№ 09АП-49973/2019

Дело № А40-202708/15

г. Москва

12 сентября 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 12 сентября 2019 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  В.С. Гарипова, 

судей  Р.Г. Нагаева, А.Н. Григорьева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы 

ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» в лице ГК «АСВ», 

ФИО2, ФИО3

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 10 июля 2019 года 

по делу № А40-202708/15, принятое судьей И.В. Романченко, 

о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» контролирующих должника лиц: ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО3, об отказе в остальной части требований

в рамках дела о банкротстве ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» 

при участии в судебном заседании:

от ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» в лице ГК «АСВ» - ФИО6 по дов. от 26.04.2018,

от ФИО2 – ФИО7 по доверенности от 17.04.2019,

ФИО3 – лично, паспорт,

от ФИО3 – ФИО8 по доверенности от 15.10.2018,

ФИО9 – лично, паспорт,

от ФИО9 – ФИО10 по доверенности от 03.12.2018,

ФИО11 – лично, паспорт, 

от ФИО11 – ФИО12 по доверенности от 28.02.2019,

от ФИО13 – ФИО14 по доверенности от 29.10.2018,

ФИО15 – лично, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2015 должник - ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Функции конкурсного управляющего должника возложены на государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Судом рассмотрено заявление ГК АСВ, в котором она просит привлечь ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО16, ФИО3, ФИО15, ФИО9, ФИО13 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Арбитражный суд города Москвы определением от 10 июля 2019 года, руководствуясь ст. ст. 32, 189.8, 189.10, 189.19, 189.23 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. ст. 2, 3, 4, 7, 11, 14, 50.21 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций»:

Привлек солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» контролирующих должника лиц ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО3,

Взыскал солидарно с ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО3 2 516 182 000 руб.,

В удовлетворении оставшейся части требований отказал.

Не согласившись с принятым определением, ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» в лице ГК «АСВ» подало апелляционную жалобу, в которой просит его отменить в части отказа и привлечь к ответственности всех заявленных им лиц. 

В обоснование своей позиции ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» в лице ГК «АСВ» указывает на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела.

Не согласившись с принятым определением, ФИО3, ФИО2 подали апелляционные жалобы, в которых просят его отменить и отказать в удовлетворении требований.

В обоснование своей позиции ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» в лице ГК «АСВ», ФИО3, ФИО2 указывают на неполное выяснение обстоятельств по делу, на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела. При этом позиция ФИО2 основана на том, что он не имеет отношения к банку.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представители заявителей апелляционных жалоб поддержали доводы и требования своих жалоб, возражали по доводам встречных жалоб. Представители ФИО13, ФИО11, ФИО9 возражали против удовлетворения апелляционных жалоб ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» в лице ГК «АСВ», ФИО2

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалоб в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда города Москвы не имеется.

Как следует из доводов заявления, требования заявителя основаны на ст. 189.23 Закона о банкротстве (в редакции федерального закона от 13.07.2015), в соответствии с положениями которой, если банкротство кредитной организации наступило вследствие действий и (или) бездействия лиц, контролирующих кредитную организацию, такие лица в случае недостаточности имущества кредитной организации несут субсидиарную ответственность по ее обязательствам в порядке, установленном статьей 10 настоящего Федерального закона, с особенностями, установленными настоящей статьей.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, деятельность Банка регулировалась Уставом, утвержденным протоколом № 1 Общего собрания акционеров Банка от 24.04.2002 и изменениями, вносимыми в Устав. В соответствии с главой 10 Устава управление Банком осуществляется:

- Общим собранием акционеров Банка;

- Наблюдательным советом, возглавляемым Председателем;

- Председателем Правления Банка (единоличный исполнительный орган);

- Правлением Банка (коллегиальный исполнительный орган).

Члены Наблюдательного совета Банка, Председатель Правления Банка, его заместители, члены Правления Банка при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах Банка добросовестно и разумно. Названные лица несут ответственность за убытки, причиненные Банку их виновными действиями (бездействием), в порядке, предусмотренном действующим законодательством Российской Федерации (п. 10.56 ст. 10 Устава).

В силу п. 10.4 ст. 10 Устава высшим органом управления Банка является Общее собрание акционеров Банка.

Общее руководство деятельностью Банка, за исключением решения вопросов, отнесенных Уставом Банка и действующим законодательством Российской Федерации к компетенции Общего собрания акционеров Банка, осуществляет Наблюдательный совет Банка (п. 10.29 ст.10 Устава Банка).

В соответствии с п. 10.30 ст. 10 Устава Банка и Положением о Наблюдательном Совете Банка (ст. 4), утвержденным Решением единственного акционера Банка  (решение от 08.07.2010 г.) к компетенции Наблюдательного Совета отнесены вопросы определения приоритетных направлений деятельности Банка, избрания исполнительного органа Банка и досрочное прекращение их полномочий, одобрения крупных сделок, а также сделок, в совершении которых имеется заинтересованность (гл. X, XI Федерального закона "Об акционерных обществах" от 26.12.1995 N 208-ФЗ) (далее – Закон об акционерных обществах).

К компетенции Правления Банка (п. 10.50 ст. 10 Устава, глава 3 Положения о Правлении Банка), в числе прочих, относятся:

• организация текущего управления деятельностью Банка по вопросам своей компетенции;

• обеспечение исполнения решений Общего собрания акционеров Банка и Наблюдательного совета;

• совершении банковских операций и других сделок в пределах лимитов, установленных Наблюдательным советом, порядок и процедуры проведения которых не   установлены внутренними документами Банка, или вынесение на рассмотрение Наблюдательного совета вопроса о целесообразности осуществления указанных операций или других сделок;

• совершении банковских операций и других сделок в пределах лимитов, установленных Наблюдательным советом, при наличии отклонений от предусмотренных внутренними документами порядка и процедур и превышении структурными подразделениями внутри-банковских лимитов совершения банковских операций и других сделок;

• классификации (реклассификации) ссудной задолженности, прочих активов в целях формирования резервов на возможные потери в случае наличия признаков льготности с последующим одобрением Наблюдательным советом;

• оценка рисков, влияющих на достижение поставленных целей, и принятие мер, обеспечивающих реагирование на меняющиеся обстоятельства и условия в целях обеспечения эффективности оценки банковских рисков.

Таким образом, согласно абз. 1 ст. 11.1 Закона о банках органами управления кредитной организации наряду с общим собранием ее акционеров являются совет директоров (наблюдательный совет), единоличный исполнительный орган и коллегиальный исполнительный орган.

Согласно п. 10.43 ст. 10 Устава Председатель Правления Банка является единоличным исполнительным органом Банка, осуществляющим руководство текущей деятельностью Банка.

Председатель Правления Банка в пределах своей компетенции (п. 10.47 Устава) осуществляет руководство деятельностью Банка; без доверенности представляет интересы Банка, совершает сделки от имени Банка, утверждает структуру и штатное расписание Банка, филиалов и представительств, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками Банка. В решении оперативных вопросов функционирования Банка Председатель Правления действует на основе единоначалия; решает иные вопросы текущей деятельности.

В состав Наблюдательного совета Банка входили следующие лица (письмо Банка России исх. № Т1-28-8-01/32487ДСП от 11.03.2016):

Фамилия, имя, отчество

Дата избрания на должность

Дата

прекращения

полномочий

ФИО3 - председатель

14.04.2015

-

ФИО16

14.04.2015

08.09.2015

ФИО5

14.04.2015

08.09.2015

ФИО9

14.04.2015

ФИО15

09.09.2015

С 24.09.2014 по 09.04.2015 должность единоличного исполнительного органа занимал ФИО13; а с 10.04.2015 до даты отзыва лицензии у Банка Председателем правления была ФИО5, которые также входили в состав Правления Банка, которое, в свою очередь, является коллегиальным исполнительным органом Банка и действует на основании Устава (п. 10.51 ст. 10 Устава) и Положения о Правлении Банка, утвержденного Решением единственного акционера Банка (решение от 08.07.2010).

В обоснование заявленных требований заявитель ссылается на то, что конкурсным управляющим должника установлено, что в период с 01.03.2015 по дату отзыва лицензии (16.10.2015) финансовое положение Банка существенно ухудшилось, в результате чего уже на 01.05.2015 в Банке возник предусмотренный п. 1 ст. 189.8 Закона о банкротстве признак банкротства в виде недостаточности стоимости имущества для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме, размер недостаточности составил 1 220 802 тыс. руб.

В дальнейшем финансовое положение Банка продолжало существенно ухудшаться, размер недостаточности стоимости имущества на дату отзыва лицензии (16.10.2015) увеличился до 2 773 055 тыс. руб.

Причиной существенного ухудшения финансового положения Банка стало совершение в период с марта 2015 года по октябрь 2015 года действий по:

– выдаче кредитов организациям, не ведущим реальной хозяйственной деятельности или ведущим ее в объемах, несопоставимых с масштабом их финансирования Банком (далее – технические заемщики), и приобретению прав требования по технической ссудной задолженности юридических лиц у ООО КБ «РБС», КБ «МРБ» (ООО) и КБ «Анталбанк» ООО;

– размещению денежных средств на корреспондентских счетах, открытых в банках, входящих в неформальную банковскую группу во главе с КБ «Анталбанк» ООО, в которую также входили ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», КБ «РБС» (ООО), КБ «МРБ» (ООО), АО «НСТ-БАНК», ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО», ООО КБ «ДОРИС БАНК», АО «Гринфилдбанк», ООО КБ «Максимум» (далее – банки Группы), имевших признаки банкротства.

Суммарный объем технических активов на балансе Банка по состоянию на дату отзыва лицензии составил 3 844 742 тыс. руб. (96% общего объема активов), значение показателя достаточности/недостаточности стоимости имущества (далее – ПИ) – «минус» 2 773 055 тыс. руб., а суммарное уменьшение ПИ за период с 01.03.2015 до 16.10.2015 – 3 130 418 тыс. руб.

Конкурсный управляющий указывает, что несостоятельность (банкротство) Банка наступила в результате виновных действий вышеуказанных лиц, поскольку Председатели Правления Банка ФИО13 и ФИО5 (последняя также являлась членом Наблюдательного совета Банка), а также члены коллегиального органа управления Банка - Наблюдательного совета: ФИО3, ФИО16, ФИО9, ФИО15, в силу занимаемых должностей являлись контролирующими Банк лицами и имели полномочия давать обязательные для Банка указания и определять его действия. При этом фактическими владельцами Банка являлись ФИО2 и ФИО4, которые и давали через подконтрольных им вышеуказанных лиц, входящих в его органы управления, обязательные указания и определяли действия Банка, которые в конечном итоге привели к причинению ущерба, отзыву лицензии и последующему банкротству Банка.

Как следует из заявления конкурсного управляющего должника, в ходе проведенной проверки, заявителем получены сведения, позволяющие полагать, что, начиная с марта 2015 года, Банк вошел в банковскую Группу, фактически подконтрольную ФИО2 и ФИО4. Указанные сведения свидетельствуют о том, что действия, повлекшие банкротство Банка, совершались под фактическим руководством и контролем ФИО2, ФИО4

О существовании неформальной банковской группы и ее подконтрольности ФИО2 и ФИО4 свидетельствуют следующие обстоятельства:

1. Наличие по состоянию на дату отзыва лицензий на балансе восьми банков Группы (за исключением ООО КБ «Максимум») задолженности юридических лиц (общим размером более 39 млрд. руб.), большинство из которых одновременно являются заемщиками нескольких банков Группы. Это связано как с непосредственной выдачей разными банками Группы кредитов одним и тем же заемщикам, так и с приобретением прав требований по ранее выданным кредитам у других банков Группы, что подтверждается представленными в материалы дела оборотно-сальдовыми ведомостями и справками о ссудной задолженности заемщиков;

2.Размещение 22.12.2015 на официальном сайте Банка России информационного письма о деятельности неформальной банковской группы, согласно которому Банк России в ходе надзорной деятельности выявил группу банков, формально не относящихся к определению банковской группы в соответствии с требованиями ст. 4 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банках), но имеющих в своей деятельности признаки обслуживания интересов одних и тех же лиц, в состав которой вошли КБ «Анталбанк» ООО, ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», ООО КБ «ДОРИС-БАНК», АО «Гринфилдбанк», ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО», КБ «МРБ» (ООО), ООО КБ «РБС», АО «НСТ-БАНК» и ОАО АКБ «Максимум», что подтверждается представленной в материалы дела копией информационного письма Банка России);

3. Возбуждение Следственным управлением по Юго-Западному Административному округу Главного следственного управления Следственного комитета России по г. Москве в отношении ФИО2 и ФИО4 уголовных дел по факту хищения денежных средств КБ «МРБ» (ООО), ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», ООО КБ «ДОРИС БАНК», ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО», КБ «МРБ» (ООО), ООО КБ «РБС» под видом выдачи кредитов юридическим лицам в составе организованной группы, что подтверждается представленной в материалы дела копией постановления о возбуждении уголовного дела.

Судом установлено, что ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 (мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере), ч. 1 ст. 210 (организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней), ч. 4. ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата, совершенные организованной группой либо в особо крупном размере).

ФИО4 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 210 (организация преступного сообщества (преступной организации), совершенная лицом с использованием своего служебного положения), ч. 4 ст.160 УК РФ (присвоение или растрата, совершенные организованной группой либо в особо крупном размере).

Как следует из материалов уголовного дела № 394684 ЮЗАО ГСУ СК России по г.Москве, ФИО2 и ФИО4 являлись лицами, фактически руководящими и контролировавшими банки Группы.

В Постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ФИО4 от 28.04.2017, Постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ФИО2 от 19.04.2017 указывается, что ФИО2 и ФИО4, являясь фактическими собственниками КБ «Анталбанк» ООО, решили создать организованную группу с входящими в нее функционально обособленными структурными подразделениями – кредитными организациями, имеющими лицензию на осуществление банковских операций и осуществляющими   банковскую   деятельность   на   территории   Российской Федерации. ФИО2 и ФИО4, используя имеющиеся на банковском рынке сведения о капитализации кредитных организаций, действующих на территории Российской Федерации, предпочтительно на территории Московского региона, подыскивали банки, имеющие низкие финансовые показатели. Далее указанные выше лица приобретали доли в уставном капитале (акции) банков по стоимости, близкой к номинальной, оформляя их на подконтрольных им физических лиц в размере, не превышающем, как правило, 10% долей (акций) с целью избежания процедуры согласования таких лиц, предусмотренной ст. 11 Закона о банках.

Судом установлено, что фактический контроль и руководство банками Группы, осуществляемые ФИО2 и ФИО4, подтверждается, в частности, протоколами допроса свидетелей (обвиняемых): ФИО9 – члена Наблюдательного совета Банка, ФИО17 – главного бухгалтера КБ ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» в период с мая по декабрь 2015, ФИО18 – охранника председателя правления КБ «Анталбанк» ООО, ФИО19 – начальника кредитного управления КБ «Анталбанк» ООО, ФИО20 – заместителя начальника отдела информационных технологий ООО КБ «РБС», ФИО21 – заместителя директора департамента управления проектами, ФИО22 – специалиста отдела межбанковского кредитования ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО», ФИО23 – председателя правления АО «Гринфилдбанк» в период с ноября 2008 года по октябрь 2015 года, ФИО24 – работника КБ «Анталбанк» ООО.

Так, свидетель ФИО9 пояснила, что ФИО4 в 2014 г. в ходе личной беседы заявил, что планируется приобретение нового банка КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» (ЗАО). Более того, во время исполнения трудовых обязанностей в Банке ФИО9 давались указания заместителем Председателя Правления ООО КБ «Анталбанк» ФИО25 (Приложение 17).

Свидетель ФИО17 дала показания, что представители КБ «Анталбанк» ООО в лице ФИО4 и ФИО2, а также иных работников КБ «Анталбанк» ООО фактически руководили действиями ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ». ФИО17 также подтвердила, что ФИО4 на регулярной основе проводились совещания с руководителями банков Группы, на которых обсуждались их экономические показатели, давались указания о поддержании экономических нормативов, сообщалось о предстоящих «слияниях» с банками Группы (Приложение 18).

Как следует из заявления конкурсного управляющего должника, по сведениям, полученным им от Банка России, выявлено, что в марте 2015 года происходит полная смена собственников.

При этом лица, числившиеся новыми собственниками, контролировали Банк лишь номинально, а фактически деятельность Банка контролировали ФИО4 и ФИО2 Данный факт подтверждается свидетельскими показаниями ФИО26 (Протокол допроса свидетеля ФИО26 от 22.02.2017 г., Приложение 19); ФИО27 (Протокол допроса свидетеля ФИО27 от 03.03.2017 г., Приложение 20); ФИО28 (Протокол допроса свидетеля ФИО28 от 02.03.2017 г., Приложение 21); ФИО29 (Протокол допроса свидетеля ФИО29 от 16.02.2017 г., Приложение 22); ФИО30 (Протокол допроса свидетеля ФИО30 от 16.02.2017 г., Приложение 23); ФИО31 (Протокол допроса свидетеля  ФИО31  от  30.01.2017  г.,  Приложение  24),  ФИО32  (Протокол допроса свидетеля ФИО32 от 30.01.2017 г., Приложение 25), ФИО33 (Протокол допроса свидетеля ФИО33 от 31.01.2017 г., Приложение 26), ФИО34 (Протокол допроса свидетеля ФИО34 от 29.01.2017 г., Приложение 27), а также ФИО35 (Протокол допроса свидетеля ФИО35 от 25.01.2017 г., Приложение 28).

Свидетель ФИО18, являющийся телохранителем ФИО4, т.е. лицом, приближенным к последнему, указал на свою осведомленность о фактическом руководстве КБ «Анталбанк» ООО ФИО2, с которым ФИО4 согласовывал все управленческие и иные решения. Также ФИО18 пояснил, что в Группу банков входили КБ «РБС» (ООО), ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», АО «НСТ-БАНК», ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО», ООО КБ «ДОРИС БАНК», АО «Гринфилдбанк», ООО КБ «Максимум». Фактическими руководителями банков Группы являлись ФИО4 и ФИО2 Также свидетель указывает на то, что собственником помещения, в котором располагался офис КБ «Анталбанк» ООО (

<

...>), являлся ФИО2 По информации, полученной от ФИО18 в ходе следствия, ФИО2 и ФИО4 еженедельно (по понедельникам) проводили совещания с руководителями банков Группы (Приложение 29).

Свидетель ФИО20, являющийся работником КБ «РБС» (ООО), так же подтвердил, что ФИО2 являлся фактическим руководителем КБ «Анталбанк» ООО (Приложение 30).

Обвиняемая ФИО19 дала показания, что в течение 2014 – 2015 гг. на регулярной основе (один раз в неделю) в КБ «Анталбанк» ООО ФИО2 и ФИО4 проводились совещания с участием представителей банков Группы, на которых заслушивались отчеты о работе банков Группы за неделю (Приложение 31).

Свидетель ФИО21 пояснила, что ФИО4 являлся председателем правления КБ «Анталбанк» ООО, однако последний был подотчетен ФИО2 (Приложение 32).

Свидетель ФИО22 указал, что ФИО2 приобрел ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО», однако формально в указанном банке какую-либо должность не занимал (Приложение 33).

Свидетель ФИО23, являющийся с ноября 2008 года по 5 октября 2015 года председателем правления АО «Гринфилдбанк», дал показания, что покупателем контрольного пакета акций АО «Гринфилдбанк» являлась банковская группа «Антал», руководителями которой являются ФИО4 и ФИО2 Кроме того, по указанию ФИО4 и ФИО2 производилось искажение отчетности банков Группы, предоставляемой в Банк России (Приложение 34).

Свидетель ФИО24 пояснил, что фактическим собственником КБ «Анталбанк» ООО являлся ФИО2 Он занимался координацией действий руководителей банков Группы, в том числе, контролем за привлеченными финансовыми потоками. Также ФИО24 указал на то, что весной 2014 года ФИО2 приобрел КБ «МРБ» ООО, у которого 10.11.2015 была отозвана лицензия. Причиной отзыва лицензии, по словам ФИО24, послужило умышленное уменьшение руководителями и собственниками банков Группы капитала КБ «МРБ» ООО ниже установленного уровня, что автоматически ведет к вынесению Банком России предписаний,    введению    запретов,    последующему    отзыву    лицензии    и    наступлению страхового случая. Свидетель отмечает, что ФИО2 был организатором неформальной банковской группы, осуществляющим руководство и координацию деятельности всех банков Группы. ФИО4 был исполнителем и координатором исполнения распоряжений ФИО2 Также ФИО24 подтвердил проведение на регулярной основе совещаний с руководителями банков Группы. При этом, как указывает свидетель, деятельность ФИО2, ФИО4 была направлена на хищение денежных средств граждан-вкладчиков банков Группы с последующим приобретением низкокачественных активов. ФИО4 и ФИО2 давали прямые указания руководителям банкам Группы совершать фиктивные сделки купли-продажи ценных бумаг с последующим обналичиваем денежных средств вкладчиков путем проведения расходно-кассовых операций на подставных лиц. Копия протокола допроса свидетеля ФИО24 представлена в материалы дела - Приложение 35.

Обвиняемый ФИО36 пояснил, что по просьбе ФИО4 осуществлял подбор юридических лиц, не осуществляющих реальную деятельность либо осуществляющих ее в незначительных масштабах, и представлял на них необходимый комплект документов (учредительные документы, бухгалтерская отчетность, первичные документы и пр.) в целях оформления на юридических лиц кредитов. Копия протокола допроса ФИО36 представлена в материалы дела – Приложение 36.

В Постановлениях о привлечении в качестве обвиняемых ФИО4, ФИО2 указывается, что ФИО2 и ФИО4 подыскивали лиц, предоставляющих услуги по созданию и ведению деятельности от имени фиктивных коммерческих организаций и индивидуальных предпринимателей, которые зарегистрированы на подставных лиц, без цели ведения реальной финансово-хозяйственной деятельности. В последующем банками Группы с такими организациями заключались кредитные договоры, на основании которых денежные средства выводились из активов банков Группы и в дальнейшем похищались путем незаконного обналичивания на территории Российской Федерации либо путем вывода денежных средств на счета компаний, зарегистрированных в зарубежных юрисдикциях (с. 6 Постановления о привлечении в качестве обвиняемого ФИО4 от 28.04.2017 – Приложение 15; с.11 Постановления о привлечении в качестве обвиняемого ФИО2 от 19.04.2017 – Приложение 16).

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО2 и ФИО4 фактически контролировали ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» и, соответственно, подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку в результате их действий существенно ухудшилось финансовое положения Банка, что привело в итоге к его банкротству.

Относительно привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО13, судом первой инстанции установлено следующее.

ФИО13 исполнял обязанности Председателя Правления Банка в период с 24.09.2014 года по 09.04.2015 года.

В обоснование заявленных требований в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» ФИО13, конкурсный управляющий ссылается на то, что данным лицом:

- совершены сделки по размещению денежных средств на корреспондентских счетах, открытых в банках, входящих в неформальную банковскую Группу;

- не приняты в нарушение ст. 189.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» первоочередные меры по предупреждению банкротства Банка.

Как следует из материалов дела, между ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» и КБ «РБС» (ООО) заключен договор банковского (корреспондентского) счета № 01/130315 от 13.03.2015.

Также Банком было заключено Дополнительное соглашение № 1 от 13.03.2015, предусматривающее обязанность КБ «РБС» (ООО) начислять и выплачивать проценты на ежедневный остаток денежных средств на счете из расчета ставки 9% годовых. Дополнительным соглашением № 2 от 01.10.2015 обязанность КБ «РБС» (ООО) начислять и выплачивать проценты на ежедневный остаток денежных средств снята.

Кроме того, 13.03.2015 г. между Банком и ООО КБ «РБС» было заключено генеральное соглашение №0022/15 об общих условиях предоставления межбанковских кредитов и проведения конверсионных операций. Выдача кредита по указанному соглашению подтверждается выписками по лицевым счетам 

<

***>, №32005810200000000019, №32005810500000000023

Между ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» и КБ «РБС» (ООО) заключен Договор №813 об открытии и порядке ведения корреспондентского счета от 13.03.2015.

Также Банком было заключено Дополнительное соглашение № 1 от 17.03.2015, предусматривающее обязанность КБ «МРБ» (ООО) начислять и выплачивать проценты на ежедневный остаток денежных средств на счете из расчета ставки 9% годовых. Дополнительным соглашением б/н от 30.09.2015 обязанность КБ «МРБ» (ООО) начислять и выплачивать проценты на ежедневный остаток денежных средств снята с 01.10.2015 г.

Кроме того, 13.03.2015 г. между Банком и КБ «МРБ» ООО было заключено генеральное соглашение №ГС-01/0014/15 о совершении операций на российском валютном и денежном рынках. Выдача кредита по указанному соглашению подтверждается выписками по лицевым счетам 

<

***>, №32005810900000000018, №32005810900000000021, №32005810800000000024 за период с 01.09.2013 по 16.10.2015.

Между ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» и АО «НСТ-БАНК» был заключен договор банковского (корреспондентского) счета № 01/15-КС от 13.03.2015.

Дополнительным соглашением № 1 от 13.03.2015 к договору банковского (корреспондентского) счета № 01/15-КС от 13.03.2015 предусматривалась обязанность АО «НСТ-БАНК» ежемесячно начислять и уплачивать проценты на остаток денежных средств на счете в рублях в размере 9% годовых. Дополнительным соглашением №2 от 01.10.2015 обязанность АО «НСТ-БАНК» начислять и выплачивать проценты на ежедневный остаток денежных средств снята.

Кроме того, 13.03.2015 г. между Банком и АО «НСТ-БАНК» было заключено генеральное соглашение №0018/15 о совершении операций на российском валютном и денежном рынках. Выдача кредита по указанному соглашению подтверждается выписками по лицевым счетам 

<

***>, №32005810600000000020, №32005810200000000022 за период с 01.09.2013 по 16.10.2015.

Между ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» и КБ «Анталбанк» ООО заключено генеральное соглашение №МК/04 от 17.03.2015. Выдача кредита по указанному соглашению подтверждается выпиской по лицевому счету 

<

***>.

Указанные договоры и соглашения от имени должника ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» подписаны Председателем Правления Банка ФИО13

По мнению конкурсного управляющего должника, заключая договоры корреспондентского счета и соглашения о предоставлении межбанковских кредитов, а также размещая в банках Группы денежные средства, ФИО13 действовал недобросовестно и неразумно, поскольку вышеуказанные банки согласно представленным в материалы дела доказательствам имели признаки банкротства в виде недостаточности стоимости имущества для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме, что причинило ущерб должнику.

Возражая против заявленных требований, ФИО13 ссылается на то, что кредиты, выданные на основании вышеуказанных договоров, полностью возвращены ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», что не отрицается конкурсным управляющим должника и подтверждается представленными в материалы дела доказательствами (Приложения №№ 50, 65, 81, 107).

В соответствии с п. 16 Постановления Пленума ВС от 21.12.2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что поскольку все кредитные средства, выданные ФИО13, возвращены ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», заключение данных сделок не причинило убытков ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» и не повлекло его банкротство.

При этом довод заявителя о том, что по состоянию на 16.10.2015 год (дата отзыва лицензии ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ) остаток на счете НОСТРО в ООО КБ «РБС» составил 878 516,50 руб., в ООО КБ «МРБ» составил 9 912 995,50 рублей, в АО «НСТ-Банк» составил  1 900 000 руб., что является доказательством причинения убытков ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» именно ФИО13, судом первой инстанции отклонен, поскольку на дату увольнения ответчика (09.04.2015 года) остаток на счете НОСТРО в ООО КБ «РБС», в ООО КБ «МРБ», АО «НСТ-Банк» составлял 20 000 000 руб.

Как видно из представленных Конкурсным управляющим выписок по операциям на специальном (банковском счете) за период с момента увольнения ФИО37 по дату отзыва лицензии совершались различные операции, в том числе поступления денежных средств на кор. счет, списание денежных средств. Общий оборот денежных средств по данному счету составил за указанный период свыше несколько миллиардов рублей. Таким образом, невозможно сделать однозначный вывод, что указанные остатки, являются остатками именно от тех 20 000 000 рублей, которые были перечислены ФИО13

При этом доказательств того, что ФИО13 за период с 10.04.2015 по 16.10.2015 давались распоряжения и указания по движению денежных средств по счету НОСТРО в указанных Банках, заявителем не представлено. Суд указывает, что ФИО13 не может нести ответственность за деятельность нового руководства после своего увольнения.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что в период исполнения обязанностей Председателя Правления Банка ФИО13 не осуществлялись какие-либо действия, повлекшие за собой отзыв лицензии у ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» на осуществление банковских операций. В указанный период времени ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» не проводилась высокорискованная кредитная политика, связанная с размещением денежных средств в низкокачественные активы. Доказательства обратного Заявителем не представлены.

На дату приема на работу в ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» (24.09.2014 года) и до даты увольнения (09.04.2015 года) ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ»

а) соблюдались предусмотренные Центральным банком РФ обязательные нормативы, установленные Инструкцией Центрального банка РФ от 03.12.12 № 139-И «Об обязательных нормативов банка» (действовала до 28.06.2017).

б) Финансовые показатели ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» - показатели достаточности и ликвидности - находились на высоком уровне и выполнялись с определенным запасом:

Обязательные нормативы, установленные ЦБ РФ

Минимальные и

максимальные

значения

Значения на дату

приема на работу (по

состоянию на

01.09.2014)

Значения на дату увольнения (по

состоянию на 01.04.2015 года)

Норматив

достаточности базового капитала (Н1.1.)

min 4.5%

43,430 %

55,510%

Норматив достаточности основного капитала банка (HI.2)

min 5.5 -6.0%

43,340%

55, 510%

Норматив достаточности собственных средств (Н1.0)

min 8,0%

49,550%

56,550%

Норматив

ликвидности банка (Н2)

min 15.0%

304,470%

347, 090%

Норматив текущей ликвидности (НЗ)

min 50.0%

582,280%

346,320%

Норматив долгосрочной ликвидности (Н4)

max 120.0%

0%

0%

Размер собственных средств (Базель III)

282 150 000 рублей

326 278 000 рублей

в) Все кредиты, предоставленные ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» в кредитные организации (КБ «Анталбанк», КБ «МРБ», ОАО «НСТ - Банк», ООО «РБС») в размере      240 000 000 рублей, полностью обеспечивались капиталом ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» (уставный капитал - 182 520 000, эмиссионный доход - 65 100 000, резервный фонд -               9 126 000, нераспределенная прибыль - 69 873 000).

г) Отсутствовали основания для осуществления мер по предупреждению банкротства кредитной организации, предусмотренные ст. 189.10, 189.19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

д) Отсутствовали основания для осуществления мер в случае возникновения признаков несостоятельности (банкротства) ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», предусмотренные ст. 189.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Суд первой инстанции указывает, что Конкурсным управляющим не представлено доказательств, что объективное банкротство стало следствием действий ФИО13

Как следует из отзыва ответчика, причиной увольнения из ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» являлась смена акционеров данной организации 17.03.2015. Материалами дела подтверждается, что ФИО13 не имел никакого отношения к новой группе акционеров и их фактическим руководителям ФИО2 и ФИО4.

Как следует из заявления конкурсного управляющего должника, в ходе проведенной Конкурсным управляющим проверки установлено, что по состоянию на 01.03.2015 года признаки банкротства банка отсутствовали, стоимость его имущества была достаточна для исполнения обязательств перед его кредиторами, стоимость имущества банка превышала размер его обязательств на 329 831 000 руб. Однако начиная с 01.04.2015 года величина собственных средств Банка опустилась ниже величины его уставного капитала, что свидетельствует о наличии оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства Банка.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что по состоянию на 01.04.2015 исходя из отчетности ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» величина собственных средств не была ниже уставного капитала, что подтверждается расчетом собственных средств (капитала) (Базель III) по состоянию на 01.04.2015 г.

Кроме того, Конкурсным управляющим представлен расчет достаточности стоимости имущества КБ «Лада-Кредит» (в Приложении № 6), из которого видно, что показатель ПИ (показатель достаточности/недостаточности имущества) имеет положительное значение, что свидетельствует о достаточности стоимости имущества Банка для исполнения его обязательства перед кредиторами на указанную дату.

Как следует из материалов дела, показатель Пи принимает отрицательное значение с 01.05.2015 года.

Таким образом, ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» имело признак банкротства – недостаточность стоимости имущества для исполнения своих обязательств перед его кредиторами, начиная с 01.05.2015.

Поскольку ФИО13 уволен с должности Председателя Правления Банка в 09.04.2015, суд первой инстанции пришел к выводу, что оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства должника у него не возникло.

На основании изложенного, суд первой инстанции не нашел оснований для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ».

Относительно привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, ФИО3, судом первой инстанции установлено следующее.

ФИО5 являлась Председателем Правления Банка в период с 10.04.2015 до 16.10.2015.

В обоснование заявленных требований в части привлечения данного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО5 в нарушение ст. 53 ГК РФ, Положений №254-П, № 262-П, № 283-П заключены/одобрены от имени Банка сделки по покупке прав требований по ссудной задолженности юридических лиц и выдаче кредитов техническим юридическим лица. 

Кроме того, ФИО5 совершила действия по размещению средств в банках Группы, повлекшие банкротство ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», а также в нарушение ст. 189.19 Закона о банкротстве при наличии оснований для осуществления мер по предупреждению банкротства Банка, установленных ст. 189.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», не предприняла первоочередные меры по предупреждению банкротства Банка.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО5 от имени Банка заключены/одобрены следующие сделки по выдаче кредитов:

Наименование заемщика

Номер договора

Дата заключения договора

Сумма перечисленных из Банка денежных средств 

ООО "ДИАПАЗОН"

Ю-012

08.06.2015

70 000 000,00

ООО "ТеплоСфера"

Ю-009

08.06.2015

70 000 000,00

ООО "Родман Парк"

Ю-008

08.06.2015

70 000 000,00

ООО "КредМаркет"

Ю-013

09.06.2015

80 000 000,00

ООО "НьюВижн"

Ю-014

09.06.2015

80 000 000,00

ООО "Фотон-12"

Ю-015

09.06.2015

60 000 000,00

ООО "СТРОЙМАГНАТ"

Ю-010

09.06.2015

70 000 000,00

ООО "Водолей"

Ю-016

09.06.2015

50 000 000,00

ООО "Аспект"

Ю-011

09.06.2015

70 000 000,00

ООО "ПСТ"

Ю-001

20.04.2015

70 000 000,00

ООО КОМПЛЕКТСТРОЙ"

Ю-002

20.04.2015

55 150 000,00

19 850 000,00

ООО "СК ФОРВАРД"

Ю-003

21.04.2015

72 000 000,00

ООО "Современные

Строительные

Технологии"

Ю-004

13.05.2015

60 000 000,00

ООО "СТРОЙ-КА"

Ю-005

20.05.2015

57 000 000,00

ООО "ДельтаТорг"

Ю-007

05.06.2015

50 000 000,00

Ю-023

08.09.2015

35 000 000,00

Ю-028

23.09.2015

35 000 000,00

ООО "Доминант Сервис"

Ю-006

05.06.2015

60 000 000,00

Ю-027

17.09.2015

20 000 000,00

Ю-029

23.09.2015

35 000 000,00

ООО "Звуковые технологии"

Ю-019

24.06.2015

45 000 000,00

Ю-031

23.09.2015

50 000 000,00

ООО "МаркРемТорг"

Ю-017

19.06.2015

30 000 000,00

Ю-032

30.09.2015

60 000 000,00

Ю-033

07.10.2015

10 000 000,00

ООО "Трейд групп"

Ю-018

19.06.2015

40 000 000,00

ООО "ТехЛэндСервис"

Ю-020

21.08.2015

100 000 000,00

ООО "Фауна"

Ю-021

28.08.2015

42 000 000,00

ООО "Посейдон-2000"

Ю-022

04.09.2015

56 000 000,00

ООО "РегионПромСтрой"

Ю-025

10.09.2015

80 000 000,00

ООО "ТК Модерн"

Ю-024

10.09.2015

80 000 000,00

Ю-035

09.10.2015

3 550 000,00

ООО "ЛораФэйшнТрейд"

Ю-026

11.09.2015

65 000 000,00

ООО "Велла Торг"

Ю-030

23.09.2015

80 000 000,00

ООО "ЛидерСтройТрейд"

Ю-034

09.10.2015

92 500 000,00

Кроме того, ответчиком заключены от имени Банка сделки по приобретению прав требования по технической ссудной задолженности юридических лиц.

Судом первой инстанции установлено, что в результате совершения сделок по покупке прав требования и выдаче кредитов на балансе Банка образована ссудная задолженность 61 юридического технического лица, а именно: ООО "Авгур", ООО "АвтоТоргЗапчасти", ООО АС "МДЖ-СТРОЙ", ООО «АСПЕКТ», ООО «АэроТранс», ООО "Барс", ООО "Бизнес Путь", ООО "Бриз", ООО "БэстСтройТорг", ООО «ВЕЛЛАТОРГ», ООО «ВОДОЛЕЙ», ООО "ВолгаМет", ООО "ВолгаПродТорг", ООО "ГазКомплектИмпекс", ООО "ГазСтройКомплект", ООО "ГрузСтройАвто", ООО «ДЕЛЬТАТОРГ», ООО «ДОМИНАНТ СЕРВИС», ООО «ДИАПАЗОН», ООО "ДК", ООО «ЗВУКОВЫЕ ТЕХНОЛОГИИ», ООО "Ивинг", ООО "Кредмаркет", ООО Компания "АгорА", ООО «КОМПЛЕКТСТРОЙ», ООО "Консоторг", ООО "Компания стамос", ООО «ЛИДЕРСТРОЙТРЕЙД», ООО «ЛОРАФЭЙШНТРЕЙД», ООО «МАРКРЕМТОРГ», ООО "Мега Люкс", ООО "МЕТАЛЛПОВОЛЖЬЕ", ООО «НЬЮВИЖН», ООО "Олимп", ООО "Памир", ООО "ПолиМет", ООО «ПОСЕЙДОН-2000», ООО «ПСТ», ООО «РЕГИОНПРОМСТРОЙ», ООО "Ресурс", ООО «Родман Парк», ООО "РОСБИЗНЕСАГРО", ООО "СарЧерМет", ООО "С-Бюро", ООО «СК ФОРВАРД», ООО «СОВРЕМЕННЫЕ СТРОИТЕЛЬНЫЕ ТЕХНОЛОГИИ», ООО «СТРОЙМАГНАТ», ООО "СтройТрест", ООО «СТРОЙ-КА», ООО "СУ-33", ООО "ТЕИС", ООО «ТЕПЛОСФЕРА», ООО «ТЕХЛЭНДСЕРВИС», ООО "Технологии будущего", ООО "ТехноАльянс", ООО «ТК МОДЕРН», ООО «ТРЕЙД ГРУПП», ООО «ФАУНА», ООО «ФОТОН-12», ООО "Энтерпрайз", ООО "Яркий Мир".

Судом первой инстанции установлено, что заемщики Банка являются техническими компаниями, о чем свидетельствуют обстоятельства, подтвержденные представленными в материалы дела доказательствами, перечисленные судом первой инстанции в тексте определения.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что указанные юридические лица являются техническими компаниями, не ведущими реальной хозяйственной деятельности или осуществляющими ее в незначительных объемах, а их ссудную задолженность – невозвратной.

Также судом учтено, что часть сделок по покупке прав требований по ссудной задолженности юридических лиц и выдаче кредитов совершена Банком в рамках трансформации активов банков Группы.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, ущерб от сделок по покупке прав требований по ссудной задолженности юридических лиц и выдаче кредитов: выдача 18 технических кредитов и покупка прав требования по технической ссудной задолженности 11 юридических лиц рассчитан конкурсным управляющим как сумма выданных/приобретенных технических кредитов, уменьшенная на величину погашенного/ проданного/неиспользованного основного долга (с учетом финансового результата) и уплаченных процентов по ним, а также на величину уплаченных комиссий по выданным кредитам, и составляет 2 015 161 514,83 руб.

При совершении сделок по покупке прав требований по ссудной задолженности юридических лиц и выдаче кредитов юридическим лицам Банк, в частности, обязан руководствоваться Положением № 254-П, предусматривающим совершение кредитной организацией следующих обязательных действий:

– проведение комплексного анализа кредитного риска до совершения сделки (п.п. 1.2, 3.1.1);

– получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва (п.3.1.2);

– проведение оценки кредитного риска на постоянной (непрерывной) основе (п. 2.1);

– фиксирование в досье заемщика всей информации о нем, включая информацию о рисках заемщика (п. 3.1.3);

– оценка предоставленных заемщиком данных на предмет их недостоверности и (или) неполноты на всех этапах оценки кредитного риска (п.3.5).

Согласно п. 2.1. Положения Банка России от 19.08.2004 № 262-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов и выгодоприобретателей в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее – Положение 262-П) Банк обязан должным образом осуществлять идентификацию заемщиков перед предоставлением им ссудных средств.

С учетом требований указанных нормативных актов и внутренних документов Банка, ФИО5 как Председатель Правления Банка, должна была организовать работу Банка по получению достоверной информации и документов для объективного анализа финансового состояния заемщиков с целью принятия разумного и обоснованного решения. Ответчик должна была осуществлять контроль за надлежащей, реальной проверкой платежеспособности заемщиков и не допускать совершение сделок в отношении юридических лиц, не имеющих возможности исполнить принимаемые на себя кредитные обязательства.

Согласно п. 3.1.2 Положения № 254-П источниками получения информации о рисках заемщика являются правоустанавливающие документы заемщика, его бухгалтерская, налоговая, статистическая и иная отчетность, дополнительно предоставляемые заемщиком сведения, средства массовой информации и другие источники.

Однако, в нарушение данного положения, Банком не предпринимались меры по сбору всей необходимой информации в отношении заемщиков, в результате чего на балансе Банка сформирована невозвратная ссудная задолженность технических юридических лиц.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о номинальном характере проведенной в Банке оценки заемщиков. Тем более что ответчики в силу своих должностных обязанностей имели непосредственный доступ к сформированным в Банке документам, касающимся клиентов Банка, и осознавали ненадлежащее качество их формирования; отсутствие необходимой для принятия адекватного решения информации; наличии факторов, указывающих на неведение организациями реальной хозяйственной деятельности и взаимосвязь заемщиков друг с другом.

Таким образом, при оценке Банком качества ссудной задолженности контролирующими лицами не проведен комплексный и объективный анализ деятельности заемщиков-юридических лиц с учетом их финансового положения, качества обслуживания долга по ссуде, а также всей имеющейся информации о любых рисках заемщика (п. 3.1.1. Положения 254-П); не обеспечено получение информации, необходимой и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчетного резерва (п. 3.1.2 Положения 254-П); не учтена вероятность наличия неполной и (или) необъективной информации о заемщике (п. 3.5. Положения 254-П); должным образом не осуществлена идентификация заемщиков перед предоставлением им ссудных средств (п. 2.1. Положения 262-П).

Заключение вышеуказанных сделок не носило единичный характер. Ссудная задолженность технических заемщиков составила большую часть активов Банка, что не могло быть допущено при добросовестном и разумном исполнении обязанностей контролирующими лицами.

Таким образом, ФИО5, располагая информацией о финансовом положении Банка и качестве его активов, не могла не осознавать, что совершение указанных сделок заведомо влечет банкротство Банка и его неспособность удовлетворить требования кредиторов в полном объеме.

Как следует из материалов дела, между Банком и ОАО Банк «Содружество» заключен договор № 001/КС об открытии и порядке ведения корреспондентского счета от 21.04.2015. Данный договор от имени Банка подписан Председателем Правления ФИО5

Лимит на контрагента открыт согласно Протоколу №29 заседания Кредитного Комитета от 04.09.2015 г. На указанном заседании Кредитного комитета голосовали «ЗА» принятие данного решения следующие лица из числа членов органов управления Банка: ФИО5 и ФИО16

Начиная с июля 2015 года до даты отзыва лицензии за выявленные нарушения федеральных законов и нормативных актов Банка России, в том числе Положения № 254-П и Положения № 283-П, а также в связи с созданием реальной угрозы интересам кредиторов и вкладчиков, на основании ст. 74 Закона о Банке России к ОАО Банк «Содружество» неоднократно применялись принудительные меры воздействия:

1. Предписанием Банка России от 10.07.2015 № Т1-51-22-10/24606ДСП (копия прилагается – Приложение 94) в отношении ОАО Банк «Содружество» был введен запрет сроком на 6 месяцев на осуществление следующих операций: на привлечение денежных средств физических лиц и индивидуальных предпринимателей, не являющихся акционерами Банка, во вклады, на банковские счета, путем продажи им собственных ценных бумаг; на открытие и ведение банковских счетов физических лиц и индивидуальных предпринимателей, не являющихся акционерами Банка; на открытие филиалов.

2. Предписанием Банка России от 02.09.2015 № Т1-51-22-10/31440ДСП (копия прилагается – Приложение 95) в отношении ОАО Банк «Содружество» сроком на 6 месяцев были введены ограничения: на привлечение денежных средств физических лиц и индивидуальных предпринимателей, не являющихся акционерами Банка, путем продажи им собственных ценных бумаг; на размещение денежных средств на счетах НОСТРО в кредитных организациях или в виде межбанковских кредитов (за исключением операций в ОАО Банк ВТБ, и ОАО «Сбербанк России»); на выдачу банковских гарантий.

3. Предписанием Банка России от 12.10.2015 № Т1-86-4-09/158045ДСП (копия прилагается – Приложение 96) в отношении ОАО Банк «Содружество» сроком на 6 месяцев был введен запрет: на кассовое обслуживание юридических и физических лиц, в том числе на инкассацию денежных средств, векселей, платежных и расчетных документов; на осуществление переводов физических лиц и индивидуальных предпринимателей путем продажи им собственных ценных бумаг Банка в виде сберегательных/депозитных сертификатов; на привлечение денежных средств физических лиц и индивидуальных предпринимателей во вклады/депозиты, на банковские счета; на открытие и ведение банковских счетов физических лиц и индивидуальных предпринимателей, в т.ч. счетов по вкладам (депозитам); на открытие филиалов; на выдачу банковских гарантий; а также ограничения: на привлечение денежных средств юридических лиц во вклады/депозиты ипутем продажи им собственных ценных бумаг в виде облигаций, чеков, иных ценных бумаг; на размещение привлеченных денежных средств от своего имени и за свой счет физическим лицам, индивидуальным предпринимателя и юридическим лицам (за исключением кредитных организаций) в сумме, превышающей в совокупности 5 млн. руб. по одному заемщику; на заключение договоров новации, перевода долга, уступки права требования по ссудной задолженности и иных договоров, связанных с отчуждением финансовых активов с одновременным предоставлением контрагенту права отсрочки платежа; на проведение сделок по приобретению ценных бумаг, выпущенных (эмитированных) юридическими (в т.ч. кредитными организациями) и физическими лицами, а также индивидуальными предпринимателями, в ежемесячном совокупном объеме не более 1 млн. рублей; на размещение денежных средств на счетах НОСТРО в кредитных организациях или в виде межбанковских кредитов (за исключением операций в ОАО Банк ВТБ, и ОАО «Сбербанк России»); на получение кредитов от кредитных организаций и привлечение денежных средств на счета ЛОРО от кредитных организаций; на открытие корреспондентских счетов ЛОРО.

Приказами Банка России от 16.10.2015 № ОД-2832, № ОД-2833 у Банка с 16.10.2015 (копия прилагается – Приложение 97, 98) отозвана лицензия на осуществление банковских операций и назначена временная администрация.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.12.2015 по делу № А40-202834/2015 Банк признан несостоятельным (банкротом).

Признак банкротства, предусмотренный ст. 2 Закона (с 23.12.2014 п. 1 ст. 189.8 Закон о несостоятельности (банкротстве), а именно: недостаточность стоимости имущества для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме, появился у ОАО Банк «Содружество» 01.05.2015. Указанная дата подтверждается расчетом достаточности/недостаточности стоимости имущества ОАО Банк «Содружество» для исполнения его обязательств перед кредиторами (Приложение 100).

По состоянию на 16.10.2015 (дата отзыва лицензии ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ») остаток на счете НОСТРО в ОАО Банк «Содружество» составил 8 998 500 (восемь миллионов девятьсот девяносто восемь тысяч пятьсот) рублей, что подтверждается выпиской по счету.

Противоправность размещения денежных средств Банка на счетах НОСТРО в ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО» обусловлена тем, что при наличии у ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО» признака банкротства в виде недостаточности стоимости имущества для исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме причинен ущерб Банку.

Принимая во внимание высокую концентрацию размещенных денежных средств в указанной кредитной организации, в отношении которой уже имелась информация о недостаточности имущества для погашения требований кредиторов на основании п. 3.3 Положения № 254-П межбанковские кредиты подлежали реклассификации в более низкую категорию качества с величиной расчетного резерва в размере не менее 100%. Кроме того, элементы расчетной базы резерва на возможные потери (остатки средств на счетах НОСТРО в отмеченных кредитных организациях), с учетом п. 1.7 Положения № 283-П также подлежали реклассификации в более низкую категорию качества с величиной расчетного резерва в размере не менее 100%. В нарушение указанных законодательных положений ссудная задолженность не относилась к надлежащей категории качества, необходимые резервы с целью покрытия убытков не начислялись.

Как установлено судом первой инстанции выше, признаки банкротства у Банка появились, начиная с 01.05.2015.

Вместе с тем, на протяжении всего периода, в течение которого имелись основания для осуществления мер по предупреждению банкротства, скрывая реальное финансовое положение Банка, в нарушение своих обязанностей ФИО5 как единоличный исполнительный орган Банка не обращалась в наблюдательный совет и Банк России с ходатайством об осуществлении мер по предупреждению банкротства Банка.

Непринятие мер для предотвращения банкротства кредитной организации, одновременно   с   увеличением   технической   задолженности   и   совершением   сделок по выводу активов Банка является основанием для привлечения лица к субсидиарной ответственности по обязательствам Банка.

На основании изложенного, суд первой инстанции привлек ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Относительно привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3, судом первой инстанции установлено следующее.

ФИО3 являлась Председателем Наблюдательного Совета с 14.04.2015 и переизбрана на должность 10.09.2015, что подтверждается представленным в материалы дела письмом Банка России.

В обоснование заявленных требований в части привлечения данного лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО3 в нарушение ст. 53 ГК РФ, Положений № 254-П, № 262-П, № 283-П одобрены от имения Банка сделки по покупке прав требований по ссудной задолженности юридических лиц и выдаче кредитов техническим юридическим лица.

Судом установлено, что в период исполнения обязанностей Председателя Наблюдательного Совета ФИО3 одобрены сделки по приобретению прав требований по ссудной задолженности юридических лиц и выдаче кредитов, что подтверждается протоколами Наблюдательного Совета:

№ 11\2 от 05.06.2015 - одобрение совершения Банком сделок по приобретению прав требования у ООО КБ «МРБ» и ООО КБ «РБС» к ООО «БэстСтройТорг» (договор 1/15/1534 от 08.06.15 на сумму 61 668 493,15 руб.), ООО «Дига Компани» (1/15/433 от 08.06.15 на сумму 57 569 178,09 руб.), ООО «Олимп» (1/15/1530 от 08.06.15 на сумму 61 668 493,15), ООО «Су-33» (1/15/1570 от 08.06.15 на сумму 73 269 863,01 руб.), ООО «Ресурс» (1/15/444 от 08.06.15 на сумму 52 335 616,43 руб.), ООО «Компания Стамос» (1/15/422 от 08.06.15 на сумму 58 615 890,42 руб.), ООО «ВолгаМет» (У-041/Ю-436 от 08.06.15 на сумму                   20 441 095,89 руб.), ООО «ПолиМет» (У-039/Ю-430 от 08.06.15 на сумму 54 168 904,1), ООО «АВГУР» (У-036/Ю-425 от 08.06.15 на сумму 52 818 493,15 руб.), ООО «БРИЗ» (У-044/Ю-455 от 08.06.15 на сумму 56 213 013,70 руб.), ООО «Ивинг» (У-043/Ю-446 от 08.06.15 на сумму 70 756 849,31), ООО «СарЧерМет» (У-040/Ю-432 от 08.06.15 на сумму 20 441 095,89), ООО «ВолгаПродТорг» (У-042/Ю-437 от 08.06.15 на сумму 20 441 095,89), ООО «Яркий Мир» (У-038/Ю-426 от 08.06.15 на сумму 55 190 958,90 руб.), ООО «ГрузСтройАвто» (У-032/Ю-423 от 08.06.15 на сумму 53 815 068,49 руб.), ООО «СтройТрест» (У-ОЗЗ/Ю-424 от 08.06.15 на сумму 54 168 904,11 руб.), ООО «Консоторг» (У-045/Ю-459 от 08.06.15 на сумму 66 770 547,95 руб.), ООО «Бизнес Путь» (У-037/15/1277 от 08.06.15 на сумму 67 323 602,75 руб.), ООО «АэроТранс» (У-034/15/1270 от 08.06.15 на сумму 73 352 979,45 руб.), ООО «Памир» (У-035/15/1276 от 08.06.15 на сумму 71 359 417,81 руб.), ООО «Энтерпрайз» (У-029/Ю-421 от 08.06.15 на сумму 7 951 561,64 руб., У-030/Ю457.от 08.06.15 на сумму               1 990 082,19 руб., У-031/Ю-448 от 08.06.2015 на сумму 9 950 410,96 руб.), ООО «С-Бюро» (У-027/15/1372 от 08.06.15 на сумму 34 384 153,43 руб.);

№ 16 от 18.08.2015 - одобрение совершения Банком сделок по приобретению прав требования у ООО КБ «Анталбанк» по договору 1/2015 от 20.08.15 к ООО «Барс» на сумму 95 443 835,62 руб., ООО «ТЕИС» на сумму 95 517 808,22 руб., ООО «Технологии Будущего» на сумму 96 627 397,26 руб., ООО «Мега Люкс» на сумму 96 479 452,05 руб., ООО «РисБизнесАгро» на сумму 96 257 534,25 руб., ООО «Автоторгзапчасти» на сумму                96 479 452,05 руб., ООО «МЕТАЛЛПОВОЛЖЬЕ» на сумму 96 479 452,05 руб., ООО «ГазСтройКомплект» на сумму 95 073 972,60 руб., ООО «ГазКомплектИмпэкс» на сумму     95 739 726,07 руб., ООО АС «МДЖ-СТРОЙ» на сумму 96 479 452,05 руб., ООО «Техноальянс» на сумму 39 040 986,30 руб.;

№ 20 от 10.09.2015 (приложен также бюллетень ФИО3) об одобрении сделок по выдаче кредитов ООО «ТК «Модерн» (Ю-024 от 10.09.15, на сумму 80 000 000 руб.), ООО «ЛораФэйшнТрейд» (Ю-026 от 11.09.15, на сумму 65 000 000 руб.), ООО «РегионПромСтрой» (Ю-025 от 10.09.15; на сумму 80 000 000 руб.);

№ 22 от 17.09.2015 (также приложен бюллетень ФИО3) об одобрении сделки по предоставлению кредита ООО «Доминант Сервис» (Ю-027 от 17.09.15 на сумму               20 000 000 руб.),

№ 23 от 23.09.2015 об одобрении сделок по предоставлению кредитов ООО «ДельтаТорг» (Ю-023 от 08.06.15; на сумму 35 000 000 руб.), ООО «ВеллаТорг» (Ю-030 от 23.09.15; на сумму 80 000 000 руб.), ООО «Звуковые Технологии» (Ю-031 от 23.09.15; на сумму 50 000 000 руб.), ООО «Доминант Сервис» (Ю-029 от 23.09.15; на сумму 35 000 000 руб.);

№ 25 от 05.10.2015 об одобрении сделки по предоставлению кредита ООО «МаркРемТорг» (Ю-033 от 07.10.15; на сумму 10 000 000 руб.),

№ 26 от 09.10.2015г. об одобрении сделки по предоставлению кредита ООО «ЛидерСтройТрейд» (Ю-034 от 09.10.15 на сумму 92 500 000 руб.). Общая сумма одобренных ФИО3 сделок по выдаче технических кредитов и приобретению прав требования к техническим заемщикам составила 2 733 784 838,38 рублей.

Конкурсным управляющим представлены в материалы дела доказательства номинального характера проведенной в Банке оценки вышеуказанных заемщиков.

Возражая против заявленных требований, ФИО3 ссылается на то, что она являлась номинальным Председателем Наблюдательного Совета Банка, заняла должность под давлением со стороны ФИО4 в связи с опасением расторжения трудового договора в случае отказа. При этом кредитные риски не оценивала и не осуществляла контроль за надлежащей оценкой банковских рисков, не могла допустить заключения сделок, которые в числе других привели бы к признанию Банка банкротом, поскольку полномочий по руководству отделами кредитования, юридической службы и службы безопасности не имела. 

Данные доводы опровергаются представленными в материалы дела внутренними документами, в том числе Уставом и Положением о Наблюдательном Совете Банка, утвержденного Решением единственного акционера Банка от 08.07.2010 г.

Кроме того, как следует из разъяснений п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве)».

Суд первой инстанции пришел к выводу, что в силу своего должностного положения ФИО3 была обязана оценивать кредитные риски при совершении действий по формированию активов Банка неликвидной (безнадежной) ссудной задолженностью. Являясь Председателем Наблюдательного Совета, ФИО3 должна была осознавать суть принимаемого ею решения и оценивать все возможные негативные последствия при вынесении решения, действовать в интересах Банка добросовестно и разумно.

Вопросы, вынесенные на решение Наблюдательного Совета, не оспаривались и не снимались с рассмотрения самим Наблюдательным Советом, решение по данным вопросам было принято «единогласно». ФИО3, наряду с другими членами Наблюдательного Совета, голосовала «За» их принятие, хотя имела возможность проголосовать против принятия вышеуказанных решений или снять их с рассмотрения. 

Ввиду изложенного, довод ФИО3 о несоответствии количественного состава наблюдательного совета и отсутствии полномочий на принятие решений о приобретении технических активов признан судом необоснованным.

Суд первой инстанции признал обоснованным довод конкурсного управляющего должника, что в силу занимаемого положения в Наблюдательном Совете Банка, а также в качестве Советника Председателя Правления в ООО КБ «РБС» (еще одного Банка Группы), ФИО3 не могла не знать о причинении существенного вреда кредиторам в результате совершения вышеуказанных сделок по приобретению технических активов у Банков Группы. 

К заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности также приложены протоколы допросов свидетелей ФИО17, ФИО18 и др., которые подтвердили, что ФИО4 на регулярной основе проводил совещания с руководителями банков Группы, на которых обсуждались их экономические показатели, давались указания о поддержании экономических нормативов, сообщалось о предстоящих «слияниях» с банками Группы и пр.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что наличие у ФИО3 статуса контролирующего лица в силу должностного положения (занятие должности Председателя Наблюдательного совета), совершение действий по одобрению сделок, направленных на приобретение технических активов, и наступившая в результате совершения этих действий невозможность удовлетворения требований кредиторов в полном объеме, являются основаниями для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Относительно привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО38, ФИО15, ФИО9, судом установлено следующее.

В обоснование заявленных требований в части привлечения данных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий ссылается на то, что будучи членами Наблюдательного совета ими были одобрены сделки, в результате совершения которых на балансе Банка сформировалась неликвидная ссудная задолженность, в подтверждение чего представлены соответствующие Протоколы Наблюдательного совета.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО38 занимала должность начальника юридического отдела и в период с 14.04.2015 по 08.09.2015 являлась членом Наблюдательного Совета ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ».

ФИО9 являлась членом Наблюдательного Совета с 14.04.2015, а также переизбрана на должность 09.09.2015.

ФИО15 являлся членом Наблюдательного Совета с 09.09.2015.

Возражая против заявленных требований, данные лица ссылаются на то, они что являлись номинальными членами Наблюдательного Совета Банка, заняли должности под давлением со стороны ФИО5 в связи с опасением расторжения трудового договора в случае отказа и исполняли непосредственно ее указания. Указывают, что до и после избрания на должности членов Наблюдательного Совета Банка являлись обычными менеджерами среднего звена и не могли влиять на принимаемые в Банке управленческие решения.

Как установлено судом первой инстанции выше, 17.03.2015 в ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» произошла смена акционеров.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО38, ФИО15, ФИО9 не имели никакого отношения к новой группе акционеров и их фактическим руководителям ФИО2 и ФИО4. 

Об этом свидетельствуют все материалы уголовного дела, включая протоколы допросов свидетелей, обвинительные заключения и иные документы, представленные в материалы дела. Кроме того, конкурсный управляющий не указывает на наличие каких-либо связей (формальных и неформальных) данных ответчиков с новыми акционерами и их фактическими руководителями, которые своими действиями привели к банкротству ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ».

На основании изложенных норм, с учетом, пояснений ответчиков, принимая во внимание, что ФИО38, ФИО15, ФИО9 до назначения их членами Наблюдательного совета занимали должности, не связанные с управленческой деятельностью Банка, суд первой инстанции принял доводы ответчиков о том, что они при одобрении спорных сделок исполняли свои должностные обязанности, выполняя указания своего непосредственного руководителя ФИО5.

В соответствии с абз. 8 п. 4 ст. 10 (в ред. от 29.12.2014), п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно п. 22 Постановления от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Согласно Сведениям о требованиях кредиторов, по состоянию на 01.07.2018 размер неудовлетворённых требований кредиторов равен 2 624 632 000 руб., а стоимость имущества Банка по состоянию 01.07.2018 составляет 108 450 000 руб., согласно Сведениям о формировании конкурсной массы. Таким образом, размер субсидиарной ответственности составляет 2 516 182 000 руб. (2 624 632 000 – 108 450 000).

Таким образом, суд первой инстанции привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» контролирующих должника лиц: ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО3.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам апелляционных жалоб, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

 Не согласившись с вынесенным судебным актом в части отказа, с апелляционной жалобой на него обратился конкурсный управляющий Коммерческого банка «ЛАДА-КРЕДИТ» (ЗАО) в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее - заявитель).

Суд полагает, что она подлежит оставлению без удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно положениям ст. 189.23 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве))», с учетом разъяснений, содержащихся в совместном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - 

Постановление

 Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53), субсидиарная ответственность может быть возложена на руководителей кредитной организации, членов ее совета директоров, учредителей и иных контролирующих лиц при наличии следующих условий:

1. наличие у заинтересованных лиц статуса контролирующих лиц, имеющих возможность давать обязательные для кредитной организации указания и (или) иным образом определять ее действия;

2. совершение действий (бездействия) контролирующими лицами, повлекших банкротство кредитной организации;

3. наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролирующих лиц и банкротством кредитной организации.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда РФ, изложенной в п. 5 Постановления от 21.12.2017 N 53, само по себе участие в органах управления должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1, 2, 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

Пункт 3 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 г. №53 разъясняет, что необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (ч.3 ст. 53.1. ГК РФ, ч.1 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

При этом суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Однако доказательств в обоснование доводов о наличии у членов Совета банка ФИО11, ФИО15, ФИО9 возможности давать обязательные к выполнению указания и определять действия кредитной организации, а также о совершении ими таких действий заявителем представлено не было.

Не было представлено в материалы дела и доказательств того, что они имели какое-либо отношение к новым владельцам Банка - ФИО2 и ФИО4, получали от них указания и поручения, исполнение которых привело к банкротству кредитной организации.

Об этом, в том числе, свидетельствуют материалы уголовного дела, включая протоколы допросов свидетелей, обвинительные заключения.

Договоры ФИО11, ФИО15, ФИО9 не подписывали, полномочий на их подписание нe имели.

При таких обстоятельствах, только факт вхождения ФИО11, ФИО15, ФИО9 в состав Наблюдательного Совета банка сам по себе не может являться достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

С учётом изложенного, только факт вхождения ФИО11, ФИО15, ФИО9 в состав Наблюдательного Совета Банка, в отсутствие доказательств, прямо и однозначно свидетельствующих о их возможности оказывать влияния на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника в области кредитования клиентов, не позволяет отнести их к числу контролирующих должника лиц, действия (бездействия) которых повлекли банкротство должника.

Доводы заявителя жалобы относительно незаконности и необоснованности освобождения от субсидиарной ответственности бывшего Председателя Правления банка ФИО13 противоречат имеющимся в деле доказательствам.

Как было установлено судом первой инстанции, ФИО13 исполнял обязанности Председателя Правления Банка в период с 24.09.2014 года по 09.04.2015 года.

В обоснование заявленных требований в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» ФИО13 конкурсный управляющий ссылался на то, что данным лицом:

- совершены сделки по размещению денежных средств на корреспондентских счетах, открытых в банках, входящих в неформальную банковскую Группу;

- не приняты в нарушение ст. 189.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» первоочередные меры по предупреждению банкротства Банка.

Отказывая в удовлетворении требований в отношении данного лица, суд первой инстанции со ссылками на имеющиеся в деле доказательства указал на то, что:

- все кредитные средства, выданные ФИО13, возвращены ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», заключение данных сделок не причинило убытков ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» и не повлекло его банкротство;

- в период исполнения обязанностей Председателя Правления Банка ФИО13 не осуществлялись какие-либо действия, повлекшие за собой отзыв лицензии у ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» на осуществление банковских операций. В указанный период времени ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» не проводилась высокорискованная кредитная политика, связанная с размещением денежных средств в низкокачественные активы. Доказательства обратного заявителем не представлены.

Доводы заявителя жалобы сводятся к тому, что суд не дал оценки действиям ФИО13 по заключению договоров и размещению средств в банках группы на предмет отсутствия экономической целесообразности и юридической обоснованности.

Однако указанные доводы противоречат материалам дела.

При анализе каждого из договоров, подписанных ФИО13, суд первой инстанции указал (стр. 10 определения суда), что к каждому из соглашений, которые были заключены между банком и другими кредитными организациями, были заключены дополнительные соглашения, предусматривающие начисление и выплату процентов на ежедневный остаток денежных средств на счете (из расчета ставки 9% годовых). Указанные дополнительные соглашения действовали и на дату увольнения ответчика (09.04.2015).

Таким образом, размещение средств на корреспондентских счетах носило платный характер.

Доказательств того, что на момент заключения договоров и перечисления денежных средств, банк входил в указанную неформальную банковскую группу, а данные сделки в совокупности для банка являлись крупными, заявителем не представлено.

Из содержания письма Банка России, размещённого на официальном сайте Банка России 12.12.2015г., не следует, когда регулятором были установлены признаки обслуживания интересов одних и тех же лиц.

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие совершение ответчиком действий во исполнение поручений новых собственников и в ущерб интересам банка, а также наличие у некоторых из банков признаков банкротства.

Материалами дела подтверждается, что ФИО13 не имел отношения к новой группе акционеров и их фактическим руководителям ФИО2 и ФИО4

Как было установлено судом и подтверждается выписками по операциям на специальном (банковском счете), с момента увольнения ФИО37 по дату отзыва лицензии у банка общий объём различных операций по корреспондентским счетам (как списание так и поступления) составил свыше нескольких миллиардов рублей.

Кроме того, кредиты, выданные на основании вышеуказанных договоров, возвращены ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», что подтверждается представленными в материалы дела доказательствами ((Приложения №№ 50, 65, 81,107).

Последующие действия нового руководства банка относительно движения денежных средств по корреспондентским счетам в банках группы, в том числе по замещению кредитных обязательств на права требования к организациям, не ведущим реальной хозяйственной деятельности, не могут быть вменены ответчику, поскольку осуществлялись уже после его увольнения.

Несостоятельными являются и доводы заявителя апелляционной жалобы в отношении обязанности ответчика по принятию первоочередных мер по предупреждению банкротства Банка согласно п. 4. ст. 189.9 Закона о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции, на дату приема ответчика на работу (24.09.2014 года) и до даты увольнения (09.04.2015 года) ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ»:

а) соблюдались предусмотренные Центральным банком РФ обязательные нормативы, установленные Инструкцией Центрального банка РФ от 03.12.12 № 139-И «Об обязательных нормативов банка» (действовала до 28.06.2017).

б) финансовые показатели ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» (обязательные нормативы) нахолились в пределах значений, установленных Банком России.

в) кредиты, предоставленные ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» кредитным организациям (КБ «Анталбанк», КБ «МРБ», ОАО «НСТ - Банк», ООО «РБС») в размере 240 000 000 рублей, полностью обеспечивались капиталом ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» (уставный капитал - 182 520 000 руб., эмиссионный доход - 65 100 000 руб., резервный фонд - 9 126 000 руб., нераспределенная прибыль - 69 873 000 руб.).

г) отсутствовали основания для осуществления мер по предупреждению банкротства кредитной организации, предусмотренные ст. 189.10, 189.19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

д) отсутствовали основания для осуществления мер в случае возникновения признаков несостоятельности (банкротства) ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», предусмотренные ст. 189.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Исходя из отчетности ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» величина собственных средств не была ниже уставного капитала, что подтверждается расчетом собственных средств (капитала) (Базель III) по состоянию на 01.04.2015 г.

Из расчета достаточности стоимости имущества КБ «Лада-Кредит», предоставленного конкурсным управляющим (Приложение № 6) следует, что показатель ПИ (показатель достаточности/недостаточности имущества) имеет положительное значение, что свидетельствует о достаточности стоимости имущества Банка для исполнения обязательств перед кредиторами на указанную дату. Показатель ПИ принимает отрицательное значение только с 01.05.2015 года.

Таким образом, суд обоснованно пришёл к выводу, что ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» имело признак банкротства - недостаточность стоимости имущества для исполнения cвоих обязательств перед его кредиторами, начиная с 01.05.2015г., т.е. на момент, когда ФИО13 уже не являлся работником Банка.

Довод Конкурсного управляющего в апелляционной жалобе, что «...размещенные денежные средства фактически в Банк не возвращались, а были замещены (трансформированы) на права требования к организациям..» (абз. 3 стр.8 апелляционной жалобы) опровергается материалами дела, а именно:

- Приложением Заявителя № 50, из которого видно, что кредит КБ «РБС» (ООО) в размере 60 000 000 руб. досрочно погашен 08.06.2015 года,

- Приложением Заявителя № 81, из которого видно, что кредит АО «НСТ-БАНК» в размере 60 000 000 досрочно погашен 06.05.2015 года

- Приложением Заявителя № 65, из которого видно, что кредит КБ «МБР» (ООО) в размере 60 000 000 досрочно погашен 08.06.2015 года

- Приложением Заявителя № 107, из которого видно, что кредит КБ «Анталбанк» (ООО) в размере 60 000 000 досрочно погашен 05.04.2015 года

Кроме того, Отсутствие убытков по данным кредитам подтверждает и Конкурсный управляющий, предоставляя в суд таблицу с Расчетом ущерба, причиненного Банку. Из данных указанной таблицы видно (порядковый номер № 5, 6, 7, 8), что сумма задолженности полностью погашена (Приложение Заявителя № 2).

Довод Заявителя о том, что по состоянию на 16.10.2015 год (дата отзыва лицензии ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ) оставались остатки на счете НОСТРО в банках, также не является доказательством причинения убытков ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» именно ФИО13, так как:

- на дату увольнения (09.04.2015 года) остаток на счете НОСТРО в КБ «РБС» (ООО), КБ «МРБ» (ООО), ОАО «НСТ-Банк» составляли по 20 000 000 рублей. При этом на дату отзыва лицензии остатки составили соответственно 878 513,50 рублей, 9 912 995,50 рублей,  1 900 000 рублей.

- За период с 10.04.2015 по 16.10.2015 г. ФИО13 не распоряжался и не давал указания по движению денежных средств по счету НОСТРО в указанных банках, следовательно, ФИО13 не может нести ответственность за деятельность нового руководства ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ». Как видно из представленных Конкурсным управляющим выписок по операциям на специальном (банковском счете) (Приложение Заявителя № 48, 63, 79), за период с момента увольнения ФИО37 по дату отзыва лицензии совершались различные операции, в том числе поступления денежных средств на кор. счет, списание денежных средств. Общий оборот денежных средств по каждому счету составил по несколько миллиардов рублей. Таким образом, невозможно сделать однозначный вывод, что остаток на дату отзыва лицензии является остатком именно от тех 20 000 000 рублей, которые были перечислены ФИО13

- остаток в размере 876 513,50, 9 912 995,50 рублей, 1 900 000 рублей не послужил основанием банкротства Банка.

Заявитель в суде первой инстанции, а также в доводах, изложенных в апелляционной жалобе, не доказал совокупность обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО13 к субсидиарной ответственности.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств, что объективное банкротство стало следствием действий ФИО13

Также подлежат оставлению без удовлетворения и апелляционные жалобы ответчиков.

ФИО2 в апелляционной жалобе утверждает, что имущественная масса должника не сформирована, что не позволяет установить размер субсидиарной ответственности, в связи с чем производство по делу должно быть приостановлено.

Цена иска по требованию о возложении субсидиарной ответственности на контролирующих должника лиц по обязательствам Банка определена суммой неудовлетворенных требований кредиторов по состоянию на 01.07.2018г. (Дата подачи Заявления о привлечении к субсидиарной ответственности 02.10.2018).

Согласно Сведениям о формировании конкурсной массы (приложение 17 к Заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности), по результатам инвентаризации 24.08.2016 была выявлена недостача 938 940 000 руб. У ЗАО «ЛАДА-КРЕДИТ» отсутствует имущество, на которое можно обратить взыскание.

В ходе конкурсного производства Банка часть исполнительных производств по взысканию задолженности по кредитным договорам окончена невозможностью взыскания ввиду отсутствия имущества, остальные - ввиду невозможности установления местонахождения имущества. Копии постановлений об окончании исполнительных производств приложены Конкурсным управляющим к Заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности (Приложение 43).

Таким образом, оснований полагать, что имущественная масса должника увеличиться в такой мере, в которой сможет повлиять на размер субсидиарной ответственности, отсутствует.

ФИО2 утверждает, что представленные Банком фотокопии материалов уголовного дела «имеют непонятное происхождение и нельзя установить, как они поступили в ГК АСВ и соответствуют ли тем, что имеются в материалах уголовного дела».

Представленные Конкурсным управляющим протоколы допроса свидетелей относятся к предусмотренным законно средствам доказывания (письменные доказательства), получены им из материалов уголовного № 394684 и устанавливают обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц.

Согласно Постановлению Президиума ВАС РФ от 24.06.2014 № 3159/14 по делу №А05-15514/2012, доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, при условии их относимости и допустимости (часть 1 статьи 64, статьи 67 и 68 АПК РФ). Аналогичная правовая позиция изложена Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 01.03.2011 № 273-О-О.

Совокупность представленных Конкурсным управляющим доказательств, в том числе, копий протоколов допроса свидетелей по уголовному делу, подлежат оценке судом в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ.

Доказательства, полученные Конкурсным управляющим из материалов уголовного дела № 394684, подтверждают, что фактическое руководство банками Группы (в которую, наряду с ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», также входили ООО КБ «РБС», ОАО КБ «Максимум», КБ «МРБ» (ООО), АО «НСТ-БАНК», ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО», ООО КБ «ДОРИС БАНК», АО «Гринфилдбанк») осуществляли ФИО2, ФИО4, действия которых привели к банкротству кредитных организаций, входящих в неформальную Группу, в том числе ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ».

Кроме фотокопий протоколов допроса свидетелей, приложенных к Заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, Конкурсным управляющим также представлены в материалы дела постановления о привлечении ФИО2, ФИО4 в качестве обвиняемых.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности находилось в производстве суда 9 месяцев. Фотокопии материалов уголовного дела № 394684 были приложены Конкурсным управляющим к заявлению. Данные документы были заблаговременно направлены в адрес заинтересованных лиц, что подтверждается приложенными к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности копиями почтовых чеков.

ФИО2 не делал заявление о фальсификации представленных фотокопий материалов уголовных дел, будучи подсудимым по уголовному делу, он имел возможность сличить подлинники материалов уголовного дела с направленными в его адрес фотокопиями и выявить возможные расхождения между ними.

В этой связи, оснований считать недопустимыми представленные Конкурсным управляющим в арбитражный суд фотокопии материалов уголовного дела № 394684 не имеется.

ФИО2 утверждает, что в отношении него не вынесен приговор суда и нет законных доказательств, позволяющих говорить о контроле над должником со стороны ФИО2

По смыслу ст. 143 АПК РФ основанием для приостановления производства по делу служит неразрывная связь обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении соответствующих дел и взаимообусловленность выводов суда по таким делам, а также невозможность его рассмотрения до разрешения по существу (принятия и вступления судебного акта в законную силу) другого дела.

Обстоятельства, исследуемые в другом деле, должны иметь значение для арбитражного дела, рассмотрение которого подлежит приостановлению, то есть влиять на результат его рассмотрения по существу.

В данном случае наличие на рассмотрении Замоскворецкого районного суда города Москвы уголовного дела № 01-031/2018 в отношении ответчиков ФИО2, ФИО4 по ч. 4 ст. 159 УК РФ (Мошенничество), ч. 1 ст. 210 УК РФ (Организация преступного сообщества (преступной организации) или участие в нем (ней), по ч. 4 ст. 160 УК РФ (Присвоение или растрата) не имели решающего значения при рассмотрении судом первой инстанции настоящего заявления конкурсного управляющего о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности, в силу совокупности представленных в материалы дела доказательств.

Согласно пп. 9 ч. 3 ст. 189.78 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», конкурсный управляющий обязан выявлять обстоятельства, за которые установлена субсидиарная ответственность.

В соответствии с п.4. ст. 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции ФЗ от 13 июля 2015 г. N 236-ФЗ) «Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.»

В соответствии со ст. 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» контролирующим должника лицом является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность ... определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом...

Согласно положениям ст. 189.23 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», с учетом разъяснений, содержащихся в совместном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 6 и Пленума ВАС РФ № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», субсидиарная ответственность может быть возложена на руководителей кредитной организации, членов ее совета директоров, учредителей и иных контролирующих лиц при наличии следующих условий:

• наличие у заинтересованных лиц статуса контролирующих лиц, имеющих возможность давать обязательные для кредитной организации указания и (или) иным образом определять ее действия;

• совершение действий (бездействия) контролирующими лицами, повлекших банкротство кредитной организации;

• наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролирующих лиц и банкротством кредитной организации.

Согласно ст. 2, 189.23 Закона о банкротстве, контролирующими должника лицами являются лица, имеющие право давать обязательные для данной кредитной организации указания или возможность иным образом определять ее действия.

В п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано на то, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относятся, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания, и т.п.

П. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 53) установлено, что по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, ст. 2 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно также вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Согласно п. 7 Постановления Пленума ВС РФ № 53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного поведения руководителя должника, является контролирующим. В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом (технической организацией) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Кроме того, нормы Закона о банкротстве устанавливают презумпции, касающиеся наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и банкротством контролируемой организации.

Таким образом, включение законодателем в нормы о субсидиарной ответственности терминов «иные лица», «иным образом определять» свидетельствует об их распространении не только на лиц, имеющих право определять действия должника в силу наличия на то формальных оснований (единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа), но и на лиц, осуществляющих фактический неформальный контроль за деятельностью должника.

При этом действующее законодательство не исключает возможность привлечения к субсидиарной ответственности фактически контролирующего должника лица, проводящего свою волю через иных подконтрольных фактическому руководителю физических и юридических лиц.

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего статуса контролирующего лица. Наоборот, он обычно скрывает наличие возможности оказания влияния на должника. Его отношения с подконтрольным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения. В такой ситуации судам следовало проанализировать поведение привлекаемого к ответственности лица и должника. О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств дачи указаний, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018)», Определение Верховного Суда РФ от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472(4,5,7) по делу N А33-1677/2013, Определение Верховного Суда РФ от 30.07.2018 N 398-ПЭК16 по делу N А33-1677/2013).

В ходе проверки, проведенной Конкурсным управляющим, получены сведения, позволяющие полагать, что Банк вошел в банковскую Группу, фактически подконтрольную ФИО2 и ФИО4

Исходя из системы владения и управления банками Группы, связанной с правом контроля ФИО2, ФИО4 за принимаемыми в них решениями, с фактической системой личного согласования основных решений банков Группы органами управления банков с указанными Заинтересованными лицами, Конкурсным управляющим обоснованно сделан вывод о том, что ФИО2 и ФИО4 являлись лицами, контролирующими Банк, и имели возможность давать обязательные для Банка указания и иным образом определять его действия.

При этом использование ФИО2, ФИО4 своих возможностей в отношении Банка и совершенные в связи с этим Банком действия находятся в причинно-следственной связи с несостоятельностью (банкротством) Банка.

Суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что ФИО2 и ФИО4 являлись контролирующими Банк лицами, подлежащими привлечению к субсидиарной ответственности.

Доводы апелляционной жалобы ФИО3 так же подлежат отклонению.

В апелляционной жалобе ФИО3 утверждает, что после отзыва у ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» лицензии на осуществление банковских операций и признания Банка несостоятельным (банкротом) выяснилось, что ФИО3 является Председателем Наблюдательного Совета указанной кредитной организации.

Однако, после выяснения данных обстоятельств ФИО3 не обращалась суд с целью оспаривания вхождения ее в состав Наблюдательного Совета, не оспаривала протоколы Наблюдательного Совета, на которых имеется ее подпись.

Ответчик заявляет доводы об отсутствии ее на заседаниях и недействительности/ничтожности протоколов Наблюдательного Совета только спустя три года после одобрения сделок, причинивших Банку ущерб.

В материалы дела были представлены следующие документы, подтверждающие вхождение ФИО3 в состав Наблюдательного совета и назначение на должность Председателя Наблюдательного совета: 

Письмо Банка России исх. № Т1-28-8-01/32487ДСП от 11.03.2016 (Приложение 10 к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности), 

Протокол об итогах голосования на общем собрании акционеров КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» (ЗАО) от 14.04.2015 г. об избрании членов Совета директоров, в том числе и ФИО3 (Приложение № 2 к Консолидированным Возражениям, представленным в судебное заседание, состоявшееся 11.04.2019), 

Протокол Наблюдательного Совета № 6 от 14.04.15 об избрании ФИО3 Председателем Наблюдательного Совета от 14.04.15. (Приложение № 3 к Консолидированным Возражениям, представленным в судебное заседание, состоявшееся 11.04.2019).

Вопреки утверждениям ответчика в апелляционной жалобе, Конкурсный управляющий готов был предоставить на обозрение оригиналы протоколов заседаний Наблюдательного совета и Кредитного комитета. 

Также ФИО3 утверждает, что ее ставили в известность о том, что она является кандидатом на должность Председателя Наблюдательного Совета, но при этом утверждает, что не знала о том, что ее выбрали на эту должность. 

Между тем, из представленной в материалы судебного дела копии Протокола Наблюдательного Совета № 6 от 14.04.15 (Приложение № 3 к Консолидированным Возражениям, представленным в судебное заседание, состоявшееся 11.04.2019) видно, что ФИО3 участвовала в заседании Наблюдательного Совета, на котором она была избрана Председателем, и ее подпись имеется на данном Протоколе. 

Ответчиком не было предоставлено объективных доказательств, подтверждающих ее отсутствие в заседаниях Наблюдательного Совета. Ходатайств о фальсификации подписей, в том числе на протоколах Наблюдательного Совета, ответчиком заявлено не было. Данное обстоятельство является основанием для отказа в удовлетворении заявленного лишь в апелляционной инстанции заявления о фальсификации подписи (п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 N 36 (ред. от 10.11.2011) "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции").

В апелляционной жалобе ФИО3 приводит доводы относительно незаконности собраний акционеров Банка, что подтверждает незаконность ее избрания на должность.

Согласно п. 2 ч. 3 ст. 67.1. ГК РФ, принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении непубличного акционерного общества путем нотариального удостоверения или удостоверения лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров такого общества и выполняющим функции счетной комиссии;

Согласно предоставленному Протоколу об итогах голосования на общем собрании акционеров ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» (на котором был избран новый состав Наблюдательного совета, в том числе и ФИО3), кворум для открытия собрания имеется, протокол подписан уполномоченным ОАО «Реестр» Председателем счетной комиссии.

Таким образом, утверждения ответчика о документальной неподтвержденности ее вхождения в состав Наблюдательного Совета и избрания на должность Председателя Наблюдательного Совета опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Кроме того, подпись ФИО3 имеется на протоколах Наблюдательного Совета, которыми было оформлено голосование по одобрению сделок, причинивших Банку ущерб. В ходе производства в суде первой инстанции ФИО3 не оспаривала свои подписи на вышеуказанных протоколах в графе «Председатель Наблюдательного Совета».

Таким образом, утверждение ФИО3 о том, что она не знала о назначении ее Председателем Наблюдательного Совета Банка, опровергается ее подписями в графе «Председатель Наблюдательного Совета», проставленными на протоколах Наблюдательного Совета, которыми было оформлено голосование по одобрению сделок, причинивших Банку ущерб.

Суд первой инстанции правомерно установил тот факт, что ФИО3 являлась Председателем Наблюдательного Совета с 14.04.2015 и переизбрана на должность 10.09.2015, что подтверждается представленным в материалы дела письмом Банка России.

Кроме того, Конкурсным управляющим в материалы дела были предоставленные и другие доказательства избрания ФИО3 на должность, а также доказательства связи с другими банками неформальной банковской Группы во главе с ООО КБ «Антал» - Копия личного дела ФИО3, предоставленная КУ ООО КБ «РБС», Копия Ответа Банка России от 01.02.2016 (приложения 2-3 к Консолидированным возражениям к заседанию, назначенному на 25.06.2019), Копия Протокола об итогах голосования на общем собрании акционеров КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» (ЗАО) от 14.04.2015 г., подтверждающий избрание ФИО3; Копия Протокола Наблюдательного Совета № 6 от 14.04.15 г., подтверждающая избрание ФИО3 на должность Председателя Наблюдательного совета (приложения к Консолидированным возражениям к заседанию, назначенному на 11.04.2019).

Доказательств, опровергающих вышеуказанные обстоятельства, ответчиком как контролирующим лицом в материалы дела не представлено, вследствие чего суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что ФИО3 входила в состав членов Наблюдательного Совета и была Председателем Наблюдательного Совета Банка.

ФИО3 было заявлено ходатайство об истребовании дополнительных доказательств из Банка России.

Согласно ст. 136 АПК РФ, Арбитражный суд в предварительном судебном заседании:

1) разрешает ходатайства сторон; 2) определяет достаточность представленных доказательств, доводит до сведения сторон, какие доказательства имеются в деле; 3) выносит на рассмотрение вопросы, разрешаемые при подготовке дела к судебному разбирательству, и совершает предусмотренные настоящим Кодексом иные процессуальные действия. В предварительном судебном заседании стороны вправе представлять доказательства, заявлять ходатайства, излагать свои доводы по всем возникающим в заседании вопросам.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано 02.10.2018 г. Предварительное судебное заседание назначено на 11.12.2018. Определением от 11.12.2018 суд признаёт дело подготовленным к судебному разбирательству, поскольку в материалах дела имеются все необходимые письменные доказательства для рассмотрения дела по существу и назначает судебное заседание на 07.02.2019.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности рассматривалось около девяти месяцев. Но только за несколько дней до последнего судебного заседания суда первой инстанции ФИО3 представила ходатайство об истребовании дополнительных доказательств по делу.

Согласно ст. 41 АПК РФ, лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно не принял во внимание ходатайство ФИО3 об истребовании доказательств, поскольку вся доказательная база была сформирована. Ходатайство о направлении запроса в Банк России было направлено на затягивание процесса.

В апелляционной жалобе ФИО3 указывает, что получила от Конкурсного управляющего ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» письмо с ответом Банка России, в котором сообщается о том, что ее интересы представлял ФИО34 по доверенности. По утверждению ответчика, доверенность указанному лицу она не выдавала, в связи с чем обратилась в органы МВД.

Однако Ответ Банка России от 11.03.2016, содержащий в себе подробную информацию по членам Наблюдательного совета, Конкурсный управляющий ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» представил в виде приложения к Заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности - приложение 10.

У ответчика имелось достаточно времени (девять месяцев) для ознакомления с указанным документом и заявления своих возражений относительно данного документа.

Кроме того, согласно указанному документу сама ФИО3 представляла интересы ФИО34, но не наоборот, как утверждает ФИО3 Таким образом, указанным документом не могут быть подтверждены те обстоятельства, на которые ссылается ФИО3

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайств ФИО3 об истребовании и о приобщении дополнительных документов (ст.ст. 9, 41, 65, 257, 268 АПК РФ).

Согласно п.  5.3.4. Положения о Наблюдательном  Совете, член Наблюдательного Совета обязан действовать в интересах Банка в целом, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении Банка добросовестно и разумно.

Согласно п. 5.3.4. Положения о Наблюдательном Совете, член Наблюдательного Совета обязан воздерживаться от действий, которые приведут или потенциально способны привести к возникновению конфликта между его интересами и интересами Банка, а в случае наличия    или    возникновения   такого    конфликта   -   раскрывать   информацию    о   нем Наблюдательному Совету и принимать меры к соблюдению порядка совершения действий или заключения сделок, в которых у члена Наблюдательного совета есть заинтересованность.

Согласно п. 3.3. Положения о Наблюдательном Совете Председатель Наблюдательного Совета организует работу Наблюдательного совета, созывает заседания наблюдательного совета и председательствует на них, организует ведения протокола.

Таким образом, ФИО3 как Председатель Наблюдательного Совета, действуя добросовестно и разумно, сама должна была контролировать численный состав Наблюдательного совета. Как Председатель Наблюдательного Совета, ФИО3 не могла не знать о прекращении полномочий ФИО16 и ФИО5, поскольку обязана была созывать Совет и председательствовать на его заседаниях. Вопросы, вынесенные на заседание, не были сняты с голосования. Наблюдательный Совет под председательством ФИО3 посчитал себя правомочным принимать решения по вопросам, вынесенным на голосование. Результаты голосования подтверждаются подписью ФИО3

Кроме того, ФИО3 утверждает, что оформление протоколов не соответствует требованиям ГОСТ 6.30-2003 "Унифицированные системы документации. Унифицированная система организационно-распорядительной документации. Требования к оформлению документов" как доказательство несоблюдения правил делопроизводства при составлении протоколов Наблюдательного совета.

Между тем, данный государственный стандарт носит рекомендательный характер, о чем прямо указано в первом разделе «Область применения» - «требования настоящего стандарта являются рекомендуемыми».

В апелляционной жалобе ФИО3 утверждает, что сделки, одобренные Наблюдательным советом, являются крупными и составляют более 50% балансовой стоимости активов Банка. По мнению ответчика, такие сделки относятся к исключительной компетенции Общего собрания акционеров Банка.

Все сделки, причинившие банку ущерб, заключены с разными юридическими лицами, и договоры оформлены разными датами, поэтому утверждение ответчика не соответствует действительности.

Кроме того, если ФИО3 считает, что данные сделки являлись крупными, она могла снять вопрос об одобрении сделок с голосования. Однако вопросы о совершении сделок были вынесены на повестку дня заседаний Наблюдательного совета, вопросы не снимались с рассмотрения, члены Наблюдательного совета проголосовали «за» одобрение сделок. Также на основании результатов голосования об одобрении сделок были заключены договоры с техническими компаниями.

В этой связи, суд первой инстанции правильно указал, что довод ФИО3 о несоответствии количественного состава наблюдательного совета и отсутствии полномочий на принятие решений о приобретении технических активов является необоснованным.

ФИО3 указывает на отсутствие ее на заседании 17.09.2015. В подтверждение своих доводов прилагает медицинские справки, заключения. Однако прохождение медицинского обследования в городе Реутов не препятствует присутствию на заседаниях Наблюдательного совета, поскольку в Протоколах Наблюдательного  совета  не  указано  время  его  проведения.  Между  тем,  г. Реутов прилегает к границе г.Москвы. Таким образом, представленные ФИО3 медицинские справки не подтверждают того, что она не присутствовала на заседании Наблюдательного Совета, состоявшемся 17.09.2015 г.

Судом первой инстанции указано, что в период исполнения обязанностей Председателя Наблюдательного Совета ФИО3 одобрены сделки по приобретению прав требований по ссудной задолженности юридических лиц и выдаче кредитов, что подтверждается протоколами Наблюдательного Совета»

Суд первой инстанции верно применил нормы п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно которому руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например .... принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве)».

Суд первой инстанции правомерно отнес ФИО3 к числу лиц, контролирующих должника, поскольку ФИО3 имела возможность давать обязательные для Банка указания и пользовалась этой возможностью при даче указаний на заключение сделок с техническими заемщиками. В результате заключения сделок, одобренных ФИО3, Банку был причинен ущерб, что привело к признанию ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» несостоятельным (банкротом). Занимая должности в банках неформальной банковской группы во главе с ООО КБ «Антал», ФИО3 не могла не знать о политике банков Группы и причинения ущерба Банку в связи с заключение сделок с техническими компаниями.

С учетом изложенного выше, а также положений ст.ст. 9, 41, 65, 257, 268 АПК РФ, суд отклонил как необоснованно заявленные в апелляционной инстанции ходатайства ФИО3 об истребовании:

в Центральном Банке России Анкеты кандидата на должность члена Наблюдательного совета ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» ФИО3, согласно приложению № 3 Положения Банка России № 408-П,

в Государственной Корпорации Агентство по страхованию вкладов доверенности, «которую якобы выдала ФИО3 как Председатель Наблюдательного совета ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ» ФИО39 для действий от её имени»,

а также заявление о фальсификации доказательства – указанной доверенности, и ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы её подписи на доверенности (при этом такие ходатайства в суде первой инстанции заявлены не были).

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда, в связи с чем апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 10 июля 2019 года по делу № А40-202708/15 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа. 

Председательствующий судьяВ.С. Гарипов

Судьи:А.Н. Григорьев

Р.Г. Нагаев

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.