АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-21376/2016

г. Краснодар

19 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 6 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 февраля 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Резник Ю.О., судей Андреевой Е.В. и Денека И.М., при участии в судебном заседании от Ширина Никиты Геннадьевича – ФИО1 (доверенность от 12.10.2022), от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ейская мануфактура» ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 10.01.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ейская мануфактура» ФИО2 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023 по делу № А32-21376/2016 (Ф08-14403/2023), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ейская мануфактура» (далее – должник) ФИО4 обратился в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего Перекрест Г.Б. (далее – конкурсный управляющий), выразившиеся в отказе оспаривания сделки, и с требованием о взыскании с него 1 485 656 рублей 72 копеек убытков (уточненные требования).

Определением от 13.07.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Определением от 06.09.2023 апелляционный суд перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации (далее – Кодекс) для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции. К участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены НП СРО АУ «Развитие» и ООО «Страховая компания "Аскор"».

Постановлением апелляционного суда от 06.12.2023 в удовлетворении ходатайств ФИО4 об утонении заявленных требований и о привлечении к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Британский Страховой Дом» отказано. Определение от 13.07.2023 отменено. Признаны незаконными действия (бездействие) конкурсного управляющего, выразившиеся в неоспаривании сделки. С конкурсного управляющего в пользу должника взыскано 792 401 рубль 57 копеек убытков. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе определение суда первой инстанции. Податель жалобы ссылается на то, что не установлена совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Должник на момент совершения сделки не отвечал признакам неплатежеспособности. Не доказана причинно-следственная связь между бездействием конкурсного управляющего и возникновением убытков на стороне должника. По мнению конкурсного управляющего, лицами, участвующими в деле, не доказан размер денежных средств, который должен был поступить в конкурсную массу должника, если бы сделка была признана недействительной.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО4 указал на законность и обоснованность постановления апелляционного суда.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы кассационной жалобы, просил отменить обжалуемый судебный акт.

Представитель ФИО4 возражал против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей в суд кассационной инстанции не обеспечили, поэтому жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 24.06.2016 заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением от 20.04.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто кнкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден Перекрест Г.Б.

Определением от 05.08.2022, оставленным без изменения постановлением от 06.09.2022 и постановлением суда округа от 21.10.2022, ФИО5 и ФИО4 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с указанных лиц в пользу должника взысканы денежные средства в сумме 219 168 633 рубля 68 копеек.

Должник (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключили договор купли-продажи недвижимого имущества от 15.04.2014, согласно которому должник продал, а покупатель приобрел и оплатил бытовое помещение – комнату отдыха, лит. Г20, площадью 60 кв. м с кадастровым номером 23:42:0101001:113, назначение: нежилое, расположенное по адресу: Краснодарский край, г. Ейск, база «Песчаная коса», стоимостью 40 тыс. рублей.

ФИО4, ссылаясь на то, что бездействие конкурсного управляющего по неоспариванию названного договора привело к причинению должнику убытков в размере кадастровой стоимости недвижимого имущества (1 485 656 рублей 72 копейки), обратился в суд с рассматриваемым требованием.

Законность решения и постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Кодекса пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

В силу статьи 32 Закон о банкротстве и части 1 статьи 223 Кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В статьях 20.3 и 129 Закона о банкротстве определен основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего, невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей.

В абзаце пятом пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве предусмотрено, что конкурсный управляющий в числе прочего вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

При этом в соответствии с пунктом 3 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно части 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Оценка действий арбитражного управляющего на предмет добросовестности и разумности их совершения производится судом с учетом целей процедуры банкротства, интересов должника и конкурсных кредиторов.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего является гражданско-правовой, поэтому вопрос о возмещении им убытков подлежит рассмотрению по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс).

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, его причинившего, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом (статья 1064 Гражданского кодекса).

Таким образом, применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий (основания возмещения убытков): противоправность действий причинителя убытков, причинная связь между противоправными действиями и возникшими убытками, наличие и размер понесенных убытков.

В пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих» указано, что под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225 изложен правовой подход, согласно которому потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации. Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением. Затем управляющий оценивает реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом заявлений об оспаривании сделок.

Проанализировав перспективы оспаривания сделки, апелляционный суд установил, что договор купли-продажи бытового помещения – комнаты отдыха, лит. Г20, назначение – нежилое, общей площадью 60,9 кв. м, кадастровый номер 23:42:0101001:113, расположенного по адресу: Краснодарский край, город Ейск, туристическая база «Песчаная Коса», заключен должником и ФИО6 15.04.2014. В соответствии с пунктом 3 договора стоимость недвижимого имущества составила 40 000 рублей. Указанную сумму покупатель уплатил продавцу до подписания договора, при этом покупатель внес указанную сумму в кассу продавца наличными денежными средствами. Расчет между сторонами произведен в полном объеме, претензий по оплате у сторон нет, что стороны подтверждают подписанием договора.

Учитывая, что настоящее дело о банкротстве возбуждено 24.06.2016, суд апелляционной инстанции отметил, что названная сделка заключена должником в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд также пришел к выводу о том, что на момент заключения договора должник обладал признаками неплатежеспособности, имел неисполненные обязательства перед Банком ВТБ (ПАО), ПАО «Банк Уралсиб», ПАО «Сбербанк России», требования которых впоследствии включены в реестр.

Наличие признаков неплатежеспособности в спорный период установлено так же в рамках обособленного спора о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. Так, суды указали, что исходя из бухгалтерского баланса за 2014 год, стоимость всего имущества должника составила 26,174 млн рублей, прибыль – 6,357 млн рублей. С учетом размера активов должника объем принятых обязательств перед ПАО «Банк Уралсиб» и Банком ВТБ являлся значительным для должника. По состоянию на 31.03.2014 размер принятых на себя должником обязательств, подтвержденных вступившими в законную силу судебными актами, составил около 100 млн рублей.

С учетом размера активов должника объем принятых обязательств перед ПАО «Банк Уралсиб» и ПАО «Сбербанк» являлся значительным для общества «Ейская мануфактура».

При этом апелляционный суд отметил, что в соответствии с выпиской из ЕГРН от 24.10.2023 № КУВИ-001/2023-241183492 кадастровая стоимость объекта недвижимости составляет 792 401 рубль 57 копеек.

Кроме того, согласно акту приемки законченного строительством объекта от 27.05.2003 должником возведены и введены в эксплуатацию два аналогичных объекта, стоимость строительно-монтажных работ которых составила по 145 тыс. рублей. Данное обстоятельство также свидетельствует о занижении стоимости отчужденного объекта.

Ходатайство о проведении судебной экспертизы с целью определения стоимости имущества на дату заключения сделки конкурсным управляющим не заявлено.

В этой связи апелляционный суд подчеркнул, что при таких обстоятельствах, действуя добросовестно и с должной степенью осмотрительности с учетом положений, содержащихся в пункте 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, принимая во внимание заниженную стоимость отчуждения имущества должника в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также наличие у должника на дату совершения сделки неисполненных обязательств как поручителя по кредитным договорам ООО «ИВСИЛ Евро Трейд», конкурсный управляющий Перекрест Г.Б. мог и должен был иметь обоснованные сомнения в правомерности отчуждения имущества должника.

Довод конкурсного управляющего об отсутствии оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве ввиду недоказанности совокупности условий для признания ее недействительной подлежит отклонению.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В данном случае апелляционный суд исследовал обстоятельства заключения договора с целью установления наличия (отсутствия) признака неравноценности встречного предоставления по оспариваемой сделке, то есть факта причинения вреда кредиторам, который является необходимым элементом для квалификации сделки недействительной как по пункту 1, так и по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Отклоняя довод конкурсного управляющего Перекреста Г.Б. о том, что отсутствуют признаки заинтересованности сторон сделок, апелляционный суд сослался на правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, согласно которой отчуждение не имеющего недостатков имущества по цене, заниженной многократно, очевидно свидетельствует о том, что продавец преследовал цель вывода ликвидного имущества. Это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых продавец за почти символическую цену продает имущество. Он не мог не осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации недвижимости. Таким образом, само по себе занижение стоимости свидетельствует о наличии злоупотребления правом со стороны покупателя (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018).

При этом апелляционный суд отметил, что ФИО6 (покупатель) не мог не знать, что приобретает имущество по очевидно заниженной стоимости (почти 20 раз), что должно было вызвать у любого участника гражданских правоотношений сомнения относительно добросовестной цели заключаемой сделки.

Признавая обоснованным требование о взыскании с конкурсного управляющего Перекреста Г.Б. убытков, суд апелляционной инстанции учел правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225, в соответствии с которой в случае предъявления к конкурсному управляющему иска о взыскании убытков в связи с неоспариванием или несвоевременным оспариванием сделок отсутствие судебного акта о недействительности сделок не препятствует суду оценить доводы истца о судебной перспективе оспаривания сделок при соблюдении срока исковой давности. При этом суду достаточно вывода о высокой вероятности признания сделок недействительными.

Из содержания определения Верховного суда Российской Федерации от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779 (1,2), следует, что при оценке перспектив для рассмотрении вопроса о целесообразности оспаривания сделок должника следует исходить из степени вероятности удовлетворения соответствующих исков, а не из способности ответчиков к исполнению такого решения суда. Так, под убытками понимается, в том числе, утрата возможности увеличения конкурсной массы и при этом суду достаточно вывода о высокой вероятности признания сделок недействительными.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной на основании специальных банкротных норм начинает течь с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве). Этот срок течет с момента назначения первоначально утвержденного конкурсного управляющего и составляет один год.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Как следует из материалов дела, решением суда от 15.03.2017 в отношении должника введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Перекрест Г.Б.

При этом конкурсным управляющим ФИО2 не представлено доказательств, свидетельствующих об отсутствии возможности получения сведений о сделках должника, и, как следствие, возможности обратиться в суд с заявлением о признании сделки по отчуждению имущества должника недействительной. Напротив, возражая против удовлетворения жалобы ФИО4, конкурсный управляющий ссылался не на отсутствие сведений о сделке, а на то, что не усмотрел правовых оснований для ее оспаривания.

Учитывая отсутствие доказательств, свидетельствующих об отсутствии у конкурсного управляющего Перекреста Г.Б. возможности выявить сделку по отчуждению имущества должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о пропуске конкурсным управляющим ФИО2 как годичного срока давности по оспариванию сделки должника по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, так и трехлетнего срока давности по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определяя размер убытков исходя из кадастровой стоимости отчужденного имущества, апелляционный суд сослался на правовую позицию, изложенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.2013 № 10761/2011 и определениях Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 305-ЭС16-11170, от 22.02.2018 № 306-ЭС17-17171, согласно которой допустимо использовать кадастровую стоимость объектов недвижимости для оценки сделки по отчуждению имущества по заниженной цене.

Кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. По общему правилу, кадастровая стоимость должна соответствовать действительной стоимости недвижимого имущества. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости. При формировании условий сделки купли-продажи продавец обязан принимать во внимание объективные данные о рыночной стоимости отчуждаемого имущества.

Значению кадастровой стоимости отведена особая роль при приобретении земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности. В частности, она является одним из критериев определения начальной цены при продаже на торгах (пункт 1 статьи 39.3, пункт 1 статьи 39.4, пункт 12 статьи 39.11 Земельного кодекса Российской Федерации), либо ориентиром стоимости при продаже без проведения торгов (пункт 3 статьи 39.4 данного Кодекса).

В связи с изложенным, проанализировав в совокупности фактические обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства с позиции статьи 71 Кодекса, учитывая, что сделка по отчуждению имущества совершена в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, имущество отчуждено по заниженной стоимости в период наличия у должника неисполненных обязательств как поручителя по кредитным договорам, заключенным ООО «ИВСИЛ Евро Трейд» с банками, при этом доказательств, свидетельствующих об отсутствии у конкурсного управляющего Перекреста Г.Б. возможности получить сведения о сделке и обратиться в суд с заявлением о признании ее недействительной, в материалы дела не представлено, а также принимая во внимание утрату возможности по оспариванию сделки в связи с пропуском срока давности, и, как следствие, невозможность возврата в конкурсную массу имущества или его денежного эквивалента, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для признания бездействия конкурсного управляющего Перекреста Г.Б., выразившегося в неоспаривании названной сделки, незаконным, в связи с чем правомерно удовлетворил жалобу ФИО4, взыскав с конкурсного управляющего Перекреста Г.Б. убытки в размере кадастровой стоимости отчужденного должником имущества.

Суд округа, отклоняя доводы жалобы, полагает, что в рассматриваемом случае отсутствуют основания для выводов о том, что поведение конкурсного управляющего должника основывалось на каких-то объективных причинах и управляющий проявил надлежащую заботливость и осмотрительность, которые следовало ожидать в аналогичной ситуации при аналогичных обстоятельствах от обычного арбитражного управляющего, что в свою очередь исключает возможность признания его поведения разумным и обоснованным.

Кроме того, оспаривание сделок, связанных с отчуждением имущества должника, влечет в качестве последствий возврат имущества либо его стоимости в конкурсную массу, за счет которой возможно погашение требований кредиторов и, соответственно, достижение цели конкурсного производства. Поэтому с учетом срока обжалования оспариваемой сделки, ограниченных сроков проведения процедуры банкротства конкурсным управляющим должны быть предприняты исчерпывающие оперативные меры по оспариванию сделок должника в разумный срок, ограниченный срок проведения процедуры.

При таких обстоятельствах основания для отмены судебного акта по доводам кассационной жалобы отсутствуют. Правильность выводов суда апелляционной инстанции по существу спора подателем жалобы не опровергнута, несогласие с ними не может служить основанием, достаточным для отмены или изменения постановления. Переоценка исследованных судом доказательств и установленных по делу обстоятельств не входит в полномочия суда кассационной инстанции (статьи 286 и 287 Кодекса). Апелляционный суд полно и всесторонне исследовал и оценил представленные доказательства, правильно применил нормы материального права. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 284 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023 по делу № А32-21376/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

Ю.О. Резник

 

Судьи

 

Е.В. Андреева

 

И.М. Денека