АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

 

28 ноября 2022 года

 

Дело № А33-1546/2022

Красноярск

 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 21.11.2022 года.

В полном объёме решение изготовлено 28.11.2022 года.

 

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Страховая Компания Интери» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Ковчег 29» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании убытков в порядке суброгации;

в отсутствие лиц, участвующих в деле;

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Страховая Компания Интери» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Ковчег 29» о взыскании убытков в порядке суброгации в размере 84 491,90 руб.

Определением от 30.03.2022 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства. Определением от 30.05.2022 суд перешел к рассмотрению спора по общим правилам искового производства.

Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 21.11.2022. Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного разбирательства. Сведения о дате и месте слушания размещены на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет. Процессуальных препятствий для проведения заседания и рассмотрения спора по существу не установлено.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Истец является страховщиком по договору страхования автотранспортных средств № СЕ145226 от 25.06.2018, предметом которого стал автомобиль Lexus NX г/н 

<

***>.

21.01.2019 страхователь (общество с ограниченной ответственностью «Европлан Авто») обратился к истцу с заявлением о наступлении страхового случая, ссылаясь на то, что 19.01.2019 с крыши дома № 29 по ул. Авиаторов в г. Красноярске на застрахованный автомобиль упал снег (наледь), в результате чего транспортное средство было повреждено.

В связи с произошедшим ФИО2 обратился в Отдел полиции № 5 МУ МВД России «Красноярское» (КУСП № 2447 от 19.01.2019) с заявлением, в котором просил зафиксировать факт повреждения автомобиля. Постановлением от 24.01.2019 отказано в возбуждении уголовного дела.

Рассмотрев заявление страхователя, истец признал наступление страхового случая и произвел оплату ремонта, перечислив станции техобслуживания (общество с ограниченной ответственностью «Орион») 84 491,90 руб. (платежное поручение № 1445 от 27.03.2019).

Ответчик согласно сведениям Службы строительного надзора и жилищного контроля Красноярского края с 01.04.2015 по 01.01.2022 осуществлял управление вышеуказанным многоквартирным жилым домом. Учитывая данное обстоятельство, исполнив свои обязательства по договору страхования, истец предъявил иск о взыскании ущерба в порядке суброгации.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы присутствующих в заседании лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В пункте 1 статьи 965 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) установлено, что к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования (суброгация).

К страховщику, выплатившему страхователю-потерпевшему страховое возмещение по договору страхования имущества, переходит то требование, которое потерпевший имел к причинителю вреда, на том же основании, на тех же условиях и в том же размере, но в пределах выплаченного страхового возмещения (Определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21.06.2022 N 46-КГ22-11-К6, от 29.03.2022 N 12-КГ22-1-К6).

Причинение имущественного вреда порождает обязательство по его возмещению между причинителем вреда и потерпевшим в зависимости от оснований сложившихся между ними отношений – деликтных (при отсутствии договорных отношений) или договорных (при причинении ущерба в результате неисполнения, ненадлежащего исполнения договорных обязательств). Осуществление страхового возмещения влечет изменение субъектного состава в сложившихся между причинителем вреда и страхователем (выгодоприобретателем) правоотношении. В таком случае страховщик занимает место страхователя (выгодоприобретателя) в отношениях, возникших вследствие причинения вреда, и к страховщику переходит право (требование) страхователя (выгодоприобретателя) к лицу, ответственному за возмещенные в результате страхования убытки, из обязательства, связывающего это лицо и страхователя (выгодоприобретателя).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъясняется, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Факты причинения ущерба имуществу страхователя и его возмещение истцом в рамках исполнения своих обязательств по договору страхования подтверждается материалами дела и не оспариваются сторонами. Между ответчиком и страхователем отсутствовали договорные отношения на дату происшествия. Истец в данном случае исходил из того, что отвечать по заявленному иску должен ответчик как организация, осуществляющая управление многоквартирным жилым домом. Ответчик позиционируется истцом как причинитель вреда ввиду предполагаемого бездействия ответчика, выразившегося в ненадлежащем содержании общего имущества многоквартирного дома.

Однако статус ответчика как управляющей компании и выплата истцом страхового возмещения не предопределяют правомерность заявленного иска. Обоснованность правопритязания истца обусловливается установлением всех условий (состава деликтного правонарушения), влекущих для ответчика гражданско-правовую ответственность по правилам статьи 15, 1064 ГК РФ. Поскольку иск основан на переходе права к истцу в порядке суброгации, его удовлетворение зависит от того, возникло ли право-требование возмещения ущерба изначально у страхователя (как правопредшественника) по отношению к ответчику. В отсутствие такого права у самого страхователя переход прав в порядке суброгации не может состояться вне зависимости от исполнения истцом своих обязательств по договору страхования перед страхователем.

Учитывая вышеизложенные положения действующего законодательства, предмет и основание заявленного иска, для возложения на ответчика гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков за причиненный ущерб, впоследствии возмещенный истцом страхователю в порядке суброгации, прежде всего, необходимо установить, является ли причиненный вред результатом действий (бездействий) ответчика (его причастность к причиненному ущербу). Для удовлетворения заявленного иска доказательства должны указывать на то, что застрахованный автомобиль был поврежден именно в результате падения снежной массы (наледи) с крыши жилого дома, находившего под управлением ответчика (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 16.08.2022 N 19-КГ22-16-К5).

Представленные в материалы дела доказательства (постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, фотографии, акты осмотра, экспертное заключение, заказ-наряды, акты выполненных работ, материалы КУСП № 2447 от 19.01.2019) не обладают необходимой информативностью для того, чтобы они могли использоваться для установления причастности ответчика к причиненному ущербу. Имеющиеся в деле доказательства пригодны для установления факта повреждения автомобиля, но не причастности ответчика к причиненному ущербу.

Значимым, определяющим доказательственное значение доказательств, является верифицируемость фиксируемых сведений. Иными словами, документ, фиксирующий факт, должен обладать такими свойствами, которые позволяют иным посторонним лицам, не являющимся участниками (очевидцами) событий, удостовериться в действительности отражаемых в документе сведений.

В целях установления причастности ответчика к причиненному ущербу, являлось разумным произвести фото или видео-фиксацию не только автомобиля и повреждений, но и местности. Фотоматериалы сделаны таким образом, что невозможно полноценным образом оценить и сопоставить расположение автомобиля относительно вышеуказанного многоквартирного дома, с крыши которого предположительно упал снег (наледь), с целью проверки версии страхователя о том, возможно ли было в принципе причинение ущерба при заявленных им обстоятельствах.

Упущением является и то, что не предпринято мер по фиксации состояния крыши многоквартирного дома. Если версия страхователя являлась достоверной, то с высокой вероятностью следовало ожидать, что на крыше многоквартирного дома должны были остаться следы образования снег (наледи). Ни страхователь, ни страховщик после обращения к нему страхователя не обращались к ответчику с целью проведения совместного осмотра крыши многоквартирного дома.

В настоящем случае никаких доказательств, непосредственно отражающих картину происшествия, не представлено. Материалы проверки по заявлению в отдел полиции и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела являются производными доказательствами – они содержат выводы, которые не поддаются проверке. Выводы сделаны со слов заявителя. По существу такие доказательства не содержат информации, указывающей на то, что причина происшествия действительно устанавливалась, а также на то, каким образом она устанавливалась. Указанные доказательства не позволяют ретроспективно на дату происшествия объективно оценить состояние крыши многоквартирного дома и сопоставить заявленную причину происшествия с причиненным ущербом.

Истец как страховщик не являлся очевидцем происшествия и не предпринимал меры для проведения расследования в целях установления лиц, ответственных за наступление страхового случая. Однако риски, связанные с отсутствием у страховщика надлежащих доказательств причастности ответчика к причиненному ущербу, не допустимо возлагать на ответчика с учетом присущего деятельности истца рискового характера (аналогичные дела №№ А33-26120/2021, А33-25874/2021).

Таким образом, заявленный иск не подлежит удовлетворению.

С учетом результата рассмотрения спора расходы истца по оплате государственной пошлины не подлежат возмещению.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края 

 

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

Э.А. Дранишникова