﻿ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-35017/2018

14 мая 2020 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена   12 мая 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  14 мая 2020 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей С.М. Кротова, В.В. Черемошкиной

при ведении протокола судебного заседания секретарем В.В. Тутаевым 

при участии:  

от истца: представитель В.А. Рыбаков по доверенности от 01.05.2020

от ответчика: представитель А.Л. Гнездилова по доверенности от 28.05.2019 г. 

от 3-го лица: представитель С.Л. Голяк по доверенности от 21.11.2017 г. 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-8600/2020, 13АП-8604/2020) ООО «СТЭП» и ООО «ГЕРОФАРМ» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.02.2020 г. по делу № А56-35017/2018, принятое

по иску ООО «СТЭП»

к ООО «Уника инжиниринг»

3-е лицо: ООО «ГЕРОФАРМ» 

о взыскании 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «СТЭП» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Уника инжиниринг» о взыскании с ответчика – с учетом заявленного истцом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ и принятого судом уточнения исковых требований в окончательной редакции - 2 286 414 руб. 88 коп. процентов по статье 395 Гражданского кодекса РФ за пользование чужими денежными средствами, 10 147 178 руб. 69 коп. неустойки за нарушение сроков выполнения работ и 827 712 руб. убытков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «ГЕРОФАРМ». 

Решением арбитражного суда от 11.02.2020 г. исковые требования удовлетворены частично, а именно: с ответчика в пользу истца взыскано 1 000000 руб. неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору от 24.12.2015 г. № 3ПсМ/ГФ-СТ/01 и 34 168 руб. в качестве возмещения судебных расходов по уплате государственной пошлины с отказом в удовлетворении остальной части иска и с возвратом истцу из федерального бюджета 116 693 руб. излишне уплаченной государственной пошлины.

Данное решение обжаловано в апелляционном порядке истцом и третьим лицом; истец в своей жалобе просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт, взыскав с ответчика неустойку за нарушение сроков выполнения работ в размере 10 147 178 руб. 69 коп. и 827 712 руб. убытков, мотивируя жалобу, помимо прочего, нарушением судом первой инстанции норм материального и процессуального права, и оспаривая вывод о наличии оснований (при неуказании таких оснований в обжалуемом решении) для применения статей 333 и 404 Гражданского кодекса РФ – в силу отсутствия в деле доказательств, свидетельствующих о вине истца в неисполнении своих обязательств ответчиком, содействии истца в возникновении (увеличении) убытков, непринятии им мер к их уменьшению либо просрочке, а равно и несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательств (несоответствия ее размера компенсационному характеру неустойки).

В этой связи истец в жалобе приводит доводы (обстоятельства), подтверждающие факт просрочки ответчиком исполнения своих обязательств, что, по мнению подателя жалобы, помимо прочего, установлено и в рамках другого арбитражного дела между сторонами - № А35-1062/2018, при отсутствии со стороны ответчика надлежащей реализации предусмотренных статьями 716 и 719 Гражданского кодекса РФ прав (на приостановление работ в связи с невозможностью их выполнения с уведомлением об этом заказчика), а равно как не согласен истец и с отказом во взыскании убытков, приводя обстоятельства, положенные им в обоснование требований в этой части (указание ответчиком в рабочей документации неправильного артикула подлежащего установке оборудования, что повлекло для истца необходимость повторной закупки подлежащего установке оборудования).

Третье лицо в своей жалобе просит решение изменить в части, принять по делу новый судебный акт, взыскав с ответчика неустойку за нарушение сроков выполнения работ в размере 10 147 178 руб. 69 коп. и плату за пользование чужими денежными средствами в размере 2 254 350 руб. 63 коп., также полагая необоснованным (недоказанным) применение судом статей 333 и 404 Гражданского кодекса РФ (снижения заявленной по иску неустойки), что свидетельствует о нарушении норм материального и процессуального права в силу, помимо прочего, отсутствия в обжалуемом решении надлежащей мотивировки для применения указанных норм при неучете имеющих преюдициальное значение выводов по делу № А35-1062/2018.

Оспаривая отказ во взыскании процентов в размере 2 286 414 руб. 88 коп., третье лицо полагает, что требование в этой части основано на пункте 11.6 договора между сторонами при нарушении (ненадлежащем исполнении) ответчиком своих обязательств по нему, что в силу буквального толкования этого условия (согласования сторонами пользования подрядчиком денежными средствами аванса в качестве коммерческого кредита) влечет возложение на него ответственности за просрочку в возврате аванса при квалификации, при том, что иное толкование приведеннных обстоятельств влечет получение ответчиком необоснованной выгоды.

В заседании апелляционного суда истец и третье лицо поддержали доводы своих жалоб, ответчик возражал против их удовлетворения по мотивам, изложенном в представленном отзыве.

При этом, как следует из содержания апелляционной жалобы, решение суда первой инстанции обжалуется истцом и третьи лицом только в части отказа в удовлетворении исковых требований (не обжалуется в удовлетворенной части), в связи с чем и при отсутствии возражений истца суд в соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса РФ проверяет решение только в обжалуемой части, проверив законность и обоснованность которого в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 и 269 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд пришел к следующим выводам:

Как установлено судом первой инстанции, подтверждается материалами дела и не оспаривается участвующими в деле лицами, между сторонами заключен договор от 24.12.2015 г. № 3ПсМ/ГФ-СТ/01 (далее – Договор) на выполнение работ по устройству чистых помещений на объекте: производство фармацевтической продукции (инъекционных лекарственных средств) по адресу: г. Санкт-Петербург, город Пушкин, шоссе Подбельского, участок 1 (севернее дома 5, литера А по шоссе Подбельского), при этом заказчиком строительства является третье лицо, с которым у истца заключен договор строительного подряда № ГФ/ГП/ 140425-01 от 25.04.2014 г., в объем работ по которому, в том числе, вошли работы по устройству чистых помещений, где ответчик привлечен в качестве субподрядчика. 

Согласно пункту 2.1 Договора, стоимость всех работ по договору, с учетом дополнительных соглашений, составила 78 055 220 руб. 74 коп., а в связи с нарушением сроков выполнения работ истец на основании пунктов 11.2.3, 11.2.3 Договора письмом от 01.12.2017 г. № 1667/ФГ уведомил ответчика о расторжении договора с 07.12.2017 г., при том, что согласно пункту 6 Приложения А в редакции Дополнительного соглашения № 7 к Договору, срок окончания работ - 31.03.2017 г., и на дату расторжения договора (07.12.2017 г.) срок окончания работ нарушен ответчиком на 252 календарных дня. 

Также, как установлено пунктом 10.1 Договора, в случае нарушения сроков выполнения работ, подрядчик обязан оплатить заказчику неустойку в размере 0,25 % от цены договора за каждый день просрочки, но не более 13 % от цены Договора, и на основании данного пункта истцом к взысканию с ответчика заявлена неустойка в размере, согласно его расчету, 10 147 178 руб. 69 коп.

Кроме того, пунктом 11.6 Договора предусмотрено, что в случае одностороннего внесудебного отказа заказчика от договора, подрядчик обязан оплатить заказчику проценты по статье 395 Гражданского кодекса РФ со дня, следующего после дня получения аванса по день возврата неотработанного аванса, и в данном случае, как указал истец, им в соответствии с условиями договора перечислены ответчику авансовые платежи на общую сумму 39 751 685 руб. 51 коп., а размер процентов за пользование чужими денежными средствами составил 2 286 414 руб. 88 коп. 

Помимо этого, как сослался истец, в рамках Договора ответчик, в числе прочего, принял на себя обязательство по выполнению проектных работ по разработке технического решения по устройству электроосвещения в зоне чистых помещений; при выполнении проектных работ ответчиком была допущена ошибка, а именно: техническое решение по устройству электроосвещения в зоне чистых помещений, противоречит главе 12 Сводов правил по строительству; световое оборудование должно иметь взрывозащищённое оборудование (в спецификации неправильно указан артикул (лист 3, раздел Осветительная продукция), поскольку артикул в рабочей документации указан как SLICK.PRS ECO LED 45 5000К и SLICK.PRS ECO LED 45 EM, что не соответствует нормам артикулу (SLICK.PRS ECO 3 А56-35017/2018 LED 45 Ex 5000К СТ 1631000470 и SLICK.PRS ECO LED 45 EM Ex 5000К СТ 1631000810), так как отсутствует отметка Ех, которая соответствует взрывозащищенному исполнению изделия. 

Вследствие этого истец закупил и передал для монтажа ответчику оборудование, не подходящее для достижения результата работ, при том, что согласно пункту 10.12 Договора, убытки, причиненные заказчику, возмещаются независимо от штрафных неустоек в полном объеме, и письмами № 1541 от 16.08.2017 г. и № 1544 от 16.08.2017 г. истец обращался к ответчику с требованием устранить допущенные нарушения путем приобретения надлежащего взрывозащищённого светового оборудования,  и поскольку ответчик от приобретения надлежащего оборудования уклонился, истец был вынужден самостоятельно за свой счет приобрести взрывозащищённые светильники, а согласно договору от 24.08.2017 г. № 2408/ГФ, товарной накладной от 26.10.2017 г. № 10269, платежным поручениям от 30.08.2017 г. № 4396, от 07.11.2017 г. № 5867 и от 24.01.2018 г. № 319, стоимость взрывозащищенных светильников, приобретенных истцом, составила 827 712 руб., и так как ответчик оставил досудебную претензию оставил без удовлетворения, истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд. 

Суд первой инстанции, руководствуясь, помимо прочего, статьями 310 и 395 пункт 1 (в редакции Федерального закона от 03.07.2016 г. № 315-ФЗ) Гражданского кодекса РФ, признал исковые требований частичному удовлетворению, установив, что отказ истца от оплаты выполненных на дату прекращения договора работ явился основанием для обращения ответчика в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании выполненных, но не оплаченных работ, и решением Арбитражного суда Курской области от 12.02.2019 г. по делу № А35-1062/2018, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.04.2019 г. и постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 07.08.2019 г., с ООО «СТЭП» в пользу ООО «Уника инжиниринг» взыскана задолженность в размере 23 367 823 руб. 59 коп. с отказом в удовлетворении остальной части иска. 

В этой связи суд также сослался на часть 1 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса РФ, указав также, что в ходе рассмотрения указанного выше дела судом была назначена строительно-техническая экспертиза, которой установлено, что на момент расторжения договора ответчик выполнил работы по договору и дополнительным соглашениям к нему на общую сумму 78 817 759 руб. 59 коп., однако, оплата выполненных работ произведена истцом частично - в размере 52 864 252 руб. 02 коп., при том, что в выполненных работах выявлены устранимые нарушения, стоимость устранения которых определена в размере 9778 руб.; таким образом, вступившим в законную силу судебным актом, имеющим преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора, установлено, что ответчик не имеет какие задолженности перед истцом по договору, а следовательно, на стороне ответчика отсутствует и какое-либо неправомерное удержание денежных средств либо уклонение от их возврата либо иная просрочка в их оплате (поскольку отсутствуют основания для возврата ответчиком аванса по договору, то отсутствуют и основания для удовлетворения требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за просрочку возврата этого аванса, предусмотренные пунктом 11.6 Договора). 

Применительно к заявленной по иску неустойке за просрочку выполнения работ, суд, исходя, в силу прочего, из положений статей 329 и 330 Гражданского кодекса РФ сослался также на статье 401 данного Кодекса (в силу которого лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности, и лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства), пункт 1 статьи 404 Кодекса (согласно которому суд вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению, при том, что должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора - пункт 3 статьи 405 Кодекса) и пункт 1 статьи 406 Кодекса, в соответствии с которым кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства, а должник не может быть привлечен к ответственности кредитором за просрочку исполнения, обусловленную просрочкой самого кредитора. 

С учетом указанных положений (пунктов 1 и 2 статьи 401 и пункта 3 статьи 405 Гражданского кодекса РФ) и правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29.03.2011 г. № 14344/10, суд признал, что ответчиком обязательства по выполнению работ в установленные договором сроки исполнены не были; дополнительные соглашения к договору об изменении установленных договором сроков сторонами не заключались, а следовательно, ответчик не доказал отсутствие собственной вины в нарушении сроков выполнения работ. 

Вместе с тем, по мнению суда, материалы дела свидетельствуют о том, что ненадлежащее исполнение обязательств по спорному договору имело место также и со стороны истца, в связи с чем и руководствуясь статьей 404 Гражданского кодекса РФ, суд полагал, что ненадлежащее исполнение ответчиком обязательства произошло по вине обеих сторон, и принимая во внимание обстоятельства обоюдной вины сторон в ненадлежащем исполнении условий договора подряда, учитывая компенсационный характер неустойки как меры гражданско-правовой ответственности, а также то, что уменьшение неустойки направлено на разумное применение меры ответственности с учетом обстоятельств дела и характера нарушения, суд уменьшил ответственность подрядчика до 50 % от заявленной суммы, что составляет 5 073 589 руб. 34 коп. 

Кроме того, ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса РФ, которое суд с учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 1 и 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.12.2011 г. № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» признал обоснованным, принимая в этой связи во внимание отсутствие доказательств существенных убытков для истца, вызванных просрочкой исполнения ответчиком обязательства по Договору, и снизив размер неустойки до 1 000 000 руб., при том, что, по мнению суда, в рассматриваемом случае, одновременное применение положений статей 333 и 404 Гражданского кодекса РФ не свидетельствует об уменьшении неустойки в большей степени, чем это допустимо в силу закона, поскольку вопрос о пределах уменьшения размера неустойки в силу применения как статьи 333, так и статьи 404 Гражданского кодекса РФ носит оценочный характер и является правом суда. 

В отношении же заявленных по иску убытков суд, руководствуясь  пунктом 2 статьи 15 и пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса РФ, указал, что применительно к правовому характеру настоящего спора в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ истец должен доказать наличие четырех квалифицирующих признаков, позволяющих суду принять решение о возмещении ему убытков: факт нарушения его права; наличие причинной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками; размер требуемых убытков; факт принятия мер к предотвращению убытков, и только совокупность всех данных признаков позволяет принять решение о взыскании убытков, при том, что обязательным условием наступления ответственности является причинная связь между противоправными действиями ответчика и наступившим вредом, а исходя из смысла названных норм, для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной связи между нарушением права и возникшими убытками, а также размер убытков, и доказыванию подлежит каждый элемент убытков. 

В данном случае, истцом заявлено о взыскании убытков в размере 827 712 руб., возникших, по его мнению, в связи с заменой закупленных электроосветительных приборов по причине ошибок в подготовленной ответчиком проектной документации; в этой связи, истец считает, что в подготовленном ответчиком техническом решении для выполнения работ по устройству электроосвещения в зоне чистых помещений, неверно указан артикул осветительного оборудования, в результате чего заказчиком было закуплено оборудование, не подходящее для достижения результата работ, не отвечающее требованиям к взрывозащищенности. 

Вместе с тем, как установил суд, в разработанной ответчиком рабочей и исполнительной документации по устройству системы электроснабжения и электрического освещения на строящемся Объекте, в графе «Наименование и техническая характеристика» имеется указание на то, что светильники взрывозащищенные; сам же по себе артикул не определяет наименование и технические характеристики товара, а является лишь условным обозначением, устанавливаемым в зависимости от производителя, самим производителем, а равно как в примечании к рабочей и исполнительной документации указано, что оборудование, изделия и материалы, на усмотрение заказчика, могут быть заменены на аналоги с сохранением технических характеристик и параметров. 

При  таких обстоятельствах, по мнению суда, заявляя о взыскании убытков, истец не доказал факт совершения ответчиком каких-либо действий или бездействия, повлекших возникновение убытков, вину ответчика и причинно-следственную связь между действиями/бездействием ответчика и возникшими убытками, а материалами дела подтверждается, что технические характеристики к осветительному оборудованию указаны ответчиком в проектной документации верно, при том, что закупку оборудования произвел не ответчик, а третье лицо, в связи с чем какая-либо вина или противоправные действия/бездействие со стороны ответчика фактом закупки неподходящего оборудования со стороны последнего отсутствует. 

Апелляционный суд не находит оснований для переоценки изложенных выводов, как сделанных в результате подробного исследования и анализа обстоятельств дела и доводов (возражений) сторон, отклоняя соответствующие доводы апелляционных жалоб, и исходя, в частности, из того, что, действительно - применительно к снижению размера ответственности (суммы неустойки за просрочку выполнения работ) на основании статьей 404 Гражданского кодекса РФ суд надлежащим образом свои выводы не мотивировал (не сослался на соответствующие доказательства), ограничившись только указанием на то, что материалы дела свидетельствуют о ненадлежащем исполнении обязательств по спорному договору, помимо ответчика, также и со стороны истца, что однако, по мнению апелляционного суда, как не относится к безусловным основаниям для отмены судебного акта, так и не повлекло принятие неправильного по существу решения в этой части, исходя из того, что материалами дела с учетом доводов ответчика подтверждается наличие обоюдной вины стороны в допущенной ответчиком просрочке выполнения работ, и в частности – вины истца, как заказчика по Договору, что выразилось в просрочке им, как заказчиком, поставки оборудования (т.е. давальческих материалов) и что подтверждается судебными актами по делу № А56-75069/2018, а также в просрочке по приемке от ответчика выполненных последним работ по Договору, что в свою очередь, отражено в судебных актах по делу № А35-1062/2018, согласно которым, помимо прочего, работы выполнены фактически в полном – предусмотренном Договором – объеме, однако частично сданы истцу (предъявлены ему к сдаче) в соответствии только с односторонними актами подрядчика (ответчика), но – при этом – до отказа истца от Договора, что свидетельствует о необоснованном уклонении заказчика (истца) от приемки работ, при том, что нереализация ответчиком предоставленного ему статьями 716 и 719 Гражданского кодекса РФ права на приостановление работ само по себе не говорит о наличии в просрочке выполнения работ исключительно его вины (отсутствии вины истца).

Применительно к снижению заявленной по иску неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса РФ, апелляционный суд полагает правомерным вывод суда первой инстанции о том, что степень соразмерности заявленной истцом суммы неустойки последствиям нарушения обязательства (т.е. основания для примения указанной нормы, что применимо и к снижению неустойки на основании статьи 404 данного Кодекса) является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, т.е. - оценка соразмерности заявленного кредитором размера неустойки последствиям нарушения обязательств со стороны должника помимо зависимости этой оценки от представленных в обоснование и опровержение такой соразмерности (несоразмерности) доказательств также носит в определенной мере и субъективный – зависящий от усмотрения (внутреннего убеждения – часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ) каждого конкретного судьи - характер (то есть критерий соразмерности во многом носит оценочный характер), в связи с чем пересмотр выводов суда первой инстанции в этой части возможен только в исключительных случаях, а именно - при предоставлении сторонами безусловных доказательств, свидетельствующих о том, что оценка судом (его внутреннее убеждение) имеющихся в деле документов полностью противоречит их содержанию в результате их неправильной трактовки судом, недостоверности этих документов, их несоответствия императивным правовым нормам, нарушения принципа соблюдения баланса сторон и т.д., что в данном случае места не имеет (и в частности - истец не представил доказательств, позволяющих сделать вывод о наличии со стороны суда первой инстанции каких-либо фундаментальных ошибок применительно к оценке заявленного им размера неустойки).

В этой связи суд также отклоняет ссылку истца и третье лица на размер ответственности перед последним истца по договору между ними (фактически - генерального подряда), поскольку условия этого договора на могут влиять на размер ответственности (определять его) ответчика перед истцом (его ответственность не связана с последующей ответственностью истца перед своими контрагентами, в т.ч. в силу того, что ответчик не мог определять размеры (пределы) такой ответственности – соглашаться с ним или возражать против него), как само по себе не подлежит переоценке размер признанной судом первой инстанции неустойки в силу его снижения ниже однократной учтенной ставке ЦБ РФ, поскольку это само по себе каким-либо императивным нормам не противоречит, а снижение неустойки, как указано выше имело место не только в соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса РФ, но и в силу статьи 404 этого Кодекса, а равно как представляется в этой части обоснованной ссылка ответчика и на то, что начисление неустойки в размере, не зависящем от размера неисполненных обязательств, не отвечает принципу юридического равенства (позиция о чем находит свое отражение и в актуальной на даненый момент судебной практике, в т.ч. поддержанной Верховным Судом РФ, например – определение от 10.09.2018 г. № 306-ЭС18-12938), а ставка начисленной в соответствии с условиями неустойки – 0,25 % от цены Договора в день, т.е. – 91,25 % годовых - явно выходит за пределы разумного и – с учетом изложенного выше - вместо достижения цели понуждения должника к исполнению своих обязательств влечет возникновение на стороне кредитора неосновательного обогащения.

В отношении отказа во взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму аванса, апелляционный суд полагает соответствующие доводы третьего лица основанными на неправильном толковании условий Договора между сторонами (ошибочной квалификации согласования ими условий о коммерческом кредите), как учитывает суд и то, что при фактическом выполнении ответчиком работ на сумму аванса взыскание начисленных на эту сумму процентов влечет неосновательное обогащение на стороне истца, поскольку позволяет ему ввиду допущенной ответчиком просрочки претендовать на привлечение в этой связи подрядчика к ответственности как в виде неустойки (предусмотренной Договлром за такую просрочку), так и в форме процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса РФ, что означает двойную ответственность и является недопустимым в силу основных начал гражданских правоотношений.

Оценивая же доводы жалобы истца применительно к отказу во взыскании заявленных по иску убытков, апелляционный суд полагает выводы суда первой  инстанции в этой части в достаточной степени мотивированными и надлежащим образом истцом не опровергнутыми, отмечая ввиду этого, в первую очередь, недоказанность связи между возникшими у него убытками (расходами) и действиями ответчика, с учетом того, что истец исходя из должной степени разумности и осмотрительности, в т.ч. будучи профессиональным участником (заказчиком по отношению к ответчику и подрядчиком по отношению к третьему лицу) в соответствующей сфере (строительства), а равно как и исходя из содержания рабочей документации (назначении и условий эксплуатации спорного оборудования – светильников) истец должен был понимать необходимость установки их именно в соответствующем исполнении (взрывозащищенном) – вне зависимости от правильного или неправильного указания артикула этого оборудования в разработанной ответчиком документации, тем более, что в этой документации указано на необходимость установки именно взрывозащищенных светильников, как с учетом отсутствия со стороны истца доказательств судьбы оборудования, не подлежащего (непригодного) к установке на объекте, является недоказанным им и размер заявленных убытков.

Таким образом, апелляционный суд признает обжалуемое решение соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ), а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 269 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.02.2020 г. по делу № А56-35017/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционные жалобы ООО «СТЭП» и ООО «Герофарм» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

И.В. Сотов

Судьи

 

С.М. Кротов 

 

В.В. Черемошкина