240/2024-5446(6) 

 ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А69-2132/2020к5

г. Красноярск

13 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «07» февраля 2024 года. Полный текст постановления изготовлен «13» февраля 2024 года. 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Инхиреевой М.Н., судей: Бутиной И.Н., Радзиховской В.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, при участии: 

конкурсного управляющего ФИО2 (посредством онлайн- заседания),  

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу Федеральной налоговой службы  на определение Арбитражного суда Республики Тыва  

от «13» октября 2023 года по делу № А69-2132/2020к5, 

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью  «Туранское», в Арбитражный суд Республики Тыва от Управления Федеральной  налоговой службы по Республике Тыва поступило заявление о признании  недействительной сделки должника по отчуждению имущества: трактора модели К-744Р2,  2015 г.в. регистрационный номер 

<

***> и применении последствий  недействительности сделки.  

Определением Арбитражного суда Республики Тыва от 13 октября 2023 года по делу   № А69-2132/2020к5 в удовлетворении заявления Управления Федеральной налоговой  службы по Республике Тыва о признании сделки недействительной, применении  последствий её недействительности было отказано.  

Не согласившись с данным судебным актом, Федеральная налоговая служба  обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой  инстанции отменить, разрешить дело по существу.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает, что к моменту  совершения оспариваемой сделки ответчик был осведомлен о наличии у должника  признаков неплатежеспособности ввиду наличия решений Арбитражного суда  Республики Тыва о взыскании с него задолженностей и возбужденных в отношении  должника исполнительных производств. Кроме того, апеллянт отмечает, что судом первой  инстанции необоснованно не принято как надлежащее доказательство экспертное  заключение № 8 от 01.08.2023, представленная квитанция к ПКО не является  доказательством оплаты за транспортное средство.  

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 07.12.2023  апелляционная жалоба принята к производству, рассмотрение жалобы назначено на  15.01.2024.  

Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание,  

извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения  или несовершения ими процессуальных действий.  

В соответствии со статьями 158, 184, 185, 266 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, протокольным определением судебное разбирательство  откладывалось.  

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 06.02.2024  произведена замена состава суда, окончательно состав суда сформирован следующим  образом: судьи Бутина И.Н., Радзиховская В.В., председательствующий Инхиреева М.Н.  

Представитель уполномоченного органа к судебному заседанию с использованием  информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) не  подключился; представитель ФИО3 к судебному заседанию с использованием  информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) не  подключился надлежащим образом (отсутствует звук), участвует в качестве слушателя.  

Ответчик ФИО4 представил отзыв на апелляционную жалобу, просит  судебный акт оставить без изменения.  

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал доводы апелляционной  жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый  судебный акт.  

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

При повторном рассмотрении настоящего дела арбитражным апелляционным судом  установлены следующие обстоятельства.  

29.07.2020 между обществом с ограниченной ответственностью «Туранское» и  ФИО4 был заключён договор купли-продажи трактора  модели «Кировец» К-744Р2, в соответствии с которым ФИО4 приобретает  указанное автотранспортное средство за 4 000 000 руб.  

Обратившись в суд первой инстанции с заявлением о признании недействительной  сделки должника по отчуждению автотранспортного средства, уполномоченный орган  указал на наличие оснований для признания сделки недействительной в соответствии с  пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».  Заявителем было отмечено, что на момент заключения сделки в отношении должника был  вынесен ряд решений о взыскании задолженностей, возбуждено 6 исполнительных  производств на сумму 737 000 рублей. При этом, по мнению уполномоченного органа,  имущество было отчуждено должником по цене, не соответствующей рыночной  стоимости, что свидетельствует о неравноценном встречном исполнении со стороны  покупателя.  

Суд первой инстанции, исследовав обстоятельства дела и оценив представленные  сторонами доказательства, пришёл к выводу об отсутствии оснований для признания  сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки в связи с  недоказанностью осведомленности ответчика о наличии у должника признаков  неплатежеспособности на момент совершения сделки, отсутствия доказательств  аффилированности должника и покупателя, не доказанностью неравноценного встречного  предоставления по сделке.  

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей  268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие  выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела  доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм  материального права и соблюдения норм процессуального права, оценив доводы лиц,  участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии  

оснований для отмены данного судебного акта, исходя из следующего.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве  юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным  процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными  настоящим Федеральным законом.  

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные  должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны  недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а  также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании  сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным кредитором или  уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним,  включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего  размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не  считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его  аффилированных лиц.  

Сведениями из реестра требований кредиторов должника подтверждается, что на  момент обращения в суд с заявлением о признании сделки недействительной сумма  требований уполномоченного органа составила более десяти процентов от общего размера  кредиторской задолженности, следовательно, уполномоченный орган имеет право на  обращение в суд с соответствующим заявлением.  

Уполномоченный орган полагает, что спорная сделка причинила вред кредиторам,  поскольку в результате совершения спорной сделки из конкурсной массы выбыло  имущество стоимостью более 5 млн. руб.  

Оспариваемый договор купли-продажи заключен 29.07.2020, дело о банкротстве  возбуждено 11.09.2020, следовательно, сделка может быть оспорена по основаниям п. 1 и  п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.  

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки  должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном  исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).  

Для признания сделки недействительной по основаниям, указанным в пункте 1 статьи  61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной,  необходимо доказать, а суду установить следующие объективные факторы: сделка  заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после  принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который  устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и  неравноценное встречное исполнение обязательств, при этом неравноценность должна  иметься в нарушение интересов должника.  

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в  целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех  лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия  указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным  правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (подозрительная сделка).  

Необходимым условием для признания сделки должника недействительной по  основанию пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве является неравноценное встречное  исполнение обязательств другой стороной этой сделки. При этом в части, касающейся  согласования договорной цены, неравноценность имеет место в тех случаях, когда эта  цена существенно отличается от рыночной.  

Помимо цены для определения признака неравноценности во внимание должны  

приниматься все обстоятельства совершения сделки, то есть суд должен исследовать  контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности  являлся вполне убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305- ЭС18-8671(2)).  

В оспариваемом договоре купли-продажи отражено, что покупатель (ФИО4)  приобретает транспортное средство по цене в 4 000 000 руб. (п. 1 договора). В  соответствии с п. 2 договора, по соглашению сторон покупатель производит расчет  наличным денежными средствами в кассу продавца.  

Ответчик в ходе рассмотрения обособленного спора пояснял, что расчет за  приобретенное транспортное средство произведен полностью, в подтверждение чего  ФИО4 в суде первой инстанции представлен подлинник квитанции к  приходному кассовому ордеру от 31.07.2020 г. согласно которому ответчик внес в кассу  должника денежные средства на сумму 4 000 000 руб.  

О фальсификации квитанции к приходному кассовому ордеру суду в установленном  законом порядке (статья 161 АПК РФ) не заявлялось.  

Судебная коллегия отмечает, что в квитанции к приходному кассовому ордеру  указаны наименование юридического лица, принимающего денежные средства, дата  документа. Квитанция подписана главным бухгалтером и кассиром должника, скреплена  печатью Общества.  

То обстоятельство, что переданные во исполнение договора обществу и оформленные  квитанцией к приходному кассовому ордеру денежные средства впоследствии не были  внесены на счет должника в установленном порядке, свидетельствует о нарушении самим  обществом порядка ведения кассовых операций и не может являться основанием для  вывода о недобросовестности ответчика и являться основанием для признания  оспариваемого договора безденежным.  

Также судом первой инстанции проверено наличие у ответчика финансовой  возможности оплаты за приобретенное транспортное средство.  

Так, в обоснование наличия финансовой возможности внесения денежных средств в  счет оплаты стоимости транспортного средства, ФИО4 представлен договор  купли-продажи жилого дома и земельного участка. Согласно представленного договора от  10.06.2020, ФИО4 реализовал иному лицу недвижимое имущество: жилой дом и  земельный участок по цене 3 250 000 руб. В договоре от 10.06.2020 отражено, что  денежные средства в размере 490 000 руб. передаются наличными денежными  средствами, оставшаяся часть – 2 760 000 руб. подлежат внесению за счет кредитных  средств в индивидуальный сейф; также представлен договор аренды индивидуального  сейфа.  

С учетом представленных материалы дела документов, судебная коллегия приходит  к выводу, что ответчиком доказано наличие финансовой возможности оплаты за  приобретенное имущество по цене, отраженной в договоре от 29.07.2020.  

Таким образом, материалами дела подтверждается факт оплаты ответчиком  ФИО4 за приобретенное транспортное средство в размере 4 000 000 руб.  

Уполномоченный орган полагает, что цена приобретения в размере 4 млн.руб. не  является рыночной ценой, поскольку согласно отчета об оценке, представленного  уполномоченным органом, рыночная цена аналогичного имущества составила 5 241 000  рублей.  

Судебная коллегия учитывает, что в рамках обособленного спора участвующие в деле  лица в обоснование рыночной цены имущества представили следующие документы:  

- единственным участником должника ФИО5 представлена справка ООО  «Центр оценки и аудита» от 05.06.2023 г., которой установлено, что средняя рыночная  стоимость трактора «Кировец» К-744Р2 по состоянию на дату оценки 29.07.2020 г.  составляет 5 000 000 рублей;  

- ответчиком ФИО4 представлено заключение о рыночной стоимости  имущества № 0524230ВГ, согласно которому итоговая величина стоимости объекта  оценки на дату 31.07.2020 года составила 3 964 700 рублей;  

- уполномоченный орган в обоснование своих требований представил экспертное  заключение № 8 от 01.08.2023 г., которым установлена рыночная цена спорного  транспортного средства на дату заключения сделки 5 241 000 рублей.  

Суд первой инстанции не принял в качестве надлежащего доказательства рыночной  стоимости отчет об оценке № 8 от 01.08.2023 в связи с отсутствием у эксперта  квалификационного аттестата.  

Судебная коллегия поддерживает данные выводы в связи со следующим. 

Положениями части первой статьи 3 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ  «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон об оценочной  деятельности) установлено, что под оценочной деятельностью понимается  профессиональная деятельность субъектов оценочной деятельности, направленная на  установление в отношении объектов оценки рыночной, кадастровой, ликвидационной,  инвестиционной или иной предусмотренной федеральными стандартами оценки  стоимости, а итоговым документом (в соответствии с частью первой статьи 11 Закона об  оценочной деятельности), составленным по результатам определения стоимости объекта  оценки независимо от вида определенной стоимости, является отчет об оценке объекта  оценки. В соответствии с положениями части третьей статьи 4 Закона об оценочной  деятельности оценщик может осуществлять оценочную деятельность по направлениям,  указанным в квалификационном аттестате (положения применяются с 01.04.2018).  

Таким образом, в соответствии с нормами Закона об оценочной деятельности после  01.04.2018 года оценщик не может осуществлять свою профессиональную деятельность в  случае отсутствия у него квалификационного аттестата в силу указания в Законе об  оценочной деятельности о необходимости наличия в таком аттестате указания на  направления, по которым оценщик может осуществлять оценочную деятельность.  

Уполномоченным органом не представлен квалификационный аттестат эксперта, в  связи с чем, заключение № 8 от 01.08.2023 г. правомерно не принято судом первой  инстанции как надлежащее доказательство рыночной цены отчужденного имущества.  

Судебная коллегия также полагает, что заключение № 8 от 01.08.2023 не является  надлежащим доказательством рыночной цены имущества в связи со следующим.  

Согласно статье 11 Закона № 135-ФЗ в отчете об оценке должно содержаться точное  описание объекта оценки, указываются дата проведения оценки объекта оценки,  используемые стандарты оценки, цели и задачи проведения оценки объекта оценки, а  также приводятся иные сведения, которые необходимы для полного и недвусмысленного  толкования результатов проведения оценки объекта оценки, отраженных в отчете;  стандарты оценки для определения соответствующего вида стоимости объекта оценки,  обоснование их использования при проведении оценки данного объекта оценки, перечень  использованных при проведении оценки объекта оценки данных с указанием источников  их получения, а также принятые при проведении оценки объекта оценки допущения;  последовательность определения стоимости объекта оценки и ее итоговая величина, а  также ограничения и пределы применения полученного результата; дата определения  стоимости объекта оценки; перечень документов, используемых оценщиком и  устанавливающих количественные и качественные характеристики объекта оценки.  

В настоящем случае в отчете от 01.08.2023 эксперт не обосновал отказ от  применения доходного и затратного подхода к оценке, сведения об объектах-аналогах  малоинформативные (представлены скрины с сети Интернет, из которых невозможно  установить полные характеристики объектов). Кроме того, в качестве аналогов эксперт  выбирает три объекта, цена на которые отлична друг от друга более чем на 25% (7350 000  руб. и 5 800 000 руб.), не обосновывая причин соответствующей разницы в цене и не  применяя к данным объектам какие-либо поправочные коэффициенты.  

С учетом изложенного, отчет от 01.08.2023 не принимается судом как надлежащее  доказательство рыночной цены транспортного средства.  

Также судебная коллегия учитывает, что справка ООО «Центр оценки и аудита» от  05.06.2023 г., которой установлено, что средняя рыночная стоимость трактора «Кировец»  К-744Р2 по состоянию на дату оценки 29.07.2020 г. составляет 5 000 000 рублей, не  является доказательством, подтверждающим рыночную стоимость спорного имущества,  поскольку не является отчетом об оценке. Из представленной справки от 05.06.2023 № 99  невозможно определить, как рыночная стоимость трактора «Кировец» определялась в  соответствии с Федеральным законом № 135-ФЗ от 29.07.1998 «Об оценочной  деятельности в Российской Федерации», Федеральными стандартами оценки № 1, № 2, №  3, утвержденными приказами Минэкономразвития России от 20.05.2015 № 297, № 298, №  299. В справках не указаны сведения о порядке определения рыночной стоимости  имущества, не отражены сведения о примененном при определении стоимости подходе  (сравнительный, рыночный, затратный). Данная справка не является отчетом об оценке.  

В соответствии с отчетом об оценке, представленном ответчиком ФИО4 –  заключение о рыночной стоимости имущества № 0524230ВГ, итоговая величина  стоимости объекта оценки на дату 31.07.2020 года составила 3 964 700 рублей.  

Указанный отчет об оценке не оспорен, замечаний по данному отчету не поступило, о  назначении судебной экспертизы заявлено не было.  

Также суд первой инстанции обоснованно указал, что согласно сложившемуся в  судебной практике подходу, существенным отклонением цены признается ее отклонение  более чем на 20% в сторону повышения или в сторону понижения от уровня цен,  применяемых по идентичным (однородным) товарам (пп. 4 п. 2 ст. 40 Налогового кодекса  Российской Федерации), в связи с чем суд первой инстанции пришёл к обоснованному  выводу о том, что даже принимая во внимание сведения, отраженные в справке от  05.06.2023, отклонение цены транспортного средства, указанной в договоре от 29.07.2020,  на величину, не превышающую 20%, не может быть признано существенным  отклонением.  

С учетом изложенного, материалы дела не содержат доказательств неравноценности  встречного предоставления по спорной сделке.  

Судебная коллегия учитывает, что какие-либо доказательства наличия признаков как  фактической, так юридической аффилированности между должником и ответчиком  сторонами в материалы обособленного спора не представлено. В апелляционной жалобе  заявитель также не ссылается на наличие признаков аффилированности.  

Из представленных в материалы обособленного спора доказательств также не  следует, что ответчик осведомлен о наличии у должника неисполненных денежных  обязательств перед кредиторами либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать  вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Довод заявителя жалобы о том, что о нарастающей задолженности был осведомлен  бывший учредитель должника ФИО3 отклонен, как не имеющий значения для  установления наличия оснований для признания сделки недействительной, поскольку  необходимо установить осведомленность о признаках неплатежеспособности со стороны  покупателя – ФИО4, тогда как соответствующие доказательства не  представлены, как не представлены и доказательства наличия признаков  аффилированности между ФИО4 и бывшим учредителем.  

Как подтверждается материалами дела, оспариваемая сделка была заключена  29.07.2020, то есть, до принятия арбитражным судом заявления о признании должника  банкротом.  

Заявитель жалобы, предполагая осведомленность ответчика о наличии у должника на  момент сделки признаков неплатежеспособности, указывает на то, что на момент  заключения сделки имелись решения Арбитражного суда Республики Тыва о взыскании с  ООО «Туранское» денежных средств на сумму более 7 млн.руб., а также на дату  

заключения сделки в отношении должника было возбуждено 6 исполнительных  производств Пий-Хемского РОСП на сумму 737 587,25 рублей.  

Вместе с тем, само по себе наличие неисполненных обязательств перед отдельными  кредиторами не свидетельствует однозначно о наличии у предприятия признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент заключения  оспариваемого договора и не свидетельствует о совершении сделки с целью причинить  вред имущественным правам кредиторов.  

Таким образом, из материалов настоящего обособленного спора не следует, что в  результате совершения оспариваемой сделки произошло необоснованное и безвозмездное  выбытие имущества должника, увеличение имущественных требований к нему или  спорная сделка совершена в целях причинения вреда кредиторам должника, поэтому  основания для признания договора недействительным по статье 61.2 Закона о банкротстве  отсутствуют.  

В ходе рассмотрения обособленного спора ответчик заявлял о пропуске срока  исковой давности для признания сделки недействительной.  

Суд первой инстанции по результатам рассмотрения данного заявления пришел к  выводу, что срок исковой давности не пропущен, поскольку он подлежит исчислению с  14.09.2022 – даты получения от регистрирующего органа сообщения о регистрационных  действиях с имуществом должника.  

Судебная коллегия данные выводы не поддерживает в связи со следующим. 

В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ, пункта 32 Постановления № 63, заявление об  оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть  подано в течение годичного срока исковой давности.  

Согласно сложившемуся в судебной практике подходу применительно к общим  правилам банкротства, сформированному с учетом положений Закона о банкротстве и ГК  РФ, годичного срок исковой давности начинает течь с момента, когда первое  уполномоченное на предъявление иска лицо узнало или должно было узнать о нарушении  этой сделкой прав кредиторов должника, об обстоятельствах, являющихся основанием для  признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), а не исключительно с  момента ее совершения либо утверждения первого конкурсного управляющего.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления № 63, в  соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению  об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально  утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о  наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3  Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо  узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при  введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине  осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то  исковая давность начинает течь со дня его утверждения.  

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание  должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении  вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для  оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и  проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить  наличие этих обстоятельств.  

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный  управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю  необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую,  которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или  61.3 Закона о банкротстве.  

В данном случае резолютивной частью решения от 28.05.2021 должник признан  банкротом, в отношении него введена процедура конкурсного производства,  исполняющим обязанности конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «Туранское» утвержден арбитражный управляющий ФИО6.  

Заявление о признании сделки недействительной подано в суд 06.09.2022, т.е. за  пределами годичного срока с даты признания должника банкротом.  

Уполномоченный орган указал, что он узнал о спорной сделке из пояснений  учредителя, после чего им был сделан запрос в регистрирующий орган, ответ получен  14.09.2022, а в отчетах управляющего сведений о спорной сделке не содержалось.  

В соответствии с абзацем 4 пункта 31 постановления от 23.12.2010 № 63, отдельный  кредитор или уполномоченный орган вправе обращаться к арбитражному управляющему  с предложением об оспаривании управляющим сделки на основании статей 61.2 или 61.3  Закона о банкротстве; в случае отказа или бездействия управляющего этот кредитор или  уполномоченный орган также вправе в порядке статьи 60 Закона о банкротстве обратиться  в суд с жалобой на отказ и бездействие арбитражного управляющего: признание этого  бездействия (отказа) законным может являться основанием для отстранения арбитражного  управляющего.  

По смыслу статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделок  должника (а также иных сделок, совершенных за счет должника), как по  общегражданским, так и по специальным основаниям, предусмотренным  законодательством о банкротстве, может быть подано арбитражным управляющим по  своей инициативе, либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.  

Вместе с тем, отдельный кредитор вправе обратиться к арбитражному управляющему  с предложением об оспаривании этим управляющим сделки (сделок) по указанным  основаниям.  

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, меры, направленные на пополнение  конкурсной массы, в частности с использованием механизмов оспаривания  подозрительных сделок должника, планирует и реализует прежде всего сам арбитражный  управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой.  

Следовательно, только в случае длительной недобросовестности конкурсного  управляющего срок исковой давности может быть исчислен с момента, когда об этом  узнали конкурсные кредиторы.  

Уполномоченный орган при подаче заявления о признании сделки недействительной  указал, что о совершенной сделке ему стало известно из пояснений учредителя, а также в  связи с тем, что спорный трактор не выявлен в ходе инвентаризации (инвентаризационная  опись от 23.06.2021).  

Вместе с тем, делая вывод о том, что уполномоченным органом не был пропущен  срок подачи заявления об оспаривании сделки, суд первой инстанции не учёл того, что  настоящий срок следует исчислять с момента введения процедуры конкурсного  производства, т.е. с 28.05.2021, так как соответствующие меры по выявлению  отчуждённого должником имущества (в частности, направление запросов в  регистрирующий орган) должны были предприниматься в любом случае не позднее  указанной даты. Судебная коллегия учитывает, что регистрирующим органом  произведены регистрационные действия со спорным имуществом 25.09.2020, в связи с  чем сведения об отчуждении имущества могли быть установлены при запросе сведений о  совершенных регистрационных действиях, которые могли быть запрошены еще на стадии  процедуры наблюдения. При этом, каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о  сокрытии от арбитражного управляющего информации о заключенном договоре купли-продажи из материалов дела не усматривается. Кроме того, уполномоченный орган в  пояснениях от 20.04.2023 указывает, что конкурсный управляющий был осведомлен о  факте отчуждения транспортного средства.  

Таким образом, основания для исчисления срока исковой давности с даты, когда  уполномоченный орган запросил сведения о регистрационных действиях с  транспортными средствами, отсутствуют.  

Вместе с тем, вывод суда первой инстанции о том, что срок исковой давности не  пропущен, не повлиял на правомерность принятого судебного акта.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности в  порядке статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда  первой инстанции об отсутствии оснований считать, что в результате заключения  спорного договора должнику и его кредиторам причинен вред, и, как следствие, что  имеются основания для признания его недействительным.  

В связи с тем, что судом отказано в удовлетворении заявления финансового  управляющего о признании сделки недействительной, не подлежат применению и  последствия недействительной сделки.  

В апелляционной жалобе заявителем не приведено доводов и доказательств,  опровергающих установленные судом обстоятельства и выводы суда первой инстанции.  

 Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно,  представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка,  изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим  обстоятельствам дела.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием  для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Тыва от «13» октября 2023 года по делу   № А69-2132/2020к5 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может  быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского  округа через арбитражный суд, принявший определение.  

Председательствующий М.Н. Инхиреева Судьи: И.Н. Бутина  В.В. Радзиховская