АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

Нижний Новгород

Дело № А43-32982/2018

27 июня 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21.06.2022.

Постановление в полном объеме изготовлено 27.06.2022.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ионычевой С.В., Прытковой В.П.

при участии представителей

от общества с ограниченной ответственностью «Резерв»:

ФИО1 по доверенности от 31.01.2022 № 6,

от конкурсного управляющего акционерного общества «Жилстройресурс» 

ФИО2: ФИО3 по доверенности от 31.12.2021

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу кредитора – 

общества с ограниченной ответственностью «Резерв»

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 26.11.2021  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2022

по делу № А43-32982/2018

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Резерв»

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

о включении требования в сумме 3 240 590 рублей 71 копейки

в реестр требований кредиторов акционерного общества «Жилстройресурс»

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

и по встречному заявлению конкурсного управляющего ФИО2

о признании сделки должника недействительной 

и   у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Жилстройресурс» (далее – АО «Жилстройресурс», Компания; должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось общество с ограниченной ответственностью «Резерв» (далее – ООО «Резерв», Общество; кредитор) с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 3 240 590 рублей 71 копейки, в том числе 2 854 876 рублей 80 копеек основной задолженности по возврату займа и 385 713 рублей 91 копейки процентов за пользование заемными средствами по состоянию на 20.07.2020 по договору займа от 02.07.2018 № 02-2018, заключенному ООО «Резерв» (займодавцем) и АО «Жилстройресурс» (заемщиком).

Конкурсный управляющий имуществом Компании ФИО2 обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с встречным заявлением о признании договора займа от 02.07.2018 № 02-2018 недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 и пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мотивировав заявленное требование мнимым характером спорной сделки, совершенной со злоупотреблением сторонами правом, в целях формирования искусственной задолженности перед аффилированным лицом в ущерб имущественным интересам должника и его кредиторов.

Суд первой инстанции определением от 26.11.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2022, признал требование Общества в размере 3 240 590 рублей 71 копейки обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

Не согласившись с принятыми судебными актами в части понижения очередности удовлетворения его требований, ООО «Резерв» обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит изменить определение от 26.11.2021 и постановление от 21.03.2022 и принять новый судебный акт о включении требования в размере 3 240 590 рублей 71 копейки в состав четвертой очереди реестра требований кредиторов должника.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на необоснованность выводов судов о том, что предоставление Обществом займа является компенсационным финансированием, осуществленным в рамках нераскрытого плана выхода несостоятельного должника из кризиса.

Как полагает заявитель кассационной жалобы, выполненный конкурсным управляющим анализ финансового состояния должника носит недостоверный характер и не мог быть принят судами в качестве надлежащего доказательства возникновения у Компании признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества с начала 2015 года. При проведении финансового анализа конкурсным управляющим не учтены требования законодательства к его проведению в отношении организаций, выполняющих функции застройщика, не рассчитаны нормативы устойчивости для строительных организаций. Низкий уровень оборотных активов Компании не свидетельствует о финансовом кризисе, а является следствием концентрации активов в затратах на строительство, которые являются частью внеоборотных активов и обуславливают неудовлетворительную структуру баланса до момента ввода объектов строительства в эксплуатацию. Миллиардные балансы Компании, положительная деловая репутация в строительной отрасли, позволяли Обществу рассчитывать на надлежащее исполнение должником обязательств по договору займа. Компанией погашалась значительная часть имевшейся кредиторской задолженности, что подтверждается материалами сводного исполнительного производства.

По мнению заявителя жалобы, задолженность по договору займа возникла в результате обычной хозяйственной деятельности должника. Наличие аффилированности сторон не тождественно осуществлению Обществом контроля над деятельностью Компании и возможности давать ей обязательные для исполнения указания. ООО «Резерв» не являлось контролирующим Компанию лицом, его бенефициаром или учредителем; стороны не участвовали в уставном капитале друг друга; в ходе осуществления хозяйственной деятельности АО «Жилстройресурс» неоднократно заключало подобные сделки на аналогичных условиях с целью расчетов с кредиторами. При этом шесть перечислений в рамках исполнения договора займа на сумму 670 000 рублей совершено после принятия судом к производству заявления о признании должника банкротом, что не позволяет рассматривать такие правоотношения как способ компенсационного финансирования. 

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны его представителем в судебном заседании.

В соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Республики Мордовия.

Конкурсный управляющий ФИО2 в письменном отзыве на кассационную жалобу и его представитель в ходе судебного заседания отклонили доводы заявителя жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов в обжалованной части.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Нижегородской области от 26.11.2021 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2022 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в обжалованной части в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и в отзыве на нее, и заслушав представителей Общества и конкурсного управляющего должника, суд округа не нашел правовых оснований для отмены либо изменения обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, ООО «Резерв» (займодавец) и АО «Жилстройресурс» (заемщик) заключили договор займа от 02.07.2018 № 02-2018 в редакции дополнительных соглашений к нему, по условиям которого займодавец обязался предоставить заемщику денежные средства в сумме 10 600 000 рублей, а заемщик – возвратить полученные заемные средства в срок до 30.06.2020 и уплатить проценты на сумму займа в размере ключевой ставки Банка России, действующей на момент предоставления займа.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 14.09.2018 принял к производству заявление уполномоченного органа и возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) АО «Жилстройресурс»; решением от 20.07.2020 признал Компанию несостоятельной (банкротом), открыл в отношении ее имущества конкурсное производство, применив к банкротству должника нормы параграфа 7 главы IX «Банкротство застройщика» Закона о банкротстве, и утвердил конкурсным управляющим имуществом Компании ФИО2

Неисполнение Компанией обязательств заемщика по договору займа от 02.07.2018 № 02-2018 послужило основанием для обращения Общества в суд с заявлением о включении требования в размере 3 240 590 рублей 71 копейки, в том числе                          2 854 876 рублей 80 копеек основной задолженности по возврату займа и 385 713 рублей 91 копейки процентов за пользование заемными средствами по состоянию на 20.07.2020, в реестр требований кредиторов должника.

Из статей 71 и 100 Закона о банкротстве следует, что кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику, подтвердив их обоснованность судебным актом или иными документами. Арбитражный суд в судебном заседании проверяет обоснованность требований и наличие оснований для включения указанных требований в реестр и выносит определение о включении или об отказе во включении требований в реестр требований кредиторов.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Иными словами, в делах о банкротстве установлен повышенный стандарт доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установлена обязанность суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. На практике это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные, как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

При рассмотрении требований в ситуации включения в реестр требований аффилированного кредитора выработаны критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства, в частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. 

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В пункте 3.1 Обзора от 29.01.2020 раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты). Так, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа и других договорных конструкций, то есть, избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства должника. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Поэтому при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица. Не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора от 29.01.2020). 

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится аффилированный с должником кредитор, не обладающий контролем над ним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего лица (пункт 4 Обзора от 29.01.2020).

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что во исполнение обязательств по договору займа от 02.07.2018 № 02-2018 Общество на основании поручений Компании в период с 02.07.2018 по 11.10.2018 перечислило в пользу                 третьих лиц денежные средства в общей сумме 2 854 876 рублей 80 копеек. Начиная с 2012 года в производстве арбитражных судов находились многочисленные иски                   кредиторов  о  взыскании с АО «Жилстройресурс» задолженности; баланс Компании  имел 

неудовлетворительную структуру, стоимости его имущества было недостаточно для исполнения денежных обязательств перед кредиторами. Согласно выполненному конкурсным управляющим анализу финансового состояния должника значение коэффициента абсолютной ликвидности, как по состоянию на 01.01.2015, так и на 01.01.2020, было равно нулю, что свидетельствует об отсутствии у Компании возможности исполнять текущие обязательства перед кредиторами; на протяжении всего анализируемого периода должник не имел оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения краткосрочных обязательств; значение коэффициента восстановления платежеспособности указывало на отсутствие в ближайшей перспективе реальной возможности восстановить нормальную платежеспособность; с 2015 года чистые активы Компании приобрели отрицательное значение, значительно возросли долгосрочные заемные обязательства.

Изложенное позволило судам прийти к выводу о нахождении Компании в состоянии имущественного кризиса.

Довод заявителя жалобы о необоснованном принятии судами анализа финансового состояния должника в качестве допустимого доказательства подлежит отклонению, поскольку вопрос относимости, допустимости и достоверности доказательств разрешается судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае исходя из обстоятельств спора и входит в круг вопросов, рассмотрение которых не относится к компетенции суда, рассматривающего дело в порядке кассационного производства.

Указанный финансовый анализ не был признан недостоверным и несоответствующим действующему законодательству и исследован судами в совокупности с иными доказательствами по спору.

Суд апелляционной инстанции также принял во внимание, что наличие у Компании с начала 2015 года признаков неплатежеспособности установлено определением Арбитражного суда Нижегородской области от 01.09.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2021, принятым по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Зальцбург» о включении его требований в реестр требований кредиторов должника и по заявлению конкурсного управляющего АО «Жилстройресурс» о признании договора аренды транспортного средства недействительной сделкой.

Как установили суды, с даты создания АО «Жилстройресурс» его учредителем и президентом, а с 23.03.2017 – единственным акционером являлся ФИО4, который также, наряду с его сыном ФИО5, являлся учредителем (участником) ООО «Резерв». 

С учетом изложенного суды заключили, что Общество являлось аффилированным (заинтересованным) по отношению к должнику лицом; АО «Жилстройресурс» и ООО «Резерв» фактически и юридически находились под контролем ФИО4 Осуществляя по поручению Компании перечисления заемных денежных средств третьим лицам, Общество не могло не знать об отсутствии у должника возможности вести нормальную предпринимательскую деятельность в связи с очевидным несоответствием имеющихся у него активов размеру непогашенной задолженности. Действия Общества по заключению и исполнению договора займа путем перечисления денежных средств в пользу третьих лиц, то есть фактическое привлечение Компанией заемных средств для погашения задолженности перед кредиторами, в таких условиях противоречат целям разумной предпринимательской деятельности и не характерны для поведения субъектов обычных гражданских правоотношений.

 

Таким образом, судебные инстанции обоснованно резюмировали, что действия Общества, обладавшего фактическим контролем над деятельностью Компании, по предоставлению ей заемных денежных средств носили характер осуществления компенсационного финансирования в условиях нахождении должника в состоянии имущественного кризиса.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, кредитор не представил убедительных и мотивированных пояснений относительно того, что такие хозяйственные отношения являлись нормальными для независимых субъектов предпринимательской деятельности и повлекли положительный экономический эффект для каждого из них.

Руководствуясь указанными нормами права и положениями Обзора от 29.01.2020, приняв во внимание названные обстоятельства, суды пришли к обоснованному выводу о том, что требование ООО «Резерв» в сумме 3 240 590 рублей 71 копейки не может быть включено в реестр требований кредиторов должника на равных условиях с независимыми кредиторами, в связи с чем подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Судебные акты, на которые ссылается заявитель кассационной жалобы, не свидетельствуют о нарушении судами первой и апелляционной инстанций единообразия практики, так как основаны на иных фактических обстоятельствах, установленных при рассмотрении каждого конкретного дела с учетом представленных доказательств.

Приведенные доводы заявителя жалобы свидетельствуют о его несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и с оценкой судами двух инстанций доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами предыдущих инстанций фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы судом округа не решался, поскольку на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации обращение с кассационными жалобами по данной категории споров государственной пошлиной не облагается.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 26.11.2021 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2022 по делу № А43-32982/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Резерв» – без удовлетворения.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

Судьи

С.В. Ионычева

В.П. Прыткова