АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 февраля 2025 года

Дело №

А56-23506/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Богаткиной Н.Ю., Герасимовой Е.А.,

при участии арбитражного управляющего ФИО1 (паспорт) и его представителя ФИО2 (доверенность от 14.02.2025), арбитражного управляющего ФИО3 (паспорт),

рассмотрев 17.02.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2024 по делу № А56-23506/2017/проц.2,

у с т а н о в и л:

публичное акционерное общество «Сбербанк России», адрес: 117997, Москва, ул. Вавилова, д. 19, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ПАО «Сбербанк России»), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ФИО4 несостоятельной (банкротом). 

Определением суда от 11.04.2017 заявление принято к производству, возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО4

Определением суда от 21.07.2017 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3. 

Решением суда от 05.02.2018 ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника  введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

ПАО «Сбербанк России» 14.05.2018 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО6 несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 23.05.2018 заявление  принято к производству.

Решением суда от 16.07.2018 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Определением суда от 11.07.2019 дела о банкротстве ФИО4 и ФИО6 объединены в одно производство с присвоением  объединенному делу номера А56-23506/2017, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Определением суда от 05.12.2019 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, новым финансовым управляющим в деле о банкротстве ФИО4 и ФИО6 утвержден ФИО1.

Определением суда от 09.01.2023 проводимая в отношении ФИО4 и ФИО6 процедура реализации имущества граждан завершена, должники освобождены от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина; с депозитного счета  суда в пользу финансового управляющего ФИО1 перечислено 25 000 руб.

Арбитражный управляющий ФИО3 13.06.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просил установить проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 443 763,26 руб.; одновременно с подачей заявления арбитражный управляющий ходатайствовал о восстановлении срока на подачу заявления об установлении процентов по вознаграждению финансового управляющего.

Определением суда первой инстанции от 05.09.2023 ходатайство арбитражного управляющего ФИО3 о восстановлении срока на предъявление заявления об установлении процентов по вознаграждению финансового управляющего удовлетворено, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.11.2023 определение от 05.09.2023 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.02.2024 определение от 05.09.2023 и постановление от 15.11.2023 отменены, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Определением суда первой инстанции от 31.07.2024 ходатайство арбитражного управляющего ФИО3 о восстановлении срока на предъявление заявления об установлении вознаграждения финансового управляющего удовлетворено; в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2024 определение от 31.07.2024 в части отказа в удовлетворении заявления отменено, проценты по вознаграждению финансового управляющего ФИО3 установлены в размере 443 763,26 руб.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе арбитражный управляющий ФИО1 просит отменить постановление от 14.11.2024, а определение от 31.07.2024 – оставить в силе.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что  в результате проведенного при новом рассмотрении настоящего обособленного спора дополнительного анализа объема выполненной финансовым управляющим ФИО3 в рамках дела о банкротстве ФИО4 работы суд первой инстанции установил, что заявления финансового управляющего о признании недействительными сделок должника в период исполнения ФИО3 обязанностей финансового управляющего не рассматривались, какие-либо чрезмерно сложные мероприятия, способствовавшие возврату имущества в конкурсную массу, не проводились, формальный подход ФИО3 к исполнению обязанностей финансового управляющего по обеспечению сохранности имущества должника привел к выбытию имущества по цепочке сделок; считает, что перечисленные обстоятельства свидетельствуют о незначительной роли финансового управляющего ФИО3  в возврате имущества в конкурсную массу.

Арбитражный управляющий ФИО1 перечисляет  обособленные споры и мероприятия, направленные на возврат в конкурсную массу  и реализацию машино-мест; указывает, что основная часть названных мероприятий проводилась уже после прекращения у ФИО3 полномочий финансового управляющего; считает, что размер процентов, установленный судом апелляционной инстанции, завышен и не является соразмерным объему выполненных финансовым управляющим ФИО3 работ.

В представленном в электронном виде отзыве арбитражный управляющий ФИО3, считая обжалуемое постановление законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании арбитражный управляющий ФИО1 и его представитель поддержали доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Арбитражный управляющий ФИО3 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения  жалобы в их отсутствие.

Как видно из материалов дела, обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, арбитражный управляющий ФИО3 сослался на то, что в период с 19.07.2017 по 05.02.2018 исполнял обязанности финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО4, указал, что им были предприняты действия, направленные на пополнение конкурсной массы должника: поданы заявления об оспаривании сделок, которые впоследствии были признаны недействительными, в порядке применения последствий их недействительности в конкурсную массу возвращено принадлежавшее ФИО4 имущество, в результате реализации которого впоследствии было выручено 62 704 996 руб.

С учетом того, что общий размер процентов по вознаграждению финансового управляющего составляет 4 389 349,72 руб., арбитражный управляющий ФИО3 полагал, что объем проделанной им работы в качестве финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО4 позволяет претендовать на 10,11% от указанной суммы, в связи с чем просил установить проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 443 763,26 руб.

При первоначальном рассмотрении настоящего обособленного спора суд первой инстанции пришел к выводу о том, что пополнение конкурсной массы  обусловлено не действиями финансового  управляющего ФИО3, а явилось результатом мероприятий по возврату имущества в конкурсную массу должника, проведенных  уже после прекращения у ФИО3 полномочий финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО4

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из того, что  оспаривание сделок должника является обязанностью финансового управляющего. В определении от 05.09.2023 суд первой инстанции также указал, что незначительность мероприятий, проведенных финансовым управляющим ФИО3 в  деле о банкротстве ФИО4,  установлена вступившими в законную силу судебными актами судов апелляционной и кассационной инстанций, принятых при рассмотрении  обособленного спора «проц.» по заявлению арбитражного управляющего ФИО1, при этом из постановления апелляционного суда от  06.04.2023, вынесенного в рамках названного обособленного спора, следует, что со стороны ФИО3 имело место бездействие, выразившееся в неподаче заявления о принятии обеспечительных мер при обращении в арбитражный суд с заявлениями об оспаривании сделок должника.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением от 15.11.2023 оставил определение от 05.09.2023 без изменения.

Принимая во внимание, что финансовый управляющий ФИО3 обращался в арбитражный суд с заявлением о принятии обеспечительных мер в виде запрета регистрирующему органу совершать любые регистрационные действия до рассмотрения заявлений  об оспаривании сделок в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 в отношении недвижимого имущества должника и определением суда от 25.01.2018 в удовлетворении заявления о принятии обеспечительных мер отказано, суд кассационной инстанции посчитал, что выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для отказа в удовлетворении заявления, не могут быть признаны соответствующими фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем постановлением от 20.02.2024 отменил определение от 05.09.2023 и постановление от 15.11.2023, направил обособленный спор в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Отказывая в удовлетворении заявленных арбитражным управляющим ФИО3 требований по результатам нового рассмотрения настоящего обособленного спора, суд первой инстанции исходил из того, что возврат имущества в конкурсную массу должника в порядке применения последствий недействительности сделок, оспоренных финансовым управляющим ФИО3, произведен уже после прекращения у ФИО3 полномочий финансового управляющего, а реализация указанного имущества произведена финансовым управляющим ФИО1

Апелляционный суд, не согласившись с указанными выводами,  постановлением от 14.11.2024 отменил определение суда первой инстанции от 31.07.2024 в части отказа в удовлетворении заявления и установил  проценты по вознаграждению финансового управляющего ФИО3 в размере 443 763,26 руб. 

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названым Кодексом.

Проверив законность определения от 31.07.2024 и постановления от 14.11.2024 исходя их доводов, содержащихся в кассационной жалобе и в возражениях относительно указанной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа  приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) арбитражный управляющий имеет право на вознаграждение в деле о банкротстве, а также на возмещение в полном объеме расходов, фактически понесенных им при исполнении возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве.

Согласно пункту 3 указанной статьи вознаграждение, выплачиваемое арбитражному управляющему в деле о банкротстве, состоит из фиксированной суммы и суммы процентов. Размер фиксированной суммы такого вознаграждения для финансового управляющего составляет 25 000 руб. единовременно за проведение процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

В силу пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае исполнения гражданином утвержденного арбитражным судом плана реструктуризации его долгов составляет семь процентов размера удовлетворенных требований кредиторов.

Сумма процентов по вознаграждению финансового управляющего в случае введения процедуры реализации имущества гражданина составляет семь процентов размера выручки от реализации имущества гражданина и денежных средств, поступивших в результате взыскания дебиторской задолженности, а также в результате применения последствий недействительности сделок. Данные проценты уплачиваются финансовому управляющему после завершения расчетов с кредиторами.

В отличие от фиксированной части вознаграждения, полагающейся арбитражному управляющему по умолчанию, предусмотренные пунктом 17 статьи 20.6 и пунктом 3 статьи 213.9 Закона о банкротстве проценты по вознаграждению являются дополнительной стимулирующей частью его дохода, подобием премии за фактические результаты деятельности, поощрением за эффективное осуществление мероприятий по формированию и реализации конкурсной массы в рамках соответствующей процедуры банкротства (пункт 22 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

Поэтому возможность начисления стимулирующей выплаты неразрывно связана с совершаемыми финансовым управляющим действиями, его ролью в процедуре банкротства гражданина. При представлении должником доказательств, что управляющий не внес сколько-нибудь существенного вклада в достижение целей реабилитационной процедуры банкротства, препятствовал выработке экономически обоснованного плана реструктуризации, стимулирующая часть вознаграждения не подлежит выплате.

Из материалов дела следует, что ФИО3 исполнял обязанности финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО4 в ходе проведения в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина  с 19.07.2017 по 05.02.2018.

План реструктуризации долгов в деле о банкротстве должника не утверждался, решением суда от 05.02.2018 ФИО4 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника  введена процедура реализации имущества гражданина.

Как видно из материалов дела, в обоснование заявления арбитражный управляющий ФИО3 сослался на то, что в результате принятых им мер по оспариванию сделок должника в конкурсную массу возвращено принадлежавшее ФИО4 имущество, от реализации которого выручено 62 704 996 руб.; с учетом того, что общий размер процентов по вознаграждению финансового управляющего от указанной суммы составляет 4 389 349,72 руб., арбитражный управляющий ФИО3 полагал, что объем проделанной им работы в качестве финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО4 позволяет претендовать на 10,11% от указанной суммы, и просил установить проценты по вознаграждению финансового управляющего в размере 443 763,26 руб.

При новом рассмотрении  настоящего обособленного спора суд первой инстанции установил, что заявления об оспаривании сделок должника были поданы за два месяца до прекращения полномочий финансового  управляющего ФИО3; финансовый управляющий ФИО3 принял участие лишь  в первых судебных заседаниях по обособленным спорам «сд1» и «сд2», дополнительных доказательств и письменных пояснений по указанным спорам не представлял; при этом споры, направленные на возврат имущества должника в конкурсную массу, продолжались около пяти лет, проведено 66 судебных заседаний, другими финансовыми управляющими подготовлено более 30 процессуальных документов (отзывы, заявления о фальсификации доказательств, ходатайства о принятии обеспечительных мер и об истребовании доказательств и т.д.).

 С учетом изложенного суд первой инстанции заключил, что пополнение конкурсной массы и последующие расчеты с кредиторами явились результатом проведения публичных торгов, организованных другим финансовым управляющим, основной объем работы по возврату имущества должника в конкурсную массу был проделан уже после прекращения полномочий финансового управляющего ФИО3 

Суд пришел к выводу, что выполненный финансовым управляющим ФИО3 объем мероприятий (проведение анализа финансового состояния должника,  выявление оснований для оспаривания сделок должника,  сбор необходимых доказательств, обращение в суд с заявлениями о признании сделок должника недействительными, выявление имущества должника и обеспечение сохранности данного имущества) полностью охватывается возложенными на финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина  обязанностями, оплата которых предусмотрена законодателем в виде фиксированной части вознаграждения.

Основанием для отказа в удовлетворении заявления арбитражного управляющего ФИО3 послужили выводы суда первой инстанции о том, что оспаривание сделок должника является прямой обязанностью финансового управляющего; исходя из буквального содержания положений пункта 17 статьи 20.6 Закона о банкротстве возможность установления процентов по вознаграждению управляющего не обусловлена только лишь результатом признания сделки недействительной и применения последствий ее недействительности; в период исполнения ФИО3 обязанностей финансового управляющего имущество должника не было реализовано и денежные средства в конкурсную массу не поступали.

Апелляционный суд, повторно рассмотрев вопрос об установлении процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО3, не согласился с указанными выводами суда первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции установил, что финансовый  управляющий ФИО3 направлял запросы в регистрирующие органы, осуществил анализ финансового состояния должника, провел собрание кредиторов, выявил подозрительные сделки и в пределах установленного срока направил в суд два заявления о признании названных сделок недействительными, поддержал в судебных заседаниях заявленные требования, при оспаривании сделок заявил ходатайство о принятии обеспечительных мер.

То обстоятельство, что возврат имущества в конкурсную массу должника в порядке применения последствий недействительности сделок, оспоренных финансовым управляющим ФИО3, произведен уже после прекращения у ФИО3 полномочий финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО4,  не признано апелляционным судом достаточным основанием для отказа в установлении процентов по вознаграждению финансового управляющего, равно как и то обстоятельство, что реализация указанного имущества произведена финансовым управляющим ФИО1

Отменяя определение суда первой инстанции от 31.07.2024 в части отказа в удовлетворении заявления и устанавливая проценты по вознаграждению финансового управляющего ФИО3 в размере 443 763,26 руб., апелляционный суд  исходил из того, что  согласно разъяснениям, приведенным в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 97 «О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве», если в ходе одной процедуры банкротства полномочия арбитражного управляющего осуществлялись несколькими лицами, то проценты по вознаграждению за эту процедуру распределяются между ними пропорционально продолжительности периода полномочий каждого из них в ходе этой процедуры, если иное не установлено соглашением между ними.

Основания не согласиться с указанными выводами апелляционного суда у суда  кассационной инстанции отсутствуют.

  Приведенные в кассационной жалобе арбитражного управляющего ФИО1 доводы о том, что  установленный судом апелляционной инстанции размер процентов по вознаграждению финансового управляющего ФИО3 завышен и не является соразмерным объему выполненных финансовым управляющим ФИО3 работ, не могут быть приняты.

Доводы аналогичного содержания приводились и при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде апелляционной инстанции и получили надлежащую оценку.

Как полагает суд кассационной инстанции, отклоняя указанные доводы, апелляционный суд правомерно указал, что с учетом периодов исполнения обязанностей финансового управляющего (6 месяцев ФИО3   и более четырех лет ФИО8)  ФИО3 вправе претендовать на часть процентов по вознаграждению финансового управляющего, которая  составляет 10,11% от общей суммы процентов.

Иные доводы, содержащиеся в кассационной жалобе арбитражного управляющего ФИО1, не опровергают обоснованность выводов апелляционного суда, послуживших основанием для принятия обжалуемого постановления, а лишь выражают несогласие подателя жалобы с оценкой судом апелляционной инстанции доказательств, представленных при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Поскольку основания для иной оценки названных доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют, кассационная жалоба не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2024 по делу № А56-23506/2017/проц.2 оставить без изменения, а кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

Н.Ю. Богаткина

Е.А. Герасимова