ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-3194/2017

12 апреля 2021 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  08 апреля 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  12 апреля 2021 года.

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Брежневой О.Ю.

судей  Зюкова В.А., Котлярова Н.Е.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-15048/2020) ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24 ноября 2020 года по делу № А75-3194/2017 (судья Колесников С.А.), вынесенное по результатам рассмотрения вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2  на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (установлении размера ответственности), вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО2 по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (установлении размера ответственности), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Югорский мясокомбинат» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

 

при участии в судебном заседании:  

представителя ФИО2 – ФИО4 по доверенности от 02.04.2019, 

 

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее – ИП ФИО5, заявитель) обратился 10.03.2017 в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Югорский мясокомбинат» (далее - ООО «Югорский мясокомбинат») несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 17.02.2017 заявление принято, возбуждено производство по делу № А75-3194/2017, назначено судебное заседание по проверке его обоснованности.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18.04.2017 заявление ИП ФИО5 признано обоснованным, в отношении ООО «Югорский комбинат» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО6.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18.09.2017 ООО «Югорский мясокомбинат» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего ООО «Югорский мясокомбинат» возложены на ФИО6.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.01.2018 конкурсным управляющим ООО «Югорский мясокомбинат» утверждена ФИО7.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 20.06.2018 ФИО7 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Югорский мясокомбинат».

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 09.07.2018 конкурсным управляющим ООО «Югорский мясокомбинат» утвержден ФИО8 (далее – ФИО8, конкурсный управляющий).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 09.01.2019 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО9.

Индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее – ИП ФИО5) и конкурсный управляющий ФИО9 обратились в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлениями о привлечении контролирующих должника лиц ФИО3 (далее – ФИО3) и ФИО2 (далее – ФИО2) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Позднее конкурсным управляющим уточнены заявленные требования, конкурсный управляющий ходатайствовал о привлечении в качестве соответчиков учредителя должника ФИО10 (далее – ФИО10) и ФИО11 (далее – ФИО11), являвшегося коммерческим директором ООО «Югорский мясокомбинат».

Арбитражным судом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры к участию в обособленном споре в качестве соответчиков привлечены ФИО10 и ФИО11

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 31.03.2019 установлено наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Югорский мясокомбинат» контролирующих должника лица: ФИО3, ФИО2, ФИО10, ФИО11; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до установления в полном объеме размера требований кредиторов ООО «Югорский мясокомбинат» и окончания расчетов с кредиторами; отменены принятые по настоящему обособленному спору обеспечительные меры.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2019 определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 31.03.2019 отменено, принят новый судебный акт. 

Признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в отношении ФИО3 и ФИО2, приостановлено рассмотрение этого заявления в отношении ФИО3 и ФИО2 до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Вопрос о возобновлении производства по делу и об определении размера ответственности направлен на рассмотрение в суд первой инстанции.

В удовлетворении заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10, ФИО11 отказано в полном объеме.

В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве отказано.

Вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявление ФИО3 об отмене и частичной замене принятых в отношении него и контролируемых им лиц мер удовлетворено частично: заменены принятые определением от 27.02.2018 обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество ФИО3 и контролируемых им юридических лиц: общества с ограниченной ответственностью «Мармитэкс» (далее – ООО «Мармитэкс») и общества с ограниченной ответственностью «МТМ» (далее – ООО «МТМ») в пределах суммы в размере 5 566 406,82 руб. на следующие обеспечительные меры:

наложить арест на имущество ФИО3 и контролируемых им юридических лиц: ООО «Мармитэкс» и ООО «МТМ» в пределах суммы в размере 856 097,46 руб.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 20.02.2020 производство по рассмотрению вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве приостановлено до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. 

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 22.06.2020 производство по рассмотрению вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве возобновлено. 

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.08.2020 производство по рассмотрению вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО2 по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве возобновлено. 

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 22.06.2020 к участию в настоящем деле о банкротстве в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО2 ФИО12

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.11.2020 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Югорский мясокомбинат» контролирующие должника лица ФИО3 и ФИО2 по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве. 

Привлечена к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Югорский мясокомбинат» бывший руководитель должника ФИО2 по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

С ФИО2 в пользу ООО «Югорский мясокомбинат» в порядке субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в сумме 11 826 270,30 руб.

С ФИО3 в пользу ООО «Югорский мясокомбинат» в порядке субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в сумме 789 015, 48 руб.

Не соглашаясь с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда отменить в части привлечения ее к субсидиарной ответственности по пунктам 2, 4 статьи 10 Закона о банкротстве и взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Югорский мясокомбинат» в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в сумме 11 826 270, 30 руб., принять новый судебный акт – в удовлетворении требований арбитражного управляющего о взыскании с ФИО2 в пользу ООО «Югорский мясокомбинат» в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в сумме 11 826 270, 30 руб. отказать в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы подателем указано, что выводы арбитражного суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам; обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения данного спора арбитражным судом первой инстанций не были оценены и отражены в судебном акте, а именно:

не дана оценка доводам ФИО2 о том, что должник перестал осуществлять расчеты с независимыми кредиторами ввиду оказания предпочтения ФИО3 и подконтрольному ему ООО «Мармитэкс», сделки должника с которыми в последующем были оспорены в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Югорский мясокомбинат»,

у ООО «ЮМК» имелась дебиторская задолженность в размере 3 714 601, 03 руб. согласно перечню дебиторов, переданных ФИО2 конкурсному управляющему (пункт 17 акта приема-передачи документов от 05.10.2017 № 2), в том числе дебиторская задолженность ООО «Регион Общепит Сервис» на сумму 2 527 399,19 руб.,

оснований для обращения в срок до 22.04.2016 в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Югорский мясокомбинат» у ФИО2 не имелось, ввиду отсутствия признаков несостоятельности (банкротства) должника,

резолютивная часть обжалуемого определения не содержит сведений, в пользу каких именно кредиторов, на каком основании и в каком размере с ФИО2 в порядке пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве подлежат взысканию денежные средства,

судом не рассмотрены доводы ФИО2 о том, что при рассмотрении настоящего спора имеется корпоративный конфликт между бывшим директором ООО «Югорский Мясокомбинат» ФИО2 и мажоритарным учредителем должника ФИО3, вследствие чего предъявление иска о привлечении к субсидиарной ответственности к ФИО2 является средством давления в рамках имеющегося спора между участниками общества,

требования независимых кредиторов (ООО «Аркадия», ООО «Промышленная группа «Искра») составляют в реестре незначительную часть (789 015,48 руб. от общей суммы 14 403 448,45 руб.), остальные требования принадлежат ФИО3 и аффилированному с ним ООО «Мармитэкс», при этом требования ООО «Мармитэкс» и ФИО3 считаются подлежащими удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «Югорский мясокомбинат», а также после удовлетворения требований незаинтересованных кредиторов, чьи требования учтены за реестром.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28.01.2021 апелляционная жалоба ФИО2 принята к производству, назначена к рассмотрению в заседании суда на 18.03.2021.

Конкурсный управляющий ФИО9 в отзыве на апелляционную жалобу опровергает изложенные в ней доводы, просит оставить принятый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2021 (резолютивная часть объявлена и отражена в протоколе судебного заседания от 18.03.2021) рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 08.04.2021.

До начала судебного заседания в материалы спора от конкурсного управляющего ФИО9 поступили пояснения в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), согласно которым размер субсидиарной ответственности должен составлять 11 688 146,10 руб. с учетом того, что на дату рассмотрения апелляционной жалобы требование ООО «Аркадия» в сумме 38 123,70 руб. погашено, ООО «Мартмитэкс» и ФИО3 не являются лицами, заинтересованными по отношению к ФИО2, в связи с чем их требования подлежат учету в размере субсидиарной ответственности.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, считал определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ, рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие неявившихся представителей участвующих в деле лиц.

При рассмотрении жалобы суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции проверяет судебный акт в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведённых в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Возражений против проверки в обжалуемой части к началу рассмотрения апелляционной жалобы не поступило.

Поэтому в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено лишь в части доводов апелляционной жалобы, в остальной части обжалуемое определение не проверяется.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции усматривает основания для отмены определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 24.11.2020 по настоящему делу в обжалуемой части.

Как указано выше, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019 признано доказанным наличие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в отношении ФИО3 и ФИО2, в связи с чем в данной части суд первой инстанции констатировал наличие оснований для привлечения ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В части привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве судом первой инстанции установлено, что по состоянию на 21.06.2016 у ООО «Югорский мясокомбинат» возникли признаки банкротства, в связи с чем ФИО2 обязана была в срок до 22.04.2016 обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Югорский мясокомбинат». Между тем, ФИО2 возложенную на нее Законом о банкротстве обязанность не исполнила, каких-либо препятствий выполнить требования Закона о банкротстве, по мнению суда первой инстанции, у ФИО2 не имелось, в связи с чем сделан вывод о наличии правовых оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Определяя размер субсидиарной ответственности ответчиков, суд первой инстанции руководствовался расчетом, представленным конкурсным управляющим, согласно которому после завершения расчетов с кредиторами остались непогашенными требования третьей очереди ООО «Мармитэкс» в сумме 100 000, 50 руб. штрафа; требования, учитываемые за реестром, в размере 11 726 269, 80 руб., в связи с чем размер субсидиарной ответственности ФИО2 составляет 11 826 270,30 руб. 

Приняв во внимание, что ООО «Мармитекс» и ФИО3 являются контролирующими должника лицами, исходя из положений пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции указал, что размер субсидиарной ответственности учредителя ФИО3 подлежит определению как разница между общим размером субсидиарной ответственности и суммой требований ООО «Мармитекс» и ФИО3, а равно определяется как сумма требований ООО «Аркадия» в размере 38 123,70 руб. и ООО Промышленная группа «Искра» в размере 750 891, 78 руб., что составило 789 015,48 руб.

Повторно исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно абзацу восьмому пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции закона № 134-ФЗ, пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Полагая преждевременным определение размера субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции, установив в постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019 наличие оснований для привлечения ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановил производство по рассмотрению заявления в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами. Вопрос о возобновлении производства по делу и об определении размера ответственности направлен на рассмотрение в суд первой инстанции.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 29.08.2020 производство по рассмотрению вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 и ФИО2 по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве возобновлено.

По смыслу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве установленная в ней субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц по обязательствам должника наступает при наличии установленной в указанной норме права презумпции в случае, если в связи с совершением таким лицом определенный действий (бездействия) становится невозможным полное погашение требований кредиторов должника, независимо от того, совершены эти действия до или после возникновения у должника признаков объективного банкротства.

Указанное подтверждается тем, что новые нормы Закона о банкротстве, содержащиеся в статье 61.11 указанного нормативно-правового акта, сформулированы следующим образом: «Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника» (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве); 

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам настоящей статьи также в случае, если: должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника» (пункт 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, институт субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника, направленный на дополнительную защиту прав и законных интересов его кредиторов, предполагает наступление соответствующей ответственности не только в случае, если действия контролирующее должника лица привели к возникновению у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, но также в случае, если в связи с совершением указанным лицом определенных действий (его бездействия) погашение требований кредиторов в полном объеме не представляется возможным.

Такое толкование применимо и к ранее действовавшим нормам.

Относительно размера субсидиарной ответственности суд первой инстанции отметил следующее.

Согласно представленным конкурсным управляющим уточнениям размера субсидиарной ответственности (исх. № 181-11/20К от 16.11.2020), принятых во внимание судом первой инстанции, после завершения расчетов с кредиторами остались непогашенными требования третьей очереди ООО «Мармитэкс» в сумме 100 000,50 руб. штрафа; требования, учитываемые за реестром, составили 11 726 269, 80 руб., в том числе: 

- ФИО3 в сумме 6 545 250,83 руб.; 

- ООО «Мармитэкс» в сумме 4 392 003,49 руб.; 

- ООО «Аркадия» в сумме 38 123,70 руб.; 

- ООО Промышленная группа «Искра» в сумме 750 891,78 руб.

Всего 11 826 270, 30 руб.

Вместе с тем, из материалов дела следует и участвующими в деле лицами не отрицается, что ФИО3 является единственным участником и руководителем ООО «Мармитэкс», а также участником ООО «Югорский мясокомбинат» с долей участия в размере 50%.

С учетом изложенного, ООО «Мармитэкс» и ООО «Югорский мясокомбинат» являются аффилированными лицами через участника ФИО3

Суд первой инстанции указал, что поскольку ООО «Мармитекс» и ФИО3 являются контролирующими должника лицами, исходя из положений пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности учредителя ФИО3 подлежит определению, как разница между общим размером субсидиарной ответственности и суммой требований ООО «Мармитекс» и ФИО3, определив при этом размер субсидиарной ответственности ФИО2 равный 11 826 270, 30 руб.

Указанные выводы судебная коллегия признает ошибочными, сделанными при неправильном толковании норм права.

Так, согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019 установлено, что в равной степени контролирующим должника лицом является ФИО3, так как, согласно доводам лиц, участвующих в деле, которые сам ФИО3 не опровергает, а подтверждает, он осуществлял прямое непосредственное финансирование текущей деятельности должника, благодаря которому эта деятельность осуществлялась, контролировал деятельность ФИО2 

Из материалов дела усматривается, что ФИО3 давал обязательные для исполнения должником распоряжения, требовал предоставления ему отчетности должника, давал согласие на распределение полученной должником прибыли, принимал участие в решении вопросов о погашении задолженности перед контрагентами (том 28, листы дела 103-115, 133, том 61, листы дела 9-41). 

Таким образом, ФИО3 и подконтрольное ему предприятие ООО «Мармитэкс» не могли не осознавать наступление риска убытков, в том числе риска неполучения ожидаемых доходов при условии полного контроля финансово-хозяйственной деятельности ООО «Югорский мясокомбинат», что также подтверждается материалами дела и вступившими в законную силу судебными актами, имеющими преюдициальное значение. 

Между тем, ФИО3 и ООО «Мармитэкс» также признаются аффилированными по отношению к ФИО2 лицами по признаку вхождения в одну корпоративную группу лиц.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837, иск о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности либо к ответственности за причинение должнику убытков является групповым косвенным иском, так как предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий.

Данное требование принадлежит независимым от должника кредиторам и является исключительно их средством защиты.

При этом доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о наличии между лицами фактический аффилированности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС18-6757(2,3)).

В данном случае с учетом включения в реестр требований аффилированных к должнику лиц согласно абзацу третьему пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве при определении размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц не учитываются непогашенные требования этих лиц, являвшихся выгодоприобретателями от осуществляемого должником бизнеса, поскольку субсидиарная ответственность является ответственностью за вред, причиненный независимым кредиторам должника в связи с недобросовестным, неразумным, нарушающим требования закона ведением деятельности контролирующим лицом последнего.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО3, привлеченных по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, составляет сумму требований оставшихся непогашенными независимых кредиторов ООО «Аркадия» в размере 38 123, 70 руб. и ООО Промышленная группа «Искра» в размере 750 891,78 руб., и равен 789 015, 48 руб.

Как было указано, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Как разъяснено в пункте 19 Постановления № 53, при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

Если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае ФИО2 не приводит доводы о том, что наступлению объективного банкротства должника способствовали совокупные объективные рыночные факторы, подтверждающих данное обстоятельство доказательств не представляла.

Более того, вступившим в законную силу судебным актом установлен факт виновных действий ФИО2 (совершение невыгодных сделок, необоснованное списание продукции должника, безосновательное расходование денежных средств должника), приведших к банкротству ООО «Югорский мясокомбинат».

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции установил, что в результате совершения ФИО2 ряда невыгодных сделок, были отчуждены активы должника, в том числе основное производственное оборудование должника балансовой стоимостью более 11 000 000 руб., транспортное средство ГA3-A23R33 2015 года выпуска, осуществлено необоснованное расходование денежные средства, за счёт которых было возможно удовлетворение требований внешних кредиторов, что в совокупности привело к проблемам в финансово-хозяйственной деятельности ООО «Югорский мясокомбинат», и, как следствие, признанию общества несостоятельным (банкротом). 

В результате совершения сделок, которые проанализированы и оценены судом апелляционной инстанции, как не имеющие экономической целесообразности, имущественным правам кредиторов должника причинён вред. На момент заключения ряда спорных договоров у ООО «Югорский мясокомбинат» имелись признаки неплатежеспособности; общая сумма возвращенных ФИО3 и ООО «Мармитэкс» займов, с предпочтением в отношении удовлетворения требований, сопоставима с размером обязательств должника перед иными кредиторами. 

Доказательств того, что контролировавшее должника лицо – ФИО2 действовала исходя из обычных условий делового оборота и в пределах разумного предпринимательского риска, не представлено.

При этом в постановлении от 13.06.2019 суд апелляционной инстанции, учитывая нормы абзаца 8 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пришел к выводу, что по основаниям, предусмотренным пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, ФИО2 и ФИО3 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Югорский мясокомбинат» солидарно.

Иной принцип определения размера субсидиарной ответственности ФИО2 с учетом установленных судом оснований для его снижения подателем жалобы не предложен, судебной коллегией не усматривается, в связи с чем ФИО3 и ФИО2 подлежат солидарно привлечению по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Югорский мясокомбинат» в размере 789 015, 48 руб. 

Относительно довода конкурсного управляющего о том, что в размер субсидиарной ответственности ФИО2 подлежат включению погашенные требования ФИО3 через ОО «Мармитэкс» судебная коллегия отмечает следующее.

В рассматриваемом случае ФИО3 и ООО «Мармитэкс» (участник и директор ФИО3) являлись причастными к управлению должником, то есть они не имеют статуса независимых кредиторов, что лишает их возможности заявлять требование о привлечении к субсидиарной ответственности задолженность перед ними. 

В пункте 2 Постановления № 53 содержатся разъяснения, согласно которым при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.

Как следует из пункта 2 статьи 1081 ГК РФ, причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными.

Из материалов настоящего дела следует, что ООО «Мармитэкс» (по сути, ФИО3, являющийся его единственным учредителем и участником указанного юридического лица) практически полностью погашены требования независимых (внешних) кредиторов должника посредством заключения и исполнения договоров уступки права требования, соответствующие кредиторы заменены в реестре требований кредиторов должника на ООО «Мармитэкс», также произведена процессуальная замена ИП ФИО5 на ООО «Мармитэкс» (определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 02.07.2018, от 28.05.2019, от 28.05.2019, от 28.05.2019 по настоящему делу).

Таким образом, ФИО3, погасив требования независимых кредиторов должника, частично исполнил солидарную с ФИО2 обязанность возместить вред, причиненный внешним кредиторам их совместными действиями.

То обстоятельство, что возмещение осуществлялось не ФИО3, а подконтрольным ему лицом на основании договоров цессии, на существо отношений не влияет.

При толковании от обратного возникает возможность обхода положений закона о регрессе и освобождении одного из сопричинителей вреда от ответственности путем переложения возмещения на второго сопричинителя.

При таких обстоятельствах у ФИО3 (ООО «Мармитекс») на основании  пункта 2 статьи 1081 ГК РФ возникло право требования к ФИО2 доли от суммы выплаченных кредиторам денежных сумм. 

Размер доли определяется по аналогии (статья 6 ГК РФ) по правилам пункта 2 статьи 325 ГК РФ.

Указанное требование подлежит рассмотрению в самостоятельном порядке в рамках гражданского иска, поскольку предъявление подобных требований к ФИО2 расценивается как попытка ФИО3 и ООО «Мармитэкс» компенсировать последствия своих действий по вхождению в капитал должника и инвестированию в его бизнес. 

В то же время механизм привлечения к субсидиарной ответственности не может быть использован для разрешения корпоративных споров. 

Субсидиарная ответственность перед ФИО3 и ООО «Мармитэкс» в указанном размере в понимании норм Закона о банкротстве на ФИО2 возложена быть не может.

Относительно требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО2 является учредителем ООО «Югорский мясокомбинат», с 13.08.2014 (приказ № 01-К от 13.08.2014 – том 26, лист дела 21) до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства являлась директором ООО «Югорский мясокомбинат» (том 26, листы дела 21, 24-32, том 26, лист дела 17).

Следовательно, при возникновении у должника признаков объективного банкротства ФИО2 была обязана обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании его банкротом (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В ходе повторного рассмотрения спора в указанной части суд первой инстанции установил следующее.

Между ООО «Югорский мясокомбинат» и ИП ФИО5 заключен договор поставки № 80/14 от 28.11.2014. 

В соответствии с пунктами 1.1, 1.2 договора ИП ФИО5 обязуется передавать в собственность покупателя ООО «Югорский мясокомбинат» товар, а покупатель – оплачивать товар по наименованию, в ассортименте, количестве и по ценам, согласованным сторонами при получении поставщиком заявки покупателя, в соответствии с данными товарных накладных, счетов-фактур. 

Оплата товара производится в порядке 100% предоплаты (пункт 5.3 договора). 

Во исполнение условий договора на основании письменный заказов покупателя ООО «Югорский мясокомбинат» ИП ФИО5 осуществил поставку товара по универсальным передаточным документам на общую сумму 23 605 622, 88 руб. 

Товар был получен ООО «Югорский мясокомбинат» без замечаний, что подтверждается соответствующими доверенностями и универсальными передаточными документами с оттисками печати и подписями ответственного лица со стороны ООО «Югорский мясокомбинат». 

Между тем, ООО «Югорский мясокомбинат» свои обязательства по оплате поставленного товара в полном объеме не выполнило, задолженность за товар составила 4 331 867, 31 руб. 

При этом, ИП ФИО5 осуществил поставку товара 21.03.2016 на сумму 493 260,19 руб., которая изначально не была погашена ООО «Югорский мясокомбинат». 

По условиям договора ООО «Югорский мясокомбинат» обязано было сразу оплатить поставленную продукцию, однако, этого не сделало. Следовательно, по состоянию на 21.06.2016, т.е. по истечении трех месяцев с момента возникновения обязанности оплатить поставленную 21.03.2016 продукцию, у ООО «Югорский мясокомбинат» возникли признаки банкротства.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами не соглашается.

Указывая на дату возникновения признаков банкротства – 21.06.2016, суд первой инстанции полагает ее моментом возникновения объективного банкротства.

Конкурсный управляющий ФИО9 в указанной части указала, что при образовании общества должник не был наделен каким-либо имуществом и денежными средствами для осуществления хозяйственной деятельности (уставный капитал 30 000 руб.). Должник осуществлял свою деятельность за счет финансирования, получаемого от ФИО3 и ООО «Мармитэкс» по договорам займа № 9/ПЗ-14 от 17.09.2014 и № 1/11 от 07.11.2014 и имущества, полученного от ООО «Мармитэкс» по договорам поставки.

Вместе с тем, как верно отмечает ФИО2 в апелляционной жалобе, судом первой инстанции не дана правовая оценка тому, что по состоянию на 19.07.2016 должник не отвечал признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, так как у ООО «Югорский мясокомбинат» имелась дебиторская задолженность в размере 3 714 601, 03 руб., согласно перечню дебиторов, переданных ФИО2 конкурсному управляющему (п.17 акта приема-передачи документов от 05.10.2017 № 2), в том числе дебиторская задолженность ООО «Регион Общепит Сервис» на сумму 2 527 399, 19 руб. (определение о включении в реестр требований кредиторов от 05.03.2018 по делу №А81-1102-1008/2017).

При этом вступившими в законную силу судебными актами установлено, что со счета ООО «Югорский мясокомбинат»:

на основании инкассовых поручений № 46239 от 07.03.2017, № 129804 от 09.03.2017, № 209141 от 10.03.2017, № 580539 от 15.03.2017, № 391368 от 28.03.2017, № 697506 от 16.05.2017 списаны денежные средства в сумме 770 149,17 руб. в счет погашения задолженности перед ФИО3 по постановлению ОСП по г. Сургуту УФССП по ХМАО-Югре от 20.02.2017 по исполнительному производству № 81109/17/86018-ИП от 08.02.2017 (определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 11.05.2018),

по платежным поручениям № 1910 от 06.12.2016 на сумму 500 000,00 руб., № 1926 от 13.12.2016 на сумму 500 600,00 руб., № 1927 от 13.12.2016 на сумму 20 000 руб. – в пользу ФИО3 списаны денежные средства в общем размере 1 020 600 руб. (определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 11.05.2018),

по платежным поручениям № 843 от 23.05.2016, № 1186 от 29.07.2016, № 1258 от 29.07.2016 – в пользу ФИО3 списаны денежные средства в общем размере 200 000 руб. (определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 12.07.2018),

по платежным поручениям № 822 от 24.06.2016, № 1185 от 15.07.2016 в пользу ООО «Мармитэкс» списаны денежные средства в общем размере 200 000,00 руб. (определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 12.08.2018).

Таким образом, материалами дела подтверждается, что после даты, признанной судом первой инстанции как момент наступления объективного банкротства (21.06.2016), должник располагал денежными средствами на счетах в общем размере более 2,1 млн. руб., а также имелась дебиторская задолженность в сумме 3 714 601, 03 руб.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

По смыслу приведенных разъяснений, неподача заявления после возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если: эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника; и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Вопреки выводам суда первой инстанции, неоплата поставленного 21.03.2016 ИП ФИО5 товара на сумму 493 260,19 руб. сама по себе не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника обязательства для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, учитывая, что должник располагал активами, покрывающими указанное обязательство.

Кроме того, конкурсным управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что должник под руководством ФИО2 наращивал кредиторскую задолженность путем принятия на себя дополнительной непосильной долговой нагрузки.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.18 Закона о банкротстве поступившие в конкурсную массу средства от взыскания по требованию о привлечении к ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, направляются на удовлетворение требований только тех кредиторов, в чьих интересах было удовлетворено это требование в соответствии с пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона. Для обеспечения данного правила эти средства перечисляются на специальный банковский счет должника, открываемый арбитражным управляющим. Средства с такого счета списываются только по распоряжению арбитражного управляющего либо на основании определения, выданного арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве.

Таким образом, установленная статьей 61.12 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность за несвоевременную подачу заявления должника (ранее регулировалась пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве) является адресной (личной ответственностью перед конкретными кредиторами, а не перед имущественной массой должника), так как взысканные в результате привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам суммы зачисляются на отдельный банковский счет (пункт 4 статьи 61.18 Закона о банкротстве) и распределяются исключительно  среди тех кредиторов, задолженность перед которыми возникла после нарушения руководителем должника обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

Ответственность, установленная статьей 61.12 Закона о банкротстве (ранее – пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве), является индивидуальной ответственностью контролирующих должника лиц перед его кредиторами, обязательства перед которыми возникли в определенный период времени (после возникновения у контролирующих должника лиц обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом).

Указанная личная субсидиарная ответственность вызвана тем, что в случае если бы контролирующие должника лица своевременно обратились в арбитражный суд с соответствующим заявлением, указанные кредиторы либо вообще не вступили бы в отношения с должником-банкротом, либо, вступив в такие отношения, приобрели бы статус его текущих кредиторов.

В этой связи привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время это 61.12 Закона о банкротстве) осуществляется арбитражным судом в интересах конкретных кредиторов должника.

Размер такой ответственности составляют конкретные денежные суммы (в размере требований соответствующих кредиторов), которые взыскиваются с контролирующего должника лица в пользу должника, но в интересах кредиторов, перечисленных в резолютивной части определения, с указанием очередности и суммы обязательств перед каждым кредитором.

Судебной коллегией в постановлении от 13.06.2019 разъяснено, что, учитывая индивидуальный характер субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, заявители должны были сформулировать свои требования таким образом, чтобы из них было понятно, в пользу каких именно кредиторов, по каким именно обязательствам и в каком размере в пользу каждого из них, по их мнению, с ФИО2 подлежат взысканию в порядке субсидиарной ответственности, установленной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Аналогичные сведения должны содержаться в резолютивной части определения арбитражного суда о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

Вместе с тем, сведений о наличии таковых кредиторов обжалуемый судебный акт не содержит.

Поскольку суд апелляционной инстанции признает недоказанной дату 21.04.2016, в которую, по мнению суда первой инстанции, ФИО2 должна была обратиться с заявлением о несостоятельности (банкротстве) ООО «Югорский мясокомбинат», кредиторы, в пользу которых, по каким именно обязательствам и в каком размере с ФИО2 подлежат взысканию денежные средства в порядке субсидиарной ответственности, установленной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, не установлены и из материалов спора судебной коллегией не усматриваются, оснований для удовлетворения требования в указанной части у суда первой инстанции не имелось.  

При таких обстоятельствах, принимая во внимание недоказанность момента объективного банкротства ООО «Югорский мясокомбинат», недоказанность наличия кредиторов, чьи требования возникли после наступления момента объективного банкротства в результате вступления в правоотношения с должником, руководителем которого не исполнена обязанность по обращению с заявлением о банкротстве, требование заявителей о привлечении ФИО2, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве удовлетворению не подлежит.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 в указанной части признаются обоснованными.

На основании пункта 1 части 1 статьи 270 АПК РФ, пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, являются основанием для отмены судебного акта.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-15048/2020) ФИО2 удовлетворить частично. 

Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 24 ноября 2020 года по делу № А75-3194/2017 отменить в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и определения размера субсидиарной ответственности. С учетом частичной отмены резолютивную часть судебного акта изложить следующим образом.

Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Югорский мясокомбинат» контролирующих должника лиц ФИО3 и ФИО2 по пункту 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». 

Взыскать с ФИО3 и ФИО2 солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «Югорский мясокомбинат» в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 789 015, 48 руб.

В удовлетворении заявления о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» отказать.

В удовлетворении апелляционной жалобы (регистрационный номер 08АП-15048/2020) ФИО2 в остальной части отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Выдача исполнительных листов осуществляется судом первой инстанции после поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

При условии предоставления копии настоящего постановления, заверенной в установленном порядке, в суд первой инстанции взыскатель вправе подать заявление о выдаче исполнительного листа до поступления дела из Восьмого арбитражного апелляционного суда.

 

Председательствующий

 

О.Ю. Брежнева

Судьи

 

В.А. Зюков

Н.Е. Котляров