены  кредитные договоры № 

<

***> от 17.05.2011 и № 8619/452/20109 от  17.05.2011.  

В дальнейшем между ПАО Сбербанк и ООО «СБК-Ритейл» заключены  договоры уступки прав (требований) № 

<

***>-Ц и № 8619/452/20109-Ц от  30.03.2015 (далее - договоры уступки прав (требований)).  

ИП ФИО2 указывает, что данные договоры являются притворными на  основании п. 2 ст. 170 ГК РФ и совершены при злоупотреблении правом, просил  признать сделки недействительными (ничтожными).  

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной  инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал  в удовлетворении заявления, исходя из следующего.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в  порядке, предусмотренным Законом о банкротстве.  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации"  (далее - постановление № 25) к сделке, совершенной в обход закона с  противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского  законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка  может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и  пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания  недействительности такая сделка признается недействительной по этому  основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).  

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую  сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую  стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки  применяются относящиеся к ней правила.  

В пункте 87 Постановления от 23.06.2015 № 25 разъяснено: притворная  сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том  числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с  притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая  направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю  всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную  сделку для применения указанной нормы недостаточно.  

Таким образом, в предмет доказывания по делам о признании  недействительными притворных сделок входит установление действительной воли  

сторон, направленной на достижение определенного правового результата,  который они имели в виду при заключении договора.  

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или  притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).  

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при  толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное  значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия  договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими  условиями и смыслом договора в целом.  

Если указанные правила не позволяют определить содержание договора,  должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора.  При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая  предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во  взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (часть 2  статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия исходит из  того, что заявителем доказательства в обоснование того, что оспариваемые им  сделки заключены с целью прикрыть иную, чем договоры цессии, сделку, в  материалы дела не представлены (статья 65 АПК РФ).  

Положения пункта 2 статьи 170 ГК РФ подлежат применению при наличии  двух сделок (прикрываемой сделки и прикрывающей сделки). Правовым  последствием применения данных положений Гражданского кодекса РФ является  ничтожность прикрывающей сделки и проверка действительности прикрываемой  сделки. В данном случае отсутствует прикрывающая и прикрываемая сделки.  

Наличие воли у ПАО Сбербанк и ООО «СБК-Ритейл» на достижение иных  целей, отличных от осуществления на стороне кредитора перемены лица в  кредитном обязательстве, не доказано заявителем и опровергается фактическими  обстоятельствами настоящего дела о банкротстве.  

ПАО Сбербанк является кредитной организацией. Требования ПАО  Сбербанк вытекают из кредитных договоров № 

<

***> и № 8619/452/20109  от 17.05.2011.  

В обеспечение исполнения обязательств по данным кредитным договорам  заключены договоры: ипотеки 

<

***>-ип-1 от 28 июня 2011 г.; залога №  

<

***>/20109 от 17 мая 2011 г.; залога № 

<

***>/20109/1 от 07  сентября 2011 г.; залога № 

<

***>/20109/2 от 02 апреля 2012 г.  

Указанные права требования перешли к ООО «СБК-Ритейл» по  оспариваемым договорам уступки прав (требований).  

ООО «СБК-Ритейл» реализовало права кредитора и обратилось в  Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании АО «КЗМ»  несостоятельным (банкротом).  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.06.2019 в  отношении АО «КЗМ» введена процедура наблюдения, установлен залоговый  статус требований ООО «СБК-Ритейл» на сумму 1 325 200 769,12 руб. (третья  очередь реестра требований кредиторов), обеспеченных залогом имущества АО  «КЗМ».  

Таким образом, договоры уступки прав (требований) повлекли последствия,  предусмотренные гл. 24 ГК РФ, то есть осуществлена замена кредитора в  обязательстве. Оснований для выводов о притворности сделок нет.  

Суд первой инстанции дал оценку доводам заявителя о наличии общего  экономического интереса и правовой природе оспариваемых сделок, указал, что  договоры уступки прав (требований) повлекли последствия, предусмотренные гл.  24 ГК РФ, при этом наличие воли у ПАО Сбербанк и ООО «СБК-Ритейл» на  достижение иных целей, отличных от осуществления на стороне кредитора  перемены лица в кредитном обязательстве, не доказано заявителем и опровергается  фактическими обстоятельствами настоящего дела о банкротстве.  

Оспариваемыми договорами не причинен вред кому-либо из участников  правоотношений, в том числе ни должнику, ни иным кредиторам, поскольку  обязательство должника вернуть долг в любом случае сохраняется независимо от  личности кредитора. Сами по себе договоры уступки прав (требований) не  изменили объем обязательств должника, не привели к выводу активов и  ухудшению положения должника или его кредиторов.  

Судом первой инстанции установлено наступление характерных для цессии  последствий, а именно состоявшейся перемены лица в обязательстве и реализации  цессионарием прав кредитора. Суд первой инстанции не усмотрел наличие  злоупотребления правом и вреда, причиненного кредиторам и должнику  оспариваемыми сделками.  

Доводам заявителя жалобы об аффилированности ПАО «Сбербанк России» и  ООО «СБК Ритейл» с одной стороны и должника с другой, судом первой  инстанции дана надлежащая правовая оценка.  

Между тем, суд первой инстанции установил, что согласно материалов дела,  ИП ФИО2 является правопреемником кредитора ЗАО «РГМК-Кубань». По  договору № 1 об уступке прав требования исполнения обязательств от 27.03.2020  требование к должнику в размере 150 574 347,33 руб. задолженности, отдельно 1  889 039,42 руб. финансовых санкций перешло от ЗАО «РГМК-Кубань» к ИП  ФИО2  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.06.2020 в  порядке процессуального правопреемства произведена замена кредитора с ЗАО  «РГМК-Кубань» на ИП ФИО2  

В рамках настоящего дела о банкротстве было установлено, что ЗАО  «РГМК-Кубань» и АО «КЗМ» являлись аффилированными лицами, входящими в  группу компаний, подконтрольную ФИО6  

Указанное обстоятельство участвующими в деле лицами не оспаривается. 

Требование ФИО2 является требованием, перешедшим от  аффилированного кредитора.  

Требования: CHATAR ENTERPRISES Limited в размере 2,8 млрд. руб.  (Определение от 14.08.2020 по спору 56/53-Б-195-УТ), ООО «Аполинария» в  размере 665 тыс. руб. (Определение от 30.09.2022 по спору 56/53-Б/397-УТ), ООО  «Метрополис» в размере 28 млн. руб. (Определение от 05.11.2020 по спору 56/53- Б/140-УТ), ООО «РГМК» в размере 1,2 млн. руб. (Определение от 09.02.2021 по  спору 56/53-Б-194-УТ) признаны требованиями, основанными на финансировании  должника аффилированными лицами в период имущественного кризиса.  

Требования ООО «СБК-Ритейл» на сумму 1,3 млрд. руб. и ФИО7 на  сумму 1,5 млн. руб. требованиями аффилированных кредиторов признаны не были.  

При рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции оценен  довод об аффилированности ООО "СБК-Ритейл" в связи с получением денежных  средств от должника в размере 20 миллионов рублей по платежному поручению №  2096 от 28.04.2018, платежному поручению № 1506 от 28.03.2018.  

Суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что по данным  платежным поручениям ООО «СБК-Ритейл» получало платежи во исполнение  кредитных обязательств, а не в качестве получения прибыли от деятельности  общества.  

Судом первой инстанции приняты во внимание доводы залогового  кредитора о том, что при наличии требований в размере более 1,3 млрд. руб. у  кредитора возникает экономический интерес в возврате задолженности, а не в  получении прибыли. Получение прибыли экономически не подтверждается, так как  она невозможна как прирост имущественной сферы кредитора ранее погашения  кредитной задолженности, а с учетом того, что должник является  несостоятельным, получение прибыли исключено, так как активов должника  недостаточно для того, чтобы полностью погасить обязательства перед  кредиторами.  

Суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно сложившейся  судебной практике само по себе вхождение банка в состав органов управления  должника, либо иной контроль, в том числе в рамках реализации прав залогового  кредитора не может свидетельствовать об отнесении данного банка к  контролирующим должника лицам. Такого рода модель поведения означает  использование банком механизмов обеспечения возвратности переданных  организации кредитных денежных средств. По мнению судебной коллегии  указанный механизм в полной мере может быть использован и дочерними  структурами Банка, поскольку последние не имеют иной цели функционирования,  нежели обеспечения возвратности кредита.  

Действующее законодательство о банкротстве не содержит норм,  позволяющих отнести к контролирующим должника лицам независимых  мажоритарных кредиторов лишь на том основании, что размер кредиторской  задолженности перед ними с учетом использования механизмов обеспечения  исполнения обязательств позволяет таким кредиторам контролировать  деятельности должника в предбанкротный и банкротный периоды. Федеральным  законодателем к контролирующим должника лицам относятся исключительно  лица, чье участие в уставном капитале должника как прямо, так и косвенно  позволяет извлекать прибыль от его деятельности. Определяющим в данном случае  является получение прибыли соответствующим контролирующим лицом в  результате осуществления такого контроля. В том случае, если целью лица, не  являющегося членом корпоративного сообщества является возврат переданных  заемных средств, такое лицо применительно к установления факта  компенсационного финансирования не признается контролирующим должника  лицом. В данном случае, ООО ""СБК Ритейл" не может быть признано  контролирующим должника лицом применительно к положениям Закона о  банкротстве, а деятельность в рамках реализации прав данного залогового  кредитора не может быть признана компенсационным финансированием должника.  

Доводы ИП ФИО2 о расторжении договоров поручительства как  подтверждении факта аффилированности сторон, наличия компенсационного  

финансирования судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не  имеют правового значения применительно к настоящему обособленному спору.  

Доводы апеллянта о согласованности действий группы компаний РГМК,  О.А, Мкртчана, К.О. Мкртчана, ООО "КЗМ" и ООО "СБК-Ритейл" применительно  к настоящему обособленному не имеют правового значения, поскольку ООО "СБК  -Ритейл" в части установления требований кредиторов имеет свой правовой  интерес и не действует в интересах группы компаний РГМК, О.А. Мкртчана, К.О.  Мкртчана. Действия ООО "СБК-Ритейл" по передаче имущества должника ООО  "КЗМ", приобретение доли участия в указанном обществе со стороны ООО "СБК- Ритейл" имело своей целью исключительно обеспечение возвратности  кредиторской задолженности АО "КЗМ".  

Доводы апеллянта о том, что заключение спорных договоров уступки права  требования должно быть квалифицировано как внесение денежных средств в  уставный капитал должника посредством отказа от истребования долга со ссылкой  на пункты 3.2. и 3.4. Обзора по субординации судом апелляционной инстанции  признаются несостоятельными. Какие-либо основания для подобной квалификации  в рамках настоящего дела отсутствуют.  

Совокупность обстоятельств, на которые ссылается апеллянт как на  основания своей апелляционной жалобы, а именно аффилированность между ПАО  "Сбербанк России" и ООО "СБК-Ритейл", передача проблемной кредиторской  задолженность ООО "СБК - Ритейл", размещение информации о об отнесении  предприятия должника к собственным проектам ООО "Сбербанк Капитал",  погашение должником кредиторской задолженности из его чистой прибыли,  вхождение кредитора в число участников ООО "КЗМ", неизменность суммы  задолженности вопреки доводам подателя апелляционной жалобы свидетельствует  не об аффилированности кредитора и должника, а об использовании кредитором  механизма обеспечения фактического возврата денежных средств, переданных  должнику по кредитным договорам.  

Доводы апеллянта, изложенные в апелляционной жалобе, в том числе о  наличии длительной отсрочки возврата кредита после заключения спорных  договоров уступки, об отказе от обращения взыскания на имущество поручителей,  погашении кредиторской задолженности из чистой прибыли должника  применительно к наличию оснований для оспаривания спорных договоров уступки  и признания ООО "СБК-Ритейл" контролирующим лицом, осуществлявшим  компенсационное финансирование должника, являются ошибочными.  

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции критически  оценивает доводы подателя апелляционной жалобы о наличии компенсационного  финансирования со стороны ООО "СБК-Ритейл" в отношении должника, а также  об отнесении данного лица к аффилированным лицам. Кроме того, ООО "СБК- Ритейл" вопреки мнению апеллянта не подлежит отнесению к контролирующим  должника лицам.  

Оценив фактические обстоятельства дела, доводы сторон и имеющиеся в  деле доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их взаимосвязи и  взаимозависимости, с учетом изложенных норм права и особенностей  распределения бремени доказывания, суд первой инстанции пришел к верному  выводу об отсутствии правовых оснований для признания спорных договоров  притворными сделками на основании части 2 статьи 170 Гражданского кодекса  Российской Федерации. Признаков злоупотребления правом со стороны  

ответчиков посредством заключения спорных договоров уступки судом  апелляционной инстанции не установлено.  

В целом доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов  суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся  исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что  не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.  

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, полно, всесторонне исследовал и  оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный  судебный акт.  

Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при  рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с  соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, не имеется.  

При указанных обстоятельствах основания для отмены или изменения  судебного акта в обжалуемой части отсутствуют.  

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену оспариваемого акта (ч.  4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом  апелляционной инстанции не установлено. С учетом изложенного, основания для  удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.  

Поскольку при принятии апелляционной жалобы к производству подателю  апелляционной жалобы было предложено представить подлинные документы,  подтверждающие факт уплаты государственной пошлины, однако данное  требование исполнено не было, в доход федерального бюджета надлежит взыскать  3000 руб. госпошлины по апелляционной жалобе.  

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 23.12.2022 по делу   № А32-10081/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную  жалобу - без удовлетворения.  

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в  доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение  апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный  суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня  вступления в законную силу настоящего постановления.  

Председательствующий М.А. Димитриев 

Судьи Д.В. Емельянов 

Д.В. Николаев