ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-122174/2019

25 июня 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 25 июня 2020 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего судьи Стрельникова А.И.,

судей Колмаковой Н.Н., Нечаева С.В.,

при участии в судебном заседании:

от истца: никто не явился, извещен;

от ответчика: ФИО1, дов. от 26.11.2018г.;

от третьих лиц – никто не явился, извещены,

рассмотрев 18 июня 2020 года в судебном заседании кассационную жалобу

ПАО «Московская объединенная электросетевая компания»

на решение от 14 октября 2019 года

Арбитражного суда города Москвы,

на постановление от 12 декабря 2019 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

по иску Казенного предприятия города Москвы «Управление по

реконструкции и развитию уникальных объектов»

к ПАО «Московская объединенная электросетевая компания»

о взыскании,

третьи лица: АО «ОЭК», ПАО «Мосэнерго», ГУП «Москоллектор»,

УСТАНОВИЛ:

КП «УРиРУО» обратилось с исковым заявлением к ПАО «МОЭСК» о взыскании неосновательного обогащения в сумме 2.755.275 руб. 02 коп.., процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 20.02.2019 г. по 17.06.2019 г., в размере 69.032 руб. 85 коп., а также процентов, начисленных на сумму долга с 18.06.2019 года по день фактического исполнения обязательств по возврату суммы задолженности (с учетом уточнений, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14 октября 2019 года исковые требования были удовлетворены в полном объеме (т.2, л.д. 55-56).

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от 12 декабря 2019 года указанное решение было оставлено без изменения (т.2, л.д. 86-88).

Не согласившись с принятыми решением и постановлением, ПАО «Московская объединенная электросетевая компания» обратилось с кассационной жалобой, в которой указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, в связи с чем просило обжалуемые решение и постановление отменить и принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование кассационной жалобы заявителем фактически были приведены идентичные доводы, изложенные им ранее в своей апелляционной жалобе.

В заседании суда кассационной инстанции представитель ответчика поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Кроме того, в судебном заседании  ответчик в режиме телефонной связи с представителем АО «ОЭК» сообщил, что у последнего отсутствует техническая возможность участия в он-лайн заседании, а поэтому он просил передать суду свою просьбу о рассмотрении жалобы  в его отсутствие.

Истец и третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителя ответчика, участвующего в деле и явившегося в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены решения и постановления по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, 30 июня 2008 года между КП «УРиРУО» и ОАО «МОЭСК» был заключен договор № ПМ-08/8168- 08, в соответствии с которым ответчик обязался обеспечить физическое подключение объекта истца: жилой дом, подземную автостоянуа, расположенное по адресу: 

<

...> корп. 13 влад. 46 (зона-2), к городским электрическим распределительным сетям, в пределах заявленной единовременной мощности 336 кВА по II категории надежности. Согласно п. 4.3. договора, вышеуказанная сумма оплачивается заказчиком по выставленному исполнителем счету в полном объеме до начала выполнения исполнителем мероприятий по технологическому присоединению путем перечисления денежных средств на указанный исполнителем счет. Общая стоимость услуг по договору № ПМ-08/8168-08 от 30 июня 2008 года составляет 30.766.176 руб. (с НДС 18%), включая:  1 этап (аванс) - в сумме 9.156.600 рублей плюс НДС 18% 1.648.188,00. Сумма оплачивается истцом по выставленному ответчиком счету в полном объеме до начала выполнения ответчиком мероприятий по технологическому присоединению, путем перечисления денежных средств на указанный ответчиком счет.  2 этап в размере 21.609.576 рублей плюс НДС 18% 3.889.723, 68 рублей. При этом сумма оплачивается истцом по выставленному ответчиком счету в течение 15 рабочих дней с момента подписания акта сдачи - приемки оказанной услуги. Так, истец по счету № 1154 от 20 августа 2008 года, выставленному ответчиком платежным поручением № 4329 от 23.10.2008 года произвел оплату по реквизитам, указанными ответчиком, в размере 10.804.788 руб. Однако истец не осуществил строительство объекта в связи с чем необходимость подключения объекта к городским электрическим распределительным сетям, в пределах заявленной единовременной мощности 336 кВА,  отпала. 

Согласно п. 23 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 1 (2018), утвержденным Президиумом ВС РФ 28.03.2018 года, заказчик по договору об осуществлении технологического присоединения вправе отказаться от договора на основании ст. 782 ГК РФ. 

Поскольку строительство объекта заказчиком не было осуществлено, а какие - либо услуги в рамках договора ПАО «МОЭСК» оказаны не были, то  26 января 2019 года КП «УРиРУО» направило в адрес ПАО «МОЭСК» уведомление о расторжении договора в одностороннем порядке вышеназванного договора в порядке ст. 782 ГК РФ с момента получения ПАО «МОЭСК» уведомления. Кроме того, КП «УРиРУО» потребовало в течение 5 банковских дней с момента получения уведомления вернуть КП «УРиРУО» (правопреемнику ГУП «УРиРУО») денежные средства в размере 10.804.788руб. Однако в ответ на данное уведомление ПАО «МОЭСК» письмом 29.01.2019 № МКС/181/223 отказалось возвращать денежные средства, указав, что механизм возврата денежных средств при возникновении вопросов, связанных с расторжением договоров технологического присоединения, в настоящее время не урегулирован, а поэтому возврат денежных средств возможен только в судебном порядке. 

Так,  пунктом 7.5 договора предусмотрено, что в случае одностороннего отказа заказчика полностью или частично от исполнения договора, исполнитель обязан вернуть заказчику часть платы за технологическое присоединение за вычетом суммы стоимости фактически выполненных мероприятий на момент уведомления исполнителя заказчиком о расторжении договора с документальным подтверждением затрат. В данном случае, суд в обжалуемых актах, по мнению кассационной коллегии, правомерно пришел к выводу, что в связи с расторжением договора у ответчика отсутствуют основания для удержания перечисленных истцом денежных средств в рамках договора № ПМ-08/8168-08.

 В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с законом, иными нормативно-правовыми актами и условиями обязательства. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается. Согласно части 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. 

Так, возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал на то, что договор от 30.06.2008г. № ПМ-08/8168- 08 прекратил свое действие 29.06.2011 г. в связи с истечением срока действия мероприятий по технологическому присоединению согласно п. 10.1. договора, а поэтому, по мнению ответчика, истцом был  пропущен трёхлетний срок, предусмотренный ст. 196 ГК РФ. 

Согласно ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (абзац второй). По смыслу ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, толкование условиям договора дает суд. 

Таким образом, суд в обжалуемых актах, по мнению кассационной коллегии, с учетом положений ст. 431 Гражданского кодекса РФ правильно указал,  что пунктом 10.1 договора сторонами было согласовано, что договор действует до исполнения сторонами своих обязательств. При этом обязательства сторон по договору должны быть исполнены в течение срока действия технических условий, составляющего три года, если иное не указано в технических условиях. Как следует из приложения № 2 к договору, срок исполнения обязательств ответчика исчисляется с момента предоставления заказчиком документов, указанных в приложении. Таким образом, 600-дневный срок начинает исчисляться с момента предоставления истцом документов, указанных в технических обязательствах. Доказательств представления истцом указанных документов ответчиком не было представлено.

В соответствии с п. 2 ст. 328 ГК РФ, в случае непредоставления обязанной стороной обусловленного договором исполнения обязательства либо наличия обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства либо отказаться от исполнения этого обязательства, а поэтому договор от 30.06.2008г. № ПМ-08/8168-08 действовал до момента отказа истца от договора в одностороннем порядке. 

В соответствии с п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, то течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Как правильно установил суд первой и апелляционной инстанций, срок исковой давности  в данном случае следует исчислять с момента прекращения действия договора, то есть с 12.02.2019 г. (дата получения ответчиком уведомления о расторжении договора). Таким образом, суд  обоснованно указал, что на дату обращения с настоящим иском – 16 мая 2019г., указанный срок истцом  не был пропущен.

Согласно п. 1 ст. 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. 

Таким образом, суд в обжалуемых актах правильно установил, что поскольку  истец отказался от договора уведомлением от 26 января 2019 года, а материалами дела был установлен факт неправомерного удержания ответчиком денежных средств в сумме  2.755.275 руб. 02 коп., то данные денежные средства подлежат возврату истцу на основании ст. 1102 ГК РФ, в связи с чем исковые требования в указанной части подлежат удовлетворению, с чем в настоящее время согласна и кассационная коллегия.

Кроме того, истцом были заявлены проценты по ст. 395 ГК РФ, начисленные за период с 20.02.2019 г. по 17. 06.2019 г. в сумме 69.032 руб. 85 коп. Поскольку ответчиком доказательств исполнения обязательства в полном объеме по возврату денежных средств и процентов не было представлено, то суд в обжалуемых актах обоснованно признал исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объеме. 

Таким образом, судебная коллегия считает, что при рассмотрении заявленного иска по существу суд первой и апелляционной инстанций полно и всесторонне определил круг юридических фактов, подлежащих исследованию  и доказыванию, которым дал обоснованную юридическую оценку, и сделал правильный вывод о применении в данном конкретном случае норм материального и процессуального права. Доводы кассационной жалобы были подробно исследованы судом первой и апелляционной инстанций, и им была  дана надлежащая оценка на основе представленных в материалы дела доказательствах. При этом иная оценка заявителем кассационной жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки. При таких обстоятельствах, кассационная коллегия приходит к выводу о законности и обоснованности обжалуемых судебных актов. 

Следовательно, при рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов судом были установлены все существенные для дела обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального и процессуального права применены правильно. Нарушений указанных норм права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено, хотя об обратном и было указано в жалобе заявителем по делу.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, доводы кассационной жалобы уже были предметом исследования суда апелляционной инстанции, с оценкой которых согласна и кассационная инстанция.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 14 октября 2019 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12 декабря 2019 года по делу №А40-122174/2019 оставить без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий судья            А.И. Стрельников

Судьи:                                  Н.Н. Колмакова

                                                                                            С.В. Нечаев