АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Краснознаменная, д. 56, г. Оренбург, 460024

http: //www.Orenburg.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А47-6463/2019

г. Оренбург

27 мая 2020 года

Резолютивная часть решения

 объявлена       19 мая 2020 года

В полном объеме решение изготовлено        27 мая 2020 года

Арбитражный суд Оренбургской области в составе судьи                   Пархомы С.Т., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по  исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Дорстройсервис», г. Оренбург (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к 1. акционерному коммерческому банку «Форштадт» (акционерное общество) г.Оренбург (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

2. обществу с ограниченной ответственностью «Оренсал», г.Оренбург (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 

третьи лица: 1. общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ГПДС», г. Оренбург,

2. Центральный банк Российской Федерации, г.Москва,

3. временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ГПДС» ФИО2,   

4. ФИО3, 

5. ФИО4,

6.  ФИО5,

о признании соглашений о расторжении договоров недействительными, 

при участии представителей:

от истца: ФИО6, доверенность от 03.02.2020, сроком действия на три года,

от ответчика 1 (акционерного коммерческого банка «Форштадт»): ФИО7, доверенность от 18.12.2019, сроком действия до 18.12.2022, 

от ответчика 2 (общества с ограниченной ответственностью «Оренсал»): ФИО8, доверенность от 27.12.2019, сроком действия до 31.12.2020,

от третьих лиц: не явились, извещены (ст.ст.121, 123 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее АПК РФ), а также путем размещения информации на официальном сайте суда  в сети «Интернет»).

Общество с ограниченной ответственностью «Дорстройсервис» (далее – истец, ООО «Дорстройсервис») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к акционерному коммерческому банку «Форштадт» (акционерное общество) (далее – ответчик 1, банк), обществу с ограниченной ответственностью «Оренсал» (далее – ответчик 2, ООО «Оренсал») о признании недействительными соглашений о расторжении договоров, а именно:

- соглашения о расторжении договора поручительства 

<

***>/08 от 31.07.2018 к Кредитному договору от 06.10.2014 

<

***>, заключенное 31.10.2018 между акционерным коммерческим банком «Форштадт» (акционерное общество) и обществом с ограниченной ответственностью «Оренсал»;

- соглашения о расторжении договора залога права 

<

***>/09 от 31.07.2018 к Кредитному договору от 06.10.2014 

<

***>, заключенное 31.10.2018 между акционерным коммерческим банком «Форштадт» (акционерное общество) и обществом с ограниченной ответственностью «Оренсал»;

- соглашения о расторжении договора банковского вклада с ежемесячной выплатой по вкладу от 31.07.2018 к Кредитному договору от 06.10.2014 

<

***>, заключенное 31.10.2018 между акционерным коммерческим банком «Форштадт» (акционерное общество) и обществом с ограниченной ответственностью «Оренсал».

Определениями от 21.05.2019, 12.11.2019 судом в порядке ст.51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ГПДС», Центральный банк Российской Федерации, временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ГПДС» ФИО2,   ФИО3, ФИО4,  ФИО5.

Представитель истца поддержал исковые требования, пояснил, что  соглашения ответчиков о расторжении обеспечительных сделок  нарушают права и законные интересы истца, исполнившего часть обязательств заемщика; утрата обеспечения (поручительство, залог прав,  банковский вклад) ухудшает условия обеспечения основного обязательства по обстоятельствам, зависящим исключительно от кредитора, то есть банка, который по соглашению сторон с аффилированным лицом, существенно ухудшил обеспечение исполнения кредитного договора; имеет место отклонение действия банка от добросовестного поведения, которое должно быть направлено не на причинение имущественного вреда иным лицам (должнику и единственному поручителю), получение необоснованных имущественных выгод, возможности предъявления новых исков поручителю, а на погашение образовавшейся задолженности за счет наиболее быстрого и ликвидного обеспечения, а именно гарантийного депозита поручителя ООО «Орсенал» на сумму 30 000 000 руб., действовавшему дополнительно в течение месяца с даты возможной просрочки должником погашения обязательств по кредиту.

Истец указывает, что банк располагал информацией о финансовом состоянии должника и расторг обеспечительные сделки непосредственно перед началом просрочки по кредитному договору. Обстоятельства известности банку сведений о финансовом состоянии заемщика ответчиками не оспариваются.

По мнению истца, указанные сделки подлежат признанию недействительными по правилам ст.ст. 10, 363, 365 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), поскольку в результате злоупотребления ответчиками своим правом, по итогам расторжения обеспечительных сделок, банк не смог своевременно получить исполнение по кредитному договору, что повлекло начисление штрафных санкций, повышенных процентов и применения иных мер ответственности к заемщику, и, как следствие, к истцу; в суде общей юрисдикции банком планомерно увеличивался размер исковых требований к поручителям; поскольку расторжение обеспечительных сделок было результатом соглашения ответчиков, следовательно присутствуют все основания для формирования вывода о причинении вреда интересам истца именно в результате действий ответчиков.

Представитель ответчика 1 (акционерного коммерческого банка «Форштадт» (акционерное общество)) в судебном заседании,  письменном отзыве на иск (т.1 л.д.86) возражал против удовлетворения исковых требований, указал, что на момент возникновения поручительства ООО «Дорстройсервис», кредитный договор был обеспечен только договором поручительства от 06.10.2014 № 

<

***>/01, заключенным со ФИО9.

Позднее в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору между банком и ООО «Строительная компания «ГПДС» были заключены следующие договоры, которые также указаны в дополнительном соглашении от 31.07.2018 № 35 к кредитному договору:

- договор последующего залога от 31.12.2014 № 

<

***>/04, согласно которому в залог банку передано имущество (транспортные средства, самоходные машины 107 единиц) залоговой стоимостью 83 092 058,00 руб. (с учетом дополнительного соглашения № 13 от 26.10.2018 - 127 единиц залоговой стоимостью 237 517 142,00 руб.), 

- договор последующего залога от 31.12.2014 № 

<

***>/05, согласно которому в залог банку передано имущество (оборудование) залоговой стоимостью 47 234 461,00 руб.; 

- договор о последующей ипотеке (залоге недвижимости) от 26.01.2015 № 

<

***>/06 (далее - договор об ипотеке), согласно которому в залог передано недвижимое имущество, общая залоговая стоимость которого по соглашению сторон составляет 62 530 060,00 руб. В настоящее время предмет залога, указанный в договоре об ипотеке находится в залоге только по кредитному договору от 06.10.2014 № 

<

***>, что подтверждается выписками из ЕГРП;

- договор залога от 25.07.2016 № 

<

***>/07, согласно которому в залог банку передано имущество (оборудование) залоговой стоимостью                        2 195 000,00 руб.

Ответчик 1 (акционерный коммерческий банк «Форштадт» (акционерное общество) ссылается на то, что  31.07.2018 в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору между Банком и ООО «Оренсал» были заключены договор поручительства № 

<

***>/08, договор залога права № 

<

***>/09 и гарантийный депозит в соответствии с договором банковского вклада от 31.07.2018 № 1755.

В связи с тем, что залог недвижимого имущества по договору о последующей ипотек (залоге недвижимости) от 26.01.2015 № 

<

***>/06 стал первичным (последний кредитный договор, который был обеспечен предшествующим залогом был погашен заемщиком 20.08.2018 - договор кредитной линии от 06.10.2014 № 45608), а также в связи с предоставлением дополнительного обеспечения заемщиком (транспортные средства (20 единиц залоговой стоимостью более 154 млн.руб.) по договору последующего залога от 31.12.2014 № 

<

***>/04, 31.10.2018  указанные выше договоры, заключенные с ООО «Оренсал» в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору, были расторгнуты по соглашению сторон ввиду отсутствия необходимости в сохранении.

Поскольку имеющегося обеспечения по кредитному договору более чем достаточно для удовлетворения требований банка, будет достаточно для удовлетворения требований истца, в связи с чем расторжение обеспечительных сделок, заключенных с ООО «Оренсал» не может нарушать права и интересы истца.

Таким образом, необходимость в сохранении поручительства и гарантийных депозитов ООО «Оренсал» отсутствовала, что также установлено при рассмотрении кредиторского требования в рамках дела о банкротстве должника (заемщика) и отражено в постановлении Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2019 по делу № А47-14834/2018 (№18АП-16673/2019).

Изменение состава обеспечительных сделок не является изменением обеспеченного обязательства, свидетельствующим об увеличении ответственности или наступлении иных неблагоприятных последствий для поручителя. 

Договором поручительства не предусмотрено каких-либо запретов на изменение обеспечения по кредитному договору. Изменение иных, помимо поручительства, способов обеспечения исполнения обязательства без согласия поручителя не влияют на объем его обязательств. По отношению друг к другу способы обеспечения обязательств не носят взаимообусловливающего  характера. Более того, в соответствии с п. 2.1 договора поручительства, истец согласился с возможными изменениями условий кредитного договора, которые повлекут увеличение ответственности поручителя или иные неблагоприятные для него последствия.

Ссылку истца на п. 4 ст. 363 ГК РФ нельзя признать обоснованной, поскольку данное положение не применяется к правоотношениям, возникшим из договора поручительства, заключенного 06.10.2014. Кроме того, на момент заключения договора поручительства с истцом, обеспечения основного обязательства  со стороны ООО «Оренсал»  не существовало.

Также представитель банка указал, что на момент расторжения оспариваемых соглашений просроченная задолженность по кредитному договору отсутствовала.

Представитель ответчика 2 (ООО «Оренсал») в судебном заседании,  письменном отзыве на иск (т.1 л.д.131) возражал против удовлетворения исковых требований, указал, что указанные договоры расторгнуты по соглашению сторон; обеспечительные обязательства ООО «Оренсал» возникли существенно позже, чем поручительство истца; прекращение обязательств ООО «Оренсал» не повлекло прекращение обязательств прочих поручителей, и,  как следствие, не ухудшило положение ООО «Дорстройсервис». Доводы истца о нарушении прав и законных интересов носят предположительный характер, не основаны на нормах права.

Из отзыва третьего лица (Центрального банка Российской Федерации) следует, что у него отсутствует заинтересованного в результате рассмотрения дела (т.1 л.д.137).

Третьи лица (ООО «Строительная компания «ГПДС», временный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ГПДС» ФИО2,   ФИО3, ФИО4,  ФИО5) письменные отзывы на исковое заявление в материалы дела не представили.

Ходатайств о необходимости предоставления дополнительных доказательств сторонами не заявлено, в связи с чем, суд рассматривает дело, исходя из совокупности имеющихся в деле доказательств, с учетом положений статьи 65 АПК РФ.

При  рассмотрении материалов дела, судом установлены следующие обстоятельства. 

Между акционерным коммерческим банком «Форштадт» (закрытое акционерное общество), (позднее изменившим наименование на акционерный коммерческий банк «Форштадт» (акционерное общество) (далее-банк) и обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ГПДС» (далее – ООО «Строительная компания «ГПДС», заемщик)  заключен кредитный договор № 

<

***> от 06.10.2014 (т. 1 л.д. 16).

По условиям кредитного договора банк обязуется предоставить заемщику в порядке и на условиях настоящего договора денежные средства в сумме 30 000 000 руб. 00 коп., а заемщик обязуется в порядке и на условиях договора возвратить Банку полученный кредит, уплатить проценты за пользование кредитом по ставке 13 % годовых (п. 1.1. договора).

Срок возврата кредита согласно п. 1.3 кредитного договора - 

<

***> (включительно).

В соответствии с пунктом 2.1 кредитного договора, обеспечением своевременного и полного исполнения обязательств заемщика по договору являются:

- поручительство ФИО9, в соответствии с договорами поручительства от 06.10.2014 N 45608/01 и от 10.04.2018 N 46391/01;

- поручительства общества "Дорстройсервис" в соответствии с договором поручительства от 06.10.2014 N 

<

***>/02.

Так, в обеспечение исполнения обязательств заемщика между банком и ООО «Дорстройсервис» (поручитель) заключен договор поручительства 

<

***>/02 от 06.10.2014 (т.1 л.д.27), согласно пункту 1.1 которого поручитель принимает на себя солидарную ответственность за выполнение обязательств обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ГПДС», принятых перед Банком по кредитному договору от 06.10.2014 

<

***>, по возврату основного долга и уплате причитающихся процентов за пользование кредитом, а также возмещению убытков и/или неустоек (пени, штрафа), начисленных вследствие неисполнения, просрочки исполнения или иного ненадлежащего исполнения обязательств по кредитному договору, процентов за пользование чужими денежными средствами, требованию о возврате полученного (требованию о возмещении в деньгах стоимости полученного) по кредитному договору при его недействительности, судебных или иных расходов, вызванных неисполнением обязательств по кредитному договору.

В соответствии с пунктом 2.1 договора поручительства поручитель, в числе прочего, согласен с возможными изменениями условий кредитного договора, которые повлекут увеличение ответственности поручителя или иные неблагоприятные для него последствия, в том числе, но не исключительно, повышение размера процентной ставки за пользование кредитом, размера комиссий, сроков возврата кредита.

Согласно пункту 2.7 договору поручительства по исполнении поручителем обязательств по договору, Банк обязан передать поручителю документы, удостоверяющие требования Банка к заемщику, в случае удовлетворения требований Банка в полном объеме.

Дополнительным соглашением  №35 от 31.07.2018 в условия кредитного договора 

<

***> от 06.10.2014  внесены изменения, а именно в пункт 2.1, согласно которому обеспечением своевременного и полного исполнения обязательств заемщика  по договору является:

а) поручительство ФИО9, в соответствии с договором поручительства от 06 октября 2014 

<

***>/01,

б) поручительство общества с ограниченной ответственностью «Дорстройсервис», в соответствии с договором поручительства от 06 октября 2014  № 

<

***>/02,

в) последующий залог доли в размере 51% в уставном капитале ООО «Строительная компания «ГПДС», в соответствии с договором последующего залога доли в уставном капитале ООО «Строительная компания «ГПДС» от 28 ноября 2014 года № 

<

***>/03,

г) последующий залог движимого имущества: (транспортные средства, самоходные машины), в соответствии с договором залога от 31 декабря 2014 года №45602/04 между Банком и залогодателем ООО «Строительная компания «ГПДС;

д) последующий залог движимого имущества: (оборудование), в соответствии с договором залога от 31 декабря 2014 года № 

<

***>/05 между Банком и залогодателем ООО «Строительная компания «ГПДС»;

е) последующий залог недвижимого имущества (ипотека), в соответствии с договором о последующей ипотеке (залоге недвижимости) от 26 января 2015 года № 

<

***>/06 между Банком и залогодателем обществом с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ГПДС»;

ж) залог движимого имущества: (оборудование), в соответствии с договором залога от 25 июля 2016 г. № 

<

***>/07 между Банком и залогодателем ООО «Строительная компания «ГПДС»;

з) поручительство общества с ограниченной ответственностью «Оренсал», в соответствии с договором поручительства от 31.07.2018  

<

***>/08;

и) залог прав в соответствии с договором залога прав от «31» июля 2018 года № 

<

***>/09 по договору банковского вклада №1755 от 31.07.2018 года, заключенным между Банком и залогодателем Обществом с ограниченной ответственностью «Оренсал» (ОГРН 

<

***>);

к) гарантийный депозит поручителя Общества с ограниченной ответственностью «Оренсал» на сумму 30 000 000 руб., сроком по 25.12.2018 (включительно), в соответствии с договором банковского вклада № 1755 от 31.07.2018, заключенным между Банком и обществом с ограниченной ответственностью «Оренсал» на условиях, предусмотренных в пп. 6.2.2 Положения Банка России от 28.06.2017 №590-П.

Впоследствии, соглашениями сторон от 31.10.2018 расторгнуты договор поручительства 

<

***>/08 от 31.07.2018, договор залога права 

<

***>/09 от 31.07.2018 и договор банковского вклада с ежемесячной выплатой процентов по вкладу от 31.07.2018 №1755, заключенные между Банком и ООО «Оренсал» (т.1 л.д.66-68).

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с иском о признании недействительными соглашений о расторжении указанных договоров, в связи с нарушением статей 10, 363, 365 ГК РФ.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктами 1, 2 ст. 168 ГК РФ установлено, что за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пунктам 3 и 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 ст. 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 ст. 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ").

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015, пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25).

В соответствии с пунктом 1 Постановления N 25 оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных норм права и разъяснений для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки, их сознательное, целенаправленное поведение на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Доказательства злоупотребления правом со стороны ответчиков при совершении оспариваемых сделок, как то заключение соглашений о расторжении обеспечительных сделок с намерением причинить вред другому лицу,  в обход закона с противоправной целью, в материалах дела отсутствуют.

В соответствии со статьей 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Поручительство является одним из способов обеспечения обязательства (п. 1 ст. 329 ГК РФ).

Согласно ст. 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В силу п. 1 ст. 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (п. 2 ст. 363  ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 399  ГК РФ до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Как следует из материалов дела, на момент возникновения поручительства ООО «Дорстройсервис», кредитный договор был обеспечен также договором поручительства от 06.10.2014 № 

<

***>/01, заключенным со ФИО9.

Позднее в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору между Банком и ООО «Строительная компания «ГПДС» заключены следующие договоры, которые также указаны в дополнительном соглашении от 31.07.2018 № 35 к кредитному договору:

- договор последующего залога доли в уставном капитале ООО «Строительная компания «ГПДС» от 28.11.2014 № 

<

***>/03;

- договор последующего залога движимого имущества от 31.12.2014 № 

<

***>/04, согласно которому в залог банку передано имущество (транспортные средства, самоходные машины 107 единиц) залоговой стоимостью 83 092 058,00 руб. (с учетом дополнительного соглашения № 13 от 26.10.2018 - 127 единиц залоговой стоимостью 237 517 142,00 руб.), т.2 л.д.119, 131;

- договор последующего залога движимого имущества от 31.12.2014 № 

<

***>/05, согласно которому в залог банку передано имущество (оборудование) залоговой стоимостью 47 234 461,00 руб., т.2 л.д.113; 

- договор о последующей ипотеке (залоге недвижимости) от 26.01.2015 № 

<

***>/06 (далее - договор об ипотеке), согласно которому в залог передано недвижимое имущество, общая залоговая стоимость которого по соглашению сторон составляет 62 530 060,00 руб. В настоящее время предмет залога, указанный в договоре об ипотеке находится в залоге только по кредитному договору от 06.10.2014 № 

<

***>, что подтверждается выписками из ЕГРП, т.2 л.д.108;

- договор залога от 25.07.2016 № 

<

***>/07, согласно которому в залог банку передано имущество (оборудование) залоговой стоимостью 2 195 000,00 руб.

Впоследствии, 31.07.2018,  в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору между банком и ООО «Оренсал» заключены договор поручительства 

<

***>/08, договор залога права №4509/09 и гарантийный депозит в соответствии с договором банковского вклада от 31.07.2018 №1755, что также отражено в  дополнительном соглашении от 31.07.2018 № 35 к кредитному договору.

В срок, предусмотренный кредитным договором (25.12.2018), кредит не был возвращен.

Определением суда от 03.10.2019 по делу №А47-14834-4/2018 (оставлено без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций) в реестр требований кредиторов включена задолженность должника ООО «Строительная компания «ГПДС» перед АКБ «Форштадт» (АО) в общей сумме 61 071 832 руб. 29 коп., из них 21 888 142 руб. 34 коп. - как требование, обеспеченное залогом имущества должника.

Решением суда от 02.12.2019 по делу №А47-14834/2018 (резолютивная часть решения объявлена 25.11.2019) ООО «Строительная компания «ГПДС» признано банкротом с открытием в отношении него процедуры открытием конкурсного производства сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим ООО «Строительная компания «ГПДС» утвержден ФИО10.

В связи с неисполнением обязательств по кредитному договору 

<

***> от 06.10.2014 банком 29.01.2019 предъявлено в Дзержинский районный суд г. Оренбурга исковое заявление к поручителю - ООО «Дорстройсервис» и наследникам умершего поручителя - ФИО9 (ФИО4, ФИО3, ФИО5) о взыскании задолженности по кредитному договору-1 и обращении взыскания на предмет залога, которое было принято судом к производству, гражданскому делу присвоен № 2-923/2019.

Решением Дзержинского районного суда г.Оренбурга с учетом апелляционного определения Оренбургского областного суда от 26.09.2019 по делу №33-7113/2019 исковые требования акционерного коммерческого банка «Форштадт» (акционерное общество) удовлетворены частично, с ООО «Дорстройсервис», ФИО4, ФИО3, ФИО5 солидарно в пользу   акционерного коммерческого банка «Форштадт» (акционерное общество) взыскана задолженность по кредитному договору 

<

***> от 06.10.2014, заключенному между акционерным коммерческим банком «Форштадт» (акционерное общество) и обществом с ограниченной ответственностью «ГПДС» в общей сумме 21 888 142 руб. 34 коп., ограничив ответственность ФИО4, ФИО3, ФИО5, каждого в отдельности, стоимостью перешедшего к каждому наследственного имущества в размере 1 359 247 руб. 80 коп. (т.2 л.д.41).

Требования истца обоснованы тем, что соглашения ответчиков о расторжении обеспечительных сделок  нарушают права и законные интересы истца, исполнившего часть обязательств заемщика; утрата обеспечения (поручительство, залог прав,  банковский вклад) ухудшает условия обеспечения основного обязательства по обстоятельствам, зависящим исключительно от кредитора, то есть банка, который по соглашению сторон с аффилированным лицом, существенно ухудшил обеспечение исполнения кредитного договора; имеет место отклонение действия банка от добросовестного поведения, которое должно быть направлено не на причинение имущественного вреда иным лицам (должнику и единственному поручителю), получение необоснованных имущественных выгод, возможности предъявления новых исков поручителю, а на погашение образовавшейся задолженности за счет наиболее быстрого и ликвидного обеспечения, а именно гарантийного депозита поручителя ООО «Орсенал» на сумму 30 000 000 руб., действовавшему дополнительно в течение месяца с даты возможной просрочки должником погашения обязательств по кредиту.

Истец указывает, что банк располагал информацией о финансовом состоянии должника и расторг обеспечительные сделки непосредственно перед началом просрочки по кредитному договору. Обстоятельства известности банку сведений о финансовом состоянии заемщика ответчиками не оспариваются.

Вместе с тем, как указывает представитель банка договоры, заключенные с ООО «Оренсал» в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору, были расторгнуты по соглашению сторон ввиду отсутствия необходимости в их сохранении.

Согласно п.1 ст.450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Исходя из общих начал гражданского законодательства, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункт 2 статьи 1, пункт 1 статьи 9 ГК РФ).

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора (п. 1). Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами (п. 2). Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (п. 4).

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 разъяснено, что в соответствии с п. 2 ст. 1 и ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

По смыслу приведенных норм права свобода в заключении договора означает свободный выбор стороны договора, условий договора, свободу волеизъявления на его заключение на определенных сторонами условиях. Стороны договора по собственному усмотрению решают вопросы о заключении договора и его содержании.

Как разъяснено в пункте 36 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 N 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством", если обязательство, по которому выдано поручительство, было обеспечено другим поручительством, залогом, банковской гарантией и т.п., то судам следует исходить из того, что прекращение иных обеспечительных сделок само по себе не прекращает поручительство. Иное может быть предусмотрено договором поручительства.

Исходя из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 N 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством", прекращение иных обеспечительных сделок не является ухудшением положения поручителя в понимании статьи 367 ГК РФ.

Кроме того, в соответствии со статьей 323 ГК РФ, при солидарной обязанности должника кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, при том как полностью, так и в части долга. Выбор того, каким образом распорядиться соответствующим способом защиты нарушенного права, предоставлен именно кредитору и сам по себе не может свидетельствовать о злоупотреблении правом.

Действующим законодательством не предусмотрено наличие согласия поручителя на заключение либо расторжение основным должником дополнительных сделок, обеспечивающих исполнение основного обязательства, поскольку обеспечительные сделки заключаются в целях уменьшения возможных убытков кредитора при неисполнении обязательств заемщиком.

Как указывает банк и следует из материалов дела, необходимость в сохранении обеспечительных сделок, заключенных  с ООО «Оренсал» отпала в связи с тем, что залог недвижимого имущества по договору о последующей ипотеке (залоге недвижимости) от 26.01.2015 № 

<

***>/06 стал первичным (последний кредитный договор, который был обеспечен предшествующим залогом был погашен заемщиком 20.08.2018 - договор кредитной линии от 06.10.2014 № 45608), в соответствии с п. 1.6 которого, общая залоговая стоимость предмета залога составляет 62 530 060 руб., а также в связи с предоставлением дополнительного обеспечения заемщиком (транспортные средства (20 единиц залоговой стоимостью более 154 млн.руб.) по договору последующего залога от 31.12.2014 № 

<

***>/04.

В подтверждение погашения задолженности по заключенным ранее с заемщиком кредитным договорам банком представлены выписки по счетам (т. 2 л.д. 141-148).   

Кроме того, как указывает банк, на момент расторжения оспариваемых соглашений просроченная задолженность по кредитному договору отсутствовала. 

Доказательств обратного материалы дела на содержат, истцом не приведены (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, довод банка об отсутствии необходимости в сохранении поручительства и гарантийных депозитов ООО «Оренсал» у следует признать обоснованным.

Следовательно, соглашения о расторжении последующих обеспечительных сделок, заключенных между банком и ООО «Оренсал», учитывая принцип свободы сторон договора и выбор его условий, свободу волеизъявления на сохранение либо расторжение договорных отношений, а также учитывая наличие достаточного обеспечения кредитного обязательства, информированность банка о финансовом состоянии заемщика, с учетом вынесения определения от 10.04.2018 по делу № А47-1400/2018 о возвращении заявления о признании   ООО «Строительная компания «ГПДС» банкротом, спорные соглашения нельзя признать экономически нецелесообразными.

Суд учитывает, что изначально, при заключении договора поручительства от 06 октября 2014  № 

<

***>/02 с ООО «Дорстройсервис», имелось только обеспечение кредитного договора  поручительством ФИО9, в соответствии с договором поручительства от 06 октября 2014 

<

***>/01, между тем, истец принял на себя солидарную ответственность за выполнение обязательств ООО «Строительная компания «ГПДС», принятых перед Банком по кредитному договору от 06.10.2014 

<

***>, по возврату основного долга и уплате причитающихся процентов.

При этом, в соответствии с п. 2.1 договора поручительства, поручитель (истец)  выразил согласие в том числе  с возможными изменениями условий кредитного договора, которые повлекут увеличение ответственности поручителя или иные неблагоприятные для него последствия, в том числе, но не исключительно, повышение размера процентной ставки за пользование кредитом, размера комиссий, сроков возврата кредита.

Каких-либо запретов на изменение обеспечения по кредитному договор поручительства  

<

***>/02 от 06.10.2014, заключенный между банком и ООО «Дорстройсервис», не содержит.

Кроме того, нельзя признать обоснованной ссылку истца на п.4 ст. 363 ГК РФ, исходя из следующего.

С 01.06.2015 Федеральным законом от 08.03.2015 N 42-ФЗ введена в действие новая редакция пункта 4 статьи 363 ГК РФ, согласно которой при утрате существовавшего на момент возникновения поручительства обеспечения основного обязательства или ухудшении условий его обеспечения по обстоятельствам, зависящим от кредитора, поручитель освобождается от ответственности в той мере, в какой он мог потребовать возмещения (статья 365) за счет утраченного обеспечения, если докажет, что в момент заключения договора поручительства он был вправе разумно рассчитывать на такое возмещение. Соглашение с поручителем-гражданином, устанавливающее иные последствия утраты обеспечения, является ничтожным.

Согласно статьи 2 Федерального закона от 08.03.2015 N 42-ФЗ он вступает в силу с 1 июня 2015 года. Положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. По правоотношениям, возникшим до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу настоящего Федерального закона, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

В данном случае утраты существовавшего на момент возникновения поручительства обеспечения основного обязательства, а равно ухудшение условий его обеспечения по обстоятельствам, зависящим от кредитора, не произошло, поскольку на момент возникновения поручительства ООО «Дорстройсервис» обеспечительных сделок со стороны ООО «Оренсал» не существовало.

При этом п. 4 ст. 363 ГК РФ к спорным отношениям не применим в связи с тем, что права и обязанности банка и истца по правоотношениям, связанным с прекращением дополнительного обеспечения,  возникли до дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Кроме того, нельзя признать обоснованной ссылку истца на аффилированность банка и ООО «Оренсал», отраженную в определении  от 03.10.2019 по делу № А47-14834/2018 (обособленный спор №а47-14834-4/2018) в обоснование требований о признании сделок недействительными, поскольку доказательств, подтверждающих заключение соглашений о расторжении обеспечительных сделок  исключительно в целях причинения вреда истцу, материалы дела не содержат, а наличие аффилированности между сторонами договорных отношений не может свидетельствовать, само по себе, о злоупотреблении правом и о ничтожности сделок на основании статьи 10 ГК РФ.

Таким образом,  разумные экономические мотивы совершения сделок имелись, учитывая изложенное, правовых оснований для признания сделок совершенных с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, а также при злоупотреблении правом, у суда не имеется.

При таких обстоятельствах, в удовлетворении заявленных исковых требований истцу следует отказать.

В соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины по делу также относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Дорстройсервис» отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области.

Судья                                       С.Т. Пархома