429/2023-76646(3) @ 

 

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-9592/2022

г. Киров

25 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 октября 2023 года.  Полный текст постановления изготовлен 25 октября 2023 года.  

Второй арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бычихиной С.А., судей Великоредчанина О.Б., Немчаниновой М.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании:  

при участии в судебном заседании: 

представителей Общества - управляющего ФИО2, ФИО3,  действующей на основании доверенности от 24.10.2022 № 12,  

представителя налогового органа – ФИО4, действующей на основании  доверенности от 18.09.2023 № 36-19/5,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Движение  Коми»  

на решение Арбитражного суда Республики Коми от 01.02.2023 по делу №  А29-9592/2022  

по заявлению ООО Движение Коми (ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>)  к Межрайонной ИФНС России № 1 по Республике Коми  

о признании недействительным решения, 

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Движение Коми" (далее –  Общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Республики  Коми с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной  инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Республике Коми от  17.02.2022 № 09-07/01/1 (далее – Инспекция, налоговый орган) с учетом  внесенных в него изменений.  

Названным решением Обществу доначислены налог на прибыль, НДФЛ,  страховые взносы, а также соответствующие пени и штрафы в связи с  переквалификацией договоров о передаче полномочий исполнительных  органов Общества Управляющему – ИП ФИО2 (далее – Договоры о  передаче полномочий, Договоры Управления) на трудовой договор.  

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 01.02.2023 в  удовлетворении требований отказано.  

Общество с принятым решением суда не согласно, обратилось во Второй  арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить  решение и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований.  По мнению заявителя жалобы, судом неправильно применены нормы  материального законодательства. По мнению Общества Договоры Управления  необоснованно признаны трудовыми. Налогоплательщик приводит и  обосновывает доводы о том, что целью заключения Договоров Управления  явилось повышение эффективности деятельности Общества. Также указывает,  что в отсутствие доказательств необоснованной налоговой выгоды судом  отказано в признании расходов на управление по эпизодам договоров цессии.  Общество полагает, что выводы суда противоречат доказательствам по делу,  считает, что судом не учтена вся совокупность имеющихся доказательств.  Подробно позиция Общества отражена в апелляционной жалобе и дополнениях  к ней.  

Инспекция в отзыве на апелляционную жалобу просит оставить решение  суда без изменения, жалобу – без удовлетворения. Инспекция полагает, что  Обществом создан искусственный документооборот в рамках Договоров  Управления с единственной целью – получение незаконной налоговой экономии.  Подробно позиция Инспекции отражена в отзыве, дополнениях к нему.  

Инспекция обратилась с ходатайством о процессуальном правопреемстве в  связи с реорганизацией.  

Как следует из представленных документов, в результате реорганизации в  форме присоединения Межрайонная ИФНС России № 1 присоединена к  Управлению Федеральной налоговой службы по Республике Коми, что  подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. В этой связи ходатайство судом  удовлетворено на основании части 1 статьи 48 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Законность решения Арбитражного суда Республики Коми проверена  Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном  статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Как следует из материалов дела, налоговым органом проведена выездная  налоговая проверка Общества за период с 01.01.2017 по 31.12.2019. По  результатам проверки составлен акт от 11.08.2021 № 09-07/01/1.  

По итогам рассмотрения акта проверки, возражений, представленных  налогоплательщиком, документов, полученных в ходе дополнительных  мероприятий налогового контроля, иных материалов проверки, Инспекцией  принято решение от 17.02.2022 № 09-07/01/1 о привлечении к ответственности  за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым  налогоплательщику дополнительно предъявлено к уплате 15 514 671.48 руб., в  том числе: налог на прибыль организаций - 3 278 435 руб., страховые взносы - 7  027 916.47 руб., пени - 4 611 547.01 руб., налог на доходы физических лиц в  сумме 5 035 730 руб., соответствующие пени, штрафы.  

Основанием для доначисления налогов послужила переквалификация  Договоров Управления с ИП ФИО2 в трудовой договор. Инспекция  полагает, что документооборот в рамках Договоров Управления носит  

формальный характер и не порождает правовых последствий. Налоговые  обязательства определены Инспекцией исходя из переквалификации в трудовые  отношения с учетом сумм налога, уплаченных ИП Киселевым И.С. от  деятельности на упрощенной системе налогообложения (УСН).  

ООО "Движение - Коми", не согласившись с решением налогового органа  от 17.02.2022 № 09-07/01/1 о привлечении к ответственности за совершение  налогового правонарушения, обратилось с апелляционной жалобой в УФНС  России по Республике Коми. Решением от 19.05.2022 № 78-А УФНС России по  Республике Коми решение Инспекции от 17.02.2022 № 09-07/01/1 о привлечении  к ответственности за совершение налогового правонарушения оставлено без  изменения, а апелляционная жалоба Общества без удовлетворения.  

Полагая, что указанное решение Инспекции нарушает права и законные  интересы налогоплательщика, последний обратился в суд с настоящими  требованиями.  

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из  правомерности доначисления спорных налогов, поскольку пришел к выводу, что  Договоры о передаче полномочий носили формальный характер, фактически  отношения являлись трудовыми; заключение Договоров о передаче полномочий  и договоров цессии не было обусловлено разумными деловыми причинами.  

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и  отзыва на нее, заслушав представителей сторон, арбитражный суд  апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Согласно пункту 1 статьи 54.1 Налогового кодекса РФ не допускается  уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего  уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни  (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих  отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности  налогоплательщика.  

Из содержания пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда РФ от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности  получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление  Пленума № 53) следует: судебная практика разрешения налоговых споров  исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных  участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается,  что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение  налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в  налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.  

Согласно пунктам 3-4 постановления Пленума № 53 налоговая выгода  может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей  налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным  экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными  экономическими или иными причинами (целями делового характера), либо если  налоговая выгода получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением  реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.  

В соответствие с пунктом 9 постановления Пленума № 53 установление  судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в  действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств,  свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в  

результате реальной предпринимательской или иной экономической  деятельности.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определениях  Конституционного Суда Российской Федерации от 04.06.2007 № 320-О-П и №  366-О-П, налоговое законодательство не использует понятие экономической  целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность управленческих и  хозяйственных решений субъекта предпринимательской деятельности не может  оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности,  эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы  экономической деятельности (ст. 8 ч. 1 Конституции Российской Федерации)  налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе  самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.  

В силу правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 26 февраля 2008 года N  11542/07, хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению  выбирают способы достижения результата от предпринимательской  деятельности. В полномочия налоговых органов входит лишь контроль за  соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не  вменение им доходов исходя из собственного видения способов достижения  налогоплательщиками экономического результата с меньшими затратами.  Обоснованность расходов не может оцениваться с точки зрения их  целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата.  

Возможность заключения договора о передаче полномочий единоличного  исполнительного органа управляющему предусмотрена статьей 42 Федерального  закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной  ответственностью", а также Уставом Общества (пункт 12).  

 В рассматриваемом случае между Обществом и ИП ФИО2  заключены договоры о передаче ему полномочий исполнительных органов  Общества (Договор б/н от 07.08.2013 и Договор б/н от 01.01.2019 (далее – Договоры о передаче полномочий, Договоры Управления).  

Из материалов дела установлено, что основанием для заключения  Договоров Управления послужило принятие общим собранием участников  Общества решения об освобождении от должности генерального директора в  связи с его нежеланием исполнять обязанности и о передаче полномочий  единоличного исполнительного органа Управляющему - ИП ФИО2  (Протокол общего собрания от 07.08.2013 № 1, протокол допроса свидетеля  ФИО5 от 12.05.2021 (ответ на вопрос 5). По пояснениям Общества  причиной принятия такого решения послужила также частая смена директоров,  не достижение ими поставленных задач.  

Согласно выписке из ОГРНИП ИП ФИО2 зарегистрирован в  качестве предпринимателя 10.07.2003 года, то есть задолго до заключения  Договоров о передаче полномочий. Основной вид деятельности – торговля  оптовая, дополнительные – предоставление кредитов и займов, управление  финансовыми рынками, деятельность в сфере финансовых услуг, управление  недвижимым имуществом, деятельность в области права, деятельность по  оказанию услуг в области бухгалтерского учета, по проведению финансового  аудита и т.д.  

Ранее Киселев И.С. не занимал какие-либо должности в Обществе,  арендовал помещение в г. Кирово-Чепецк для ведения своей  предпринимательской деятельности (протокол допроса Киселева И.С.).  

Согласно содержанию Договоров Общество передает Управляющему все  полномочия исполнительных органов, вытекающие из Устава, а также иные  полномочия в соответствие с законодательством. Управляющий осуществляет  управление текущей деятельностью Общества и решает все вопросы,  отнесенные Уставом к компетенции исполнительных органов Общества.  Договорами детально регламентированы права и обязанности Управляющего,  порядок осуществления управления, ответственность управляющего.  

Инспекция полагает, что спорные правоотношения носили трудовой  характер.  

Однако вопреки утверждению Инспекции, Договоры не содержат  признаков и условий, свойственных трудовым договорам и подлежащих  обязательному указанию в них в силу статьи 57 Трудового кодекса РФ (место  работы, трудовая функция, дата начала работы, условия оплаты труда, режим  рабочего времени и времени отдыха, гарантии и компенсации, условия труда на  рабочем месте). Договором предусмотрена солидарная ответственность  Управляющего по сделкам, заключенным Обществом.  

Анализ фактических взаимоотношений также не позволяет сделать вывод о  том, что спорные отношения носили трудовой характер. Материалами дела не  подтверждается предоставление социальных гарантий Управляющему (время  отдыха, гарантий и компенсаций), подчинение его внутреннему трудовому  распорядку, наличие квалификационных требований, систематической выплаты  заработной платы согласно установленным тарифам, обеспечение и  оборудование рабочего места и необходимыми средствами труда.  

Напротив, исполнение ИП ФИО2 функций Управляющего  подтверждается протоколами допросов как самого Управляющего, так и  учредителем Общества, сотрудниками ФИО6, ФИО7, ФИО8  

Материалами дела подтверждается улучшение экономических показателей  деятельности Общества (выручки, прибыли) после передачи полномочий  Управляющему, что в свою очередь повлекло значительный рост налоговых  отчислений в бюджет. Довод Инспекции о том, что выручка возросла  исключительно в связи с изменением структуры взаимоотношений в группе  холдинга «Движение» несостоятелен, поскольку не исключает выполнение  функций Управляющим, так как в его задачи входило принятие управленческих  решений и повышение эффективности деятельности Общества.  

Позиция Инспекции о том, что Управляющий не может нести солидарную  ответственность перед контрагентами, опровергается доказательствами по делу.  В частности из содержания пункта 7.3 Договоров следует, что по сделкам,  заключенным Управляемой организацией Управляющий несет солидарную  ответственность за счет своего личного имущества. Материалами дела  подтвержден факт солидарной ответственности Управляющего перед третьим  лицом (определение Сыктывкарского городского суда по делу № 2-4409/2023).  Наличие солидарной ответственности не свойственно трудовым отношениям.  

Мнение Инспекции о том, что сторонами не достигнута договоренность по  существенным условиям Договоров о передаче полномочий, в том числе о  

размере вознаграждения, противоречит имеющимся в деле доказательствам.  

В частности, из содержания Договоров о передаче полномочий следует, что  стороны определили их предмет, подробным образом регламентировали  полномочия и обязанности Управляющего, порядок осуществления управления,  ответственность сторон, расчету по договору и порядок определения размера  вознаграждения. Сторонами согласовано, что размер вознаграждения  управляющего определяется на основании Положения об оценке эффективности  работы Управляющего.  

Названным Положением закреплены экономические показатели, исходя из  которых определяется размер вознаграждения (объем выручки, себестоимость  товаров, сумма издержек, фактически поступившие средства, плановое  поступление, совокупный коэффициент действий управляющего). Фактически  Обществом соблюдается согласованный порядок расчета вознаграждения, что  подтверждается ежемесячными расчетами, утвержденными учредителем  Общества ФИО5 Расчеты основаны на финансовых показателях  деятельности Общества за соответствующий период.  

Согласно позиции Инспекции в расчетах формально применяется  совокупный коэффициент действий управляющего (СКДУ), от величины  которого зависит итоговый размер вознаграждения. Инспекция указывает, что  СКДУ устанавливался и утверждался на усмотрение одного из учредителей, без  учета ключевых показателей финансово-хозяйственной деятельности  организации.  

Между тем данные утверждения Инспекции опровергаются следующими  обстоятельствами.  

Согласно Положению об оценке эффективности деятельности  управляющего СКДУ выставляется учредителями на основании предоставления  наиболее полного отчета о проделанной работе за отчетный период, в которых  должны быть отражены основные финансовые и хозяйственные показатели, а  также другие события и решения, которые в значительной степени могут  повлиять на состояние компании.  

Материалами дела подтверждено, что ежемесячно СКДУ, используемый в  расчете вознаграждения, определялся учредителем ФИО5 и  утверждался протоколом общего собрания участников. То обстоятельство, что  СКДУ определялся лишь одним из учредителей, а другой учредитель  (управляющий ИП ФИО2) не принимал участие в определении размера  объясняется тем, что в силу п.4 Положения об оценке эффективности  деятельности, управляющий не вправе участвовать в определении совокупного  коэффициента своих же действий.  

Как следует из Положения, СКДУ зависит от появления новых  направлений, выбора инвестиционной стратегии, лояльности клиентов,  благополучной обстановке в коллективе, взаимодействии с поставщиками.  

Согласно протоколу допроса учредителя ФИО5 от 12.05.2021  СКДУ определялся по многим финансово-экономическим показателям (оборот  средств, выполнение обязательств перед поставщиками, охват новых рынков и  потребителей, эксплуатация объектов техники, штат сотрудников). Данные  пояснения учредителя соотносятся с тем, как регламентирован СКДУ в  Положении об оценке эффективности деятельности Управляющего, а также с  иными материалами дела, поэтому принимаются судом при разрешении спора.  

Ссылка Инспекции на документы, которые содержат приписки от руки  неустановленным лицом, исправляющими размер вознаграждения  Управляющего как в большую, так и в меньшую сторону, несостоятельны.  Документы, на которые ссылается Инспекция, под наименованием «Совокупный  коэффициент действий Управляющего ИП Киселева И.С. по результатам  деятельности Общества» носят служебный (внутренний) характер, содержат  предварительную оценку учредителем деятельности Управляющего. Итоговый  размер СКДУ определяется Протоколом общего собрания участников.  Юридически значимым СКДУ становится после его утверждения участником  Общества. Поэтому данные внутренние документы, содержащие исправления,  не опровергают размера СКДУ, утвержденного протоколом общего собрания и  использованного при расчете вознаграждения. Ссылка Инспекции на то, что  Протоколы общего собрания не влекут правовых последствий и не могут быть  основанием для выплаты вознаграждения ошибочна, поскольку Протоколы  общего собрания никем не оспорены, являются документом, отражающим  решение (волеизъявление) участников Общества (статья 181.2 Гражданского  кодекса РФ). Сам факт выплаты вознаграждения Инспекцией не оспорен.  

 Таким образом, вопреки утверждению Инспекции, СКДУ устанавливался  не произвольно, а на основании анализа деятельности управляющего, его  отчетов и имел экономическое обоснование, непосредственно связанное с  деятельностью Общества. При не достижении определенных финансовых  показателей вознаграждение Управляющему не выплачивалось.  

Следовательно, вопреки позиции Инспекции, Договорами о передаче  полномочий сторонами определено и согласовано такое существенное условие  как вознаграждение Управляющему. При этом порядок расчета вознаграждения  последовательно, систематически применятся Обществом.  

Инспекций в ходе проверки не опровергнут размер итогового  вознаграждения, рассчитанного с применением СКДУ. Напротив, при  переквалификации отношений в трудовые и проведении реконструкции  налоговых обязательств Инспекция включает суммы вознаграждения в состав  расходов, учитываемых при налогообложении прибыли Общества в качестве  заработной платы ФИО2 По пояснениям Инспекции, размер рыночных  цен на аналогичные вознаграждения не устанавливался и не был предметом  проверки; доначисление спорных налогов проведено только в связи с  переквалификацией Договоров о передаче полномочий.  

Из материалов дела следует, что ежемесячно ФИО2 составлялись  отчеты об управлении, сторонами подписаны акты оказанных услуг.  Утверждение Инспекции, что содержание актов не конкретизировано, а отчеты  содержат результаты деятельности Общества, а не Управляющего, противоречит  названным документам.  

В частности, из содержания отчетов видно, что в нем отражена  деятельность Управляющего (осуществление руководства деятельностью  Общества, анализ деятельности предприятия, контроль за состоянием  задолженности и т.д.). Отдельные совпадения с результатом деятельности  самого Общества (например, получено денежных средств от покупателей) не  свидетельствуют, что Управляющий не выполнял своих функций, а напротив,  подтверждают, что Управляющий действовал в интересах Общества, что и  является его задачей.  

 Оформление актов оказанных услуг свойственно обычному  документообороту и соответствует требованиям Федерального закона от  06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", поскольку в них указаны все  необходимые реквизиты, в том числе и наименование хозяйственной операции  со ссылкой на Договоры о передаче полномочий. Детальное содержание  деятельности управляющего отражено в его отчете. Таким образом, данные  документы в совокупности отражают деятельность Управляющего.  

Довод Инспекции о том, что деятельность, отраженная в отчетах  Управляющего, свойственна директору по трудовому договору, несостоятелен.  Оба субъекта являются исполнительным органом Общества, поэтому в силу  правовой природы положения (статуса) данных лиц, их обязанности фактически  аналогичны. Этим же объясняется подотчетность и подконтрольность  Управляющего Обществу. Вопреки утверждению Инспекции, в целях  эффективности деятельности Управляющий так же, как и директор, вправе  согласовывать свои действия с Обществом, поскольку действует в его интересах.  Длительность взаимоотношений Общества и Управляющего сама по себе не  указывает на их трудовой характер.  

Поручение отдельной работы штатным сотрудникам Общества не  означает, что Управляющий не осуществлял свои функции, а, напротив,  подтверждает фактическое управление Обществом, поскольку единоличный  исполнительный орган в силу своих функций поручает выполнение какой-либо  работы штатным сотрудникам.  

Наличие договора субаренды 97-С/А от 01.12.2014, согласно которому  Общество обеспечило рабочее место в г. Кирово-Чепецке не свидетельствует о  наличии трудовых отношений. ИП ФИО9 самостоятельно организовывал свое  рабочее место, которое находилось не по месту нахождения Общества;  осуществлял расходы на аренду офиса.  

Аргументируя свою позицию о наличии трудовых отношений, Инспекция  утверждает, что Управляющий не нес расходов на управление, а все расходы  несло Общество. Инспекция ссылается в том числе на пункт 6.3 Договоров  Управления.  

Согласно пунктам 6.3 Договоров Управления расходы, связанные с  куплей-продажей товаров, рекламой, получением необходимых консультаций по  вопросам управления и торговли, другие затраты, относящиеся к себестоимости,  Управляющий производит за счет средств организации.  

Инспекция неверно трактует данный пункт Договоров, поскольку из его  содержания следует, что те расходы, которые относятся к себестоимости  Общества, Управляющий производит за счет Общества, что соответствует  требованиям законодательства. Нормативными актами не предусмотрено, что  лицо, оказывающее услуги по гражданско-правовому договору обязано нести за  свой счет расходы, связанные с основной деятельностью управляемого  Общества и составляющие себестоимость его продукции.  

И, напротив, из материалов дела следует, что для осуществления  деятельности в качестве Управляющего, последний производил за свой счет  расходы на аренду офиса, транспортные расходы, расходы на ГСМ,  представительские расходы.  

Таким образом, рассмотренный довод Инспекции не обоснован, поскольку  материалами дела подтверждается, что расходы, относящиеся к деятельности  

Общества, формирующие себестоимость его продукции, осуществлялись за счет  Общества, а Управляющий нес расходы, относящиеся к своей деятельности по  управлению, что является экономически закономерным и соответствует  требованиям законодательства.  

Рассмотрев доводы Инспекции, касающиеся эпизода по уступке прав  требования, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Между Обществом и ИП ФИО2 заключены договоры уступки  прав требований (цессии) № 1 от 12.04.2019, № 2 от 12.04.2019, № 3 от  12.04.2019, № 4 от 12.04.2019, № 5 от 12.04.2019 в отношении задолженности  ООО «ТЗК-РТ», ООО «Югрос», ООО «ПКФ «Вятка ДомПлюс», ООО «Сириус- С», ООО «Престиж» (далее – должники, покупатели продукции).  

Согласно Договорам цессии ИП ФИО2 (цессионарий) приобрел у  Общества (цедент) право требование задолженности с указанных покупателей  продукции на сумму 20 057 613 руб.  

Договоры цессии носят возмездный характер. В счет приобретенного права  требования ИП ФИО2 обязался уплатить соответствующую сумму  денежных средств. Выпиской по расчетному счету (том 21, л.д. 95-104)  подтверждено, что ИП ФИО2 произвел оплату по Договорам цессии в  июне 2019 года.  

Инспекция считает, что Договоры цессии носили формальный характер. В  обоснование ссылается на то, что оплата по договорам производилась ИП  ФИО2 не своими денежными средствами, а денежными средствами  Общества (поскольку полученное Управляющим вознаграждение в тот же день  перечислено обратно в качестве оплаты по цессии).  

Как видно из выписки по расчетному счету ИП ФИО2  действительно было получено вознаграждение от Общества по Договорам о  передаче полномочий, в этот же день произведены оплаты в адрес Общества по  договорам цессии. Однако данное обстоятельство не свидетельствует, что  договоры цессии оплачены деньгами Общества. В момент получения  вознаграждения денежные средства становятся средствами ИП ФИО2,  которыми он вправе распорядится по своему усмотрению, в том числе оплатить  договоры цессии. При этом из выписок следует, что у ИП ФИО2  имелись иные поступления кроме вознаграждения, полученного от Общества. Из  выписок также видно, что суммы полученных денежных средств от Общества в  качестве вознаграждения и суммы, перечисленные Обществу в оплату цессии, не  совпадали.  

Таким образом, выводы Инспекции о том, что договоры цессии оплачены  деньгами самого же Общества в связи с чем являются формальными,  несостоятельны. Напротив анализ выписок подтверждает, что договоры цессии  оплачены денежными средствами, имевшимися у ИП ФИО2,  следовательно, договоры цессии фактически исполнены.  

В качестве довода о формальном характере цессии Инспекция указывает,  что в периоде с января по май 2019 при расчете вознаграждения Управляющему  СКДУ завышен до 0,6 с целью начислить повышенное вознаграждение для  расчета по цессии. Однако из материалов дела следует, что СКДУ 0,6 в данном  периоде не был экстраординарным и также имел место в других периодах, как  до, так и после заключения Договоров цессии. Общество пояснило причины  начисления СКДУ в данном периоде, а также причины начислений пониженных  

СКДУ в иных периодах. Размер СКДУ зависел от экономических показателей и  результатов деятельности Управляющего. Пояснения Общества соотносятся с  Положением об оценке эффективности деятельности управляющего,  свидетельскими показаниями, иными материалами дела, поэтому учитываются  судом при рассмотрении спора.  

Доводы Инспекции о том, что оплата по Договорам цессии направлена на  создание видимости возмещения убытков Управляющим, но при этом оснований  для их возмещения у Управляющего не имелось, не имеют правового значения в  рассматриваемой ситуации, поскольку материалами дела подтверждено, что  Управляющий оплатил задолженность по договорам цессии за приобретенного  право требования.  

Тот факт, что должники Общества являются неплатежеспособными и то,  что ИП ФИО2 до настоящего времени не обратился к ним за  истребованием долга, не свидетельствуют о формальном заключении договоров,  поскольку приобретение фактически безнадежной задолженности является  риском ИП ФИО2 и не может влиять на налогообложение Общества.  

Если бы Общество не уступило право требовать дебиторскую  задолженность, то на основании статьи 265 Налогового кодекса РФ при  определенных условиях оно имело право списать безнадежную задолженность в  налоговом учете и уменьшить налог на прибыль. Уступив же право требования  долга, и, получив за это денежные средства Общество, напротив, сформировало  налоговую базу по прибыли без учета в расходах данной дебиторской  задолженности, что не привело к уменьшению налоговых обязательств перед  бюджетом по данному эпизоду (применительно к дебиторской задолженности).  

Сделки цессии не имели системного характера и заключены однократно в  2019 году; при этом первый Договор о передаче полномочий с ИП ФИО9  заключен в 2013 году, чем опровергаются доводы Инспекции о взаимосвязи  вознаграждений по Договорам о передаче полномочий с Договорами цессии и  наличии умысла Общества на получение налоговой выгоды с применением  Договоров цессии.  

Таким образом, материалами дела не подтверждается наличие  неправомерной налоговой выгоды в связи с совершением сделок цессии.  

На основании вышеизложенного, оценив в совокупности и взаимной связи  доказательства по делу, суд второй инстанции не установил в действиях  Общества незаконной налоговой экономии.  

Напротив, согласно справочному расчету Инспекции «Расчет полученной  неправомерной экономии по налогу на прибыль» в 2017, 2018 годах  (дополнительные пояснения от 09.10.2023) налоговой экономии по налогу на  прибыль не имелось, образована переплата налога. Экономия взносов во  внебюджетные фонды закономерна, и, в итоге является риском ИП ФИО9,  поскольку размер пенсионного обеспечения зависит от величины пенсионного  капитала, формируемого страховыми взносами. Экономия НДФЛ  несущественна, и, учитывая обстоятельства спора, не являлась целью  заключения Договоров о передаче полномочий.  

Оценив материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу,  что операции налогоплательщика учтены в соответствии с их действительным  экономическим смыслом, обусловлены разумными экономическими целями,  которые в действительности достигнуты. Показатели финансово-хозяйственной  

деятельности Общества после заключения Договоров Управления улучшались (в  2018 года прибыль до налогообложения составила – 3 142 тыс. руб., в 2019 – 49  894 тыс. руб., в 2020 – 127 163 тыс. руб.), что в целом привело к росту налоговых  отчислений в бюджет. За 2017-1019 Обществом начислено 80 136 тыс. руб.  налогов. ИП Киселев И.С., находясь на УСН, также уплачивал в бюджет  установленные налоги. Таким образом, налоговая экономия не явилась  единственной целью заключения Договоров о передаче полномочий.  

Позиция Инспекции непоследовательна, имеет внутренние противоречия.  Инспекция полагает неправомерным и завышенным размер вознаграждения  Управляющему, указывая, что размер вознаграждения превышал фонд оплаты  труда. Но при этом Инспекция не оспаривает рыночную цену вознаграждения и  включает спорное вознаграждение в качестве заработной платы в расходы  Общества по налогу на прибыль при реконструкции налоговых обязательств (за  исключением эпизода с уступками прав требований).  

Инспекцией не опровергнута действительность сделок, реальность их  исполнения и наличие у сторон разумных деловых целей ее совершения. Каких-либо доказательств, опровергающих реальность сделок, Инспекцией не  представлено. Следовательно, налоговым органом не доказано искажение  сведений о фактах хозяйственной жизни, а также то, что основной целью  совершения сделок является неуплата налога.  

Взаимозависимость участников Договора о передаче полномочий, на  которую ссылается Инспекция, сама по себе не может служить основанием для  признания налоговой выгоды необоснованной (п. 6 Постановления Пленума №  53). В материалах дела не имеется доказательств, что в данном случае  взаимозависимость использовалась для согласованных действий, не  обусловленных разумными экономическими причинами.  

Ссылка Инспекции на дело № А29-10013/2022 в качестве обоснования  своей позиции несостоятельна, поскольку фактические обстоятельства  настоящего дела и дела А29-10013/2022 не идентичны, существенным образом  различаются.  

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о  недействительности оспариваемого решения Инспекции от 17.02.2022 № 0907/01/1 о привлечении ООО "Движение-Коми" к ответственности за совершение  налогового правонарушения (в редакции решения № 09-07/01/1/1 о внесении  изменений в вышеуказанное решение от 23.12.2022).  

Выводы суда первой инстанции сделаны без учета положений пунктов 1, 34,9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 12.10.2006 № 53  «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения  налогоплательщиком налоговой выгоды», определений Конституционного Суда  РФ от 04.06.2007 № 320-О-П и № 366-О-П; судом не оценивался вопрос о том,  имелась ли налоговая экономия, явилось ли получение налоговой выгоды  единственной целью Договоров Управления; не принято во внимание улучшение  показателей финансов-хозяйственной деятельности Общества, увеличение  налоговый отчислений в бюджет в целом. Таким образом, решение суда принято  при неполно исследованных обстоятельствах дела; выводы суда о трудовом  характере взаимоотношений не соответствуют имеющимся в деле  доказательствам.  

Учитывая вышеизложенного, апелляционная жалоба Общества подлежит  

удовлетворению, а решение суда - отмене на основании пунктов 1,3 части 1  статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ (неполное выяснение  обстоятельств и несоответствие выводов суда обстоятельствам дела) с  принятием нового судебного акта об удовлетворении заявления Общества.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся  на Инспекцию.  

 Руководствуясь статьями 258, 268 - 271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

заявление Управления Федеральной налоговой службы по Республике  Коми о процессуальном правопреемстве удовлетворить.  

Произвести замену Межрайонной ИФНС России № 1 по Республике Коми  на ее правопреемника - Управление Федеральной налоговой службы по  Республике Коми (ОГРН 

<

***>).  

Апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью  «Движение Коми» удовлетворить.  

Решение Арбитражного суда Республики Коми от 01.02.2023 по делу   № А29-9592/2022 отменить и принять по делу новый судебный акт.  

Заявление общества с ограниченной ответственностью «Движение Коми»  удовлетворить.  

Признать недействительным решение Межрайонной инспекции  Федеральной налоговой службы № 1 по Республике Коми от 17.02.2022 № 0907/01/1 о привлечении ООО "Движение-Коми" к ответственности за совершение  налогового правонарушения (в редакции решения № 09-07/01/1/1 о внесении  изменений в вышеуказанное решение от 23.12.2022).  

Взыскать с Управления Федеральной налоговой службы по Республике  Коми (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной  ответственностью «Движение Коми» (ОГРН 

<

***>) 4 500 рублей  судебных расходов на оплату государственной пошлины.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.  

Постановление может быть обжаловано в установленном законом порядке.  

Председательствующий 

 С.А. Бычихина  

Судьи 

 О.Б. Великоредчанин  

 М.В. Немчанинова