АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, 

официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

03.06.2024 года Дело № А40-230995/2022  

Резолютивная часть постановления объявлена 22.05.2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 03.06.2024 года.  

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н., судей: Голобородько В.Я., Панькова Н.М., при участии в заседании: 

от ООО «Технология Здоровья» - представитель ФИО1 (доверенность от  04.08.2021)  

от ФИО2 - лично (паспорт) 

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ООО «Технология  Здоровья»,  

на решение Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2023,  на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2024  ( № 09АП-91975/2023),  

по исковому заявлению ООО «Технология Здоровья» о привлечении ФИО3 и ФИО2 к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «БУМ»,  

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд города Москвы 24.10.2022 поступило исковое заявление  ООО «Технологии здоровья» о привлечении ФИО3 и  ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО «БУМ» в размере 673 778 руб. 08 коп.   

 Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2023, оставленным  без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от  16.02.2024, исковое заявление ООО «Технология Здоровья» оставлено без  удовлетворения.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Технология  Здоровья» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной  жалобой, в которой просит их отменить, дело направить на новое рассмотрение в  суд первой инстанции, в связи с нарушением норм материального и  процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим  

обстоятельствам дела. Полагает, что доказаны обстоятельства совершения  контролирующими должника лицами действий в состоянии неплатежеспособности  должника, которые привели к увеличению задолженности и банкротству общества.  

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте  судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.  

Представитель ООО «Технология Здоровья» в заседании суда округа  поддержал доводы своей кассационной жалобы.  

ФИО2 возражал на доводы кассационной жалобы по мотивам,  изложенным в отзыве, просил оставить судебные акты без изменения.  

Надлежащим образом извещенная о месте и времени рассмотрения  кассационной жалобы ФИО3, своего представителя в судебное заседание  суда кассационной инстанции не направила, что, в силу ч. 3 ст. 284 АПК РФ, не  является препятствием для рассмотрения дела в ее отсутствие.  

Заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, обсудив  доводы кассационной жалобы и возражений, проверив в порядке ст.ст. 286, 287,  288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, коллегия суда  кассационной инстанции приходит к следующим выводам.  

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от  26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности  (банкротства), в том числе Законом о банкротстве.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, решением  Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2020 по делу А40-48600/2019 ООО  «БУМ» (далее – должник; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного  производства.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.12.2019 по делу   № А40-48600/2019 требования ООО «Технология Здоровья» в размере  

760 585 руб. 11 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов  должника.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.12.2021 по делу   № А40-48600/2019 процедура конкурсного производства в отношении ООО «БУМ»  завершена.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения  конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве  лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной  ответственности в соответствии с п. 3 ст. 61.14 настоящего Федерального закона и  требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о  наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности,  предусмотренной ст. 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе  обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.  

Согласно п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -  ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного  

документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно  действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и  разумно.  

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника  лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не  более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а  также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия  должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций, руководителем  должника в период с 24.08.2017 по 21.01.2019 являлась ФИО3, с 22.01.2019  по 04.12.2020 – ФИО2, т.е. контролирующими должника лицами  применительно к ст. 61.10 Закона о банкротстве.  

Согласно доводам ООО «Технология Здоровья», контролирующие должника  лица подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам  ООО «БУМ», поскольку указанные лица в состоянии неплатежеспособности  должника продолжали совершать хозяйственные операции и вести деятельность. В  том числе, заявитель указывал на заключение ответчиками договора консигнации  07.02.2017 и договора поставки 18.03.2018. Кроме того, ссылался на неисполнение  обязанности по своевременному обращению в Арбитражный суд с заявлением о  банкротстве Общества.  

В соответствии с ч.ч. 1 - 4, 7 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает  доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем,  полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость,  достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и  взаимную связь доказательств в их совокупности.  

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в  соответствии с требованиями ст.ст. 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь  положениями ст.ст. 9, 32, 61.10, 61.11, 61.12, 61.14 Закона о банкротстве, п.п. 8, 9,  16, 28, 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», суды первой  и апелляционной инстанций не установили оснований для удовлетворения  требований заявителя.  

Отказывая в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника, суды исходили из недоказанности заявителем  обстоятельств, необходимых для удовлетворения требований и установленных  ст.ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве.  

Судебная коллегия кассационной инстанции соглашается с выводами судов  первой и апелляционной инстанций по следующим основаниям.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность  по обязательствам должника.  

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при  наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:  

- причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в  результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим  лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по  указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст. ст. 61.2 и 61.3 настоящего  Федерального закона;  

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством  Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения  (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или  принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат  информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской  Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена,  в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в  деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;  

- требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности,  возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу  решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо  являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной,  административной ответственности или ответственности за налоговые  правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в  результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят  процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной  сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;  

- документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с  законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке  ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной  ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях  и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту  вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения  временной администрации финансовой организации) или принятия решения о  признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.  

Как разъяснено в п. 16 постановление Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица,  приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (ст. 61.11 Закона  о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились  необходимой причиной банкротства должника, т.е. те, без которых объективное  банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий  (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие  причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и  фактически наступившим объективным банкротством.  

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2024 

 № 305-ЭС22-7760(2) по делу № А40-191321/2019 обращено внимание судов на то,  

что, при доказанности обстоятельств, составляющих закрепленные в п. 2 ст. 61.11  Закона о банкротстве основания опровержимых презумпций доведения до  банкротства, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего  лица явились необходимой причиной объективного банкротства. В силу чего  необходимо устанавливать обстоятельства виновных действий руководителя  должника, в частности, при ухудшении показателей, характеризующих  деятельность Общества-должника и холдинга (в данном случае группы компаний).  

При этом наличия только лишь подозрений в виновности ответчика  недостаточно для удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной  ответственности, в рамках рассматриваемой категории дел необходимо привести  ясные и убедительные доказательства такой вины (определение Верховного Суда  Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8)).  

В настоящем случае, по существу исковых требований доводы заявителя о  доведении общества до банкротства сводятся к заключению ответчиками договора  консигнации и договора поставки, как указывает заявитель, в период  неплатёжеспособности общества.  

Вместе с тем, судами правомерно отмечено, что ответчики на момент  заключения договора консигнации 07.02.2017 и договора поставки 18.03.2018 не  могли знать о неплатежеспособности, т.к. доказательств возникновения у должника  признаков неплатежеспособности ранее 31.12.2018 материалы обособленного  спора не содержат. ФИО2 не заключал ни одного из указанных договоров,  а ФИО3 заключила только договор поставки, поскольку договор  консигнации подписан (за шесть месяцев) до ее назначения генеральным  директором 24.08.2017.  

Дополнительное соглашение от 15.01.2019 № 7 к договору консигнации 

 № БУМ/8-17-К от 07.02.2017, действительно подписано со стороны должника  ФИО2, при этом указанным соглашением исключительно продлен срок  консигнации действующих спецификаций к договору до 31.05.2019.  

Само по себе заключение сделок, в том числе дополнительных соглашений к  уже заключенным договорам в процессе хозяйственной деятельности общества не  свидетельствует о наличии оснований для привлечения контролирующего  должника лица к субсидиарной ответственности.  

Доводы ООО "Технология Здоровья о том, что ответчиками были совершены  действия, которые после возникновения признаков неплатежеспособности привели  к окончательной утрате должником возможности реально погашения всех  долговых обязательств в будущем не соответствуют фактическим обстоятельствам  дела.  

Судами установлено, что в рамках процедуры банкротства Общества всего в  реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов на  сумму 438 093 212,34 руб., конкурсным управляющим погашено 50 000 000 руб.,  соответственно, погашен в размере 11,4%. Требование ООО «Технологии  здоровья» включено в реестр требований кредиторов в размере 760 585,11 руб.  

Субсидиарная ответственность может быть возложена на участников  общества, если несостоятельность (банкротство) общества была вызвана  исключительно по их вине.  

При этом ООО «Технология Здоровья» не представлены какие-либо  доказательства совершения ответчиками действий (бездействия), привели к  

ухудшению интересов и положения кредитора, довели (способствовали) доведению  до банкротства, а также наличия причинно-следственной связи между действиями  (бездействием), виной и наступившими негативными последствиями,  выражающимися в неспособности должника удовлетворить требования  кредиторов.  

В соответствии с п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно  быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1  настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц, с даты  возникновения соответствующих обстоятельств.  

По смыслу приведенных выше норм права, а также, принимая во внимание  правила определения размера ответственности, по данному основанию надлежит  установить дату возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с  соответствующим заявлением, а также объем обязательств должника, возникших  после истечения срока, предусмотренного п. п. 2 и 3 ст. 9 Закона о банкротстве.  

В соответствии с п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение  обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания  для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника  или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9  настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность  лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по  созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного  заявления в арбитражный суд.  

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного  Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713, в предмет  доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности за  неисполнение в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления  должника о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:  возникновение одного из условий, перечисленных в п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве;  момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд  заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения  соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после  истечения месячного срока, предусмотренного в п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.  

Так, в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020   № 305-ЭС20-11412 обращено внимание судов на то, что для целей разрешения  вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым  основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника  приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой  обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания  руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей  о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без  негативных последствий для должника и его кредиторов.  

Размер субсидиарной ответственности руководителя исчерпывающе  определен ст. 61.12 Закона о банкротстве: руководитель принимает на себя  обязательства должника, возникшие после истечения месячного срока,  предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.  

По смыслу приведенных норм права, а также, принимая правила  определения размера ответственности, по данному основанию надлежит  установить объем обязательств должника, возникших после истечения срока,  предусмотренного п. п. 2 и 3 ст. 9 Закона о банкротстве. Такая правовая позиция  изложена также в Определении Верховного Суда Российской Федерации от  21.10.2019 № 305-ЭС19-9992.  

Объективное банкротство наступает в критический момент, в который  должник из-за снижения стоимости чистых активов становится неспособным в  полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате  обязательных платежей, а не в момент прекращения исполнения обязательств  (Определение ВС РФ от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801).  

В данном случае, суды пришли к выводу, что заявителем не представлено  доказательств того, что, в случае своевременного исполнения ответчиками  обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника,  задолженность перед кредитором должника была бы погашена.  

Заявителями не доказана дата объективного банкротства общества,  соответственно, и дата возникновения обязанности по обращению в суд с  заявлением применительно к каждому ответчику.  

Наличие прямой причинно-следственной связи между бездействием  руководителя по подаче заявления и наступившими последствиями в виде  возникновения задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в  реестр требований кредиторов, не доказано.  

Кроме того, судами правомерно отмечено, что конкурсный управляющий и  кредитор не приводят доводов и не представляют доказательств того, какие новые  обязательства возникли после предполагаемой ими даты объективного банкротства  должника.  

Также суды обоснованно отметили, что заявителями не указан размер  непогашенных обязательств должника, возникших после наступления обязанности  контролирующих должника лиц по подаче заявления должника, подлежащих  определению применительно к ст. ст. 9, 61.12 Закона о банкротстве.  

Учитывая изложенное, оснований для привлечения ответчиков к  субсидиарной ответственности за не обращение в суд с заявлением о банкротстве, в  связи с недоказанностью обстоятельств, подлежащих установлению при  привлечении к данному виду ответственности (точная дата объективного  банкротства, размер вменяемых обязательств - размер субсидиарной  ответственности), не установлено.  

Иные доводы заявителя являлись предметом рассмотрения судов первой и  апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка.  

Таким образом, исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу  доказательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили  правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили  имеющие значение для дела обстоятельства, установив отсутствия оснований для  привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.  

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017 N 305- КГ17-13553 указано, что неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле  доказательств и доводов заявителя не свидетельствует об отсутствии их  надлежащей судебной проверки и оценки.  

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в  материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных  судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной  инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание  отмены судебных актов судом кассационной инстанции.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288  АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом  кассационной инстанции не установлено.  

Учитывая изложенное, судебная коллегия не усматривает оснований для  удовлетворения кассационной жалобы ООО «Технология Здоровья» и отмены  обжалуемых судебных актов.  

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2023 и постановление  Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2024 по делу № А40230995/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий-судья О.Н. Савина Судьи: В.Я. Голобородько  Н.М. Панькова