АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-33290/2018

г. Новосибирск

27 сентября 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 23 сентября 2019 года

Решение изготовлено в полном объеме 27 сентября 2019 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи                Рыбиной Н.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Санжиевой Ю.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Мегафит + " (ОГРН 

<

***>), г. Новосибирск

к обществу с ограниченной ответственностью "Кровельный Центр Сибирь" (ОГРН 

<

***>), г. Новосибирск

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Комбинатор» (ОГРН 

<

***>),  г. Новосибирск

о взыскании 904 266, 01 руб. задолженности за период с 01.05.2018 по 31.05.2018

при участии представителей: 

от истца: ФИО1 (доверенность № 232 от 27.05.2019, паспорт) 

от ответчика: ФИО2 (доверенность от 15.05.2019, удостоверение адвоката)

от третьего лица: не явился, извещен

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Мегафит + "  обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Кровельный Центр Сибирь" при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Комбинатор» о взыскании                    904 266, 01 руб. задолженности за период с 01.05.2018 по 31.05.2018.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного разбирательства (суд располагает сведениями о получении адресатом направленной копии судебного акта (часть 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации)), в том числе публично, путем размещения информации о дате и времени слушания дела на интернет-сайте суда, в судебное заседание представителя не направило. Дело рассмотрено согласно статьям 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие третьего лица, надлежащим образом извещённого о месте и времени судебного заседания.

Ответчик, подробно излагая свои доводы в отзыве, относительно удовлетворения исковых требований возражает, указывая в числе прочего на то, что он не осуществлял звонки на международные номера и ему такие звонки не требовались, что такие звонки не характерны для деятельности ответчика.

Третье лицо указывает, что исковые требования подлежат удовлетворению, подробно излагает свои доводы в отзыве на исковое заявление.

Исследовав материалы дела, заслушав в судебном заседании доводы представителей сторон, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению.

Истец, обосновывая иск, ссылается на то, что без заключения договора истец оказал ответчику услуги за период с 01.05.2018 по 31.05.2018 по предоставлению услуг по передаче данных для целей передачи голосовой информации. Ответчиком обязательства по оплате оказанных истцом услуг исполнены в части, в связи с чем заявлен настоящий иск. 

При рассмотрении спора суд исходит из того, что в соответствии со ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

В соответствии со ст. ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Как следует из материалов дела, истец оказывал ответчику услуги по передаче данных с целью передачи голосовой информации. Указанные услуги оказывались истцом в силу сложившихся между сторонами фактических отношений.

У ответчика имеется принадлежащее ему на праве собственности оборудование - сервер с установленным на нем программным обеспечением для работы АТС. Указанное оборудование в период мая 2018 года располагалось на площадке (в серверном помещении) ООО «Комбинатор» на основании договора, заключенного между ответчиком и ООО «Комбинатор» (третьим лицом) (данное обстоятельство подтверждается письмом ответчика от 06.07.2018 года №04/07, в котором ответчик просит расторгнуть договор и выдать ему оборудование).

У указанного оборудования имелся уникальный идентификатор в сети Интернет - IP-адрес с номером 93.171.213.17.

Когда ответчик желал воспользоваться услугами истца по передачи данных с целью передачи голосовой информации, то он со своего оборудования обращался к оборудованию истца с соответствующим запросом.

Такой запрос мог формироваться, в частности, путем набора номера на телефоне, подключенном к серверу с установленной на нем АТС. Также такой запрос мог формироваться и иным способом, в том числе автоматическими программными средствами (так называемые системы автоинформирования).

Оборудование истца принимало запрос от оборудования ответчика, определяло, что запрос поступил с авторизованного IP-адреса, в автоматическом режиме определяло, за кем закреплен IP-адрес и какие права имеются у этого абонента, после чего запрос обрабатывался в автоматическом режиме и предоставлялись услуги, доступные для конкретного абонента.

Первым оборудованием истца, осуществляющим взаимодействие с запросами ответчика, являлся пограничный контроллер сессий Acme Packet SBC 3900. Именно это оборудование отвечает за идентификацию абонента.

После этого запрос передается на другое оборудование истца.

В период мая 2018 года ответчик пользовался услугами истца по передаче данных (факт также подтвержден ответчиком в ответе на претензию). Более того, ответчиком услуги за период с 01.05.2018 по 24.05.2018 года и с 26.05.2018 по 31.05.2018 оплачены.

В указанный период запросы также поступали от АТС ответчика, за которой закреплен IP-адрес 93.171.213.17.

Таким образом, в мае АТС ответчика работала, вызовы осуществлялись ответчиком и у его АТС был определенный IP-адрес, что свидетельствует о том, что между сторонами имелись взаимоотношения по предоставлению услуг по передаче данных с целью передачи голосовой информации.

При этом ответчик оплачивал услуги по тарифам, которые доводились до сведения руководителя ответчика 21.03.2017 при информировании об изменении тарифов.

У истца с 2017 года действуют одни тарифы, единые для всех клиентов, что подтверждается, в том числе, договорами истца с ООО «Компания Престиж» и ПАО «Селигдар».

Тарифы истца также соответствуют и тарифам иных организаций, оказывающих аналогичные услуги на территории Новосибирской области. Доказательств обратного в материалы дела ответчиком не представлено.

Также необходимо обратить внимание на следующее обстоятельство: до середины 2017 года истец оказывал услуги по передаче данных ООО «Кровельный центр» (ИНН 

<

***>, данная организация действовала до середины 2017 года, после чего была ликвидирована). С указанной организацией у истца был заключен договор МФ-0401-21 от 01.04.2016. Руководителем указанной организации и единственным учредителем был ФИО3, основным видом деятельности компании была деятельность по оптовой торговли строительными материалами.

В июле 2017 года от ООО «Кровельный центр» истцом было получено уведомление, что вся деятельность компании переведена на ООО «Кровельный центр Сибирь» (ИНН 

<

***>, директором и единственным учредителем компании является ФИО3, основным видом деятельности компании является оптовая торговля строительными материалами.)

Как пояснил истец, именно в связи с тем, что ответчик фактически перевел свою деятельность из одной компании в другую, сменив юридическое лицо, сложилась ситуация, в которой между истцом и ответчиком отсутствовал заключенный договор на оказание услуг.

При этом ни схема взаимоотношений между сторонами, ни место разграничения ответственности, ни тарифы не менялись.

Довод ответчика о том, что между сторонами не имелось письменного договора, в связи с чем у ответчика не возникло обязательств по оплате фактически оказанных услуг связи, рассмотрен судом.

Несмотря на отсутствие между сторонами письменного договора, между сторонами сложились фактические отношения по возмездному оказанию услуг связи, регулируемые, в частности, нормами главы 39 ГК РФ, что подтверждается фактами оплаты оказанных услуг ответчиком, в том числе и в период мая 2018 года.

Более того, данное обстоятельство не оспаривает ответчиком, который в ответе на претензию указывает на факт получения им услуг в мае 2018 года, соглашаясь с тем, что отношения между сторонами регулируются главой 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из положений ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Довод ответчика о том, что сторонами не согласованны существенные условия договора оказания услуг связи, рассмотрен судом.

Согласно ч. 1 ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Частью 1 ст. 781 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Согласно положениям ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации  правила главы о договоре возмездного оказания услуг применяются, в том числе к договорам оказания услуг связи.

В соответствии со ст. 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, к договорам возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729).

В соответствии со ст. 709 ГК РФ, при отсутствии в договоре указаний на цену, цена определяется в соответствии с п. 3 ст. 424 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 3 ст. 424 Гражданского кодекса Российской Федерации  указано, что в случаях, когда в возмездном договоре цена не предусмотрена и не может быть определена исходя из условий договора, исполнение договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги.

Таким образом, условие цены оказываемых услуг не является существенным условием договора оказания услуг по передаче данных, в связи с чем отсутствие соглашения сторон о стоимости услуг не является основаниям для признания договора незаключенным и для признания за ответчиком права не оплачивать фактически полученные услуги.

Кроме того, согласно «Правилам оказания услуг связи по передаче данных», утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации  № 32 от 23.01.2006, в договоре оказания услуг связи по передаче данных должны быть указаны следующие существенные условия (п. 27 правил): используемые абонентские интерфейсы и протоколы передачи данных;  оказываемые услуги связи по передаче данных; система оплаты услуг связи по передаче данных; порядок, сроки и форма расчетов.

Таким образом, стоимость оказываемых услуг не является существенным условием договора и в соответствии со специальными нормативными актами, регулирующими вопросы оказания услуг связи.

При этом отсутствие заключенного между сторонами письменного договора не имеет юридического значения для установления факта наличия между сторонами фактических отношений по предоставлению услуг связи, которые оформлялись путем направления истцом в адрес ответчика счета на оплату оказанных услуг и оплаты ответчиком такого счета.

Довод ответчика о ненаправлении истцом акта об оказанных услугах и счета-фактуры, рассмотрен судом. 

Так, в ответе на претензию директором ответчика дается ссылка на полученный от истца счет на оплату услуг связи.

Счет, счет-фактура и акт направлялись ответчику посредством системы электронного документооборота и были ответчиком получены. С помощью указанной системы ответчик также указал на несогласие с выставленным счетом и просил его аннулировать, что видно из приложенных распечаток из системы электронного документооборота.

Таким образом, в силу фактически сложившихся между сторонами отношений, в связи с тем, что услуги были оказаны истцом ответчику в том же порядке, что и в иные периоды времени, в связи с тем, что ответчик достоверно знал о применяемых истцом тарифах и ценах, у ответчика возникала обязанность по оплате фактически оказанных ему услуг связи.

Истец не допускал каких-либо нарушений в части обеспечения безопасности оборудования связи.

В судебном заседании не подвергалось сомнению, что оборудование истца не подвергалось какому-либо взлому и к нему не осуществлялось несанкционированного доступа. 

В судебном заседании высказывались предположения о возможном взломе оборудования ответчика - сервера с установленным на нем специальным программным обеспечением для деятельности АТС.

Указанное предположение основывалось на утверждении ответчика, что он не осуществлял звонки на международные номера и ему такие звонки не требовались, а также на том, что такие звонки не характерны для деятельности ответчика.

При этом, как установлено в ходе рассмотрения дела, сервер с АТС принадлежит ответчику, был размещен ответчиком в серверном помещении третьего лица ООО «Комбинатор» во исполнение имеющихся между ними договорных отношений.

Накануне возникновения ситуации с большим объемом трафика настройку указанного оборудования проводил привлеченный ответчиком специалист, который имел полный и неограниченный доступ к оборудованию, в том числе ко всем его системам защиты.

Как следует из переписки между ФИО4 (специалист ООО «Комбинатор») и ФИО5 (привлеченный ответчиком специалист), ФИО5, по согласованию с руководством ответчика, был предоставлен полный доступ к оборудованию ответчика.

Из представленной переписки также следует, что в момент, когда ФИО5 осуществлялась настройка оборудования, на просьбу ФИО5 дать доступ к порту 8077 ФИО4 констатировался факт отключения системы безопасности «фаервол». Как пояснял в судебном заседании  ФИО4, он указанную систему не отключал.

Как следует из дальнейшей переписки между ФИО4 и ФИО5, последний пытался добавить правило в «фаервол», которое позволяло бы подключаться к приложению, но так как у него это не получилось, он обратился к ФИО4 для открытия порта 8077.

Из анализа указанной переписки следует вывод, что ФИО5 осуществлял действия с системой безопасности сервера - системой «фаервол», осуществлял ее настройку, но не смог сделать то, что хотел, в связи с чем обратился к ФИО4 При этом возможно, что ФИО5 и полностью отключил систему безопасности или допустил технические ошибки, которые привели к возможности получения доступа к оборудованию иных лиц.

Довод ответчика о том, что после окончания работы ФИО5 попросил восстановить систему «фаервол», рассмотрен судом.  

Последнее письмо от ФИО5 содержит только указание, что на «фаервол» должны быть открыты исходящие запросы, но не указано, что система отключена или что ФИО5 не смог или не посчитал необходимым включить систему в полном объеме. При оценке текста письма следует, что система работает, и в ней требуется предусмотреть некие дополнительные доступы.

Указанные обстоятельства подтверждаются свидетельскими показаниями ФИО5 и ФИО4, которые не имеют реальных противоречий или несогласованности, оба свидетеля пояснили, что ФИО5 получил полный доступ к системе и занимался ее настройкой. Единственное противоречие, которое имело место - это вопрос о том, кто именно отключил «фаервол». При этом из переписки следует, что на момент, когда настройка уже велась, ФИО5 осуществлял операции с указанной системой, и в связи с тем, что не смог настроить ее надлежащим образом, обратился с ФИО4, который только открыл доступ к потру 8077. Никаких иных действий с указанной системой ФИО4 не осуществлял.

Ответчик ошибочно указывает на показания допрошенного в судебном заседании в качестве специалиста ФИО6 в части того, что он пояснил, что система безопасности была отключена истцом, так как ФИО6 допрашивался в качестве специалиста и не знал и не мог знать о том, какие именно действия и кем выполнялись фактически. Его пояснения касались возможных ситуаций и возможных причин возникновения различных ситуаций.

Довод ответчика о том, что на истце лежала обязанность по осуществлению мероприятий, направленных на обеспечение безопасности оборудования, принадлежащего ответчику, рассмотрен судом. 

Истец не имел доступа к указанному оборудованию и не мог каким-либо образом осуществлять контроль за его использованием ответчиком.

Довод ответчика о том, что ООО «Комбинатор» и ООО «Мегафит+» являются одним юридическим лицом, рассмотрен судом. 

Наличие взаимосвязи между указными лицами не дает оснований считать их единым юридическим лицом. Каждое их указанных юридических лиц самостоятельно осуществляет свои права и обязанности.

Ответчиком заявлено и о том, что сервер был передан им в ООО «Комбинатор» по требованию истца, однако каких-либо доказательств указанного обстоятельства ответчиком суду не представлено.

При этом для истца не имеет значения, где физически располагается оборудование абонентов. Так как соединение с оборудованием истца происходит посредством сети интернет, для истца имеет значение только наличие у оборудования абонентов фиксированного IP-адреса для возможности осуществления их идентификации. Таким образом, у истца не имелось никаких оснований требовать от ответчика разместить свое оборудование в конкретном помещении.

В судебном заседании истец указал, что, исходя из фактических обстоятельств дела, в настоящее время у истца имеются существенные сомнения в том, что вообще имел место факт несанкционированного доступа к оборудованию ответчика.

Так, после произошедшего события ответчик не предпринял никаких мер для установления лиц, осуществивших якобы несанкционированный доступ, даже не обратился в правоохранительные органы. Обратилось в правоохранительные органы по данному факту ООО «Комбинатор» в лице ФИО4

Более того, ответчик забрал свое оборудование у ООО «Комбинатор», что привело к невозможности нормального проведения оперативно-следственных действий и, возможно, к невозможности установления в настоящее время ни тех событий, которые предшествовали возникновению ситуации с большим трафиком, в том числе установлению того, кто именно и что выполнял на указанном оборудовании, ни того, кто именно и как получил доступ к оборудованию.

Суд обращает внимание на то, что в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства факта взлома оборудования ответчика, кроме предположений, которые высказывались сотрудниками непосредственно после произошедших событий и которые основывались на том, что возникший трафик не характерен для ответчика.

Указанные ответчиком нормативные акты, в том числе технические регламенты, регламентируют обязанности оператора связи в отношении оборудования, принадлежащего оператору связи.

Каких-либо сведений о том, что имел место несанкционированный доступ к оборудованию, принадлежащему истцу, в материалах дела не имеется.

При этом в своих пояснениях ответчик, указывая свой статус, ссылается на то, что он являлся абонентом телефонной связи и не мог влиять на работу телефонного сервера.

Суд обращает внимание, что ответчик являлся потребителем услуг по передаче данных, а не абонентом телефонной связи.

Указанные ответчиком нормативные документы возлагают на оператора связи обязанность по обеспечению безопасности линий связи и оборудования связи, принадлежащих и обслуживающихся операторами. Но не возлагают обязанности по обеспечению безопасности и защиты от доступа третьих лиц оборудования, которое принадлежит абонентам. Как пояснил истец, в противном случае, на операторов связи будет возлагаться и обязанность по обеспечению безопасности офисных помещений абонентов (так как там имеются телефонные аппараты абонентов, к которым неуполномоченные лица могут получить доступ) и по обеспечению личной безопасности абонентов (так как у них могут быть похищены сотовые аппараты, что также может привести к несанкционированному доступу).

Таким образом, объективные доказательства того, что услуги были оказаны не ответчику, а иным лицам, в материалах дела отсутствуют, доказательств нарушений со стороны истца при оказании услуг в материалах дела также не имеется.

Фактически в ходе рассмотрения дела установлено, что истцом для ответчика 25.05.2018 были оказаны услуги по передаче данных с целью передачи голосовой информации, от оплаты которых ответчик необоснованно уклонился.

Как следует из отзыва третьего лица, одним из видов деятельности ООО «Комбинатор» является представление в аренду мест в серверном помещении для установления оборудования клиентов. При этом ООО «Комбинатор» берет на себя обязательства по контролю за тем, чтобы указанное оборудование было доступно для клиента и обеспечивает доступ оборудования к сети интернет. Непосредственно администрированием оборудования ООО «Комбинатор» не занимается, этим занимаются либо сами клиенты, либо привлеченные ими специалисты.

Также одной из видов оказываемых ООО «Комбинатор» услуг является услуга по предоставлению «белого» IP адреса. При оказании данной услуги ООО «Комбинатор» закрепляет за своим клиентом конкретный IP адрес из пула адресов, права на использование которого имеются у ООО «Комбинатор». Это делается для целей упрощения администрирования и настройки оборудования клиента и для того, что бы клиент всегда знал, какой IP адрес в сети имеет его оборудование.

Пул IP адресов передан ООО «Комбинатор» от компании - зарегистрированного пользователя пулом IP адресов - ООО «Мегафит» на основании договора.

Все услуги, в том числе их описание и стоимость, приведены на сайте ООО «Комбинатор» -  kombinator.su.

ООО «Комбинатор» был заключен договор оказания услуг №КР-0905-01 с ООО «Кровельный центр Сибирь». Ранее аналогичный договор был заключен с ООО «Кровельный центр», но по просьбе клиента в связи со сменой им организации, был заключен договор с ООО «Кровельный центр Сибирь».

По договору ООО «Комбинатор» оказывало клиенту следующие услуги:  предоставление в пользование одного белого IP-адреса (предоставление клиенту уникального фиксированного IP адреса на весь период пользования услугами); аренда хостинговой IP АТС (предоставление специализированного ПО, позволяющего использовать оборудование клиента в качестве АТС); размещение одной информационной базы; размещение серверного оборудования (1U).

Услуг по обслуживанию оборудования, которые находилось в серверном помещении ООО «Комбинатор», клиенту (ответчику) не оказывалось, все работы, связанные с администрированием и управлением своим оборудованием, клиент (ответчик) выполнял самостоятельно.

Белый IP адрес, который был присвоен ООО «Кровельный центр Сибирь» - 93.171.213.17.

Услуги оказаны в полном объеме и приняты ООО «Кровельный центр Сибирь». Претензий по качеству услуг не поступало, в подтверждение чего в материалы дела представлены акты оказания услуг.

В представленном в материалы дела отзыве ООО «Комбинатор разъясняет:

«… услуга «Аренда хостинговой IP АТС» … В рамках данной услуги мы предоставляем клиентам право использования специализированного программного обеспечения, которое позволяет настроить их оборудование для работы в качестве виртуальной АТС.

В части пояснений о том, что был факт несанкционированного доступа к оборудованию клиента, находившегося в серверном помещении ООО «Комбинатор», полагаем необходимым пояснить, что со стороны ООО «Комбинатор» фактов допуска в помещение лиц, не имеющих права в нем находиться, не имелось, подключения к оборудованию также не осуществлялось. После получения информации от оператора связи о наличии нестандартного трафика оборудование клиента было отключено от сети. После этого, по просьбе клиента, оборудование было снова подключено к сети.

По факту поступления информации о возможном несанкционированном доступе сотрудником ООО «Комбинатор» было написано заявление в полицию. 

По имеющейся у ООО «Комбинатор» информации, уголовного дела по данному обстоятельству не возбуждалось, фактов несанкционированного доступа не установлено. …».

Как следует из отзыва третьего лица, им ответчику предоставляется услуга по аренде IP-адреса. И именно третьим лицом ответчику предоставляется IP адрес, который был у оборудования ответчика в спорный период. Третьим лицом право предоставлять данный IP-адрес предоставлено лицом, за которым он зарегистрирован - ООО «Мегафит».

При этом по данным систем учета регистрации IP-адресов, IP-адрес зарегистрирован за компанией Megafit Ltd., расположенной по адресу: 

<

...>, а не за истцом.

В судебном заседании истец акцентировал внимание на том, что сам факт принятия оказанных услуг ответчиком в период до и после спорного периода уже свидетельствует о том, что в спорный период и для получения спорных услуг к оборудованию истца запрос поступал именно с оборудования ответчика.

Таким образом, суд, установив факт оказания истцом спорных услуг в заявленный период, в отсутствие доказательств оплаты задолженности в заявленной сумме, приходит к выводу, что обязанность по оплате спорных услуг в связи с возможным несанкционированным подключением к принадлежащему ответчику абонентскому (оконечному) оборудованию, размещенному у третьего лица, лежит на собственнике этого оборудования как на лице, обязанном обеспечивать защиту указанного оборудования в зоне его ответственности от доступа иных лиц (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.09.2015 N 309-ЭС15-10988 по делу № А60-35314/2014).

Суд акцентирует внимание ответчика на том, что ответчик, усматривая нарушение своих прав действиями третьего лица общества с ограниченной ответственностью «Комбинатор», не лишен возможности обратиться в суд за защитой нарушенных прав.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 65, ч. 1 ст. 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

 В соответствии с ч. 1 ст. 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу. 

Согласно ч. 1, 2, 4, 5 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. 

При этом одной из основных задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую или иную экономическую деятельность. В силу статьи 2, части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, создает условия для правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела, что необходимо для достижения такой задачи судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов других участников гражданских и иных правоотношений. 

При рассмотрении настоящего дела судом в порядке части 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации были созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств, ответчик извещен надлежащим образом о дате и времени судебных заседаний, что позволяло ответчику совершить процессуальные действия (в том числе ознакомиться с материалами дела; ходатайствовать о фальсификации доказательств либо подать иные процессуальные заявления; предоставить дополнительные доказательства, опровергающие доводы истца). 

Исходя из принципа состязательности судопроизводства риск наступления последствий несовершения ответчиком процессуальных обязанностей по доказыванию своих доводов лежит на нем (часть 2 статьи 9 АПК РФ). 

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив все имеющиеся в материалы дела доказательства и пояснения лиц, участвующих в деле, в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также учитывая положения положений статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о наличии  оснований для удовлетворения иска. 

Распределение судебных расходов производится по правилам статей 102, 104, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167-171, 176, 110, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

взыскать  с общества с ограниченной ответственностью "Кровельный Центр Сибирь" (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Мегафит + " (ОГРН 

<

***>) 904 266, 01 руб. задолженности за период с 01.05.2018 по 31.05.2018, 21 085 руб. государственной пошлины.

Вернуть обществу с ограниченной ответственностью "Мегафит + " (ОГРН 

<

***>) 07 руб. государственной пошлины из федерального бюджета.

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд                     Западно-Сибирского округа  при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал  в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.  

Жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящее решение выполнено в форме электронного документа, и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети "Интернет" в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья                                                                                            Н.А.Рыбина