ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова, д. 30, корп. 2; тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; 

факс: (8452) 74-90-91, http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-12788/2021

г. Саратов

21 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена  16 марта 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 марта 2022 года.

 

     Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего – судьи Т.Н. Телегиной,

судей О.В. Лыткиной, В.Б. Шалкина

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания                    ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Волга-Комплекс-Строй», г. Волгоград, 

на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 октября 2021 года             по делу № А12-12788/2021

по иску общества с ограниченной ответственностью «Волга-Комплекс-Строй», г. Волгоград, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

к обществу с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Центр», г. Волгоград,  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Строй-К», г. Волгоград, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), 

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора,  предприниматель без образования юридического лица ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «Поволжский металлоцентр 2015», г. Волгоград,

о признании договоров расторгнутыми,

при участии в судебном заседании: от истца – ФИО3, представителя, доверенность от 04.08.2020 (ксерокопия в деле), ФИО4, представителя, доверенность от 14.10.2020 (ксерокопия в деле), от третьего лица – ФИО5, представителя, доверенность от 26.02.2020 № 34АА3004534 (ксерокопия в деле), остальные участники арбитражного процесса не явились, извещены о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом в порядке частей 1, 6 статьи 121, части 1 статьи 122, части 1 статьи 123, части 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов от 18.02.2022,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Волгоградской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Волга-Комплекс-Строй» с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Центр», обществу с ограниченной ответственностью «Строй-К» о признании договоров долевого участия в строительстве жилья от 14 июня 2017 года № С4-43, от 25 августа            2017 года № С4-47 расторгнутыми, а также взыскании 6000 руб. в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины.

     Решением Арбитражного суда Волгоградской области 12 октября 2021 года по делу № А12-12788/2021 в удовлетворении иска отказано.

     В соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определением от 15 марта 2022 года произведена замена судьи Н.В. Савенковой на судью О.В. Лыткину и сформирован следующий состав суда: председательствующий - судья Т.Н. Телегина,судьи О.В. Лыткина, В.Б. Шалкин для рассмотрения апелляционной жалобы общества с ограниченной ответственностью «Волга-Комплекс-Строй» на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 октября 2021 года по делу                    № А12-12788/2021. После замены судьи в процессе рассмотрения дела судебное разбирательство производится с самого начала.

     Не согласившись с принятым по делу судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «Волга-Комплекс-Строй» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение арбитражного суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении иска в полном объеме.

     Заявитель апелляционной жалобы считает, что арбитражным судом первой инстанции неправильно применены нормы материального и процессуального права, выводы, содержащиеся в решении, не соответствуют обстоятельствам дела: не дана оценка доводам истца о том, что спорные договоры долевого участия в строительстве жилья преданы новому застройщику, как неоплаченные, договоры уступки права требования (цессии) от 31 мая 2017 года являются недействительными, т. к. заключены после возбуждения дела № А12-55200/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» (процедура внешнего управления), на момент заключения договора цессии директор общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» не обладал соответствующими полномочиями (полномочия директора были переданы внешнему управляющему, полномочия органов управления должника прекращены), должник (общество с ограниченной ответственностью «Квадрострой») являлся неплатежеспособным, по данным договорам цессии застройщик не получил от общества с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Центр» равноценное исполнение обязательств по договорам долевого участия в строительстве жилья, соглашения о прекращении взаимных обязательств зачетом являются недействительными сделками, общество с ограниченной ответственностью «Квадрострой» и общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» являются аффилированными лицами.

     Общество с ограниченной ответственностью «Волга-Комплекс-Строй» представило дополнение к апелляционной жалобе, которое приобщено к материалам дела.

     Предприниматель без образования юридического лица ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «Поволжский металлоцентр 2015» представили письменные объяснения, возражали против доводов апелляционной жалобы, просили решение арбитражного суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

     Общество с ограниченной ответственностью «Поволжский металлоцентр 2015» обратилось с ходатайством о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие своего представителя. Ходатайство удовлетворено.

     Арбитражный апелляционный суд в порядке части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам.

     Решение суда является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права (пункт 10 раздела «Разрешение споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав». Судебная коллегия по гражданским делам. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 4 марта 2015 года № 1 (2015).

     Проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе и дополнении к ней, письменных объяснениях третьих лиц, выступлениях присутствующих в судебном заседании представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд не считает, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене по следующим основаниям.

     Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Центр» (участник долевого строительства) и общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» (застройщик) заключили договоры долевого участия в строительстве жилья от 14 июня 2017 года № С4-43, от 25 августа 2017 года № С4-47, по условиям которых застройщик обязался в предусмотренных договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) дом и после получения разрешения на ввод дома в эксплуатацию передать участнику долевого строительства объект долевого строительства  в доме, а участник долевого строительства обязался уплатить обусловленную цену договора и принять объект долевого строительства в порядке, предусмотренном настоящим договором, при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию дома.

     Общие положения, термины и определения установлены в разделах 1, предмет договоров – в разделах 2, цена договоров – в разделах 3, обязательства сторон – в разделах 4 договоров, права сторон – в разделах 5, ответственность сторон – в разделах 6, гарантии качества – в разделах 7, передача объекта долевого строительства – в разделах 8, расторжение договоров – в разделах 9, уступка прав требований по договорам – в разделах 10, обеспечение исполнение обязательств по договорам – в разделах 11, освобождение от ответственность (форс-мажор) – в разделах 12, заключительные и переходные положения, реквизиты сторон  – в разделах 13 заключенных договоров.

     В системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от                     23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

     В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

     Статья 307 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное  действие,  как-то:  передать  имущество,  выполнить  работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

     Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

     На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

     В силу положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

     Эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска.  Арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск. При подготовке к судебному разбирательству дела о взыскании по договору арбитражный суд определяет круг обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, к которым относятся обстоятельства о соблюдении правил его заключения, наличии полномочий на заключение договора у лиц, его подписавших (пункты 1, 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств»). 

     В силу пунктов 1-4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

     Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.  

     Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

     Принцип свободы договора предполагает добросовестность действий его сторон, разумность и справедливость его условий, в частности, их соответствие действительному экономическому смыслу заключаемого соглашения.

     Свобода договора предполагает, что стороны действуют по отношению друг к другу на началах равенства и автономии воли и определяют условия договора самостоятельно в своих интересах, при этом не означает, что стороны при заключении договора могут действовать и осуществлять права по своему усмотрению без учета прав других лиц (своих контрагентов), а также ограничений, установленных Кодексом и другими законами. 

     Норма, определяющая права и обязанности сторон договора, толкуется судом исходя из ее существа и целей законодательного регулирования, то есть суд принимает во внимание не только буквальное значение содержащихся в ней слов и выражений, но и те цели, которые преследовал законодатель, устанавливая данное правило (пункт 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 марта 2014 года № 16 «О свободе договора и ее пределах»). 

     Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской федерации. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду (пункт 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»). 

     Заключенные сторонами договоры долевого участия в строительстве жилья от 14 июня 2017 года № С4-43, от 25 августа 2017 года № С4-47 регулируются, как общими положениями гражданского законодательства, так и специальными нормами для отдельных видов обязательств, содержащихся в параграфах 1, 3, 4  главы 30 «Купля-продажа», параграфах 1, 3, 5 главы 37 «Подряд» Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральном законе от 25 февраля 1999 года              № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений», Федеральном законе от 30 декабря 2004 года № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации». Договоры не признаны недействительными или незаключенными в установленном законом порядке.

     Договор участия в долевом строительстве по своей правовой природе является смешанным договором, содержащим элементы договора купли-продажи, строительного подряда, долевого строительства, следовательно, стороны такого договора должны сотрудничать в силу норм статьи 750 Гражданского кодекса Российской Федерации и принимать все зависящие от них меры по устранению препятствий к надлежащему исполнению заключенного договора. 

     В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона от 30 декабря                            2004 года № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» по участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

     Согласно пунктам 3.2 договоров уплата цены договоров производится участником долевого строительства в течение 2-х дней с момента государственной регистрации настоящего договора.

     В соответствии с пунктом 1 статьи 5 Закона об участии в долевом строительстве цена настоящих договоров складывается из суммы денежных средств на возмещение затрат на строительство (создание) объекта долевого строительства и денежных средств на оплату услуг застройщика (пункты 3.3 договоров).

     Общество с ограниченной ответственностью «Волга-Комплекс-Строй» (новый застройщик) и общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» (первоначальный застройщик) заключили соглашение от 15 апреля 2019 года о передаче прав и обязанностей по договору аренды от 30 июля 2013 года № 126/13 земельного участка, расположенного по адресу: Волгоградская область, Городищенский район, р. 

<

...>.

     Общество с ограниченной ответственностью «Волга-Комплекс-Строй» (новый застройщик) и общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» (первоначальный застройщик) заключили договор от 16 апреля 2019 года о передаче новому застройщику функций застройщика для завершения строительства трехэтажного дома № 4 малоэтажной застройки в пер. Свободный в                                 мкр. р. п. Городище Городищенского района Волгоградской области.

     Постановлением Администрации Городищенского муниципального района от 21 августа 2019 № 726-п внесены изменения в разрешение на строительство от              10 апреля 2013 года № RU34503101-388.

     Вышеуказанные обстоятельства преюдициально установлены постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17 мая 2021 года по делу                 № А12-15036/2020.

     В соответствии с положениями части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

     Преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Она распространяется также на содержащуюся в судебном акте, приговоре, вступившем в законную силу, констатацию тех или иных обстоятельств, которые входили в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу. Факты, которые входили в предмет доказывания, были исследованы и затем отражены судебным актом, приобретают качества достоверности и незыблемости, пока акт не отменен или не изменен путем надлежащей процедуры.

     Одним из главных инструментов, способствующих достижению стабильности российского правопорядка и непротиворечивости судебных актов, является использование принципа преюдиции, который освобождает участников будущих споров от обязанности доказывать те обстоятельства, которые были установлены вступившим в законную силу судебным актом, по спору между теми же лицами                  (части 2 - 4 статьи  69 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации). Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать соответствующие обстоятельства, но и невозможность их опровержения. Такое положение существует до отмены судебного акта, установившего данные обстоятельства, в предусмотренном законом порядке.

     Аналогичная правовая позиция содержится в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 года № 30-П: признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам. К числу оснований для такого пересмотра относится установление приговором суда преступлений против правосудия (включая фальсификацию доказательств), совершенных при рассмотрении ранее оконченного дела.

     Истец в обоснование своих требований указывает, что от первоначального застройщика новому застройщику переданы документы по строительству указанного дома, в том числе документы по договорам долевого участия в строительстве жилья, по которым не поступила оплата. В числе таких договоров переданы договоры долевого участия в строительстве жилья от 14 июня 2017 года № С4-43, от 25 августа 2017 года № С4-47. Между тем, акт приема-передачи договоров или иная документация, свидетельствующая о произведенных расчетах за жилые помещения в указанном доме, не представлена.

     В соответствии с пунктом 4 статьи 5  Федерального закона от 30 декабря                  2004 года № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» в случае, если  уплата цены договора должна производиться участником долевого строительства путем единовременного внесения платежа, просрочка внесения платежа в течение более чем два месяца является основанием для одностороннего отказа застройщика от исполнения договора в порядке, предусмотренном статье 9 настоящего Федерального закона. В указанном случае застройщик вправе расторгнуть договор не ранее чем с 30 дней после направления в установленном Законом № 214-ФЗ в письменной форме предупреждения о необходимости погашения участником долевого строительства задолженности по уплате цены договора и о последствиях неисполнения данного требования. При одностороннем отказе одной из сторон от исполнения договора договор считается расторгнутым со дня направления другой стороне уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора. Указанное уведомление должно быть направлено по почте заказным письмом с описью вложения (пункты 3, 4 статьи 9 Закона № 214-ФЗ).

     Таким образом, основанием для расторжения договора долевого участия в строительстве является отсутствие оплаты по нему.

     Новый застройщик направлял участнику долевого строительства предупреждение о необходимости оплатить жилые помещения, в частности, истцом направлено предупреждение от 6 ноября 2019 года (письмо от 8 ноября 2019 года). 

     Оплата по договорам долевого участия в строительстве многоквартирного дома так и не поступила от ответчика, в связи с чем, письмом от 14 января 2020 года истец направил обществу с ограниченной ответственностью «Центр» уведомления от 24 декабря 2019 года об отказе от исполнения договоров долевого участия в строительстве жилья от 14 июня 2017 года № С4-43, от 25 августа 2017 года № С4-47.

     Истец указал, что общество с ограниченной ответственностью «Центр» (цедент) и предприниматель без образования юридического лица ФИО2 (цессионарий) заключили договоры цессии от 12 сентября 2018 года, при этом право требования по договору долевого участия в строительстве жилья от 25 августа 2017 года № С4-47 осталось у предпринимателя без образования юридического лица ФИО2, а право требования по договору долевого участия в строительстве жилья от 14 июня  2017 года № С4-43 было передано обществу с ограниченной ответственностью «Поволжский металлоцентр 2015». Однако застройщик не был своевременно уведомлен о состоявшихся уступках. 

     Так, в соответствии с разделом 10 договоров долевого участия в строительстве жилья новый участник долевого строительства обязан письменно уведомить застройщика об уступке в срок не позднее пяти календарных дней с даты подписания договора уступки с предоставлением застройщику одного подлинного экземпляра такого договора. 

     Истец указал, что никто из новых участников не уведомил застройщика в установленном порядке.

     Общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» (застройщик), общество с ограниченной ответственностью «Волга-Комплекс-Строй» (новый застройщик) и общество с ограниченной ответственностью «Специализированный застройщик «Центр» (участник долевого строительства) заключили дополнительное соглашение от 30 августа 2019 года к договору  долевого участия в строительстве жилья от 14 июня 2017 года № С4-43, по условиям которого застройщик передает свои права и обязанности новому застройщику по договору  долевого участия в строительстве жилья от 14 июня 2017 года № С4-43 с момента подписания сторонами настоящего дополнительного соглашения. 

     В соответствии со статьей 10 Закона № 214-ФЗ уступка участником долевого строительства прав требований по договору допускается только после уплаты им цены договора или одновременно с переводом долга на нового участника долевого строительства в порядке, установленном Гражданским кодексом Российской Федерации.

     Истец, ссылаясь на то, что задолженность по договорам долевого участия в строительстве жилья от 14 июня 2017 года № С4-43, от 25 августа 2017 года № С4-47 не была передана новым участникам долевого строительства, обратился в арбитражный суд первой инстанции с настоящим иском о признании данных договоров расторгнутыми. 

     Согласно нормам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на     которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

     Частью 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

     Арбитражный суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении иска по следующим основаниям.

     Общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» (застройщик) на основании договоров долевого участия в строительстве жилья от 14 июня                    2017 года № С4-43, от 25 августа 2017 года № С4-47 приняло на себя обязательства по строительству многоквартирного дома (строительный адрес: трехэтажный дом № 4 малоэтажной застройки в пер. Свободный, в мкр. Разгуляевка, р. п. Городище Городищенского р-на, Волгоградской области, на земельном участке 1,8 га, кадастровый номер 34:03:230005:1595) и передаче участнику долевого строительства – обществу с ограниченной ответственностью «Центр» однокомнатной квартиры с условным (на время строительства) номером 43, находящейся на третьем этаже дома, общей площадью квартиры 30,33 кв. м, жилой площадью 16,1 кв. м, площадь балкона 2,3 кв. м; цена договора - 970560 руб., исходя из стоимости квадратного метра площади 32000 руб.; срок оплаты - 2 дня с момента государственной регистрации настоящего договора; однокомнатной квартиры с условным (на время строительства) номером 47, находящейся на первом этаже дома, общей площадью 36,32 кв. м, жилой площадью 16,65 кв. м, площадь балкона 2,3 кв. м; цена договора - 1162240 руб., исходя из стоимости квадратного метра площади 32000 руб., срок оплаты - 2 дня с момента государственной регистрации настоящего договора.

     В силу пункта 2 статьи 398 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение об уступке требования по сделке, требующей государственной регистрации, должно быть зарегистрировано в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

     Порядок государственной регистрации договора участия в долевом строительстве, договора об уступке прав требований по договору участия в долевом строительстве и прав участника долевого строительства на объект долевого строительства установлен статьей 48 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

     Государственная регистрация договора долевого участия в строительстве жилья от 14 июня  2017 года № С4-43 произведена Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области  5 июля 2017 г, номер в реестре 34:03:230005:1595-34/001/2017-33, что подтверждено отметкой на договоре. 

     Оплата цены названного договора участником долевого строительства произведена путем зачета встречного требования к застройщику - обществу с ограниченной ответственностью «Строй-К» по договору уступки права требования (цессии) от 31 мая 2017 года.

     Общество с ограниченной ответственностью «Центр» (цедент) и общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» (цессионарий)  заключили договор уступки права требования (цессии) от 31 мая 2017 года, по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял право требования долга с общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» на сумму 970560 руб. по договору подряда от 27 июня 2016 года № 27/16, заключенному цедентом и обществом с ограниченной ответственностью «Квадрострой». 

     Общество с ограниченной ответственностью «Центр» (строна-1) и общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» (сторона-2) заключили соглашение о прекращении взаимных обязательств зачетом от 6 июля 2017 года, в соответствии с которым стороны прекратили встречные однородные требования путем проведения зачета на сумму 970560 руб. Данное соглашение не признано недействительным или незаключенным в установленном законом порядке.

     Отсутствие претензий  общества с ограниченной ответственностью «Строй-К» к обществу с ограниченной ответственностью «Центр» на сумму 970560 руб. подтверждается справкой от 10 сентября 2018 года № 1/43.

     Государственная регистрация долевого участия в строительстве жилья от                    25 августа 2017 года № С4-47 не оспаривалась лицами, участвующими в деле. Оплата цены названного договора участником долевого строительства произведена  путем зачета встречного требования к застройщику - обществу с ограниченной ответственностью «Строй-К» по договору уступки права требования (цессии) от     31 мая 2017 года.

     Общество с ограниченной ответственностью «Центр» (цедент) и общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» (цессионарий)  заключили договор уступки права требования (цессии) от 31 мая 2017 года, по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял право требования долга с общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» на сумму 1162240 руб. по договору подряда от 12 апреля 2016 года № 12/14, заключенному цедентом и обществом с ограниченной ответственностью «Квадрострой». 

     Общество с ограниченной ответственностью «Центр» (строна-1) и общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» (сторона-2) заключили соглашение о прекращении взаимных обязательств зачетом от 19 сентября 2017 года, в соответствии с которым стороны прекратили встречные однородные требования путем проведения зачета на сумму 1162240 руб. Данное соглашение не признано недействительным или незаключенным в установленном законом порядке.

     Отсутствие претензий  общества с ограниченной ответственностью «Строй-К» к обществу с ограниченной ответственностью «Центр» на сумму 1162240 руб. подтверждается справкой от 10 сентября 2018 года № 1/47.

     Согласно части 10 статьи 48 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация соглашения (договора), на основании которого производится уступка прав требований участника долевого строительства по договору участия в долевом строительстве (далее - договор об уступке прав требований по договору участия в долевом строительстве), осуществляется по заявлению сторон договора о такой уступке (цедента и цессионария). Для государственной регистрации договора об уступке прав требований по договору участия в долевом строительстве также необходимы:

     1) договор об уступке прав требований по договору участия в долевом строительстве;

     2) справка, подтверждающая полную или частичную уплату цены договора участия в долевом строительстве цедентом застройщику, выступающему стороной договора участия в долевом строительстве, с указанием размеров и сроков внесения платежей и выданная таким застройщиком или банком, через который осуществлялись указанные платежи.

     Арбитражный суд первой инстанции учел, что договоры долевого участия, равно, как и договоры цессии к ним, прошли государственную регистрацию. Ни сами договоры, ни факт их государственной регистрации до настоящего времени никем не оспорены, данные сделки не признаны недействительными или незаключенными. Вышеуказанные справки от 10 сентября 2018 года №№ 1/43, 1/47, прошедшие правовую экспертизу в органе, осуществляющем государственную регистрацию прав на недвижимость,  являются надлежащими доказательствами факта оплаты по договорам долевого участия в строительстве жилья.

     Общество с ограниченной ответственностью «Центр» (цедент) и предприниматель без образования юридического лица ФИО2 (цессионарий) заключили договоры цессии от 12 сентября 2018 года, по условиям которого цедент уступил, а цессионарий принял право требования по договорам долевого участия в строительстве жилья от 14 июня  2017 года № С4-43, от 25 августа 2017 года № С4-47  в части права требования объектов, указанных и описанных в пунктах 1.3 настоящих договоров.

     Возможность уступки права требования к застройщику новому участнику долевого строительства прямо предусмотрена условиями договоров долевого участия в строительстве жилья от 14 июня 2017 года № С4-43, от 25 августа               2017 года № С4-47.

     На основании договора цессии, зарегистрированного УправлениемФедеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области в реестре за № 34:03:230005:1595-34/110/2019-142, предприниматель без образования юридического лица ФИО2 уступил обществу с ограниченной ответственностью «Поволжский металлоцентр 2015» право требования к застройщику по договору долевого участия в строительстве жилья от 25 августа 2017 года № С4-47.

     Арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договоры цессии от 31 мая 2017 года, соглашения  о прекращении взаимных обязательств зачетом между обществом с ограниченной ответственностью «Строй-К»  и  обществом с ограниченной ответственность «Центр» не противоречат действующему законодательству.

     Апеллянт считает, что договоры цессии от 31 мая 2017 года являются недействительными (мнимыми), т. к. так как они заключены после возбуждения Арбитражным судом Волгоградской области дела № А12-55200/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» (28 сентября 2016 года), введения в отношении должника процедур наблюдения (7 октября 2016 года), внешнего управления (24 мая                                 2017 года), принятия Арбитражным судом Волгоградской области решения об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства                              (18 августа 2017 года), завершения процедуры конкурсного производства (22 июля 2020 года), внесения в Единый государственный реестр юридических лиц записи о ликвидации юридического лица (2 сентября 2020 года), договоры от имени общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» заключены неуполномоченным лицом.

     Истец в качестве оснований недействительности сделок указал на то, что на момент заключения договоров цессии должник, право требования долга с которого передано обществу с ограниченной ответственностью «Строй-К», находился в процедуре банкротства – внешнем управлении, то есть общество с ограниченной ответственностью «Центр» передало обществу с ограниченной ответственностью «Строй-К» задолженность, взыскание которой невозможно и фактически не намеревалось выполнять свои обязательства, как участник долевого строительства, и вносить оплату по договорам долевого участия. Истец полагает, что общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» заблуждалось, совершая оспариваемые сделки, фактически оплата по договорам долевого участия в строительстве не произведена. Данный довод подлежит отклонению, как несостоятельный, в связи со следующим.

     Согласно положениям статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. 

     В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

     Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Как разъяснено в пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исходя из системного толкования абзаца первого пункта 3 статьи 166, пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

     В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Отсутствие этого указания в исковом заявлении является основанием для оставления его без движения (статья 128 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

     Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить  другой   все   полученное   по   сделке,   а   в   случае   невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. 

     Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

     Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

     Мнимые сделки представляют собой действия, совершаемые для того, чтобы обмануть определенных лиц, не участвующих в этой сделке, создав у них ложное представление о намерениях участников сделки. Мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка их не связывает, и они не имеют намерений исполнять ее либо требовать ее исполнения.

     Мнимые сделки относятся к сделкам с пороками воли, поскольку волеизъявление сторон, облеченное в надлежащую форму, расходится с их внутренней волей.

     Из содержания указанной нормы следует, что квалифицирующим признаком мнимой сделки является цель ее заключения.

     При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. 

     По смыслу положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны при заключении мнимой сделки не преследуют цели совершения какой-либо сделки вообще, не намереваются совершить какие-либо действия, влекущие правовые последствия. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

     Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

     Предъявляя иск о признании сделки недействительной, истец в силу положений части 1 статьи 4, частей 2, 3 статьи 44, статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен доказать, что данной сделкой нарушены или оспорены его права, удовлетворение иска приведет к восстановлению нарушенного права истца, а также должен указать, какому закону противоречит оспариваемая им сделка, при этом суд в силу статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен рассмотреть иск по тем основаниям, которые обозначены истцом, дать им оценку и сделать соответствующие выводы (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

     Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется участниками сделки и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса, то есть избранный способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

     Следовательно, эффективная судебная защита возможна, когда избранный способ защиты нарушенного права направлен на реальное восстановление нарушенного материального права или защиту законного интереса. Заинтересованное лицо должно обосновать, каким образом обращение в суд с заявленным требованием будет способствовать восстановлению его прав. В противном случае право на заявленный иск (требование) в рамках конкретного дела у стороны спора отсутствует.

     Под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее юридически значимый интерес в данном деле. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 ноября 2006 года № 9148/06).

     Заинтересованность в оспаривании сделки в силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит доказыванию истцом.

     В соответствии с пунктом  71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

     Отказ в иске на том основании, что требование истца основано на оспоримой сделке, возможен только при одновременном удовлетворении встречного иска ответчика о признании такой сделки недействительной или наличии вступившего в законную силу решения суда по другому делу, которым такая сделка признана недействительной.

     Возражение ответчика о том, что требование истца основано на ничтожной сделке, оценивается судом по существу независимо от истечения срока исковой давности для признания этой сделки недействительной.

     Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 апреля 2009 года № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

     В случаях, когда заявитель, в силу объективных причин, не может обладать всей полнотой информации о фактических обстоятельствах, положенных в основу заявления, судебная практика выработала следующий подход: заявитель представляет прямые или косвенные доказательства, позволяющие хотя бы с малой степенью вероятности усомнится в достоверности доводов другой стороны, после чего на последнего (в данном случае, на истца и ответчика) ложится бремя опровержения представленных заявителем доказательств.

     Как разъяснено в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 7 октября 2019 года № 307-ЭС17-11745(2) по делу № А56-83793/2014, бремя опровержения представленных уполномоченным органом доводов возлагается на процессуального оппонента. При этом, ответчику, защищаясь против предъявленного иска, недостаточно ограничиться только отрицанием обстоятельств, на которых настаивает истец, необходимо представить собственную версию инкриминируемых ему событий. 

     Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25 июля                2016 года № 305-ЭС16-2411 по делу № А41-48518/2014, Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от              29 октября 2018 года № 308-ЭС18-9470 по делу № А32-42517/2015. 

     К отношениям, отягощенным банкротным элементом, применим повышенный стандарт доказывания истцом обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре, поскольку это обусловлено публично-правовым характером процедур банкротства, который неоднократно отмечался Конституционным Судом Российской Федерации (Постановления от 22 июля 2002 года № 14П, от 19 декабря 2005 года № 12-П, Определения от 17 июля 2014 года №№ 1667-О, 1668-О, 1669-О, 1670-О, 1671-О, 1672-О, 1673-О, 1674-О). 

     Верховный Суд Российской Федерации также неоднократно указывал, что при нахождении должника в статусе банкротящегося лица судам необходимо применять повышенный стандарт доказывания при рассмотрении требований об установлении задолженности, что должно выражаться в проведении более тщательной проверки обоснованности предъявленных требований, представленных истцом доказательств.

     При рассмотрении требований к банкротящемуся лицу проверка обоснованности заявленных исковых требований осуществляется судом более углубленно по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

     Критерии достаточности доказательств (стандарт доказывания), позволяющие признать требования обоснованными, устанавливаются судебной практикой. В делах о банкротстве к кредиторам, заявляющим свои требования, предъявляется, как правило, повышенный стандарт доказывания.

     При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

     Действия сторон могут быть направлены на создание искусственного документооборота для получения большей выгоды в рамках дела о несостоятельности банкротящегося ответчика.

     Реальность правоотношений и размер правопритязаний в рамках настоящего дела подлежат подтверждению предусмотренными договорами документами в совокупности (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от                          2 октября 2020 года № Ф06-65248/2020 по делу № А57-9508/2019).

     Согласно сложившейся судебной практике в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений, тем самым, прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2016 года). Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

     Наличие корпоративных либо иных связей между стороной сделки и должником объясняет мотивы совершения сделок. По смыслу указанной позиции отношения, обусловливающие наличие соответствующих мотивов, могут быть как юридически формализованными, так и фактическими (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 года № 308-эс16-1475). 

     Применение повышенного стандарта доказывания необходимо при оценке обоснованности требований, проистекающих из сделок с заинтересованными по отношению к должнику лицами. Связано это, прежде всего, с тем, что в условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между таким кредитором и должником, носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами - собственниками бизнеса (через аффилированных лиц), если должник юридическое лицо. Подобные споры характеризуются, в частности, предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

     При этом доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 года № 948-1                         «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

     При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

     Утверждение апеллянта о том, что общество с ограниченной ответственностью «Квадрострой» и общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» являлись аффилированными юридическими лицами, ничем не подтверждено. Прилагаемые к дополнениям к апелляционной жалобе документы не являются таковыми в силу следующего.

     Во-первых, ни постановлениями о возбуждении уголовного дела и приостановлении предварительного расследования, ни постановлением о признании потерпевшим не установлен факт аффилированности общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» и общества с ограниченной ответственностью «Строй-К». Приговор суда, которым могло быть установлено данное обстоятельство, имеющее преюдициальное значение для рассмотрения дела № А12-12788/2021, отсутствует.  

     Во-вторых, апеллянт не указал конкретный признак из числа перечисленных в статье 4 Закона РСФСР от 22 марта 1991 года № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», по которому общество с ограниченной ответственностью «Квадрострой» и общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» могут быть отнесены к числу аффилированных лиц, равно, как и не указал, каким образом данное обстоятельство влияет на юридическое содержание договоров, заключенных обществом с ограниченной ответственностью «Строй-К» и обществом с ограниченной ответственностью «Центр», и правовые последствия их заключения. При этом ни представленные апеллянтом копии материалов уголовного дела, ни материалы арбитражного дела не содержат доказательства аффилированности общества с ограниченной ответственностью «Центр», как приобретателя по договору долевого участия в строительстве жилья, с обществом с ограниченной ответственностью «Строй-К» или обществом с ограниченной ответственностью «Квадрострой».

     В-третьих, представленные апеллянтом документы относятся к совершенно иным событиям (заключение договоров долевого участия в строительстве жилья лицами при совершенно отличных обстоятельствах), и не содержат даже упоминания об обстоятельствах заключения сделок, являющихся предметом изучения в настоящем арбитражном деле.

     В-четвертых, сами по себе отдельные копии материалов уголовного дела не являются абсолютными доказательствами установления того или иного юридического факта, поскольку доказательства в уголовном деле оцениваются в их совокупности. В материалах дела могут находиться доказательства, содержащие противоречивые сведения, поэтому оценку им может дать только суд в выносимом приговоре, который по уголовному делу № 12001180001000056 не вынесен. При отсутствии подлинных документов и надлежащим образом заверенных копий, приложения к дополнениям к апелляционной жалобе не могут быть признаны надлежащими доказательствами по настоящему делу в силу норм статей 68, 71, 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

     Исходя из положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации к числу существенных условий в договоре цессии относится определение субъективного обязательственного права, которое подлежит передаче.

     Поскольку целью сделки является передача обязательственного права требования от одного лица (первоначального кредитора, цедента) другому лицу (цессионарию), то существенными условиями договора цессии являются указание на цедента и цессионария, а также на характер действий цедента: цедент передает или уступает право требования, а цессионарий соглашается принять или принимает это право (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2015 года № 70-КГ14-7).

     Согласно статье 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

     Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

     В соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

     Согласно статье 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

     Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

     В силу пункта 3 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное.

     В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 8 сентября 2009 года                 № 5477/09 по делу № А19-5536/08-10, если отсутствуют доказательства наличия воли сторон передать имущество без какого-либо встречного предоставления, сделка по передаче имущества признается возмездной.

     Исходя из буквального толкования условий заключенных договоров уступки права требования (цессии) от 31 мая 2017 года, общество с ограниченной ответственностью «Центр» (цедент) передало обществу с ограниченной ответственностью «Строй-К» (цессионарию)  право требования с должника - общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» задолженности в  сумме 970560 руб. по договору подряда от 27 июня 2016 года № 27/16, заключенному цедентом и обществом с ограниченной ответственностью «Квадрострой», задолженности на сумму 1162240 руб. по договору подряда от                 12 апреля 2016 года № 12/14, заключенному цедентом и обществом с ограниченной ответственностью «Квадрострой». 

     Общество с ограниченной ответственностью «Центр» (подрядчик) и общество с ограниченной ответственностью «Квадрострой» (заказчик) заключили договор подряда от 27 июня 2016 года № 27/16 на выполнение работ по устройству кровли на объекте заказчика: г. Волгоград, 

<

...>.

     Общество с ограниченной ответственностью «Центр» во исполнение вышеназванного договора подряда произвело работы и передало их результаты обществу с ограниченной ответственностью «Квадрострой», что подтверждается представленными в материалы дела актами о приемке выполненных работ и справками о стоимости выполненных работ и затрат (т. 1, л. д. 107-128).

     Общество с ограниченной ответственностью «Центр» (подрядчик) и общество с ограниченной ответственностью «Квадрострой» (заказчик) заключили договор подряда от 12 апреля 2016 года № 12/14 на выполнение работ по устройству кровли из металлочерепицы с подшивой, водосливами, утеплением чердаков и вентиляционных шахт на объекте заказчика «Строительство трехэтажных жилых домов под «ключ» на территории р. п. Средняя Ахтуба во исполнение областной адресной программы «Переселение  граждан из аварийного жилищного фонда на территории Волгоградской области в 2013-2017 годах», дома №№ 5, 6, расположенных в пределах городского поселения р. п. Средняя Ахтуба.

     Общество с ограниченной ответственностью «Центр» во исполнение вышеназванного договора подряда произвело работы и передало их результаты обществу с ограниченной ответственностью «Квадрострой», что подтверждается представленными в материалы дела актами о приемке выполненных работ и справками о стоимости выполненных работ и затрат (т. 1, л. д. 144-153).

     Таким образом, по оспариваемым договорам цессии были уступлены реально существующие задолженности к должнику.

     Цедент передал цессионарию оригиналы документов, подтверждающих действительность уступаемого права, исполнив, таким образом, свои обязанности по договорам.

    После заключения договоров цессии от 31 мая 2017 года цессионарий (общество с ограниченной ответственностью «Строй-К») не предъявляло цеденту (обществу с ограниченной ответственностью «Центр») никаких претензий по существу совершенных сделок, а также в связи с исполнением/неисполнением цедентом обязанностей по договорам цессии.

     Как разъяснено в пункте 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 октября 2007 года № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», не передача цедентом цессионарию документов, удостоверяющих переданное последнему право (требование), само по себе не свидетельствует о том, что данное право (требование) не перешло к цессионарию.

     Договоры цессии не содержат условий о встречных обязательствах цедента, неисполнение которых предполагает право цессионария отказаться от оплаты полученного права требования, следовательно, в силу статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» обязано было исполнить обязательство по оплате переданного ему права требования. Вместе с тем, обязанность по оплате уступаемых требований не исполнена цессионарием в установленные договорами сроки (до 30 июня 2017 года и до 31 августа 2017 года соответственно). Наличие соответствующей задолженности явилось основанием для заключения впоследствии соглашений о зачете встречных требований, в результате которых у общества с ограниченной ответственностью «Строй-К» погасились обязанности по оплате приобретенного на основании договоров цессии права требования перед обществом с ограниченной ответственностью «Центр», а у последнего, в свою очередь, погасилась обязанность оплатить в пользу общества с ограниченной ответственностью «Строй-К» по договорам долевого участия в строительстве жилья.

     При этом сам факт заключения соглашений о зачете встречных требований является дополнительным подтверждением того, что общество с ограниченной ответственностью «Строй-К» признавало наличие у него задолженностей перед обществом с ограниченной ответственностью «Центр» по договорам цессии.

     Арбитражный апелляционный суд не усматривает нарушения требований Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в результате заключения оспариваемых сделок, т. к. общество с ограниченной ответственностью «Квадрострой» являлось должником, спорные задолженности возникли до принятия заявления о признании его несостоятельным (банкротом), в результате заключения договоров цессии не были ущемлены требования кредиторов, т. к. произошла только замена кредитора. 

     Действующим законодательством не запрещена уступка права требования к должнику, находящемуся в процессе его банкротства (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 30 января 2015 года № Ф09-8924/14 по делу № А34-267/2014).

     Нахождение на момент заключения договора цессии лица, чей долг служит предметом уступаемого права, в процедуре банкротства (внешнего управления) не является препятствием для заключения договора цессии, поскольку не влечет изменения даты возникновения требований к должнику по оплате задолженности, а также не изменяет очередность, предусмотренную Законом о несостоятельности (банкротстве). Никакие права должника (общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» не нарушены в связи с заключением договоров цессии. Ни внешний управляющий, ни в последующем конкурсный управляющий не оспорили в установленном законом порядке заключенные соглашения о зачете взаимных требований.

     Кроме того, такие обстоятельства, как низкая платежеспособность должника, возбуждение в отношении должника процедуры банкротства, обнаружившееся фактическое несоответствие суммы задолженности, причитающейся новому кредитору от должника, цене уступаемого права (по обстоятельствам, не зависящим от цедента, в частности, вследствие изменения экономической ситуации) не свидетельствуют о существенном изменении обстоятельств по смыслу пунктов 1 и 2 статьи 451 Гражданского кодекса Российской Федерации. Цедент по общему правилу не отвечает за неисполнение должником уступленного цессионарию требования (статья 390 Гражданского кодекса Российской Федерации), цессионарий, как субъект предпринимательской деятельности, принимает связанные с ней риски, которые он имеет возможность оценить при заключении договора, негативные последствия непредусмотрительности цессионария не могут быть возложены на цедента (постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14 июля 2020 года № Ф04-2425/20 и от 23 мая 2017 года № Ф04-1297/17, Арбитражного суда Московского округа от 21 января 2019 года № Ф05-22654/18, Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 28 сентября 2011 года № Ф02-3729/11, Федерального арбитражного суда Центрального округа от 19 августа 2011 года № Ф10-3037/11, Федерального арбитражного суда Уральского округа от 2 августа 2011 года                    № Ф09-4424/11, Седьмого арбитражного апелляционного суда от 3 марта 2020 года № 07АП-523/20). 

     Исполнение договоров уступки права требования (цессии) от 31 мая 2017 года в условиях несостоятельности (банкротства) общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» произведено путем включения общества с ограниченной ответственностью «Строй-К» в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» с последующим получения суммы задолженности в процедуре банкротства. Факт возможной неподачи такого заявления в арбитражный суд не может свидетельствовать о неисполнении договоров уступки права требования (цессии) от 31 мая 2017 года.

     Довод апеллянта о том, что договоры уступки права требования (цессии) от             31 мая 2017 года подписаны от имени общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» неуполномоченным лицом, также подлежит отклонению, как несостоятельный.

     Согласно положениям статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

     Пунктом 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, совершенная одним лицом (представляемым) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

     Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель.

     Действия работников представляемого по исполнению обязательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, могут свидетельствовать об одобрении, при условии, что эти действия входили в круг их служебных (трудовых) обязанностей, или основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац 2 пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).    

     В соответствии со статьей 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку, а последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

     Согласно пункту 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 октября 2000 года № 57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации, арбитражным судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым могут пониматься, в частности, конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства, реализация других прав и обязанностей по сделке), а действия работников представляемого по исполнению обязательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, могут свидетельствовать об одобрении, при условии, что эти действия входили в круг их служебных (трудовых) обязанностей, или основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     В статье 402 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника. Должник отвечает за эти действия, если они повлекли неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

     Вышеуказанные договоры цессии заверены печатью общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой».

     Заверение печатью организации подписи лиц на документах при отсутствии доказательств того, что они не являются сотрудниками этих предприятий, свидетельствует о полномочности таких лиц выступать от имени данных организаций (Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2009 года № ВАС-14824/09 по делу № А75-7690/2007).

     Юридическое значение печати юридического лица заключается в удостоверении того факта, что соответствующий документ исходит от юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота и субъектом предпринимательского права.

     С учетом фактических обстоятельств дела, действий уполномоченного представителя общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой», заверением его подписи печатью организации, не вызывает сомнений в наличии у данного лица полномочий на подписание договоров цессии, так как эти полномочия явствовали из обстановки (абзац пункта 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     Арбитражный суд первой инстанции также дал оценку заключенным обществом с ограниченной ответственностью «Центр» (строной-1) и обществом с ограниченной ответственностью «Строй-К» (стороной-2) соглашениям о прекращении взаимных обязательств зачетом от 6 июля 2017 года, от 19 сентября 2017 года, в соответствии с которыми стороны прекратили встречные однородные требования путем проведения зачетов. 

     В силу пункта 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

     Согласно статье 410 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования.  Для прекращения обязательств заявление о зачете должно быть доставлено соответствующей стороне или считаться доставленным по правилам статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

     В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны. 

     В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»  в силу статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации для прекращения обязательств зачетом, по общему правилу, необходимо, чтобы требования сторон были встречными, их предметы были однородными и по требованию лица, которое осуществляет зачет своим односторонним волеизъявлением (далее – активное требование), наступил срок исполнения. Указанные условия зачета должны существовать на момент совершения стороной заявления о зачете.

     Соблюдение критерия встречности требований для зачета согласно статье 410 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает, что кредитор по активному требованию является должником по требованию, против которого зачитывается активное требование  (пункт 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»).

     В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» указано, что в целях применения статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации предметы активного и пассивного требований должны быть однородны, то есть стороны после осуществления зачета должны оказаться в том же положении, как если бы оба обязательства были прекращены исполнением.     

     Статья 410 Гражданского кодекса Российской Федерации допускает, в том числе, зачет активного и пассивного требований, которые возникли из разных оснований. Критерий однородности соблюдается при зачете требования по уплате основного долга (например, покупной цены по договору купли-продажи) на требование об уплате неустойки, процентов или о возмещении убытков (например, в связи с просрочкой выполнения работ по договору подряда).

     Как разъяснено в пунктах 13, 14, 15, 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», для зачета в силу статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо, чтобы по активному требованию наступил срок исполнения, за исключением случаев, когда такой срок не указан или определен моментом востребования.

     В случаях, предусмотренных статьей 411 Гражданского кодекса Российской Федерации, зачет не влечет юридических последствий, на которые он был направлен, в частности, если зачет противоречит условиям договора либо по активному требованию истек срок исковой давности. При истечении срока исковой давности по активному требованию должник по нему, получивший заявление о зачете, не обязан в ответ на него сообщать о пропуске срока исковой давности кредитору (пункт 3 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время истечение срока исковой давности по пассивному требованию не является препятствием для зачета.

     По смыслу статей 410, 315 Гражданского кодекса Российской Федерации для зачета не является необходимым наступление срока исполнения пассивного требования, если оно в соответствии с законом или договором может быть исполнено досрочно.

     Если лицо получило заявление о зачете от своего контрагента до наступления срока исполнения пассивного требования при отсутствии условий для его досрочного исполнения или до наступления срока исполнения активного требования, то после наступления соответствующих сроков зачет считается состоявшимся в момент, когда обязательства стали способны к зачету, то есть наступили установленные законом условия для зачета. Если наступил срок исполнения активного требования, но отсутствуют условия для досрочного исполнения пассивного требования, то должник по активному требованию вправе исполнить свое обязательство.

     Если обязательства были прекращены зачетом, однако одна из сторон обратилась в суд с иском об исполнении прекращенного обязательства либо о взыскании убытков или иных санкций в связи с ненадлежащим исполнением или неисполнением обязательства, ответчик вправе заявить о состоявшемся зачете в возражении на иск.

     Кроме того, обязательства могут быть прекращены зачетом после предъявления иска по одному из требований. В этом случае сторона по своему усмотрению вправе заявить о зачете, как во встречном иске (статьи 137, 138 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, так и в возражении на иск, юридические и фактические основания которых исследуются судом равным образом (часть 2 статьи 56, статья 67, часть 1 статьи 196, части 3, 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 64, части 1 - 3.1 статьи 65, часть 7 статьи 71, часть 1 статьи 168, части 3, 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац 2 пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств»). В частности, также после предъявления иска ответчик вправе направить истцу заявление о зачете и указать в возражении на иск на прекращение требования, по которому предъявлен иск, зачетом.

     Из вышеприведенных норм права и разъяснений следует право ответчика на зачет своих встречных однородных требований к истцу непосредственно в ходе рассмотрения судом спора о взыскании задолженности ответчика путем заявления суду о зачете, которое может содержаться в возражении на иск.

     Истец, заявляя требование о  признании сделок по зачету недействительными, не учел, что в силу прямого указания закона сделка может быть признана судом недействительной по основаниям статей 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, только по иску стороны сделки (действовавшей в состоянии заблуждения и (или) признанной потерпевшей). Однако истец не является стороной оспариваемых сделок.

     В связи с чем, арбитражный апелляционный суд, представленные в материалы дела доказательства и доводы участвующих в деле лиц, не усматривает правовых оснований для признания договоров цессии от 31 мая 2017 года и соглашений о зачете недействительными по доводам, положенным истцом в основу своих требований. Аналогичная правовая позиция изложена в судебных актах по делу              № А12-19134/2021 (решении Арбитражного суда Волгоградской области от                      1 ноября 2021 года, оставленном без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 февраля 2022 года). 

     Следует также отметить, что вышеуказанные сделки не оспорены арбитражными управляющими общества с ограниченной ответственностью «Квадрострой» и общества с ограниченной ответственностью «Строй-К». Обратное не доказано.

     Истец не заявлял о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поэтому у арбитражного суда первой инстанции не было оснований для исключения вышеназванных документов из числа доказательств по делу. 

     Учитывая, что оплата по вышеназванным договорам долевого участия  в строительстве жилья подтверждена материалами дела, в дальнейшем права по данным договорам переданы третьим лицам, что не противоречит действующему законодательству, арбитражный суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

     Арбитражный апелляционный суд также считает необходимым отметить следующее.

     Согласно пункту 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность. 

     Судебной защите подлежат нарушенные или оспоренные гражданские права (пункт 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому в судебном порядке может быть признано незаконным соответствующее нарушенное или оспоренное право.

     В соответствии со статьями 1, 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выбор способа защиты нарушенного права является прерогативой истца. Статья 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направлена на защиту прав истца от изменения исковых требований без его инициативы.

     Избранный истцом способ защиты гражданского права должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру его нарушения.

     В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен перечень способов защиты гражданских прав, который не является исчерпывающим, однако использование иных способов защиты права допускается названным Кодексом только при наличии прямого указания закона.

     Согласно пункту 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) является обеспечение восстановления нарушенного права.

     Ни нормами статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ни иными актами действующего законодательства не предусмотрен такой способ защиты права, как признание договора расторгнутым.

     Таким образом, заявленное истцом требование не является ни одним из указанных в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащих способов защиты гражданских прав.

     Истец, обращаясь с данным исковым требованием, не указал, какие гражданские права нарушаются в данном случае, каким образом они нарушаются или создается угроза их нарушения либо каким конкретно способом будет восстановлено положение, существовавшее до нарушения этих прав, в случае удовлетворения этого требования.

     Удовлетворение искового требования о признании договоров расторгнутыми не повлечет восстановления каких-либо нарушенных прав и законных интересов истца, поскольку им избран ненадлежащий способ защиты гражданских прав,  что также является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 25 мая 2020 года по делу  № А12-23125/2019. 

     Таким образом, иск правомерно оставлен без удовлетворения.

     Апеллянт вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательства, являющиеся основаниями для отмены оспариваемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

     В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

     Арбитражный суд апелляционной инстанции обращает внимание, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция разумности и добросовестности участников гражданских, в том числе, корпоративных правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

     При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий (пункт 1 раздела 1 «Основные положения гражданского законодательства». Судебная коллегия по экономическим спорам. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2015 года № 2 (2015).

     В соответствии с положениями статьи 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе равноправия сторон. Стороны пользуются равными правами на представление доказательств, участие в их исследовании, осуществление иных процессуальных прав и обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом. Арбитражный суд не вправе своими действиями ставить какую-либо из сторон в преимущественное положение, равно как и умалять права одной из сторон.

     В силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.  

     Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оказывает содействие в реализации лицами, участвующими в деле, их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

     В силу закрепленного в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации принципа состязательности задача лиц, участвующих в деле, собрать и представить в суд доказательства, подтверждающие их правовые позиции, арбитражный суд не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

     При таких обстоятельствах, арбитражный суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в обоснование правовой позиции другой стороны, поскольку в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

     В ходе рассмотрения спора арбитражный суд первой инстанции предоставил сторонам достаточно времени для подготовки своей позиции по делу, представлении доказательств в обоснование своих требований и возражений.

     Процессуальные права лиц, участвующих в деле, определены в части 1 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

     Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами (часть 2 статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

     Поскольку на основании части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности, то непредставление доказательств должно квалифицироваться исключительно, как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего  поведения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 6 марта 2012 года № 12505/11). 

     Всем доводам, содержащимся в апелляционной жалобе, арбитражный суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку при разрешении спора по существу заявленных исковых требований в соответствии с положениями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив все доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, правовые основания для переоценки доказательств отсутствуют.

     Согласно Постановлению Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 года № 62 «О внесении дополнений в пункт 61.9 главы 12 Регламента арбитражных судов Российской Федерации» считается определенной практика применения законодательства по вопросам, разъяснения по которым содержатся в постановлениях Пленума и информационных письмах Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

     В порядке пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 148 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд должен определить, из какого правоотношения возник спор, и какие нормы права подлежат применению при разрешении дела.

     По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, какие законы и иные нормативные правовые акты подлежат применению в конкретном спорном правоотношении (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 8467/10, Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 1 марта 2013 года № ВАС-1877/13).

     Представленные в материалы дела доказательства исследованы полно и всесторонне, оспариваемый судебный акт принят при правильном применении норм материального права, выводы, содержащиеся в решении, не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, не установлено нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта.

     При таких обстоятельствах у арбитражного суда апелляционной инстанции не имеется правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта в соответствии с положениями статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.         

     Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 октября 2021 года                   по делу № А12-12788/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Волга-Комплекс-Строй» - без удовлетворения.

     Направить копии постановления арбитражного суда апелляционной инстанции лицам, участвующим в деле, в соответствии с требованиями части 4 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

     Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.

 

ПредседательствующийТ.Н. Телегина               

     СудьиО.В. Лыткина

    В.Б. Шалкин