АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3086/21 

Екатеринбург

14 декабря 2023 г.

 

 Дело № А60-57287/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 декабря 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Савицкой К.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы арбитражного управляющего ФИО1 и конкурсного кредитора ФИО2 на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 по делу № А60-57287/2018 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте суда округа в сети «Интернет». 

В судебном заседании приняли участие представители: арбитражного управляющего ФИО1 – ФИО3 (доверенность от 30.09.2023); ФИО2 – ФИО4 (доверенность от 21.09.2021).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.10.2018 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.10.2018 в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации его долгов, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО6

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2019 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, которая неоднократно продлевалась.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.11.2019 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО1

Финансовым управляющим представлено в арбитражный суд ходатайство о завершении процедуры реализации имущества ФИО5 и неосвобождении должника от исполнения обязательств с приложением отчета о результатах процедуры банкротства и иных документов. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.07.2023 процедура реализации имущества ФИО5 завершена с неприменением в отношении него положений статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от обязательств.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 определение суда первой инстанции от 14.07.2023 отменено в части, ФИО5 освобожден от дальнейшего исполнения обязательств, в том числе, не заявленных в период процедуры банкротства.

В кассационных жалобах управляющий ФИО1 и ФИО2 просят постановление суда апелляционной инстанции от 03.10.2023 отменить, определение суда первой инстанции от 14.07.2023 оставить в силе, ссылаясь на несоответствие выводов апелляционного суда обстоятельствам дела. 

По мнению управляющего, апелляционный суд не учел обстоятельства, установленные в настоящем деле о банкротстве, где определением суда от 22.07.2022 установлено, что должник произвел действия по регистрации в качестве жилого дома объекта незавершенного строительства, не пригодного для проживания, состояние которого с момента возврата в конкурсную массу до регистрации в качестве жилого дома и реализации на торгах не изменялось, должник подал ходатайства об исключении данного имущества из конкурсной массы, по результатам торгов в сентябре 2021 года покупатель не смог зарегистрировать право собственности на приобретенную недвижимость, так как предметом договора был объект незавершенного строительства, договор с победителем торгов расторгнут, внесены изменения в положение о порядке реализации имущества, и управляющий вновь провел торги, а действия должника привели к судебным спорам (об оспаривании регистрационной записи как сделки должника, о признании за покупателем права на строение с новым кадастровым номером), и кредиторы не могли получить удовлетворение  требований до их завершения, а покупатель понес процессуальные издержки, при этом должник с управляющим не сотрудничал, заявления и пояснения о достройке объекта не подавал, об уточнении сведений в ЕГРН не уведомлял, скрыл обращение в регистрирующий орган, что говорит о недобросовестном поведении должника, которое привело к затягиванию реализации имущества. Заявитель не согласен с выводом суда, что действия должника существенно отразились на стоимости имущества, поскольку после расторжения договора от 08.09.2021 повторная реализация объекта происходила через длительное время, что и является фактором повышения цены, сопоставимым с общим ростом уровня цен, но апелляционный суд эти обстоятельства не исследовал и не учел, а кредиторы не могли получить удовлетворение требований, которые также обесценивались с ростом инфляции. Как указывает заявитель, апелляционный суд, квалифицируя действия должника, и, приводя правовые позиции по освобождению его от обязательств, не учел материалы дела, подтверждающие невозможность освобождения должника от обязательств, в частности сообщение ЕФРСБ от 24.03.2019 № 3601873 и финансовый анализ, в которых указано на наличие признаков преднамеренного банкротства должника, который сокрыл имущество, путем его продажи аффилированным лицам, в том числе, транспортное средство, которое было разукомплектовано, в связи с чем в конкурсную массу взысканы убытки в сумме 677 000 руб. (определение суда от 17.12.2020), и недвижимое имущество по сделкам купли-продажи с ФИО7 и ФИО8 (определение суда от 17.06.2019 и постановление суда от 08.10.2019), а, кроме того, должник уклонился от передачи управляющему необходимых сведений, и документы должника истребованы определением суда от 21.02.2019, а указанная выше регистрация без согласования с управляющим включенного в конкурсную массу объекта незавершенного строительства в качестве достроенного жилого дома, затянула реализацию имущества должника, при этом правоохранительные органы рассматривают заявление от 17.12.2019 по факту злостного уклонения от погашения должником кредиторской задолженности, по которому итоговое решение до настоящего времени не принято.

ФИО2 поддерживает доводы управляющего о злоупотреблении правом должником, в отношении которого управляющим сделан вывод о наличии признаков преднамеренного банкротства, в связи с заключением сделок, направленных на сокрытие имущества, в период, когда ФИО2 обратилась к должнику с иском о взыскании долга, и который заявил об исключении имущества из конкурсной массы, но апелляционный суд названные обстоятельства не исследовал и не учел.

ФИО5 в отзыве просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, в удовлетворении кассационных жалоб отказать.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы об освобождении ФИО5 от исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.10.2018 возбуждено дело о банкротстве ФИО5, в отношении него определением суда от 31.10.2018 введена процедура реструктуризации долгов, а решением Арбитражного суда Свердловской области от 20.03.2019 ФИО5 признан банкротом с введением в отношении его имущества процедуры реализации.

В процедуре реализации имущества управляющим приняты меры к выявлению имущества должника и его супруги, направлены запросы в регистрирующие и контролирующие органы, получены ответы, составлен реестр требований кредиторов, в который включены требования трех кредиторов третьей очереди на общую сумму 6 207 000 руб. 69 коп., в том числе: ФИО2 с требованием в размере 4 555 588 руб. 80 коп. - обеспечено залогом имущества, а после реализации предмета залога требование в сумме 3 866 148 80 руб. перенесено в третью очередь как не обеспеченное залогом, и с требованием в сумме 1 500 625 руб., а также публичное акционерное общество «Сбербанк» (требование в сумме 150 786 руб. 89 коп.), кроме того, признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после ликвидационной квоты требование уполномоченного органа в сумме 1000 руб. 01 коп. Требования кредиторов первой и второй очереди отсутствуют.

Требования кредитора третьей очереди погашены частично за счет средств конкурсной массы на сумму 2 684 100 руб. 25 коп., что составляет 43,24% от суммы требований кредиторов третьей очереди.

Расходы на проведение процедуры реализации имущества составили: 252 518 руб. 02 коп. - расходы финансового управляющего ФИО6, 720 851 руб. 19 коп. - расходы финансового управляющего ФИО1

Проведены мероприятия, направленные на возврат имущества должника путем оспаривания сделок должника, по результатам которых определением от 19.09.2019 признаны недействительными сделками заключенный должником с ФИО9 договор купли-продажи от 07.07.2017 и заключенный ФИО9 с ФИО10 договор купли-продажи от 28.01.2019 (автомобиль SUBARU В9 TRIBBKA), применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО10 возвратить автомобиль в конкурсную массу должника (имущество возвращено в конкурсную массу и реализовано управляющим); определением от 17.06.2019 с учетом постановления апелляционного суда от 08.10.2019 признаны недействительными сделками договор купли-продажи (купчая) от 02.07.2017 земельного участка и объекта незавершенного строительства между должником и ФИО7, а также договор купли-продажи этого же имущества от 26.11.2018 между ФИО7 и ФИО8, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО8 возвратить в конкурсную массу должника указанное имущество, которое возвращено должнику и реализовано управляющим.

Кроме того, финансовым управляющим с ФИО10 в пользу должника взысканы убытки в размере 677 000 руб. (определение от 17.12.2020, постановления от 12.03.2021, 23.06.2021), данная задолженность ФИО10 погашена в полном объеме, денежные средства поступили в конкурсную массу.

В конкурсную массу также включены жилое помещение и земельный участок по адресу г. Первоуральск, 

<

...>, которые реализованы финансовым управляющим в ходе процедуры банкротства.

Из анализа финансового состояния следует, что должник неплатежеспособен, восстановление платежеспособности в рамках процедуры реализации имущества, переход на процедуру реструктуризации долгов невозможен; процедуру реализации имущества необходимо завершить; признаков фиктивного банкротства финансовым управляющим не выявлено.

По результатам проведения процедуры банкротства, ссылаясь на выполнение всех мероприятий процедуры банкротства, на отсутствие свидетельств наличия и возможного выявления имущества должника, пополнения конкурсной массы и реализации имущества в целях проведения расчетов с кредиторами, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, представив отчет о результатах проведения реализации имущества должника, реестр требований кредиторов и другие необходимые документы.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для завершения реализации имущества ФИО5 

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества ФИО5 лицами, участвующими в деле, не обжалуются, и судом кассационной инстанции в соответствующей части не пересматриваются.

Отказывая в освобождении должника от обязательств, суд первой инстанции исходил из недобросовестного поведения должника, выразившегося в уклонении от погашения долга и сокрытии имущества от обращения на него взыскания, и того, что должник не сотрудничал с финансовым управляющим и препятствовал его деятельности.

Отменяя определение суда первой инстанции, и, освобождая должника от обязательств, апелляционный суд исходил из следующего.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства.

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности.

Предусмотренные Законом о банкротстве условия, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом суд должен установить, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается, в частности, если доказано, что при возникновении (исполнении) обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе, совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество. В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

Задача суда при разрешении вопроса об освобождении должника от исполнения требований кредиторов состоит в установлении истинных намерений при вступлении в правоотношения с кредиторами, объективных мотивов возникновения обстоятельств, приведших к невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств.

В силу пункта 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей», при установлении признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, иных обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении должником правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие заведомо не исполнимых обязательств, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации сокрытие (умышленное уничтожение) имущества, и т.п.), суд вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение к нему правила об освобождении от обязательств (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, поэтому управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника от обязательств.

По смыслу абзаца 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторских долгов. Подобное поведение должно выражаться в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности.

Намеренное уклонение обычно не ограничивается простым бездействием, его признаки, как правило, обнаруживаются в том, что должник: умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание; совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки, с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора; противодействует судебному приставу или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству; несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.09.2020 № 310-ЭС20-6956, от 31.10.2022 № 307-ЭС22-12512).

Как следует из материалов дела, ходатайствуя о неосвобождении должника от исполнения обязательств, управляющий указывал на сокрытие должником имущества в период, когда кредитор ФИО2 обратилась с иском о взыскании с ФИО5 денежных средств, путем его продажи аффилированным лицам; на уклонение должника от передачи управляющему документов, истребованных определением суда от 21.02.2019 по настоящему делу; а также на совершение должником без уведомления управляющего действий по регистрации объекта незавершенного строительства в качестве жилого дома, которые привели к необходимости проведения повторных торгов и затягиванию расчетов с кредиторами.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все материалы дела и представленные доказательства, с учетом конкретных обстоятельств дела, в рамках которого по заявлению финансового управляющего признаны недействительными сделки купли-продажи транспортного средства должника, заключенные 07.07.2017 должником с ФИО9 и 28.01.2019 последним – с ФИО10 (определение суда от 19.09.2019), а также сделки купли-продажи земельного участка и объекта незавершенного строительства, заключенные 02.07.2017 должником с ФИО7 и 26.11.2018 последней – с ФИО8 (определение суда от 17.06.2019, изменено постановлением суда от 08.10.2019), приняв во внимание, что названные сделки признаны недействительными, и в отношении данных сделок применены последствия недействительности в виде возврата соответствующего имущества в конкурсную массу должника, и, установив, что в рассматриваемом случае отчужденное имущество поступило в конкурсную массу, реализовано в процедуре банкротства, и вырученные от его продажи денежные средства, а также денежные средства, поступившие в конкурсную массу в счет возмещения ущерба от повреждения указанного имущества, распределены между кредиторами, что отражено в отчете финансового управляющего, апелляционный суд признал доказанным материалами дела в данной части, что недобросовестные действия должника в конечном итоге не повлекли негативные последствия, в частности, в виде непогашения требований кредиторов, и не привели к нарушению имущественных прав кредиторов, к уголовной ответственности должник за совершение названных сделок и преднамеренное банкротство не привлечен, ввиду чего, в отсутствие доказательств иного, апелляционный суд пришел к выводу, что в данном случае, с учетом всех конкретных обстоятельств настоящего дела, в том числе, с учетом того, что все имущество должника, подлежавшее реализации с целью погашения кредиторской задолженности должника, в ходе процедуры банкротства реализовано в установленном порядке, и в полном объеме возмещены убытки, возникшие в связи с повреждением имущества должника, а денежные средства от реализации имущества должника направлены на расчеты с кредиторами, и негативные последствия отчуждения имущества должника устранены в полном объеме, должник может быть освобожден от исполнения обязательств перед кредиторами.

Кроме того, по результатам исследования и оценки материалов дела и всех доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела, проверив обоснованность доводов управляющего о совершении должником без уведомления финансового управляющего действий по регистрации объекта незавершенного строительства в качестве жилого дома, установив, что первоначально заключенный по результатам торгов договор купли-продажи от 08.09.2021 расторгнут 31.08.2022 в связи с невозможностью покупателя осуществить регистрацию объектов недвижимости (в удовлетворении иска о признании права собственности на объект незавершенного строительства как на жилой дом отказано вступившим в законную силу судебным актом), в связи с чем в отношении спорного имущества внесены изменения в Положение о порядке продажи и вновь объявлены торги, а также, установив, что вновь назначенные торги состоялись, и по их результатам, благодаря действиям должника по перерегистрации объекта незавершенного строительства на жилой дом, реализация этого имущества вместе с земельный участком совершена по более высокой цене, чем получена при реализации объекта незавершенного строительства (вместо 1,5 млн. руб. в конкурсную массу поступило 2,3 млн. руб.), и поступившие денежные средства распределены между кредиторами должника, что подтверждается отчетом финансового управляющего, и, исходя из того, что действия должника по перерегистрации объекта совершены с добросовестной целью, не направлены на нарушение прав кредиторов и, напротив, им соответствовали, так как привели к пополнению конкурсной массы в наибольшем размере, причем должник, фактически нивелировав бездействие управляющего в отношении спорного недвижимого имущества, воспрепятствовал возможному причинению вреда кредиторам, апелляционный суд, в отсутствие доказательств иного, опровергающих изложенные выводы, пришел к выводу о недоказанности в данной части недобросовестных действий должника, направленных на причинение вреда его кредиторам, при том, что вступившими в законную силу судебными актами отказано в признании недействительным вышепоименованных действий должника и при этом судами установлено, что в результате названных действий должника негативных последствий для конкурсной массы не наступило, а, напротив, в конкурсную массу включен объект завершенного строительства, стоимость которого выше, чем стоимость объекта, не введенного в эксплуатацию, и иное не доказано. 

Доводы заявителей о том, что должник подал ходатайства об исключении имущества из конкурсной массы, по результатам исследования и оценки доказательств отклонены апелляционным судом, поскольку реализация должником в установленном порядке права на рассмотрение спора в судебном порядке не может являться основанием для его неосвобождения от долгов.

Ссылка управляющего на непередачу должником всех документов и сведений, истребованных судом определением от 21.02.2019, как свидетельство недобросовестного поведения должника в банкротстве, являлась предметом исследования и оценки апелляционного суда и отклонена как не подтвержденная документально и не соответствующая материалам дела, из которых не усматривается, что должник намеренно не исполнил запрос управляющего в полном объеме, скрыл от управляющего, кредиторов и суда сведения в отношении себя и своего имущества, а само по себе неисполнение должником запроса от 15.11.2018 не является достаточным основанием для отказа в освобождении должника от исполнения обязательств, при том, что должником раскрыты причины отсутствия ответа на первый запрос управляющего и в дальнейшем необходимые сведения и документы им представлены, а доказательства иного, свидетельствующие, что должником не переданы управляющему какие-либо документы, отсутствие которых не позволило провести должным образом мероприятия банкротства и пополнить конкурсную массу, отсутствуют, доводы об этом управляющим не приведены.

С учетом всех вышеизложенных установленных судом обстоятельств, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, по результатам исследования и оценки всех доказательств по делу, установив отсутствие в поведении должника признаков намеренного уклонения от погашения долга в их гражданско-правовом значении и то, что доводы управляющего и кредитора о злостном уклонении ФИО5 от исполнения обязательств перед ним не нашли своего подтверждения, а иные обстоятельства, исключающие применение правила, предусмотренного пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, судами не установлены, руководствуясь тем, что, по смыслу нормы пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, случай, когда должник оказывается в ситуации трудных жизненных обстоятельств, которые в итоге приводят к его финансовой несостоятельности - это ординарная ситуация, где и должны работать механизмы освобождения подобного гражданина от долгов, апелляционный суд пришел к выводу о недоказанности материалами дела наличия в данном случае оснований для отказа в применении в отношении ФИО5 правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

Таким образом, при вынесении постановления апелляционный суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия всех необходимых и достаточных оснований для неосвобождения ФИО5 от исполнения обязательств перед кредиторами, и из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств, опровергающих данные выводы и свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Апелляционным судом верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационных жалоб судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм права, являлись предметом оценки апелляционного суда, документально не подтверждены и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявители фактически ссылаются не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражают несогласие с произведенной судом оценкой доказательств, просят еще раз пересмотреть данное дело по существу в обжалуемой части и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемый судебный акт следует оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.10.2023 по делу № А60-57287/2018 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационные жалобы арбитражного управляющего ФИО1 и конкурсного кредитора ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                           Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                        О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                                  К.А. Савицкая